Почувствуй

Глава 31. Боль

Грудную клетку нещадно сдавливало и сердце вовсе трещало по швам, а я, даже дыша с трудом не могла понять наступит ли вообще момент, когда все это закончится? Будет ли когда-нибудь наконец-то нормально?

Пока что вообще создавалось ощущение, что всё сильнее и сильнее тянуло на дно пропасти. Уже к чертям пригвоздило к ней.

Чарли, муж Миранды, был не в себе настолько, что далеко не сразу понял, что со мной что-то не так. Да и разве это имело сейчас значение? Наоборот, пытаясь посильнее укутаться в клетчатую рубашку, чтобы не была видна моя грязная, порванная одежда, я тут же задала миллиард вопросов о тёте. Когда её забрали? Как это вообще произошло? И сказали хотя бы что-нибудь?

Но, встревожено, нервно пальцами зарываясь в волосы, Чарли только начал отвечать, как, опустил взгляд и, замирая в таком положении, спросил, почему у меня ноги в крови.

А я сама это не сразу поняла. Вроде же в парке около фонтанчика пыталась промыть все царапины, но самые глубокие из них всё же опять кровоточили.

— Да ничего. Я просто упала, — взяв салфетки со стола, я попыталась ими убрать кровь. — Так, когда забрали Миранду?

Чарли всё же отвёл меня на кухню и дал аптечку. Рассказал о том, что Миранду забрали неделю назад. Когда он узнал об этом, сразу же выехал домой, а до этого момента за детьми смотрела соседка.

И Чарли вообще не имел понятия, что произошло. Миранду просто забрали и отвезли в участок. Какой-либо связи с ней не было и Чарли уже хотел нанимать адвокатов. Более того, обращаться в прессу, но ему в участке ясно дали понять, что этого лучше не делать. Тетю отвезли в столицу и, если Чарли хоть как-то попытается предать этот случай огласке, сделает только хуже самой Миранде.

— Они сказали, что есть причина того, что она сейчас за решеткой, но, черт раздери, Миранда никогда и ничего плохого не сделала. Это просто какая-то ошибка, но меня вообще никто не слышать не хочет, — даже по голосу Чарли было прекрасно ощутимо, в каком он отчаянии. И я его таким видела впервые. Создавалось ощущение, что этой недели хватило, чтобы он осунулся и постарел лет на десять. Да и проблем теперь с головой хватало. Самая главная — то, что тетю забрали. Но так же, из-за того, что Чарли в срочном порядке уехал из работы, за этим последовало увольнение.

Садясь за стол, я опустила голову и лбом прикоснулась к деревянной поверхности. Чарли пока что отошел. Кажется, он всё же обратился к какому-то адвокату и сейчас разговаривал с ним по телефону, а я в нервном, паническом состоянии, думала, что делать.

Единственный выход — звонить Картеру, но, черт, если процесс в полиции пошел, это уже не сфера его влияния. Вот только, он же обещал присматривать за Мирандой. Говорил, что ее проблема уже решена, а в итоге наплевал на все и допустил такое. И уже теперь происходило то, что повернуть вспять нельзя.

В груди бурлило от отчаяния. И с таким человеком я заключила договор? Так пусть он горит в аду.

Поднимая голову, я сильно зажмурилась. Раздирало от мысли, что мне все равно придется связаться с Картером и поговорить с ним.

Попросившись у Чарли ненадолго занять их ванную, я так же спросила, могу ли я взять кое какую одежду Миранды и, услышав, что я могу взять всё, что угодно, пошла в их спальню. Взяла какой-то сарафан, но все же тетя больше, чем я и ее одежда на мне висела. Значит, судя по всему, придется зайти в родительский дом.

По ладоням стекала чужая кровь, но, не замечая этого, Картер рукой оперся о стену и закрыл глаза. В ушах звенело и сознание наполнялось адом. Жестоким, животным и безжалостным. Заживо раздирающим на части и причиняющим ту боль, которая вообще являлась ничем не соизмерима. И раз за разом там звучали слова:

«Босс, навряд ли он лжёт. Под такими пытками он бы этого не смог»

А Картер никак не мог этого принять. Даже слышать не желал. В каждом этом мгновении был готов порвать всех и каждого. К чертям мир сокрушить и создать на нем пекло, которое все равно даже частично не отображал то, что сейчас творилось в голове альфы.

Ведь, если Милер не лгал, Лили уже мертва.

Глубокий вдох. Глаза налились кровью и зрачки стали по-звериному узкими. Ладони до жжения сжались в кулаки и один из них врезался в стену к чертям ломая пальцы. И все равно даже боли не ощущалось. Она ничто по сравнении с тем, что альфа окончательно терял самоконтроль.