Почувствуй

Глава 17. Желание

Оставляя после себя дорожки из воды, мы поднялись на верхний этаж. Картер с грохотом открыл дверь своей квартиры и, кажется, сказал горничным о том, что они на сегодня свободны. После этого, вновь взяв меня за руку, потянул за собой по коридору. Быстро. Словно мы торопились. Или даже что-то в разы хуже. Я вообще толком ничего не понимала. Лишь краем взъерошенного сознания, вспоминала о том, что вообще-то около бассейна остались мои шлепки и футболка, но далеко не это сейчас волновало. Расплавляясь в этих мгновениях, я дрожала от испуга перед тем, чего от меня хотел Картер.

Когда альфа толкнул еще одну дверь, затягивая меня в комнату, я, спотыкнувшись о порог, устояла на ногах, лишь потому, что Картер перехватил меня за талию. Так, что я грудью была прижата к его торсу. Вздрогнув от этого, подняла взгляд, с содроганием понимая, что сейчас мы находились в спальне. С одной стороны камин и над ним огромная плазма. С другой — кровать. Кажется, тут окно во всю стену, сейчас прикрытое шторой, но остальные очертания комнаты плыли перед глазами. Становились неразборчивыми и непонятными.

— Ты хочешь сейчас?… — я не знала, как закончить свой вопрос. Сил для этого не находила, но стало настолько страшно, словно мне к груди нож приставили. И изощренно, по миллиметрам начали вводить острие лезвия в тело.

— Боишься? — одной ладонью сжав мое бедро, вторую Картер положил на мой затылок. Немного влетая пальцы в мокрые, спутавшиеся волосы. Удерживая в таком положении и не позволяя отстраниться. Наклоняясь к моим губам и, оставляя между нами миллиметры расстояния, обжигая горячим дыханием.

— Я ещё.… девственница, — нервно прошептала. На самом деле, повода для страха перед близостью с Картером было куда больше. Можно было составить список на несколько листов. Из-за этого трясти начинало, а отказаться не могла. Из-за этого чувствовала себя хуже, чем перед казнью.

Притягивая к себе так, что я своим телом была прижата к альфе, Картер кончиком носа провел по моей щеке, затем губами прикоснулся к виску. Это не было поцелуем, но ощущалось хуже, чем ожог.

— Я буду осторожным, — проведя пальцами по моей спине, он остановился ими на талии. Пока что не касаясь никаких интимных участков тела, но всё равно это мгновение жёстко, беспощадно разрывало меня.

И слова альфы совершенно не успокаивали. Скорее, делали в разы хуже, ведь сами по себе подтверждали то, что Картер всё-таки намерен полностью перейти через грань. Особенно, когда он рывком притянул еще ближе и мне в живот уперся его возбужденный, каменный член. А меня током пробило. Мокрая одежда альфы при первом соприкосновении обжигала холодом, затем проступая через неё, жар тела Картера опалил. И хуже всего то, что штаны и футболка липли к нему так, что я ощущала каждую раскаленную мышцу. Да и мой купальник в этом положении был слишком хлипкой защитой.

Раздвинув мои ноги коленкой, Картер губами набросился на шею. Жестко целуя. Явно оставляя следы и языком проводя по коже. Настолько жадно, словно сожрать собирался. И я, испугавшись этого, ладони сжала на его футболке. Широко раскрыла глаза, но перед ними уже ничего не видела. Комната плыла, а меня саму в лаву окунало. Вдох. Глубокий, судорожный и такой же рваный выдох. На контрастах разрывало. Страха и напряжения, но они были понятны и логичны. Куда больше и безжалостнее терзало теми углями, которые вспыхивали внизу живота. Считанные мгновения и они уже достигли своего пика, а я мысленно кричала на себя. Умоляла прийти в себя. Не вестись на те умения Картера, которые он сейчас применял на мне, а то я уже не как человек, скорее какая-то течная сука.

— Мне.… мне в душ нужно, — прерывисто произнесла, пытаясь вырваться. Отчаянно надеясь хотя бы ненадолго отстраниться. Вернуться в норму.

— Позже, — перехватывая меня за талию, Картер поднял на руки и уже в следующее мгновение опуская на кровать. Нависая надо мной и одной рукой пробираясь под спину. Расстегивая лифчик и буквально срывая его.

