Профессор магии на полставки. Том 3

Глава 21

Вернулся я в Академию в приподнятом настроении. С дядей вопрос решил, от Урусовых стоит ждать приличную компенсацию. Либо денежную, либо если хорошенько на них надавить и извернуться — часть активов, для постоянного и стабильного дохода.

Светлана тоже вот стала сама по себе. Глядишь, от неё отстанут недоброжелатели. Правда я не верил, что это надолго.

Ну и ещё я неделю пробыл в своём городке, устроив себе отпуск вместе с Дарьей, которая совсем была не против ничего не обязывающих «прогулок». В общем-то, идея оказалась на десятку. Не надо было думать о студентах, алхимии, профессорах и всё в этом духе. Я просто позволил себе расслабиться и отдохнуть на полную.

Правда большую часть времени мы не находились на каких-то светских мероприятиях, или ночных клубах, нет. Вместо этого мы рассказывали друг другу истории из жизни.

— После знакомства с Вороном, я думал, что в жизни не заключу контракт с могущественной сущностью тьмы, — рассказывал я, гуляя по местному заповеднику. В целом я не видел в этом большой тайны. — Однако жизнь любит преподносить сюрпризы.

— Мастер, не надо заставлять меня смущаться! — Вельзи сразу же появилась напротив меня, только услышав, что о ней зашла речь. Как и любая сущность тьмы, она была своевольна и могла проявляться без прямого вызова.

— Ты и смущение — вещи несовместимые, — почувствовав почву для развлечений, появился Ворон. — А вот твой вечный голод очень даже.

— Вообще-то у меня тоже есть чувства. Пусть даже своеобразные для людей, — не меняя тона, ответила Вельзи, после чего хищно прищурилась. — Ещё раз такое скажешь, и я на день рождения хозяину подарю поваренную книгу с сотней рецептов приготовления наглых Воронов.

— Мне начинать бояться? — весело прокаркал Ворон.

— Они всегда так? — спокойно поинтересовалась Дарья, пока две сущности тьмы спорили между собой.

— Раньше — постоянно. У большинства фамильяров скверный характер. Особенно у тех, кто объективно постарше, — объяснил я, сложив руки на груди. — В общем, так получилось, что прямо в Аномалии один нехороший маг тьмы проводил ритуал. Он призвал Вельзи, но не выдержал её силы. Вельзи перехватила над ним контроль и пошла радостно убивать всех монстров что видит, заодно поглощая из ману. На неё даже выставили заказ, потому что охотиться в том районе стало невозможно.

— И вы согласились взять заказ? — с лёгким интересом спросила девушка.

— Скажу больше. Я о нём даже на тот момент не знал, потому что провалился в из ниоткуда взявшийся проход в план тьмы. Причём очень странный. Стоило мне выбраться наружу, как меня снова затягивало обратно в измерение. То, как я догадался оттуда выбраться, заслуживает отдельной истории, — улыбнулся я и поднял голову вверх, посмотрев на небо. Весёлое было время. — А дальше я нашёл виновницу моего заточения.

— Мастер, это ж не я план тьмы открывала! — недовольно буркнула Вельзи, надув губки. — Он сам!

— Ты старательно дестабилизировала и без того нестабильный магический фон, — покачал я головой, посмотрев сначала на Вельзи, а затем на Дарью. — Так началось наше десятидневное сражение. То я охотился на Вельзи, то она на меня. Раз за разом то она отступала, получив серьёзные раны, то я, когда в бой вмешивались местные монстры. Но отступать никто из нас двоих был не намерен. Поэтому на десятый день я предложил ей контракт.

— От которого она сразу же отказалась, — весело прокаркал Ворон, после чего громко защелкал клювом.

— Я хотела его проверить! — сразу же оправдалась Вельзи.

— Мы договорились, что если я выдержу её силу тьмы в своём теле, то она признает меня своим хозяином, не будет заключать временные контракты с другими магами тьмы, и станет обращаться ко мне как к мастеру.

