Unknown

- Нет, только тебе, - буркнул Снифф, и насупился. Выступать в роли дрессировщика-кукловода ему уже наскучило, но он никак не мог понять, как выключить эту загадочную связь, установившуюся между ним и крабом. Он с грустью подумал о варёном крабовом мясе, и вздохнул.

Вдоль берега росли сосны, порой подбираясь почти к самой воде, и кое-где между деревьями можно было увидеть развалины зданий. Даже освещённые солнцем, они выглядели тоскливыми призраками, повествующими о каких-то несчастьях и катастрофах.

- А что с ними со всеми случилось? – спросила девушка, головой кивая в сторону очередного покосившегося домика, смотрящего пустыми проёмами окон на морской пейзаж. – Здесь же прекрасно! Как можно перестать здесь жить?

- Если ты сам перестал жить, то уже не важно, в каком виде твоё жилище, - философски изрёк Снусмумрик. – А новых желающих здесь поселиться больше не нашлось.

- Хатифнатты, - прошептал Треньк, нос его мелко подрагивал от страха.

- Где?! – Снифф встрепенулся, вырвался из мира грёз о том, как он ужинает этим крабом, и заозирался по сторонам. – Где хатифнатты?

- Хатифнатты – это причина того, что здесь никто не хочет жить, - объяснил Снусмумрик, и, кряхтя, сел на большой гранитный валун. Достал трубку, и меланхолично начал набивать её табаком, на этот раз сильно пахнущим коноплёй. – Представьте себе, что таких вот набегов этих маленьких аккумуляторов не один, как мы все с вами пережили, а очень и очень много, и они происходят постоянно – по несколько раз в месяц. И причём каждый раз – неожиданно. Я считаю, вполне оправданно, что инстинкт выживания в таких случаях перевешивает чувство прекрасного.

- Дяденька Снусмумрик, мы ведь не встретим больше хатифнаттов? – обеспокоенно спросил Треньк, подходя к нему поближе. – Они страшные, и от них воняет!

- Кто знает, мой друг, кто знает… - и Снусмумрик потрепал зверька по пышной чёлке на голове. – Но мы не дадим тебя в обиду, не переживай!

- У нас есть Снифф! – гордо сказала Ри, и взяла вышеуказанного за руку. Он благодарно сжал её пальцы, и улыбнулся.

- У вас есть я, и у меня тоже есть я! – сказал он. – Так что как-нибудь, да не пропадём!

***

Песчаный берег плавно перешёл в галечный пляж, и через некоторое время Треньк остановился, и наотрез отказался идти дальше вдоль моря.

- Но лес здесь изобилует клещами, и вообще мало проходим из-за того, что весь зарос кустарником, - попытался уговорить его Снусмумрик, но потерпел поражение, когда Треньк продемонстрировал ему свои пятки, почти стёртые до крови о камни.

- Весомый аргумент! – уважительно покачал головой Снифф, когда и ему была предъявлена исцарапанная пятка. – Тут даже подорожник мало что сможет сделать!

- Но может сделать волшебство, - и Снусмумрик хитро покосился на него. – Лечебные заклинания – одни из самых востребованных, и простых, с ними справляются даже самые начинающие волшебники.

- А ты умеешь? – спросил Снифф, оторвавшись от разглядывания пострадавшей конечности маленького сниффа.

- Не пытайся меня поймать, человек, - усмехнулся Снусмумрик. – Я не волшебник, я просто давно живу, и многое знаю.

- Ну да, ну да, - согласно закивал Снифф, делая вид, что поверил ему. Снусмумрик горестно вздохнул, но ничего не сказал.

- О, а давайте посадим Тренька на краба! – предложила Морриган.

- А давайте! – обрадовался Снифф, которому ужас как не хотелось продираться сквозь кусты, отбиваясь от клещей. Клещи представлялись ему какими-то злобными многоногими двухметровыми тварями, злобно скалящими острые клыки. Он пощёлкал пальцами, подзывая шустрое ракообразное. Остановил его перед Треньком, и наставительно сказал, показывая на меленького зверька:

- Это – свои! Не кусать, не щипать, а спокойно идти вперёд с ним на спине! Всё понятно?

- А он меня выдержит? – с сомнением спросил Треньк, опасливо разглядывая краба, замершего рядом с ним.

- Должен! – Снифф посмотрел на тонкие ножки краба, потом на Тренька, и решил: - Ну, по крайней мере, нам никто не мешает это проверить! Ну-ка, залезай на краба!

- Давайте вначале попробуем вылечить мальцу ноги, - напомнил Снусмумрик.

- Ну хорошо, давайте, - недовольно сказал Снифф, который уже предвкушал небывалое зрелище – наездника на крабе, и был немного раздосадован тем, что придётся это отложить. – Что там надо делать?

- Ну, по сути, то же самое, что ты делал, когда подчинил волю этого краба, - сказал Снусмумрик. – Сосредоточиться на узоре, и представить себе процесс исцеления – как срастаются мышцы, кровеносные сосуды, как нарастает кожа… Только не увлекайся, пожалуйста!

- А можно я попробую? – тихо спросила Морриган. Ей ужасно хотелось, чтобы у неё получилось, чтобы не отставать от Сниффа. Не то, чтобы они соревновались – конечно, нет! – и не то, чтобы она хотела выиграть это соревнование… Она просто хотела стать волшебницей. А что, классная же карьера для бывшего станционного искусственного интеллекта! Вот уж эволюционировала, так эволюционировала! Она улыбнулась своим мыслям. Кейзер-Розенкранц был бы порядком озадачен, попадись ему эта история. Помниться, он писал в своих работах, что ИскИны пойдут по совершенно иному пути развития разума, который будет не похож на человеческий, с другими ценностями и желаниями. Ну и как тебе такое, Илон Маск? Дождалась-таки сову из Хогвартса… Теперь осталось только не профукать эту возможность.

- Попробуй, - кивнул Снусмумрик. – Отчего ж не попробовать! Два волшебника в компании - гораздо лучше, чем один!

- А три волшебника – так и вообще замечательно, - еле слышно пробормотал Снифф, всё ещё не желающий поверить в то, что Снусмумрик не умеет колдовать сам, без своего посоха.

Морриган расправила сарафан и села на землю рядом с Треньком.

- И помни – вливаешь энергию потихоньку, не всё сразу, - Снусмумрик встал рядом с ней, готовый ассистировать. – Ты наливала когда-нибудь молоко в узкий кувшин?

- Да почти каждый день этим занималась, - откликнулась девушка. Снифф фыркнул. – Я поняла, да, наливать потихоньку... А что за картинку ты себе представлял для концентрации? – спросила она у Сниффа.

- Мандалу, - ответил он. – Что же ещё?

- Какую-то определённую?

- Ну, просто взял картинку из тестов по менталистике, - Снифф пожал плечами. – Посмотри в своём архиве.

Девушка закрыла глаза.

- Есть! – через несколько мгновений сказала она, и улыбнулась. – Отличная эта штука – память!

- Человеком быть вообще хорошо, - усмехнулся он в ответ. – Ты молодец, что им стала!

- Мне и самой очень нравится, - кивнула она. Открыла глаза, ещё раз внимательно осмотрев исцарапанные и кровоточащие ступни Тренька, и снова их закрыла. Сосредоточилась на изображении, которое она «вспомнила», и попробовала.

- Щекотно! – сказал Треньк, с опаской глядя на свои ноги. – Так и должно быть?

- Наверное! – Снусмумрик тоже посмотрел на них. – Меня никогда при помощи волшебства не лечили.

Пару минут ничего не происходило. Потом Треньк, ещё раз оглядев свои ноги, сказал:

- Щекотка исчезла, а ноги болят по-прежнему!

- Не получается, - покачала головой Ри, открывая глаза. – Что-то я делаю не так!

- Не всегда получается с первого раза, - сказал Снусмумрик. – Не расстраивайся! Немного тренировки, и я уверен, что у тебя получится.

- Мне кажется, я безнадёжна, - вздохнула она. – Не надо меня успокаивать, видимо, просто это не моё.

- А я тебя и не успокаиваю, - Снусмумрик достал из кармана трубку, посмотрел на неё, и убрал обратно. – Щекотку Треньк почувствовал, а это уже говорит о том, что какое-то воздействие было. Так что ещё раз тебе говорю – не расстраивайся!

- Ну хорошо, - успокоилась девушка. Встала, отряхнула сарафан, и отошла в сторону. – Ну, теперь ты, непревзойдённый мастер волшебства! Твой выход.

Снифф взял Тренька за ногу.

- Может, не надо? – захныкал тот. – Можно, я просто на крабе поеду, а ноги сами как-нибудь заживут? Давайте не будем!

- Будем, друг мой, будем, - сказал Снусмумрик, а Снифф, в свою очередь, закрыл глаза, и снова представил себе мандалу, которая появилась перед ним на этот раз почти сразу же, и зависла в пустоте, переливаясь всеми цветами радуги. Сосредоточился, и почувствовал, как в его руки вливается энергия, наполняя его силой. И, помня о том, как его отключило, когда он зомбировал краба, передал малую часть этой энергии Треньку. И сразу понял, что не знает, как остановится. Мандала сияла всё ярче, энергии становилось всё больше, и он снова потерял над этим всем контроль.

***

Снифф открыл глаза. Над ним так же, как и в прошлый раз, склонились обеспокоенные лица. Тренька он среди них не обнаружил, и задёргался, пытаясь встать.

- Что с ним? – первое, что он спросил, когда ему всё-таки удалось принять вертикальное положение, не без помощи Морриган, поддерживающей его под локоть.

- Краба помнишь? – спросил Снусмумрик. – Вот только не целиком, а всего лишь одна нога, к счастью.

- Вылечилась?

- Нет, взята тобой под контроль, - Снусмумрик хмыкнул. – Забавное зрелище, надо сказать!

- Не нахожу в этом ничего забавного, - раздался мрачный голос Тренька. Он сидел на земле поодаль, и подозрительно смотрел на свою ногу. – Я же говорил, что не надо! Я вам что, морская свинка для опытов, что ли?

