Ох, Мороз, Мороз...

Глава 1. Дивное время — зима

Взревели обратной тягой двигатели и самолет начал торможение. Телефон выведен из режима полета и тут же сквозь рев послышались звуки сообщений. Павел быстро листал уведомления. Не то. Не то. Не то. Того сообщения, которое он так ждал, не было. Мужчина плотнее сжал челюсти. Решение принято мгновенно. Он набрал сообщение из одного слова: «Приземлились», отправил его и убрал телефон в карман пальто. Проверять, доставлено ли сообщение и нет ли ответа, не стал. В адресате был уверен. Дисциплина поставлена надежно.

Черный «бентли» ждал его на вип-парковке рядом с входом. Водитель принял у шефа сумку с ноутбуком, уложил на заднее сиденье, пока сам Павел садился вперед. Раздраженно поправил шарф, оглянулся на сверкающее здание аэропорта.

Хлопнула водительская дверь.

— В офис, — коротко скомандовал Павел. Ну и что, что уже скоро двенадцать ночи. Дела не ждут. Особенно если они скверные.

Машина плавно тронулась с места.

Офис «Т-Телеком» ярко светился фирменными цветами — синим и оранжевым, в темных стеклах отражались огни проезжающих машин и отблески реклам с экранов по соседству. И, несмотря на всю эту иллюминацию, здание казалось пустым и безжизненным. В двенадцать ночи это было нормальным. Но не для Павла. Все его нутро требовало немедленных действий. Точнее, сначала информации — а потом действий.

Охранник уже ждал, стоя навытяжку — сквозь стеклянные двери было видно, кто идет. И дверь Павлу была, разумеется, отперта.

— С прилетом, Павел Валерьевич!

Кивнул безразлично.

— Кто есть в здании?

— Так… — видно было, что сотрудник охраны слегка растерян. — Так никого, Павел Валерьевич. Ночь же. Спят люди.

«Ну и что, что ночь!» — вдруг захотелось заорать Павлу. Спать надо, если работа сделана. А если… если…

— Что, из «Ди-Диджитал» тоже никого нет?

— А, этих есть немножко. Один человек, — сотрудник службы безопасности сделал шаг назад, посмотрел на монитор. — Деваха какая-то приехала часа два назад, колупается с компьютерами в их обезьяннике… простите, спейсе, на пятом этаже.

Деваха — это лучше, чем ничего. Лифт приглашающе распахнул свои матовые створки, и Павел шагнул в кабину.

Обезьянником по меткому выражению кого-то из острословов головного офиса «Т-Телеком» называли спейсы, отданные службе ИТ. Те же люди — а, может, другие — финансовую службу нарекли серпентарием, маркетинговую — нерпентарием, связистов — инсектарием. А верхний этаж, где находились приемные генерального директора и топ-менеджеров, по доброте душевной звали фермой. Крокодильей.

Один из спейсов «обезьянника» был отдан во владение сотрудников «Ди-Диджитал» — компании, которая поставляла программное обеспечение для разворачиваемой системы новейшего формата цифровой связи. «Т-Телеком» должна была стать первой в этом направлении. Пионером. Укрепить свои лидерские позиции на рынке телекоммуникаций. И вот, как в том дурацком анекдоте — что-то пошло не так.

Причем, ощущалось это лишь тем самым, абсолютно не формализуемым чутьем, которому Павел привык доверять больше, чем толпе аналитиков. Вроде бы и сроки — ну, немного сдвигаются, но пока некритично. И отчеты поступают регулярно. И все в этих отчетах гладко. А ощущение стремительно надвигающего полярного зверька с неприличным названием крепло не то, что с каждым днем — с каждым часом. Где-то внутри у Павла затикал обратный отсчет, отмеряющий время до его личного Армагеддона. Для «Т-Телеком» любой значительный сбой в данном проекте тоже может стать ударом, но для Павла — это именно Армагеддон. Потому что ошибок Павел себе не прощал. Ему их не прощали.

Найти спейс, где находилось сотрудница «Ди-Диджитал», не составила труда — только там на всем этаже горел свет. Павел ступил из темноты коридора в освещенный проем спейса. На его присутствие тут же отреагировали.

