Профессор магии на полставки. Том 3

Глава 12

Кирилл Станиславович Фролов, мягко скажем, не отличался спокойным характером. Скорее наоборот. Таких людей обычно не берут на роль эмиссаров и редко когда дают представлять свой род. Однако мужчина был редким исключением из правил.

В нужные моменты Кирилл Станиславович демонстрировал абсолютное спокойствие, и когда собеседник расслаблялся, принимая его за лёгкую добычу, то тут же обнажал клыки. С помощью этой схемы он неоднократно продавливал собеседников, из-за чего Кирилла Станиславовича посылали только туда, где требовались агрессивные и жёсткие переговоры.

Однако эта тактика работала не на всех. Яркие тому примеры — Ланцов и Яковлев. Мужчина планировал использовать распри этих двух стариков в своих целях, но получилось ровно наоборот. Что первому, что второму, было невыгодно переводить его племянницу в другую Академию.

— Послушайте, молодой человек, — сказал ему тогда Яковлев, держа в руках свою трость. — Я понимаю, что вы стараетесь на благо рода и страны. Однако вы сами поймите — как по вашему мы должны одобрить перевод без её согласия? Это же в том числе отразится на репутации академии. Максимум, на что вы можете рассчитывать — исключение. Она плохо контролирует свою магию, из-за чего ваша племянница представляет угрозу другим студентам.

— Нет, это слишком ударит по нашей репутации, — недовольно произнёс мужчина, с трудом сдерживая гнев. Этот старик успел изрядно потрепать ему нервы. — Тем более с такой характеристикой она не сможет попасть в Академию, где учится её будущий жених.

— Это не проблемы нашего учебного заведения, Кирилл Станиславович. Мы не обязаны вмешиваться в ваши личные дела, даже если от этого, как вы говорите, зависят судьбы людей и страны. Хватит приплетать сюда личное. Или вы думаете, что раз представляете нашу страну, вам всё дозволено? — прищурился Яковлев.

— Всё или не всё, но я бы посоветовал вам сотрудничать с нами. Если, конечно, не хотите, чтобы ваш инспектор стал находить одно нарушение за другим, — пригрозил ему мужчина.

— Напугали ежа голым задом, — ничуть не церемонясь в выражениях сказал Яковлев. — Если хотите устроить ещё один скандал, то вперёд. Одним пятном больше на вашей репутации, одним пятном меньше — какая разница, да?

— Следите за языком, Лаврентий Матвеевич.

— Вытащите для начала бревно из глаза, Кирилл Станиславович…

Вспоминая тот разговор, мужчину на секунду пробрала дрожь. До чего мерзкий тот старик. Ещё и аура от него исходила до жути странная. За прожитые полвека он такую ещё ни разу не встречал.

Впрочем, теперь всё изменилось. Теперь слова Яковлева были не более чем пустым трёпом. Сегодня мужчина пришёл со своими главными козырями — глава имперской канцелярии лично одобрил перевод девушки в другую британскую Академию, с целью обмена опытом и налаживания отношений между странами.

Уже к началу следующего семестра, его племянницы в Российской империи не будет. А уже в следующем году можно начинать планировать свадьбу и поднять род Фроловых на новый уровень. Да, Тюдоры конечно в качестве партии не выставили принца, но племянник самого императора это тоже хорошо.

После такого выпада хочешь Алеевы, хочешь Завьяловы, хочешь Морозовы — да любой княжеский род будет кусать локти от зависти. Ещё бы — породниться с имперским родом. А сколько возможностей это откроет! Новые международные поставки, субсидии, связи… И всё благодаря одному грамотно спланированному ходу.

В приподнятом настроении, он вошёл сразу в кабинет к Аристарху Евгеньевичу. Только вот реакция ректора сразу показалась ему какой-то странной — все прошлые разы при виде мужчины, он сразу же становился хмурым, словно предчувствовал проблемы. А тут наоборот — улыбался.

— Кирилл Станиславович. Рад вас снова видеть в наших стенах, — наигранным голосом сказал старик.

— Сердечно прошу прощения, что заставляю тратить ваше и без того занятое время, — парировал в ответ на колкость мужчина. — Я вам прислал недавно копию документов. Надеюсь вы с ними хорошо ознакомились. Чтобы у нас не возникло недомолвок, я в том числе принёс оригинал, проверенный тремя организациями юристов. Всё абсолютно законно, и у вас нет повода отказывать в переводе. Поэтому, надеюсь на ваше с нами честное сотрудничество.

