Развод. Проданная демону

Консультация

— Дариан, — криво улыбается он мне.

— Я пришел проконсультироваться, — отвечаю я.

— Ночь с рабыней прошла не по плану? — вскидывает он бровь. — Мы же вроде бы договорились, что ты дашь ей покой. Или не стоило пить вторую бутылку?

— С Кэйри все не по плану, — смеюсь я и обезоруживаю его этим. — Но дело не в ней. Я хочу, чтобы вы посмотрели анализы Григора. Меня интересует вот это обращение.

Луциан берет документы и просматривает их.

— Занятно, — говорит он, а затем достает карту Григора. — Дариан, я бы сказал, что картина странная, нетипичная. Данные очень отличаются, а ведь он был моим пациентом буквально за полгода до этого.

— Почему перестал? — интересуюсь я.

— Потому что я высказал все, что думал о смерти Лариан. Она ведь простила мужа. Уходила в иной мир, положив ладонь в его руки. Умоляла заботиться о Кэйри и сделать все, чтобы дочь была счастлива. Григор не сдержал обещания. Его дочь теперь игрушка для утех.

— Да заткнись уже, Луциан, — рычу я. — Мы мало в прошлый раз кабинет разнесли?

— Заткнулся, — вдруг успокаивается врач. — Ты точно вчера не навредил Кэйри?

— Не навредил. На данный момент наших отношений, все утехи происходят исключительно с моими истерзанными мозгами. Причем только ленивый не занялся с ними жаркой и страстной любовью. Кэйри меня боится, Жанин — ее служанка постоянно читает мораль, ты еще со своей ужасающей манерой. Ну нет, мой дорогой. Хорош. Мое терпение не безгранично. Не толкай меня в сторону противоположную человечности. Мне может показаться, что раз все считают меня конченым гадом, то терять нечего — почему бы не остаться в этом амплуа насовсем.

Мой собеседник бесстрашно ржет.

— Хорошо, Дариан, — соглашается врач. — Давай тогда расскажу по анализам.

Он еще некоторое время сверяет данные.

— Очевидно, что его иммунная система была очень подавлена. Результат долгой болезни, я бы сказал. Это не магическое истощение.

— Но нет данных о других обращениях, — возражаю я.

— Странно, что нет данных по усугублению ситуации. А значит, болезнь можно сбросить со счетов. Это что-то другое.

Луциан долго изучает записи коллеги.

— Странно. А что в этот день произошло?

— Я так понимаю, произошло нечто, приведшее к свадьбе с Вендрой.

— Я бы сказал, что тут перебор с возбуждающим зельем. Это теория, Дариан, только теория. Понимаешь, мы имеем клиническую картину — вот такую. И она толком ни о чем не говорит. Понижение давления, угнетенный иммунитет, критическое снижение вот этих двух энергетических потоков — сюда подойдет несколько разных диагнозов. А пациента, чтобы подтвердить догадки уже нет. Опросить мы его не можем, провести дополнительные исследования — тоже! Значит остается предполагать.

— И почему ты предполагаешь именно это?

— Просто смотри. Григор был верен жене. Затем очень страдал примерно год, а потом вдруг внезапно и резко женится на Вендре. Тут или большая любовь, или что-то другое. Возможно, я зря презирал его так сильно. К слову, Дариан, зелье «Кипящая кровь» при передозировке действует именно так. Понижает давление, подавляет энергетические потоки, угнетает иммунитет, потому что собственную магию надо усыпить. Если зелье давать незаметно, то передозировка частый случай.

— Почему? — удивляюсь я.

— Потому что никогда не знаешь, сколько выпьет опаиваемый, — усмехается Луциан, — может быть глоток, может быть всю чашку. Обычно его подливают незаметно и побольше. Чтоб эффект точно был произведен. Жертва испытывает не только физическое влечение, но и сильное эмоциональное. Поэтому легче ее соблазнить. А передозировка окажет пагубное действие позже, когда все вышло по задуманному.

— Интересно, — отмечаю я. — Но доказательств никаких.

— Никаких. Только предположения, хотя мне приятно верить, то Григор настолько скучал по жене, что золотоволосая красавица Вендра опустилась до подливания в его напитки «Кипящую кровь».

— Зелье редкое? Мы предполагаем только один вид?

— Редкое и крайне сильное, — кивнул Луциан. — Все подобные средства вне закона, как угнетающие волю.

— И Вендра могла его сама изготовить? — удивляюсь я. — Она же по документам в тот момент была единичка.

— Не могла, — качает головой Луциан. — Ей кто-то помогал с зельями. Подобный уровень доступен только специалистам. Я бы вот мог.

— А недостаточно просто знать рецепт? — удивляюсь я.

— Энергетические потоки, работа с сознанием... Тут рецепт лишь часть искусства. Нужно оборудование и да, очень высокая точность, долгое обучение.

— Есть зелья попроще, — хмыкаю я.

— И их действие давно сведено к нулю из-за частого использования, — парирует Луциан. — Человеческая натура такова, что каждый готов действовать нечестно. Так что действенными остались только серьезные составы, которые в домашней лаборатории не изготовить.

— Тогда продолжим развивать теорию, — предлагаю я. — У нас есть семья Вендры, есть предположение, что с Номдаром они уже были знакомы. Давайте проверять окружение. Я со своей стороны выясняю весь круг взаимодействий, а ты — известность среди вашего общества. Думаю, что твои знакомые должны знать, кто мог изготовить подобный напиток.

— Я могу уточнить. Есть темные личности, которые мне сильно задолжали.

— Буду благодарен, — отвечаю я.

— Это ради Кэйри, — усмехается врач. — Ты мне по-прежнему очень не нравишься.

— Взаимно, — хмыкаю я.

Мы оба смотрим друг на друга высокомерно и злобно, но это быстро надоедает и оба прячем улыбку.

— Жду ответа, Луциан.