Резидент

Глава 12

Высокий и широкоплечий мужик со сломанными борцовскими ушами и когда-то переломанным носом шёл ко мне. Ну а народ на остановке отходил подальше, будто почуял угрозу.

Впрочем, тут бы её любой почуял.

Ну а я сделал шаг в сторону. И не просто так.

— Базар к тебе есть, — начал мужик и шагнул ко мне ближе.

Утром было тепло, поэтому слежавшийся снег немного подтаял, но потом похолодало, и он замёрз. Стоять на этой горке было непросто, ноги съезжали, но я нашёл удобное и устойчивое положение.

А мужик понял, что у него такого не будет, ещё шаг, и он грохнется, сломав нос ещё раз. И это до того, как мы начали говорить.

Но что-то с ним не так. Внешне бандит, но казалось, что всё сложнее, чем было на самом деле.

— И о чём базар? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал чуть иначе, по-уличному.

— Да побазарим, за кента одного, — произнёс он, оглядывая меня с ног до головы.

— А ты кто?

— Жека Паяльник.

На рожу посмотришь и не удивишься, что у него такое прозвище.

Но ко мне подходили подобные люди, когда я был в детдоме, и не только ровесники, но и взрослые. То в школе, то по дороге туда, такие разговоры вести приходилось часто. Детдом-то был на окраине, район был неспокойный, и кто-то шутил, что 90-е там не закончились.

Вот мы и учились говорить так, чтобы от кого угодно отбиться словами, потому что если что-то шло не так, то кидались они на нас целой толпой. Не умеешь говорить — огребаешь.

И сейчас надо вести так же. Мой старый опыт таких встреч и наблюдательность Тумана били в тревожный колокол. Будто я не в людном месте, а один в тёмном проулке и на меня наставили пистолет. Но выстрелят не сейчас, а когда-нибудь потом, когда не буду этого ждать.

Почему-то обычный уголовник показался бы Туману большей угрозой, чем многое другое.

— Давай прокачу, довезу, куда надо, — он кивнул на машину. — Да и поговорим заодно.

Нет, в тачку к незнакомцу точно нельзя, это одна из первых вещей, которые я выучил в жизни. Особенно к таким личностям.

— Не, Жека, я в чужие тачки не сажусь.

— А чё так? — спросил Паяльник. — А, ну да, в детдоме же учили не доверять посторонним?

Он и фамилию мою называл, и биографию знает. Навёл справки обо мне перед тем, как подойти. Или ему всё рассказали, и он приехал со знанием дела.

— Вот видишь, ты про меня всё пробил, — в вальяжной манере сказал я, — а я про тебя ничего не знаю. Ладно, говори, чё надо.

Он посмотрел на меня внимательнее, очень тяжёлым внимательным взглядом. Но, кажется, Паяльник не ожидал, что я сам первым перейду к делу.

— Побазарили бы в машине, — продолжил он.

— Да и так говорим же, да? — спросил я. — Ты же начал, продолжай.

И чего ему надо? Наверняка он здесь из-за этого Жоры. Но мне казалось, что дело в чём-то ещё.

— Ну, — подтвердил он и перешёл к основной теме. — Знал такого Жору Питерского? Хлопнули его, прикинь.

— Я слышал. Менты приходили.

— И чё надо им было?

Он сощурил глаза и почесал костяшки крепкого волосатого кулака. Тупит или прикидывается, чтобы сбить меня с мысли?

— Это же менты, — я пожал плечами. — Приходят, когда хотят. Дверью, наверное, ошиблись, хе-е…

— А, — Жека Паяльник почесал затылок, будто не понял. — Ясно… Короче. Грохнули пацана, Жору Питерского. Слышал чё?

Руку в карман он не убрал. Да и вообще не было ощущения, что он не знает, куда их деть, а каждый жест был осознанный.

И взгляд очень уж внимательный.

— А я при чём?

— Так слышал чё-нибудь за это дело?

— Жека, ты такие вопросы задаёшь, будто он мне брат или кент. Я его видел раз в жизни всего, — продолжал я, глядя ему в глаза. — Давай конкретнее, чего надо.

— Во как. Пропали его вещи, догоняю вот, хожу.

— Так и догоняй, ко мне-то зачем пришёл?

