Василиса
Наступил теплый май. Сижу во дворе и с удовольствием ем шоколадное мороженое в вафельном стаканчике. Наконец-то врач позволила мне немного полакомиться, а то в последнее время сильно набрала. С интересом рассматриваю людей, проходящих мимо, и болтаю ногами, лавочка тут какая-то высокая, еле забралась на нее со своим пузом.
Перевожу взгляд на многоэтажку, в которой сейчас живу. Да, моя квартира маленькая, но мне хватает. Район не богатый, зато соседи добрые и приветливые, так что меня все устраивает.
Нужно ли вам говорить, что как только я вернулась в Москву, тетка меня, естественно, не приняла? Даже на порог не пустила, а потом звонила и злорадствовала, что в подоле принесла. Первое время жила у Маринки, устроилась в ту же фотостудию, в которой работала до встречи с Германом. Сейчас уже тяжело с животом, но я все равно принимаю по несколько фотосессий, чтобы отвлечься от удушающих мыслей.
Пока работала у Германа секретарем, он щедро платил, потом исполняла заказы его богатых друзей, так что мне удалось накопить денег, которые очень помогли мне в первое время, и я быстро нашла себе съемную квартиру. Маринка меня уговаривала остаться у нее, но я прекрасно понимала, что она молодая свободная девчонка, которой нужно устраивать свою личную жизнь. И только когда я вышла из депрессии, она со спокойным сердцем помогла мне перевезти все вещи.
В ноябре приехал Филипп, отдал документы на машину и, оказалось на мое имя открыт счет в банке с огромной суммой. Герман знал, что все так будет, поэтому все заранее подготовил и позаботился о том, чтобы я ни в чем не нуждалась во время его отсутствия. Но я ни рубля оттуда не взяла, а машину попросила Юлю отогнать к родителям в гараж. Там она и стоит, ждет своего часа. Когда Герман вернется, обязательно сяду за руль своей ласточки. Без него мне ничего не нужно, все эти блага никогда не заменят мне любимого.
Тогда же от Сергея узнала, что незадолго до облавы на офис, Герман переписал компанию на имя друга, так что теперь он там руководит. Было сложно не заметить, как амбициозно горели его глаза, когда он рассказывал об этом. Наверное, Герман принял верное решение, все же Сергей хороший юрист, он отлично знает работу компании и сможет удержать разогнавшийся локомотив на рельсах, пока нет настоящего хозяина.
С дядей постоянно на связи, видимся часто. Он никак не может поверить, что скоро станет дедушкой, с каждым днем его внимание ко мне становится все активнее и активнее, переживает как за родную дочь. А тетка до сих пор не может простить, что я Димку бросила. Но я не держу на нее зла, Бог ей судья. Зато родители Германа постоянно звонят, волнуются за меня и за своего внука. Даже приглашали переехать жить к ним, а я не могу. Там все напоминает о Германе, я еще слишком эмоциональна, чтобы вновь окунуться в счастливое прошлое и пережить дикую боль внезапной утраты.
Чувствую легкий спазм внизу живота, и капля растаявшего мороженного падает на кофту.
Вот черт! Сиськи уже выросли, целых два бидона, надеюсь, что малыш родится с хорошим аппетитом, иначе я не выдержу постоянных приливов молока. До срока осталась неделя, скоро он появится на свет. Наш сынок. Притягиваю к себе рюкзак и достаю пачку влажных салфеток, отправляю оставшееся мороженое в рот и начинаю аккуратно вытирать пятно. Когда справляюсь с этим недоразумением, хочу слезть с лавочки и выбросить испачканную салфетку в урну, но взгляд цепляется за знакомый силуэт, и я замираю на месте.