— Мне очень приятно видеть, что вы постарались и даже задействовали ради этого имперскую канцелярию. Не каждый день встретишь человека, который старается на благо страны, — как-то странно заулыбался ректор. Интуиция буквально кричала о том, что где-то кроется подвох.

— В таком случае, Аристарх Евгеньевич, уверен, вы без проблем подпишете документы о переводе, — сдержанно улыбнулся мужчина, после чего положил документы на стол. — Это дело государственной важности, поэтому искренне надеюсь, что вы не станете тянуть с решением.

— Ну что вы, Кирилл Станиславович, разве бы я стал так поступать? — хитро улыбнулся старик, и быстро проведя документ взглядом, добавил: — Ответ вы получите прямо сейчас. Я не могу это подписать.

— И на каких основаниях, позвольте поинтересоваться? — сказал мужчина, нахмурив брови.

— Что значит на каких? Вы мне будто предлагаете нарушить закон, Кирилл Станиславович, — точно так же нахмурил брови ректор, после чего поднялся со своего кресла. — Вот, в документе указано, что имперская канцелярия даёт разрешение на перевод студентки Елены Борисовны Фроловой в иностранную Академию. А как, спрашивается, я вам её переведу? Это будет прямым нарушением имперских законов. Уж вы-то должны о них знать.

— Хватит морочить мне голову, Аристарх Евгеньевич. Или подпишите документ, или объясните ваш отказ, — в приказном тоне сказал мужчина, осклабив зубы.

— Раз уж вы так настаиваете, — нагло ухмыльнулся старик, после чего открыл нижний ящик со стола и достал какой-то документ. — Ваша племянница стала личной ученицей профессора Воронова. Согласно сто восемьдесят шестому закону Империи, пункт четыре, поправка два, только профессор имеет право одобрить исключении или перевод своего личного ученика. Традиции, которые закреплены в законе ещё до времен, когда были основаны первые учебные заведения.

— Вы… — Кирилл Станиславович с трудом сдержался, чтобы грязно не выругаться вслух. Такого поворота даже он не мог предугадать. — Вы это специально, да⁈

— Мы с Алексеем Дмитриевичем не в настолько хороших отношениях, чтобы я заставлял его брать личных учеников. Если в изучите его личное дело, то поймёте, что влиять на него весьма проблематично. Это целиком и полностью его личная инициатива, — как ни в чём не бывало ответил ректор. — Надеюсь вы не станете мне на полном серьёзе предлагать перевести одного из лучших профессоров в другую Академию?

— Зря вы переходите нам дорогу, Аристарх Евгеньевич, — сухо сказал мужчина, после чего покинул кабинет.

Демоны, почему его племянница такая непослушная? В кого только она такая пошла?

Сжав кулаки, Кирилл Станиславович выдохнул и направился к выходу. Воронов значит…

Мужчина слышал о нём из новостей, якобы молодой профессор в одиночку противостоял террористической угрозе. Ещё один раз им доводилось встретиться во время имперского бала, но тогда помимо обмена взглядами дело никуда не зашло. И похоже очень зря. Раз уж этот выскочка решил встать против Фроловых, он на своей шкуре прочувствует весь гнев рода.

Искать профессора по всей Академии не пришлось. Хватило расспросить парочку преподавателей, чтобы они рассказали, где в это время обычно находится Воронов. Поэтому не медля ни секунды, он направился к тренировочной площадке. Там же он обнаружил выскочку и свою наглую племянницу.

— Елена Борисовна, не так. Не надо вкладывать в конструкт столько маны. Вы же его не собираетесь удерживать десятки минут. Хватит и половины. Так вы меньше будете уставать, — говорил выскочка, ничуть не обращая внимание на прибытие мужчины. Причём девушка тоже делала вид, что не замечает своего дядю.

— Кхм, — кашлянул мужчина, привлекая своё внимание.

— Будьте здоровы, — ответил Воронов и продолжил общение с племянницей. — Руки прямее и не так широко. Да, так. Теперь аккуратно собирай вокруг клинка ману, но не атакуй. Удерживай энергию.

