Передовые люди Южно-Уральской

Ю. Танов ЛУЧШИЙ ТОКАРЬ ДОРОГИ

Цех лучшего токаря дороги Степана Григорьевича Баннова больше похож на уютную комнату, чем на производственное помещение. Стены и потолок его чисто выбелены. Напротив двери, у большого, светлого окна с живыми цветами — универсальный токарный станок. От его сверкающей поверхности игриво отражаются солнечные лучи. У станка — аккуратные стеллажи для инструмента и деталей. В правом углу комнаты — большой, крашеный шкаф, где в строгом порядке разложен токарный инструмент. Кроме стружек у станка, на полу нет ни соринки.

Станок весело гудит. Степан Григорьевич рассчитанными, уверенными движениями зажимает в патрон одну за другой заготовки, быстро и точно направляет резец… На стол он рядком кладет все новые и новые готовые вагонные детали.

Степан Григорьевич Баннов пришел в Челябинский вагоноремонтный пункт, как тогда называлось товарное вагонное депо, в январе 1937 года и стал работать слесарем в сборочном цехе.

Но профессия эта его далеко не устраивала. Он хотел во что бы то ни стало быть токарем и обязательно универсалом. Поэтому, почти с первых же дней работы в вагоноремонтном пункте, Степан Григорьевич в нерабочие часы шаг за шагом, с изумительным упорством осваивает токарное дело.

Его учителем стал один из лучших токарей вагоноремонтного пункта Иван Петрович Купцинов. С его помощью Баннов в сравнительно короткое время изучил, прежде всего, основы токарного дела, а затем — шеечный и бандажный станки. И с конца 1937 года он уже успешно работает токарем шеечником и бандажником.

С того времени производственная дружба Купцинова с Банновым еще более крепнет. Опытный токарь по достоинству оценил стремления и способности молодого рабочего и охотно помогал ему повышать квалификацию.

— Ну, Степан, — сказал два года спустя Купцинов Баннову, — универсальный токарный станок ты изучил. Хорошо освоил и технологию работы на нем…

— Совершенно верно, Иван Петрович. Не знаю, как и отблагодарить вас за помощь…

— Ладно, ладно. Слушай дальше, — прервал его Купцинов. — Так вот, могу сообщить тебе, что с завтрашнего дня ты начнешь работать самостоятельно токарем-универсалом по четвертому разряду.

— С завтрашнего?.. — как бы не веря его словам, переспросил Баннов.

— Да, с завтрашнего.

— Наконец-то!..

— Смотри, не подведи!

— Не подведу, можете надеяться, — заверил своего учителя Степан Григорьевич.

…Ночь прошла в бессоннице… Еще не растаяла предутренняя мгла, как он уже был на ногах и, почти на час раньше обычного вышел из дома…

Но вот, наконец, прогудел гудок, и Степан Григорьевич взволнованно включил рубильник. Резец поплыл по поверхности первой обтачиваемой детали, снимая ровную серебристую стружку…

Прошел час, другой, третий… Ранние зимние сумерки окутывали землю. Рабочий день близился к концу.

— Молодец, Баннов! — Сменное задание выполнил на 110 процентов! Для начала хорошо, — поздравлял по окончании смены Степана Григорьевича мастер механического цеха Салтыков.

Купцинов стоял около и потирал от удовольствия руки. На губах его играла радостная улыбка.

— Завтра дам 120, — заявил Баннов, — а через месяц — не менее 150. Это — мое социалистическое обязательство.

Дни пролетали за днями. С каждым новым месяцем Баннов все глубже и глубже совершенствовал свое мастерство и, не удовлетворяясь достигнутым, все более и более увеличивал производительность труда.

В 1941 году, на торжественном заседании челябинских вагонников, посвященном международному празднику трудящихся — 1 Мая, о Степане Григорьевиче Баннове говорили уже, как о высококвалифицированном токаре, как о передовике социалистического соревнования, систематически выполняющем производственные задания не ниже, как на 250—300 процентов.

