Лесничий и другие

И все же беспокойство грызло меня, не готов я пока к встрече незваных гостей. Да, есть защита, да, один на один в ближнем бою уже смогу постоять за себя, но на этом все. Если к нам припрется толпа человек в десять-пятнадцать, предложить им нечего, только в партизаны подаваться. Конечно, вариант, но очень не хотелось бы, особенно в зиму.

Основные работы закончены, мелочи оставим на потом, сейчас надо придумывать, как мне остановить группу людей, желательно на расстоянии. Да и не остановливать мне их надо, чего уж там, их надо уничтожать. Человеколюбие в этом мире широкого распространения не получило, насколько я вижу. Незваные гости придут ко мне или ограбить, или убить, или сделать рабом. Ни один из этих вариантов мне не нравится, но если я не смогу постоять за себя и своих людей, то мое мнение никто спрашивать не будет.

Совершенно не помню, сколько слоев пленки я намотал в свое время на кляксу, но бабахнуло здорово. Надо провести несколько экспериментов, посмотреть мощность, скорость перемещения, подумать, как ускорить доставку поражающего элемента, дел на неделю, если не больше.

Но мне не дали даже дня, моя спокойная жизнь закончилась. В середине дня, когда я занимался благородным делом укладки очередного ряда кирпичей печки, в землянку вбежал Гога с трясущимся лицом и стал повторять одно слово:

— Там, там…

Видимо, что-то нехорошее случилось, если у обычно спокойного парня такое лицо. Выбрался по ступенькам из землянки, кстати, ступеньки мы сделали добротные, обложили деревом, чтобы не осыпались.

Явились, не запылились, один верховой, на приличной лошади, и два бугая пехом, в кольчугах и с мечами. Всадник был одет в бордовый камзол с перевязью для шпаги, на голове красовалась странной формы шляпа с тремя длинными перьями. Два пера, три пера, не поймал я…. Этот павлин продолжения, конечно, не знает. На головах у стражников были нахлобучены смешные каски как тазики, они как-то называются, но я не знаю, да и фиг с ним. Вот вся эта гоп-компания сурово добрела до нашего жилища и началась у нас светская беседа. Пока они подходили, я успел проинструктировать Гогу.

— Когда я произнесу фразу "ну, хватит", ты бежишь со всех ног в лес. И попробуй не выполнить приказ, уши обрежу.

Павлин молчал, не желая утруждать себя беседой с чернью, разговор начал один из стражников.

— Кто такие и что здесь делаете?

Гога, заикаясь, промямлил:

— Гогон я, сын гончара Якова-старшего, я здесь, понимаете, после пожара…

— Без разрешения, — припечатал стражник.

— А ты? — повернулся бугай ко мне.

— А я шут, просто шут, шутить люблю, — сказал я и положил руку на рукоять кинжала. Против двух мечей в руках здоровых мужиков мой кинжал смотрелся весьма неубедительно.

— Я себя назвал, а вы кто?

Речь моя была еще далека от совершенства, я говорил, растягивая слова, стараясь их выговорить, но смысл до товарищей донести удалось. Стражник обернулся на павлина в замешательстве от моей наглости, затем торжественно произнес:

— Перед тобой, идиот, дон Саламин, лесничий его милости дона-сеньора Умартана. У нас есть сведения, что вы похитили лес сеньора, теперь мы видим это сами, поэтому вы подлежите немедленному аресту и препровождению в тюрьму города Ланов для суда и наказания. Немедленно сдать оружие!

— Да пожалуйста, — я вытащил кинжал и откинул его в сторону. Стражник хмуро покосился в сторону, куда упал кинжал, затем ловко вынул из-за спины веревку и сказал:

— Руки давай.

Я посмотрел на трясущегося Гогона и насколько мог внятно произнес:

— Ну, хватит.

Как и ожидалось, Гога стоял столбом, поэтому пришлось применить запасной вариант. С размаху влепил ему пощечину и заорал:

— Хватит!