— Елена Борисовна… — холодно произнёс мужчина, но девушка снова не обратила внимания, сконцентрированная на тренировке.

— Елена Борисовна тренируется. Если у вас нет к ней срочных дел, будьте добры покинуть площадку и не мешать тренировкам, — абсолютно наплевательским тоном ответил Воронов.

— Вы вообще знаете, кто я⁈ — мужчина впервые в своей жизни столкнувшись с таким безразличием. Его нервы сейчас были натянуты как струны.

— Знаю. Кирилл Станиславович Фролов, дядя моей ученицы. Только родственникам не место в Академии. Здесь люди обучаются магии и сражению, а вы своим присутствием мешаете. Если у вас есть срочное дело, можете поговорить со мной. Если нет — покиньте площадку.

— Елена Борисовна, нам надо поговорить, — мужчина решил проигнорировать наглую выскочку и обратиться прямо к племяннице. — Заканчивайте этот спектакль и пошли за мной, — с этими словами мужчина сделал шаг вперёд, но тут ему дорогу преградил выскочка.

— Кирилл Станиславович, у вас или проблемы со слухом, или вы меня плохо понимаете, — тон Воронова сменился на злой, и за его спиной появилась тёмная дымка. — Сделаете ещё один шаг, и я восприму вас как угрозу моей ученице.

— Наглый юнец вздумал бросать мне вызов? — ничуть не испугался мужчина. Однако немного подумав, решил сменить тон. Если дело дойдёт до сражения в Академии, ничем хорошим для его карьеры это не закончится. Лучше сейчас сдать назад, чем нажить проблемы всему роду. — Хорошо. Давайте подойдём к вопросу с другой стороны. Вы взяли мою племянницу в ученицы, так?

— Да. Разве тут могут быть ещё какие-то вопросы? — Воронов сложил руки на груди и приподнял левую бровь вверх.

— Могут. Из-за вашего решения, отношения между Российской и Британской империями могут ухудшиться. Вы ведь понимаете, что из-за ваших действий мы рискуем сдать назад на политической арене, что в свою очередь может привести к международной войне? — преувеличивая, сказал эмиссар. Сейчас главное прощупать почву и то, что из себя представляет собеседник, а уже потом начать с ним торги.

— Шутка хорошая. Мне понравилась. А к делу мы когда перейдём?

Кирилл Станиславович чуть сразу не бросился на этого выскочку в атаку. Лишь каким-то чудом он сумел сдержать самообладание. Демоны, вот почему ему весь последний месяц так везёт на таких противных людей?

— Я не шучу, Алексей Дмитриевич. Всё абсолютно серьёзно, — сказал мужчина, и сразу же добавил. — Своим поступком вы испортили планы моего рода. Одного этого достаточно, чтобы объявить вам войну, но давайте не станем опускаться до подобных мер. Откажитесь от наставничества или увольтесь из Академии. Если сделаете один из двух этих пунктов, род Фроловых щедро вознаградит вас.

— Вам бы на открытой сцене выступать, Кирилл Станиславович. Ничего смешнее я за последний год не слышал, — нагло ухмыльнулся выскочка. Нет, этот ублюдок точно нарывается на дуэль!

— Алексей Дмитриевич, хватит меня провоцировать. Если так хотите, то просто назовите цену, и мы закроем этот вопрос. Или вы в самом деле хотите, чтобы Фроловы уничтожили ваш род? Уж поверьте, сил у нас на это хватит, — от торгов мужчина решил перейти к действию. Уж чего-чего, а переходить дорогу Фроловым никто не горел желанием.

— На здоровье. Если убьёте моего дядю и двоюродных братьев, я вам даже тортик подарю, — как довольный мартовский кот улыбнулся Воронов. Нет, он не нарывается. Он просто псих! Правду говорят о магах тьмы, они все до единого безумцы.

— Я понял, конструктивного диалога от вас не дождёшься, — разочарованно сказал мужчина. — Вы сделали свой выбор, Алексей Дмитриевич. Моё предложение пока в силе. Советую согласиться на него до того, как вы об этом пожалеете.

— Раз на то пошло, позвольте дать вам совет, — тон Воронова снова сменился с весёлого на серьёзный. — Если вы думаете, что можете заставить меня что-то сделать, то ошибаетесь. Попробуете прислать убийц ко мне или моей ученице — увидите, что из этого получится. А теперь идите, пока я в хорошем настроении.

