7 Убийцы

Таверна была полна людей.

Лессли Риггерс привел Джеймса, Гората и Оуина в таверну «На обочине». Название вполне соответствовало местонахождению заведения — оно располагалось на окраине города, вдалеке от главной улицы, но явно пользовалось популярностью у различного сброда, который заполнял общий зал.

Джеймс и его товарищи оставили своих лошадей в конюшне, дали конюху несколько указаний по уходу и последовали за Лессли внутрь.

Лессли подвел их к столику в углу и подозвал бармена, который поторопился принять заказ. Джеймс заказал кружку эля и немного еды, бармен кинул быстрый взгляд на него, затем на Риггерса, но промолчал и поспешил обратно на кухню.

— Ну, — бодро сказал Риггерс, — я расскажу вам всю историю, но перед этим позвольте задать один вопрос: как получилось, что вы пришли мне на помощь? — Он посмотрел на Джеймса. — Знаете, если это было чистой случайностью, то у судьбы, безусловно, есть чувство юмора.

— В каком-то смысле это была случайность, хотя я услышал твое имя в Малак-Кроссе, поскольку некоторые люди приняли меня за тебя. А к вопросу о том, как мы пришли к тебе на помощь… Это действительно было чистой случайностью, хотя можно сказать, что мы искали неприятности, в которых оказался ты.

— Вы узнали моих противников, — сказал Риггерс, понизив голос. — Совершенно очевидно, что вам известно больше, чем простым наемникам.

Он кивнул в сторону Гората.

— Таких, как он, здесь все больше, но они редко появляются на виду вместе с людьми. Это подсказывает мне, что, прежде чем начать свой долгий рассказ, я должен узнать о вас побольше.

Джеймс ухмыльнулся. Риггерс ухмыльнулся в ответ, и остальных вновь поразило сходство этих двух людей.

— Если вы не братья, то боги явно любят чудить, — покачал головой Оуин.

— Возможно, и так, — кивнул Риггерс.

— Вот что я могу сказать тебе, — начал Джеймс. — Я работаю на людей, кому твоя смерть вовсе не нужна. И давай не будем убеждать их в обратном. Кроме того, они противостоят тем, кто нанял твоих несостоявшихся убийц.

— Враг моего врага — мой друг, — изрек Риггерс с пафосом.

— Точно, — согласился Джеймс, — и мне кажется, что у нас больше причин помогать друг другу, чем мешать.

Принесли еду, и у Риггерса появилось время подумать — он взял кусок сыра, положил его на ломоть теплого хлеба и отправил все это в рот. Когда принесли эль, он сделал большой глоток и наконец заговорил:

— Ладно, я расскажу вам, что могу. Я работаю на некоторых людей в Крондоре. У них налажены торговые связи со всем Королевством, в Кеше и за Горьким морем в Натале. А в последнее время они сильно обеспокоены новым конкурентом, который пытается разрушить установленный порядок и основать новую торговую империю.

Джеймс задумался над услышанным.

— Можешь назвать имена твоих хозяев или этого нового конкурента? — спросил он.

Лессли по-прежнему улыбался, но глаза его стали серьезными.

— Первое — нет, а второе… Это очень таинственная персона. Некоторые зовут его Кроулер.

Джеймс наклонился вперед и заговорил так тихо, что только сидящие за столом могли его слышать:

— Я — сеньор Джеймс, придворный принца, то есть человек короля. Но на протяжении некоторого времени я был известен также как Джимми Рука, так что я знаю, о ком ты говоришь. «У мамы вечеринка…»

— «…и всем будет весело», — закончил Риггерс. — Ты — Джимми Рука? Никогда бы не поверил.

Он откинулся назад.

— Я не так уж часто посещаю Крондор. Мой… хозяин предпочитает, чтобы я оставался на Востоке. Но история о твоем возвышении достигла самых отдаленных окраин.

— Может быть, мы знаем больше, чем ты думаешь.

И Джеймс рассказал о фальшивых ночных ястребах в подземельях Крондора и о своих подозрениях, что кто-то таким образом пытается вынудить принца напасть на убежище пересмешников.

— Похоже на Кроулера, — заметил Лессли. — Он бы с удовольствием стравил короля с пересмешниками, а сам бы сидел и наблюдал. Если даже пересмешники каким-то чудом и уцелеют, так ослабнут настолько, что не смогут ему противостоять. И тогда он легко займет их место.

Джеймс покачал головой.

— Пока Арута правит в Крондоре, это маловероятно. Он слишком умен, чтобы попасться на столь очевидную уловку. Что действительно беспокоит нас, так это настоящие ночные ястребы — вроде тех, что пытались тебя убить.

— Я даже не буду спрашивать почему, — вздохнул Лессли. — Лучше буду думать, что это связано с благополучием королевства.

— Десять лет назад они несколько раз пытались убить принца Аруту. Те, с кем мы столкнулись сейчас, могут быть уцелевшими членами той банды, или они просто прикрываются громким именем — в любом случае это довольно серьезная угроза. Можешь что-нибудь о них рассказать?

Лессли снова откинулся на спинку стула.