Пока непонятно, в чём цель разговора, мне будет нужна маскировка. Я достал телефон, чтобы проверить время, делая вид человека, у которого свои дела. Ну и чтобы выглядеть типично для своего возраста.

Мне кажется, его взгляд это подметит, очень уж он внимательный. Попробуй найти сейчас парня моих лет, который не проверяет телефон каждые пять минут в ожидании уведомлений.

Народ отходил подальше, смотрел на дорогу. Тем более скоро подъедет автобус, его уже видно на перекрёстке. И задерживаться здесь я не собирался, тем более для такой болтовни.

— Пацаны говорят, у тя тёрки с ним были, — неторопливо продолжал Паяльник.

— Какие пацаны?

— Дима Кот, — Паяльник начал перечислять людей, о которых я никогда не слышал. — Шпала, Китаец. Слон, Бухгалтер… Туман…

Ну здравствуйте.

Он смотрел на меня, будто ждал, отреагирую ли я на какое-то имя? Особенно на последнее. Я усилием заставил себя не реагировать.

— Целая бригада. А мне-то откуда их знать? — спросил я, делая вид, что не слышал такие клички.

Я и не слышал. Кроме последнего.

— Пацаны, под Жорой ходили…

Какой же он странный. Вид опасный и агрессивный, при этом кажется тупым. Говорил, как заторможенный, да и вообще, внешне выглядел так, будто он браток из сериала про 90-е, но забыл выйти из роли.

Всё так говорило, кроме его взгляда. Умного, изучающего, проницательного. Помнил, как он при встрече осмотрел меня, будто срисовал. Мент, может, или фейс? Подчинённый Холодова?

Неизвестно.

— Он борзел, — сказал я. — Я его осадил. Шумели они там, спать не давали, я пришёл поговорить по-человечески, он начал пыжиться и не вывез. И всё, какой ещё базар?

Вышло даже естественно, будто с детства находился в таких компашках

— Ну да, он такой и был по жизни, — сказал Жека Паяльник после почти полуминутного раздумья. — Вот его и наказали. Я одного такого на пику посадил, — мрачно похвастался он. — А то он крысой был. Вот и сел, но вышел.

Самая разумная реакция в этот момент — охренеть, я её и изобразил. Но притворяться особо и не надо было, тут любой охренеет.

— Ты прям с порога козыри кидаешь, Жека.

— Хе-хе, — Паяльник оскалился. — Ладно, братан, погнал я. А ты же на секцию ходишь, да? — спросил он с интересом. — Кикбоксинг? Пацаны говорят.

— Так если знаешь, для чего интересуешься?

— Для себя. Я вот тоже раньше ходил на секцию, на борьбу и не только, — он хмыкнул и показал зубы. Были вставные. — Молоток, пацан, уважаю. А там чё, говорят, мужика неподалёку током убило?

Так, так, так. А вот это интереснее.

Не из-за этого ли он сюда пришёл? Чтобы узнать детали?

Стоять! Понял. Туман с кем-то взаимодействовал, вёл какие-то дела. Я этого почти не помнил, связанная с этим часть памяти совсем какая-то мутная.

Но он мог нанимать и бандитов. И они могли заинтересоваться, куда он делся и что с ним стало, вдруг обещал заплатить. Хотя откуда они бы знали его прозвище?

Зато как интересно он спросил, как бы невзначай. Сначала разогрел обычными вопросами, потом напряг, а потом задал основной вопрос. Он понимает, что делает.

Значит, его это интересовало больше всего. И мне казалось, что лучше об этом молчать. Туман бы промолчал. Вернее, сказал бы то, чтобы от него отстали.

— Ты прям всем интересуешься, Жека. То Жора, то мужик какой-то, то секция. Говорили, что кабель на столбе лопнул, — я показал вверх. — Упал, прижгло кого-то вроде как. Вот и всё.

Потому что там была ФСБ, и фейсы сделали всё, чтобы это дело никуда не утекло, об этом даже в новостях не говорили, и свидетелей кроме меня и того электрика не было. Значит, мало кто знает, но слухи пошли, и некоторые этим интересуются.

И о том, что я был рядом, лучше молчать. Мало ли. Вдруг тоже подумает, что Туман мог мне что-то передать? А что до остального, так скажу, что память отшибло.

— А что он, денег тебе должен был? — спросил я. — Поэтому ищешь?

— Именно так. Понятно. Ладно.

