Почувствуй

Глава 3. Лили

— Вот стерва, — стиснув зубы, я рукой оперлась о шершавую стену ближайшего дома. Сжимая ладонь в кулак и короткими ногтями до боли проводя по камню.

— У тебя есть, где спрятаться? — голос Луизы все так же отдавался сильной нервозностью. — У меня в Версале есть двоюродный брат. Я могу поговорить с ним, чтобы он на пару дней приютил тебя. А мы с девчонками пока что попытаемся разобраться, что и к чему.

— Да не буду я прятаться, — сильнее пальцами стиснув телефон, я пошла дальше. Тротуар уже был заполнен людьми. Они громко разговаривали, ещё и с дороги доносился шум машин, но Луизу я всё равно слышала отлично.

— Сел, не глупи. Мне за тебя сейчас очень страшно. Мы все переживаем, — подруга шумно выдохнула, немного срывая дыхание, что отобразилось на ее голосе, который, казалось, еще сильнее дрогнул. — Пойми, Кели уже через грань перешла и явно не просто так. Если она это делает, то явно для того, чтобы окончательно тебя убрать. И неизвестно на что она еще способна, раз эта сука уже разыграла такую ересь с избиением.

Замедлив шаг, я в итоге остановилась и посмотрела вправо. Где-то там, находился наш университет. Но слишком далеко. Отсюда и не видно.

— Ты случайно не знаешь, где сейчас Картер? — закрывая глаза, я потерла веки кончиками пальцев. Так или иначе, но я чувствовала ту дрожь, которая пробирала все тело. У меня и без всего этого пока что было крайне неустойчивое положение, а то, что Кели настолько жестко настроила против меня своего парня, вовсе рушило чуть ли не все и сразу, но, ничего, я справлюсь. Даже с этим. Всё равно выхода у меня нет.

— Понятия не имею, — ответила Луиза. — Может, сейчас с Кели в больнице. Или же уже ищет тебя. Хотя… Навряд ли Картер тот, кто будет делать это лично. У него для такого полно шестерок. Но, поверь, из того, что я слышала, он намерен сам разобраться с тобой. Поэтому, черт раздери, повторяю — беги. Срочно.

Луиза кое-чего не знала. Того, что я являлась девушкой лучшего друга Картера. Пока что вообще об этом было известно не многим. Например, Кели явно до сих пор эту информацию не получила. Но факт состоял в том, что, поскольку я встречалась с Джадом, Картер не мог со мной что-либо сделать.

Или его ненависть ко мне уже достигла тех масштабов, когда он закроет глаза на то, что я девушка его друга?

— Я немного позже перезвоню тебе, но, если будет еще какая-нибудь информация, пожалуйста свяжись со мной, — сказав это, я нажала на красный значок, прекращая разговор, ведь Луиза вновь начала твердить о том, что мне пока что вообще следовало бы уехать из города.

Но подруга все равно перезвонила мне и еще несколько минут мы спорили. Она до сих пор утверждала, что я должна спрятаться. Уже теперь умоляла это сделать, но, кое-как убедив ее в том, что я буду осторожна, вновь прервала разговор.

После этого я пошла к машине, которую одолжила у Миранды и, сев за руль, ненадолго закрыла глаза. Примерно час назад я списывалась с тетей. Она вообще во время моей дороги постоянно связывалась со мной и спрашивала о том, как у меня самочувствие. Все-таки Миранда до сих пор считала, что моя поездка это крайне плохая затея. Я ведь уже начала пробуждаться и неизвестно, когда это произойдет в полной мере. То, что она переживала, я ощущала в полной мере, но все, что может быть со мной, не настолько критично, как то, что будет с ней, когда я стану полноценной омегой. И мы обе это понимали.

Внезапно телефон в кармане зажужжал. Изначально я думала, что это вновь звонила Луиза, но, уже посмотрев на экран, увидела номер Картера.

Было лишь одно мгновение, во время которого у меня ладони дрогнули и сердце рухнуло куда-то вниз. Я ведь отчетливо осознавала, что, как только отвечу на его звонок, мы вдвоем отправимся в ад. Но, опять-таки, отсутствие выбора не предполагало хоть что-то другое.

