Разжалование Хай Жуя. Историческая драма в 9 действиях

Действие первое Народный гнев

Время действия: 1569 год, День поминовения усопших.

Место действия: уезд Хуатин области Сунцзян, подножие горы Хэннюншань.

Действующие лица: Сюй Ин, третий сын Сюй Цзе, помещик-тиран, около 40 лет; Чжао Юйшань, крестьянин, 65 лет; Xун Алань, сноха Чжао. 31 года; Чжао Сяо-лань, внучка Чжао Юйшаня, 16 лет; Ван Минъю, начальник уезда Хуатин, продажный чиновник, 40 лет; слуги Сюй Цзе, чиновники хуатинского ямыня, крестьяне-жалобщики, деревенские жители.

Сюй Ин верхом на коне, за ним следуют прислуга и челядь.

Сюй Ин (декламирует).

Я — Сюй Ин, третий сын Сюя. Приехал погулять у могил предков. Вот и собак выпустил, и сокола. Ну и раздолье! Ба! Кто это там у могилы? Две красотки! Совсем недурно поразвлечься с ними. Эй, слуги? За мною, живо!

Сюй Ин и слуги уходят. Появляются Xун Алань и Чжао Сяолань, несут благовонные палочки и ритуальные деньги[1].

Хун Алань (поёт).

От кого ждать помощи? Воскури свечи, Сяолань, сожги деньги. Поклонись праху отца! (Женщины кланяются, плачут.) О, отец Сяолань![3] (Продолжает петь.)

Как тяжко нам с дочкой живётся! Когда же свершится возмездие?!

Чжао Сяолань. Мама, не плачь! Смотри! Сюда едут!

Мать и дочь быстро складывают жертвенную утварь, собираются уйти. Появляется Сюй Ин со слугами, хватает Сяолань за руку, девушка вырывается. Хун Алань становится между ними.

Сюй Ин. Иди, иди! Мне девочка нужна, а не ты!

Хун Алань. Будьте учтивы, господин. Это — моя дочь.

Сюй Ин. Вот и прекрасно! Вместе с нею пойдёшь ко мне в дом.

Хун Алань. К вам в дом? С какой стати? Мы не родные вам, не знакомые.

Сюй Ин. Ну и что! Обе станете моими наложницами.

Хун Алань. Как можете вы говорить такое?! Пойдём скорей отсюда, Сяолань.

Сюй Ин жестом повелевает слугам задержать женщин.

Спасите нас, односельчане, помогите! Над женщинами измываются!

Сюй Ин. Чего шумишь? Я зла тебе не собираюсь причинять и обижать не стану.

Хун Алань. Он убийца моего мужа, мой лютый враг. Спасите же нас, помогите!

Появляются сельские жители, в суматохе мать с дочерью убегают.

Односельчане. Опять этот мерзавец Сюй людей тиранит. Хоть бы его всевышний покарал!

Сюй Ин. Догнать!

Слуги Сюй Ина разгоняют толпу и пускаются в погоню. Появляется Хун Алань, Чжао Сяолань и Чжао Юйшань. Чжао Юйшань преграждает путь помещику и его слугам.

Мне потолковать с тобой надо.

Чжао Юйшань. Не о чем нам толковать. Вы захватили нашу землю, загубили единственного моего сына. А теперь за меня взялись, требуете, чтобы я долг вам отработал! Но вам и этого мало. Решили опозорить несчастную вдову и её дочь! Нет от вас бедным людям житья!

Сюй Ин. Подумай хорошенько, Чжао Юйшань. Ведь ты бедняк, к тому же стар. Тебе не прокормить сноху и внучку. Смирись, пусть будут у меня. Я наряжу красоток в бархат и шелка, дам им прислужниц. Ну и тебе кое-что перепадёт.

Чжао Юйшань. Молчи, Сюй Ин! Иди своей дорогой. Хоть я бедняк, но чести не забыл и торговать людьми не стану!

Сюй Ин. Не хочешь, негодяй? А ну-ка, люди, взять её!

Девушку хватают, Чжао Юйшань и Хун Алань пытаются её спасти.

Всыпьте этому мерзавцу хорошенько!

Слуги бросаются к Чжао Юйшаню, сноха и внучка стараются его защитить. Старика жестоко избивают. Сяолань уводят.

Крестьяне. Где справедливость? Где закон? Избить человека! Средь бела дня похитить девушку! Ну и жизнь!