Тут в его взгляде скользнуло разочарование, хотя поначалу интерес был. Но он решил, что я обычный дерзкий пацан из детдома с понтами, и его внимания не стою.

Но это лучше, чем если бы он почувствовал какие-то навыки Тумана, о котором явно знал, или принял меня за лоха, на которого он бы начал давить намного сильнее, уже не скрываясь.

Паяльник, не прощаясь, развернулся и пошёл в машину. Походка не была такой важной и широкой, как в первый раз, и это я отметил. Но сам я сел в автобус, к этому времени внедорожник уже уехал.

В голове билась мысль: «Пронесло». Но чем же он так опасен? И спросить-то не у кого.

Но я отбился, своего достиг. Я сделал всё, чтобы не заинтересовать.

Нет, он точно умнее, чем кажется. Странно, но раньше это я бы не заметил. И он бы меня подловил на чём-нибудь, ещё хуже, чем тот мент.

Так что его портрет в своей памяти я повесил рядом с портретом мента. Изображение головореза с окровавленным топором ему подходило.

Но пока думал об этом, доехал до института, и без приключений.

Первым делом зашёл в деканат, там забрал зачётку, уже с подписью и штампиком, что всё сдано. Теперь надо ждать лета.

Пошёл на пару, но аудитория была пустой. В коридоре встретил одногруппника Лёшу.

— Слыхал? — с довольным видом спросил он, махнув рукой. — Пары у Иванова не будет!

— Е-е-е! — обрадовался я и спросил: — А что случилось?

— У него с заочниками было занятие. С одним начал ругаться, потом драться. Заочника в полицию увезли, а Иванова в больницу с разбитым носом отправил.

— Ого. И я это пропустил!

— Там эпично было, бро! — Лёша закивал. — Ну, так говорят, — добавил он. — Сам-то не был там. Они вроде как работали раньше вместе. Иванов ему сразу сказал, что завалит на экзамене, а тот ему давай что-то припоминать, какие-то взятки, Иванов сразу кулаками махать полез, а тот ему фейс пробил одним ударом!

— Снял может быть кто-нибудь? — предположил я. — Кстати, недавно разговаривал с одним заочником, говорит, что тот ещё дурдом на этой железке.

— Не говори, кринж какой-то. Уже не хочу там работать, — он засмеялся.

— У тебя же отец машинист, придётся. Династия, — я засмеялся.

У нас появилось полтора часа законного перерыва. И время как раз было подходящее. Мы пришли в пустой буфет, и там, на витрине, уже лежала полная тарелка сосисок в тесте.

Мы заказали по две штуки каждому и кофе, встали за высокий столик без стульев и принялись за перекус.

В последнее время готовить я стал намного лучше, чем раньше, но это не значит, что я стал брезгливым и морщить нос от обычной еды. Да и у нас в институте умели делать сосиски в тесте, правда.

И тесто хрустящее, и сосиски свежие, и успели мы до того, как на ближайшей перемене толпа студентов, как стая голодных чаек, смахнёт всё. Да и раньше для меня это было дороговато, приходил сюда только со стипендии.

— Горячие, — Лёша подул на пальцы. — А комп себе не надумал брать?

— Думаю, — я кивнул и откусил кусочек, после запил кофе из картонного стаканчика.

— Бери! В хеллдайверс погоняем. Там как раз недавно Киберстан брать пытались, а там киборги, вокс-машины… тебе зайдёт, Вадя!

— Лёша! — остановил его я. — Да не понимаю я ни слова про твой хелдайверс. Если возьму комп, то для учёбы. И смартфон ещё надо, мой уже откисает.

Я показал на экран. Снова сел, заряд батареи уже не держался. Но я тогда купил самый дешёвый, и тупил он изрядно. А нет, просто завис, экран загорелся. Но один фиг, надо другой, тут уже не починить.

— Ронял его, пайка отошла, наверное.

— В кредит? — спросил Лёша.

— Не, мне одного хватает. А тебе Мага не трогает больше? — перевёл я тему.

— Не, поговорили, успокоился. Спасибо, — вдруг добавил он.

— А за что?

— Так, вступился же за меня тогда.

Я пожал плечами. Просто тогда поговорил пару раз, не понравилось мне, что Лёху прессуют. Но человек добро запомнил.