— Да, — нажимая на зеленый значок, я поднесла телефон к уху.

— Оказывается, ты, Джонс, еще более двинутая, чем я мог себе представить, — голос Картера был далеко не таким, как обычно. Я его даже не сразу узнала, ведь в той интонации альфы, которую изначально можно было бы принять за спокойную, или даже безразличную, скрывалось то, что отголосками паники прошло по моему чувству самосохранения. — Считаешь, что раз ты девушка Клейна тебе позволено абсолютно все и я тебя не трону?

На заднем фоне послышался какой-то шорох. После этого я услышала следующие слова альфы, от которых по спине прошел холодок:

— Нет, Джонс, теперь тебе конец.

— Если ты сейчас говоришь про Кели и ее избиение, то я ее не трогала. Я твою девушку сегодня даже не видела, — обернувшись, я через заднее окно посмотрела на улицу. От слов Картера становилось не по себе. Я ведь ясно ощущала, что это не просто угрозы. Он на многое способен и, если Картер говорил, что мне конец, значит, так и будет. Я ведь даже в детстве с лихвой ощутила на себе жестокость этого альфы.

— Как примитивно ты лжешь. Думаешь, это может тебя спасти?

— И что? Хочешь порвать меня на части?

— Угадала.

Откинувшись на спинку, я одну ладонь положила на руль. Сильно сжала его. Отлично, моих мучений и смерти жаждет вожак царства альф нашего универа. Самый жуткий парень. Но и ладно. Я и так уже на самом дне. Пусть еще попытается меня оттуда достать.

Хотя Картера я все равно боялась. Когда речь шла о нем, иначе быть не могло.

— Еще когда мы с тобой встретились в первый раз на том пляже, ты меня узнал. Тебе было прекрасно известно о том, кто я такая. Что я для твоей девушки главный враг, но я никогда не скрывала того, что делала против нее. И, если бы я действительно ее избила, поверить, я бы и этого не скрывала. Я бы таким гордилась, так как поверь, иногда мне и правда очень сильно хочется дать Кели по лицу. Но, к сожалению, сегодня я ее действительно не видела.

— Я вижу ты любишь нарываться, — голос Картера стал еще более тяжелым и та паника, которая иглами начала проникать в мое чувство самосохранения, усилилась настолько, что я даже ощутила царапающую дрожь. — Хочешь, познать все грани боли? Ну, так давай Джонс, я тебя этим обеспечу.

— Наоборот. Я пытаюсь донести до тебя то, что я сегодня не трогала Кели, а все, что делала ей раньше, было в отместку за то, что она совершала против меня и против моего сестринства.

— Посмотрим, что ты скажешь мне в глаза, когда я тебя найду, — на заднем фоне послышался шум. Кажется, альфа вышел на улицу. — За то, что ты сделала, в первую очередь ответственность должен нести твой парень. Я уже разговаривал с Клейном. Он отказался отдавать тебя или отказываться от тебя. Сегодня вечером он вернется в страну и я уже лично поговорю с ним, но, Джонс, так или иначе, я тебя все равно найду и тебе будет очень больно.

Уже эти слова прошли раскаленной лавой по сознанию. Так, что я даже вздрогнула и, сев ровно, уже до онемения в пальцах сжала руль. Значит, Картер уже разговаривал с Клейном насчет всего этого и Джад все равно решил не отказываться от меня?

Захотелось сильно зажмуриться и хотя бы мысленно представить Клейна. Обнять его и поцеловать.

— Ты даже против лучшего друга готов пойти? — спросила, сильно прикусывая нижнюю губу.

— Я изначально не считал, что ему нужна такая никчемная девушка, как ты и, если он сейчас встанет на твою сторону, значит таков его выбор.

Злость на Картера полыхнула лишь сильнее. Разъедая мысли. Когтями прокручивая сердце, но, с другой стороны, эта ситуация уже начинала пугать другим окрасом.

Дружба Клейна и Картера была очень крепкой. Нерушимой. Тянулась с самого детства и стала уже чем-то куда больше. Они ведь друг друга действительно братьями считали. Через многое вместе прошли и всегда друг другу помогали. Даже в самых критических ситуациях. Или вовсе во вред себе.

