Глава 23

Когда я открыл глаза, рядом со мной снова сидела Матрёна. Она, легко прикасаясь, протирала влажным полотенцем мне лицо. Даже скорее промокала. И едва я открыл глаза, она тут же подскочила и закричала:

— Мо Сянь, барин очнулся!

И тут же вернулась на своё место и снова начала протирать мне лицо. Только теперь её прикосновения были не такими лёгкими, в них было чуть больше ласки и порывистых движений.

Возможно, так получалось потому, что Матрёна плакала и смеялась одновременно.

— Барин! Владимир Дмитриевич, вы очнулись! — шептала она мне, а по её щекам текли слёзы.

Мне казалось, будь её воля, она кинулась бы мне на грудь, но, видимо, Мо Сянь строго настрого приказал ей этого не делать.

Я находился в той же комнате и на той же кровати, где очнулся в прошлый раз. И тогда тоже рядом со мной были Матрёна и Мо Сянь. Прям какое-то дежавю…

Что же случилось в тот раз? Ах, да! Было нападение чёрного колдуна. А в этот раз что? Помню праздник величания Рода, деревню, костёр… Я же был там… Как оказался тут?

Я хотел спросить у Матрёны, что случилось, но понял, что не могу разлепить губы, да и язык не шевелится.

Подошёл китаец и критически глянув на меня, взял руку и пощупал пульс. Потом пощупал пульс на другой руке. Оттянул мне веки, открыл мне рот и заглянул.

Удовлетворившись, он вынул у меня из головы и груди несколько иголок. А потом присел на край кровати и сказал мне с улыбкой:

— Молодой господин выздоравливает.

И не было никаких поклонов или расшаркиваний. Просто одна фраза: выздоравливает.

Оглядевшись, я прислушался к себе. Вроде ничего не болит. И вопросительно посмотрел на китайца:

— А что случилось-то?

— Молодой господин получил отравление чёрной ци, — с лёгким поклоном ответил Мо Сянь. — Сейчас всё хорошо.

Чёрная ци… Что-то в этом было знакомое…

И я вспомнил: две системы каналов. Внизу с золотым ядром, вверху — с чёрным. И чёрная ци выплёскивается в золотую.

От одного воспоминания меня скрутило и чуть не вырвало.

Матрёна тут же встрепенулась:

— Что с вами, барин? Опять приступ?

— Сколько я тут? — спросил я у Мо Сяня, проигнорировав причитания девушки, они меня слегка раздражали.

Вспомнилось, как она нападала на чужаков, кричала, чтобы они отстали от меня.

Теперь-то я понимал, что драка была бы в любом случае, независимо от того, влезла Матрёна или нет. Но всё равно, не дело женщине лезть в дела мужиков.

Драка…

Я вспомнил драку. Сначала с одним соперником, потом была магия и раскиданный праздничный костёр. Потом волки и семь противников. А потом была чернота. И никакой возможности проникнуть в неё, вспомнить, что именно произошло в этот момент.

— Вы семь дней были без сознания, молодой господин, — ответил китаец.

— Семь? — не поверил я.

— Семь! — подтвердила Матрёна. — Все синяки уже прошли, а вы всё никак не могли очнуться.

Я опять прислушался к себе.

Было как-то лениво. Надо же, семь дней без сознания. И тех чужаков тоже было семь. И трупов...

Так стоп!

— Я что их убил?! — воскликнул я, подскакивая на кровати.

Не то, чтобы меня шокировало, что я убил семерых. Я в своей жизни убил гораздо больше, и совестью не мучался. Но эти семеро — это было совсем другое дело! Я убил их, не прикасаясь! Можно сказать, высосал. Как какой-то вампир.

Ненавижу этих кровососов!

— Вы лишили их силы, молодой господин, — подтвердил Мо Сянь.

— Настолько лишил, что они превратились в высохшие мумии? — с усмешкой спросил я.

— Да, — подтвердил Мо Сянь. Потом он повернулся к Матрёне и сказал: — Принеси молодому господину суп, ему нужно набирать силы.

Матрёна поднялась с явной неохотой.

Я видел, что она не хочет уходить, но Мо Сянь глянул на неё, и она быстренько покинула комнату.

У меня даже создалось ощущение, что Матрёна побаивается китайца.

Когда она ушла, Мо Сянь выждал ещё немного, а потом негромко начал говорить:

— Молодой господин, пока вы были без сознания, я обследовал вас. И выяснил очень интересные и необычные вещи. Нужно ли об этом кому-то знать, это решите вы сами… Но я бы не советовал.

— Что за вещи? — поторопил я китайца.

— У вас две энергетических системы, — начал Мо Сянь.

— Я знаю об этом, — перебил я китайца, чтобы он не терял времени.

Китаец кивнул, что понял, и продолжил:

— У всех людей одна система. Я был очень удивлён, почему же у вас две? Как если бы в вашем теле находилось два человека.

У меня в душе всё похолодело. Неужели китаец понял, что я подселенец и сейчас проведёт ритуал изгнания подселенца. Но он продолжил:

— Я не понимал, как такое возможно. И пока вы были без сознания, исследовал обе системы. На самом деле родная система у вас одна — та, что с золотым ядром. И силы в ней нет. Это энергетическая система самого обычного человека. А вот вторая, та, которая с чёрным ядром… Тут всё очень интересно. Это демоническая система. Там ци даже вращается так же, как у демонов.

— Это что, я демон что ли? — с тревогой спросил я.

— У меня была мысль, что вы одержимы демоном, — признался Мо Сянь. — Но нет. В вашем теле одна душа, и золотое ядро отзывается на зов вашей души.