— А почему обращение именно как к мастеру? — недоуменно спросила девушка, обратившись к Вельзи. — Его же используют в Китайской империи.

— Просто во время наших сражений, Вельзи называла меня…

— Мне нравится слово мастер, вот и всё, — перебила меня сущность тьмы.

Я с трудом сдержал смех, увидев такую реакцию. Да и Дарья тоже. Впрочем, и дальше смущать Вельзи своим рассказом я не стал.

— У меня тоже есть забавная история, — перехватила инициативу разговора девушка. — Помнится, когда мне исполнилось одиннадцать, меня попыталась убить собственная няня…

Вот так мы проводили большую часть времени. Не совру, если скажу, что вот эти рассказы были лучшей частью отпуска. Все эти рестораны, аттракционы, клубы, светские мероприятия — оно рано или поздно приедается. А вот сами истории, когда рассказчик вкладывает в них свои чувства, совсем другое дело. Даже если ты знаешь, чем закончится история, всё равно хочется дослушать её до конца. Было в этом что-то притягательное.

Также во время отпуска я заодно заглянул в гости к Урусовым. Не стал откладывать это дело на потом, зная, что проблемы по закону подлости могут резко горой свалиться на плечи. Хорошо хоть, что родовое поместье у них находилось сравнительно недалеко, и что туда летали самолёты.

Наша встреча прошла довольно быстро и незатейливо.

— Как вы хотите получить компенсацию? — спросил меня глава рода Урусовых, не став расшаркиваться в длинных диалогах.

— Деньгами или активами. Меня устроят оба варианта, — спокойно произнёс я.

— Тогда предлагаю часть компенсации оплатить денежным переводом, а часть активами принадлежащих нам фирм. Также в знак заключения мира, я распорядился, чтобы вы могли посещать любую Аномалию на нашей территории без оплаты и задержек, — предложил он.

А он хитёр. Явно напрашивается на совместные рейды. С другой стороны, почему нет. Весна быстро пролетит, и нужно будет чем-то занять студентов. Вот пусть со мной по Аномалиям ходят.

— Согласен, — кивнул я.

— Отлично. Тогда доверьте всё остальное моим юристам…

Так и прошёл мой отпуск.

Когда я вернулся в Академию, по ней вовсю гуляли слухи о конфликте с Урусовыми. Да, как нетрудно догадаться, снова обсуждали меня.

— Жёлтая пресса и то меньше врёт, прокомментировал Ворон ещё до того, как я вошёл в Академию.

— Чего так? — с любопытством спросил я посмотрев на своего фамильяра, который часто отлучался от меня и разумеется знал чуть больше про различные слухи.

— А ты посмотри, — ответил он, после чего спустя минуту показал мне картину.

На ней двоё студентов о чём-то жарко спорили друг с другом. Когда же появился звук, сразу стало понятно, что говорят обо мне.

— Да, он поссорился с ещё одним княжеским родом!

— Демон на то и демон, ему неведом страх. Да и посмотри на него, ему плевать, чем это обернётся для его рода. Пусть он сейчас официально в него не входит, но все всё понимают.

— Не плевать. Он же не позволил своей сестре выйти замуж за княжича.

— Ну и дурак. Кто бы стал от такого отказываться. Возомнил о себе чёрт знает что.

— Это был насильственный брак. Он поступил благородно. Но теперь будет с двумя княжескими родами воевать.

— Ты подожди, он к концу учебного года вообще со всеми перессорится. На него, слышал, свои же студенты зуб точат.

— Безумцы предают короля безумцев.

Дальше я смотреть и слушать не стал. Как обычно, ничего нового. Сами напридумывают небылицы, а потом в них верят. Типичные обыватели, которым скучно жить.

Больше всех моему возвращению обрадовались, как это ни странно, мои студенты. Так уж получилось, что я вернулся ровно под конец экзаменов. Ребята планировали разбежаться по делам, и поэтому буквально завалили меня вопросами.

