Глава 18

Следующая неделя выжала меня досуха. Да и девушек тоже: я целыми днями пропадал в офисе, «строя и равняя» владельцев банков, гостиниц, клубов, составлявших теперь мое хозяйство. Татьяна выполняла обязанности моего секретаря-референта, следила за графиком встреч, питанием, решала конфликты между посетителями и кучу всяких мелких вопросов. По моим прикидкам, примерно половину всего вала работы, обрушившейся на меня. Она объясняла мне какие-то тонкости бухучета, таможенных вопросов, сортировала документы, — в общем, оказалась просто незаменима…

Людмила, как оказалось, и в Москве помогавшая маме в бизнесе, вместе с Левиком терроризировала бухгалтеров моих клиентов, причем так успешно, что нарыла кучу нестыковок, финансовых нарушений, просто ошибок и т. д. Благодаря их поистине титаническому труду я аргументировано гнул свою линию, постепенно вызывая какой-то суеверный страх среди растерянных бизнесменов.

Юлька сутками пропадала в клубе, что-то там переделывая и меняя, подыскивая каких-то людей, коллективы, занимаясь рекламой и еще кучей всякой всячины. Ей в помощь я вызвал своего бывшего сослуживца, лейтенанта в запасе Энди Шеннона. Перебивающийся случайными заработками водитель — дальнобойщик, а когда-то гроза вьетконговцев и всяких там террористов Энди сначала испугался, когда я предложил ему возглавить службу безопасности компании и заняться подбором нормальной охраны, но потом, не выдержав моего натиска, сдался. Ну, наверняка свою роль сыграла и предложенная ему зарплата, как минимум в двадцать раз превышающая его доходы в лучшие времена. — В общем, он мотался с Юлькой по городу, проводил собеседования с кандидатами и т. д. и т. п.

По вечерам мы приползали домой, еле живые от усталости, чем-то перекусывали и валились спать. Неделя пролетела совершенно незаметно, и лишь утром с субботу, привычно вскочив с кровати в шесть утра, я вдруг понял, что никуда, собственно, идти и не надо. Что впереди — уик-энд, и никто не помешает мне немного отдохнуть от бешеной круговерти недели.

Однако пришлось потратить еще часов восемь времени, чтобы подготовиться к понедельнику, распечатать нужные бумаги, сложить все в кабинете и еще немного поспать. Зато часам к девяти вечера мы были готовы к приключениям…

* * *

Шоу началось еще в гараже: спустившись выгнать на улицу «Ауди», на которой мы обычно ездили всей компанией, я вдруг обнаружил два «Астон-Мартина» вместо одного. Причем, совершенно одинаковых! Я сначала не поверил своим глазам, но руки подтвердили, что зрение меня не обманывает. Вернувшись в дом, я потребовал объяснений. А потом схватился за голову.

Оказывается, услышав пожелания капитана Вильямса, Юлька решила не нервировать полицию, и просто купила еще одну машину. И теперь ее, видите ли, «тоже не тормозят»!

Я решил, что, немного разобравшись с делами, обязательно займусь их перевоспитанием. А пока мне пришлось выгонять из гаража два «Астона», так как ехать на «Ауди» развлекаться девушки отказались наотрез!

Мы летели на двух машинах по ночному городу, провожаемые обалдевшими взглядами полицейских и жгли резину на поворотах. Откровенно говоря, мне было весело. С визгом затормозив у клуба «Белая Лошадь», я уставился на новую вывеску. Она переливалась разноцветными огнями и издалека привлекала к себе внимание. «Оторвись по-русски!» — гласила она. И я со страхом представил себе, что это реально значит.

Стоянка возле клуба была просто забита дорогими машинами, а у входа в клуб стояла очередь. Юлька гордо выпятила и без того не маленькую грудь и заявила:

— Вчера было открытие после реконструкции. Прибыль от первого дня была почти втрое больше, чем обычно! Сегодня людей побольше!

Мы беспрепятственно вошли внутрь, и я сначала немного растерялся:

— Тут все по-другому! Это сколько же денег сюда вбухано? И как хозяин клуба на это согласился? И как ты успела всего за пять дней?

— Хозяин и не соглашался! Я просто вложила в дело наши деньги! Ну, стала типа соучредителя. А сегодня утром он мне уже звонил и рассыпался в благодарностях! А успела очень просто: пообещала всем премии!

Я ошарашенно покачал головой и посмотрел на Татьяну:

— Ты знала об этом?