Поэтому, насколько бы сильно я не ненавидела бы Картера, но я не желала, чтобы их дружба рушилась.

— Я не прячусь и готова встретиться с тобой, — произнесла, наклоняясь вперед и уже теперь лбом прикасаясь к рулю.

— Ты свое получишь, но мы все сделаем по правилам. Сначала Клейн.

— Я сейчас в Ретрейлерном районе. Около кофейни «Мидр». Дальше по улице есть парк и я там буду ждать тебя. Приезжай, Картер.

— Ничего себе, Джонс. Ты решила не прятаться? — хриплый, тяжелый голос альфы углями прошел по моему сознанию. — Зря. Боюсь, что, если приеду, не сдержусь. Живи до завтра.

— И, тем не менее, я прошу тебя приехать сейчас. Иначе завтра ты меня не найдешь. Мы вообще скорее всего больше никогда не увидимся.

— Думаешь, что Клейн сможет тебя настолько хорошо спрятать?

— Нет, я не считаю, что он будет это делать. Даже я понимаю, что Джад не тот, кто будет прятать свою девушку. А ты его знаешь даже лучше, чем я.

На самом деле я имела ввиду то, что мое пробуждение может произойти в любой момент. Более того, меня пугало то, что тело начинало покалывать и я боялась, что оно может пройти хоть сегодня. И, после того, как я стану омегой мы, возможно, встретиться не сможем. Вообще неизвестно, что тогда будет. А мне критично требовалась помощь Картера именно сейчас.

— Я буду ждать тебя в парке. Приезжай. Нам есть о чем поговорить, — сказав это, я нажала на красный значок. Отключила разговор, затем вовсе положила телефон в карман шорт.

Некоторое время сидела неподвижно. Делала глубокие вдохи, после чего, по кусочкам собрав свою душу, протянула руку и из бардачка прихватила папку с результатами моих анализов и свой дневник. Положила их в рюкзак и вышла на улицу.

Зайдя в «Мидр», я взяла себе кофе и уже с ним пошла в парк. Там села на дальнюю скамейку и оглянулась по сторонам. Тут всё так же было безлюдно, но уже теперь почему-то парк отдавался гнетущей атмосферой. И я, отпивая кофе, закрыла глаза.

Раз нам с Картером предстояло окунуться в прошлое, я, даже не желая этого, сейчас вспоминала кое-какие моменты, проведенные с ним.

Например, то, как мы вечером сидели на крыльце домика для прислуги на территории владений его семьи. Наверное, стоит учесть, что тогда мы были совсем детьми и слишком многие воспоминания с тех пор стерлись. Или стали расплывчатыми, но некоторые я до сих пор помнила отчетливо. Например, как это. Мне даже казалось, что я до сих пор улавливала запах тех булочек с корицей, которыми меня кормил Картер. То, насколько близко он сидел, пальцем лениво указывая на те созвездия, которые были видны между ветвями деревьев и рассказывая про них легенды. Даже будучи ребенком Картер знал куда больше, чем многие взрослые и часто я заслушивалась тем, что он мне говорил. Часто сама просила мне что-нибудь рассказать.

Так получилось, что Картер стал неотъемлемой частью моего детства и, как бы мне этого не хотелось, но впоследствии это частично отобразилось на всей моей жизни. Даже в школе на уроках я, изучая кое-какие материалы, вспоминала о том, что раньше когда-то об этом мне рассказывал Картер.

Это было не совсем классно. Особенно, если учесть то, что я уже терпеть его не могла и всячески пыталась забыть.

А он был почти везде. От него я узнала про некоторые стороны жизни, новые игры, даже правила спорта. Да вообще про многое.

Этот ублюдочный альфа еще в детстве многое в меня заложил.

Но, возможно, это было обоюдно.

Я ведь тоже Картеру многое рассказывала. Он, как наследник одной из самых влиятельных в нашей стране семей, единственный сын у своих родителей и, как будущее целого конгломерата, был отстранен от обычной жизни. Вечно в окружении охраны и дни исключительно по расписанию. Даже его окружение было пристально подобрано.

Это как раз и было причиной, почему в их особняке не терпели посторонних — из соображения безопасности. И я стала тем самым сбоем. И поэтому Картер скрывал меня от своих родителей. Меня бы запретили туда приводить. И прислугу наказали бы за то, что сразу не рассказали про постороннего, находящегося рядом с их сыном. Даже, если это ребенок.