Нужно сказать, что замечательных производственных успехов Баннов добивался и добивается не только лишь путем углубления накапливаемого им практического опыта. В прошлом малограмотный, он в течение последних десяти лет, наряду с усидчивым повышением общего образования, упорно повышает свой технический уровень и благодаря этому неустанно совершенствует технологию работы.

— Степан Григорьевич — наш старейший штатный читатель, — говорит о нем библиотекарь Челябинской железнодорожной библиотеки Вера Александровна Мезенкампф. — Очень мало в библиотеке осталось книг, которые бы еще не прочитал этот книголюб.

И действительно, в читательской книжке Баннова значатся — сочинения Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина, произведения Пушкина, Толстого, Горького, Шолохова, Гюго. Очень часто можно встретить Степана Григорьевича Баннова и в дорожной технической библиотеке. Он берет там технические учебники, брошюры, справочники.

…Тревожная осень 1941 года. Кровавые полчища немецко-фашистских захватчиков полукольцом подошли к Москве…

Сотни тысяч мирных тружеников города и деревни ушли на фронт с оружием в руках защищать честь и независимость любимой Родины. Много своих товарищей по производству проводили на фронт и работники механического цеха Челябинского вагоноремонтного пункта. Объем же работы цеха значительно превысил довоенный, так как по ряду причин, вызванных войной, централизованное снабжение вагоноремонтного пункта запасными частями сократилось до минимума. Большое количество вагонных деталей, ранее получаемых с базы Главного управления материально-технического снабжения, теперь приходилось изготовлять на месте.

Однажды, в обеденный перерыв Степан Григорьевич зашел в кабинет к начальнику вагоноремонтного пункта Мартынову и с заметным волнением обратился к нему:

— Разрешите мне, товарищ начальник, работать одновременно на двух станках.

— На двух станках?!

— Да, на двух.

— Так, так… А осилишь? — спросил Мартынов.

— Думаю, что не только осилю, но и, пожалуй, заменю пять-шесть токарей, — ответил Баннов.

— А ты все хорошо продумал? Все ли как следует предусмотрел? — не столько сомневаясь, сколько желая проверить готовность Баннова, спросил Мартынов.

— Видите ли, токарное дело я знаю хорошо. Станок свой содержу в отличном состоянии. Поэтому он всегда работает у меня точно и безотказно от планового до планового ремонта. А для успешной работы на двух станках я считаю необходимым обеспечить бесперебойную работу станков и умело использовать их автоматичность.

— Правильно, товарищ Баннов. Это — самое основное, — оживился Мартынов. — Но для успешной, как ты сказал, работы на двух станках необходима еще и хорошая организация рабочего места на весь день, которая бы позволила полезно использовать каждую минуту рабочего времени.

— Я предусмотрел и это, — улыбнувшись ответил Баннов. — Собственно говоря, я и сейчас время попусту не трачу, так как всегда подготовляю свое рабочее место на всю смену заранее.

— Как именно?

— А вот так. В цех я обычно прихожу на час раньше. Беру у мастера наряд и смотрю, сколько каких деталей мне нужно будет изготовить. Затем подношу к станку и раскладываю в порядке очередности обработки столько заготовок, сколько максимально смогу обточить за смену.

— Ну, а инструмент?..

— А его я уже давненько заправляю и ремонтирую по окончании смены.

— А если какой-либо, например, резец у тебя во время работы выйдет из строя, тогда придется останавливать оба станка для его заправки? — опять спросил Мартынов.

— Нет. На этот случай у меня в инструментальном шкафу есть в запасе более ста различных, хорошо заправленных резцов и полный набор другого инструмента.

— Ну, ты, действительно, все предусмотрел и хорошо продумал, — сказал Мартынов. — Инициатива хорошая. Давай начинай. А мы поможем тебе. Желаю успеха! — добавил он и пожал Степану Григорьевичу руку.