Прохладный воздух покалыванием прошел по груди, но это было ничем по сравнению с тем, что я испытала, ощутив на себе взгляд Картера. Тут же подняла руки и попыталась прикрыть грудь, но альфа перехватил запястье и прижал их к кровати.

— Не прячься, — наклоняясь, Картер языком провел по затвердевшему соску. Вбирая его в рот. Немного прикусывая. До легкой боли и миллиардов вспышек тока пронзивших тело. Вместе с этим альфа поддел мою ногу под коленкой и закинул ее себе на плечо. Уже двумя руками сжимая бедра и толкаясь так, что даже сквозь ткань одежды я лоном ощутила его член так, словно мы полностью были голыми. От этого зашипела и прогнулась в спине, слыша рваный выдох альфы и то, что его руки сжимали меня уже практически до боли.

Судорожно подняв голову, я встретилась взглядом с Картером и в этом моменте весь мир затрещал. Покрылся огнем. В том как альфа сжал мои волосы и намотал их на кулак. Немного потянул заставляя запрокинуть голову и вновь наклоняясь к моей шее, но почему-то останавливаясь.

Сразу я не поняла почему. Вообще потеряла осознание чего-либо, но Картер, несколько долгих секунд сначала неотрывно смотря на мою ключицу, в итоге вовсе отпустил меня и отстранился. Растерянно моргнув, я одной рукой прикрыла грудь, а второй, опираясь о кровать, приподнялась, чувствуя то, что атмосфера в комнате стала настолько тяжелой, что даже дышать стало трудно.

— Тебе следует это снять, — я не видела лица Картера. Лишь его напряженную спину, из-за чего не сразу поняла, что он имел ввиду.

Лишь спустя несколько секунд до меня дошло, что он говорил, про цепочку, которую мне дал Клейн. Раньше она была под волосами. Сейчас кулон упал мне на ключицу.

Тот самый кулон, который говорил о том, что я бета Джада.

— Снимешь цепочку и отдашь мне. Я поговорю с Клейном, — сказав это, Картер пошел к двери. Покинул спальню.

Сидя на полу в ванной комнате, я долго смотрела в одну точку, а, казалось, вовсе не существовала. Или же находилась за гранью другой реальности и в ней мне было больно, страшно, холодно.

Поднимая руки, я ими закрыла лицо и некоторое время сидела неподвижно. Чувствуя собственную слабость. Захлебываясь ею и, в тот же момент понимая, что так делать нельзя.

Но разве можно так просто совладать с собой?

Прикоснувшись пальцами к цепочке, я слишком долго не могла пошевелить ими, но, кое-как переступая через себя и вновь разбиваясь на части, открыла застежку. Сняла с себя знак того, что я девушка Клейна.

Поднимаясь на ноги, я вновь вытерлась полотенцем. Наверное, прошло уже полчаса с тех пор, как я приняла душ, но с волос до сих пор стекали капли. Да и они были нещадно спутанными. В прочем, как и вся моя жизнь.

Одевшись в большую футболку и шорты, я положила цепочку в карман и вышла в коридор. Проходя по нему и осторожно заглядывая в приоткрытые двери, поняла, что Картер сейчас на террасе. Сразу было желание пойти дальше. Забиться в какой-нибудь угол. Главное, подальше от альфы.

Но, в итоге, я направилась на кухню и в двух чашках заварила чай. С ними пошла на террасу. Осторожно толкнув дверь бедром, вышла на улицу.

Картер сидел на диванчике, одну руку закинув на спинку. Казался расслабленным. Вальяжным, но взгляд черных глаз выказывал что-то похуже ада.

Поставив перед альфой чашку, я села напротив него. По-прежнему в мире не было тех, кого бы я ненавидела больше, чем Картера, но он решил не брать девушку, которая до сих пор принадлежала его другу и я этому отдавала должное. В конце концов, в этой ситуации именно я куда хуже.

— Я сама поговорю с Клейном, — произнесла, поднося чашку к губам. Понимала, что пока что не смогу отпить. Чай слишком горячий, но, может именно этого и хотела. Обжечься. — Я разорву с ним отношения и отдам цепочку.

Картер медленно перевел на меня взгляд. Все-таки, сейчас он был невыносимо тяжелым.

— Нет, это моя обязанность, — голос альфы, жжением прошел по коже.

— И, тем не менее, это мои с ним отношения и я предала Клейна, — держать чашку в ладонях было невыносимо больно, но я все еще это делала. Не опускала ее на стол. Пусть будет больно. Мне и так плохо.