Про родителей Картера я не могла сказать ничего плохого. Или хорошего. Я их вообще не знала. Мне было лишь известно то, что их сын для них все, но в детстве я встречи с ними боялась больше, чем чего-либо другого. Понимала, что после этого Картера не увижу.

А так, по возможности я рассказывала ему про ту жизнь, которая может быть без окружения охраны. Альфа ведь тогда не знал даже того, как работают магазины. Как в них продаются и покупаются товары. Да и вообще много всего.

Интересно, вспоминал ли меня Картер в более взрослой жизни, как и я его? Заходя в магазин думал о том, что я была первой, кто рассказал ему про него? Хотя, если и вспоминал, то явно думал про Кели. Она ведь заняла мое место.

Открывая глаза, я опять отпила кофе.

Уже предпочла бы избавиться от всех этих мыслей, но все равно кое-что опять вспоминала.

В частности то, что Картер в детстве был странным. Я бы не сказала, что из-за того, что в те времена я весила чуть больше тонны, остальные дети меня травили. Скорее просто не замечали. Разве что во время физкультуры в школе посмеивались когда я на скакалке прыгала. Но, в принципе, я привыкла к тому, что меня сторонились. Картер же этого не делал.

Наоборот. Очень часто он стоял ко мне слишком близко. Или так же близко садился. Однажды вообще взял меня за руку. Тогда, над основным зданием его особняка вспыхивали фейерверки и Картер утянул меня в восточную часть сада, чтобы их показать. Зрелище было впечатляющим. Особенно, если учесть то, что я раньше ничего подобного не видела. Так и стояла с открытым ртом, смотря на небо.

В тот момент Картер и взял меня за руку. И, если честно, я не понимала зачем. Это вообще было странно. Я ведь не падала. Просто стояла. Так зачем меня за руку держать? Картер еще большим пальцем водил по моему запястью. Я тогда, как ребенок этого вообще не понимала. Будучи взрослой — тем более.

Когда же дружба между нами была разрушена и альфа начал меня с особой жестокостью травить, был момент, когда мне казалось, что Картер собирался меня поцеловать. Я его тоже на всю жизнь запомнила. Он меня в тот день в коридоре подловил и под лестницу утянул. И я помнила, как дрожала. Почти плакала. У меня на тот момент уже был обоснованный повод бояться его. А Картер некоторое время ничего не говорил, но его губы были в миллиметрах от моей щеки. Почти, как поцелуй. И он долго так стоял. Правда, закончилось всё тем, что он сказал мне какую-то гадость и ушел.

Ну и странностей было много. Пытаясь понять его я уже предположила, что, может нравилась Картеру, но, нет, он богатый, безупречный альфа. Я нищая, полненькая бета. В его интерес ко мне слабо верилось. Да и потом он разбивал меня с таким изощрением, что навряд ли так вообще можно отнестись к той девчонке, которая нравится. Скорее, как к той, которую всей душой ненавидишь.

Позже, я думала, что, может, Картер сам по себе такой, что любит к другим слишком сильно приблизиться, но, нет. Я смотрела на то, как он вел себя с остальными друзьями. Все было обычно.

В итоге, я просто решила, что он ненормальный псих. И, судя по тому, что происходило с нами в более взрослом возрасте, была права.

Вновь отпив кофе, я посмотрела на свой телефон. Картер не перезванивал и до сих пор не приехал. Может, он этого и не сделает?

Но, внезапно я что-то уловила и повернула голову. Вдалеке, еще только при входе в парк, увидела Картера.

Значит, он все-таки приехал.

Сжимая стаканчик в ладони, я более пристально посмотрела на него. Альфа был в штанах и в толстовке. Вновь. Несмотря на жару. Кожа посеревшая. Глаза мрачные. Но, несмотря на это, он всё равно, как и всегда выглядел безупречно. Огромный и мощный. Неминуемо притягивающий внимание и, как всегда вызывающий во мне жжение ненависти.

— Все-таки решил приехать? — спросила, когда он подошел ближе.