Девушка утвердительно кивнула:

— Ты был очень занят, и мы обошлись без тебя! Теперь у нас с тобой и каждой из них по десять процентов акций. Кроме того, в понедельник Фернандо, кстати, вот он к нам и бежит, — добавила она, — будет тоже присутствовать на совещании…

Вышеупомянутый Фернандо, на ходу умирая от счастья лицезреть нашу компанию, спотыкаясь, спешил к нам на всех парусах. Он долго рассыпался в приветствиях и благодарностях, потом лично проводил нас до нашего столика и унесся за официантами.

Я с интересом огляделся вокруг:

— А ну-ка просветите меня, чем тут люди занимаются? — потребовал я.

— Вон в том углу, под надписью «Русская рулетка», можно сыграть в эту самую рулетку! Только вместо пули из пистолета в лицо счастливчика вылетает крем! А вон та красавица на помосте слизывает его с жертвы! Причем он считается выигравшим! А проигравший оплачивает всю выпивку победителя за вечер!

— И что, много желающих? — удивленно спросил я.

— А ты посмотри на очередь! Там три комплекта револьверов и, соответственно, три девушки. А желающих — человек сорок! Это сладкое слово «Халява»! — засмеялась она.

— А вон так, где надпись «Черная кошка», — обыкновенная комната. Желающему натягивают на голову непрозрачный мешок и вталкивают внутрь. У него есть пять минут, чтобы проявить себя во всей красе!

— А что внутри? — спросил я.

— Куча обнаженных и потрясающе красивых девиц! В одних трусиках! Соискатель должен как-нибудь вытащить одну из комнаты, и тогда она будет прислуживать ему весь вечер, само собой, не одеваясь. Кроме того, он получает двести долларов!

— И это выгодно? — непонимающе спросил я.

— Во-первых, все девушки обмазаны маслом и ужасно скользят! Во-вторых, они мешают ему вытащить из комнаты своих подружек, и, в лучшем случае, из десяти желающих везет от силы одному. При цене попытки в пятьдесят монет у нас уже солидный плюс! А ведь еще есть тотализатор! Игрок или любой желающий может ставить на себя, на время, затраченное на попытку, на конкретную девушку, благо происходящее внутри прекрасно видно вон на тех мониторах! Максимальный выигрыш — до пятидесяти тысяч! Хотя, я подумываю, что ставки можно не ограничивать! Просто у меня пока маловато статистических данных!

— Ладно, потом подойдем поближе и посмотрим! А что там? — я показал пальцем на огромную толпу восторженно орущих людей.

— Да так, мелочи! Там можно сыграть в американский футбол! Просто пронести мяч на двадцать ярдов. Против, между нами говоря, женской сборной штата. Само собой, дамы тоже в неглиже! Там тоже ставки, призы, всякие поцелуйчики! — Юля явно была довольна самой собой. Я, собственно, тоже. Судя по накалу страстей, народ веселился ударно! Пора было и нам подключаться к общему веселью…

Я попробовал свои силы в беге по дорожке от боулинга со своей дамой на руках. Наперегонки с еще одиннадцатью желающими. Скользкая поверхность под ногами, причудливо выгнутая неизвестными рационализаторами, уже на третьем шаге ушла куда-то в сторону, и я вместе с Татьяной грохнулся на огораживающие дорожку маты. До конца не добрался ни один конкурсант, и Большой Приз — комплект клюшек для гольфа, остался гордо висеть на стене. Зато упавшему дальше всех две симпатичные распорядительницы преподнесли утешительный приз — сотню. Да еще и дали поцеловать себя в грудь, прямо перед веселящейся подругой!

Не успели мы освободить дорожки, как их протерли специальными швабрами и дали старт очередному забегу… Народ торопился просадить побольше денег!

Потом я отправился на Родео. Только правила были тоже не совсем обычными: мало того, что надо было удержаться на механическом быке дольше соперника, так еще и в компании своей дамы! Причем ее поза относительно седока правилами не оговаривалась. Ставки зашкаливали за десять тысяч, и, судя по тому, как народ налегал на спиртное, это был еще не предел…

Здесь мне повезло: я поставил на себя три сотни, удержался чуть дольше противника, и получил его три сотни вместе со своими. Правда, попытка тоже стоила полтинник, но полученное удовольствие и прибыль того стоили. Да и мой оппонент, судя по его довольному лицу, был не в обиде: он тут же пристроился в хвост очереди к аттракциону. Его дама, только что летевшая на маты вверх головой, сияя задом в стрингах перед всей публикой, тоже сияла от счастья и нетерпеливо толкала своего кавалера вперед. Причем еще не успев встать! Взрывы хохота сопровождали каждое падение, и мы, еще немного позабавившись, пошли дальше…

К пяти часам утра я с удивлением обнаружил, что просадил почти пять тысяч! И меня это совсем не расстроило. А девиз клуба, изображенный на каждом углу, за это время успел отпечататься у меня в подкорке. Золотая надпись поперек стодолларовой ассигнации гласил: «Не дай деньгам загнать себя в могилу!».