То, что каждый студент из бывшей тринадцатой группы без проблем сдал экзамены, меня ничуть не удивило. Зря я их, что ли, гонял по теории и практике?

Поэтому узнав об их успехах, я каждому сказал одно и то же.

— Для вас академические экзамены не должны составлять хоть какую-то преграду. Турнир в первом семестре всё расставил по своим местам. До моего прихода вы ведь даже побеждали преподавателей. Что изменилось? — взяв небольшую паузу, я добавил: — Академия — лишь способ достижения цели. Если вам надо только её закончить, то можете даже не стараться. А если стремитесь к чему-то большему, то попытайтесь хотя бы все вместе к концу обучения меня победить. Иначе это будет совсем не интересно, правда ведь?

Мотивационная речь пошла им на пользу. У них как минимум от услышанного поднялось настроение.

Но что меня удивило больше всего — Ксения перестала смотреть на сестру как на конкурентку, будто решила отпустить всю ситуацию. Похоже пока меня не было неделю, что-то в Академии ещё успело произойти. Впрочем, в подробности я решил не вникать. Зачем, как говорится, лезть в семейные разборки, когда тебя об этом не просят?

Алеев тоже, судя по всему, не торопился признаваться в своих чувствах Морозовой. То, что она ему нравилась, было уж больно явно — он сам того не замечая, постоянно бросал на неё взгляды, да и вёл себя непривычно рядом с ней. У девушки, ставшей объектом его воздыхания, это наоборот, решило проявиться в спаррингах.

Нет, она не использовала на парне иллюзии, хотя могла. Вместо этого она без остановки прессовала его теневой и чёрной магией, которой я её обучил. Теневые иглы, стрелы, серпы, сферы и волны тьмы… Вроде простые плетения, которые отбить труда не составляет, но когда их много и ты знаешь, куда целиться, это полностью меняет дело.

Тут ещё свой эффект дал ритуал. Девушка наконец привыкла к тому, что укрепила свою связь с планом тьмы. Контроль вырос, как и добавления энергии с плана тьмы к обычным манипуляциям с магической энергией, а значит сами плетения она создавала без таких проблем, как раньше.

Разве что вкладывала в них слишком много маны, и иногда добавляла слишком много от плана тьмы, но это уже детали. Ничего, научится. Тем более сейчас её заклинания стали более убойными, как раз из-за такой особенности.

К слову, на новость, что Морозова стала магом тьмы, её друзья отреагировали спокойно. В общем-то, никто не стал относиться к ней хоть сколько-то иначе. Уверен, многие к этому моменту сами догадались что к чему. Никакого страха или предрассудков из-за изменившегося «окраса» магии девушки, к ней никто не испытывал. В отличие от большинства студентов, на моих пропаганда о магах тьмы никак не влияла.

Отдельно порадовал Волков. До похода в Аномалию я ему пообещал ему, что научу противостоять магам тьмы, как только он сможет видеть сущности этого аспекта магии. Что ж, тут парень проявил смекалку. Я только мог ему поаплодировать, как он до этого додумался.

До этого студента дошли слухи о существовании созданного мной ментального усилителя. Чтобы его заполучить, он отправился к Зориной и попросил один из экспериментальных образцов. В свою очередь Анастасия связалась со мной, и получив разрешение, дала парню то, что он просил.

Мне даже в голову не пришла мысль, что он решит использовать усилитель вот так. По крайней мере побочных эффектов парень не почувствовал.

— Знаете ли, это против правил, — усмехнулся Ворон, в то время как Волков смотрел ему прямо в глаза.

— Полностью согласна, — согласилась с ним Вельзи. — Так совсем не интересно. Надо было своими силами, Артём Сергеевич.

— Мне требовалось увидеть вас обоих самому. Я увидел, — коротко парировал Волков смотря на них с легким вызовом во взгляде. — Тем более мне надоело, что за мной вечно кто-то следил.

