Развод: Я и мое счастье

Глава № 6: «В ударе»

№ 6.1

В груди почему-то моментально теплеет. Кирилл — красивое имя. Но этого мало, чтобы довериться человеку.

— И чем же ты занимаешься, Кирилл? — прикусываю нижнюю губу и внимательно смотрю в задорный мужской взгляд.

— У меня своя фирма в центре. Или тебя интересует, чем я по жизни занимаюсь, а не моя работа?

— Расскажи о себе...

— Только если услышу рассказ о кареглазой принцессе, что повстречалась мне сегодня, — мягко проводит большим пальцем по моим губам.

Да уж, кареглазая принцесса. Боюсь, эта сказка начнётся с того, что на самом деле я — не принцесса, не кареглазая и вовсе не брюнетка с чёлочкой. Я лишь разбитая кукла в поисках работы и себя.

— И что же ты хочешь знать?

Кирилл нежно берет меня за руку и возвращает в спальню. Приглашает занять единственное кресло в номере и подаёт бокал вина.

— Что ты делала в «Винограде»? — наливает себе виски и садится на кровать, расстёгивая ещё одну пуговицу на своей рубашке.

Замечаю цепочку на груди Кирилла и чувствую, как внутри что-то переворачивается. Почему-то безумно захотелось посмотреть, что же там ниже. Отгоняю пошлые мыслишки и делаю несколько глотков своего напитка:

— У меня сегодня праздник.

— День рождения? — прищуривается.

— Развод, — заливаюсь громким смехом.

— Вот как, — Кирилл цедит напиток и окидывает меня внимательным взглядом. — Что не поделили?

— Всё. Я не люблю, когда в моей постели есть лишние. Да и быть женой в угоду родителям та ещё задачка, — цокаю. — Особенно когда не знаешь об этом. И теперь я свободна, и вольна делать что пожелаю.

— У тебя уже есть список желаний?

— Возможно, — ухмыляюсь. — Хочешь знать, входишь ли в него ты?

Кажется, вино не слабо ударило мне в голову. Чувство такое, будто я парю, мне легко и тепло. А в приятной компании время летит незаметно. Сколько проходит часов в пустых и личных разговорах? Я столько, кажется, даже с Алесей никогда не болтала.

В какой-то момент заказываем ещё вина, да и бутылка виски у Кирилла опустела наполовину. А я перемещаюсь на кровать.

Падаю на подушку и, положив подбородок на кулак, внимательно смотрю на мужчину:

— Расскажи ещё что-нибудь о себе. Тайну, маленький секрет, — лукаво улыбаюсь. — Обещаю, я никому, — прикладываю палец к губам.

— Даже не знаю, — ложится лицом ко мне, — у меня нет особых секретов. Разве что... — замолкает, рассматривая меня.

Покусываю губы и приподнимаю бровь, безмолвно давая понять, что хочу узнать что-то очень личное. Только сама не понимаю, зачем мне это. Ведь мы больше никогда не увидимся...

— Ладно. Это не тайна, но мало кто знает. Я вырос в детском доме далеко за Уралом.

— Нехилый детский дом, — округляю глаза. — Образование у вас там, похоже, было на уровне. Не знаю ни одного выходца из детского дома в такой дорогой рубашке.

— Не жалуюсь. Но универ я здесь заканчивал. А ты?

— Здесь родилась и выросла, училась тоже здесь, — тянусь к вину, что стоит на тумбочке за спиной Кирилла.

— И кто же ты? — ухмыляется, перехватывая меня за бёдра.

— Управляющий, директор, — пространно размышляю, — да хрен его знает. Я в поиске. Бизнес и управление — хорошее направление, теперь надо только сферу, — понижаю голос, рассматривая ухмылку своего собеседника, — выбрать, — заканчиваю шёпотом. — Почему ты так на меня смотришь?

— Ты такая милая с этой чёлкой, но мне почему-то кажется, что чёрный не твой цвет.

— Почему? — удивляюсь.

— Ты, как лучик света...

Изгибаю бровь, размышляя, к чему это Кирилл. Может, из-под парика видны мои волосы? Хотя Жанна этот парик, кажется, на гвозди прибила. Не должен он был сместиться.

Поправляю волосы на всякий случай, но не удержавшись на одной руке, нехотя прижимаюсь к груди Кирилла.

— Прости, — отстраняюсь.

— Нашла за что извиняться, — приподнимает голову и осторожно целует меня.