Гога очнулся и прыжками помчался в лес. Стражники опешили от такого поворота, мне этого хватило, чтобы скатиться по ступенькам в землянку. Стражник не торопясь полез за мной, приговаривая на ходу:

— Я сейчас из тебя душу выну прямо здесь, я сейчас…

Договорить он не успел. Я спрятался за стенкой тамбура, в землянке и так полумрак, а со света вообще ничего не видно. Как только бугай показался на пороге, я ударил его призрачной дагой обратным хватом прямо в сердце. Сначала показалось, что я просто ударил стражника кулаком по кольчуге, но тот молча повалился вперед и замер. Дага прошила кольчугу и тело, не заметив сопротивления.

Размышлял я об этом, пытаясь перекатить труп в сторону, чтобы он не отсвечивал в проходе. Тяжеленный, зараза, откормился на госслужбе.

Через некоторое время напарник заволновался.

— Бокер, ты чего там возишься, вылазь.

В ответ, естественно, тишина.

— Бокер, хватит придуриваться, я больше не куплюсь на твои дурацкие шуточки.

Еще через некоторое время ожидаемо раздался недовольный голос павлина, который был просто обязан погнать второго стражника в землянку. Ему же назад надо скорее, домой, обедать, а они здесь возятся. Второй, высказывая все, что он думает о напарнике, спустился в землянку. С тем же результатом. Не теряя времени, нахлобучил на голову дурацкий шлем-тазик, взял один из мечей и согнувшись пополз из землянки. Мне, главное, как можно ближе подойти к лошади.

Выйдя из землянки, быстро взглянул на мужика на лошади. Тот сидел спокойно, глядя немного в сторону. Ах, ты мой красавец, то, что мне надо. Весь расчет строился на полном пренебрежении товарищей к противнику. Ну, кого здесь бояться, два человечка, один блаженный, другой, как выяснилось, убогий, кинжал сам выкинул, обычные бомжи, мусор.

Что увидел краем глаза человек на лошади? Тазик на голове, меч, то есть основные признаки своих людей, пока до него дошло, что что-то не совпадает, пока он попытался удивиться, а тут вот он я, привет войска. Лошадь и то умнее хозяина оказалась, попыталась отойти при моем приближении, но хозяин, лапочка, остановил ее.

Подковыляв к лошади, я схватил ее за уздечку, общение с Машкой не прошло даром, я уже не боялся лошадей и относился к ним, как к неизбежной детали этого мира.

— Какого дьявола, — изумленно высказался пока еще хозяин лошади, вглядываясь в мое лицо.

Я упер острие меча ему в печень и вежливо попросил:

— Слезай, дядя, власть переменилась.

Меч был тяжелый, но за два с лишним месяца с относительно нормальным питанием, с физической работой каждый день я уже не был похож на узника концлагеря. До богатыря мне как до луны, но это мне и не нужно, а проткнуть этого кренделя я уже в состоянии.

Власть и безнаказанность, видимо, в каждом мире отшибает мозг.

— Да я сейчас тебе…

— Дон Саламин, еще одно движение и ты умрешь. Ты, я вижу, размышляешь ускакать на своей замечательной лошади? Попробуй, но имей ввиду, что я точно успею рубануть ее мечом по ноге, готов?

От леса показался бегущий к нам Гога с неслабым дрыном. Молодец, вдвоем будет сподручнее. Дон дергать лошадь передумал, затравленно глядя на подбегающего Гогона. Да, к лошадям в этом мире отношение особое, они очень дорого стоят, поэтому наш новый друг решил лошадь поберечь. И это правильное решение, замечательное животное не при чем в наших разборках, очень не хотелось бы его калечить.

— Слезай дядя, слезай, говорить будем. А что ты не смеешься над моим плохим произношением, тебе же весело было, я видел. Гога, забери лошадь, привяжи и возвращайся. Тебя как зовут, друг мой?

Красавчик гордо выпрямился и начал толкать целую речь:

— Я дон Саламин, наш славный род ведет свое…

— Стоп, стоп. Тебя как мама называла в детстве? Петен? Петруха, значит. Слушай сюда, Петруха. Если будешь меня слушаться, останешься живым.

Классика жанра, смотрите фильмы про бандитов.

