Развод. Проданная демону

Под сенью ночи

Я ложусь в постель одна. Жанин приносит мне очередной бокал с лекарством и ночную рубашку. Очень красивое кружево, нежная и приятная ткань, но я медлю. Дариан не сможет сдержаться, если увидит меня в таком. Вещь явно для утех, как и все, чем он меня щедро одарил, кроме платьев.

Мы с Жанин заполнили гардеробную, я полежала в саду. Больше не было никаких дел, и это тяготило сильнее гнетущего чувства, что я в рабстве. Я привыкла следить за большим домом. Рассчитывать закупку продуктов, контролировать работу кухни и уборку.

В особняке всегда полно забот. Этим я занималась у отца, этим же занималась в период моего несчастного брака. А сейчас я провела целый день без цели и дела.

Переодеваюсь и беру в постель книгу. На самом деле, под переплетом скрывается целая библиотека. Я выбираю роман, страницы заполняют строчки. Читаю, а затем начинаю засыпать.

Дариана нет.

Ушел после завтрака и больше не объявился. Побыть в одиночестве было полезно, но тревога меня не оставляет ни на секунду. Он придет сюда и потребует от меня покорности. Я снова пройду через ужас, унижение, а потом невыносимую боль. И так будет каждый раз, когда он захочет.

Обнимаю подушку и сжимаюсь под одеялом. Чуть знобит. Днем я совсем забыла о болезни, только легкая слабость напоминала о пережитом. Теперь чувствую, что еще не окрепла.

Может быть, он меня сегодня пожалеет?

Вспоминаю, что днем оставил в покое. Если у меня сильные повреждения и меня нельзя трогать, то почему не больно?

Интересно, как долго он будет держать себя в руках?

Я потихоньку засыпаю. Разум успокаивается, я расслабляюсь и не чувствую, как открывается портал.

Открываю глаза, когда мой хозяин уже в спальне. На пол летит его рубашка и брюки, а затем он тихо ложится рядом.

Не шевелюсь и делаю вид, что сплю крепко.

— Кэйри, — шепчет он, выдыхая в мои волосы.

Чувствую запах дорогого и крепкого алкоголя.

— Спишь, моя нежная. Я вернулся, а ты в нашей постели.

Его рука ложится мне на живот и тянет ближе. Другая проползает под подушкой. Я в кольце объятий.

— Моя, — тихо выдыхает он.

Я понимаю, что Дариану от этого очень хорошо. В голосе такое удовольствие и трепет, что я замираю.

— Ты проснулась, — утверждает.

— Да, — лгать не имеет смысла — думаю, что он слышит мое сердце.

Моей шеи касаются его губы. Горячо и нежно. Дариан целует, спускаясь к плечу, наталкивается на бретельку сорочки, осторожно убирает ее с пути.

— Не дрожи так, — его ладонь оживает на моем животе и медленно направляется вверх. — Я лишь поглажу тебя. Просто немного нежности, Кэйри. Совсем немного… Позволь мне это…

По голосу я понимаю, что Дариан пьян, мне не хочется сопротивляться, пока он в таком состоянии. Рука накрывает мою грудь, нежно очерчивает сосок через ткань.

— Ты совершенство, Кэйри, — шепчет он, хмелея еще сильнее уже от страсти.

Я чувствую, каким твердым становится его орган. Одежда совсем тонкая, ничего не скрыто, касаясь меня через нее, Дариан чувствует каждую мурашку на моей коже.

— Пожалуйста, — прошу я. — Дариан…

— Да, Кэйри, — шепчет он. — Да, я с тобой, моя нежная.

Вытаскивает из-под меня руку, приподнимается на локте.

— Иди ко мне, — тихо просит он. — Обними меня тоже, умоляю. Я без тебя не могу… Не могу, Кэйри… Прости, что сделал все так. Прости.

Он переворачивает меня на спину. Его волосы проходятся по моему лицу, рука касается щеки, задерживается на ней.