— Подумал, зачем тянуть? Можно же просто закопать тебя тут под деревом, — альфа остановился примерно в метре от меня, а все равно казалось, что даже этого расстояния не было. Что он возвышался надо мной как скала и, судя по взгляду мысленно уже убивал.

— Ты этого не сделаешь, — по коже скользнули царапающие мурашки, но я все равно лишь пожала плечами. — Не сомневаюсь в том, что ты хочешь уничтожить меня, но ты сделаешь это другим способом. В твоих возможностях превратить мою жизнь в ад, при этом даже не коснувшись меня и пальцем.

Картер сел на ту скамейку, которая находилась напротив меня. Сделал это вальяжно, но все равно я в его мощном теле ощущала ту ярость, из-за которой даже воздух становился тяжелее.

— Чего же тебе, двинутой, так не хватало? — спросил он, посмотрев мне в глаза. — Исчезаешь непонятно как, заставляешь искать тебя посреди ночи, а затем появляешься и моей девушке кости ломаешь?

— Тебе известно о том, что из-за Кели меня исключили из университета? — поднося к губам стаканчик, я отпила кофе. Он уже давно остыл, а все равно ощущения были такими, словно напиток обжег.

— Да. Вчера узнал, — на голову Картера был накинут капюшон толстовки, но я все равно видела его черные, растрепанные волосы, частично падающие на глаза. — Меня бесили ваши вечные разборки. То, что ты мою девушку за волосы таскала по студгородку…

— Она первая полезла и лицо мне расцарапала, — перебивая альфу, я подняла голову и показала Картеру скулу. Сразу после драки с Кели я выглядела так, словно на меня стая бешенных котов напала и до сих пор на скуле осталась особенно глубокая царапина. — Да, я много делала Кели, но в отместку.

Взгляд Картера прожег мрачностью. Под ним стало жутко неуютно.

— Знаю, Джонс. Для меня сам факт того, что кто-то трогал Кели неприемлем, но я никогда не лез в ваши женские разборки, так как за предел правил они не выходили и я не считаю свою девушку настолько слабой, чтобы сомневаться в ней.

Мне захотелось ехидно улыбнуться. Картер, являясь вожаком царства альф, не мог переступать через правила. И в Кели он видел свою будущую жену. Мать его детей. Значит, так или иначе, но она должна быть сильной. Иначе ее позже сожрут. Он и так окружал ее всем, чем только мог. Но она не могла справиться со мной. Поэтому сейчас против меня настраивала Картера. Это и есть нарушение правил.

А так Кели глупая, слабая идиотка. Она даже сестринство просрала из-за чего у нас в группе их было два.

— Я не одобрил твое исключение, — Картер перевел взгляд и посмотрел на молодую женщину, зашедшую в парк. Она была с двумя детьми. — И, поскольку я несу ответственность за свою девушку, я вчера напомнил Кели правила и то, что она переходит через них. После этого я подал декану прошение обратно тебя зачислить, но, не переживай, я уже забрал его, так как ты, идиотка, нормально вопросы решать не можешь. Скорее, ты бестолковая, истеричная сука и за то, что ты сломала кости Кели, ты ответишь.

— Как иронично звучит. Особенно, если учесть то, что из-за Кели одна из девушек моего сестринства до сих пор находится в больнице в коме. Конечно, твоя обожаемая Кели не лично её избила. Она заплатила неким альфам, но, знаешь, так даже хуже. Одно дело, когда тебя бьют беты, другое — когда мужики.

— Не боишься, что я вырву тебе язык за такие слова? — Картер пальцами поддел край капюшона, посмотрев на меня так, что в его глазах я увидела что-то похуже ада.

— Думаешь, что я лгу? — наклонившись вперед, я произнесла: — Клянусь, что это не я избила Кели. Клянусь на своей крови и, если окажется, что я лгу, можешь собственными руками порвать меня на части.

— Хочешь сказать, что лжет она? — казалось, что после моей клятвы что-то в глазах Картера поменялось, но, в тот же момент это еще сильнее вывело его из себя.

— Я люблю Клейна и, если я чего-то нестерпимо жажду в жизни, так это быть с ним. Поэтому я бы даже в отместку не стала бы бить девушку его друга. Решала бы вопрос другим путем, чтобы не создавать Клейну проблем, — я взяла дневник и, открыв его, достала фотографию. — Поэтому, да, Кели тебе лжет. Да и не только в этом.