— А теперь снимай сапоги, перевязь свою красивую со шпагой и пояс, который штанишки поддерживает. Пошевеливайся, урод, я не шучу, сейчас пару пальцев отрежу для ускорения процесса. Гогон, неси сюда дрова и побольше, господин лесник сумеет оценить их качество, и разводи костер, он нам понадобится.

Стоящий передо мной человек, босиком, со сползающими штанами, сильно побледнел.

— А пока костерок готовится, мы с тобой поговорим немного, ну, например, откуда и что ты узнал, ты же не просто так гулял здесь, ты приперся целенаправленно. Я слушаю.

Ничего сверхъестественного, что-то подобное я и предполагал. К начальнику стражи Изелаю в городе пришел староста деревни и рассказал, что не так далеко от деревни, в километрах пяти, живут два человека, да не просто живут, а лес воруют и дом из него делают. Изелай довел информацию до хозяина, а тот послал лесничего навести порядок. А от кого староста узнал про нас, Петену неизвестно.

Большого ума не надо, чтобы догадаться, что настучал на нас обиженный Гогоном подсобник. Жадность, Гога, до добра не доводит, хотя никакой гарантии нет, что было бы по-другому, если бы мы дали этому мужичонке денег сверху, тут уж натура у человека такая. Специально за стукачом охотиться не буду, но, если встретимся, мало ему не покажется.

Костер, разведенный Гогой, уже разгорелся, надо доводить Петруху до кондиции.

— Дон Саламин, как честный человек, который не выполнил задание хозяина, Вы должны покончить с собой, добровольно взойдя на костер, таковы традиции тех мест, откуда я родом. Прошу взойти на костер.

Петруха затряс головой и попятился.

— Дон Саламин, так нельзя, вы просто обязаны принести себя в жертву.

Петруха затрясся весь и обгадился, упал на колени и сквозь рыдания стал умолять не убивать его, что он про нас никому-никому не расскажет, я даже верить начал.

— Хорошо, дон Саламин, как я и обещал, вы уйдете отсюда живым, вместе со своей лошадью, но учтите, что при встрече с Вашим хозяином я буду вынужден ему сообщить, что Вы нарушили кодекс чести.

Петруха слушал эту ахинею и мелко кивал головой.

— Но Вы даете мне честное слово человека знатного рода, что никому не расскажете про нас. Саламин горячо уверил меня, что он дает два, нет, три честных слова, что забудет про нас прямо сейчас.

— Вот и договорились, но так как жертвенный костер горит, нужна жертва. Поэтому, мой дорогой друг, снимайте с себя одежду и бросайте ее в костер. Что значит, в каком смысле, в прямом, Вы же сами гореть не хотите. Да, все бросайте, и сапоги, и шляпу.

— Гогон, куда ты хватаешь сапоги, тебе они только на большой палец налезут. И нижнее белье туда же, вот так. Гога, веди лошадь сюда. Отлично, теперь снимай седло, уздечку, все снимай.

— Итак, господин Петен, теперь, когда Вы свободны от всего прошлого и на Вас ничего не давит, Вы можете начать новую жизнь. Возможно, Вы станете отшельником, святым, к Вам будут приходить люди за советом, выбор за Вами. Забирайте лошадь и идите, Вы свободны.

Петруха хотел что-то возразить, но Гога замахнулся на него своей дубиной, и голый лесничий побежал в одну сторону, а совершенно свободная лошадь потрусила в другую.

— Гогон, слушай сюда, все это весело, но война началась и теперь или они нас, или мы их. Вытащи трупы из землянки… Какие трупы? А куда делись два стражника, они, по-твоему, в землянке чай пьют? Нет, они там умерли, лежат и ждут, когда ты их оттуда уберешь. Забери деньги, остальное сними и закопай, тела сбрось в дальний овраг, желающие ими перекусить найдутся. Сапоги? Хорошо, если подойдут, возьми одну пару.

— Зачем я отпустил лесничего? Гога, не слишком ли много вопросов? Нет? Его надо было обязательно отпустить, надо, чтобы он рассказал о нас своему хозяину. Лесничий трупы не видел, что с ними случилось, он рассказать не сможет.

