Синдром одиночества

Глава 27

Отдых на море все-таки состоялся. Дети были счастливы. Аля с Дмитрием, глядя на них, тоже. Здесь была какая-то удивительная атмосфера, располагающая к хорошему настроению. Пляж. Море. Солнце. Горячий песок. Полное безделье. А еще — нега, разливающаяся по всему телу.

Время бежало быстро. Жили в соседних номерах. Вместе на завтрак. Вместе на море. Вместе на вечерние прогулки по морскому берегу. Аля уже привыкла к присутствию Дмитрия, Дашка по-прежнему верховодила во всех детских проказах.

После короткого теплого дождика воздух наполнился особенной аурой, располагающей к беседе. Дмитрий рассказывал Але о своей работе. Раньше она и предполагать не могла, что ей будет интересно слушать истории из практики зубного техника. Как оказалось, Дима работал в клинике, занимающейся протезированием зубов.

Аля от души смеялась, слушая, как одна дамочка подняла его ночью и то умоляла, то требовала немедленно ехать в клинику. У нее вылетел и сломался протез, когда она смачно расхохоталась в присутствии своего кавалера.

Пришлось внять ее мольбам, ведь она утверждала, что это для нее вопрос жизни и смерти.

Подобных историй в запасе у Дмитрия было немало. Оказывается, протезирование — достаточно увлекательное занятие, если им занимаются такие весельчаки, каким был Пашкин дедушка.

До отъезда оставалось буквально пару дней, когда случилось событие, заставившее всех поволноваться. После обеда взрослые сидели на террасе, а дети по обыкновению играли на спортплощадке.

— Там… там Пашка! — закричала запыхавшаяся Даша, — он… он лежит и молчит. — И заревела белугой, увлекая за собой мать.

Паша лежал рядом с фонарем, и хрипы вырывались из его груди. Аля, еще не совсем понимая, что произошло, быстро сообразила, что надо делать.

— Палку, ложку! Да что угодно, только быстро!

Дмитрий метался в поисках нужного предмета, а Дашка уже тащила сломанную где-то ветку.

Действовать надо было стремительно. Аля уверенным движением запрокинула мальчику голову назад, пальцами вытащила запавший язык, перекрывающий дыхание ребенка. И, не имея под рукой никакого предмета, вставила между его зубами свой палец.

Дмитрий наконец отломал часть ветки и трясущимися руками протягивал его Але. Она оттолкнула его. Наклонилась над Пашей, сделала глубокий вдох и, зажав пальцами его нос, одновременно вдула ему через рот воздух. После нескольких таких подходов она с облегчением заметила, что посиневшие было губы мальчика постепенно приобретали естественный оттенок.

Она жестом потребовала всех отойти подальше, чтобы обеспечить свободный доступ воздуха начинающему самостоятельно дышать ребенку. Испуганный Дмитрий подхватил внука и бегом помчался в медпункт, забыв поблагодарить Алю. Она медленно последовала за ним. Следом тащилась перепуганная Даша.

В медпункте врач осмотрела все еще бледного, но уже свободно дышащего ребенка и констатировала, что опасности для жизни и здоровья нет. Но надо оставить его под наблюдением хотя бы до вечера. Выслушав рассказ Али, она похвалила ее, сделав предположение, что ребенка, вероятнее всего, ударило током. Рассказ заикающейся до сих пор Даши подтвердил предположения доктора. Тут же была вызвана бригада электриков. Действительно, столб с фонарем оказался под напряжением.

Происшествие настолько взволновало всех, что врач уговорила их принять успокоительное и посидеть в приемной. Аля обняла дочку, прижала к себе и теперь только обратила внимание на свой посиневший палец. Дмитрий с благодарностью смотрел на нее.

— Ты спасла Пашу. Спасибо. А я совсем растерялся.

— Это естественно, ведь это твой внук.

Пашка совсем оправился. Стал проситься к дедушке. Врач, выглянув в коридор, пригласила Дмитрия войти:

— А я думала, что это Ваш сын. Забирайте разбойника. Хорошо, что все обошлось. У Вас смелая и решительная жена. Если бы не ее находчивость, все могло закончиться трагичнее.

Возвращаясь из медпункта, они все поглядывали на Пашу, еще бледного, но уже вполне оправившегося. Даша подробно описывала, как все случилось. Они просто играли с Пашей в догонялки. Он схватился за фонарь и вдруг упал.

— В рубашке родился, — Аля погладила мальчика по голове.

— Если бы не вы с Дашей, и рубашка бы не помогла, — с благодарностью ответил Дмитрий.

Все постепенно успокаивались. За ужином Аркадий предложил распить бутылку шампанского. Повод был достаточно веский — чудесное спасение внука. Детей порадовали мороженым. Все были счастливы.

Как обычно, уложив детей спать, они вышли на террасу. Дмитрий в порыве благодарности взял в руки ладонь Литы. И ей почему- то не захотелось отдернуть ее. Пережитой стресс требовал разрядки. А теплый вечер и выпитое шампанское расслабляли.

Почувствовав ответное тепло Али, Дмитрий, соблюдавший дистанцию, безмолвно установленную ею, осмелел. Рука его легла на плечо женщины. Он привлек ее к себе, уже испытывая не столько благодарность, сколько давно сдерживаемое влечение.

Она внутренне напряглась. Однако первое желание резко осадить его почему-то сменилось странным желанием прильнуть к его плечу.

Эти двое истосковались по теплу, по любви и взаимности. В них каждая клеточка была пронизана естественным желанием близости, долгие годы сдерживаемом жизненными обстоятельствами.

Трепетные губы Али жадно впитывали жаркий поцелуй требовательных губ Дмитрия. Их тела слились в едином порыве обладания. Сердца бились сумасшедшим набатом. Руки Дмитрия ласкали ее плечи, уже опускались к бедрам, уже гладили разгоряченную кожу оголенной ноги.

— Не надо… — едва слышно прошептала она.

Он отпрянул, словно испугавшись этого шепота. Но тут же горячим поцелуем заставил ее замолчать. Страстно целовал ее плечи, полуобнаженную грудь. Сопротивляться этому натиску не было сил. Тело ее жаждало мужских объятий, и она уже вся была в его власти…

Ах, это море с его волшебными летними ночами, наполненными дурманящим ароматом страсти! Здесь так просто забыться и не сдерживать вполне естественных желаний. Здесь все проще и чудеснее…