Хун Алань громко плачет, люди помогают Чжао Юйшаню подняться, старик медленно приходит в себя.

Чжао Юйшань. Сношенька, сейчас не время плакать. Спеши с жалобой в уезд. Надо Сяолань спасать! (Поёт.)

Хун Алань. Как же вас избили! Живого места нет! Если я из дому отлучусь, некому будет за вами присмотреть.

Крестьяне. Ты иди, Алань, неси жалобу в уезд, ну а мы за стариком присмотрим. Не тревожься!

Хун Алань. Что ж, большое вам спасибо. Я пойду.

Чжао Юйшань. Возвращайся поскорее. Внучку спасай!

Хун Алань. Ладно. (Уходит, вслед за ней уходят крестьяне и уводят Чжао Юй-шаня.)

Зал в ямыне. В окружении чиновников появляется уездный начальник Ван Минъю и крестьяне-жалобщики.

Ван Минъю (декламирует).

Эй! Кто там с жалобами?

Жалобщики. Мы. (Протягивают бумаги.)

Ван Минъю. На кого жалуетесь?

Первый жалобщик. На семью государева наставника Сюя: силой землю отнял!

Второй жалобщик. На Сюя жалуюсь, ограбил меня.

Третий жалобщик. На третьего сына Сюя жалуюсь; дом у меня забрал!

Ван Минъю. Странно! С той поры как я вступил в должность, что ни день, то слышу жалобы на Сюя. Так и нынче. И толкуют всё одно и то же: землю отнял, захватил имущество. А не думают о том, что не годится затевать тяжбу с государевым наставником. Правду говорили, что в местах сих подлый люд живёт. Эй, гоните вон сутяжников!

Служащие ямыня прогоняют жалобщиков. Появляется Хун Алань, бьёт в барабан[4]: когда её вводят в зал, опускается на колени.

Ещё одна с жалобой. Наверняка на Сюев. Эй, женщина, на кого жалуешься?

Хун Алань. Всемилостивейший господин, сама я женщина простая, бедная, а жалуюсь на третьего сына из семьи Сюев. Он дочь мою увёз насильно, жестоко, избил свёкра-старика. Вступитесь, господин, за обездоленных! (Плачет.)

Ван Минъю. Я привык решать дела точно и без промедленья. Говори, что с твоей дочерью случилось?

Хун Алань. Её увёл насильно третий сын Сюя.

Ван Минъю. Кто может это подтвердить?

Хун Алань. Односельчане.

Ван Минъю. Где же они?

Хун Алань Остались присматривать за свёкром-стариком, его избили.

Ван Минъю. Так я и знал: свидетелей нет и доказательств — тоже. А где старик?

Хун Алань. Я ведь сказала, что его избили. Он двинуться не в силах.

Ван Минъю. Избили, говоришь? Такое дело требует проверки. В Поднебесной справедливость должна торжествовать! Старик твой не пришёл сюда, так кто ж докажет, что его избили? Ты вот пришла в ямынь, а с чем пришла? Где твоя жалоба, написанная на бумаге, где доказательства, свидетели? Нет ничего, всё клевета! Скажи спасибо, что ты женщина. к тому же впервые нарушила закон, не то я наказал бы тебя по всей строгости. Эй, гоните её прочь!

Хун Алань. Явите милость, господин! Я правду говорю, не лгу — меня обидели.

Ван Минъю. Если обидели — я всё решу по справедливости. За клевету ты понесёшь кару. Я не глупец, чтобы твою болтовню принять на веру, мне нужны доказательства.

Хун Алань. О ваша милость, о справедливый господин! Не оставляйте без внимания обиду бедной женщины.

Ван Минъю. Да, ты права, я справедлив. Но если моё решение тебе не по душе, приходи в другой раз и помни: без свидетелей и доказательств я дела разбирать не стану. А сейчас ступай.

Хун Алань, плача, уходит.

Нелёгкая мне предстоит задача. Опять увёл насильно девушку, избил жестоко старика. Решать по справедливости… Но кто я такой, чтобы с государевым наставником тягаться? Однако эта женщина не оставит меня в покое, каждый день будет являться, замучает до смерти. Как же быть? (Задумывается.). Кажется, придумал, нашёл выход! Доложу-ка я всю эту историю самому Ли Пинду, правителю области. Он человек бывалый! Недаром говорят:

(Уходит.)