Инициативу Баннова поддержала и партийная организация вагоноремонтного пункта. По настоянию партбюро на следующий же день Степан Григорьевич получил второй станок и привел его в образцовый порядок.

В первый день работы на двух станках Степан Григорьевич Баннов сменное задание выполнил на 520 процентов. А через полмесяца, отлично освоив работу многостаночника, он стал давать ежедневно по 6—7 сменных норм.

Героическая Красная Армия, разбив немцев под Сталинградом, почти на всех фронтах перешла в наступление. Успех наступления не в малой степени зависел как от работы железнодорожного транспорта вообще, так и от вагонников, в частности. И они, не жалея сил, не считаясь с отдыхом, ремонтировали подвижной состав в рекордные сроки, запрашивая у работников механических цехов все больше и больше запасных частей.

Как ни работали самоотверженно Баннов и другие токари механического цеха, все же они иногда не могли удовлетворить полностью все возрастающие потребности ремонтных бригад в некоторых вагонных деталях. Чаще всего челябинские вагонники испытывали недостаток в буферных стержнях.

Это серьезно волновало Степана Григорьевича.

Он, как и другие токари, обтачивал буферные стержни только при 49 оборотах в минуту. Такая скорость станка позволяла изготовлять за смену не более десяти стержней. При каждой попытке увеличить число оборотов, намертво закрепленный центр станка не выдерживал: горел и выкрашивался.

Баннов все больше стал задумываться над тем, как бы увеличить число оборотов при обработке стержней. И вот, однажды ему пришла мысль:

— А что если сделать центр свободно вращающимся… в шарикоподшипнике? — И он с жаром ухватился за эту идею.

Вечером того же дня, вернувшись с работы домой, Степан Григорьевич долго не ложился спать. Склонившись над листком бумаги, он кропотливо вычерчивал чертеж конструкции придуманного им свободно вращающегося центра…

Было уже далеко за полночь, когда он встал из-за стола и облегченно вздохнул:

— Ну вот, чертеж готов. Теперь нужно сделать центр.

Прошел день, другой, третий… и, наконец, Баннов изготовил свой свободновращающийся в шарикоподшипнике центр и начал обтачивать на нем буферные стержни. Эффект был блестящий! Это приспособление позволило Степану Григорьевичу довести число оборотов до 160 в минуту. И сменив обыкновенный резец на победитовый, он стал изготовлять за смену по 60 и более стержней.

Весть о замечательном новшестве Баннова облетела весь цех.

— Что ж, товарищи, — обратился на планерке к другим токарям цеха мастер Белешев, — нужно бы для каждого станка смастерить по такому центру.

— Правильно, Петр Гаврилович, — одобрили и поддержали решение коммуниста-мастера рабочие. И через короткий промежуток времени многие токари изготовили по чертежу Баннова свободновращающиеся центры и стали успешно применять их. Благодаря этому цех значительно увеличил выпуск буферных стержней, и челябинские вагонники почти перестали испытывать в них недостаток.

А Степан Григорьевич Баннов, изготовляя на одном станке буферные стержни, а на втором — другие вагонные детали, стал выполнять сменные задания на 1000 и более процентов, заменяя 10 квалифицированных токарей.

Отечественная война кончилась. Народ-победитель приступил к залечиванию ран, нанесенных стране войной.

Рабочие и служащие, инженеры и техники вагоноремонтного пункта собрались в сборочном цехе на общее собрание, посвященное обсуждению обращения ленинградцев ко всем трудящимся Советского Союза.

Секретарь партийной организации Андрей Никифорович Касьянов зачитал обращение трудящихся города Ленина и призвал челябинских вагонников последовать патриотическому начинанию ленинградцев.

Первым взял слово Степан Григорьевич Баннов:

— Я обещаю свое пятилетнее задание по изготовлению вагонных деталей выполнить за полтора года. — И, отыскав взглядом своих товарищей по работе, продолжал: — Вызываю на соревнование токарей Мишина и Подкорытова, а также всех других работников вагоноремонтного пункта.