— Утром я отправлюсь в Таннерус и улажу то недоразумение, которое чуть не стоило тебе жизни. А пока слушай. Кроулер контролирует бандитов в доках Дурбина и сместил местных главарей в Силдене. Пересмешники никогда не имели большого влияния за пределами Крондора, но всегда поддерживали хорошие отношения с, так сказать, «коллегами» в портах Горького моря и имели авторитет в Силдене. Теперь же дружественные им лица исчезли из Силдена, на Горьком море проблемы. Но настоящая точка кипения находится на Севере — в Ромнее беспорядки, и, насколько я знаю, ночные ястребы активнее всего действуют именно в тех местах.

— Мы слышали о тамошних проблемах.

— Гильдия перевозчиков? — спросил Лессли.

Джеймс кивнул.

— И здесь замешан Кроулер, — продолжил Лессли. — Он начал контролировать доки, затруднив передвижение грузов из города и в город, и этим допек и купцов, и местных воров. Через некоторое время люди стали платить за доставку товаров, и раз он залез к ним в карман, то уже не вылезет оттуда. Деймон Ривз, глава гильдии перевозчиков, честный человек, но у него недобросовестные советчики.

— Думаешь, именно Кроулер стоит за возрожденными ночными ястребами?

— Я не знаю, что и думать. Быть может, ему надоело то, что я мелькаю тут и там и создаю ему проблемы, и он назначил цену за мою голову. Или он как-то по-другому со всем этим связан. Возможно, еще кто-то хочет моей смерти. В свое время я нажил себе врагов, — усмехнулся Лессли.

— Не сомневаюсь, — сухо заметил Горат.

— С чего нам начать? — осведомился Джеймс.

— Начните с человека по имени Майкл Вэйландер. Похоже, именно он в центре всех проблем. Арли Стилсоул, из торговцев железом, возглавляет тех, кто противостоит перевозчикам. В любом случае обе стороны будут говорить с Вэйландером. Ходят слухи, что он принимал участие в каких-то темных делах; ничего серьезного, но достаточно для того, чтобы считать его опасным.

— Еще что-нибудь подскажешь?

— Нет, это все. Поверьте, я не скрываю ничего, что могло бы вам помешать.

— Ладно, — пожал плечами Джеймс, — все равно это больше, чем мы знали до встречи с тобой. Если ты отправляешься в Таннерус, значит, мы найдем тебя в случае нужды.

Лессли улыбнулся, повернувшись к Джеймсу, и сквайру показалось, что он глядится в зеркало.

— Сейчас-то я отправляюсь туда, но где буду потом, никто не знает.

Джеймс пристально посмотрел на него.

— Поверь мне, мой друг: теперь, после нашего знакомства, я буду держать тебя в поле зрения. Мы еще встретимся, не сомневайся.

После ужина Джеймс договорился насчет комнаты, и трое путешественников отправились спать.

Утром в конюшне их ждал сюрприз.

— Лошади, сэр? — недоумевал конюх. — Но ведь прошлой ночью вы забрали одну, а остальных продали моему хозяину.

Джеймс повернулся и посмотрел на Западную дорогу. Там, за пределами его взгляда, лежала деревня Таннерус. Он поклялся себе, что когда-нибудь обязательно найдет этого мошенника. И если он до сих пор сомневался в их с Риггерсом родственных связях, теперь уверился в этом окончательно.

Усмехнувшись непонятно чему, сквайр только руками развел:

— Ну что ж, полагаю, нам нужно купить лошадей, парень. Найдется для нас что-нибудь?

Оуин и Горат обменялись непонимающими взглядами, удивляясь странной реакции сквайра, но никто не проронил ни слова, пока Джеймс ждал мальчишку, убежавшего за хозяином конюшни.


Дорога в Ромней была перегорожена баррикадой из мешков и какого-то хлама, и трем всадникам пришлось остановиться.

— В чем дело? — крикнул Джеймс.

Из-за баррикады вышел коренастый мужчина.

— Сейчас мы не пропускаем чужестранцев в Ромней.

— Я здесь выполняю поручение принца Крондорского, и у меня есть подписанные им бумаги.

— Принцем Крондорским? — Человек в замешательстве потеребил подбородок. Он выглядел как портовый грузчик — загорелый, с мощными бицепсами. В руке он сжимал длинный лом, вроде тех, которыми открывают сгруженные с судов ящики. Похоже, ему не терпелось использовать это оружие. — Ну, принц далеко отсюда. Это даже не Западные земли…

— Кто здесь главный? — прервал его Джеймс, спрыгнув с лошади и передавая поводья Оуину.

— Вообще-то Майкл Вэйландер. Он пытается помешать перевозчикам взять город в свои руки, но сейчас он уехал по делам и оставил все на меня.

— А твое имя?

— Карл Виджер, — ответил мужчина.

Он не успел даже пошевелиться, как Джеймс прыгнул на него и изо всех сил ударил в живот. Виджер согнулся, громко охнув, и Джеймс врезал ему коленом в лицо. Здоровяк грохнулся на землю без чувств.