Понимаю, что это не самое лучшее решение, но мозг уже давно не работает. Во-первых, моё желание быть в эту ночь с Кириллом явно перевешивает мои нормы морали. Во-вторых, я выпила слишком много. В-третьих, не знаю даже. Но говорят, будто лучше жалеть о том, что ты сделал, а не о том, на что не решился.

Целую в ответ. Губы обволакивает тепло, во рту появляется привкус крепкого виски, а я на одну-единственную ночь превращаюсь в Зару. И даже яркий свет в номере меня ничуть не смущает. За спиной будто крылья расправляются, и я лечу.

Кирилл мягко прижимает меня к себе и укладывает на спину. Мы никуда не торопимся, а за окном уже светает…

*Кирилл*

Зара почти падает мне на грудь и сразу же извиняется.

— Нашла за что извиняться, — не могу сдержаться, когда она так близко и не торопится сбежать.

Целую, а девушка еле ощутимо отвечает. Прижимаю её к себе и понимаю, что прошёл точку невозврата. Зара в моих руках и уже никуда не денется. Укладываю её на спину и неторопливо изучаю изгибы желанного тела.

Длинный разрез на платье легко позволяет мне ощутить ажурную резинку чулок, что вызывает во мне лишь одно желание — снять их к чертям. Не хочу, чтобы хоть что-то стояло между нашими телами.

Скольжу по обнажённой спине Зары, но молнии на платье нет. Усмехаюсь своему нетерпению — я словно подросток, что, наконец, дорвался до желаемого. Отрываюсь буквально на секунду от сладковато-виноградных губ и утягиваю девушку за собой.

Сам встаю на пол, её же, как маленькую статуэтку, ставлю на кровать и, нащупав молнию сбоку, расстёгиваю:

— И ты прятала такую красоту? — моему взору предстаёт яркий и мегакружевной комплект белья, в глазах рябит от сочетания цветов, а может, от виски, с которым я явно перестарался.

— Должна же быть в женщине загадка, — шепчет Зара.

— Как скажешь, — скольжу языком по бархатной коже, а потом щёлкаю застёжкой, и лиф летит в моим ногам.

Так мне нравится гораздо больше. Тонкие пальчики обворожительной Зары ложатся на мои плечи, будто электрические провода, вызывая мощный разряд возбуждения. Подхватываю девушку на руки, а она заливается звонким смехом.

— Надо освежиться. Составишь мне компанию? — ухмыляюсь и, на минуту поставив девушку на пол, раздеваю её.

— А сам? — снова смеётся Зара и тянется к пуговицам на моей рубашке.

— Потом, — уношу добычу в душ, где под потоком прохладной воды продолжаю неторопливые ласки.

В какой-то момент поворачиваю девушку к себе спиной и откидываю тёмные волосы с шеи. Целую мягкие плечи и скольжу кончиками пальцев по коже, замечая, как вслед за моими движениями вспыхивают мурашки на теле Зары:

— Какие прелестные родинки, — обвожу каждую кончиком пальца. — Это точно родинки? Или ты набила себе татуировку в виде «большой медведицы»?

— А есть разница? — томно вздыхает. — Может, уже пора раздеть и тебя? — поворачивается ко мне лицом и лихо стягивает с меня рубашку.

— Твоё слово для меня...

Всё сливается воедино, будто слаженный оркестр: мелкие капли воды барабанят по нам и стенам, в голове стоит гул от клубной музыки и выпитого спиртного, но слаще всего ухо ласкают женские стоны.

Тонкий голос Зары заставляет меня забыть обо всём на свете, будто ничего больше не существует в этом мире. Есть лишь она...

*Ольга*

Открываю глаза от настойчивого жужжания и щурюсь. Голова всё ещё кругом, а одна линза съехала, и это доставляет массу неудобств. Снимаю их и кладу на тумбочку.

Перевожу взгляд вниз — на моей груди лежит тяжёлая рука Кирилла, а сам он крепко спит. Рассматриваю его растрёпанные волосы, лёгкую улыбку на губах. А потом ползу взглядом ниже, изучая каждый уголок его тела, будто мне было мало.

Притормаживаю на правом бедре Кирилла, где красуется небольшое родимое пятно цвета «кофе с молоком» безумно похожее на Австралию. Интересная форма. Но, думаю, пора бы мне уже выходить из образа Зары и ехать домой, оставив лишь самые приятные воспоминания о сегодняшней ночи.