— Разве я дал тебе другой выбор?

— А что такое? Неужели тебя совесть грызет от того, что ты у друга забрал бету?

Картер посмотрел куда-то мне за спину. Возможно, на ночной город. Я же скользнула взглядом по его руке. Увидела темные вены проступившие под кожей.

— Странно, что ты еще не начала опять просить отпустить тебя к Клейну.

— Так это уже невозможно, — Картер затронул больную тему. Она тут же отозвалась в груди жжением. — Если бы ты меня отпустил, я была бы рада, но так или иначе я уже не могу вернуться к Клейну. Не после того, что сегодня было.

Опустившись на кресле, я посмотрела на небо.

— Но он для меня все так же дорог и важен. Просто Клейну будет лучше с другой бетой. Не такой, как я.

Картер ничего не произнес. Я тоже молчала и, наверное, тишина затянулась, ведь, когда я вновь прикоснулась к чашке, она уже не была горячей.

— Как поживает твой отец? — Картер пока что не трогал свою чашку, но неотрывно смотрел на нее.

— Если честно, понятия не имею, — я пожала плечами. — Даже не знаю, где он сейчас живет.

— В детстве мне казалось, что ты любишь отца. Бросала все и бежала в сад, когда он приезжал.

— Так и было, пока я не узнала о том, что, оказывается, он неоднократно изменял маме и то, что у него вообще-то есть несколько детей на стороне. Наша семья тогда достаточно быстро посыпалась, — я взглядом скользнула по знакомым созвездиям. По тем, о которых я когда-то давно узнала от Картера.

— По этой причине твои родители развелись?

— Не только. Тогда много всего происходило, но это являлось основой. Как таковым началом.

— Расскажешь?

— Нет, — я отрицательно качнула головой, но перед глазами вспыхнули картинки с разгневанным отцом. В особенности с тем, как он однажды на маму руку поднял. Изначально все началось просто как ссора. Закончилось тем, что папа схватил стул и начал им размахивать. Наверное, прямо бить им не собирался. Скорее просто намеревался напугать маму, но в итоге попал ей прямо по голове. Выбил зуб. Тогда было много крови, а я, видя такое, думала, что схожу с ума.

Вообще, в детстве я думала, что у меня идеальная семья. Мы никогда не имели богатства, более того, чаще всего нуждались в деньгах, но разве они показатель счастья? У меня была мама — внимательная и любящая. А еще папа — суровый, но я всё равно всегда ощущала себя обожаемой дочкой. Конечно, в основном мной занималась мама. Кружки, хобби, занятия — всё это было на ней. Помимо всего прочего она еще и работала. Просто освобождалась раньше, чем папа. Но, если получалось, по выходным он водил меня в зоопарк, или в парк. Занимался мной и давал маме время отдохнуть. И, когда мы возвращались домой, она встречала нас выспавшаяся и с аппетитными, только что испеченными блинчиками.

Мое детство было пропитано теплыми моментами. Конечно, имелись и тяжелые. Какая семья обходится без них? Но все это мелочи, поэтому, тот день, когда мы с мамой узнали про измены отца, стал моментом, во время которого вся жизнь посыпалась.

Тем более, папа не просто изменял. У него имелась другая семья, в том городе, в котором жила его мама. А поскольку мама со свекровью не ладила, папа к ней всегда ездил один. Как оказалось, навещал он не только бабушку, но и еще ту самую вторую семью.

Изначально было неверие. Что-то такое не укладывалось в голове. А после того, как все подтвердилось, разыгрывать сцены больше не было смысла и, как оказалось, папа далеко не такой, как я всегда думала. Чем больше мы с мамой в это углублялось, тем больше плохих сторон папы появлялось. Он многое перестал скрывать и прямо давал понять, что не хотел, чтобы мы в это лезли.

— Получается, у тебя есть братья или сестры? — вопрос Картера вывел меня из размышлений.

— Да, — опустившись на кресле еще ниже, я коленками оперлась о низкий столик. — Оказалось, что у папы есть вторая семья и вот там у него дети. Получается, что по папе у меня имеется старший брат и две младшие сестры.

Я не знала, почему все это рассказывала Картеру. Это та тема, которую я вообще не любила обсуждать. Но… было как-то привычно. Брать и разговаривать. Чем-то делиться. Делать это почти так же, как и в детстве. Конечно, за исключением нескольких нюансов.

— Старший брат? — переспросил альфа, приподнимая бровь.