А расскажет он, что оба стражника куда-то делись, а два разбойника, один из которых известный ранее Гогон, второй назвался шутом, злодейским обманом скрутили его, отобрали оружие, лошадь, одежду и долго насмехались над ним. А потом отпустили, заметь, Гога, отпустили.

Что это значит? Это значит, что указанные два человека не закоренелые разбойники, а какие-то странные отмороженные придурки. Против первых надо высылать хорошо вооруженный отряд, оцепить местность, прочесать весь лес, может там их не двое, а больше, и расстрелять их издалека, как бешеных собак.

А двоих придурков обязательно надо изловить и доставить в город для публичной казни, но для их поимки достаточно будет послать пятнадцать-двадцать опытных солдат. А куда делись два стражника, которые были вместе с лесничим? Неважно, куда они делись, главное сейчас навести порядок.

Надеюсь, я не сильно ошибся в своих предположениях и рассчитываю на два-три дня передышки, раньше власти города отряд не отправят. Вот если бы не вернулись все трое вместе с лесничим, то уже завтра здесь было бы полно народу.


Гогон до вечера перетаскивал трупы в дальний овраг, закапывал одежду и оружие стражников, наводил порядок в землянке. Кроме сапог, он прихватил еще неплохой пояс и кинжал, меч, как признался Гога, тоже не его стихия. Выглядел мой помощник грозно и мужественно, то и дело поправляя кинжал на поясе.

Я же бродил вокруг землянки, прикидывал возможные места засады и составлял план дальнейших действий. К нашему жилью можно подойти с двух сторон. От заброшенных вырубок вряд ли кто появится, пойдут со стороны деревни. Вон там, недалеко, есть место, где дорога немного расширяется, а потом опять сужается, зажатая деревьями.

Значит там завтра Гога начнет копать небольшой замаскированный окоп полного профиля, будем в войнушку играть. Мне же предстоит разработать и опробовать сигнальные линии, чтобы знать о приближении противника. По уму, это надо было бы сделать сегодня, но сил никаких не осталось, как-никак первый бой, поэтому все завтра.

Ужинали за столом в землянке, как будто и не лежали здесь два мертвеца несколько часов назад. С сожалением посмотрел на только начатую печь, не до нее сейчас, останемся живыми и свободными, обязательно выложу красивую печь, люблю я это дело.

Утром показал Гоге, где и как копать окоп, как убирать землю, чтобы незаметно было, трудиться он будет долго, в лесу корней много, это факт. Окоп, тем более замаскированный, может нам понадобиться в двух случаях: для внезапного нападения или как место, если ничего не получится с нападением, где можно будет пересидеть во время нападения противника. Нет, нам надо обязательно нападать самим, не можем мы прятаться всю жизнь, как зайцы, все равно отловят.

Прошел немного по дороге вперед, активировал охранную сферу. Сама сфера мне сейчас не нужна, достаточно нескольких нитей. Взял две нити, расположил поперек дороги одну над самой землей, а вторую на уровне пояса, завязал на один сторожок и стал медленно отходить, разматывая за собой сторожевую нить. Отойдя метров на двадцать, завязал конец нити на медальон и попросил Гогу пройти по дороге со стороны города. Как только он пересек сторожевую нить, медальон дважды уколол меня в грудь. Работает!

Отправил Гогона копать дальше, сам отковылял метров за сто от землянки, установил первый сторожевой рубеж, метров через двадцать ближе к нам поставил второй рубеж. Один рубеж может нарушить зверь, но два подряд маловероятно, поэтому, если сработают оба рубежа за короткое время, значит это по наши души.

Как ни оттягивал подспудно этот момент, настало время заняться оружием нападения, очень много на него завязано, поэтому такая внутренняя неуверенность. Ушел к ручью, чтобы ничего не отвлекало. Все сомнения прочь, приступим.