А тем временем в буфет зашла Юля Тимохина, высокая темноволосая девушка с параллельного потока.

— Вадим, привет, — защебетала она. — Ты вчера на коньках катался, я видела, с какой-то девушкой?

— Привет. Было дело, — я кивнул. — Учусь.

— Я смотрела, вайбово так вышло, — она подмигнула. — А вот Дашка психует, что упустила, — Юля тихо и ехидно засмеялась. — Но если что — пиши, я тоже не против покататься.

Ну, это вряд ли. Сейчас мне есть с кем кататься. Если бы телефон не тупил, я бы уже написал Наташе. Но позвоню после пар.

— Ого, — удивился Лёша, когда она ушла. — К тебе и Юля подходит. Ты вообще, Вадик, какой-то гигачад стал в последние дни.

— Я и был, — я засмеялся. — Просто шмот сменил.

— Не, просто будто увереннее стал.

— Может быть, может быть. Кстати, поможешь потом комп выбрать? — решился я. — Ноутбук, чтобы и с собой носить можно было, и не сильно дорого.

— Конечно, бро… Может, лучше пойдём? — вдруг предложил Лёша, выглянув в коридор. — А то он всех достаёт в последнее время, провоцирует.

— Едим же, — я пожал плечами. — Куда идти? Стоим.

Но я понял, почему он заволновался.

В буфет зашёл наш одногруппник Макс Уваров, но он давно никого из нас не доставал. С тех пор как я ему ответил, он меня обходил, хотя сам я первым его не трогал.

Но он был не один, следом за ним вошёл второй мажор из нашей группы. Кирилл Дёмин, светловолосый высокий парень в белой рубашке шёл с таким видом, будто принц королевских кровей снизошёл до нашего буфета, не выпуская из рук последний айфон самой топовой модификации, чтобы его видели все.

— И чё тут есть? — спросил он, морща переносицу.

— Вот эти вкусные, — сказал Макс, показывая на тарелку.

— Ну да, ты к такому привык, — Кирилл ехидно усмехнулся. — Ну давай попробуем, чем тут кормят. Всё равно пары нет.

Заказал сосиску в тесте, откусил и скривился.

— Не, чего-то не хочется, — Кирилл бросил еду в ведро, стоящее в углу, но остановился рядом. — О, Вадик, — он сделал вид, что заметил меня.

Макс тут же что-то зашипел ему на ухо. Вроде как лучше не трогай.

Зря Кирилл не послушал хороший совет.

— Извини, выбросил зря, тебя не увидел. Ты бы, наверное, доел? — с фальшивой заботливостью спросил он, но в глазах играл весёлый огонёк.

— Подколоть меня хочешь? — спросил я расслабленным голосом. — Не советую.

Обычно, он меня игнорировал, как мебель, но иногда пытался достать. Меня тогда чуть не выгнали из-за него на первом курсе, когда я ему врезал.

Препод один тогда меня спас, сегодня как раз у него пара. Но Кирилл не только меня доставал, но и других, ведь папа у него на нашей железной дороге занимал большое положение, и это знали все.

Но сейчас будет не так, как он привык.

— Да ты что, какие подколы? Просто хотел помочь. Кстати, тут недавно кеды выбрасывал на помойку, про тебя вспомнил, надо было их тебе…

— А я тут новости почитал, Кирюха, — сказал я, усмехаясь. — У тебя же папа — заместитель начальника дороги, а мама — владелец сети аптек?

— Ну да, у меня-то есть родители, да, — Кирилл улыбнулся с виноватым выражением на лице. — Ах да, у тебя же их нет. Забыл. Сочувствую, бро.

— А мы тут о твоих, — я не дал сбить себя с толку. — Это у нас же на дороге трясут, кто фальшивые акты приёмки подписывал, да?

— И чё?

— Как чё? Твой папа одним из подписантов был, а там шпалы гнилые на участках оказались, ещё сход грузового состава был из-за этого. Походу, уволят его. Может, поставят сюда преподавателем, — я усмехнулся, — но зарплата упадёт. Так что больше не пошикуешь.

— Ты на что намекаешь? — Кирилл нахмурил брови.

— А вот в аптеках тоже всё плохо. Все закредитованы, доход упал, скандалы ещё со сроками годности и подделками. И налоговая трясёт, и прочие. Сеть на грани закрытия, говорят.

