Россия против США

Глава 10. Управление Терроризмом

Интересно, что слово Терроризм в советские времена не содержало негативной коннотации. Так называли борцов с капитализмом, колониализмом и прочими гадкими порождениями Запада

КГБ рассматривал терроризм, как обычный инструмент политической деятельности. Внутри КГБ даже существовало соответствующее Управление, ориентированное на проведение активных операций — террористических.

КГБ приложил руку и к Красным бригадам, и к Ирландскому сопротивлению, и ко многим другим террористическим образованиям, но любимым детищем КГБ всегда оставалось Палестинское движение сопротивления.

Ликвидация КГБ, раскрытие архивов КГБ, суд над КПСС, которые планировались Ельциным на первом, демократическом этапе его политической деятельности превратились быстро в благие намерения и уже в 1994 году Ельцин активно привлекал «профессионалов разведки и международной деятельности» в свой круг. Ближайший друг и охранник Бориса Ельцина Александр Коржаков с гордостью демонстрировал журналистам удостоверение сотрудника КГБ даже в самые «демократические» времена.

Ближайшим соратником Бориса Ельцина стал один из руководителей КГБ Евгений Примаков, отец теории и практики терроризма на Ближнем Востоке, друг Саддама Хусейна, Муаммара Каддафи, друг и учитель почти всех руководителей Палестинского движения сопротивления, которого Арафат нежно называл «Мой Учитель Раис».

Многое, очень многое в сегодняшнем мире было бы иным, если бы все грязные дела КГБ были публично расследованы и осуждены, а агентурные сети, созданные еще во времена СССР, не продолжали бы воспроизводиться новыми поколениями террористов и чекистов.

Повторюсь, главная информация, которую я привез директору ФБР в октябре 1999 года, содержала сведения об участии в подготовке терактов Бен Ладена и Аль-Каиды специалистов ГРУ и ФСБ. Возможно, именно эта часть сообщения, а не «торпедирование гражданскими самолетами небоскребов» показалась специалистам ФБР наиболее невероятной и невозможной.

В 1983 году меня пригласили на кафедру математики и вычислительной техники Московского института инженеров землеустройства. Я читал лекции по вычислительной технике и математическим методам. Меня предупредили, что в потоке будет большая группа палестинцев, которых готовят военные специалисты, но им нужна и гражданская специальность. Иногда они будут уезжать на военные сборы. Просили относиться благосклонно к их знаниям в моей области. Это означало, что оценки «неудовлетворительно» на экзаменах не допускались. Ни до, ни после у меня не было случая, чтобы прямо на лекции студент встал и стал бы объяснять своим палестинцам и русским студентам, что профессор еврей ничему хорошему научить их не может.

После немотивированного нападения России на Украину в 2014 году, захвата Крыма и части территории на Востоке Украины, гибели десятков тысяч украинцев, которых в России предыдущие 100 лет называли братским народом, в Украине родилась теория психо-физиологических особенностей русских, которые заставляют их быть агрессивными без повода и слишком жестокими.

Вероятно, это не так. Скорее, надо говорить об исторических корнях и процессах, которые превратили терроризм в составляющий элемент коммунистической идеологии и ментальности сторонников коммунизма. Корни терроризма действительно принадлежат истории революционного движения в России.

Во второй половине 19 века в Российской Империи образовалась партия «Народная Воля», которую возглавляли Софья Перовская и Андрей Желябов. Их называли народовольцами или народниками. Основная идея партии состояла в необходимости «идти в народ», чтобы пропагандировать там социалистические идеи.

Российские либералы в современном американском смысле не имели тогда сети университетов, проповедовавших социализм. Хождение народников в народ быстро потерпело фиаско. Необразованные крестьяне и рабочие с удовольствием передавали агитаторов полиции. Тогда и родилась концепция терроризма, как единственного инструмента, способствующего социальному прогрессу.

В России образовались десятки боевых организаций, подготавливающих и осуществлявших покушения на государственных чиновников и, в конце концов, на царя.

Вскоре в тюрьмах оказались сотни участников террористических организаций, которых тогдашнее общество называло политическими заключенными.

Зачаточное состояние сознания общества привело к тому, что после покушения на петербургского градоначальника Ф. Ф. Трепова, к которого террористка Вера Засулич произвела два выстрела прямо в его офисе, в 1878 году она была ОПРАВДАНА СУДОМ под восторженные крики либеральной общественности и демонстрации поддержки.

Даже в современной России именами известных террористов названы города, улицы и предприятия.

Традиции и практику эффективной террористической деятельности российские коммунисты использовали как до революции 1918 года, так и после нее. В бэкграунде практически каждого крупного политического деятеля большевистской России было участие в боевых террористических группах.

Поддержка Украины – важная часть работы российских правозащитников при Путине.

Основатель КГБ в 1918 году, который тогда назывался ВЧК, польский коммунист Феликс Дзержинский пришел к большевикам прямо из военно-революционной, террористической организации.

Руководитель СССР Иосиф Сталин был в дореволюционное время участником и организатором многочисленных «эксов» — актов экспроприации, проще говоря, грабежей банков.