Как в самый первый раз, создал кусок защитной пленки и стал сворачивать его в клубок. Получилось, небольшой полупрозрачный шарик лежал у меня на ладони. Самый ответственный момент: полетит, не полетит, сохранится заряд на расстоянии от меня или сразу рассеется? Оттолкнул от себя созданный шарик в сторону ручья и стал внимательно смотреть. Смотреть особо было не на что, не пролетев и пары метров, шарик исчез. Дерьмово, фокус не удался.

Вторая попытка. Скрутил несколько слоев пленки в шар и постарался закачать туда побольше энергии. Получился ярко светящийся сгусток размером с мячик для тенниса. Сильно размахнувшись, кинул его в сторону кустарника на другой стороне ручья. Шар, пролетев метров пятнадцать, врезался в кустарник и взорвался.

Ну, что тебе сказать про Сахалин? Не впечатляет. Пока одни минусы. Во-первых, значительно понизился мой внутренний уровень энергии, это чувствуется. Во-вторых, чем дальше отлетал от меня шар, тем сильнее он бледнел, и поэтому взрыв получился не так силен, как я рассчитывал. В-третьих, сам шар летел не быстро и при этом полого снижался. Ветра практически не было, а если будет, причем сильный, шар сдует или нет, не знаю.

Придется признать и эту попытку неудачной. Видимо, у Поттера и де Морта энергия была другая и запасы бесконечны, они там энергошарами кидались запросто, волшебники фиговы.

И что дальше? Можно собрать практически всю доступную энергию в комок и запулить, даже метрах в двадцати бабахнет знатно, но ты будешь лежать рядом без сил, даже улыбнуться не сможешь. Кстати, шикарный вариант самоподрыва, не дай Бог, конечно, с собой можно много товарищей прихватить. Нет, не вариант. Думай, Иванов, думай.

Была какая-то мысль, но не могу вспомнить. Еще раз, что мне мешает использовать энергию в немирных целях? Ее быстрое рассеивание при удалении от источника. Шар быстро теряет мощность, но и летит он достаточно медленно. Если я не могу бесконечно накачивать шар энергией, значит, надо заставить шар лететь быстрее, правильно? Правильно.

Огнестрельного оружия здесь нет и не будет, к счастью, еще черт знает сколько времени, остается только метательное. Первое, что сразу приходит в голову, это стрела. Лук отпадает, там нужна сила рук, техника, тренировки, ничего из этого у меня нет, да и не нравится он мне. Остается что? Арбалет.

Вот он хорош тем, что использовать его могут даже подростки. Есть несколько способов натянуть тугую тетиву и один из них — с помощью ворота, то есть взвести арбалет сможет даже слабосильный человек. В средние века в нашем мире церковь даже пыталась запретить использование арбалетов, мотивируя это большой опасностью для христиан. Любой смерд, взявший в руки арбалет, мог лишить жизни благородного рыцаря, не подходя к нему близко. Правда, все чихали на этот запрет, но факт остается фактом.

Итак, надо попробовать прикрепить энергошар к стреле арбалета и стрельнуть метров на двадцать-тридцать, чем не вариант. Вариант, но на будущее, потому как арбалета у нас нет, посылать Гогу в город в оружейную лавку не стоит, его там сразу повяжут, или позовут стражников, и те его повяжут. Кстати, неплохо было бы энергошар поместить в какую-нибудь компактную оболочку, чтобы уменьшить рассеивание, это второй путь. Мысли прыгают, как зайцы, надо пообедать, может на сытый живот что-нибудь придумается.

Когда приковылял к землянке, Гога, не дождавшись меня, готовил обед сам. Я уселся подальше от костра, солнце еще припекало, несмотря на приближающуюся осень. Жарко, я развязал завязки ворота рубахи и зацепил цепочку медальона. Я уже к нему привык и практически не замечал его присутствие. Медальон, камень, крик Вари, что еще немного и камень медальона взорвется.

Вот оно! Я еще тогда подумал, что вместо драгоценных камней можно использовать кремний. Быстро перекусил и поскакал к ручью.