Переступив через упавшего докера, Джеймс дружелюбно обратился к остальным:

— Не мог бы кто-нибудь из вас сбегать в город и привести Майкла Вэйландера? Скажите ему, что Карл больше не может выполнять свои обязанности и пост остался без присмотра. Хотя, — Джеймс вытащил меч, — может быть, кто-то из вас хочет подойти ко мне и доказать, что теперь он ответствен за то, чтобы держать нас подальше от Ромнея?

Двое укрывшихся за баррикадой посовещались, и один побежал через маленький мост, который отделял дорогу на Ромней от Главной королевской дороги. Никто из оставшихся не выказывал желания подойти и бросить Джеймсу вызов.

Оуин тоже спешился.

— Это было смело.

— И довольно глупо, — выдохнул Джеймс. — Я чуть не сломал руку об это ходячее бревно, а ведь угодил всего лишь в живот. Хорошо, что не стал бить в голову, тогда точно все бы себе переломал.

Вскоре прибыл Майкл Вэйландер — высокий, светловолосый человек с коротко подрезанной бородкой, которая отливала золотом на полуденном солнце.

— Что здесь происходит? — осведомился он.

— Могу задать вам тот же вопрос, — с достоинством ответил Джеймс. — У меня при себе бумаги принца Крондорского, и я здесь по поручению короля. Как вы смеете преграждать мне путь?

— Мы действуем по приказу графа Ромнея, — объяснил Вэйландер. — В последнее время у нас возникло много проблем, и вот-вот начнется война между гильдиями.

— Война между гильдиями? — удивленно переспросил Джеймс, будто впервые об этом услышал.

— Проклятые перевозчики в нарушение всех соглашений подняли цены, и это грозит крахом всех дел и в верховьях и в низовьях реки. Я представляю союз остальных гильдий — стекольщиков, веревщиков, плотников, кузнецов и местных купцов. Мы отказались платить этим негодяям.

— Позволь мне закончить, — перебил Джеймс. — Вы пытались договориться о доставке грузов в город и из города, а перевозчики начали сбрасывать грузы в реку и крушить суда.

— Более того, — подхватил Вэйландер, — они убили двоих наших учеников три недели назад и сожгли полдюжины кораблей.

— Да, но все это — ваши местные неурядицы, а мы здесь по поручению короля и не потерпим задержки.

— Покажите ваши бумаги! — заявил Вэйландер.

Джеймс заколебался. Вэйландер не был вельможей или придворным короля, и Джеймс не обязан был что-либо объяснять. Но практические соображения и присутствие дюжины вооруженных людей подсказали ему, что лучше достать дорожный ордер и приказ, который предписывал всем дворянам оказывать Джеймсу необходимую помощь.

— Простите, мы вынуждены быть осторожными. Перевозчики нанимают солдат, и город превратился в вооруженный лагерь. Мы ничего не можем поделать с теми, кто уже в городе, но можем хотя бы не допустить проникновения туда потенциальных смутьянов.

Он отдал Джеймсу бумаги.

— А граф? Разве он не пытается сохранить мир? — спросил Оуин.

— У нас здесь нет гарнизона, парень, — ответил Вэйландер, и что-то в его голосе заставило Джеймса думать, что его вполне это устраивало. — Мы в сердце королевства, и самые большие проблемы, с которыми мы сталкивались, — пьяные ссоры в доках или шайки бандитов, спустившихся с северных холмов, чтобы ограбить кого-нибудь на дороге. У нас в городе есть полиция, но сейчас и она по разные стороны баррикад. Перевозчики — самая влиятельная гильдия, но все остальные гильдии вместе взятые — сильнее. Ох, все это очень сложно, кроме того, в Ромнее нет нейтральных партий. Граф Ричард вызвал меня из Слупа, деревни в полудне езды на юг, просто потому, что я не местный. У меня есть друзья и с той и другой стороны, и иногда они меня слушают. Но перевозчики зашли слишком далеко, здесь двух мнений быть не может.

— Надеюсь, вы решите все вопросы. Но это меня не касается, — сурово заявил Джеймс. — Мне нужно увидеть графа.

Вэйландер хотел что-то возразить, но грохот копыт позади заставил Джеймса оглянуться. По дороге к ним приближалась группа всадников под знаменем королевских улан.

Командир, подъехав к баррикаде, поднял руку, приказывая остальным остановиться, и крикнул:

— В чем дело? Освободите дорогу!

Вэйландер поспешно распорядился убрать с дороги мешки зерна и ящики.

Джеймс подошел и встал перед офицером.

— Что ты уставился? — удивленно спросил тот.

— Уолтер Гайлденхольт! — воскликнул Джеймс. — Болдуин наконец послал тебя на Юг?

— Я тебя знаю? — спросил бывший капитан гарнизона в Высоком Замке.

Джеймс усмехнулся:

— Мы встречались в Высоком Замке. Я — Джеймс, сквайр при дворе принца.

— Ах да, — кивнул старый капитан, — я вспомнил тебя.

Джеймс не сдержал улыбки. Когда он в первый раз встретил капитана, тот был одним из наиболее преданных офицеров Гая де Бас-Тайры и в результате пострадал: после падения герцога его ждали годы тяжелой службы у пограничных баронов.