Я протянула Картеру фотографию. Мне казалось, что он не хочет что-либо брать с моих рук, но все же взял снимок.

— И что это? — спросил он, опуская взгляд на фотографию. Сначала безразлично, но практически сразу сдвигая брови на переносице. Как-то меняясь. Мне даже показалось, что у Картера ладонь дрогнула.

На снимке мы были вдвоем. Еще дети. Почти сразу после того, как я вытащила Картера из реки. Вдвоем мокрые, но счастливо улыбающиеся.

И сейчас альфа, замирая и, напрягаясь всем телом, так, что это было заметно даже через одежду, неотрывно смотрел на снимок. Задерживая дыхание. Еще сильнее меняясь в лице.

— Кто это? — спросил Картер как-то странно большим пальцем очень медленно проводя по мне на снимке.

— Её зовут Лили Гарсия. Я очень хорошо знаю эту девушку и когда-то она рассказывала о том, что в детстве с тобой дружила, — я ладонями оперлась о скамейку, почему-то ощутив особенно острое желание немедленно убежать от Картера. Словно это было прямо критично. Такого не было даже, когда он говорил о том, что уничтожить меня хочет.

— Лили, — повторил альфа тем голосом, от которого у меня мурашки побежали по коже. Он все еще не отрывал взгляда от фотографии и уже теперь я явно видела, как несколько раз его пальцы дрогнули и немного сжались. Вместе с этим Картер вторую ладонь положил на висок и поморщился, словно голову пробрало едкой, слишком мощной болью.

— Когда ты сказал мне о том, что Кели в детстве была твоей подругой, я поняла, что есть некая нестыковка со словами Лили. Особенно, когда я узнала, что изначально Кели была из бедной семьи, — я провела ногтем по своему стаканчику и взболтнула его, чувствуя, что кофе осталось не так много. — Лили говорила о том, что твое окружение тогда тщательно подбиралось и она была единственным ребенком из низших слоев общества, кто находился рядом с тобой. И, знаешь, я недавно звонила ей и спрашивала про Кели. Показывала ей детские фотографии твоей девушки, которые нашла в сети. Лили сказала, что смутно, но помнит ее. Кели дочь старшей горничной. Ты пару раз видел её в детстве, но в итоге прогнал. Значит, Кели лжет о том, что некогда вы были лучшими друзьями.

Некоторые черты Картера дрогнули и он, закрыв глаза, положил ладонь на лицо. На ее тыльной стороне проступили темные вены и мне казалось, что альфа до сих пор не дышал.

— Ложь, — произнес он, в тот момент, когда казалось, что тело альфы вовсе раскалилось. Особенно ладони, но фотографию Картер до сих пор держал осторожно. — Не было никакой Лили. Она… Кели.

— Но на этом снимке явно не Кели, — я пыталась говорить спокойно, но я видела, что с Картером явно что-то происходило и мне это жутко не нравилось.

— Дай мне номер этой Лили. Я хочу поговорить с ней, — Картер наклонился вперед и я увидела его глаза. Они были не человеческими. Приняли жуткий, звериный облик и мне еще больше казалось, что Картера ломало. Сильно. У него даже зрачки рябили срывом и по тому, что я видела на лице альфы, создавалось ощущение, что он испытывал еще более мощную боль.

Неужели снимок ему что-то более явно напомнил?

— Она не хочет разговаривать с тобой, — я отрицательно качнула головой. — Но она мне рассказала очень многое и я кое-что хочу прояснить. Лили говорила, что ее отец работал в особняке твоих родителей. Водителем. Зовут Вильям Гарсия. Думаю, ты легко можешь проверить эту информацию. И вот её отец оставлял Лили в домике для прислуги, так как больше некому было присматривать за ней. Там ты её и нашел. Вы много времени проводили вместе. Очень много. И Кели рядом с вами появлялась лишь пару раз, когда её мать пыталась подсунуть свою дочурку тебе. Пока, повторяю, ты сам ее не прогнал и после этого старшая горничная больше свою дочь не приводила. Так как Кели может считаться твоей лучшей подругой?