— Эй, я вообще-то вам помог! — недовольно прокаркал Ворон. — Могли бы и поблагодарить.

— Сути это не меняет, — покачал головой студент, и обратился ко мне. — Алексей Дмитриевич, теперь вы научите меня противостоять магам тьмы?

— Научу, — кивнул я и сложил руки на груди. — Тебе в первую очередь нужно знать три основы. Первая — лучший способ противостоять магии тьмы, это самому быть магом тьмы. Как думаешь, почему?

— Сопротивление страху и другим схожим эффектам, — уверенно ответил парень. — Я на себе это прочувствовал. Неприятное чувство.

— Не только, — я несколько раз стукнул указательным пальцем по локтю. — Страх это побочный эффект. Матёрый маг в пылу боя его даже не почувствует.

— Магия тьмы опасна как чужеродная энергия, — подал голос Ворон, вместо меня продолжив мысль. — Она проникает внутрь и съедает человека изнутри. От неё очень сложно избавиться. Из-за этого она становится источником большинства проклятий.

— У магов тьмы к этому эффекту есть сопротивление, — подвел я итог и потёр подбородок. — Одна энергия тьмы будет отталкивать другую.

Я дал парню время обдумать услышанное. Через секунд десять парень ответил.

— Ясно. Здесь также влияет опыт мага. Маг, постоянно использующий огонь, лучше остальных знает, как им не обжечься, — сказал Волков, и увидев утвердительный кивок, спросил: — А что насчёт остальных основ?

— Второе. Когда сражаешься с магом тьмы, помни о его сущностях тьмы. Они делятся на два типа, — я загнул сначала один, а затем второй палец. — Обычные и могущественные. Как думаешь, в чём между ними разница?

— В возрасте и магической силе, — всё так же уверенно ответил студент.

— Это не ключевое, — тут своё слово вставила Вельзи, обходя моего студента сзади и чуть ли не касаясь его, отчего Волков стойко старался не дёргаться и не отодвинуться. Похоже ей тоже захотелось примерить роль учителя. — Обычную сущность тьмы можно убить или сильно ранить, уничтожив её аватар. С могущественной сущностью тьмы этот ход не сработает. Пока у хозяина будет мана, сущность тьмы может хоть до условной бесконечности регенерировать. Поэтому в первую очередь нужно убить хозяина, не подставляясь под удар. А дальше сущность тьмы сама исчезнет, вернувшись в план тьмы.

Волков явно подготовился, прежде чем прийти ко мне. Только похоже, родовых записей о сущностях тьмы в его роду почти не имелось. Впрочем, это как раз нормально — магия сама по себе запрещена, и поэтому о ней информацию стараются лишний раз не распространять. Максимум через Академию, только в целях самозащиты. Ну или если будущий студент захочет стать охотником на магов тьмы, но тут уже много специфики.

— Спасибо за информацию, — коротко кивнул он обеим моим сущностям тьмы.

— Последняя основа самая простая, — продолжил я объяснять. — Помни, что большинство магов тьмы безумны. Им не страшна смерть. Некоторые так вообще считают себя уже мёртвыми. Они не сражаются как обычные люди, которым жизнь дорога. Для них цель оправдывает любые средства. На этом с теорией закончили. Теперь можно переходить к практике, — хищно улыбнулся я.

Несмотря на то, что парень был измотан после экзаменов, я гонял его по площадке только так. Сначала учил уворачиваться от магии, чтобы он мог чувствовать радиус поражения атакующих плетений, а затем устроил такую же проверку, как и Морозовой. Учил студента противостоять страхам.

Их, к слову, у Волкова практически не было. Он не робел перед собственной смертью, не боялся потерять родных, и даже неизвестность его не пугала — что было даже странно. Его слабой точкой неожиданно оказалась собственная беспомощность.