Осторожно убираю руку Кирилла со своей груди и ухожу в ванную, где привожу себя в порядок. Поправляю макияж, расчёсываю парик, который явно неплохо так запутался. Кажется, зря я вчера согласилась на совместный душ.

Выползаю из ванной и тихо собираю свои вещи, чтобы улизнуть из номера. Надеваю платье, прячу линзы в сумочку, стараюсь убрать все следы своего присутствия. Это не даст Кириллу надежды, что мы снова увидимся, а ещё это не даст надежды мне. Я провела поистине восхитительную ночь и дело вовсе не в том, что мне понравился секс, хотя...

Трясу головой, вытряхивая воспоминания, что вызывают во мне волну возбуждения и прилив крови к щекам. Мне ещё никогда не было ни с кем так хорошо. Но у меня нет ни малейшего желания оправдываться перед Кириллом и объяснять, почему я притворялась другим человеком. Я лишь хочу сохранить в памяти проведённое вместе с ним время.

Поднимаю чулки и замираю, потому что Кирилл внезапно открывает глаза. Хлопаю ресницами и не могу пошевелиться, вспомнив, что я сняла линзы. Кажется, мне всё же придётся объясняться...

№ 6.2

Выдыхаю почти сразу. Кирилл недолго смотрит на меня, улыбается и закрывает глаза. Кажется, он всё ещё не проснулся. Пользуюсь моментом и сбегаю, зачем-то оставив салфетку с алым поцелуем на подушке около мужчины.

По дороге вниз вызываю такси. А к сестре приезжаю уже к вечеру, когда на улице горят фонари, и все спешат домой с работы.

— Я хочу всё знать! — кричит из кухни Алеся, как только я захожу в квартиру.

— Это мой маленький секрет, — заглядываю к сестре, пока та копошится в холодильнике.

— Что стало с твоими линзами? — вздёргивает брови.

— Сон, — пожимаю плечами.

— Судя по твоему виду, он хорош...

— Ты мне лучше скажи, как ты умудрилась после ночной вечеринки ещё и на работу съездить?

— Переводишь тему, — ухмыляется Алеся. — Колись, мне же интересно.

— Вот ещё, — хохочу и разве что не вприпрыжку убегаю в свою комнату.

— Ну же, — смеётся сестрёнка, следуя за мной, — вы переспали, обменялись номерами, договорились о свидании? Что? Не томи!

— Да, нет и нет, — скидываю платье и встаю у зеркала, чтобы снять парик.

— Не поняла, — Алеся замирает за моей спиной. — Вы так мило болтали, я думала...

— Я сбежала, — поджимаю губы. — Я же даже не своим именем ему представилась, — плюхаюсь на диван, продолжая выуживать невидимки из парика. — Не хочу сейчас никаких отношений. Я должна встать на ноги сама. Понимаешь? — заглядываю в огромные глаза сестры. — Доказать, что я могу прожить и без мужика. Сама.

— Конечно, я тебя понимаю, — Алеся садится рядом и обнимает. — Но только ты у нас нежный цветочек, которому нужно внимание и уход. Ты не гром-баба и не конь с яйцами, чтобы всё переть на себе.

— Но ты же справляешься, — грустно улыбаюсь и кладу голову на плечо сестры.

— Глупышка. У меня просто нет выбора. Рядом нет сильного мужчины, вот и приходится пурхаться самой. А работа забирает всё время, так что и встретить его мне негде.

— Ну да, — усмехаюсь. — Что за брюнетик там вчера вился около тебя?

— Виться-то он вился, да дальше пары коктейлей дело не пошло. Я уехала домой следом за тобой.

— Почему? — удивляюсь.

— Работу никто не отменял, — разводит руками сестра.

Поджимаю губы. Да уж, работа...

Пора бы уже и мне подыскать себе местечко. Весь оставшийся вечер снова изучаю сайт с вакансиями.

*Кирилл*

Башка трещит, а комнате настолько темно, что не вижу собственных рук. Бросаю взгляд на окно — не припомню, чтобы зашторивал его. Наверное, это Зара утром, кажется, она вставала.

Тяну руку на противоположную сторону кровати, но рядом никого.

— Зара? — кричу и моментально морщусь от громкости собственного голоса.

И на кой я вчера столько выпил?

Не без труда встаю с кровати, иду в ванную — стучу в дверь на всякий случай, но, нащупав выключатель, понимаю, что свет не горит.