— Если поцелую, не испугаешься? — спрашивает он.

Я ожидала резкости, думала, что зажмет меня сильными руками и будет мучать, но я совершенно свободна и, кажется, могу сделать выбор.

— Я уже боюсь, — отвечаю, вздрагивая, потому что он надо мной.

— Чувствую, — говорит Дариан. — Не надо. Я буду совсем другим. Представь, что все как раньше, Кэйри. Представь, что мы вместе, как тогда на берегу моря. Пожалуйста, давай вернемся туда.

Я закрываю глаза и вспоминаю то, о чем он говорит.

Мы сбежали от охраны моего отца, Дариан долго прокладывал портал, а когда получилось, мы оказались на берегу моря. Там было совсем пусто, ни единой души, только шум волн и шелест острых листов пальм. Укрылись от палящего солнца в тени гладкой и черной как ночь скалы, страстно целовались. А потом пошли плавать. И именно тогда все чуть не произошло.

Мы вышли из воды, Дариан начал вытирать меня. Наши губы столкнулись и через пару секунд я осознала, что лежу под его сильным телом на горячем песке в коротком купальном платье. Мы двигались как в тумане, ласкали друг друга, обещая, что это последняя ласка и после нее остановимся.

Дариан берег меня тогда, не переходил грани приличия. Но тут слетел с катушек, его бедро прошло между моих ног, рука стянула верх платья, почти обнажая грудь. Поцелуи плавили тело, я ни слова не говорила против, принимая ласки, как иссушенная земля воду.

Совсем осмелела гладила и прижимала его к себе также ненасытно. Мышцы напрягались под моими ладонями, мой демон стонал от поцелуев, которыми я покрывала его. Крылья раскрылись над нами во всей своей мрачной красоте. Я поняла, что пути назад просто нет.

Дариан остановился.

— Скоро ты будешь моей женой, — прошептал он с мукой. — Тогда все и случится. Я должен быть с тобой честным.

Я разозлилась, потому что не понимала, что именно может пойти не так. Почему он оставил меня в таком состоянии и сам так мучался? Но буквально через месяц сама оттолкнула прочь. И была рада, что он проявил такую выдержку.

— Мы не можем, — тихо говорю я. — Прошлое не вернуть.

Дариан касается пальцами моих губ. Очень нежно, но это просьба замолчать.

— Я просто поцелую, — шепчет он. — Немного поцелую тебя, Кэйри. Только не бойся, не плачь, ты же меня знаешь… Не того, который сделал больно, а другого… Верни мне наши чувства, на одно мгновение. Я так по тебе скучал. Как песок без моря, девочка моя.

Я молчу, не могу ответить ему ничего, но, когда он осторожно приникает к моим губам, отвечаю. Поцелуй нежный и осторожный. Дариан не трогает меня, боится напугать снова. Не понимаю, что именно изменилось, и могу ли я верить, но по рукам бежит ток, я покоряюсь его губам. Его слова продолжают звучать в голове. Закрываю глаза и пытаюсь поверить в то, что мы в прошлом.

Может быть, все вышло, как в моих снах? Часто в них я вижу, как мы поднимаемся по ступеням к магическому алтарю вместе. Соединяем на нем наши руки и мое белое платье искрится драгоценными камнями. А потом меня наполняет невероятная сила.

Во сне я выходила замуж за Дариана. Раз за разом. Или говорила с ним, или мы оказывались в постели, как сейчас. И каждый раз я умоляла его не оставлять меня.

А наяву прошу об обратном.

Сейчас я ухожу на грань настоящего, прошлого, реальности и сна. Стою на этом перекрестке, вычеркиваю из разума боль, которую пришлось испытать и принимаю его поцелуи так, как если бы этого не было. Не потому, что мне его жаль, не потому что я слаба духом.