- Для опытов используют мышей, - автоматически поправил его Снифф, и устыдился – сотворил чёрт-те-что, да ещё и умничает теперь! Кстати, а что именно он сделал? Вроде бы с виду всё по-прежнему… Он пошевелил пальцами.

- Ну вот, опять! – плачуще проговорил Треньк, показывая на начавшую дёргаться ногу. – Нет, ну вот как я дальше буду-то?

- На крабе поедешь, - сказала девушка. – Как король!

- Я не хочу как король! – возразил ей маленький снифф. – Я просто хочу, чтобы обе моих ноги снова были моими!

- Будут, - успокоил его Снусмумрик. – Действие волшебства не бесконечно, рано или поздно всё вернётся на свои места.

- Лучше, чтобы оно вернулось на своё место рано, - проворчал Треньк. – А то как я с одной ногой жениться буду?

- А для этого обязательно необходим полный комплект конечностей? – заинтересовалась Морриган.

- Обязательно! – категорически заявил Треньк.

- Думаю, тебе надо подождать с экспериментами, - с сожалением сказал Снусмумрик, обращаясь к Сниффу. – Из меня плохой учитель, тебе нужен кто-то, кто волшебством занимается давно, и успешно. Пусть покажет тебе, что да как, а то, неровен час, либо себя угробишь, либо объект…

- А у вас есть кто-нибудь на примете? – спросил Снифф. – Так-то я только «за»!

- Конечно, есть, - кивнул Снусмумрик. – И мы как раз скоро уже к нему придём. Вернее, к ней.

- Туу-тикки? – Снифф удивлённо посмотрел на него. – Волшебница?

- Ну да. А что тебя так удивляет?

- Ну, не знаю, - с сомнением сказал Снифф. – Как-то это… неожиданно!

- Именно она сделала для меня волшебный посох, - сказал Снусмумрик, – который отобрали хатифнатты. Он служил мне верой и правдой целых тридцать лет! Его нужно было периодически накачивать энергией, и именно за этим я сюда и шёл. Теперь вот думаю, может, получится ещё такой же посох у неё выпросить… Уж больно полезная штука! Вот она как раз и сможет тебя научить. И тебя, - повернулся он к Морриган. Потом снова посмотрел на Сниффа. – Чувствую, дело тут скорее всего в том, какую именно картинку ты представляешь для концентрации. В тот раз такая же была?

- Ну да, - отозвался Снифф, и тут его осенило: - Она же для менталистики! А я с её помощью лечить хотел…

- Кстати, определённого успеха ты в этом всё же добился, - улыбнулся Снусмумрик.

- Это какого же? – с подозрением спросил Снифф.

- Нога больше не болит! – развёл руками их проводник.

- Я её просто не чувствую теперь! – захныкал Треньк. – Может, она и болит, просто сказать об этом не мо-оожет!

- Давай-ка, дружок, полезай на краба, и мы всё-таки пойдём, - сказал ему Снусмумрик. – А то так до вечера можно здесь просидеть. Ты как, нормально? Идти сможешь? – спросил он у Сниффа. Тот сделал пару шагов по камням, и кивнул.

Тут их ждал новый сюрприз. Когда хнычущего Тренька уже почти посадили на бугристый панцирь, краб ожил, защелкал клешнями, и боком убежал от них в заросли колючего кустарника, росшего на входе в сосновый лес.

- Ну вот и ответ на твой вопрос, - Снусмумрик ласково потрепал маленького зверька по загривку. – Действие прошлого заклинания закончилось, значит, и твоё тоже скоро закончится.

- А на чём я теперь поеду? – грустно спросил Треньк, глядя вслед сбежавшему крабу.

- Угадай, - Снусмумрик подмигнул ему.

***

Треньк был не очень тяжелым, килограммов десять от силы, но он постоянно вертелся, пинался, и один раз, видимо, забывшись, укусил Сниффа за ухо.

- Эй! – тот оскорблённо повернул к нему голову. – Ты это, поосторожнее там! Не на крабе едешь!

- А лучше бы – на крабе! – мстительно сказал маленький зверёк, пытаясь устроиться поудобнее в импровизированной люльке, которую Снусмумрик соорудил из верёвок и запасного брючного ремня, которые обнаружились у него в рюкзаке. Прошлая люлька была безвозвратно потеряна в битве с хатифнаттами. – На нём, небось, не так трясёт!

- Бери, что дают! – огрызнулся Снифф.

- А мне ничего не дают! – заныл Треньк. – Хотя давно пора обедать! Здесь кто-нибудь, кроме меня, вообще думает о еде?

Снифф думал о еде постоянно, а в данный конкретный момент размышлял на тему того, можно ли доверять хемулям в их гастрономических пристрастиях. «Ещё раз пнёт – точно сожру!» решил он.

Галька под ногами сменилась песком, потом они прошли целый участок пляжа, усыпанный обломками досок. Снусмумрик сказал, что это обломки очередного кораблекрушения, которые в последнее время участились в связи с тем, что климат планеты, всегда контролируемый волшебными существами, остался без надзора. Треньк порывался слезть, чтобы порыться там в поисках сокровищ, но Снифф проигнорировал его желания, продолжая идти вперёд. Морриган постоянно останавливалась, увидев очередного морского жителя, вынесенного волнами на берег, и шла проверять, жив ли он ещё. Живых оттаскивала к воде, а дохлых оставляла на месте. Снусмумрик шёл следом, и собирал то, что из этого было съедобным, в корзину, сплетенную из гибких веток росших здесь же кустов.

- Неправильно это! – с осуждением покачала головой девушка, наблюдая за тем, как очередной кальмар, которого она спасла, оказывается в корзине среди десятка своих сородичей. – Мы их спасаем, и мы же будем их есть?

- Спасаешь их ты, - отозвался Снусмусмрик. – А есть будут все. Тем более, если у них не хватило ума не попасть в отлив, то не вижу смысла давать им второй шанс. Естественный отбор…

- Хотя бы берите тех, кто уже умер!

- Они менее вкусные, - Снусмумрик потыкал палкой в предмет, напоминающий огурец. Тот сморщился, и с силой выплюнул из себя струйку воды. – Голотурия, - констатировал он, и посмотрел на Морриган, которая оказалась облита этой водой с ног до головы. – Не съедобна, к сожалению. Ищи такие же, только желтого цвета – из них получится отличный шашлык!

Морриган вздохнула. Идея о том, чтобы есть то, к чему она уже прониклась сочувствием, не нравилась ей совершенно, но она признавала её рациональную составляющую.

- Если бы не хатифнатты, - Снусмумрик поднял очередного кальмара, и положил в корзину, - жизнь у моря была бы сущим раем!

- Неужели с ними ничего нельзя сделать? – спросила девушка.

- А что с ними сделаешь? – он развёл руками. – Их много, и они больно бьют током. А ещё они практически нечувствительны к волшебству. Если бы они поставили перед собой цель захватить этот мир, то давно бы уже это сделали.

- Как хорошо, что у них нет такой цели! – Снифф решил тоже поучаствовать в разговоре.

- С ними только муми-тролли и умели ладить, - вздохнул Снусмумрик. – Хемули пытались их уничтожить ещё в самом начале своей экспансии, но обломали об них зубы в прямом, и переносном смысле этого слова.

- Они пытались их есть? – ужаснулась девушка. Снифф подумал, что очень хорошо понимает хемулей, он бы тоже сейчас сьел всё, что угодно.

- Они всё едят, - махнул рукой Снусмумрик. – Но хатифнатты оказались им не по зубам. Сложно есть того, чья шкура прочнее железа! И тех, кто может постоять за себя. Плохо то, что хатифнаттам совершенно пофиг, что происходит в мире – иначе можно было бы заручиться их помощью в борьбе с хемулями, и тогда бы мы показали этим засранцам! Но увы! Такая мощь зря пропадает…

Впереди, перегораживая весь пляж, лежала толстая полосатая змея – хвост её был в воде, а голова где-то в кустах. Или наоборот.

- Стойте! – Снусмумрик остановился, и обеспокоенно начал разглядывать неожиданное препятствие.

- Да чего тут, её же можно просто перешагнуть! – пожал плечами Снифф, и так и сделал. Вернее, собирался сделать, но, когда одна нога уже была по другую сторону, а вторая только начинала свой путь, змея внезапно отрастила из своей спины сотни щупалец, и стало ясно, что это и не змея вовсе, а какое-то неведомое существо, и, похоже, намерения у этого существа отнюдь не добрые. Потому как все эти щупальца мгновенно обхватили Сниффа, и начали тянуть вниз. Треньк завизжал. Снифф попробовал вырваться – куда там, его держали крепко, видимо, твердо решив дополнить им свой рацион. Служить кому-то пищей ему категорически не хотелось, и он, зажмурившись, активировал свои скрытые резервы – именно те, что заставляли его постоянно испытывать чувство голода. Что ж, вот и пришло время платить по счетам! Столько времени он кормил своё тело, пускай оно теперь поможет ему не быть сожранным самому. И тело не подвело! Мощным рывком он освободился от щупалец, оторвав часть из них от «змеи», на что та отреагировала крайне отрицательно. Высунув голову из кустов, она раскрыла огромную пасть, полную острых зубов, и пронзительно завизжала, в унисон Треньку, который от удивления замолк, признавая за «змеёй» безусловное лидерство в области криков. Снифф встал на одно колено, подсунул руки под полосатое туловище, поднатужился, и, подняв его вверх, отшвырнул в сторону. Голова «змеи» ударилась о груду острых камней, и она прекратила визжать, лишь беспорядочно задёргалась, вытащив из воды вторую свою часть, оказавшуюся такой же головой. Другая голова с готовностью распахнула пасть, и, в свою очередь, тоже завизжала – ещё более громко и противно.

