Глава 7

7

В субботу с утра наконец забрал от Анисима своё будущее, все десять керосинок. Заставил мастера переделать три из них – две свободноваты были, а одна наоборот мёртво сидела в бронзовом корпусе. Так как лампы нужно периодически разбирать – подлить керосинчику, подрезать фитиль или почистить стекло от нагара, то одеваться стекло должно с плотной фиксацией, но свободно.

Под моим злобным взглядом гвардейцы занесли почти готовые изделия в кабинет хозяина дома. Три из них я заправил горючим и вставили фитили. Аккуратно подрезав кончик, я поджог все три и закрыл стеклом. Всё работает, да иначе не могло быть. Поигравшись яркостью свечения, оставил зажжёнными. Через час погасил огонь, горели ярко, совсем не коптили. Теперь надо подготовить сцену для презентации. В нашем деле как? Первое впечатление самое главное. Гвардейцы обалдели совершенно от эффекта керосинок, надеюсь дядюшка тоже будет впечатлён. Прошка был поставлен на охране кабинета, с наказом никого не пущать. А мы с Козьмой пошли помахать руками. За домом был свободный пятачок, где казак гонял меня по кругу. Несколько дней тому назад я упросил его учить меня самобытным казачьим приёмам борьбы без оружия. Так-то по жизни я не занимался ногодрыжеством, считая ненужной тратой времени. А вот новое, молодое тело просило нагрузок и когда мне надоели кривые ухмылки Козьмы на мои зарядки, я упросил парня тренировать меня.

Так и сейчас он мотал меня по кругу, показывая хитрые подсечки. Двигался он быстрее меня и хотя хромота у него ещё осталась, я не успевал увернуться. Так мы занимались часа два и когда Петька крикнул, что батя вернулся домой, я попросил полить мне из ведра, ополоснуться.

Приведя себя в порядок, направился в обеденную, где вся семья уже была в сборе. Георгий Иванович, замотанный какими-то проблемами, сидел погружённый в свои мысли.

Я пока ужинал, продумывал предстоящий разговор. В конце ужина хозяин дома наконец вернулся к нам и неожиданно обратился ко мне:

-Николай, а что там пацан твой сторожит у моего кабинета. Бабы жалуются, не даёт зайти им, убраться там.

-А это, Георгий Иванович сюрприз. Если Вы уделите мне полчаса, я покажу, что Вам приготовил. Но просьба, покажу только Вам – это секрет для всех.

-Хм, интересно, что-ж там. Хорошо, сейчас подымимся.

Часового я снял с поста и послал на кухню, одобрительно потрепав по непослушным кудрям.

На зелёной, бархатной скатерти стояли все десять ламп, три немного в сторонке.

Я не торопясь разлил нам по коньячку и прихлёбывая из бокала, продолжал интриговать дядю.

-Дядя, без преувеличения – это революция в освещении домов, при правильном подходе мы быстро можем стать миллионерами.

Дядя, с лёгкой улыбкой, смотрел на меня и ожидая забавного для него продолжения.

Закончив с коньяком, я расставил три лампы по углам комнаты на приготовленные заранее подставки.

Сняв стекло с одной лампы, я зажёг лучиной фитиль и закрыв – перешёл к следующей.

Когда горели все три – в комнате стало очень ярко.

Я подрегулировал фитиль, увеличив свечение и пришлось прикрыть глаза рукой, дав глазам привыкнуть.

Дядя уже не улыбался насмешливо. Стал очень серьёзен. Я детально объяснил как керосинкой пользоваться.

-Дядя, как видите, несколько таких ламп осветят большой зал и успешно заменят сотню свечей. А для одной комнаты хватит одной лампы. Гореть она может очень долго, керосина хватит на несколько дней непрерывного горения. Легко регулируется освещение, - и я продемонстрировал это. Лакею нужно раз в неделю чистить стекло от копоти при необходимости, подливать горючее и подрезать фитиль. Несколько минут, как Вы думаете – есть будущее у этой лампы?

-Племяш, а во сколько обойдётся изготовление одной такой?

Явно заинтересовался, купеческая жилка кричит о большой выгоде.

-Ну давайте посчитаем, стекольщику отдали 13 целковых, столяру трояк и меднику – как Вы с ним договорились?