Мне казалось, что Картер хотел что-то сказать, но, впервые за последнее время выдыхая, он поднялся на ноги и, вплетая пальцы в волосы, отошел в сторону. Закрывая глаза, сжимая вторую ладонь в кулак до побелевших костяшек. Словно его изнутри крушило.

— Охуенная ложь, Джонс, — медленно повернув голову, Картер посмотрел на меня так, что я ощутила острое желание спиной прижаться к скамейке. Словно бы защититься. Ведь, создавалось ощущение, что одной его ярости хватит, чтобы убить меня. — Кто тебе столько рассказал про меня и Кели, раз ты смогла выдумать такое?

— Не веришь мне? — спросила, чувствуя, как в кожу вонзились иглы. Но, потянувшись вбок, я взяла дневник. — Лили сказала, что может доказать правдивость своих слов.

— Пусть попробует. Но ведь она со мной и говорить не хочет. Верно? — вновь выдыхая, Картер оскалился, но вновь опустил взгляд на снимок и, каждый раз когда он это делал что-то в альфе менялось. Я не понимала, что именно, но с каждым мгновением мне все более становилось не по себе.

— Ты помнишь тот день, когда был сделан этот снимок? — спросила, нервно допивая остатки кофе.

— Да. Кели спасла мне жизнь, — ответил Картер не отрывая взгляда от снимка. Но при этом вновь оскалился, из-за чего я решила произнести очевидное. То, что нам обоим было понятно:

— Но на снимке не Кели, — поднявшись, я выбросила стакан в урну и взяла дневник. — Во-первых, узнай точно ли на твоих родителей работал Вильям Гарсия. Тебе это не составит труда. Как и узнать про его дочь. Просмотреть ее фотографии. Там уже многое будет ясно. Мне уже сказали, что у тебя была частичная амнезия, но, думаю, ты так же многое помнишь. Во-вторых…

Я подняла дневник. Ловя взгляд альфы, которым он скользнул по нему. Вновь морщась словно от новой вспышки боли.

— Помнишь его? Лили говорила, что ты как-то увидел у нее этот дневник. Даже кое-что написал в нем, — я открыла одну из последних страниц. В детстве Картер увидел у меня дневник, как раз перед тем, как ему следовало на две недели куда-то уехать с родителями. И он хотел почитать его, но я не дала. Вот только, он сам кое-что там написал. И сейчас я ему это показала.

На последней странице его еще детским, но ровным и красивым почерком было написано: «Жди меня. Я буду ждать тебя. Скоро увидимся»

Скользнув медленным взглядом по этой надписи, Картер шагнул ко мне собираясь забрать дневник, но я тут же отошла в сторону.

— Сейчас речь о другом. В дневнике есть точная дата того дня, когда Лили выловила тебя из реки и, если ты помнишь, вы туда вообще-то пробрались тайно. Чтобы твои родители не узнали. А около реки вас полиция поймала и в участок отвела, так как детям там ходить нельзя.

Я запнулась, так как вид Картера меня еще больше пугал. Но все же продолжила:

— Если бы твои родители узнали про этот случай, это был бы конец всему, поэтому вы позвонили отцу Лили и он вас оттуда забрал. К счастью, в полиции работал его брат и он разрешил это. Но до сих пор там в документах и отчетах должно быть написано, кого привели и кто забрал. Думаю, у тебя достаточно связей, чтобы получить эту информацию. Так позвони кому нужно. Узнай всё.

Зрачки Картера уже окончательно потеряли все человеческое и взгляд альфы не просто пугал. Скорее доводил до панической дрожи. Но, в какой-то степени мне казалось, что Картер никуда не позвонит. Усомниться в Кели — значит, предать её. Даже я это понимала.

Но, жестко забрав у меня дневник и, открывая его на первых страницах, Картер достал телефон и куда-то позвонил. Нашел нужную дату, назвал ее и номер участка. Затребовал узнать информацию.

Пока альфа ее ждал, я все так же молча сидела на скамейке. Он же стоял и читал мой дневник. Слишком пристально скользя взглядом по строчкам. Будто вовсе маниакально, а мне от этого было максимально не по себе. Вообще навряд ли хоть кто-то будет чувствовать себя уютно, когда его дневник читают, но, как-то перешагнув через него, я решила пока что не забирать дневник.