— Похоже, мирное время тебе на пользу, капитан, — усмехнулся Джеймс, взглянув на располневшего Гайлденхольта.

— Что привело тебя сюда, сквайр? — спросил капитан, не обращая внимания на дружескую шутку.

— Выполняем поручение принца. Гай послал вас сюда для восстановления порядка?

— Да, — с гордостью ответил Уолтер. — Мы бы прибыли сюда еще несколько дней назад, но на Юге у нас возникли некоторые проблемы — пришлось преследовать банду людей в черном. Удалось убить нескольких, но остальные скрылись.

Джеймс взглянул на Оуина с Горатом.

— Это вещи, которые нам не стоит обсуждать открыто, капитан. Я должен поговорить с графом. Думаю, и ты тоже.

— Верно, — согласился капитан, приказывая своим людям двинуться вперед, так как путь уже был свободен. — Поехали с нами, сквайр. Мы защитим вас в случае чего, — улыбнулся он.

Джеймс усмехнулся и оседлал лошадь, махнув своим соратникам, чтобы те присоединялись к хвосту колонны. В отряде было пятьдесят улан, достаточно для предотвращения серьезных проблем. Во всяком случае, Джеймс на это надеялся.

— Мы удерживали этот мост лишь до прибытия улан, — заявил Вэйландер. — Сквайр, передайте графу, что я и мои люди направляемся домой, в Слуп.

Джеймс пообещал передать, и отряд двинулся в путь.

Ромней, важный торговый центр на Востоке, по меркам Западных земель был огромным, но здесь, в восточной части королевства, считался просто небольшим городком. С помощью пятидесяти улан граф вполне мог восстановить порядок до того, как одна из сторон начнет открытые боевые действия.

В городе ощущалось напряжение. Когда уланы въезжали в город, улицы опустели, лишь любопытные зеваки осторожно выглядывали из окон.

— В воздухе веет страхом, — заметил Горат.

— Люди ожидают кровавых событий, — отозвался Джеймс. — Даже если ты держишься в стороне, волна насилия подхватит тебя и унесет неведомо куда. Много людей погибли, пытаясь доказать, что они не принимают участия в стычке гильдий.

Они свернули за угол и выехали на городскую площадь, главной достопримечательностью которой был большой фонтан. Джеймса вдруг охватило странное чувство.

— Что-то не замечаю я в округе ни лавочников, ни лоточников.

Оуин кивнул.

— Я уже бывал здесь, когда приезжал навестить дядю в Кавелл-Кип, — там на главной площади всегда было полно торговцев.

— Быть может, они как раз опасаются той волны насилия, о которой ты говорил, — задумчиво произнес Горат.

На северной стороне площади обнаружилась большая таверна с изображением черной овцы на вывеске.

— Остановимся здесь, — объявил Уолтер Гайлденхольт.

Уланы спешились, и что бы там Джеймс ни думал о грубости бывшего капитана из Высокого Замка, он вынужден был признать, что отряд его был воплощением дисциплины.

Капитан жестом подозвал прохожего.

— Ты знаешь, где сейчас граф Ромнея?

— Его резиденция вон в том доме, сэр, — человек указал на другую сторону площади.

— Сквайр Джеймс, давайте нанесем визит его светлости, — предложил Уолтер, спешившись и передав поводья своей лошади ординарцу.

Джеймс также соскочил с лошади.

— Найди нам комнату в другой таверне, — велел он Оуину. — Будет легче разведать обстановку, если мы не будем держаться вместе с пятьюдесятью королевскими уланами.

— Я знаю одно место, — с готовностью сообщил Оуин. — Я там останавливался однажды вместе с отцом. В конце этой улицы есть другой мост через реку Чим, и за ним — таверна с зеленой кошкой на вывеске. Мы будем ждать тебя там.

Джеймс развернулся и последовал за Уолтером, который решительно направился к дому графа. Как только он постучал, дверь открылась.

Впустивший их слуга был в камзоле с графским гербом — изображением рыбы, выпрыгивающей из реки и летящей к звездам.

Граф Ричард принял их в небольшой комнате в глубине дома. Граф оказался молодым человеком, более похожим на купца или торговца, чем на вельможу, хотя предстал перед гостями в боевых доспехах и с мечом на перевязи. Джеймс вырос среди дворян, для которых сражения были обыденным занятием, и ему потребовалось время, чтобы привыкнуть к мысли, что восточные дворяне носят мечи для украшения.

— Добро пожаловать, джентльмены. — У графа оказался неожиданно глубокий и мощный голос. — Милорд Бас-Тайра не оставил без внимания мою просьбу.

Джеймс предоставил Уолтеру право говорить первым.

— Мы сразу направились сюда, сэр.

— Сколько людей вы привели?

— Отряд из пятидесяти королевских улан.

Граф казался обеспокоенным.

— Надеюсь, этого будет достаточно. Вообще-то я бы предпочел обойтись без применения силы.