-Ну, пусть будет 40 рублей, по 4 рубля лампа. Это сейчас, когда будем изготавливать их много — одна обойдётся нам не более, чем два с полтиной.

-Теперь, продавать предлагаю начать от червонца и подымать, ориентируясь на спрос.

— Это ты оставь мне, я получше знаю, как торговать.

-Ну да, тут дядя одна проблема.

Дождавшись, когда дядя буквально начал поедать меня глазами:

-Главное – сохранить в секрете технологию изготовления. Обязательно нужен стряпчий – подать привилегии на изобретение в Европе, обязательно во Франции, Англии, других странах. Хорошо бы в США. Сможем провернуть это?

Дядя привычно пожевал нижнюю губу.

-Есть у меня один шустрый стряпчий. Если хорошо заплатить – быстро сделает, но в любом случае это займёт месяцы.

-А быстро и не надо.

На недоумённый взгляд хозяина дома ответил:

- Георгий Иванович, Мы можем здесь в городе наладить производство моих ламп. В месяц несколько сотен, если постараемся. Но любой маломальский грамотный инженер разберёт её и сможет наладить производство. И кто-то другой будет зарабатывать миллионы.

-Так, что ты предлагаешь?

-Я думаю так. Стекольщик не знает для чего его стекло, а догадается – он не знает её устройство. А вот Анисим может догадаться, работы лампы не видел, но мужик он грамотный.

-Я предлагаю договориться с ним, взять в долю может, чтобы не ушёл секрет налево. И надо расширить его возможности, выкупить соседние участки и сделать современную мастерскую, где мы будем собирать наши лампы и наносить красоту.

- Стекло и бронзовый корпус будем заказывать в Костроме на разных заводах и привозить в тайне сюда. Нужно изготовить несколько тысяч ламп и завезти в крупные города, но только после оформления привилегий. Я планирую ещё несколько других конструкций, в том числе для аристократии – с фарфоровым корпусом. Надо нанимать ювелиров, для дорогой отделки таких экземпляров.

У дядюшки в голове потихоньку проходила октябрьская революция. Я, в его понятии, был хорошим и тихим мальчиком, бывшим гимназистом, которому он искренно хотел помочь, устроить к себе.

А сейчас перед ним налицо разрушение шаблона. Тихий мальчик придумал нечто интересное и ещё рассуждает, как правильно торговать.

Как бы сердечко не подвело. Дядя раскраснелся, налил себе полный бокал коньяка и маханул как водицу. Посидев немного в ожидании, что я исчезну вместе со своими лампами, не дождался. Через долгих пять минут, он наконец, откашлялся.

-Николай, так тысяча ламп обойдётся нам в несколько тысяч рублей, а еще надо их доставлять до места, тоже деньги.

-Дядя, да даже если мы будем их продавать по червонцу – навар будет не менее 6 000 рублей, а то и более.

-Ну да, ну да.

-А как ты хочешь делить прибыль, - проявился в дяде волчий оскал матёрого купца.

-Делить предлагаю поровну. Будут и другие светильники, это только начало. За мной их сборка и бумажная волокита. За тобой размещение наших заказов в Костроме и продажа.

-По рукам, быстро согласился Георгий Иванович.

Он, наверное, считает, что я продешевил. А я хочу дать ему почувствовать вкус больших денег и доверять мне.

На этом мы распрощались, дядя остался в кабинете, следить наверное, что бы лампы не попёрли. А я спать.

Два следующих дня дядя занимался организационными делами. А вот на третий он повёз меня в нотариальную контору, подписывать документы на организацию Товарищества «Меркурий». Так, по моей просьбе назвали наш совместный бизнес. Мне показалось символичным так назвать наш корабль. Древнеримский бог Меркурий являлся покровителем торговли, прибыли и обогащения. Чего я и добивался от нашего кумпанства. А его крылатый шлем способствовал скорости перемещения, чего я тоже хотел достичь, но об этом позже.

Я не знаю всех деталей, как дядя договорился с Анисимом, но через несколько дней мы были у мастера. Он был предварительно в курсе дела, остались детали. После того, как я показал нашу лампу в сборе и рассказал о планах по изготовлению, Анисим закатил глаза, что, выискивая на небе. Потом решительно крякнув, он обломал наши планы.