— Ну чего же тебе еще, собака, надобно?! — недобро вопросил женский голос с легкой хрипотцой.

Темные брови взметнулись вверх. Ничего себе тут вопросы задают. Павел сделал шаг вперед, потом еще один. Говорящую — точнее, сращивающую — он пока не видел. Лишь пройдя пару метров, он обнаружил, кто говорит. И понял, что говорят не с ним. И еще очень много других и удивительных вещей увидел и понял.

Спинка кресла. Над ней — темная растрепанная макушка. Дальше, в перспективе — пара кедов, водруженных на стол. И над всем этим — столп сигаретного дыма.

Последнее окончательно добило Павла. А как же датчики задымления?!

Он расстегнул пальто и подал голос.

— Собака — это вы мне?

Его слова, сказанные негромко, произвели оглушительный эффект. Мелькнули в воздухе кеды, раздались витиеватые ругательства, кресло чудом избежало опрокидывания. А обладательница кедов вскочила на ноги.

— Вы кто такой, черт возьми?!

— А вы?

— Я… я тут работаю! — девица ткнула пальцем в монитор на столе.

— Какое совпадение, — хмыкнул Павел. — Я тоже. — И, поскольку девица молчала, подозрительно его разглядывая, отвесил издевательский поклон. — Позвольте представиться — Мороз Павел Валерьевич, генеральный директор «Т-Телеком».

Темные брови сошлись на переносице на пару секунд, разошлись.

— Да ладно?! Тот самый? Павлик Морозов?

На лице Павла заиграли желваки. В «Т-Телеком» работают очень остроумные люди. Точнее, мнящие себя таковыми.

— Еще одна реплика про Павлика Морозова — и я лично позабочусь, чтобы больше вы не работали на этом проекте.

— Ах, сделайте, пожалуйста, такое одолжение! — непонятно ответила девица. Опустила взгляд вниз и пробормотала: — Черт, я из-за вас, кажется, дырку на джинсах прожгла.

Она принялась оттирать черное пятно на бедре голубых джинсов. Павел наблюдал за этим действом, пытаясь оценить масштаб абсурда. Выходил абсурд полнейший. Или он просто устал, и уже накрывает джетлаг?

— Меня мало интересует состояние вашей одежды, — наконец, проговорил сухо.

— А что вас интересует?

— Реальное положение дел по проекту, — непонятно зачем совершенно искренне ответил Павел. Ну не с рядовым же сотрудником «Ди-Диджитал» это обсуждать, верно? Но сгорели какие-то предохранители, и Павел уже и сам теперь не мог понять, чего от себя ожидать.

— А по проекту у нас жопа, — услужливо ответила девица.

— Какая? — от формулировки Павел слегка опешил, но в груди захолодило. Я знал. Знал. Я чувствовал!

— Полная, — расширила формулировку растрепанная.

— В смысле?

— На проекте полная круглая жопа, переходящая в тотальный пиз*ец, — теперь формулировка была предельно ясной.

Да уж, яснее ясного. Павел скинул пальто на стул по соседству. Сделал еще два шага вперед.

— Мне нужны подробности.

Видимо, было что-то в его тоне, в лице, в жестах. Что девица попятилась назад, взгляд стал настороженным.

— А за подробностями к Борису Юрьевичу, я тут не при чем, — запоздало спохватившись, пробормотала она, нашаривая пачку сигарет на столе. — Да и вообще. Засиделась я тут, ночь на дворе, домой пора.

— Стоять, — Павел перегородил ей дорогу. — Начала — договаривай.

— Не обучена я команде «стоять». А так же командам «лежать» и «лапу», — недобро процедила девушка. — А вот команды «голос» и «фас» исполнить могу. Желаете оценить, господин Мороз?

— Ваша компания работает на меня. И обязана предоставлять информацию! — Павел чувствовал, что вот оно. Порвалось терпение. И сейчас он начнет в лучшем случае орать. А то и применять меры физического воздействия.

— Ну так и говорите с руководством компании. С тимлидом проекта. А я так, мелкая сошка, принеси-подай-уйди-на-хрен-не-мешай, — девушка обошла замершего Павла. — Доброй охоты, Каа.

