Развод. Все решено

Глава 18. Накрутила свое кино

— Опять уходишь?

Я открыла глаза. Сквозь полумрак, царивший в спальне, рассмотрела силуэт Андрея на фоне освещенного коридора, дверь в который была отворена. Чтобы не мешать мне, Волков не стал зажигать свет. Но я спала чутко.

— Да. Ухожу. По вызову. А ты опять не веришь?

— Осадок остался, Андрей. Слишком много обстоятельств, которые говорят против тебя. Начиная с гадалки, — проговорила я и тут же пожалела об этом.

— С кого?! Ксюня, ты серьезно? Какое кино ты себе накрутила? Давай так: я вернусь, и мы сядем и обстоятельно поговорим. И я укажу на все киноляпы твоего дешевого сценария.

— Не смешно, Волков! У меня из-за тебя невроз развился.

— Серьезное обвинение. Но ты знала, за кого выходила замуж. Я тебе легкой жизни не обещал.

Облачившись в штатскую одежду, он склонился ко мне, но я отвернулась. Волков выдохнул. Я не видела, но представила, как он стиснул зубы и напрягся. Что же, подумай на досуге! Каково мне, с двумя дочерями, сидеть и думать: где ты и с кем коротаешь время.

Ни говоря больше ни слова, он вышел из комнаты. Через пару минут хлопнула входная дверь. Я перевернулась на живот и вцепилась зубами в подушку, чтобы заглушить рыдание. Девочки не должны услышать. А я справлюсь! Да, он вернется. И мы поговорим. Этого уже не избежать. Но знать бы заранее, как все обернется...

Я поднялась, накинула халатик и прошла на кухню в тот момент, когда со двора выезжала служебная полицейская машина. "Газель" не без труда протиснулась сквозь плотные ряды припаркованных машин и скрылась за поворотом. Приложив руку к груди, я сделала глубокий вдох. Сердце тревожно забилось.

Интуиции обычно доверял Андрей. Я же довольствовалась здравым смыслом, но порой следовала и советам других. Поддавшись уговору Лерки, завела себя в такие дебри, что потерялась в догадках. Не зная, чему верить.

Готовя завтрак для девочек, я еще раз восстановила в памяти вчерашний запах духов. И покачала головой: неужели и правда я заблуждалась. И тогда в машине напротив салона красоты сидел опер Сергеев? Ведь я своими глазами видела, как он похож на мужа. На расстоянии спутать за нефиг делать. Особенно, если мозг затуманен не только головной болью, но и словами гадалки: " Я когда карты раскладываю, мне сначала мужиков показывает. Вот он, твой ненаглядный, в окружении дам".

И тут же, как эхо, слова мужа: " Ксюшка, мы бордели накрыли. Массажные кабинеты и салоны красоты оказались неплохим прикрытием для сети борделей. Мы долго вели это дело".

— Что если гадалка видела именно этот момент? То не дамы были, а проститутки. С дешевым ароматом духов. А Лерка... Она такими не пользуется. И от Андрея никогда не пахло, как от нее. Даже в кондитерской после ухода Лерки еще полчаса витает шлейф от линии Jo Malone. Черт! Неужели я все себе придумала и сама поверила?

— Мам, ты сама с собой разговариваешь? — на кухню вошла Маша, потирая кулачком глаз.

— Да, задумалась немного. Умывайся и будем завтракать. Даша не проснулась?

— Нет. А вы в сад не идете?

— Что-то мне самой не хочется туда тащиться. Прогуляем и сад, и школу.

Маша изменилась в лице при упоминании о школе. Но как бы ни было противно, мы должны решить эту проблему как можно быстрее. Ладно, сегодня пятница. Посвятим день новым очкам и шопингу, как я и обещала. А в понедельник я схожу с дочкой в школу и вместе с классным руководителем разберемся с хулиганками. Конечно, стоило предварительно позвонить учительнице и рассказать заранее. Но после!

— Даша, подъем! Хватит спать, соня.

День пролетел незаметно и перевалил за полдень, когда мы, уставшие с девчонками моими, но осчастливленные покупками, вернулись домой. За Дашей пришла моя свекровь. Елизавета Петровна, мать Андрея, обожала внучку. И частенько забирала ее к себе, особенно, когда Даша прогуливала детский садик. Случалось это не часто, потому как дочь любила его посещать. Но и с бабушкой проводила чудесные дни. Та баловала, как могла. А я не запрещала. Бабушки и дедушки на то и даны, чтобы баловать своих внуков на старости своих лет. К тому же, мне льстило ее внимание, после того, как Елизавета Петровна поняла, что Даша — ребенок от Андрея, а не от бывшего мужа. Вот и пусть теперь нянчиться на здоровье.

— Маш, ты посидишь одна? — спросила я старшую, когда проводила Дашу и ее бабушку.

— Да. Ты хотела в кондитерскую заскочить?

— Угу, Соня написала. Моя сотрудница. Кто-то паспорт потерял, она нашла. Не знает, что делать.

— Там же написано место жительства, — резонно заметила моя дочь.

— Разумеется, но вот адрес не местный. Съезжу, проверю как там дела и отнесу паспорт в полицию, чтобы девчонку не гонять. Посидишь сама?

— Конечно, мам! Я ж не маленькая.

— Еще какая маленькая, — улыбнулась я, целуя дочь.

Подхватила мобильный, куртку. Обулась и вышла из дома. Я не звонила мужу и не писала. Он тоже. Но в течение дня получила несколько сообщений. От мамы, от свекрови, от Сони и от Лерки. Неожиданно. Аж сердце ухнуло, когда увидела, от кого входящее сообщение.

Да, мы общались, но не настолько часто, как это делают близкие подруги. Да, я доверяла ей свои тайны, когда мы сидели порой у нее в салоне или за чашкой кофе в кондитерской. Лерка не казалась мне болтушкой, которая способна на сплетни. Довольно серьезная в плане работы. Всего достигла сама. Но при этом простая в общении.

У меня и в мыслях не было, что она может подложить такую свинью: спать с моим мужем. Но Андрей стригся в ее салоне. Собственно, как и большая часть Управления полиции, находясь в том же районе. Да и салон Лерки пользовался спросом. Не будет же она спать со всеми. Но выбрала именно моего Андрея? Или, как говорит мой муж: я накрутила свое кино. Еще один вопрос, который следовало прояснить, раз уж начала собственное расследование и открыла перед Волковым карты.

"Привет! Куда пропала? Тебе пора ноготки менять. Уже четыре недели прошло. Напиши мне или позвони", — гласило сообщение от Лерки.

И я написала в ответ: "Если свободна, приходи через полчаса в кондитерскую. Надо поговорить".