Отловив веселящихся в разных углах клуба Люду и Юльку под бдительным присмотром проинструктированных ребят из охраны, я выбрался из здания на улицу и устало сел прямо на ступеньки парадной лестницы, прямо на ковровую дорожку. В компании таких же довольных, но измученных до предела дюжины пар мы дождались, пока нам подгонят наши машины и устало загрузились внутрь. Добраться до дому сил хватило впритык. Поэтому я совсем не удивился, когда, немного поболтав о проведенной ночи на нашей большой кровати, девушки начали отрубаться одна за другой прямо у меня в ногах. Но сил раздевать их и нести к ним в спальни у меня не нашлось, поэтому я, кое-как приткнувшись между ними, провалился в сон.

* * *

Нежный поцелуй в губы заставил меня рефлекторно, не открывая глаз, на него ответить. Язычок нежно прошелся по моему лицу, и отодвинулся. Я потянулся следом, и тут раздался взрыв хохота! Я открыл глаза, и оказалось, что губы принадлежат не Татьяне, а Людке, а язычок — Юльке! А Татьяна хохочет, сидя на полу в куче денег! Оказалось, что она только что проиграла пять тысяч. Из-за меня! Она была уверена, что я догадаюсь, что меня целует не она. Я покраснел от смущения, все еще ощущая вкус нежных губ Таниной подружки, потом виновато посмотрел на выпятившую губки девушку, поднял ее на руки и унес в ванную.

— Зато он любит меня! — уже через закрытую дверь проорала она все еще хихикающим девицам и, ощутив поцелуй на своей шее, закрыла глаза.

— Только не сейчас! — нашла в себе силы отказаться от ласки уже полураздетая девушка минут через пять: — Звонил Мигелито, сказал, что вот-вот будет у нас!

— А по какому вопросу? — не отрываясь от ее груди, недовольно спросил я.

— Он не стал мне говорить по телефону! — придержала мои «бесстыжие» губы Татьяна. — Сказал, что срочно!

Я недовольно оставил ее в покое, быстренько сполоснулся, побрился, закинул изуродованный за время вчерашнего веселья костюм в пакет с грязным бельем и в компании своей подруги пошлепал одеваться. Не забыв обернуть бедра полотенцем.

Мигелито уже сидел у нас на кухне и уминал мои любимые вареники с вишней, заедая их булочками с вареньем…

Я плюхнулся рядом и возмущенно потребовал своей доли. Людмила, сегодня выполняющая обязанности радушной хозяйки, тут же поставила передо мной здоровую тарелку, и я, ревниво посмотрев на количество вареников в тарелке Мигелито, не нашел, к чему придраться: даже с учетом того, что он начал раньше, у меня было больше. Люда мило улыбнулась, налила мне чаю и вышла из комнаты.

— В чем дело? — с набитым ртом поинтересовался я.

— У меня есть свой человек в налоговой службе! Они уже прослышали про твой клуб и собираются его навестить!

— Никакой он не мой! — попробовал было уточнить я. — Я просто взял его под руку!

— Да ладно, весь город называет его твоим! Я был там позавчера, и не заметил, как выбросил на ветер восемь тысяч! — пожаловался мне он. — И ведь на следующей неделе опять пойду!

— А я вчера сам засадил пятерку! — расхохотался я. — Впрочем, я не жалею! — Потом повернулся к дверям и крикнул: — Девчонки! Мне вас не хватает!

Через пару секунд любопытные мордочки показались в дверном проеме:

— Что такое, Джонни?

— Да вот Мигелито говорит, что по нашему клубу налоговая плачет!

Юлька довольно рассмеялась:

— Их ждет офигительный сюрприз! Левик привел бухгалтерию в порядок, что-то там поменял, в общем, что — я не вникала, и в итоге любая проверка установит, что государство должно клубу! Не так много, но должно! Где-то тысяч двести!

Мигелито поперхнулся булочкой, и, вытаращив глаза, ждал, пока застрявший в горле кусок поддастся моим ударам по спине и даст ему вздохнуть. Наконец, справившись с приступом кашля, он недоверчиво посмотрел на все нас по очереди и переспросил:

— Государство? Вам? Двести тысяч? Не верю! Я съем свой ботинок, если окажется, что это так!

