Сдайся мне

Глава 54

Лейла

Пульс грохочет в ушах так громко, что я ничего не слышу. Адам так серьезен… Я даже не знаю, хочу ли я услышать его историю. Сомнений нет, то, что я услышу, повергнет меня в шок. Но я должна знать. Сажусь на диван и не знаю, куда деть руки, я так нервничаю.

— Может, выпьем? — спрашиваю я.

— Может.

— Кофе? — что-то не хочу пить алкоголь, нужна ясная голова.

— Давай.

Мы вновь идем на кухню. Я делаю Адаму американо, а себе латте, ставлю чашки на стол.

— Рассказывай.

— Без имен и подтверждения информации, — тут же предупреждает Ибрагимов.

— Хорошо.

Адам делает глоток кофе, а потом с силой проводит ладонями по лицу.

— Блять, я столько дерьма в жизни сделал, даже не знаю, с чего начать.

— С начала.

— У меня был друг, — хмыкает мужчина.

— Так начинаются многие истории, — не могу сдержаться я.

Градус напряжения начал немного спадать. Уже стало комфортней. Но я до сих пор щипаю себя, приводя в чувства, убеждаюсь, что это реальность, что Адам со мной, с нами.

— Наверное, начну с самого начала. Моя мать была шлюхой, а отец — один из ее клиентов, не знаю даже. Мать снаркоманилась и за дозу готова была продать и нас. Мне было пять, Тамиле — четыре, я уже тогда понял, что нужно уходить. Мы с сестрой всегда были одни. Выживали на улице. Я рано узнал, что если хочешь жить и жрать, то должен быть сильным. Я всегда защищал сестру. Оберегал, как мог. А потом у меня появился друг. Вот так начну. Мы занимались всякими грязными делами, пока у нас не появился… Даже не знаю, как назвать. Наставник и спонсор. Именно тогда я стал наемником. И у меня хорошо получалось. Мне нравилась моя работа. У меня хорошо получается убивать. Мы создали отряд и брались за самые сложные дела. Это бизнес. А в бизнесе дружить нельзя. У нас случился разлад, и мой «друг» ушел. Я его отпустил, хотя должен был убить. Одна ошибка привела к тому пиздецу, в котором мы оказались.

— Он был твоим другом, так бы поступил любой, — сказала я.

Я чувствовала, что Адам корит себя за это. Но прошлого не изменить. Нужно жить дальше.

— Если бы я знал, что у меня появишься ты, то я убил бы каждого, кто встретился бы на моем пути, — серьезно сказал бывший муж.

У меня мурашки побежали по коже. Он говорил на полном серьезе. У меня перехватило дыхание. Это признание говорит громче любых слов о любви.

— Что случилось потом?

— Потом объявился «друг». Он окреп, нашел других единомышленников и решил, что пришло время для мести. Ты сама попала под раздачу.

— И ты решил вернуть меня отцу.

— И я решил вернуть тебя отцу.

Мне до сих пор невероятно больно от этого. Он не просто вернул меня. Растоптал. Убил. Я сдохнуть хотела в то время.

— Я даже и предположить не мог, что он посмеет выступить против меня, и что у нас заведется крот. Все, что я строил годами, начало рушится. Я сомневался в каждом человеке. Я пытал и убивал, чтобы добиться правды.

— Зачем подстроил свою смерть? Заставил меня поверить?

— С такой работы, как у меня, просто так не увольняются. Только вперед ногами. Мне пришлось умереть, чтобы вернуться к тебе и к Мелисе.

— Почему так долго не появлялся? — прошептала я.

— Я спрошу один раз: ты хочешь знать всю правду? От начала и до конца. Хочешь знать, что я сделал, чтобы вернуться к вам?

Я вздрагиваю и стискиваю чашку в руках. Адам слишком хорошо меня знает. Он знает, как я ненавижу насилие. Всей душой. Я очень тяжело переношу все кровавые подробности. Уверена, я буду постоянно прокручивать все в голове…

— Не хочу, — твердо отвечаю и встречаюсь взглядом с бывшим супругом. — Я знаю, что ты сделал все необходимое.

— Абсолютно все, принцесса, даже не сомневайся.

Мы замолчали.

Просто смотрели друг другу в глаза. Заново узнавали. Прошло слишком много времени. Оба изменились. Вроде все такие же родные, но в то же время чужие. Я каждую минуту училась жить без него, рассчитывать только на себя, а теперь что? Я не знаю. Ничего не знаю

— Ты приходил в больницу? Когда я родила? Это был ты?

— Я, — улыбается. — Ты даже представить не можешь, как я хотел остаться. Ты такая сильная у меня. Посмотри, как ты справилась. Какая Мелиса красавица и умница.

Его слова цепляют струны моей души. Оголяет нутро.

— Я так сильно старалась быть хорошей мамой. Но… Я помню, когда ей было два месяца, я постоянно хотела спать… Я кормила ее грудью и заснула, всего на секунду закрыла глаза, и меня просто вырубило. Проснулась от того, что Лиска плачет, заходится криком. Оказывается, я уронила ее. Хорошо, что везде было мягко. Но я тогда так испугалась. Плакала вместе с ней, просила прощение. Много таких случаев. Я не хорошая мама, но я стараюсь изо всех сил. Ради нее. Ты же сам видел, какая она классная, — сама не поняла, как плакать начала.

Адам встает со своего места и… Обнимает меня. Такой простой жест, а я ломаюсь. Я такая слабая рядом с ним. Чувствую, как неистово бьется его сердце. В его объятиях надежно и спокойно. Такое чувство, что я вернулась домой после долгого отсутствия. Он самый родной и близкий мой человек. Но мне так страшно, что он опять пропадет…

— Пообещай, что ты больше никуда не пропадешь, — говорю глухо, вытираю слезы и смотрю в его лицо. — Лиска привыкнет… Не смей так поступать. Если ты не покончил с той жизнью, то уходи сейчас. Я не дам обижать дочь, понятно?

— Понятно, принцесса. Я насовсем, — гладит меня по щеке. — Но у меня ничего нет. Ни денег, ни недвижимости, ни работы. Мне даже спать негде.

Адам оставил все свои деньги мне.

— Можешь устроиться таксистом.

— Думаешь? — хмуро смотрит.

А я не могу сдержаться хихикаю.

— Можешь спать на диване… Адам, а потом что? — все же спрашиваю.

Я прекрасно понимаю, что он не отступит, и мы снова будем вместе. Не сейчас. Со временем. Сейчас я не готова. Слишком все остро еще.

— Ты же хотела жить нормально. Вот и будем пробовать.