Щелчок, и глаза моментально слезятся. Никогда больше не буду пить. Дёрнул же чёрт вискарём накидаться. Захожу в пустую и холодную ванную — отражение в зеркале пугает даже меня, не удивительно, что девушка сбежала.

Включаю душ и долго стою под тёплыми струями воды, прижавшись лбом к холодному кафелю. В голове всплывают сумбурные воспоминания, обрывки фраз и ощущение женского тела под ладонями.

Почему она ушла? Всё же было так хорошо. Меня осеняет, что Зара могла оставить мне записку, послание. А вдруг...

Вываливаюсь из душа и иду в спальню. Врубаю свет и вижу салфетку на подушке, но увы, это лишь след губной помады. Поцелуй на прощание?

— Я бы предпочёл настоящий, — кручу салфетку в мокрых руках, надеясь найти номер телефона, но тщетно. — Болван!

С чего я решил, что у нас что-то могло получиться? Ладно, пожалуй, сегодня надо бы домой вернуться, узнать, что там творится.

Привожу себя в чувства. Собираю разбросанные по полу вещи, попутно одеваюсь, но что-то не даёт мне покоя. Открываю ящик прикроватной тумбочки и задираю одну бровь. Передо мной лежит нетронутая пачка презервативов.

Падаю на кровать и пытаюсь вспомнить, может, у Зары были свои? Хотя с чего бы, не думаю, что она планировала такое развитие событий. В какой-то момент даже я решил, что ничего не будет. Всё как-то само собой получилось.

Заглядываю под кровать. Что я там надеюсь увидеть? Проверяю все мусорки в номере, но кроме пакетов из ресторана и пустых бутылок — ничего.

— Твою-то мать! Идиот!

Собираю сумку, одеваюсь и иду на ресепшен.

— Вечер добрый, девчонки, — облокачиваюсь на стойку.

— Кирилл Андреевич, доброй ночи, — улыбается одна из администраторов. — Чем могу помочь?

— Мне ничего не передавали? — щурюсь от яркого света на стойке регистрации.

— Вы ждали доставку? — вздёргивает бровки и быстро листает какой-то блокнот на своём столе.

— Нет, — мотаю головой. — Вчера со мной была девушка...

— Да, — кивает администратор.

— Она ничего не передавала?

— Простите, у меня не записано, могу позвонить вчерашней смене, вдруг они забыли записать, — снова улыбается.

— Буду благодарен.

Тру лицо, в попытке прийти в себя, но голова трещит, и мысли в раздрае.

— Спасибо за ожидание, — объявляется девушка. — Ваша спутница покинула гостиницу сегодня в пятом часу, ничего не просила передать. У вас всё было хорошо? Вы не ругались?

Удивляюсь вопросу:

— С чего такие выводы? — строго спрашиваю.

— Нет, ни с чего, простите, — тараторит администратор под натиском моего недовольного взгляда. — Просто мне сказали, что девушка так торопилась, будто сбегала.

— Если она объявится, — достаю из внутреннего кармана куртки визитку, — передайте ей, — двумя пальцами протягиваю пластиковую карточку администратору.

— Конечно...

Коротко благодарю и прошу вызвать мне такси. Сам же иду на улицу подышать свежим воздухом. Закурил бы, но пару лет, как решил взяться за здоровье и бросил.

Подъезжает машина. Не торопясь, сажусь на заднее сидение и сразу прикрываю глаза. Сквозь сон слышу голос водителя, просыпаюсь и вижу, что мы на месте. Забираю сумку и иду домой.

Захожу на первый этаж, а у порога меня встречает Лада, сидя в инвалидном кресле:

— Решил объявиться? — качает головой.

— Ты почему не в постели? Врач же сказал без фанатизма, — кривлюсь. — У тебя обе ноги сломаны. Операция...

— Не переводи тему, — перебивает и строго смотрит, но сразу же улыбается. — Сам знаешь, уже месяц прошёл, мне разрешили в кресле ездить, — лихо проворачивает колёса, отъезжая назад и освобождая мне проход.

— Прости, дорогая, но я переживаю, — целую Ладу в щёку, а она морщится и отмахивается, явно намекая, что от меня несёт спиртным.

— Уф, Кирилл, в чём дело? Объясни, что происходит. Почему ты бегаешь от меня как от огня?

Я бы и рад, только сам не понимаю, в чём дело.

— Ты меня знаешь, я всё равно получу ответы на свои вопросы, — поднимает на меня взгляд и скрещивает руки на груди.

Кажется, меня ждёт ещё одна бессонная ночь...