— За базар ответишь! — хором закричали девочки, а я сочувствующе покачал головой:

— Ну, ты и попал, парень! Другие новости есть?

— Да нет, — ответил он. — У меня все хорошо!

— Тогда поехали с нами на пляж! А то у нас уже неделю простаивают подарки, а мы их даже не испытали! — предложил я.

— Что за подарки? — заинтересовался он.

— Тебе понравятся! — пообещал я.

* * *

Посмотрев на скутеры, и особенно на их спидометр, Мигелито завистливо вздохнул:

— Да это просто мечта контрабандиста! Кстати, ты собираешься сажать их сверху просто так? — он кивнул мне в сторону дам, загружающих в машины еду и напитки.

— А что? — не понял я.

— Да они же убьются! Надо найти шлемы и спасательные жилеты!

Я задумался, потом согласился:

— А где их взять?

— Есть у меня местечко на примете! Я заскочу туда и подъеду к вам, хорошо?

Я согласился и объяснил парню, где нас искать. А потом начал ломать голову, как прицепить прицепы к спортивным машинам, не приспособленным к такому грузу. Не придумав ничего, я прикинул, как бы этот вопрос решил Вован, и тут же меня осенило!

Уже через десять минут мы весело катили по дороге на обоих «Астонах», а за нами летели два полицейских джипа со скутерами на прицепах. Ребята с удовольствием приняли спонсорскую помощь в организации им небольшой попойки в обмен на транспортировку нашего груза. Выгрузив скутеры в воду, они отъехали метров на двести, расположились поудобнее и принялись за наше угощение.

Мы тоже не теряли времени зря: до приезда Мигелито заправили скутеры, проверили их на малом ходу, потом немного поплавали, поныряли и позагорали.

С его приездом же начались большие гонки: мы все, по отдельности и парами летали по волнам, то наперегонки, то просто сходя с ума, как бог на душу положит. Скутеры, оглашая окрестности ревом мощного мотора, просто летали над волнами, то и дело сбрасывая с себя седоков. Мигелито оказался прав: без шлемов и жилетов мы бы точно убились, а так просто хватали очередную порцию адреналина. Часа через два, когда наши предплечья отказались удерживать руль, мы, наконец, успокоились, и растянулись на теплом солнышке позагорать. А возле скутеров, вытащенных на песок, собралась толпа желающих посмотреть на эти сумасшедшие аппараты. Наконец, когда мне уже порядком надоело их охранять, мне пришла в голову неплохая идея: я предложил полицейским немного на них прокатиться. Счастья было немерено! Они наперегонки бросились к ним, и чуть не передравшись между собой, тоже часок поразвлекались.

Тем временем Мигелито, завистливо разглядывая мое тело, и сравнивая его со своим, собрался с духом и попросил:

— Джонни! Я тоже решил немного подкачаться! А то по сравнению с тобой я просто выпускник спортивно-оздоровительного лагеря Освенцим! А уж на фоне Вована Петровича я себя просто не нахожу! Может, ты мне что-нибудь посоветуешь?

— Это вопрос не одного дня! — с сомнением посмотрел я на него. — Тебе придется пахать, как проклятому не один год!

— Да хоть двадцать! — с жаром воскликнул он и, покраснев, добавил: — Лишь бы такие девушки тоже начали виться вокруг меня, как вокруг тебя! Я ведь места себе не нахожу! Прикинь, все те женщины, которые у меня были и есть, кажутся какими-то пресными, что ли! — парень был действительно расстроен. — А еще я хотел бы один раз съездить с тобой в эту сумасшедшую Россию, если ты меня с собой, конечно, возьмешь!

— Ты с ума сошел! — удивленно посмотрел на него я.

— Я готов прыгать с парашютом, нырять с аквалангом, да хоть на ушах ходить ради этого! — он с надеждой смотрел на меня, покраснев от стыда, как девочка, которую в пять лет застукали за курением.

Мне стало его жалко и немного смешно. Но, не показывая своего веселья, я хлопнул его по руке и предложил:

— Обычно я тренируюсь один. У себя дома! Но, как оказалось, в моем офисе есть отличный спортивный зал. С бассейном, грушами и тренажерами. У меня скоро бизнес войдет в нормальное русло, и я начну заниматься там. Если не передумаешь, — милости прошу!

— Спасибо, амиго! — Джонни засиял от счастья, потом унесся куда-то к машине и скоро вернулся обратно с волейбольным мячом.

Загрузка...