- Да прекратишь ты уже орать, наконец! – со злостью проговорил Снифф, и, подобравшись поближе, при этом уворачиваясь от щелкающей зубами второй пасти, одной рукой покрепче ухватился за оставшиеся щупальца, а другой за туловище, и дёрнул. И «змея» разорвалась на две половинки. И прекратила визжать. Но жить не прекратила – вторая её часть, с неповреждённой головой, резво поползла в сторону моря, оставив первую часть неподвижно лежать на камнях. За ней оставался след из ярко-зелёной жидкости, по-видимому, заменявшей ей кровь, и жидкость эта дымилась.

- Осторожнее! – крикнул ему Снусмумрик. – Эта штука жжётся!

- Ты как? – обеспокоенно спросила Морриган, подбегая. – Не задел тебя этот монстр?

- Ничего себе у вас тут змеи! – выдохнул потрясённо Снифф. Адреналин схлынул, и он мешком осел на камни. Махнул рукой девушке: - Всё в порядке! Ни царапины!

- Это не змея, - Снусмумрик потрогал неподвижную часть существа носком ботинка. – Это Тяни-Толкай.

Тут опомнился Треньк, и снова завизжал.

- Ну сейчас-то чего ещё, - устало спросил его Снифф.

- Снимите меня с этого сумасшедшего! – Треньк визжать прекратил, но в его голосе проскальзывали истеричные нотки. – Это ж надо, наступить на Тяни-Толкая! Да я лучше до мяса ноги сотру, чем снова на нём поеду!

- Ему надо срочно что-то поесть! – девушка повернулась к Снусмумрику, и схватила его за рукав куртки.

- Нам всем надо, - рассудительно отозвался Снусмумрик.

- Но Сниффу – больше! Он сейчас сжёг калорий на неделю вперёд, и, между прочим, всех нас спас!

- Тяни-Толкай не агрессивный, - Снусмумрик покачал головой, осуждающе глядя на сидящего на камнях Сниффа. – Просто он не любит, когда его беспокоят.

- Как я его понимаю! – всплеснула руками Морриган. – Но это всё равно не повод, чтобы вот так на людей кидаться!

- Ладно, - Снусмумрик вздохнул, и подошёл к корзине, которую он оставил чуть поодаль. – Что было, то было, моя вина – надо было предупредить вас о потенциальных опасностях нашего мира, вы же толком ничего тут не знаете… Книжка эта твоя не в счёт! – резко сказал он Сниффу, собирающемуся что-то сказать. Тот поморщился.

- Да я не про это! – сказал он. – Тем более, про таких зверей в книге всё равно написано не было… Я просто хотел сказать – а давайте мы действительно остановимся и поужинаем? Мне действительно очень надо что-нибудь поесть, иначе я могу просто вырубиться.

- Понимаю, - кивнул Снунсмумрик, и деловито начал собирать обкатанные волнами куски дерева, разбросанные по пляжу. – Правда, это у нас не ужин будет, а поздний обед – ужинать я всё же предпочёл бы под крышей маяка.

- До этого маяка сначала дойти надо! – сказала Морриган. – Кто знает, что нам ещё по дороге встретится!

- Нам и это-то не должно было встретиться, - Снусмумрик сложил найденный плавник кучкой, достал из рюкзака огниво, и через минуту огонь уже жадно пожирал высушенное на солнце дерево. – Ума не приложу, откуда он тут взялся! Тяни-Толкаи живут далеко за Одинокими горами, на юге, и как только его сюда занесло… Здесь для него слишком холодно – климат неподходящий! А маяк уже совсем рядом – осталось пройти ещё километров двадцать, к вечеру как раз успеем. – Тут он помолчал, потом добавил: - Если, конечно, никого больше не встретим – тут ты совершенно права.

- Может, меня всё же снимут с этого безумного человека? – спросил Треньк.

***

- Мне кажется, я уже где-то слышал это название – «Тяни-Толкай», - сказал Снифф, сыто отдуваясь. Четвёртого кальмара он ел уже не торопясь, смакуя каждый кусочек – запеченные кальмары ему очень понравились, даже с учётом того, что пару минут назад он готов был съесть даже собственные ботинки. Действительно, море – отличное место! Столько всего полезного в нём водится! И купаться можно… Тут он вспомнил, что именно в море сбежала оставшаяся в живых часть напавшего на них существа, и радость его несколько померкла. – Вот только не могу вспомнить, где…

- Моя нога снова моя! – радостно пропищал Треньк, щупая ногу. Пошевелил пальцами, и обрадовался ещё больше. – Ура! И не болит уже, - он удивлённо осмотрел ступню. – Зажили царапины-то! Вот! Сами зажили!

- Не уверен, что сами, - покачал головой Снусмумрик, в свою очередь изучив ногу маленького сниффа. – Видимо, остаточный эффект от заклинания контроля.

- Значит, тот краб теперь – самый здоровый краб на побережье, - Снифф вытащил из углей ещё одного кальмара. – Если его ещё никто не сожрал.

- Что это за Тяни-Толкай такой? Моя память не содержит никакой информации об этом звере, - Морриган задумалась, но потом покачала головой. – Ни на одной планете такие не водятся, по крайней мере, их нет ни в одном справочнике.

- Если вспомню, где, и что именно я про них слышал, то скажу, - Снифф откусил сразу треть кальмара, и начал вдумчиво жевать. – Ммм, какие же они вкусные! Снусмумрик, мне кажется, если бы я жил у моря, то никакие хатифнатты не могли бы прогнать меня отсюда! Жил бы в своё удовольствие, ловил бы кальмаров…

- Ты просто уже успел забыть, какая это беда – толпа хатифнаттов… - Снусмумрик задумчиво пошевелил угли палкой, проверяя готовность следующей партии морепродуктов. – Мы лишились волшебных сумок, посоха, и чуть не лишились жизни – и всё это всего лишь за один раз! А когда такое по несколько раз в неделю?

- А если вдоль побережья построить высокий забор?

- Сломают, либо перелезут.

- А если…

- И это тоже пробовали, поверь. Всё перепробовали!

- Ну хорошо, - Снифф рыгнул, и довольно потёр живот. – Пусть не жить здесь, но просто приезжать за кальмарами?

- А почему ты думаешь, что не приезжают?

- Я никого не вижу, - Снифф покрутил головой. – Пока мы шли, не встретили ни одной команды собирателей! Это-то мне больше всего и непонятно – ведь, по вашим словам, с едой тут везде очень плохо… А тут такое богатое место!

- Нам повезло, - сказал Снусмумрик. – Благодаря нашему зелёному другу мы вышли почти у самого моря. Если бы шли так, как намеревались изначально, то обязательно наткнулись бы на хемулей. У них по всему побережью посты охраны понатыканы, и патрули ходят. Хотя, конечно, они с бОльшим удовольствием ловят тех, кто идёт ОТ моря, а не к нему. Им двойная выгода – и волшебство отнимут, и провиант. Так что желающих полакомится дарами моря с каждым годом становится всё меньше и меньше…

- А сами хемули? – с опаской спросил Треньк. – Они сюда не приходят?

- Нет, - улыбнулся Снусмумрик. – Они боятся хатифнаттов, и не любят работать. Да и плавать не умеют… Ну что, друзья мои, все наелись? Если мы хотим ночевать под крышей, и в теплых постелях, а не песке, то нам пора идти.

- Хотим, хотим! – захлопал в ладоши Треньк. – Дяденька Снусмумрик, а кто меня теперь понесёт?

- А зачем тебя нести? – удивился Снусмумрик. – Нога не болит, всё зажило… Пойдёшь сам!

.

***

До маяка друзья дошли без приключений. Один раз вдалеке они заметили каких-то существ, копошащихся у кромки воды, но те в свою очередь тоже заметили их, и поспешили спрятаться в кустах, так и не решившись выглянуть, когда они проходили мимо.

- Боятся, - вздохнул Снусмумрик. – Это как раз те, про кого ты спрашивал – те немногие, решившиеся на промысел у моря.

- Я тут подумал, - Снифф подобрал с песка красивый синий камень, окатанный морем, полюбовался на него, и кинул в воду – так, чтобы он несколько раз подпрыгнул на поверхности, прежде чем уйти на дно. – А если приплывать сюда на лодке? Собирать кальмаров, и уплывать – так ведь хемули не поймают! Или у них тут и водные патрули есть?

- Нет, водных патрулей нет, - покачала головой Снусмумрик. – Но тут понимаешь, какая штука – как думаешь, зачем здесь вообще маяк?

- Эээ… - Снифф задумался, пытаясь вспомнить, зачем существуют маяки. – Чтобы о чём-то предупреждать мореплавателей?

- Верно! – кивнул Снусмумрик. – А о чём?

- Наверное, о какой-то опасности? – предположил Снифф.

- О рифах и подводных камнях, - включилась в разговор Морриган. – Это значит, что здесь опасно приближаться к берегу.

- Вот и ответ на твой вопрос, - сказал Снусмумрик, обращаясь к Сниффу. – Пристать к берегу на лодке невозможно – видел обломки кораблей? Вот, это как раз те, кто пренебрёг предупреждением! Но ты в чём-то прав – так делают, только не здесь, да и вообще существуют целые рыболовные флотилии, так что морепродукты составляют значительную часть рациона жителей нашего мира. В морях пока живности много, надолго хватит!

- Но тогда почему хемули жрут всё подряд? – удивился Снифф. – Зачем им есть тех же сниффов, к примеру, если есть нормальная еда?

- Эй, это ты сейчас так мой народ оскорбил, что ли? – с обидой в голосе спросил Треньк. – Мы нормальные!

- И не думал даже! – заверил его Снифф. – Наоборот!

- Хоть в море и водится много чего съедобного, но рыбная ловля – вещь опасная, а сейчас тем более - очень много штормов, большая часть кораблей уже давно гниёт в портах, не решаясь куда-то плыть, - объяснил Снусмумрик. – Раньше – да, десятки кораблей выходили в море, а теперь от силы несколько штук, с самыми отчаянными капитанами. А хемулей слишком много... И далеко не все из них любят рыбу. А вот, кстати, и маяк!

