Приключения тележки

Домашние пертурбации в исторический момент

— Что?… Не понимаю… Говори громче!.. Боишься?… Вот как!.. Кошмар… Жду, жду!

Прелестное личико Веры Амурски побледнело и выражало теперь полнейшую растерянность. Она с ожесточением дула в телефонную трубку. Наконец вспомнила о майоре.

Майор между тем уже в который раз спрашивал ее:

— Что там? Что случилось?

— Сущие пустяки! — воскликнула она драматически. — Немцы, заманив Хорти в свою штаб-квартиру, вторглись в страну. Сегодня на рассвете расшвыряли наших ничего не подозревавших пограничников — и вот они уже здесь, в Будапеште. Хватают подряд всех видных политических деятелей… Дини хочет смыться… и больше сюда не придет!

— Что ж, этого следовало ожидать! Более того, непонятно, почему немцы до сих пор не сделали этого, — проговорил с виду не слишком взволнованный майор.

— Что означает это лично для вас? — допытывалась артистка.

— Для меня? Это мне самому неясно, — признался майор. — После всего происшедшего надо как-то сориентироваться. Во всяком случае, нынешняя праздничная церемония отпадает.

— Понимаю, — кивнула артистка.

Она как будто ожидала, что майор вскочит и бросится за информацией, но, так как он этого не сделал и продолжал неподвижно сидеть, сдвинув над переносицей брови, артистка также углубилась в свои мысли.

— Невозможно предугадать последствия! — бормотал себе под нос майор.

— Знаете что? Оставайтесь у меня к обеду. Обед у нас будет на славу. А Дини по телефону сообщит нам, что происходит. Положитесь на него. Он чертовски сообразительный и деятельный. Быстрее разнюхает, что к чему, чем все разведчики армии, вместе взятые.

— Позвольте! — раздумывал майор. — Этот мундир на мне сейчас или на пользу, или во вред. Сниму-ка я его лучше. К тому же все равно нужно предупредить жену, что я не обедаю дома. Сейчас я пойду к себе, но скоро вернусь.

— Правильно! — кивнула артистка. — Но вернетесь непременно?

— Непременно!

— Допьем пока остатки. Это и как успокаивающее действует отлично! — подняла свой стакан артистка.

— Ваше здоровье, сударыня! — потянулся чокнуться с нею майор.

— Никаких «сударыня»! Это звучит так холодно! Меня зовут Вера, а вас Шандор. Будь здоров, Шандорка!

— Твое здоровье, Верочка! — Майор еще раз чокнулся с артисткой.

Подслушивающие под дверью Аги и ее жених сломя голову бросились на кухню. Майор, позвякивая орденами и шпорами, удалился.

— Ф-фу! — оторопело выдохнула Аги. — Все ж таки немцы взяли верх, ежели нас захватили. А эти двое тоже ничего не знали.

— Ну да ведь это как бывает! — проговорил обивщик мебели. — Все равно как бы я, к примеру, дрался вместе с дружком своим против кого-то третьего, а дружок вдруг возьми да мне же и дай по шее. Венгерская граница со стороны немцев, конечно, не была укреплена как следует. Что им стоило ее перейти!

— А сколько у них друзей здесь!.. Что-то теперь будет? — встревоженно проговорила Аги.

— А то и будет, что начнется здесь такое позорище, какого еще свет не видывал! — предсказал Безимени.