Юля
Колосов лежит на диване в зале перед телевизором и смотрит с Алиской мультики.
Я тушу мясо и делаю картофельное пюре.
Нервозность и разочарование отсутствием долгожданного одиночества на своей территории постепенно сменяются в моей голове рациональностью.
Быть с ребенком постоянно одной - очень утомительно. И вовсе не потому, что за ним нужно ухаживать. Вы просто друг другу надоедаете. Дочке хочется играть, играть, играть, а твой эмоциональный ресурс ограничен. Хочется о чем-то подумать, поработать, помечтать. Да в конце концов, просто помолчать. Вот как сейчас…
Прислушиваюсь к происходящему в гостиной. Здесь она как и у Колосова совмещена с кухней, но только имеет чуть меньшую площадь.
-Не, ты видела, да? - Искренне негодует майор, обращаясь к Алиске. - Розовая эта свинья у зайца пирожное украла и съела.
-Ааа! Ууу!- Воинственно вторит ему дочь. Верещит от эмоций и заливается смехом.
-Надо этого зайца отшлепать.
-Попе! - Уливительно вовремя вставляет Алиска.
-Да, именно по попе. - Кивает майор. - И без конфет на неделю оставить.
-Тета! - Повторяет мелкая.
-Да, именно она, - отвечает Колосов. - Ты любишь конфеты?
-Дя! - Хитро.
Колосов смеется.
-И я люблю. Ложись, будем дальше смотреть.
Я перевожу взгляд на часы. Восемь вечера. Это они уже почти два часа тусят.
Сначала складывали пирамидки, потом лечили собаку на подушке, теперь вот обсуждают зайца. И это все выполняет майор лёжа! Магия! Я слышала, что мужчины на подобные фокусы горазды. Вот только почему у женщин так не выходит?! Хоть бы разок за день прилечь!
Вставать Колосову нельзя. Кровь останавливалась долго и шла обильно. Мы пол пачки ватных дисков израсходовали.
Потому, совесть не позволила мне выставить его на улицу сразу. Да и куда в таком состоянии за руль? За окном почти ночь…
Мне хочется махнуть рукой на все и предложить Тимуру остаться с нами на ночь. Но это уже перебор!
Мы должны, в конце концов, разойтись по своим жизням.
Проверяю сохнущую на батарее рубашку майора и иду искать утюг. Нельзя же отдавать вещь мятой.
Подхожу я к «сладкой парочке», лежащей на диване, и только теперь замечаю, что дочь с упоением калякает фломастером по мужской широкой груди.
-Ма! - Оборачивается на меня довольная Алиска. - Вооо!
Я потрясено открываю-закрываю рот, готовая разразиться праведным гневом.
-У нас тут тату-салон, - ухмыляется Колосов. - Мастер очень дорогой. Я за неделю записывался.
Едва не прыскаю от смеха и прикрываю пальчиками губы. Раз всех все устраивает, то чего кричать?
-Вот, - протягиваю рубашку. - Оденьтесь, пожалуйста, и идите ужинать.
Забираю Алиску, умываю и несу на кухню. Сажаю в простенький пластмассовый стульчик, как из кафе, и подаю тарелку.
Майор садится за стол в образе итальянского героя-любовника: в рубашке нараспашку с закатанными рукавами и слегка мокрыми волосами. Видимо, тоже умывался.
Я усилием воли отвожу от него взгляд и чувствую, что краснею. Колосов, конечно, сложен, как женский грех из влажных ночных фантазий.
Нет, я совершенно не шучу! Фантазия из книги случайно сворованной в детстве у бабушки обретает реальный образ! До сих пор помню, что того итальянца звали Хорхе.
Как и положено, они ужинали с героиней на его вилле, а после он набросился на нее. Повалил прямо на стол, сорвал платье и… да, сцена была для моей непорочной фантазии что надо.
Представляла ли я, что в моей жизни так будет? О да!
Но было как-то иначе.
Мне становится жарко от неблагочестивых мыслей. Нет, я не любитель секса. Попросту говоря, я с ним и знакома только под одеялом.
Я делаю вид, что усердно кормлю Алиску. Что-то ей говорю про самолетик, а слышу только свое колотящееся сердце.
Да что со мной такое?
Колосов прикрывает глаза, крепче сжимает вилку и тяжело сглатывает.
-Вам плохо? - Тут же дергаюсь я.
-Что-то голова закружилась, - хрипло отвечает майор.
У меня откуда-то появляется стойкое ощущение, что он хочет остаться на ночь. Это вызывает приступ паники.
Нет! Я не хочу, чтобы Колосов провел рядом ещё ночь! Я просто хочу выспаться! И хочу подумать. Порыдать… Привести себя в порядок. Как-то свыкнуться с новой реальностью.
-Тогда, может быть, вам нужно вызвать такси, чтобы доехать до дома, - играю я в заботушку. - Или ваших студентов попросить. А за машиной я присмотрю.
Майор хмурится.
-Да, Юлия, вы абсолютно правы. Я вызову такси.
Меня удивляет резкая смена его настроения. Вот только же ел с удовольствием. А теперь опять рычит и едва ковыряется в тарелке. Может быть, это психиатрия какая? Тогда его агрессивные вспышки становится вполне объяснимыми.
-Спасибо.
Отодвигает майор тарелку и встает из-за стола.
-Па! - Зовёт его Алиска, выплевывая картошку и сучит ножками. - Па!
-Кушай хорошо, не балуйся, - треплет Колосов ее по голове и уходит к своим вещам.
У меня от чего-то тоже пропадает аппетит. А ещё улетучивается чувство уюта. Будто я только что поругалась с Борисом, и земля под моими ногами снова шатается.
Ах, Морозов! Знала бы я, какая ты непроходимая сволочь, сейчас бы здесь не сидела! Хочется сказать, что он и портил мне лучшие годы, но из-за дочери не поворачивается язык.
Смотрю в спину майору, как он одевается, а после идет в коридор.
Убеждаю себя, что все делаю верно, но кажется, сейчас заплачу.
Короткое «Всего хорошего» и хлопок входной двери все переворачивают у меня в груди.
-Па… - сопливо тянет Алиска и показывает пальчиком на коридор. - Па… - начинает голосить.
-Милая, ну это же не папа! - Уговариваю я ее или себя... - Давай покушаем, а потом мыться в пенке пойдём.
Пенка всегда работает. Дочь успокаивается.
Я подбегаю к окну и не отхожу, пока не убеждаюсь, что Колосов сел в машину.
Пока Алиска плещется в ванне, собираю со стола тарелки и убеждаю себя, что молодец. Все смогла. Выжила.
Осталось только разобрать вещи и наладить рабочий процесс.
Заворачиваю Алиску в полотенце, выношу на диван и вдруг замечаю между подушек что-то черное. Запускаю руку и достаю телефон.
Щелкаю кнопкой блокировки и вижу на вспыхнувшей доставке большого, красивого пса в форменной фуражке. Кстати, очень красивого.
У меня развеиваются все сомнения по поводу владельца забытой вещи. Это Колосов.
Интересно… он это случайно или намерено? А главное - как теперь вернуть ему вещь?