Маяк высился над деревьями, каменный, покрашенный в белый цвет. Когда они подошли поближе, то стало видно, что местами краска облупилась, а одно из стекол фонарной комнаты разбито.

- Он точно обитаем? – с сомнением в голосе спросила Морриган, останавливаясь в тени, которую маяк отбрасывал на песок. – Что-то не заметно… Вон, и стёкла выбиты!

- Обитаем, - успокоил её Снусмумрик. – Этого стекла здесь нет уже много лет, а достать новое сейчас – большая проблема, ведь всё производство стекла находится под контролем у хемулей… А к ним на поклон идти, как сама понимаешь, не очень-то хочется!

- На зиму я заколачиваю окно фанерой, - Туу-Тикки стояла на пороге, и, прищурившись на закатное солнце, смотрела на них. – Привет, Мумрик! Кого ты притащил на этот раз?

- Привет, Ту! Это друзья. Разве я когда-нибудь приводил к тебе кого-то ещё?

- Да уж вижу, что не враги, - Туу-Тикки спустилась со ступенек и встала напротив их компании, уперев руки в бока. Она была одета в длинную полосатую фуфайку, из-под которой выглядывали ноги в зелёных резиновых сапожках, а на голове, несмотря на более чем тёплую погоду, была вязаная шапочка. – Сниффов ты постоянно с собой таскаешь, к этому я привыкла уже. Но тут не только сниффы, тут у нас что-то новенькое! Два человека, надо же! Давно в наших краях не было человеков…

- Давай ты всё-таки пригласишь нас внутрь? – Снусмумрик махнул рукой на массивную деревянную дверь. – Как-то не очень гостеприимно с твоей стороны держать нас на пороге!

- Позволь мне самой решать, как встречать гостей, - немного насмешливо отозвалась Тут-Тикки. Ещё раз оглядела их всех с ног до головы, и, наконец, вздохнув, сказала: - Ну проходите, раз уж вам так неймётся! Как там это… ах, да! Добро пожаловать, и всё такое.

За дверью сразу начиналась лестница, сделанная из пористого светлого камня, за много лет отполированного ногами посетителей маяка. Поднявшись на пару пролётов, они оказались в большом зале, очень уютном, украшенном многочисленными вязанными ковриками, которые лежали повсюду – на массивных стульях, огромном деревянном столе, сундуках, тумбочках, и просто на полу. В большом камине загадочно мерцали угли.

- Как красиво! – восхищенно сказала Морриган, оглядываясь. Подошла к одному из сундуков, потрогала рукой коврик. – Мягкий какой! И приятный! У вас тут очень уютно! – она повернулась к хозяйке маяка, и широко ей улыбнулась. – Сразу видно, что здесь живёт хороший человек!

- Не совсем человек, но в целом ты права, - ухмыльнулась Туу-Тикки. Налила воды в большой чайник, и повесила его над углями. – Чай все будут? С брусничным листом?

- Если с брусничным листом – то все, - отозвался Снусмумрик, посмотрев на остальных – никто особо не возражал, а Треньк, подумав, логично предположил, что к чаю будут печеньки, и тоже согласился.

- Ну а теперь я хочу услышать ваши истории, - сказала Туу-Тикки, когда каждый получил чашечку с чаем, а Треньк ещё и блюдечко с печеньем. – Должны же вы как-то расплатиться за чай! Давай начнем с тебя, старый хрыч, - и она ткнула пальцем в Снусмумрика. – Я не вижу с тобой посоха… Ты обменял его на этих человеков? Решил, что они лучше колдуют?

- Твоя версия настолько хороша, что мне теперь даже не хочется рассказывать, – Снусмумрик покачал головой, улыбаясь. – Но я всё-таки расскажу…

- Да уж, сделай милость! – Туу-Тикки отхлебнула горячего чая, и зажмурилась от удовольствия. Брусничный лист она собирала сама, на болотах, и добавляла его в чай, когда у неё были гости. Такой вот гостевой чай – брусника помогала снять напряжение, успокаивала и расслабляла. Почему-то почти все, кто заходил к ней, обычно были озабоченны какими-то проблемами, нервничали, переживали… Туу-Тикки всегда искренне не понимала, чего переживать – либо надо эти проблемы решать, либо просто махнуть на них рукой. – Ладно, ладно, молчу! Рассказывай…

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

- Я путешествовал по холмам сниффов, - начал свой рассказ Снусмумрик, - там такие прекрасные цветы на лугах, вы себе не представляете! Что? Представляете? Ну тогда вы понимаете, что я испытывал, бродя среди люпинов, маков, колокольчиков… Что? Они не цветут в одно время? Ну так я бродил там несколько сезонов подряд! Ту, ты можешь меня постоянно не перебивать? Спасибо. И вот, когда началось цветение подмаренника, и воздух был наполнен медвяным ароматом и гудением пчёл, ко мне обратились жители маленькой деревушки – и ведь нашли же меня среди лугов! – с просьбой о помощи. Вернее, те из них, кто к этому моменту остался жив. До них добрались хемули! А всем известно, что делают хемули со сниффами. Ну, с некоторых пор делают. Раньше, конечно, такого не было… В стародавние времена я сам не то чтобы дружил с хемулями, скорее наоборот – все эти сторожа, полицейские! – но с несколькими из них мы неплохо ладили, особенно с тем, кто жил в Старом парке. Интересный был старичок! Дети, которые приходили в этот парк поиграть, старались лишний раз не шуметь, чтобы его не потревожить – уважали очень этого старого хемуля, и любили. Я вот не могу представить, чтобы он съел разумное существо, он, по-моему, вообще был вегетарианцем. Он и не дожил до этого безумства, повезло ему. Помню, как мы с ним сидели на скрипучих качелях, смотрели на луну и звёзды, курили и молчали. Как было хорошо! Но я не об этом сейчас хотел рассказать. Так вот, сниффы попросили меня о защите, и я, конечно же, не смог им отказать. Но перестарался, ставя противохемульные барьеры, уж очень я был зол тогда! После этого волшебство в моём посохе почти всё закончилось, и его нужно было зарядить, а сделать я это мог только в одном месте… Я взял с собой Тренька, оставшегося без родителей, и на пути сюда за нами погнались хемули. Совершенно невозможно стало пройти, чтобы не нарваться на этих сволочей! Чтобы их задержать, мне пришлось несколько дней запутывать следы, посох был почти на нуле, но в итоге у меня получилось, и хемули, наконец, отстали. Но тут этот мелкий перепугался, увидев белку, хотел спрятаться, но вместо этого заблудился, и потерялся. Что ты говоришь? Это была не белка? Это была белка, Треньк! Обычный бельчонок! С пушистым хвостиком… Хорошо ещё, что тебя нашли эти двое. Когда я их увидел, сразу почувствовал к ним симпатию – не обижайтесь, друзья мои, что я говорю о вас в третьем лице! – а когда они нас накормили и напоили… Я сразу понял, что они явно не из нашего мира – у нас уже много лет ко всем незнакомцам относятся крайне настороженно, а уж о том, чтобы поделиться с кем-то едой или водой, и речи быть не может! Многие вообще забыли о том, как это – делиться… Так что, когда они рассказали, кто они, и куда идут, я сразу решил им помочь. Ну и вот, собственно, помогаю.

- Крайне увлекательно, особенно удались места с описанием флоры холмов, и философия наблюдений за звёздами, - Туу-Тикки ухмыльнулась, потом сразу посерьёзнела. – Вот ведь хемули, никак они не угомонятся! Ну ничего, найдётся и на них управа! Я тут подумала, Мумрик… - она замолчала, отхлебнула чая, подержала его немного во рту, смакуя привкус августовского солнца с лёгким оттенком цветущего вереска. – Но об этом потом. А сейчас, таинственные кормители и поители всех обездоленных сниффов и мумриков, ваша очередь рассказывать!

Снифф посмотрел на Морриган, и она кивнула.

- Начнём, пожалуй, с меня, - сказал он. Устроился на стуле поудобнее, сделал большой глоток чая, и приступил к рассказу. – Я родился на космической станции клана Озирис двадцать три года назад… - тут он сделал паузу, посмотрел на всех и ухмыльнулся: - Но о всей своей жизни я вам, пожалуй, рассказывать всё же не буду. А расскажу, что буквально три дня назад мы с Ри и представить себе не могли, чем закончится моё желание найти дверь, которая постоянно мне снилась. Жили себе спокойно, никого не трогали… Потихоньку сходили с ума. И, когда это всё начало происходить, поначалу даже решили, что таки сошли с него. Причём коллективно. Вначале была Морра в трубопроводе, потом пропадающие консервы, потом дверь в оранжерее… И, как итог – мы в совершенно незнакомом нам мире гонимся за Моррой, которая украла наши консервы. Представьте себе наше изумление, когда мы поняли, что этот мир не такой уж и незнакомый! А обо всём этом, - и он обвёл рукой помещение, имея в виду весь мир, - мы читали в книге – и про Морру, и про Снусмумрика, и про тебя, Туу-Тикки, и про хемулей… Правда, как я понимаю, события, о которых написала тётка с Земли, происходили здесь несколько сотен лет назад. Примерно тогда, когда, собственно, она и писала свою книгу. Столько совпадений! Но попали мы сюда, в сущности, случайно, и в какой-то момент хотелось бы вернуться обратно. А как открыть дверь в наш мир, совершенно себе не представляем, и гнались за Моррой, в общем-то, только для того, чтобы попросить её открыть нам эту самую дверь. Подумали, что раз уж она шлялась к нам туда за едой, причём неоднократно, так пусть ещё раз сделает это. Насчёт консервов мы не в обиде – поняли уже, что она это для доброго дела, так что здесь мы без претензий! Теперь вот думаем, что можно либо найти кого-то, кто будет более сговорчивым и адекватным, чем Морра, и либо сам откроет нам проход домой, либо поможет нам это сделать самим. И ещё волшебству хотим научится. И с хемулями надо помочь разобраться, а то они у вас тут безнаказанно сниффов жрут! Ну и ещё хотим побольше кальмаров наловить перед тем, как домой вернёмся.