Зато этот страх был явным стимулом становиться сильнее. Стать настолько сильным, чтобы самому диктовать правила. В этом он был похож на меня — так же хотел быть свободным, и жить так, как нравится именно ему.

Первая же тренировка получилась весьма продуктивной, но я сразу предупредил парня, что каждодневным такое обучение не будет. На эту новость он отреагировал спокойно. Зато когда услышал, что в третьем семестре его постоянным спарринг партнёром станет Лидия, то мягко говоря, удивился.

Волков явно ожидал, что сражаться с ним буду лично я. Только смысл? Парню это бы не сильно помогло, даже отправляй я с ним сражаться только Вельзи. А так и у Морозовой будет накапливаться боевой опыт, и у него тоже. Все в плюсе.

Остаётся только одна проблема. Каникулы у студентов продлятся неделю, а ректор что-то не торопится говорить, сколько мест будет в группе. Да и о предстоящих реформах тоже ничего не слышно. Даже граф Оболенский ничего про них не знает. Так что надо будет Ланцова навестить по окончании второго семестра.

С этими мыслями я пришёл домой и внезапно обнаружил странный чёрный конверт, со знакомым магическим следом. Я уж на миг подумал, что это глава Урусовых его оставил до того, как я к нему в гости пришёл, но присмотревшись, понял, что нет.

Я разорвал конверт и принялся читать.

'Нам надо поговорить и решить незаконченное дело. Как будете свободны, загляните ко мне в гости после шести вечера. Адрес на обратной стороне.

Подпись: Василий Игоревич Чернышев'

Вот уж от кого я давно не слышал вестей, так это от него. В последний раз мне княгиня Голицына рассказывала, что он слегка повздорил с моей сестрой, а после этого от него вообще ничего не было слышно. Его существование напрочь вылетело из моей головы.

В том, что письмо не подделка, сомнений не осталось. Во-первых, магический след явно принадлежал ему. Во-вторых, его надменная манера общения проявлялась даже в тексте. Нет бы нормально взять и пригласить. А так он делает вид, будто это не ему нужен разговор, а мне.

Впрочем, он разжёг толику моего любопытства. Не просто же так он вдруг пошёл со мной на контакт, после такой затяжной паузы. Глядишь, что-то интересное произошло. Хочется разобраться в ситуации.

— Сердцем чувствую подвох, — прокомментировал письмо Ворон.

— У тебя его нет, — скептично посмотрел я на фамильяра.

— Это не мешает мне чувствовать! — важно заявил Ворон. — Пойдём побыстрее, всё равно без меня его дом не найдёшь.

Собираться долго не пришлось, тем более на улице стоял вечер что означало, что у меня не было никакой занятости, связанной с академией. Ворон сразу же направил меня к дому Чернышева, и уже через пять минут я был на месте. Жили-то все преподаватели и профессоры очень близко друг к другу, если конечно не имели отдельного жилья в городе.

Стучать в дверь не пришлось. Почувствовав моё присутствие, Чернышев первым открыл дверь и сухо произнёс:

— Входите.

Я кивнул и вошёл внутрь, отметив про себя, что в квартире очень пусто. Ни тебе телевизора, ни нормальной мебели, вообще ничего. Разве что пройдя наверх, я увидел пару кресел и стол, на котором лежала с виду обычная шкатулка. От неё даже магии никакой не исходило. Зачем она только здесь?

— Скажу прямо, я удивился вашему письму. С чего вдруг вам приглашать к себе домой? Непохоже это на ловушку. Вам от меня что-то нужно? — спросил я, садясь в кресло. Ждать, пока мужчина мне это предложит, я не стал.

— От вас мне ничего не нужно. Только прояснить пару деталей. Много времени это не займёт, — протянул он ладонь вперёд. Наверное, подумал, что я после этих слов развернусь и уйду. При этом его лицо заметно напряглось. — Мне нужно знать только одно. Это вы убили Харона?