— Какое это имеет…

— Так что если дела пойдут совсем плохо, — сказал я, глядя ему в глаза, — то твой БМВ, который в лизинг взят, придётся вернуть. И деньги на карманные расходы тебе урежут, и экзамены на халяву уже не сдашь. Да и вообще, зря ты хвастаешься богатством, не так уже и много тебе шиковать осталось. Людей только злишь, припомнят тебе это. И зря ты, Кирюха, выбрасываешь еду. Скоро это тебе за деликатес покажется.

— Лол, хе-е, — засмеялся Макс, а Кирилл посмотрел на него, как на предателя.

— Тихо ты! А ты… — он уставился на меня.

— Ну? — я развёл руками. — Что-то ещё про меня хочешь сказать? Или ударить? Попробуй, но в этот раз деканат не поможет. Так что не советую. Не вывезешь.

Он покраснел, но больше не сказал ничего, и молча ушёл под удивлённые взгляды и смешки остальных, кто это слышал. Но его и не любили.

Макс подумал и заказал ещё одну.

— А ты откуда это знаешь? — спросил Лёша.

— Ты же сам рассказывал, — вспомнил я. — Вычитал тогда и рассказывал.

— Я уж забыл.

А я запомнил, оказывается. И сейчас навыки Тумана сложили два и два, чтобы этот Кирилл меня больше не доставал, мажорчик ушёл, оглядываясь по сторонам.

— Теперь точно отстанет, — заключил Лёша. — А то и правда, достал…

Он о чём-то болтал дальше, а я подумал, что мне и правда нужен комп. Но тут надо придумать, как снять бабки у того посредника, чтобы никто этого не видел. И чтобы не задавали вопросов.

Учитывая, что было сегодня, самый умный вариант — переждать, сейчас не горит, чтобы бежать и снимать. Но пока рядом крутится Паяльник, это опасно.

Жадность до добра не доведёт, тем более, я от голода не страдал. Подожду.

Вообще, стоило бы выяснить, кто такой этот Паяльник, чисто ради собственной безопасности… Кстати, у меня же есть способ, как это узнать. Не самый эффективный, но пока я препирался с Кириллом, то крутил этот вариант в голове. Даже не один способ.

Стоило бы заняться, чтобы понимать, кто этот человек и будет ли опасен для меня потом. Но Туман бы его точно опасался. При этом не прятал бы голову в песок, а постарался бы выяснить побольше об этом человеке.

Тем временем…

Слон, он же Мамонтов Эдуард Владимирович сидел за столом с телефоном в руках и считал выручку, тихо что-то бормоча про себя. Перед ним стыл кофе, который он не пил.

— Мне чё-то кажется, Жека, — Мамонтов поднял голову, — что наш бухгалтер Олежа стал хитрить.

— Мне к нему сходить? — грубым басом спросил Жека Паяльник, поглядывая на барную стойку, где ему должны были налить пиво.

— Да я шучу! — протянул Слон. — Шуток не понимаешь?

— Так ты говори прямо, идти или нет. Ну где ты там? — рявкнул Паяльник на бармена. — Сколько ждать ещё?

Парень с аккуратно выведенной бородкой и выстриженными висками, стоящий за стойкой, вздрогнул и сразу взял бокал.

— Народ не пугай, Паяльник, — недовольно проговорил Слон. — Приличное место, а ты тут как мамонт сидишь.

— В смысле? Как лох или чё? — Жека напрягся.

— Да потише ты. Шуток не понимаешь. Как древний мамонт, порядки современные не знаешь. Так чё там с этими детдомовскими?

— Да нормально, чё. Не они его мочканули, — Паяльник дождался своего пива. — И никто не знает, кто его порешил. Жора к ним ходил, пальцы гнул, потом наехал, не вывез и съехал. Я же говорю — лох он.

— Лох-то он лох был, а деньги приносил.

— А как называется начальник над лохами? — Жека вдруг хмыкнул. — Кто себе в команду только таких набирает?

— Чё? — тут же возмутился Слон.

— Думаю, как бы назывался, — протянул Паяльник, хлопая глазками.

Слон уставился на него, думая, хотел ли Жека его оскорбить или брякнул случайно. Посмотрел на его вид и решил, что случайно.

— Ладно, босс, молчу, — Паяльник чуть отвернулся и хмыкнул.