Я делаю так, потому что не желаю испытывать панику каждый раз, когда его тело над моим. Даже для сопротивления и борьбы паника не лучшее сопровождение. Мне надо взять контроль над эмоциями.

Дариан врывается мне в рот языком, рука начинает скользить по телу. Он хрипло стонет и оказывается сверху. Его колено осторожно проходит между моих ног, пальцы сгребают подол рубашки и скользят вверх, все ближе и ближе к моему сокровенному месту. Я тяжело дышу, пытаясь не отталкивать. Позволяю себе верить, что черты он не перейдет.

Действительно, движение останавливается, ладонь нежно гладит бедро, подушечка пальцев чертит на нем сложный узор.

— Желанная, — голос Дариана хриплый и напряженный.

Я чувствую его возбуждение, чувствую, как упирается в меня его орган. Не уверена, что мой хозяин сочтет необходимым и дальше меня щадить. Думаю, что в этот раз, между собой и мной он выберет себя.

— Обними, коснись там, где обычно крылья, — просит он.

Я несмело веду рукой по его коже, ощущаю, как в ответ напрягается мужское тело. Касаюсь руки, подныриваю под нее, веду пальцами по его боку, перехожу на спину и, наконец касаюсь гладких лопаток.

— Ммм… Кэйри… Это сложнее, чем я думал, — шепчет он.

— Что именно сложнее?

— Контролировать себя.

Его губы снова на моих, сминают, мучают лаской. Я едва могу сделать вдох, вцепляюсь в его спину двумя руками. Дыхание частое и прерывистое, почему-то хочется тереться о него, прижиматься и ни за что не отпускать. Разве я должна чувствовать подобное к Дариану? Но я чувствую.

— Моя девочка, хочу тебя.

Он дергает сорочку и срывает ее с плеча, властно подхватывает меня и укладывает удобнее. Ложится сверху, разметывая мои ноги в стороны.

— Еще один поцелуй, — тихо и хрипло просит он. — Почему тебя всегда нельзя? Почему я всегда так мучаюсь? Скажи мне!

— Остановись сейчас, — молю я. — Мне кажется дальше будет только сложнее.

— Может быть, — я вижу его улыбку, а затем он обнажает мою грудь.

Я вздрагиваю и пытаюсь прикрыться:

— Ты сказал поцелуй, Дариан, — испуганно вжимаюсь в кровать.

— Да, но я не уточнил, куда.

Его губы смыкаются вокруг соска, я пытаюсь оттолкнуть голову своего мучителя, но замираю от невероятного чувства, а потом прижимаю к себе крепче. Я будто бы лечу, будто бы падаю в пропасть. Со стороны слышу собственный стон. Дариану от него совсем срывает тормоза.

— Кэйри, сладкая…

Рука обретает крепкие когти, ткань трещит и рвется. Поцелуи везде, покрывают вторую грудь, живот, пальцы гладят мои бедра, другая рука ложится на ключицы и не дает вертеться, пока он творит с моим телом все, что пожелает.

Я понимаю, что он себя не контролирует, когда в меня упирается его орган. Прямо там. Преграда из ткани кажется ненадежной. Еще мгновение и все снова произойдет.

Умолять бесполезно. Я ему принадлежу.

Всхлипываю и бессильно замираю, ожидая боли.

Дариан смотрит на меня грустно и долго.

— Не согласна, — он проводит по моей щеке ладонью.

Целует осторожно, закрывает глаза и застывает.

— Но хотя бы не плачешь в этот раз, — он отпускает меня.

— Ты не станешь?

— Сегодня — нет.

«Сегодня». Дариан дает мне понять, что время идет. Оно истекает. Мой хозяин не будет ждать вечно.

— А когда? — спрашиваю я.

Дариан укладывает меня на своем плече, поправляет как может разорванную рубашку.

— Когда ты скажешь мне «да», — отвечает он.

А пока я захлебываюсь восторгом у себя в голове, добавляет:

— Буду ждать, когда твой огонь станет таким же безумным, как мой.