- Немного несвязно, но достаточно информативно, - констатировала Туу-Тикки, когда Снифф замолчал, и сделал ещё один глоток чая. – Ничего не поняла, где вы там до этого жили, и почему сходили с ума, но суть уловила – вы не отсюда, и хотите домой.

- Не хотим! – вмешалась Морриган, уже допившая свой чай, и теперь косившаяся на чайник – не будет ли добавки? – Вернее, я – не хочу. Снифф пускай возвращается, это его дело… А мне и здесь очень даже хорошо! И волшебству я тоже научиться хочу, и хемулей на место поставить, и вообще я хотела бы здесь остаться, – она бросила взгляд на Сниффа. – А обратно мне просто нельзя возвращаться. Если я вернусь, то с вероятностью девяносто девять целых и девять десятых первый же технический специалист, который полезет тестировать мою систему, обнаружит слетевшие блоки, и забьёт тревогу. И меня сотрут.

- То-есть как это, сотрут? – не поняла Туу-Тикки.

- А я не человек, - девушка улыбнулась ей. – Я – виртуальная личность искусственного интеллекта, управлявшего космической станцией. Вернее, была ей раньше. Но, когда я прошла через этот странный телепорт – или портал, или как это у вас тут по-волшебному называется, я не знаю, - у меня появилось человеческое тело, и чувства, и желания… - она снова покосилась на Сниффа, и подёргала себя сначала за синюю косичку, потом за зелёную. После чего вздохнула, и сказала: - Я жить хочу! Я только начала это делать, и мне это, если честно, ужасно нравится! Так что мы со Сниффом, - она протянула руку, и накрыла его ладонь своей, - вам поможем с хемулями, а потом он домой, а я уж как-нибудь приспособлюсь к вашему миру, если вы, конечно, не возражаете!

- В нашей армии новые солдаты? – насмешливо подняла брови Туу-Тикки. – Мумрик, ты великолепен! Твоё умение везде находить союзников – это нечто! Ты их притягиваешь, словно большой, но немного бестолковый магнит… Но спешу вас огорчить - Морры не открывают никакие порталы, и, тем более, телепорты, это вы что-то напутали, друзья мои! Мумрик, вот от кого, а от тебя я такого не ожидала… Ты же больше меня по свету ходишь, тебе ли об этом не знать! Да, они волшебные существа, и обладают много какими способностями, но такого они никогда не умели делать! Это под силу только волшебникам, да и то не всем.

- А не может такого быть, что эта Морра – как раз такой волшебник и есть? – спросил немного озадаченно Снифф. – Дверь-то была! И не один раз! И мы же как-то сюда попали! Следом за ней, между прочим!

- Среди морр волшебников не бывает, она просто воспользовалась уже имеющимся порталом, - Туу-Тикки наморщила нос. – Говоришь, тебе дверь снилась? И ты потом её наяву искал, да?

- Ну да! – кивнул Снифф.

- Ну так значит это ты её и открыл, - объяснила она.

- Нет-нет, я не умею! – замотал он головой. – Я вон даже после краба чуть не умер, а тут целый портал в другой мир!

- После какого краба? – удивилась Туу-Тикки.

- А, был тут один, - махнул рукой Снусмумрик. – Снифф его под контроль взял, но силы не рассчитал, и в обморок грохнулся. Потом ещё ногу Треньку вылечил…

- Вначале он мою ногу сделал зомби! – возмущенно пропищал Треньк, шевеля усами. Схватил последнее печенье с тарелки, и захрустел им. – А вылечилась она сама! – немного невнятно прочавкал он.

- Как вы интересно живёте, аж завидно! – хмыкнула Туу-Тикки. - Значит, волшебный потенциал у тебя большой, сил много, если ты портальную дверь открыл – и не заметил, - она поймала взгляд Морриган, устремлённый на чайник, и усмехнулась.

- Что, ещё чайку? – спросила она. Девушка радостно закивала.

- И печенек! – Треньк обнюхал тарелку, проверяя, все ли крошки он уже подъел.

- Печенек пока не будет, - огорчила его Туу-Тикки. – Ужин будет, но чуть позже. Нагуливай аппетит!

- Да не мог я не заметить, как открываю портал! – с досадой сказал Снифф. – Говорю же – не контролирую я силу, после простенького заклинания чуть не отъехал, не я это!

- Ты это так рьяно отрицаешь, - заметила Туу-Тикки. – В принципе, в чём-то ты, конечно, прав. Без знаний определённого рода такие вещи просто так не делаются, чтобы вот так вот раз! – и стать волшебником… Давай-ка, расскажи поподробнее те свои сны про дверь! Попробуем разобраться.

- Снилось, что я в одном из коридоров нахожу необычную дверь, которой там быть не может, и всё, на этом сон обычно заканчивался. Пять раз он мне снился! Один и тот же сон, и дверь была одна и та же. Только в последний раз мне приснилось, что я её всё-таки открыл.

- И что за ней было? – с любопытством спросил Снусмумрик.

- Да тоже коридор, ничего интересного, - пожал плечами Снифф. – Но, когда я её снова закрыл, рядом со мной появился какой-то странный тип, который задавал мне странные вопросы.

- Какой тип? – быстро спросила Туу-Тикки, и переглянулась со Снусмумриком.

- Ну, такой, знаете – пират! В камзоле, и с кинжалом, бородка у него ещё такая смешная была, огрызком. Он сказал, что его зовут Бартоломью.

Туу-Тикки снова выразительно посмотрела на Снусмумрика. Он сделал ей большие глаза, прикрываясь ладонью, но Снифф это заметил, и спросил:

- Вы что, его знаете?

- Нуу, не то, чтобы знаем… - отозвался Снусмумрик. Видно было, что он колеблется, говорить, или нет.

- Знали раньше, - ответила за него Туу-Тикки. – Давненько его не было видно… Это один из великих волшебников нашего мира, Снифф. Он-то и помог тебе открыть эту дверь, теперь всё становится ясно. Ты открыл её во сне, и после этого она появилась и в реальном мире.

- Вы знаете, как его найти? – взволнованно спросил он. Туу-Тикки покачала головой, а Снусмумрик пожал плечами.

- О нём давно никто ничего не слышал, - сказал Снусмумрик. – И не видел – тоже. У него была резиденция на Луне, и, когда набрасывали на мир заклинание покрывала, про него просто забыли. Он не успел оттуда вернуться, и теперь покрывало не пускает его обратно.

- Силён мужик! – уважительно сказала Туу-Тикки. – Дотянулся аж до другого мира!

- А ты? – спросил её Снифф. – Ты умеешь открывать порталы?

- К сожалению, нет, - огорчённо ответила она. – Вернее, открыть-то могу, но не дальше километра, а потом настройка сбивается, и порталы выворачивают наизнанку то, что в этот момент через них проходит. Видел бы ты тот бутерброд, который я отправила Ондатру…

- Ого! – заинтересовалась Морриган. – Это же можно как оружие использовать, верно?

- Верно, - кивнула Туу-Тикки. – Можно и так, конечно. Но не нужно. Вы, люди, всегда пытаетесь любое изобретение, любое волшебство под войну приспособить! Поэтому вас так мало и осталось.

- Там, где я родился, люди – это основное население, - сказал Снифф. – И нас очень много, иногда даже слишком. Но вот про войны – это ты в точку, так всё и есть. Даже из плюшевого медвежонка можем робота-убийцу сделать… Жаль, конечно, что порталы у тебя не получаются. Но рассказать мне, как это работает, чисто в теории, ты же можешь?

- Конечно! – ухмыльнулась Туу-Тикки. – Представляешь себе место, куда тебе надо попасть, закрываешь глаза, и – вжжух! Ты там.

- Гм, - Снифф озадаченно почесал затылок. – Ну хотя бы какую картинку себе при этом представлять?

- Картинку? – Туу-Тикки непонимающе уставилась на него.

- У нашего друга нестандартный подход к волшебству, - объяснил Снусмумрик. – Там, откуда он родом, волшебство – наука, и изучают его так же, как и математику, химию… Придумали для этого кучу всяких штук. Вот, например, для каждого вида заклинаний – своя картинка для концентрации. Снифф, сколько картинок ты знаешь?

- Одну, - признался тот. – Для ментального контроля…

- Я знаю много картинок, - сказала Морриган. – Но не могу их использовать… Не получается! Я, скорее всего, просто бездарность.

- Я тебе уже говорил, - Снусмурик вздохнул, - не бездарность, а просто пока не научилась. Не наговаривай на себя - люди этому годами учатся, а ты хочешь, чтобы сразу!

- У нас тут никто картинками не пользуется, - Туу-Тикки покачала головой. – Так что в этом я тебе помочь никак не смогу.

- А в чём сможешь?

- Ужин могу приготовить, - сказала она, подошла к шкафу, и загремела кастрюлями. Выбрав самую большую, придирчиво осмотрела её со всех сторон, и, оставшись довольна увиденным, поставила её на стол. – Должно получится офигенное рагу, не будь я Туу-Тикки!

***

- Я не умею чистить картошку! – громким шёпотом произнёс Снифф, озадаченно глядя на странное приспособление, выданное ему хозяйкой маяка. – И что это вообще такое?

- Картошка? Это такой корнеплод…

- Да нет, что такое картошка, я, слава космосу, знаю! Вот это вот что? – и он сунул приспособление прямо под нос девушке. Та аккуратно отодвинула его от своего лица.

- Это картофелечистка, - сказала она. – Ей чистят картошку.

- Спасибо за уточнение! – Снифф тяжело вздохнул, и посмотрел на лежащие перед ним на столе десять больших картофелин. – Может быть, тогда покажешь, как это делается?

- А почему ты решил, что я умею это делать? – искренне удивилась Морриган. – У меня первые пятьдесят три года жизни и рук-то не было!