— Да. Там все сложно, — я пожала плечами. — Поэтому та женщина и ее дети нас с мамой не особо любят. Считают, что это мы папу из их семьи увели.

— Не думал, что твой отец может быть таким, — альфа свел брови на переносице. — Он сейчас с той семьей живет?

Я против воли вспомнила о том, что в детстве Картер хорошо относился к моему отцу. Когда папа забирал меня, альфа всегда выходил к нему. Здоровался, а отец этим гордился, ведь сам молодой господин к нему хорошо расположен.

— Ну, он ушел от нас к ним, — я указательным пальцем постучала по мягкому подлокотнику. — Потом я слышала, что они куда-то переехали. После этого вернулись. Кажется, живут в доме моей бабушки, то есть его мамы. Но я точно не уверена, так как, если честно, мне плевать.

В голове вновь вспыхнуло воспоминание, от которого я предпочла бы избавиться. А именно — то, как мы с мамой узнали про ту семью. Эта женщина сама пришла к нам, когда папы не было дома. Притащила с собой документы, фотографии, показывала переписки. На мою маму она смотрела, как на мусор и свой визит закончила словах о том, что нам с мамой нужно собрать вещи и покинуть квартиру, так как скоро туда переедет она со своими детьми.

В то время эта женщина считала, что квартира принадлежит отцу. Позже она поняла, что нет, но легче не стало. Наоборот, в то время все было слишком сложно. Я до сих пор помнила каждый визит той женщины. Ее унизительные слова, ненависть, хвастовство теми подарками, которые отец делал детям от этой женщины. И они были в разы лучше тех, которые получала я. Как оказалась, зарплата у папы была больше, чем он рассказывал и ее значительную часть он тратил на ту семью.

Хотел ли папа остаться с моей мамой? Думаю, да. Но он ясно дал понять, что раз правда раскрылась, ничего не изменится. Вторую семью он не бросит. Просто обещал, что ездить будет только к детям, а с этой женщиной отношений уже давно нет.

Я помню, что мама сильно любила папу. Может, даже сомневалась. Хотела остаться в отношениях с ним, но как это сделать, когда у него мало того, что есть сын который был зачат, когда мама с папой только начали встречаться, так еще и одна из дочек всего лишь на пару месяцев меня младше. А есть еще одна дочь.

Думаю, мама тогда разлюбила отца. Полностью. У меня с этим было сложнее. Я все никак не верила в то, что все это может быть правдой. Думала, что та женщина лжет, но в тот момент, когда я увидела, как папа выбил маме зуб, у меня по отношению к нему испарились все хорошее. Появилась лишь ненависть.

Позже, когда папа окончательно решил бросить нас и уйти в ту семью, он кое-что сказал маме — то, что та женщина родила ему троих здоровых детей, а моя мама родила какую-то свинью.

Папа тогда не знал о том, что я находилась в соседней комнате и то, что я это услышала, но я до сих пор не понимаю, как вообще так можно было назвать своего ребенка. Я и до этого уже перестала считать его своим отцом, но после такого, он вообще больше для меня не существовал.

Поэтому я никогда не интересовалась жизнью папы. Иногда лишь слышала какие-то слухи, но мне и на их плевать.

— Прости. Мне не следовало затрагивать эту тему, — Картер взял свою чашку. В полумраке его глаза казались еще темнее.

— Да ничего.

Смотря на альфу, я впервые видела те черты, которые улавливала в детстве. Они изменились. В чем-то стали другими, но именно сейчас они по коже пропускали покалывание.

Выдохнув, я подняла голову и посмотрела на небо, слыша вопрос Картера:

— Хочешь вина?

— Можно. Но только один бокал.

Просыпаться утром было тяжело. Я чуть ли не насильно открывала глаза. А ведь вечером и правда выпила лишь бокал, поэтому во многом считала, что это сказывалась усталость.

Тем более, как оказалось, спать я должна была в спальне Картера. На одной кровати с ним и, естественно, меня волновало то, что это может вылиться в что-то нежелательное. Вот только, альфа к счастью не приставал и я смогла заснуть. А проснувшись, поймала на себе мрачный взгляд Картера, который дал понять, что я ночью что-то вытворяла. Как минимум, во сне его избила, что было вполне вероятно, но это уже не моя вина. Картер сам хотел, спать со мной.

Недолгий завтрак, после чего я пошла переодеваться. Нам следовало выезжать к Кели.