Совершенно непонятно, почему после всего сказанного он позволил ей уйти. Видимо, гребанный джетлаг, — вяло размышлял Павел, разглядывая залепленный жвачкой датчик задымления под потолком и полную окурков пепельницу на столе.

— Как фамилия девушки из «Ди-Диджитал», которая работала сегодня?

Сотрудник охраны выглядел явно напуганным, хотя пытался этого не показать.

— Что-то случилось? У нее разрешение работать в офисе в любое время, вы же сами подписывали для «Ди-Диджитал»…

— Я прекрасно помню, что я подписываю. Я спросил фамилию.

— Да, да, сейчас… — мужчина принялся рыться в бумагах. — А, вот! Дубинина Инга Михайловна.

Павел кивнул. И, уже отвернувшись, бросил.

— Выясните, как она умудрилась курить прямо в офисе.

По дороге домой он собирался позвонить Горовацкому. Но передумал. Нет, Павла остановили не цифры на часах, показывающие второй час ночи. Просто усталость накатила окончательно. В таком состоянии он способен только орать. Приятно, но контрпродуктивно. А ему еще, возможно, дома предстоит разговор.

Да, дом, милый дом.

— Где ты шлялся?! — Алена встречала его в прихожей. Одетая далеко не в одежду для сна. Похоже, и не собиралась ложиться в постель. Ну да, она может себе позволить проспать до обеда.

— И я очень рад тебя видеть, дорогая, — Павел убрал пальто в шкаф, бросил шарф на комод.

— Я тебя спросила — где ты был?! Рейс прибыл несколько часов назад! — и тон, и громкость взвинтились сразу же. Что бы он ни сказал — скандала не миновать. Так стоит ли тогда стараться? Тем более, сил совсем нет. Ванну и спать. Или уснуть прямо в ванной.

— Я был в офисе.

— Ночью?!

— Ты же знаешь, что у нас сейчас важный период, введение в эксплуатацию нового проекта, — Павел попытался обойти Алену. — Ты не собираешься спать?

— Ты так предан бизнесу, — язвительно пропела Алена.

— Это плохо? — вздохнул Павел. Как же утомителен этот разговор. — Быть преданным своему делу?

— Паша, какое «свое дело»?! Из своего у тебя только грязь под ногтями! — расхохоталась Алена. — Ты просто смешон. Ты на ком женат — на работе или на мне?

— В моем случае это одно и то же, — тихо проговорил Павел.

Алена несколько секунд смотрела на него, словно не веря услышанному. А потом взметнулась женская рука, но он, несмотря на усталость, успел перехватить. К словесным уколам Павел уже привык. Но в последнее время Алена стала распускать руки. Первую пощечину он ей простил. Вторую — стерпел, сцепив зубы. Все, хватит.

— Если ты еще раз меня ударишь… — он медленно, один за одним, разжимал пальцы, выпуская женское запястье, — то я…

— Что — ударишь в ответ?! — фыркнула Алена. Видно было, что она не только взвинчена, но и ошарашена происходящим. А еще Паше показалось, что от нее пахнет спиртным. Нет, наверное, не кажется.

— Я уйду из дома, — он на секунду прикрыл глаза. Как же хочется спать… — А ты сама будешь объясняться с отцом, подружками, Ахметьевыми и прочими — на тему проблем в нашей милой семейной жизни.

На гладком женском лобике залегла морщина. Алена задумчиво убрала светлую прядь за ухо.

— Хорошо… — выдохнула. — Прости. Прости, Паш. Я не хотела. Я не… — вдруг подошла и обняла. Он не нашел в себе сил даже поднять руки, чтобы обнять ее в ответ. — Ты устал? Хочешь есть?

— Я хочу только спать.

— Может, тебе сделать массаж перед сном? — она вдруг прижалась совсем крепко и с явным подтекстом. — Легкий расслабляющий массажик, — замурлыкала на ухо, — чтобы тебе лучше спалось…

— Боюсь, я усну, едва приняв горизонтальное положение, — он заставил себя поднять руку и легко коснуться женской спины. — Давай, все завтра, хорошо? Устал зверски.

Глаза у нее были нехорошие, злые. Но кивнула согласно.

— Пойдем, я приготовлю постель.

Заснул Паша действительно, едва коснувшись головой подушки. Джетлаг смилостивился и обошел его стороной.