Кирилл Станиславович не стал ничего отвечать на это заявление и молча развернулся, чтобы уйти. Слушать угрозы от мелкого выскочки он не собирался. Теперь главное связаться с братом и рассказать ему, что случилось. Раз уж дело приняло такой оборот, пора переходить к радикальным мерам.

— Какой у вас настырный дядя, Елена Борисовна, — сказал я, провожая взглядом мужчину.

Много каких людей я повидал, но этот прямо что-то с чем-то. Мало того, что бесил, так ещё жутким тугодумом оказался. Неужто вообще не понял, что у нас с ним мягко говоря, разные весовые категории в магии. Сомневаюсь, что он настолько тщательно умеет скрывать свою силу.

— Признаться честно, я не думала, что вся эта игра сработает, — в голосе Фроловой я услышал стеснительность. Чем-то она напомнила мне Морозову, когда та в первый раз пришла ко мне домой. — Я будто во сне нахожусь. Не верится, что я смогу дальше обучаться в Академии.

— Сможете. Правда если хотите стать таким же Искателем, как я, придётся ещё усерднее тренироваться, — как есть заявил я. — А насчёт родственников не беспокойтесь. Пока вы здесь, они вам ничего не сделают.

По-хорошему я вообще мог во всё это не ввязываться, но зачем, если так жизнь становится веселее? Помочь девушке мне не составляло труда, а если она по итогу станет Искателем, так тут сплошные плюсы. Я уже молчу про возглавление рода. Тем более когда бы мне ещё выпала такая возможность утереть нос целому князю и его брату? Такие возможности на дороге не валяются, да ещё и без серьёзных последствий для меня.

Не стоит забывать, что это также репутация в стенах Академии. Ланцов с Яковлевым не смогли решить проблему с эмиссаром, а я за один разговор смог. Причём заступился за своих студентов, даже не имея возможности по-нормальному их обучать. А значит все эти ограничения от инспектора гроша ломаного не стоят.

Единственная пожалуй головная боль — убийцы. Сомневаюсь, что ко мне их вот так сразу начнут посылать. Слишком подозрительно будет, и тут даже княжеский статус не поможет. Тем более они должны знать про мою связь с главой ИСБ, и что в случае удачного покушения, просто так им отделаться не получится.

С другой стороны, одной группой убийц больше, другой меньше. Меня столько раз пытались убить, что это уже превратилось в рутину. Тем более я не представляю, кого они собираются послать, раз даже один из лидеров Синдиката со мной не справился.

Ладно, проблемы надо решать по мере их поступления, а не хвататься за всё разом. Вопрос с Фроловой можно считать временно закрытым, пока её семейка не решит действовать. Сейчас нужно сосредоточиться на других вещах.

Уже близится конец второго семестра, а это экзамены. Изначально я планировал дать каждому из студентов изучать древнее плетение, а затем адаптировать его под себя, но планы резко изменились.

Формально теперь студентов я не обучаю, за исключением Фроловой. Экзамены принимать я тоже не обязан. А вот держать этих лентяев в тонусе обязательно надо, иначе совсем разленятся и решат, что им всё по плечу. Теперь то они учатся в других группах, а там конкуренция, мягко говоря, слабее.

Надо бы им что-то эдакое придумать перед началом экзаменов. Спарринг с сущностями тьмы или поход в Аномалию — сразу мимо. Предложить им сразиться со мной — тоже нет. Может испытание страхом провести? Морозова его с лёгкостью пройдёт, да и Фролова тоже, а с остальными такой уверенности нет.

Отставить. Тоже мимо. Слишком банально, тем более они через это проходили. Значит надо устроить им тест на ментальную проверку. Если справятся — продолжу их учить. Нет — что ж, есть и другие преподаватели помимо меня.

Для них прохождение экзаменов не должно быть победой. Оно должно стать правом идти дальше. Иначе они так и продолжат мелко мыслить, боясь посмотреть, что творится выше их головы.

Впрочем, студенты после моих пары месяцев обучения начали понимать, что одного дара и упорства маловато. Нужна ещё решительность и готовность нести ответственность за свои решения придётся.