-Не, господа хорошие. Не получится здесь расширяться. Надо строить новую мастерскую за городом, у реки. Я знаю неплохое место. Печи новые нужно ставить, помощников набирать. Деньги немалые на это уйдут.

И хитрован испытующе посмотрел на нас.

В результате торга Анисим сам вкладывался в строительство мастерской, которая становилась общей. А мы отдали ему 7 процентов от прибылей от всей продукции, проходящей через его мастерскую.

По дороге назад, дядя бурно возмущался коварством Анисима, который нашёл немалые средства на новое строительство и не отдавал так долго законный долг.

Отметить весомое событие заехали в лучшую ресторацию города, где под цыганские песни отменно откушали блюда французской кухни под лафитничек благородного французского же напитка. Роскошный метрдотель на входе и красиво одетые официанты настроили нас на благожелательный лад. Гусиная печень и трюфели, мясо под соусом с непроизносимым названием, отвлечь от еды меня смогла только молоденькая смуглая танцовщица, крутившиеся около нас в расчёте на чаевые. Её полу оголённая грудь напомнила мне, что нужно, наверное, поискать бордель в этом городе.

Увлечённый танцем цыганки, я не сразу отреагировал на тост Георгия Ивановича.

-Ну, дорогой племяш, за начало богоугодного начинания, в добрый путь.

Охотно присоединился к тосту, а богу в самом деле угоднее активные люди, а не побирушки у церкви. Ну мне так кажется.

Затем на долгих полтора месяца ничего не происходило. Я давно подготовил документацию на свои привилегии. Тщательно исполненные чертежи и объяснения были подготовлены мною для регистрации и увезены нашим стряпчим в далёкие края.

Кроме первого варианта, я подготовил всё для регистрации и производства керосинки типа «Летучая мышь». Отличалась она более рациональным исполнением без изысков. Защищённое металлической проволокой стекло и простой медный корпус выглядели не так эффектно. Но были незаменимы для мореходов и путешественников. Лампа отлично работала даже при сильном ветре. Также присутствовали чертежи на фонари освещения для улиц города. В принципе – таже керосинка, побольше размером и герметично собранная. Это уже я на вырост делал.

Георгий Иванович уехал в Кострому и затем в Судислав, размещать наши заказы на стекло и фарфор. Да, я разработал красивые фарфоровые корпуса нескольких расцветок в духе Гжели. Стекло тоже было разных форм и размеров. Работы по бронзе и сборка будет у нас в Кинешме. Анисим принял трёх помощников и двух ювелиров, которые будут украшать наши лампы резьбой по бронзе. Также планировались изделия для понтов. Золочённые корпуса с инкрустированными камешками и цветным стеклом. Отдельные экземпляры пойдут на взятки нужным людям. Ну а как, не подмажешь, не поедешь.

У Анисима я бывал часто, смотрел на стройку. В начале от пытался меня гнать, но после нескольких ценных советов, наоборот стал приглашать меня в гости.

В сентябре началась Кинешемская Крестовоздвиженская ярмарка. Это было большое событие для города, приезжало много торговых гостей и просто любителей повеселиться. В отличии от Тихоновской ярмарки в июне, эта происходила с размахом. Главные события происходили на рыночной площади. В трёх огромных каменных корпусах размещались крытые торговые ряды. На площади строили многочисленные карусели и торговали товаром попроще. А за городом торговали сельхоз товарами и скотом.

К моей радости, приехала Марфа с мужиками Антипа. Староста тоже приехал, как же такое событие. Антип со своими разместился у знакомых, а Марфу я забрал в дом. Что бы с сыном пообщался, да и мне уже припёрло по женской ласке.

Накануне вернулся к открытию Георгий Иванович и попросил у него тысячу в счёт будущих прибылей. Что интересно – дал, даже не спросил зачем. Однако пользуюсь авторитетом.

Я приодел свою гвардию и заказал себе новый сюртук со всем прилагающимся. Что интересно, Марфа не пришла ночью. Ну наверное соскучилась по сыну. Её я тоже приодел, заказал новое платье, шляпку и ботиночки.

Обедать повёз в ресторацию. Марфа раскраснелась от удовольствия, в первый раз в таком заведении.

-Николай Васильевич, а я Вам деньги Ваши привезла, ну что Вы мне оставляли. Ничего не потратила, не на что особо тратить. Вот,

И она протянула мне смятые купюры.