Я не большой геолог, точнее, совсем никакой, только общие знания и жизненный опыт. Значит так, что мне надо найти? Хорошие ровные кристаллы кварца можно найти где-то в горах, здесь их, естественно, нет, но это можно оставить на потом, можно заказать, купить, были бы деньги. У ручья в большом количестве есть галька, обычные обточенные водой камешки, маленькие и большие, вот ими и займемся.

Взял маленький камешек, зажал в кулаке и стал закачивать в него энергию. Хорошо, ума хватило посмотреть промежуточный результат. Надо же быть таким, мягко говоря, неумным человеком. Сначала энергию влил, а потом решил заглянуть внутрь.

Внутри я увидел яркие отдельные точки на фоне общего свечения, и они разгорались. Еле успел поставить защиту и откинуть камень от себя, в следующее мгновение раздался взрыв. Взрыв получился не сильным, но и камешек был совсем небольшим, сантиметра три в диаметре. При этом, если бы он рванул у меня в руке, кисти не было бы точно. Пронесло, в следующий раз может быть хуже, надо быть предельно осторожным.

Набрал штук двадцать камней, присел на поваленное дерево и стал сканировать каждый камень. Мне нужны камни максимально однородные, без посторонних включений, без дефектов, потому что именно там происходит неравномерное накопление энергии. И бабах, без моего ведома. Из двадцати камней подошел только один, все остальные были негодные.

Надо менять способ зарядки, наверное, не обязательно зажимать накопитель в кулак. Положил руку сверху на камень и направил ручеек энергии внутрь. Залил совсем немного и опять просканировал. Камень внутри светился мягким равномерным светом, точек концентрации не было. Отлично, то, что надо! Продолжил закачивать энергию до тех пор, пока обруч на голове тихонько не завибрировал. Понял, не дурак, достаточно. Камень даже снаружи слегка светился, внутрь заглядывать я не стал.

Активировал защиту, выбрал валун побольше, чтобы можно было укрыться. Как выяснилось во время первого взрыва, защита не пускает только твердые частицы и предметы, а взрывная волна проходит запросто. Думаю, надо увеличивать плотность защитного поля, но это тоже вопрос на потом. Приготовился, кинул камень на другую сторону ручья и рухнул за валун.

Взрыв! Вот это да, вот это я понимаю! Размеры воронки, которую я наблюдал со своего берега, соответствовали, на мой взгляд, взрыву связки гранат, не меньше. И самое главное, энергии я закачал в камень не так много, как в последний энергошар, судя по своим ощущениям. Думаю, можно зарядить три-четыре камня-накопителя одновременно без потери нормального самочувствия.

Сзади раздался треск сучьев и на берег вывалился Гогон с безумными глазами и кинжалом в руках.

— Господин магистр, что случилось?!

— Гога, тормози, отбой воздушной тревоги, это ученья идут. Очень хорошо, что ты здесь.

Поискал вокруг себя, нашел камень, предварительно похожий на взорванный накопитель, и передал парню.

— Пройди по берегу, набери мне ведро вот таких камней и неси к землянке. Потом пойдем смотреть окоп, завтра или послезавтра у нас точно будут гости.

До ночи просматривал камни, занятие утомительное, но необходимое, осмотр проводил крайне тщательно. Любой пропущенный дефект приведет к взрыву накопителя практически под носом и это будет последний взрыв в жизни, а у меня совсем другие планы.

Из пяти ведер гальки, принесенных Гогоном, отобрал всего три средних камешка. Но еще попался великолепный камень сантиметров восьми-десяти в диаметре, при осмотре как ни пытался, не нашел ни одного изъяна, настоящая бомба.

Гога сказал, что камень больше по размеру, чем приказали собирать, но очень ему чем-то понравился и он его прихватил до кучи. Надо потом при случае проверить Гогу на магические способности, чем черт не шутит.

Вечером зарядил два средних камня, один положил в мастерской, а второй поместил в черную коробочку, которая была тюрьмой для Вари. Смысл в том, чтобы оценить время сохранения энергии в камнях, особенно в свободном хранении. Перед сном проверил сторожевые нити, пока все на месте, но спать придется вполглаза, я мало верю в ночной поход против нас, но все может быть.

Загрузка...