Сдайся мне

Глава 39

Лейла

Животный страх сковывает нутро. В первые секунды я просто парализована, наблюдаю за всем, словно со стороны. А потом реальность бьет наотмашь. И я чувствую мерзкие руки мужчин на себе. Я кричу, но рука урода слишком сильно прижимается ко мне. Я пинаюсь, пытаюсь вырваться, но мне не дают, слышу треск ткани. Слезы катятся по лицу, я чувствую себя такой слабой и беззащитной.

— Породистая, сучка, — хмыкает один из них. — Красивая, — ведет рукой по моей ноге.

— И, наверно, сладкая, — говорит тот, что держит руки и закрывает рот. А потом… Касается языком моей щеки. Я кричу от отвращения в его ладонь, он смеется. — Сладкая, сейчас мы тебя везде попробуем.

Меня начинает тошнить. Каждое касание, словно нож в сердце.

Пусть не трогают, не трогают, не трогают…

Не время паниковать, нужно думать… Но я не просчитываю ничего, действую на инстинктах. Я ударяю урода ногой по лицу, что есть силы. Чувствую, как каблук разодрал его щеку. Он не ожидал от меня такого. Заорал и отшатнулся назад. Из-под ладони, что прижимал к щеке, начала течь кровь. Я бы улыбнулась, если бы могла, если бы не было так страшно.

— Тварь! Все, тебе п*зда, — кричит мне в лицо второй и замахивается кулаком, чтобы ударить.

Я закрываю глаза, чтобы не видеть…

И тут дверь слетает с петель. Я открываю глаза и вижу Адама. Облегчение затапливает меня с головы до ног. Он похож на Ангела Смерти. Цепко смотрит на картину перед собой. Достает из кармана нож и перерезает горло первому ублюдку. Я никогда не видела смерть так близко. Это не так, как показывают в фильмах. У смерти особенные звуки. Кровь брызжет во все стороны, мужчина еще не понял, что произошло, хватается за горло и хрипит так странно. А потом валится на пол, продолжая издавать булькающие звуки, а через несколько мгновений наступает тишина.

Чувствую, как второй меня уже давно отпустил, и в ужасе смотрит на своего друга.

— Ты труп! Ты хоть знаешь, кто мы? Я… — договорить он не успел.

Адам оказался рядом и воткнул нож ублюдку под подбородок, все это происходило буквально в считанных сантиметрах от меня. Я вздрогнула и во все глаза смотрела, как жизнь покидала и второго мужчину. Наверное, я в шоке, потому что не испытываю вообще никаких эмоций сейчас.

Супруг аккуратно касается моего лица, я вздрагиваю и смотрю на его окровавленную руку.

— Почему ты второму не перерезал горло? — спрашиваю я первое, что пришло в голову.

— Не хотел запачкать кровью твое платье, — ответил муж. — Ты как, принцесса?

— Н-нормально.

— Сильно испугалась?

— Да, — смотрю на Адама, и глаза наполняются слезами.

Он без слов обнимает меня. И только сейчас я чувствую себя в безопасности. Рядом с ним. Меня трясет, и зуб на зуб не попадает. Адам гладит меня по спине, а я слушаю успокаивающие удары его сердца. Я даже не хочу представлять, что могло произойти.

— Я хочу домой, — говорю я. — Мы можем сегодня улететь?

— Улетим.

Я облегченно выдыхаю и тогда слышу пронзительный женский крик.

— Бл*ть, — говорит Адам, снимает с себя пиджак и накидывает мне на плечи. — Сейчас начнется.

Я все еще заторможена, не могу понять, о чем он говорит. А потом в туалет заходят мужчины. Я дергаюсь, и Адам берет меня за руку, успокаивая. И только тогда понимаю, что это семейство Имановых.

— Что здесь произошло? — спрашивает пожилой мужчина, отец Теомана.

— Эти свиньи посмели дотронуться до моей жены. Вы сами знаете, что мы делаем с такими ублюдками, Алим.

Воцарилась тишина.

— Лейла, с тобой все нормально? — обратился ко мне Тео.

Я не доверяла своему голосу, просто кивнула.

— Арслан будет недоволен. Это был его старший сын, — Миран пнул ногой того, с перерезанным горлом.

— Хоть какое-то развлечение на свадьбе, — пробормотал Тай.

— Пропустите! Немедленно отошли! — кто-то кричал за дверью.

А через несколько секунд внутрь зашли двое мужчин. Один постарше, а второму лет двадцать, не больше. Старший сразу же рухнул на колени возле сына. И из его горла вырвался вопль боли, от чего по моей коже побежали мурашки. Мне стало его так жаль. Терять ребенка — это ужасно… Но его сын был настоящим ублюдком. Я поняла, что не испытываю ни капли жалости к убитым. Наверное, со мной что-то не так. Рука Адама крепче обхватила мою ладонь.

— Кто… — прохрипел мужчина, а потом встал на ноги и заорал так, что заложило уши. — КТО⁈

— Арслан, успокойся, — сказал Иманов старший.

— Не смей успокаивать меня! Я потерял сына! На вашей территории, под вашей защитой! Я требую справедливости!

— Справедливости? Твой щенок чуть не изнасиловал жену…

— Мне плевать! Пусть бы изнасиловал! Что станет с ее дыркой⁈ Она тупая баба, сама, наверное, ноги хотела раздвинуть.

Я отшатываюсь от его слов. А я его еще и жалела! Теперь понятно, в кого его сын такой ублюдок.

Адам рядом со мной напрягается. Кажется, сейчас всей их семейке придет конец. Супруг делает шаг вперед, но Алим его останавливает. Муж замирает, но его тело вибрирует просто от гнева, я чувствую его на своей коже.

— Ты! Это твоя свадьба, — он тыкает пальцем в Теомана. — Ты должен…

Тео хватает мужчину за палец и выкручивает. Слышится хруст и крик Арслана, но Иманов не останавливает. Он снова и снова выкручивает палец, пока не показываются кости, и не начинает течь кровь. А я не могу оторвать взгляда от этого варварского действия. Он… Он оторвал ему палец голыми руками. Я росла в окружении отца и его братьев, я замужем за Адамом и много чего знаю о жестокости. Но никак не привыкну к ней.

Арслан кричит и баюкает ладонь другой рукой. Иманов старший улыбается и вплотную шагает к мужчине.

— Твой сын ублюдок, и поступили с ним так, как он того заслужил. А ты не сотрясай воздух. Ты хоть знаешь, ЧЬЮ жену он тронул? Нет? Я тебе скажу, дорогой. Это жена Адама Ибрагимова, знаешь такого? По глазам вижу, что знаешь. Даже если бы она и не была его женой, то мы не обижаем наших женщин. Он заслужил смерти только за одну мысль, что может творить такое на моей территории. А теперь я спрошу у Лейлы, — мужчина смотрит на меня и улыбается по-отечески. — Лейла, дорогая, как думаешь, семья ублюдка, оскорбившего тебя, должна нести наказания за его грехи?

Я моргнула несколько раз, чтобы удостовериться в реальности происходящего. Это просто сюр какой-то… Меня окружают жестокие мужчины, готовые убивать, и спрашивают, что Я думаю?

Они хотят, чтобы я решила судьбу целой семьи?