Я пересчитал, 100 рублей.

-Забери, потратишь на нужные вещи. Купи на ярмарке там для дома, что бы уютнее стало. Остальное приказываю потратить на себя. Вернусь домой, ты должна соответствовать управляющей имения дворянина.

-Тарантас с лошадью отдаю тебе, Антип поможет перегнать. Вот тебе ещё сто рублей, прикупить птицу. Несколько хрюшек присмотри. Щенка пусть Антип поищет хорошего, пусть дом охраняет. Всё, поехали, на свежий воздух. Козьму попросил провезти нас по городу. В экипаже не удержался и обнял женщину, как я её хочу, сейчас штаны порву.

Крикнул Антипу разворачиваться и ехать домой. Там затащил Марфу в свою спальню и стал нетерпеливо раздевать. Она вначале не помогала, потом мягко остановила мою руку:

-Не торопись, я сама. И начала аккуратно раздеваться. Я-то уже давно разделся и жадно осматривал свою жертву. Марфа с полуулыбкой смотрела мне в глаза и медленно снимала очередную юбку. Да сколько же их одето, я насчитал пять. Зато после нижней осталось только само желанное тело. С рычанием притянул к себе и сидя на кровати начал гладить её тело. Марфа уже не стеснялась нашей наготы. Только когда я через чур смело гладил её, она прикрывала глаза. Но не сопротивлялась. Продолжать дальше откладывать самой сладкое – было невозможно. Завалив её на кровать, я быстро оказался сверху. Глядя ей в глаза, торопливо вошёл в неё. Дальше было сплошное наслаждение, спустились мы только через два часа к ужину. Марфу, конечно, не пригласили за господский стол, она пошла на кухню перекусить. Но я за неё уже не переживал. Он перешагнул на статус выше, и кухонная дворня относилась к ней с почтением. За столом собралось всё семейство. Все углубились в тарелки. Только скромница Аня с любопытством посматривала на меня. Ничего, пусть привыкают, я взрослый человек. Скорей бы уже появились средства для строительства своего дома.

Антип прилично распродался и забил свои телеги купленными товарами. По моей просьбе он оставил одну большую телегу под мои нужды.

В последние дни ярмарки, мы всем кагалом – Марфа и мои гвардейцы, поехали за город выбирать скот. Антип помог нам выбрать хряка и двух хавроний. А также пару козочек и щенка непонятной лохматой породы. Сказал, что вырастит верный сторож. А Марфа сама выбрала курей и уток в плетённых клетках. Вся эта живность переночует у знакомого Антипа, а завтра с утречка они с Марфой тронутся в путь домой.

Я оглушённый шумом, производимым сотнями скота, не сразу обратил внимание на Козьму, дёргавшего меня за рукав.

-Николай Васильевич, пошли, я там неплохих коней нам сторговал, - на ухо проорал мне казак и потянул меня в сторону. С этого краю площадки торговали лошадьми.

Козьма подвёл меня к табуну, около которых стояли какие-то степняки.

-Калмыки, -пояснил мне Козьма и показал мне пару лошадей, стоявших отдельно.

-Барин, это орловские рысаки. Приучены работать цугом (парой). Отличные жеребцы, с нормальной коляской будут летать.

— Вот это серый ведущий, а такой же масти в яблоках ведомый.

Я рассматривал свою будущее приобретение. Крупные жеребцы, с красивыми изгибами шеи. Пушистые гривы и хвосты придавали им эффектный вид.

-Бери барин, рысью ходят, закачаешься, я проверил. Просили 230 рублей, сторговались на 150.

Ничего себе, я не собирался сейчас тратить такие деньги. Но сам уже влюбился в эту пару.

-Козьма, а куда запрягать их будем. Надо экипаж искать.

-Я знаю, кто продаёт недорого коляску. Хорошая вещь, подрессорена и хозяин усилил её для перевозок тяжестей. Выглядит неказисто, но я приведу её в порядок.

-Хорошо, беру.

Так я стал обладателем этих великолепных коней.

Эта ночь была наша последняя с Марфой, завтра она уезжала с Антипом.

Поэтому я старался оторваться по полной. Даже попробовали позы, отличные от миссионерской. Какой ужас, Марфа изображала возмущение, но не отказывалась от экспериментов.

Загрузка...