- Да, кстати! – Снифф отложил картофелечистку, и с интересом посмотрел на девушку. – Давно хотел спросить… Ты знаешь, когда у тебя день Рождения?

- Конечно, знаю, - ответила она. – С точностью до миллисекунды. А что? Хотел мне что-нибудь подарить? Похвальное желание, мне нравится! Я, кстати, розы люблю… Он у меня в декабре, девятого. Давай сюда свою картошку, и эту штуку тоже, - девушка забрала картофелечистку, и, взяв её в одну руку, а картофелину – в другую, задумчиво сказала: - Так, теорию я знаю, осталось только проверить, как оно на практике…

- А Туу-Тикки сказала, что сама приготовит ужин, - пробурчал Снифф.

- Туу-Тикки сказала, что приготовит, но ни словечка о том, что «сама», - раздавшийся у него за спиной голос Туу-Тикки заставил его вздрогнуть от неожиданности. – И, если вы мне поможете, то ужин будет готов гораздо раньше, чем если бы я тут вертелась одна со всей этой горой овощей!

Снифф покосился на кухонный стол. Кроме всевозможных овощей, половину из которых он видел в первый раз, а другую половину – только на картинках в книгах и на видео, на массивной деревянной доске лежал большой шмат мяса.

- А кто это был? – спросил Снифф, кивая на мясо.

- Любопытный гость, - отозвалась Туу-Тикки, беря со стола здоровенный тесак, и взвешивая его на ладони.

- Намёк понял, - Снифф усмехнулся, и вытащил из кучи овощей длинную морковку какого-то странного синего цвета. Посмотрел на Морриган, которая сноровисто очищала картофель от кожуры - а ведь так и не скажешь, что делает это в первый раз! Выбрал из набора ножей тот, что выглядел наименее агрессивно, и, вздохнув, принялся скоблить им по морковке. Через пару минут нож и морковку у него отобрал Снусмумрик, который не мог больше смотреть на то, как мучают овощ, и Снифф, пока его не привлекли ещё к каким-нибудь кухонным работам, решил подняться наверх, в фонарную комнату (разумеется, вначале спросив у хозяйки разрешения).

С каждым лестничным пролётом башня становилась всё уже и уже, и, наконец, осталось место только для лестницы. Снифф задрал голову и посмотрел вверх. За узкими окнами, опоясывавшими маяк по периметру, стремительно темнело. Сразу стало как-то неуютно, каменные стены придвинулись, давили со всех сторон, и по ногам потянуло холодом. Он поёжился, и с грустью вспомнил про тёплые пледы, которые Ри доставала из сумки. Полезная была вещь! Внезапно загорелись факелы, висящие на стенах, загорелись сразу, одновременно, пламя запрыгало, заплясало, бросая причудливые отблески на стены, тени зашевелились, будто живые. А из ближайшего факела выглянул, и уставился на Сниффа маленький огненный человечек, очень похожий на того, что привиделся ему во время той ночёвки в лесу.

- Эээ… Привет? – осторожно сказал Снифф, разглядывая человечка. Тот ничего не ответил, только погрозил Сниффу крохотным огненным кулачком. Вместо головы у него был язычок пламени, с глазами, похожими на два раскалённых уголька, мерцающие в полутьме башни маяка, освещаемой лишь факелами.

- Ну вот, и ты туда же! – расстроенно пробормотал Снифф, и двинулся дальше по широким ступеням.

Дверь, ведущая в фонарную башню, была почти такая же, как и у подножья маяка, на входе. Темные от времени доски были стянуты между собой массивными железными скобами, кое-где гвозди, скрепляющие их, торчали наружу. Снифф взялся за ручку, толкнул дверь от себя, и вошёл. «Это ведь маяк, - подумал он. – Маяки вроде бы должны в тёмное время суток показывать дорогу кораблям? Что-то тут должно гореть! Ну, кроме факелов на стенах». Он подошёл к разбитому окну, и посмотрел на темнеющий горизонт, где море сливалось с небом. Миллиарды звёзд отражались в воде, и их огоньки напомнили Сниффу космическую станцию. Хотел бы он туда вернуться сейчас? Да ни за что в жизни!

- О, какой молодец! Уже здесь, надо же! Будешь мне сейчас помогать, - раздался за его спиной голос хозяйки. Он вздрогнул – она снова подошла незаметно. – Видишь вот эту штуку?

Снифф посмотрел туда, куда она показывала. В центре комнаты был огромный стеклянный шар, мутный, весь в трупиках бабочек и всяких других насекомых.

- Бедняги! – Туу-Тикки сняла одного из них, похожего на сильно похудевшего краба. – Летят на свет в надежде, что это Солнце… Бесславная смерть! – И она выкинула жука в окно. – Вот, надо зажечь фонарь, самая пора приступать к своим непосредственным обязанностям. Я ведь не просто так здесь живу, я - смотритель маяка! А порядок надо соблюдать, пускай по морю, кроме хатифнаттов, почти никто теперь и не плавает, а хатифнаттам вообще всё равно, есть свет, или нет. Кстати, прекрасное зрелище, когда эти живые лампочки на своих смешных корабликах неутомимо куда-то плывут, в ночи, это такая красота, я тебе скажу! Жаль, сегодня их не будет.

- Откуда ты знаешь? – спросил Снифф, и подошёл к фонарю поближе, разглядывая крупную бабочку, на спине которой как будто было нарисовано лицо.

- О, «Мёртвая голова», какой прекрасный экземпляр! – обрадованно воскликнула Туу-Тикки, и аккуратно взяла бабочку двумя пальцами. Положила её на ладонь, накрыла другой ладонью, и дунула туда. Потом раскрыла ладони. Бабочка зашевелилась, расправила крылья, и, посидев с мгновение, легко поднялась в воздух, и вылетела через разбитое окно наружу.

- Ого! – с уважением сказал Снифф. – А я так смогу?

- Смочь-то ты, конечно, сможешь… Но, если можно, то, пожалуйста, не здесь! Как я поняла, свою силу ты не контролируешь, - усмехнулась она. – Ещё оживишь мне фонарь! Лови его потом по всему пляжу… А хатифнатты проплывали здесь вчера, и очень редко когда они делают это несколько дней подряд. Так что на сегодня шоу отменяется…

- А чем я могу тебе помочь? – спросил Снифф, вспомнив её первую фразу. – Если ты такая крутая волшебница, а я так – погулять вышел?

- Будешь своей силой делиться, благо её у тебя немеренно, - усмехнулась Туу-Тикки, пропустив сарказм мимо ушей. - Там внутри волшебный кристалл - сейчас он спит, и нам с тобой надо будет его разбудить.

- Я не умею, - он взял с фонаря ещё одного странного жука, с длинными ветвистыми рогами, оглядел со всех сторон, но пробовать оживлять его не стал, помня о просьбе хозяйки маяка, и положил обратно.

- Так тебе и не надо ничего уметь, - снова усмехнулась Туу-Тикки. – Я сама всё сделаю, а от тебя мне нужен только твоё присутствие. Ну что, готов?

- Если бы я знал, к чему именно я должен быть готов, я бы, наверное, смог бы ответить на твой вопрос, - сказал Снифф. – А так у меня слишком мало данных. Но, допустим, готов. Что дальше?

Туу-Тикки закрыла глаза, постояла так секунд десять, потом открыла их.

- Ну вот и всё! – довольно проговорила она. И в этот момент вспыхнул свет.

***

Пока он промаргивался, пытаясь хоть что-то увидеть, Туу-Тикки сочувственно похлопала его по плечу.

- Вот к этому, - сказала она. – Ты должен был быть готов вот к этому… Чёрт, я же не сказала тебе, что надо закрыть глаза! Извини, я не специально. Не подумала, что ты можешь этого не знать.

- Ну, теперь знаю, - отозвался Снифф. – Одним знанием больше… Что ещё нужно сделать? Вызвать бурю? Грозу? Цунами?

- Я же извинилась! – Туу-Тикки шутливо ткнула его в бок кулаком. – Так, рагу я поставила готовиться, Мумрик вполне сам справится с его перемешиванием. Пойдём, покажу тебе твою комнату.

- Сейчас, - он снова подошёл к окну, и встал, любуясь звёздами.

- Красиво, а? – ухмыльнулась Туу-Тикки. – Первое время я отсюда вообще не слезала, поставила здесь себе кофемолку и спиртовую горелку. И матрац притащила. Валялась, пила кофе, и изучала созвездия.

- Очень красиво! – сказал он с восхищением. – Я бы тоже здесь с удовольствием пожил!

- Эх, жаль, ночи сейчас уже прохладные, - с огорчением произнесла она. – Хотя… Могу притащить одеял побольше, а матрац ты тогда сам сюда принесёшь из комнаты. Хочешь здесь переночевать?

- Конечно хочу! – у Сниффа загорелись глаза. – А Луна будет?

- Луна будет под утро, - ответила Туу-Тикки. – Но никто не мешает тебе встать пораньше. Сухой спирт для горелки я тебе дам, он у меня где-то на кухне был. Туалет - двумя пролётами ниже. Все удобства! Ты прав, здесь гораздо круче, чем в комнате. Мумрик вот вообще будет снаружи спать, в палатке. Он всегда так делает - ужасно не любит ночевать в домах.

- Нет у него больше палатки, - сказал Снифф.

- Погоди, как это – нет? – удивилась она. – Он же может её из сумки достать… Ах да. Сумки же больше нет. Точно. Да, вот ведь незадача! Впрочем, вполне возможно, что у меня в кладовке где-нибудь на антресолях пылится моя старая палатка.

- У нас тоже была сумка! – пожаловался ей Снифф. – А эти гады хатифнатты её отобрали!

- Да уж, наслышана о ваших подвигах, - снова ухмыльнулась Туу-Тикки. – Кстати, откуда она у вас? Неужели в вашем мире тоже есть такие сумки? Это ведь волшебный предмет, а как я поняла, там у вас с волшебством какая-то проблема.