Мне сразу стало интересно, это как же он обследовал меня, пока я был без сознания, что даже про душу выяснил…

Но спрашивать об этом я сейчас не стал. Так мы уйдём в детали, а Матрёна вернётся в любой момент. Разговор придётся прервать. А после не известно, будет ли у Мо Сяня возможность без свидетелей рассказать мне о ядрах. И я согласен был с китайцем — не нужно, чтобы кто-то знал о моём внутреннем устройстве.

А потому я спросил:

— А что с чёрным ядром?

Китаец развёл руками и сказал:

— Могу только предположить, что это и есть благословение рода. Ну либо наследственный дар… Или ещё что-то, о чём я пока не знаю.

За фразу о наследственном даре я зацепился. Но тоже решил пока не отклоняться от разговора.

А Мо Сянь продолжал:

— Ваше чёрное ядро чувствует направленную на вас агрессивную ци и способно забирать её у носителя, — выпалил китаец главное. — Причём, чем сильнее будет становиться ядро, тем быстрее и легче оно будет отнимать энергию. У всех, кто обладает силой и проявит по отношению к вам агрессию. Ну либо если вы расцените это, как агрессию.

— Круто! — это всё, что я смог сказать.

Получалось, что все маги, которые нападут на меня, сами себе буратины.

— Не так уж это и круто, — осадил меня китаец. — Чужая сила всегда будет отравлять вас. И чем дальше, тем больше. И если с чёрным колдуном это было не так заметно… Это было в первый раз и организм быстро справился. К тому же там вы часть силы потратили на то, чтобы убить людей, которые пришли с чёрным колдуном. А потом остатки у вас вытянул дед Радим…

— А в этот раз? — спросил я.

— А в этот раз вы получили сильное отравление. И ваше золотое ядро, в котором нет силы, сильно пострадало.

— Подожди! — остановил я китайца, вспоминая драку. — Как это в золотом ядре нет магии? А что тогда было, когда я пророс в землю корнями? Разве это не проявление силы?

Мо Сянь удивлённо посмотрел на меня и попросил рассказать, что я имею ввиду.

Я рассказал.

Когда упомянул деда Радима, Мо Сянь сильно удивился и нахмурился.

— Но деда Радима не было на поляне во время поединка. Он вообще к костру не ходил. Он пошёл спать, потому как очень устал, пока они искали Даринку.

— Но я отчётливо слышал его голос! — возразил я.

— Не знаю, — серьёзно ответил китаец. Я не понимаю, как ты стал тяжёлым, как пророс корнями. И вообще, что это обозначает?.. Я не чувствовал, чтобы ты применял магию. Твоя чёрная ци была практически на нуле, а золотая силой не обладает.

Некоторое время в комнате висело молчание. Но потом Мо Сянь встрепенулся и быстро сказал:

— Очень важный момент. Чёрное ядро силой обладает! А значит, её можно развивать. И можно даже попробовать расти по уровням. И я вам, молодой господин, в этом могу помочь, если хотите, конечно. Что касается золотого ядра… После ваших слов, молодой господин, я уверен, что его тоже нужно развивать. Но уже с дедом Радимом. Тут я вам помочь ничем не могу.

Если честно, я испытал некоторое разочарование. Всё равно всё свелось к тому, к чему я и так уже пришёл: утром тренировка в деревне, вечером — с Мо Сянем.

Да, конечно, сейчас картина была более точная… Было понятно, что там у меня с силой происходит, и чего можно ждать. Надеюсь, что понятно. Потому что тёмных пятен оставалось до фига!

Я усмехнулся — забавный получился каламбур: чёрное ядро в груди и тёмные пятна в познании…

Но развить свою мысль я не успел. Открылась дверь и вошла Матрёна с подносом, на котором стояла небольшая супница, из которой торчал половник, корзинка с хлебом и чистая тарелка с ложкой.

Девушка с любопытством глянула на нас, мол, о чём мы тут без неё разговариваем. А потом подошла к столику и начала готовить мне еду — назвать процесс наливания супа из супницы в тарелку сервировкой у меня язык не повернулся.

Закончив приготовления, Матрёна поклонилась и сказала:

— Пожалуйте, барин, перекусить.

Пока я раздумывал вставать или нет, Матрёна подхватила тарелку и ложку и приготовилась кормить меня с ложечки.

Это было уже слишком, и я встал с кровати и подошёл к столу. Правда, Мо Сяню пришлось меня придерживать, потому что меня качало.

Отправляя в рот ложку за ложкой и чувствуя, как силы прибывают, я спросил:

— Как там Глеб с Данилой? Наверное, совсем заскучали?

И вдруг увидел, что Моя Сянь и Матрёна как-то нехорошо переглянулись и замолчали.

— Что с ними?! — тут же насторожился я.

Неужели парни всё-таки влезли в драку и пострадали? Да я же себе никогда не прощу, что из-за меня пострадали друзья настоящего Владимира. Причём, хорошие друзья!

— С ними всё в порядке, — ответила Матрёна так, что я насторожился ещё больше.

— Тогда позови их, — сказал я, поняв, что добиваться у Матрёны что же произошло, бесполезно.

А в том, что что-то произошло, я не сомневался.

— Не получится позвать, — со вздохом ответила Матрёна.

Я отложил ложку и отодвинул тарелку — есть я больше не мог.

— Почему не получится?

Объяснять взялся Мо Сянь.

— На следующий день после праздника, молодой господин, за вашими друзьями приехали их родители и забрали Глеба и Данилу по домам.

Я было выдохнул — с парнями всё в порядке, они в безопасности, всё хорошо. Но Мо Сянь продолжил:

— Парни хотели остаться, дождаться, пока вы, молодой господин, выздоровеете, но родители были непреклонны. Они в один голос заявили, что оставаться рядом с самоубийцей, перешедшем дорогу клану Волковых, они своим детям не позволят.

Загрузка...