Уолтер взглянул на Джеймса и пожал плечами. Граф тоже обратил взгляд на Джеймса.

— А ваше имя?

— Джеймс, сквайр принца Аруты, — представился молодой человек, показывая свои бумаги. Увидев документ об оказании содействия, граф явно занервничал.

— Какого рода содействие?

— В нашем случае это информация, милорд. Ходят слухи, что темные братья стали слишком активными в этих краях, а еще поговаривают, что ночные ястребы вернулись.

— Поговаривают?! — Граф побагровел. — Кто-нибудь читал мои донесения королю? Они по заказу перевозчиков убили двух человек из гильдии торговцев железом, потом убили двоих из перевозчиков. Им все равно, кого убивать, лишь бы за это платили. Я слышал, что барон Кейвелл скрывается в деревне, под охраной, потому что они преследуют его!

Имя барона показалось Джеймсу знакомым, но он не мог вспомнить, где слышал его.

— В таком случае, милорд, мы с товарищами проведем здесь некоторое время. Нам нужно кое-что выяснить. Лучше, чтобы никто не знал, что наш визит — официальный. Если кто-нибудь спросит, мы здесь проездом, для того чтобы поприветствовать вас от имени принца. — Он взглянул на Уолтера. — Я остановлюсь в таверне «Зеленый кот», мне так удобнее, капитан.

Гайлденхольт равнодушно пожал плечами, как будто это не имело для него никакого значения.

— Милорд, мы в вашем распоряжении, — обратился он к графу. — Утром мне необходимо поговорить с вашим начальником полиции и организовать патруль. Как только горожане увидят моих людей, патрулирующих окрестности, все немного успокоятся.

— Ну, сквайр, скоро мы тут все уладим, — заявил Уолтер, выйдя на улицу.

— Надеюсь, капитан. Искренне надеюсь, — вздохнул Джеймс, снова ощущая витающее в воздухе напряжение.

Они попрощались. Джеймс оседлал свою лошадь и поскакал в направлении, указанном Оуином.

Ромней был расположен на пересечении трех рек. Река Ром текла от Зубов Мира, мимо Северного Форта, старейшей из земель пограничных баронов. Река Чим поворачивала у Ромнея на юго-восток. Джеймс вдруг остановился, когда увидел мост через Чим. Что-то не давало ему покоя, но он не мог понять, что именно, хотя чувствовал, что это важно. Поразмыслив, он решил, что со временем все станет ясно.

Переехав через мост, Джеймс обнаружил, что в этой части города обстановка еще более напряженная. Горожане передвигались торопливо, украдкой посматривая по сторонам, словно опасались нападения. Не было видно ни одного уличного торговца.

Сквайр добрался до «Зеленого кота» и проехал в конюшню, где его ждали Оуин и Горат.

— Почему вы не обедаете? — удивился Джеймс.

Испуганный мальчик-конюх сообщил:

— Мой хозяин не желает обслуживать вашего… друга, — он указал на Гората.

— Я бы даже другом его не назвал, — пробормотал Джеймс, спешившись и передавая поводья лошади мальчику. Он направился к двери таверны; Оуин и Горат на мгновение замешкались, затем последовали за ним.

Хозяин, высокий, крепко сложенный человек, обернулся посмотреть, кто вошел со стороны конюшни, и тут же указал мясистым пальцем на Гората:

— Снова ты! Я же сказал, что не потерплю твоего присутствия в моей таверне!

Джеймс поторопился встать между хозяином и Горатом.

— А как насчет меня?

Человек взглянул на Джеймса сверху вниз, как бы оценивая его. Сквайр значительно уступал ему в размерах, но что-то в его поведении заставило хозяина остановиться.

— Темные эльфы! Я пятнадцать лет прослужил на границе и уничтожил достаточно этого отродья. Они убивали моих товарищей. И кто, черт возьми, ты такой, чтобы вмешиваться?

— Я — сеньор Джеймс, сквайр принца Аруты из Крондора. Эльф — мой товарищ, и мы выполняем поручение короля.

— А я — королева Банаписа, — насмешливо ответил хозяин таверны.

Джеймс достал свои бумаги.

— В таком случае, королева любви и красоты, прочти это, иначе я буду вынужден послать за графом Ричардом, чтобы он поручился за меня. Уверен, что его не обрадует перспектива добираться сюда, принимая во внимание нынешнее положение в городе.

Хозяин медленно читал, шевеля губами. Наконец он вернул документы. Выражение его лица изменилось.

— Так ты — королевский офицер?

Джеймс пожал плечами.

— Если бы я служил сейчас в армии, то был бы рыцарем-лейтенантом, если тебе, старому солдату, так понятнее. А сейчас я хочу приличную комнату для нас троих и еще эля и еды.

Хозяин хмуро посмотрел на Гората и поманил новых постояльцев к барной стойке. Зайдя за нее, он вытащил большой железный ключ и нехотя проговорил:

— Вверх по лестнице, последняя дверь направо.

Джеймс взял ключ. В глазах хозяина таверны загорелся алчный огонек.

— Шесть золотых соверенов за ночь.

— Шесть? — изумился Джеймс. — Да ты грабитель!