— Кого? — приподняв левую бровь, переспросил я. Вот уж не думал, что разговор сразу свернёт в такое русло. — Я много кого убил, но всех поимённо не знаю. Не горит большинство желанием представляться лично. А некоторые не успевают этого сделать. Так что уточните хотя бы, как этот ваш Харон выглядел.

— Мужчина лет сорока, маг тьмы, полностью слепой. Был убит в поместье Медведевых чуть больше недели назад, — словно читая чьё-то досье, произнёс Чернышев.

— Так вот как его звали, — задумчиво сказал я. — Он был сильным магом тьмы. Даже странно, что я его имя практически не слышал.

— Значит это правда, да? — тон Чернышева звучал странно. То ли настойчиво, то ли неверяще.

— Да. Я убил его и ещё несколько десятков магов, использовавших запрещенную в империи магию, — как ни в чём не бывало ответил я и спросил: — К чему вообще вопрос был?

— В таком случае приношу свои извинения, — проигнорировал сказанные мною слова Чернышев. Вместо этого он встал и едва заметно склонил голову. — Я поторопился с выводами о вас. Не могу сказать, что доволен методами вашего обучения и тем, в какую сторону движется учебный процесс Академии. Однако вы заслуживали большего уважения с моей стороны при нашей первой и последующих встречах.

Обиды как таковой я на него не держал. Скорее, воспринимал как ближайшего сторонника Яковлева, который будет мне мешаться. Впрочем, глядишь теперь слухи обо мне поубавятся. Уж в том, что он первым больше всех подливал масла в огонь, я не сомневался. Чего только стоило отношение его студентов, когда я зашёл к ним в аудиторию.

Само собой, всё это вслух он бы не стал говорить. Как минимум, после такого ему бы грозило увольнение. Как максимум, это ещё пятно на репутации его рода. Тех, кто клевещет на других, что в обычном, что в аристократическом обществе, недолюбливают.

— Извинения приняты, — спокойно ответил я. — Хотя я всё равно не понимаю, как убийство Харона изменило ваше мнение обо мне. Думаю, я и на турнире показал свою силу. Или у вас с ним были личные счёты?

— Были, — едва заметно кивнул Чернышев, после чего сел обратно в кресло. — Этот грязный ублюдок убил моего лучшего друга. Причём не только его. На его счету минимум пятнадцать убитых охотников. Многие из моих бывших коллег мечтали самолично вырвать глотку этой мрази. В жизни бы не подумал, что его убьёт другой маг тьмы.

— Жизнь полна сюрпризов, — тут я развёл руками и серьёзно добавил: — Не все маги тьмы одинаковые. То же самое касается магов крови и трансформации. Любая магия опасна и несёт в себе риски. А вот как ею будут пользоваться, зависит только от людей.

Чернышев секунд десять молчал. Мои слова, само собой, не открыли ему неожиданную истину. Он и сам об этом всём знал.

Он в первую очередь наконец посмотрел на меня с другой стороны. Не сомневаюсь, что до этого мужчина видел во мне малолетнего выскочку, которому плевать на всевозможные последствия.

Теперь он смотрел на меня как на равного себе.

— Спорить не буду, — коротко сказал Чернышев, после чего протянул руку и пододвинул в мою сторону шкатулку. — Это подарок. За упокой моих боевых товарищей. Не ловушка.

— Верю на слово, — спокойно ответил я, спрятав подарок во внутреннем кармане.

Долго разговаривать с Чернышевым не пришлось. Получив шкатулку, я попрощался с ним и направился домой. Послевкусие от встречи осталось такое, будто я только что с противником заключил временное перемирие. Хотя, что-то такое было недалеко от правды.

Вернувшись домой, я в первую сел, вытащил шкатулку из кармана, положил её на стол, открыл и от удивления вскинул брови.

— Вот это подарок так подарок… — прокомментировал Ворон, появившись прямо на моём плече.

— Откуда у него она только взялась? — задумчиво сказал я.