— Да, это мой браслет. — Я кивнула, подтверждая свой ответ и нервно сжала руки в кулаки. Благо, что дознаватель не видел мой жест. А может, видел. только сделал вид, что не видит.
— Откуда он у вас? — Прищуренные глаза вызвали во мне непонятный трепет, а еще…
В его руках появилась непонятная штука. Она напоминала символ королевской власти — скипетр, но меньших размеров, похожий больше на позолоченный графин с сияющей пробкой в форме многогранного кристалла, сияющего всеми цветами радуги. При моем первом ответе пробка вдруг вспыхнула ярким желтым светом, а дознаватель удовлетворенно кивнул, будто соглашаясь с моим ответом. Все это вызвало во мне непонятные ощущения.
Неужели это еще одно проявление магии? И все мои ответы, вернее, поверят ли моим ответам, зависит от того, каким светом будет сиять эта штука при каждом моем слове?
А если возникнет какое-то недоразумение? Ведь не всегда можно отличить правду от вранья, а ложь от истины. Иногда даже магия бессильна поставить верный диагноз: говорит человек правду или лжет.
Я встряхнула головой, отгоняя сомнения.
Будь что будет. Буду отвечать правду, и посмотрим, что получится.
— Я сирота, и когда на моем запястье появился листок, — я непроизвольно посмотрела на лепесток. Он стал светлее, потеряв новый росток. — То есть проявилась метка Отбора невест, меня собирали за счет Академии магии и добровольных пожертвований. Я увидела этот браслет в своих вещах, когда собиралась отправляться во дворец. Этот браслет идеально смотрелся на моей руке, прикрывая метку, поэтому я решила, что так и должно быть.
Кристалл продолжал гореть желтым светом. Дознаватель не смотрел на него, он смотрел в мои глаза. Я видела, как меняются его радужка, переливаясь то зеленым, то желтым.
— И вы не задумались, зачем адептке, отправляющейся на отбор во дворец, браслет, в оправе которого находится камень… Кхе-кхе… — закашлялся дознаватель, — рубин, приносящий смерть?
Губы мужчины превратились в тонкую синюю линию.
— Я не знала этого. — Почувствовала, как задрожали мои губы.
Я действительно очень обрадовалась, когда обнаружила в коробке этот браслет. Он прекрасно смотрелся в комплекте с моим платьем и дополнял образ. Его камни сияли неземным светом, даря мне ощущение силы и уверенности в себе.
— Вы знали, что этот браслет невидим, пока находится на носителе? — следующий вопрос последовал сразу после моего ответа.
— К-как невидим? Я н-не знала… — мои пальцы задрожали, а на лбу выступила испарина.
Так вот почему никто не заметил браслет? А ведь, когда мы прибыли во дворец, то нас тщательно осмотрели охранницы, даже заставили снять белье и прощупали каждый шовчик на платьях и плащах. А наши чемоданы вообще подверглись магическому просвечиванию в специальных чародейских установках на входных воротах, а потом повторно уже другие охранницы пересмотрели наши вещи вручную в специальной комнате.
Как же это было унизительно! Наблюдать, как наши вещи вывалили на широкие столы и копались в них, как будто… Даже не с чем сравнить. Как будто мы прибыли с дурными намерениями, а не с желанием выйти замуж за принца-дракона и стать королевой. С другой стороны, мы понимали, что люди выполняли свою работу и заботились о безопасности коронованных особ.
А теперь выясняется, что браслет находился на моем запястье, и его просто не заметили. Чужеродная магия, оказывается, отвела от него внимание при обыске.
— Но как же так, нас тщательно проверили, когда мы прибыли во дворец? — Теперь уже я задала вопрос дознавателю и сама ужаснулась своей смелости, замолчав, в ожидании замечания о вольности, но мужчина пожал плечами и ответил:
— Разбираемся, но уже сейчас понятно, что браслет находился под иллюзией или даже был невидимкой, потому что все, кого мы опросили, утверждают, что не видели на вашей руке никакого браслета, и что он появился только после смерти короля.
Кристалл засверкал желтым с примесью красного. Я недоуменно посмотрела на магическое устройство, а дознаватель поморщился.