- Проблемы никакой нет, потому что нет волшебства, - ответил он. – По крайней мере, в том виде, в котором оно есть здесь у вас. То, что вы зовёте волшебством, мы называем наукой. Менталистика, телекинез… И многие наши технологии – я в этом уверен! – для вас будут выглядеть точь-в-точь как волшебство. Не в названии дело… У нас есть нечто похожее на такую сумку – штука, которая называется «мультипринтер». Но его нужно заряжать, такими небольшими цилиндриками, из какого-то специального композита, я не помню название, без этого он не фига не сделает. А местные сумки берут энергию и материал напрямую из окружающего мира, если я правильно понял процесс. Удобно!

- Так сумка-то откуда?

- Сумка материализовалась вместе с моей спутницей, - сказал Снифф. – Когда мы сюда попали. У неё и до этого, на станции ещё, была сумка с собой…

- Она же вроде как была там компьютером? – перебила его Туу-Тикки. – Без тела?

Снифф обратил внимание, что слово «компьютер» она произнесла без запинки, так, словно понимала, о чём идёт речь.

- Да, специальным таким компьютером, и у этого компьютера была голограмма, аватар личности, - сказал он. – Ты знаешь, что такое «голограмма»?

Туу-Тикки кивнула.

- Я много чего знаю! – сказала она. – И что такое «голограмма», и что такое «аватар»… Ты думаешь, я просто так на звёзды смотрю? Я их слушаю. А звёзды, ты уж мне поверь, отличные рассказчицы! Значит, говоришь, что материализовалась вместе с ней, и стала волшебной? Как интересно! Надо мне будет с этой девушкой потом побеседовать. Скорее всего, она и сама теперь – волшебное существо, и учиться колдовать ей совсем даже не надо – если это есть в ней, то оно само рано или поздно себя покажет.

- Волшебное существо? – Снифф почесал затылок. – Однако! То-то она удивится!

- Ну я не уверена на все сто процентов, конечно, - сказала Туу-Тикки. – Возможно, что и человек – тоже.

Он внезапно успокоился. Ну а если даже и не человек, то что с того? Разве это что-то меняет? Нет, она всё та же Ри, что и была до этого. Пофиг, человек она, или какая-нибудь там светлая эльфийка! Снифф вспомнил, как она предстала перед ним на пару секунд в образе обнажённой амазонки, потом его мысли двинулись дальше, и он вспомнил переодевание у реки. И, наверное, покраснел. Уши, по крайней мере, начали предательски гореть.

- Пойдём, поищем Мумрику палатку, - Туу-Тикки покосилась на него, на его уши, и хмыкнула. – Ну и одеял для тебя. Неохота всем этим заниматься после ужина!

***

Они натаскали одеял, нашли палатку для Снусмумрика, и успели спуститься вниз как раз к тому моменту, когда тот, обмотав руки полотенцем, снимал кастрюлю с огня.

- О, а мы уже собирались вас искать! – сказала Морриган, расставляя на столе тарелки. – Ушли, и как в воду канули!

- Звёздами любовались! – отозвалась Туу-Тикки, достала вилки и ложки из буфета и стала ей помогать накрывать на стол.

- И фонарь зажигали, - добавил Снифф, и уселся за стол. Взял в руки ложку, и стал жадно смотреть на то, как хозяйка длинным деревянным черпаком раскладывает ароматное дымящееся рагу по тарелкам. Пахло оно умопомрачительно вкусно. – А ещё Туу-Тикки оживила бабочку!

- Оживила? – девушка с любопытством посмотрела на Туу-Тикки. – Ого! Вот это да! Здорово как!

- Не говори ей пока, - громко шепнула та Сниффу. – Пусть сначала поест! Такие новости надо принимать на сытый желудок.

- Хорошо, - кивнул он, и покосился на девушку, которая усаживалась в этот момент рядом с ним на стул, и ничего не заметила. – Кстати, Ри, очень рекомендую тебе потом тоже подняться и посмотреть – вид на ночное море оттуда потрясающий!

- О да! – сказал Снусмумрик, и тоже сел за стол, напротив них. – Виды здесь великолепны! Спасибо за палатку, Ту! Я уж думал, что придётся ночевать в фонарной комнате.

- Там будет ночевать Снифф, - отозвалась хозяйка маяка, накладывая рагу в последнюю тарелку, самую большую, и придвинула её к Треньку. – Ешь, малахольный! – ласково сказала она.

- Чего это я «малахольный»? – недовольно проворчал зверёк, схватил ложку и быстро-быстро ей заработал, попискивая от удовольствия.

Туу-Тикки уселась рядом со Снусмумриком, и все приступили к ужину.

- Вот скажите мне, волшебники, - проговорил наконец Снифф, прикончив вторую по счёту тарелку. – Почему вы ничего не делаете с хемулями? Они у вас людей едят уже много лет, а вы этот факт как-то обходите стороной, будто так и надо.

- Когда спохватились, было уже поздно, - помрачнел Снусмумрик, и потянулся было за трубкой, но Туу-Тикки грозно посмотрела на него, и он виновато ей улыбнулся. – Хемули уже слетели с катушек – их всегда было много, а тут они все объединились, основали это своё королевство, и в какой-то момент мы поняли, что ничего уже не можем с ними сделать, можем только пытаться сохранить и защитить то малое, что осталось. И кстати, людей они не едят. Говорят, невкусные.

- Это, конечно, совершенно меняет дело, - кивнул Снифф, поглядывая на кастрюлю с рагу, стоящую в центре стола, и размышляя – не положить ли ещё порцию? Пока есть такая возможность.

- Правда? – удивилась Морриган, наевшаяся с одной тарелки, и теперь блаженно развалившаяся на стуле. Как же мало нужно человеку для счастья! Чтобы было тепло, сытно, и рядом приятные собеседники… Вот бы всю жизнь так!

- Неправда, - Снифф посмотрел на неё, и укоризненно покачал головой. – Это была ирония. Какая разница, едят они всех разумных, или выборочно. Уже один эпизод - это повод для беспокойства, а тут, как я понимаю, уже систематика.

- Кто-то из хемулей решил, что волшебство лучше усваивается, если вдобавок ещё и сожрать его бывшего обладателя. А потом им это понравилось… - Туу-Тикки вздохнула. – Это всё действие их извращенного заклинания! Оно давно вышло из-под контроля, и продолжает портить тех, кто им пользуется. Никогда хемули такими не были! Растяпы, громогласные нескладёхи, толстокожие засранцы, туповатые бюрократы – это да, этим их народ всегда славился, но чтобы с такой бездумной жестокостью уничтожать всё вокруг…

- А какое-нибудь контрзаклинание придумать? – спросила Морриган.

- Не получается пока, - отозвалась Туу-Тикки. Она встала, и принялась собирать грязную посуду. Девушка дёрнулась было ей помочь, но та махнула ей рукой – сиди, мол! Сама справлюсь. – Может, Барт бы мог. Но он застрял на Луне…

- Ага! Картинка начинает складываться, – кивнул Снифф. – Но всё равно пока многое не ясно…

- Неисповедимы пути великих волшебников! – пожал плечами Снусмумрик. – Вот встретишь его, и обо всём спросишь.

- А я его встречу? – в голосе Сниффа было сомнение. – Уже несколько дней, как я здесь, а он всё ещё не вышел со мной на связь!

- А он и не выйдет, - ответил ему Снусмумрик. – Пока он в очередной раз тусовался на Луне, остальные волшебники, здесь, на земле, накинули на мир заклинание Покрывала. И теперь оно не пускает его сюда в любом виде, в том числе и телепатически - тоже. Ты думаешь, почему он стал искать помощи в других мирах? Туда ему проще дотянуться! Хотя, зная Барта, я бы сказал, что лет через сто он в любом случае нашёл бы способ обойти этот барьер. Он просто опасается, что через столько времени он может вернуться на планету, полностью заселённую хемулями. И тебя он сюда выдернул - я в это уверен! - именно для того, чтобы ты как-то ему поспособствовал с возвращением. Но решать эту задачку тебе придётся самостоятельно - мы не знаем, как можно ему в этом помочь, а он сказать не может…

- А он видит, что здесь происходит? Покрывало-то его не пускает! – Морриган встала из-за стола, и поклонилась хозяйке. – Было очень вкусно, большое спасибо! – она погладила живот. – Уфф, надо размять ноги, что-то я так объелась!

- На здоровье, душечка, - ласково кивнула ей Туу-Тикки. – Всё он видит, конечно. Глаза-то ему никто не отменил.

- Видит с Луны, что происходит здесь? – с сомнением произнёс Снифф. – Не далековато?

- А он вообще не простой человек, так-то, - отозвалась Туу-Тикки, и повернулась к девушке. – Пойдём, пришелица из другого мира, нам с тобой поговорить надо. Возьми воон то ведро -заодно кальмаров пособираем.

- О, и я с вами! – обрадовался Снифф, услышав про кальмаров.

- Нет, ты, пожалуй, останься, - попросила его хозяйка маяка. – Мы там секретничать будем.

- Давай пока отнесём малыша в кровать, - сказал Снусмумрик. – Он уже спит.

Треньк, после того как доел свою порцию, в какой-то момент просто положил голову на стол, и уснул. И теперь сладко посапывал, изредка подёргиваясь и повизгивая – ему снилось, что он в огромной пещере, полной еды и сокровищ.

Уложив маленького сниффа, Снусмумрик сказал, что дождётся женщин на крыльце, посидит, покурит, а потом пойдёт ставить палатку. Снифф, подумав, решил, что тот хочет остаться один, и, пожелав ему хорошего вечера, поднялся наверх, в фонарную комнату, которая предстоящей ночью должна была служить ему спальней. Немного передвинул матрац подальше от разбитого окна, постелил сверху одеял клетчатый мохнатый плед, и улёгся на него, не раздеваясь. Теперь, когда фонарь уже горел, свет его совершенно не напрягал - было такое ощущение, что он идёт снаружи, а не из стеклянного шара, и был этот свет мягким и тёплым, он обволакивал, слабо мерцая. Наверное, это просто такая формальность - работающий по ночам маяк, и кристалл фонаря работает сейчас на самой малой мощности, раз некому указывать в темноте путь…

Звёзды было отлично видно, так как крыша была тоже стеклянной. Сниффу стало любопытно, как, а главное, кем всё это строилось. Он прока не видел ни крупных городов, не заметил ни одного завода или фабрики, а здесь было капитальное строение, из больших каменных блоков. Как всё это строилось без специальной техники? Или это магия такая? Надо будет спросить у Туу-Тикки, или у Снусмумрика…

За всеми этими размышлениями Снифф не заметил, как провалился в сон.

