Секретарь Дьявола

ГЛАВА 45.

Василиса

Чем ближе такси приближается к Димкиной квартире, тем больше возрастает мое волнение. Весь полет я размышляла и рассуждала с чего начать, но так и не подобрала нужных слов. Испытав дикий страх потерять Германа, я вроде бы набралась дополнительной смелости, но сейчас, оставшись одна, я снова трушу.

Подъезжаем к подъезду, благодарю водителя и выхожу из машины. Осматриваюсь по сторонам, во дворе никого нет, время еще ранее, бросаю быстрый взгляд на знакомые окна и медленно направляюсь к двери. Димка должен быть еще дома.

Нервно сжимая в руках ремешок сумки, вхожу в лифт и шумно выдыхаю. Разговор будет непростым. Стальные двери открываются, но я не могу сделать шаг вперед. Все тело сковал ужасающий ступор.

Надо, Василиса, надо это сделать. Резко, словно сорвать пластырь с кровоточащей раны. Испытать дикую боль, а потом погрузиться в спокойствие и понять, что теперь нашим отношениям с Германом ничего не грозит.

Еще минуту уговариваю себя и решаюсь выйти из кабины. Тихо вставляю ключ в замочную скважину и попадаю в квартиру.

- Вася? – удивленно вскрикивает Димка, следующий из кухни в комнату.

Он радостно улыбается, подходит ко мне и крепко обнимает. Дыхание перехватывает, громко сглатываю, чтобы избавиться от огромного кома в горле.

- Ты почему здесь? – смотрит мне прямо в глаза. – Сегодня же понедельник.

Стараюсь улыбнуться, но мимические мышцы меня не слушаются.

- Дима, нам надо…, - запинаюсь, язык начинает неметь, да что ж все тело меня предает, словно нарочно вставляет палки в колеса. – Нам надо серьезно поговорить.

Блин, как же больно даже думать об этом. Жалостливо смотрю на его серьезное лицо. Передо мной стоит не просто человек, не просто жених, а друг, с которым я выросла, с которым я попадала в разные передряги, с которым связано мое прошлое. И сейчас нашей долгой дружбе придет конец.

Засовываю дрожащую руку в карман пуховика, нащупываю тонкое колечко, достаю его и молча кладу на тумбочку. Димка внимательно наблюдает за моими движениями, затем переводит на меня озадаченный взгляд.

- Дим, я не выйду за тебя замуж, - произношу быстро и без запинки.

Его лицо тут же бледнеет, с огромной силой заставляю себя смотреть на него, хотя очень хочется спрятаться от пронзающего взгляда.

- Что? Почему?

- Прости, Дим, я не могу, - слезы выступают на глазах, голос дрожит, - я не люблю тебя. Точнее люблю, но как друга или брата.

Он ошарашен, смотрит на меня и даже не моргает.

- Прости, - шепчу и стираю первую слезинку, упавшую с ресниц.

- Прости? – возмущается, и его брови съезжаются на переносице. – Василиса, это не похоже на тебя, ты не можешь так поступить! – нервно проводит рукой по своим волосам и отходит от меня. – Кто тебя надоумил на это? Твоя подружка Маринка?

- Нет, - тут же возражаю, - она здесь не причем, никто не причем.

Бросаюсь к нему, но он быстро пятится назад. Правильно, я не должна его касаться. Хотя очень хочется обнять, я ведь допускала мысль, что он меня возненавидит.

- Я понял, - истерично хмыкает и ставит руки на пояс. – У тебя кто-то появился, да?

Молчу, не думала, что разговор зайдет в это русло.

- Тебе не кажется, что я имею право знать, - строго давит на меня.

- Да, - произношу тихо и опускаю виноватый взгляд в пол.

Димка вспыхивает еще больше и начинает расхаживать из стороны в сторону. Он о чем-то думает, в квартире царит тишина, от которой все внутренности скручиваются в болезненный узел.

- То есть ты приехала, чтобы разорвать нашу помолвку из-за месячного романа? Вильнула хвостом и перечеркнула все, что у нас было?

Его слова беспощадно бьют прямо в сердце.

- Я виновата, прости, - глотаю поток слез, который не в силах сдержать, - прости меня, Дим!

Он осматривает меня с головы до ног, отчетливо вижу, как он меня презирает.

- Я сейчас уйду на работу, а когда вернусь, хочу, чтобы тебя и твоих вещей здесь не было, - злобно цедит. – Ключи оставишь в почтовом ящике.

Вот и все. Пластырь сорван. Только почему-то мне не становится легче. Все мои чувства обострились еще больше, я ощущаю давящую боль в груди, я слышу, как бешено стучит мое сердце, я испытываю огромный стыд за свое поведение.

- Хорошо, - киваю головой и спешно направляюсь в спальню, чтобы поскорее собрать свои вещи и навсегда убраться отсюда.

*****

Опять такси. Вот только теперь моя дорога направленна в аэропорт. Я уже немного успокоилась, сижу на заднем сидении с откинутой головой и закрытыми глазами. Слышу, как вибрирует мобильный, достаю его в надежде, что это Герман, но на экране мигает фотография тети.

Надо же, как быстро ее оповестили. Вспоминаю слова Маринки, что Димка – маменькин сынок и наконец-то соглашаюсь с ее версией. Уже успел позвонить мамочке и пожаловаться, что злая Василиса его обидела, не захотела замуж за него выходить.

Ой, что сейчас будет!

Только нажимаю на зеленый кружок, принимая вызов, как на весь салон автомобиля раздается оглушительный крик.

- Как ты могла? Это правда? Ты понимаешь, как ты меня подставила перед Виолеттой? А ну-ка быстро возвращайся.

Ее слова меня раздражают, а еще больше злит то, что она не интересуется моими чувствами, ей плевать на мою жизнь, ей важнее, что подумает о ней ее драгоценная подруга Виолетта. Видимо, пришло время показать свои зубки.

- Уймись, тетя, я никуда не вернусь, - дерзко огрызаюсь, прерывая ее словесный понос. – И не надо лезть в мою жизнь!

Резко отключаюсь и чувствую прилив сил, наконец-то позволила себе сделать то, что хочу именно Я. Оказывается, это классно.

Пока ожидаю рейса в аэропорту, звонит дядя. Не могу предугадать его реакцию: будет орать как тетка или поймет?

- Алло, - отвечаю резко.

- Васенька, с тобой все в порядке? – взволнованно спрашивает и мой воинственный настрой быстро проходит.

- Да, - говорю спокойно.

- Хочу сказать тебе одно, я с тобой и готов поддержать любое твое решение.

Улыбка растягивается на губах.

- Спасибо, дядя, мне очень важно это знать.

Больше он не задает никаких вопросов, не пытается читать нотации, не произносит пламенных речей, а тепло прощается, и я снова погружаюсь в шумную атмосферу аэропорта.

*****

С трудом дождавшись багажа, быстро выбегаю в общий зал и сразу же ищу глазами Германа. Перед вылетом мы немного переписывались, и он пообещал, что встретит меня. Судорожно рассматриваю толпу и наконец-то натыкаюсь на зеленый омут. Такой родной и любимый.

Он улыбается, и я тут же лечу в его теплые объятия, утыкаюсь в крепкую грудь, ощущаю его цепкие пальцы, прижимающие меня сильнее. Было так хреново на душе, но сейчас, все волнение и негативные эмоции от непростого разговора сходят на «нет», я снова чувствую себя в безопасности.

И впервые за четыре месяца осознаю, что я - дома.