— Два за каждого из вас. Или так, или никак.

Прекрасно понимая, что пятьдесят улан займут большинство комнат в местных тавернах, Джеймс кивнул:

— Хорошо. Мы согласны.

— Деньги вперед.

Джеймс отсчитал двенадцать монет.

— За две ночи. Если останемся еще, заплатим послезавтра.

Человек сгреб монеты и нагло заявил:

— Еда и эль в стоимость не входят.

— Так я и знал, — хмыкнул Джеймс. — Давайте сначала разберем наши вещи, затем поедим, — обратился он к Оуэну и Горату.

Они сняли свои дорожные мешки с лошадей, удостоверились, что мальчик-конюх знает, что делать, и поднялись в комнату, которая, как Джеймс и ожидал, была явно самой скверной в таверне и соседствовала с конюшней. Однако он решил не обращать на это внимания.

Внизу их обслуживали очень медленно, хотя народу за столиками было немного. Джеймс уже начал раздумывать над тем, что он сделает с хозяином таверны, когда наконец принесли еду. К счастью, она оказалась вполне приемлемой.

Во время еды они обсуждали сложившуюся ситуацию. Джеймс поделился с друзьями информацией.

— Так ночные ястребы работают на перевозчиков или на торговцев железом? — допытывался Оуин.

— Ни на тех, ни на других, — предположил Горат. — Делехану выгодно запутывать ситуацию и ввергать Королевство в хаос.

— Думаю, Горат прав, — признал Джеймс. — Я не знаю, сотрудничают ли ночные ястребы с Кроулером, Делеханом или сразу с обоими, или просто мы ввязались в конфликт, никак не относящийся к нашему поручению, но в любом случае это на руку Делехану. И значит, мы должны этому помешать.

— И как же? — спросил Оуин.

— Нужно выяснить, с чего все началось, и постараться склонить обе стороны к переговорам. Если граф станет посредником в разрешении конфликта, появится шанс вернуть порядок в город. Уланы могут лишь на время утихомирить бунтовщиков, но рано или поздно кто-нибудь вытащит меч, и тогда в городе начнется кровавое побоище. — Он понизил голос. — И если большинство городских полицейских примут чью-либо сторону, даже пятьдесят улан не смогут остановить кровопролитие.

— Что ты предлагаешь сделать?

— Ты поищи вне города, — посоветовал Джеймс Горату. — Тебе известно, что искать. А ты… — обратился он к Оуину, — ты знаешь какие-либо знатные семьи в Ромнее?

— Не очень хорошо, — признался Оуин, — но мой отец — барон, и я знаю достаточно имен, которые можно при случае упомянуть. Думаю, смогу получить приглашение на ужин.

— Ладно, — кивнул Джеймс, — я тоже кое-куда отправлюсь.

— Куда?

— В ту часть города, куда умные люди стараются не заходить, — улыбнулся Джеймс.

— Зачем еще?

— Ты знаешь барона Кейвелла? — вопросом на вопрос ответил Джеймс.

— Корвалиса Кейвелла? Да. Он мой дядя. Вернее, дядя моей матери, хотя он старше ее всего на несколько лет. А что?

— Граф Ричард сказал, что его ищут ночные ястребы.

— Я не удивлен, — спокойно отреагировал Оуин. — Дядя Корвалис всегда был горячим и злопамятным и с легкостью наживал врагов. Хотя мне трудно поверить, что кто-то хочет его смерти.

Джеймс пожал плечами.

— Так сказал граф Ричард.

— Если бы они хотели его смерти, он уже был бы мертв, — заметил Горат.

— Между прочим, по словам Ричарда, — продолжал Джеймс, — твой дядя Корвалис сейчас скрывается в деревне под усиленной охраной.

Оуин снова не удивился.

— Старый замок пять лет назад пострадал от пожара при загадочных обстоятельствах. С тех пор семья живет в лучшем деревенском доме, ну и надеется со временем восстановить замок.

— Итак, — подытожил Джеймс. — Если мы не найдем ночных ястребов здесь, нам придется поговорить с твоим дядей.

— Мне не показалось, что их трудно найти, — заметил Горат.

— Да… верно. Слишком верно, — согласился Джеймс.

Они закончили ужин и отправились спать.


Истошный вопль разбудил Джеймса, и он вскочил, судорожно напяливая штаны и сапоги. Горат тоже проснулся и потянулся за мечом. Оуин поднял голову.

— Что случилось? — сонно спросил он.

— Похоже, начался бой, — ответил Горат.

— Нет, по-моему, это что-то другое, — возразил Джеймс, прислушавшись.

Сквайр быстро оделся и поспешил вниз по лестнице, в общий зал. Там громко переговаривались возбужденные люди. Хозяин, стоя в дверях таверны, наблюдал за общей суетой.

— В чем дело? — спросил Джеймс.

— Убийство. Ночью произошло убийство, — старый солдат мрачно взглянул на Джеймса.

— Убийство? — переспросил Оуин, спускаясь вниз по лестнице. — Кого убили?

— Не знаю, — пожал плечами хозяин, — но говорят, это случилось в таверне «Черная овца».