— Надо было раскрутить их на это дело, — продолжил Слон.

— А я чё, мент, чтобы крутить кого-то? Сходил, поинтересовался, как ты и говорил. И всё, на…

Раздался звон колокольчика, и оба повернулись в сторону двери. В подвальное кафе вошёл человек, которого они оба хорошо знали.

Оперуполномоченный капитан Рогачёв подошёл к ним, взял стул, развернул его спинкой к ним и сел.

— Здорово, мужики, — с усмешкой проговорил он.

— Ты где тут мужиков увидел? — тут же напрягся Паяльник.

— Тихо, — велел ему Слон. — Чего надо, капитан? Адвоката сейчас позову.

— А могли бы спокойненько поболтать без лишних ушей, — Рогачёв усмехнулся. — А так придётся повесткой звать, сразу к следователю. Ну, куда деваться, раз хотите официально.

Бармен принёс бокал пива и блюдце с орехами. Рогачёв втянул носом воздух.

— Хорошо вам, время рабочее, а вы тут пивко потягиваете, — он взял пару фисташек из блюдца.

— Чего нужно? — спросил Слон.

Заметив, что опер смотрит на его руки, он тут же убрал их под стол.

— Да я всё о старом, — произнёс опер. — О вашем кенте, Гоше Витебском. Или Жоре Питерском, как вы его прозвали.

— Он мне не кент, — пробормотал Паяльник.

— Шефу твоему кент.

— Мы с ним не работали, — поспешно сказал Слон. — Подходил, предлагал свои услуги, но у меня легальный бизнес.

— Да-да-да, — Рогачёв закивал.

— И кто-то ему по башке дал, я не знаю.

— А с чего ты взял, что его по голове били? — спросил опер.

— Ну… говорили так, — Слон откашлялся. — А чё с ним случилось?

— Его убили, — Рогачёв хмыкнул и взял ещё орешек.

— Шутник, блин, — пробормотал Слон.

Паяльник громко загоготал через пару секунд.

— Убили его, ха-ха, в натуре, мент, Петросян, блин. А то мы не знаем. В камеди-клаб тебе надо.

— Там плохо шутят, — произнёс Рогачёв.

— Вот именно.

Опер посмотрел на Паяльника, но тут с хрустом сгрыз фисташку, будто не знал, что их едят без скорлупы.

— Короче, Слон, — сказал Рогачёв, — раз не хочешь по-хорошему сказать, расследованию помогать, будем официально действовать. Но адвокат тут особо не поможет. Много у нас к тебе вопросов накопилось, ёлки-палки.

— Да он с какими-то детдомовскими связывался! — воскликнул Слон. — Я ему говорил, что попадёшь с ним. Вот их проверять надо.

— А ты мою работу меня делать не учи, — сказал Рогачёв и поднялся. — Сам знаю, как её делать. Вот, кстати, моя визитка…

Слон протянул руку, но тут же отдёрнул назад и кивнул Паяльнику.

— Возьми.

— А мне она зачем?

— Возьми.

Жека Паяльник взял карточку, а Слон понял, чего хотел добиться мент. Потому что на правом кулаке у него до сих пор короста на костяшке, оставшаяся от того, как он ударил Жору Питерского в тот злополучный день.

Наверняка криминалисты и судмедэксперты сделали заключение, вследствие чего наступила смерть. Не от удара по голове, а потому что тот упал из-за удара в лицо и стукнулся затылком. А если ещё и след от перстня остался…

Опер ушёл. Слон сидел за столом, раздумывая над произошедшим.

— Ты высокий, глянь, чё он там делает, — велел он Паяльнику.

— Так ушёл же, — протянул Жека.

— Ты глянь. Да не ходи на улицу, глянь через окно, — с раздражением бросил Слон.

Высокий Паяльник поднялся и посмотрел в окошко под потолком.

— Колёса твои фоткает. Шины такие же купить хочет?

— Следы мои снимает, сука! — Слон едва стукнул кулаком по столу. — Паяльник, тебе надо… — он посмотрел на него и скривился. — Ладно, сам разберусь. Вызови ко мне одного человечка, замутим одну штуку. Пусть менты ищут кого надо, а не достают честных бизнесменов.

Смотрящий в окно Паяльник усмехнулся. Слон с удивлением повернулся к нему, но лицо вернувшегося за стол подопечного ничего не выражало.