В цехе нарастало всеобщее оживление.

— Вызов твой принимаю, Степан Григорьевич, — сказал Мишин. — Попробую победить тебя.

— Ну, это еще, как говорится, бабушка надвое сказала, — улыбаясь, ответил с места Баннов.

Послышался одобрительный смех.

— Что ж, Степан Григорьевич, согласен и я, — ответил в свою очередь Подкорытов. — Но учти, я, как и Мишин, побежденным быть не собираюсь.

— Так, так, Подкорытов, молодец! — одобрительно сказал Касьянов.

А вслед за токарями, выступили один за другим, десятки других рабочих вагоноремонтного пункта: кузнецы, слесари, плотники, жестянщики, осмотрщики и электросварщики. Все они взяли на себя новые повышенные обязательства.

Так, по инициативе коммуниста Баннова, на вагоноремонтном пункте развернулось массовое социалистическое соревнование за досрочное выполнение плана послевоенной пятилетки.

Баннов хорошо понимал, насколько ответственно и серьезно его новое обязательство. Поэтому, чтобы с честью сдержать свое слово и выйти победителем в соревновании, он не только обобщает и глубоко закрепляет производственные успехи, достигнутые им в годы войны, но и настойчиво ищет новые пути увеличения производительности труда в дальнейшей рационализации производства.

Проходят недели и месяцы в неутомимых творческих исканиях, в усидчивых вычерчиваниях чертежей и изготовлении всевозможных приспособлений. В них рождаются одно за другим ценные рационализаторские изобретения и усовершенствования, которые позволяют Степану Григорьевичу в пять-шесть раз увеличить выпуск колец тройников автотормоза, соединительных муфт воздушной магистрали и многих других вагонных деталей.

Замечательный мастер токарного дела, Степан Григорьевич Баннов, работая на одном станке и в тех же условиях, что и другие токари вагоноремонтного пункта, достигает высокой культуры производства, хорошей организации рабочего места, позволявшей ему полезно использовать каждую минуту рабочего времени, и улучшения технологического процесса изготовления различных вагонных деталей. Все это, вместе взятое, дало ему возможность добиться систематического перевыполнения среднепрогрессивных норм и первому на Южно-Уральской дороге выполнить пятилетнее задание за 1 год 5 месяцев.

За три года послевоенной пятилетки стахановец-новатор выполнил уже две личных пятилетки и сейчас успешно работает в счет 1956 года.

Но на достигнутом Степан Григорьевич Баннов не останавливается.

— Я люблю свою профессию, — говорит он. — Для меня всегда большим праздником бывает тот день, когда я каким-либо образом добиваюсь дальнейшего повышения темпов своей работы. Поэтому я повседневно ищу и буду искать все новые и новые пути к увеличению производительности труда. Я уверен, что добьюсь еще больших успехов.

Свой богатый опыт Баннов охотно передает молодым рабочим. За годы войны и в послевоенный период он обучил своему мастерству тринадцать юношей и девушек.

— Лида Пушкарева, Акулина Галина и многие другие мои бывшие ученики уже завершили свои пятилетние задания, — заслуженно гордится Степан Григорьевич.

Но передовые методы труда и замечательные рационализаторские усовершенствования Баннова стали достоянием не только этих тринадцати рабочих. Степана Григорьевича хорошо знают не только в Челябинске, но и на других узлах дороги. О его работе часто пишет дорожная газета. На ее страницах токарь-новатор неоднократно делился с южно-уральцами своими производственными достижениями и успехами. Кроме того, редакция дорожной газеты «Призыв» и дорпрофсож выпустили специальный плакат, посвященный опыту его работы. Поэтому сейчас в паровозных и вагонных депо, мастерских и подсобных цехах дороги есть много токарей, славных последователей Баннова.

За самоотверженный, стахановский труд на благо социалистической Родины лучший токарь дороги Степан Григорьевич Баннов занесен в Дорожную Книгу Почета.