Старик еще не успел договорить, а Джеймс уже был за дверью. Оуин и Горат поспешили за ним. Они не стали брать из конюшни лошадей, а вместо этого припустили по улице, следуя за толпой людей, которая мощным потоком неслась вперед, через мост к главной городской площади.

Подбежав к площади, Джеймс обнаружил, что дальше людей не пускают несколько человек, вооруженных алебардами, все с повязками на руках. Никого из королевских улан видно не было. Джеймсу пришлось пробиваться сквозь толпу, и когда он достиг переднего края, путь ему преградил человек с пикой.

— Именем короля! — прокричал Джеймс, отводя пику в сторону.

Стражник явно не ожидал такого заявления и замешкался, чем не преминули воспользоваться Джеймс, Горат и Оуин. Оказавшись на площади, они увидели быстро шагающего навстречу Ричарда, графа Ромнея.

— Сквайр! — воскликнул граф, увидев Джеймса.

— Что произошло, милорд? — тревожно спросил Джеймс, подбежав к нему.

Судя по всему, граф был в ярости настолько, что не мог говорить, он лишь указал на открытую дверь таверны «Черная овца».

Войдя в общий зал, Джеймс увидел королевских улан, застывших около столов в совершенно невообразимых позах. Глаза их были открыты, но смотрели они в никуда. Было понятно — все воины мертвы. Сквайр взглянул на подавленного мальчика-конюха, который обнаружил тела часом раньше, и спросил у него:

— Здесь все?

Мальчик был настолько напуган, что едва мог говорить.

— Сэр… — он сглотнул. — Еще офицер в комнате наверху, сержант и другие. Остальные умерли здесь.

Горат подошел к столу и, подняв кружку с элем, понюхал ее.

— Яд, — констатировал он. — Убедитесь сами.

Джеймс тоже понюхал содержимое кружки и понял, что обоняние моррела острее, чем у него, так как он не почувствовал ничего, кроме запаха теплого эля. Однако заметил темный осадок на дне кружки, подцепил немного пальцем и лизнул его. Сплюнув, он сказал:

— Возможно, ты прав и в этом эле есть яд, но то, что ты унюхал, — всего лишь смолянка.

— Смолянка? — переспросил Оуин, который был очень бледен, несмотря на то что повидал уже достаточно покойников.

Джеймс кивнул, ставя кружку обратно.

— Старый трюк, который применяют в захудалых тавернах. В больших количествах — это жуткая гадость, но если ее немного, то она лишь вызывает жажду. Смешиваешь это с плохим элем, и покупатели думают, что пьют гномий зимний эль.

— Этим можно отравить? — засомневался Оуин.

— Нет, но существует множество ядов без вкуса и запаха, — ответил Джеймс.

Он повернулся к мальчику-конюху.

— Как тебя зовут?

— Джейсон, — дрожащим голосом ответил мальчик. Он был очень сильно напуган. — Что со мной будет?

— Что ты имеешь в виду?

— Я обслуживал этих людей, сэр. Мой хозяин всегда говорит, что забота о посетителях — наша обязанность.

— Не волнуйся, — сказал Джеймс, — ты ведь не мог знать, что эль отравлен, так?

— Не мог, но я знал, что дело тут нечисто, и промолчал.

Теперь Джеймс не на шутку заинтересовался.

— Что показалось тебе странным?

— Люди, которые привезли эль. Мы покупаем наш эль у компании Вздернутого Бочонка из Слупа. Я знаю водителей повозки, но в этот раз приехали незнакомые люди.

Джеймс взял Джейсона за плечи и посмотрел ему прямо в глаза.

— Ты можешь нам что-нибудь рассказать об этих людях, какие-то приметы?

Джейсон какое-то время напряженно пялился в потолок, как будто пытаясь вспомнить.

— Смуглые, может быть, кешианцы, и говорили так странно… У одного из них был медальон, который выскользнул из-под туники, когда человек нагнулся, чтобы передать партнеру бочку.

— На что был похож этот медальон? — быстро спросил Джеймс.

— На нем была изображена птица.

— Еще что-нибудь помнишь? — Джеймс многозначительно взглянул на Гората с Оуином.

— Они вообще велели мне забыть, что я их когда-либо видел, — ответил Джейсон. — И пахло от них, как от моряков из Силдена, — прогретой солнцем парусиной.

Горат и Оуин начали осматривать комнату, а Джеймс вышел наружу. Он увидел графа Ричарда, стоявшего там же, где он его оставил. Граф был настолько шокирован этим массовым убийством, что не мог сдвинуться с места. Джеймс знал, что такое бывает с людьми, не привыкшими к кровопролитию. Он подошел к графу.

— Милорд, что вы собираетесь делать?

— Делать? — Ричард заморгал, как будто с трудом понимал Джеймса.

— Вы должны сказать что-нибудь людям, — сказал Джеймс. — Разъясните им все, пока паника не захлестнула город. Затем нужно позаботиться о телах.

— Да, — рассеянно кивнул граф Ричард, — вы правы.