Тем более, я начала его вести буквально перед самой встречей с Картером. И бросила хоть что-то писать в нем когда наши дороги разошлись.

Поэтому, в дневнике как раз в основном было про наши взаимоотношения. И я там им восхищалась. Лишь в конце дневника про ненависть. Про том, что он со мной делал и что я испытывала. Там даже кое-где чернила поплыли из моих слез.

Прошло около двадцати минут, прежде чем Картеру опять позвонили. Судя по всему, уже достали информацию с участка. И я понятия не имела, что альфе сказали, но во время телефонного разговора его лицо ясно выражало безумную ярость. Даже казалось, что он сейчас к чертям разобьет телефон, а потом сокрушит мир.

Но, отбросив телефон на скамейку, Картер медленно перевел на меня тот взгляд, от которого я кожей испытала что-то намного хуже ада.

— Дай мне её номер. Я хочу поговорить с Лили, — он пошел в мою сторону и я в серьёз испугалась, так как от Картера веяло чем-то сродни ненормальной одержимости. — Где она живет? Скажи адрес.

— Я не могу. Она не хочет тебя видеть, — отступая назад, я спиной уперлась в дерево. — Ты же помнишь, что с ней сделал?

— Я все равно узнаю, где она, — альфа рукой оперся о дерево рядом с моей головой. Таким образом закрывая меня в ловушке.

В его словах была доля правды. Я сама себя на это обрекла, когда назвала свое имя и то, как звали моего отца.

— Найдешь, но это не будет просто даже для тебя, так как родители Лили развелись и у нее теперь не только другая фамилия, но и имя, — я стиснула зубы. По мне прошла нервная дрожь, но я решила перейти к главному. — Но… Хорошо. Я скажу тебе ее теперешнее имя. Если хочешь, даже уговорю ее прямо сегодня встретиться с тобой.

— Так она в этом городе? — он ухватил эту часть моих слов. Даже это делая так, что я испугалась. Да какого черта я ему сдалась?

— Я этого не говорила, но… я вообще пришла сюда потому, что мне нужна твоя помощь. Обещай, что окажешь ее мне и сделаю так, что уже сегодня ты поговоришь с Лили.

— Думаешь, я без тебя ее долго буду искать?

— Если не поможешь, я попрошу ее спрятаться, так, чтобы ты её как можно дольше искал.

Взгляд Картера полыхнул. Ясно давая понять, что я уже ходила по острию лезвия, но, ту ладонь которой он упирался о дерево, сжимая в кулак, альфа произнес:

— Устроишь встречу с ней до полдня и я помогу тебе с чем тебе там нужно.

Картер даже не спросил какая именно мне нужна помощь и я за это ухватилась.

— Обещаешь? — тут же спросила.

— Если до полдня увижу ее — обещаю.

В груди стало чуточку легче. Если Картер поможет с тестом, все нормализуется. Миранду не посадят и, возможно я все-таки смогу быть с Клейном. Во всяком случае мне этого очень хотелось.

Но все равно почему-то до было до жути не по себе признаваться Картеру о том, что это я Лили. Правда, он и так узнает. А так я хотя бы выгоду получу.

— Хорошо.… Ты пообещал. Помни об этом, — выскользнув в бок под рукой Картера, я отошла к своей скамейке и из рюкзака достала кошелек. Уже из него вытянула свои документы. Они были в виде карточек. С фотографиями.

Их я протянула Картеру.

— Зачем мне твои документы? — спросил он, опуская взгляд на верхнюю карточку. Но тут же задерживая на ней взгляд. Вернее на имени «Лили Гарсия». Но, при этом, на снимке мне уже лет шестнадцать. Я почти такая же как и сейчас.

— Я и есть Лили. Я обещала встречу и вот она. До полдня. Я свои условия выполнила.

Несколько невыносимо долгих секунд Картер смотрел на мои документы. Затем, поднимая голову, взглядом скользнул по моему лицу. То, что я видела в его глазах, не была в состоянии понять, но это явно было что-то мощное. То, что ожогом прошло по сознанию и незримо иглами вонзилось в кожу.