Слово терроризм в первоначальный период советской власти было настолько приемлемо и допустимо, что один из первых декретов советской власти 1918 года так и назывался — «О красном терроре».

Традиции и практику террористической деятельности советские чекисты с гордостью пронесли до момента развала СССР. Короткий демократический период в России сотрудники КГБ искали себе нового применения. И уже в 1995 году начали массово возвращать себе утерянные позиции, а в 2000 году просто пришли к власти в России. И, похоже, уходить пока никуда не собираются.

Современная концепция российской власти, власти чекистов не предполагает открытой поддержки терроризма. Более того, уголовное законодательство заполнено статьями по борьбе с терроризмом. Правда, терроризмом чекисты теперь называют любую оппозиционную и правозащитную деятельность. Довольно активно применяется статья об «оправдании терроризма». Как очевидно, оправданием терроризма является любая поддержка тех, кого власть квалифицировала, как террористов.

Чтобы не запутаться в определениях, чекисты разделяют две формы терроризма — внутренний и международный. Нетрудно догадаться, что современные теракты, которые проводятся ФСБ, ГРУ, ФСО, несколькими «частными организациями» наемников, российской разведкой ни под какое из этих определений, по мнению Кремля, не подходят.

Ну, а по поводу настоящего терроризма, актов терроризма, которые становятся известны всем, отравлений в Лондоне и Софии, убийств в Африке и Сирии, взрывов в Украине и в Грузии, захвата территорий в Украине, Грузии, Молдове, сбитых малазийского, польского и украинского самолетов, поставка оружия террористическим организациям, поставка ракетных и ядерных технологий террористическим режимам, финансирование самых отчаянных террористов оправдание незамысловатое — «это не мы».

Сложный и быстрый путь от участника G8 до наименования спонсора терроризма, как оказалось, можно пройти всего за один год.

Традиционный, тривиальный терроризм отнюдь не высшее достижение современной российской власти.

Новые инструменты террористической деятельности активно осваиваются наследниками первых чекистов, использовавшими примитивные инструменты — ледоруб, колотушку и маузер.

Теперь в руках у кремлевских преступников кибер-инструменты, средства гибридной войны и пропаганда.

Эти различные инструменты не зря оказались рядом. Их сочетание дает значительный кумулятивный эффект, давно замеченный профессионалами пропаганды и провокации.

На одном из семинаров экспертов, организованном «Открытой Россией» М.Ходорковского в октябре 2016 года по продвижению молодых политиков участвовали и кремлевские пропагандисты. По области их интересов, по специфическим замечаниям быстро стало понятно, что это именно те люди, которые настраивают одну из пропагандистских кампаний, создают установки для фабрик троллей.

В кулуарах семинара я сделал комплимент одному из этих участников:

— Прошли времена малоэффективных советских пропагандистских радиопрограмм Иновещания. Воздействие современных пропагандистских кампаний качественно выше.

— Если бы вы только могли себе представить, насколько выше. Некоторые разработки в области воздействия на общественное сознание, которые мы используем, вполне могли бы претендовать на Нобелевскую премию. По эффективности они превосходят все виды оружия, которое использовало человечество до настоящего времени. Но изобретатель динамита, Альфред Нобель решил не вручать премий за изобретения новых видов оружия.

Новое кибер-оружие начало быстро осваиваться в России. В 2014 году приказом министра обороны были созданы Войска информационных операций. Одна из первых их операций была поддержка абсолютно террористического захвата Крыма «зелеными человечками», которые «никакого отношения к российской армии не имели», пока не подошло время президенту Путину объявить принадлежность Крыма России.

Ещё до захвата Крыма я и несколько экспертов кричали о подготовке такой операции. Журналисты задавали вопросы американским спецслужбам.

— У нас нет никакой информации, свидетельствующей об этом, — был ответ.

Правда, после захвата Крыма, несколько умников из think tanks, близких к спецслужбам, сообщили, что информация все-таки была, но сдерживалась по политическим соображениям.

Какая была информация? Кем сдерживалась? Каковы были политические соображения? — Ответов на эти вопросы до сих пор нет.

Подробнее о кибертерроризме необходимо говорить в отдельном исследовании. Здесь же достаточно подчеркнуть, что российский вариант кибертерроризма — это уникальное сочетание собственно террористической деятельности, гибридных методов ведения войны и пропаганды.

Основной инструмент кибертерроризма — разработанные группами специалистов в разных областях (военных, психологов, пропагандистов, информационщиков…) так называемых УСТАНОВОК, которые продвигаются в информационное пространство.

Довольно часто это интересная конспирологическая теория, продвижение которой необходимо для решения побочных задач.

Так, например, в 2018 году мы заметили активное продвижение российскими фабриками троллей установки, которая содержала теорию заговора ЦРУ в событиях 9/11. То есть не было никакого Бин Ладена, никакой Аль-Каиды, ЦРУ своими силами взрывала небоскребы.

Похоже, что это была попытка связать возможные будущие обвинения российских спецслужб в причастности к событиям 9/11 с конспирологическими теориями, теориями заговора. Неглупо.