Синдром одиночества

Глава 17

Ирина сидела в каком-то отупении, смотрела на только что грохнувшую дверь. Не было слез, не было истерических рыданий. Осталась только жгучая боль от осознания происшедшего. Не только из-за вполне естественной реакции Аркадия, а случившегося давным-давно…

— Ты кто? — спросил незнакомец, тупо уставившись на Ирину, пытающуюся растормошить его. Он уселся на скамейку у дома, из которого они вышли и, казалось моментально отключился.

Ира сначала решила здесь и отвязаться от него, даже радуясь тому, что не придется выдумывать причину для того, чтобы уйти. Желания продолжать знакомство не было. Тем более, что он был в конкретном подпитии. Она решительно направилась к остановке. В ожидании тролейбуса зачем-то оглянулась. Мужчина повалился на скамейку и, как ей показалось, даже захрапел.

Был конец февраля, и уже с вечера чувствавался небольшой морозец.

— Он же там замерзнет, — подумала девушка и тут же отмахнулась: а я тут при чем! — Но, пожалев, бедолагу, все же решила разбудить его:

— Э, как вас там? Вставайте, замерзнете.

В ответ — невнятное мычание. Ирина настаивала и нарвалась на откровенную грубость:

— Да отстань ты, потаскушка! Чего тебе?

— Ну ничего себе, а совсем недавно я была милой незнакомкой.

— Ты кто такая? — повторил мужчина свой вопрос, не поднимая головы.

— Какое это имеет значение. Для Вас — никто. Просто не хочу, чтоб под утро здесь нашли окоченевший труп. Вставайте, — настаивала она.

— Да пошла ты, стерва!.. Чего пристала?! — он почти засыпал, склонив голову набок.

Ирина стояла в нерешительности. Оставить его здесь было бы просто непорядочно. Тащить на себе — только этого не хватало. Она опустилась на скамейку рядом. От бокала выпитого шампанского еще шумело в голове. Надо было что-то предпринимать.

Решение пришло неожиданно. Она остановила такси, сообразив, что в тролейбус эту пьянь затащить не получится. Таксист без особого рвения кое-как помог ей впихнуть посапывающего незнакомца на заднее сидение. Остановив машину у подъезда ее дома, помог вытащить сопротивляющегося мужчину. Проворчал:

— Дальше уж как-нибудь сами. Я не бюро добрых услуг, — и укатил.

Только сейчас Ирина оценила, что живет на первом этаже. Втаскивать его в лифт ей бы сил не хватило:

— Свалился же на мою голову! И что мне с тобой делать?

Мужчину немного расрясло в такси, он потихоньку приходил в себя:

— Ты куда меня тащишь, женщина? Это что похищение, — даже пытался пошутить он.

— Послушай, ты уже начал соображать, может помнишь свой адрес? Я тебе такси вызову — и дуй на все четыре! — Ирина даже не заметила, как перестала ему выкать. Еще бы! Он так «красиво» обращался к ней совсем недавно, что не заслужил ничего другого.

— Не… Я понятия не имею, где я и что со мной. Ты меня подпоила, что ли?

— Больно надо! Скажи спасибо, что не оставила тебя подыхать на скамейке.

— Не понял, а что я там делал?

— Пытался замерзнуть, — огрызнулась девушка, — шевели ластами, а то брошу в подъезде.

Кое-как втиснулись в узенький коридорчик ее двушки. Усадив незнакомца на кухне, Ирина включила чайник:

— Сделаю ему кофе, отрезвится, и пошел к черту! И надо же было мне обернуться! Не окочурился бы! — в сердцах ругала она себя.

Незнакомец сладко потянулся и неожиданно привлек ее к себе. Ирина хотела оттолкнуть его, но спиной он оказался к окну. В кухне 2 на 2 это могло окончиться печально для одного из них. Поэтому девушка попыталась урезонить нахала:

— Послушайте, ведите себя прилично. — опять перешла на официоз.

— Пардоньте, — расшаркался тот, — не хотел тебя обидеть. Но для чего же ты приволокла меня к себе?

— Ну уж не для объятий, это точно! — Ира поправила волосы.

— Застынь! Вот так! Я буду писать с тебя портрет. Нет, я не художник. Я буду описывать тебя. Ты просто восхитительна в гневе.

Его разглагольствования прервал свисток чайника. Ирина, наливая кофе, украдкой взглянула на него. Что-то было в нем такое, отчего ей вдруг захотелось, чтобы он не уходил. Она удивилась мимолетному чувству и строго сказала:

— Пейте кофе и вышвыривайтесь. Надеюсь, у Вас уже хватит сил добраться домой.

— Не… ты же сама сказала, что я чуть не замерз. Раз уж начала спасать меня, то не выгоняй. Утром уйду. А пока постели мне вон там у двери, как кентавру. Я буду охранять тебя. — Язык у него опять стал заплетаться. Ирина испугалась, как бы он не заснул, сидя на стуле — свалится еще.

Она постелила ему на диване. Сама решила спать на раскладном кресле…

Сейчас Ирина с трудом восстанавливала в памяти, как случилось то, что случилось. Все эти годы не могла объяснить себе, как поддалась внезапному порыву, ответив на его объятия и поцелуи.

А всему виной было отсутствие в ее жизни того единственного мужчины, которому хотелось дарить ласку и тепло. Кого хотелось ждать домой с работы. Кому хотелось готовить ужины, обеды и завтраки. Ей просто хотелось любить и быть любимой…