Он поднялся на парапет фонтана, чтобы все могли его видеть.

— Жители Ромнея! — крикнул он, и Джеймс сразу понял, что выступления перед горожанами — обычное для него дело. — Идите домой! Сохраняйте спокойствие. Свершилось черное дело, но виновный будет пойман и казнен.

Он спустился на землю и жестом подозвал констебля.

— Чтобы через пять минут передо мной стояли представители перевозчиков и торговцев железом!.. Мне необходимо послать в Чим еще за одним отрядом, — доверительно сообщил граф Джеймсу. — Черному Гаю не понравится то, что пятьдесят воинов короля погибли в моем городе.

— Королю тоже, — заметил Джеймс и, видя, что граф нахмурился при упоминании о короле Лиаме, добавил: — Мои спутники и я… сделаем все, чтобы помочь.

— Лучшее, что вы можете сделать сейчас, сквайр, — узнать, кто за этим стоит.

— Понимаю, — кивнул Джеймс и рассказал графу о смолянке и о двоих подозрительных людях, возможно уроженцах Силдена.

— Ночные ястребы! — прошептал граф. — Черт возьми! Лучше бы виновниками всего этого были Деймон Ривз или Арли Стилсоул.

— Почему именно они? — не понял Джеймс.

— Потому что тогда я мог бы повесить или одного, или другого и одним выстрелом убить двух зайцев. Ривз руководит перевозчиками, а Арли Стилсоул — глава гильдии торговцев железом. Они — в сердце конфликта.

Тут граф заметил двоих приближающихся мужчин и, дождавшись, когда они подойдут, сурово заявил:

— Сообщите своим людям, что я собираюсь покончить с насилием в Ромнее. Главы гильдий лично ответственны за действия обеих сторон в конфликте. Еще одно убийство — и я повешу их рядышком на городских воротах. Передайте это немедленно!

— Но Стилсоул сейчас в Слупе! — воскликнул представитель гильдии торговцев железом.

— Тогда направляйся в Слуп, — приказал граф.

— Милорд, позвольте мне сделать это, — вмешался Джеймс.

Двое прибывших обменялись взглядами, как будто спрашивая, почему незнакомец вызвался передать такие новости лидерам противоборствующих сторон.

— Передайте, чтобы береглись, если в городе повторится что-либо подобное, — повторил граф.

— Вы сможете воплотить угрозу в жизнь, милорд? — спросил Джеймс, когда представители гильдий удалились за пределы слышимости.

— Вряд ли, но это может заставить их призадуматься, пока мы ожидаем прибытия нового отряда солдат, — он взглянул на Джеймса. — Почему вы решили направиться в Слуп?

— Потому что отравленный эль привезли именно из Слупа и еще потому, что оттуда нам будет удобно добраться до Силдена.

— Тогда сообщите Стилсоулу и Майклу Вэйландеру, что я жду их обоих в течение трех дней вместе с Ривзом и другими лидерами местных группировок, и того, кто не явится, я сочту замешанным в этом страшном убийстве. Это означает смертный приговор. Если же все прибудут сюда, я запру их в комнате, и никто не выйдет оттуда, пока мы не разрешим конфликт. Мне все равно — пусть мочатся на пол, пусть умирают с голоду, но я покончу с этим делом раз и навсегда, и только тогда они вновь увидят солнце.

Убедившись в серьезном настрое графа, Джеймс поклонился:

— Я и мои соратники отправляемся через час, милорд.

Он возвратился в «Черную овцу», где двое рабочих помогали Джейсону погрузить тела на повозку, чтобы вывезти их из города для сожжения. Оуин помахал Джеймсу, и тот немедля подошел к юному магу.

— Нашли что-нибудь интересное?

— Только это. — Оуин протянул сквайру небольшую серебряную брошь в виде паука.

— Что это? — удивился Джеймс.

— Переверни, — посоветовал Горат.

Джеймс так и сделал и увидел в центре броши углубление, заполненное смолистым веществом. Джеймс понюхал его и оторопел:

— Терн серебристый!

— Ты уверен? — осведомился Оуин.

— Я ни с чем не спутаю этот аромат, поверь мне, — взволнованно заверил его Джеймс.

— Это орудие убийцы, — объяснил Горат. — Проводишь острием клинка по углублению, а потом стоит лишь царапнуть противника, и тот умрет в течение нескольких часов.

— Есть еще что-нибудь? — спросил Джеймс.

Оуин показал ему медную трубку со стеклом в одном конце.

— Это что, подзорная труба? — не понял Джеймс.

— Посмотри в нее, — предложил Оуин.

Сквайр, прищурив один глаз, поднес к другому трубу. Окружающее как-то неуловимо изменилось, все стало другого цвета. Джеймс оторвался от трубы и вопросительно взглянул на Оуина.

— Это магия, — сказал Оуин. — Я изучу это, но думаю, что труба позволяет видеть то, что недоступно обычному зрению, например магически скрытые предметы.

Джеймс задумчиво взглянул на две загадочные вещицы. Хотелось бы иметь улики повесомее, но вообще-то и этих двух для начала вполне хватит.

Загрузка...