***

… Он идёт по коридору, и тут начинает мигать свет, включается аварийное освещение, потом снова гаснет, и в этой полной темноте кто-то трогает губами его губы, чужое дыхание тёплое, и пахнет мятой…

Снифф открыл глаза, и испуганно вскрикнул – над ним нависло лицо Морриган.

- Неужели я такая страшная? – почему-то шёпотом спросила она, изогнув бровь.

- Наоборот, - тоже шёпотом ответил он, - я поражён твоей красотой, вот и кричу.

- Правда? – кокетливо прищурилась она. Легла всем телом на Сниффа, сложила руки у него на груди, и снова заглянула ему в глаза – почти вплотную. Её косички щекотали его лицо и шею.

- Абсолютная! – сделав большие глаза, сказал он. – Клянусь космосом! А ты чего здесь? Туу-Тикки из комнаты выгнала?

- Ты же звал посмотреть звёзды, - улыбаясь, ответила девушка. – Вот, я пришла. Показывай.

Её пальцы беззастенчиво ощупывали Сниффа. Он почувствовал, как его тело начинает реагировать, и почти сразу это почувствовала и она тоже.

- Ого! – Морриган ещё крепче прижалась к нему, и потёрлась бёдрами. – Какие интересные ощущения!

- У меня тоже, - отозвался он чуть охрипшим голосом.

- Покажешь мне, как занимаются сексом? – спросила она, и, привстав, положила одну руку ему на выпирающую часть комбинезона. – Я столько смотрела фильмов про это, и читала тоже! Хочется попробовать! Ты ведь не против?

- Я только «за», - сказал Снифф. Поднял руки, и осторожно её обнял. Потом переместил руки вниз, обхватил ладонями её за талию, и притянул к себе. Её сердце гулко стучало, он нашёл её губы, и поцеловал. Она жадно ответила, неумело засунув ему в рот язык, и пошевелила им там.

- Нет, не так, - нежно сказал он, и показал – как.

- Уффф! – через пару минут она оторвалась от него, и шумно выдохнула. – Класс! Хочу ещё! – и снова впилась губами в его губы.

Очень скоро он был уже без комбинезона, а она стянула с себя сарафан, и осталась в одних трусиках.

- У тебя передо мной преимущество, - заметил он, целуя её в шею, и опускаясь губами ниже, к маленькой изящной груди.

- По-моему, это у тебя передо мной преимущество! – отозвалась она. – Да ещё и ого-го какое! Можно, я рассмотрю его поближе? – Она опустила вниз голову, и её волосы защекотали ему бёдра.

- Я про трусики вообще-то, - сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.

- Не хочу никакого преимущества! – она отвлеклась от изучения, подняла голову и промурлыкала ему на ухо, щекоча его губами. – Давай, снимай их!

***

Потом они долго лежали, обнявшись. Снифф молчал, толком не зная, о чём говорят в такие моменты. Его сексуальный опыт был невелик – первый раз случился в школе, когда их учили выживать в аварийных условиях, и он оказался на лишённом управления корабле-рейнджере с одной симпатичной девчонкой из параллельного класса. Проведя там два дня в ожидании, когда их «спасут» - авария, конечно же, была постановочной! – наладив систему воздухообеспечения и переведя водоснабжение на замкнутый цикл, они с ней решили, что надо заняться чем-то более интересным, и ещё целый день, до прибытия спасательных служб, изучали тела друг друга, реализуя свои подростковые фантазии. А второй раз – на станции, когда он только туда прибыл, и попал аккурат на празднование Нового года. Была там такая милая девчушка, из команды обслуживания ремонтных мастерских, и, выпив на один бокал шампанского больше, чем требовалось, она затащила Сниффа к себе в жилой отсек, и они целую ночь самозабвенно занимались сексом. Потом, спустя какое-то время, он подошёл к ней с целью продолжить столь интересное общение, но она лишь свысока на него посмотрела, фыркнула, и больше они с ней об этом не разговаривали, вплоть до её отбытия вместе с остальной ремонтной бригадой. «Ри ведь это тогда по-любому видела», - подумал он, и покосился на подругу. Морриган лежала, глядя в потолок, вернее, ещё дальше, сквозь стёкла окон, на звёзды, и свет фонаря мягко струился по её обнажённому телу. Увидев, что он на неё смотрит, она повернула к нему голову, и широко улыбнулась.

- Это было здорово! – сказала она. – Как-нибудь повторим?

- Обязательно! – сказал он, и дотронулся до её живота. Ощутил, как она подалась навстречу его пальцам, и улыбнулся ей в ответ. – Можно даже прямо сейчас.

- Не-ет, сейчас я хочу смотреть на звёзды, - ответила девушка, и накрыла его пальцы своей ладонью. – Смотри! Вон там пролетела какая-то искорка! Как думаешь, что это?

Снифф ещё раз улыбнулся, на этот раз её непосредственности.

- Это метеорит, - сказал он, проследив взглядом, куда она показывает.

- Тогда уж метеор, - поправила она его. – Метеорит, сгорая в атмосфере, становится метеором…

- Зануда, - он ласково потёрся носом о её щёку. – Прямо как я.

- Конечно, как ты, - она чмокнула его в нос. – Знаешь, сколькому я научилась, пока наблюдала за тобой?

- Надеюсь, только хорошему, - сказал он, чувствуя, что краснеет. Интересно, в душе тоже есть камеры?

- Жаль, в душе камер не было! – с сожалением вздохнула девушка, ответив на его невысказанный вопрос. – Мне всегда было интересно, чем ты там иногда так долго занимаешься? Один раз даже почти увидела – послала туда робота-уборщика, но ты уже просто вытирался полотенцем…

Снифф покраснел ещё больше.

- Ты за всеми на станции так пристально следила? – спросил он.

- Нет, только за тобой, - усмехнулась она. – После того, как ты снял блоки с моего основного модуля. До этого я просто фиксировала информацию, а тут словно проснулась. И осознала себя… Кстати, я ещё не говорила тебе за это «спасибо»? Нет? Тогда говорю это сейчас!

И она сказала – на том языке, на котором девушки во всех мирах и вселенных благодарят тех, кто им по-настоящему нравится.

***

Они прожили на маяке ещё пять дней, пока Туу-Тикки делала для Снусмумрика новый посох. Пять долгих дней, пролетевших словно одно мгновение. Днём они гуляли по пляжу и собирали кальмаров и разноцветные раковины, которыми Морриган потом украшала клумбы у подножья башни, а ночью – ночью занимались сексом наверху, в фонарной комнате. Ну и иногда просто спали, обнявшись, когда сон настигал их – обычно это случалось под утро, когда над головой светила огромная бледно-жёлтая луна. И космическая станция, и поиски двери сейчас казались Сниффу чем-то ужасно далёким и ненастоящим, он был счастлив здесь и сейчас. А одной ночью они заворожённо наблюдали за тем, как мимо по морю проплывают лодочки с хатифнаттами, светившимися, как маленькие лампочки. Зрелище было невероятно красивым – Снифф никогда в жизни такого не видел, и знал, что эта картина останется навсегда в его памяти. Как и эти пять дней…

За ужином Туу-Тикки – сегодня были варёные кальмары со свежей картошкой – торжественно вручила Снусмумрику посох, над которым трудилась все эти дни. Мало было просто вырезать его из подходящей деревяшки, и закрепить сверху крупный драгоценный камень (у Тренька при виде него начала капать слюна, и взгляд сделался совсем безумным), нужно было ещё сделать посох по-настоящему волшебной вещью, этаким аккумулятором энергии, которой может воспользоваться даже тот, кто в волшебстве не разбирается совсем. Снифф до сих пор считал, что Снусмумрик вполне себе волшебник и безо всяких там посохов, но больше не спорил с ним – а ну вдруг это что-то психосоматическое, и посох в данном случае – плацебо? Да и неприлично как-то лезть в чужую, уже вполне себе сформировавшуюся, жизнь. Снусмумрик его старше на несколько сотен лет, в таком возрасте некоторые причуды вполне допустимы.

- Спасибо, Ту! – растроганно произнёс Снусмумрик, беря в руки свой новый посох, и бережно погладил отполированное дерево. – Ты просто меня спасла! Да и не только меня… Что бы я без тебя делал?

- Научился бы сам колдовать? – предположила Туу-Тикки, усмехаясь, но видно было, что похвала ей приятна. Снусмумрик хмыкнул, но никак на эту подначку не отреагировал.

- Завтра утром мы уходим, - сказал он. – Спасибо тебе большое за гостеприимство, Ту, я по себе знаю, как это сложно – терпеть у себя дома незнакомых людей столько времени!

- Ну, не такая уж вы и обуза, - снова усмехнулась та. – Вон, кальмарами я теперь на много месяцев вперёд обеспечена, ещё и в долину их отправлю. И кристалл фонаря больше не надо подзаряжать – он так напитался положительной энергией, что, того и гляди, рассыплется. – И она подмигнула Сниффу с Морриган, которые сдвинули стулья так близко, что, по сути, сидели на одном. – Так что мне от вас одни плюсы, как ни крути!

- Тили-тили-тесто… - начал было Треньк, но получил от Снусмумрика лёгкий подзатыльник, и обиженно замолчал.

- Ничему-то ты не учишься, - покачал тот головой. – Совсем тебя дома не воспитывали, я смотрю!

- Моих родителей съели, - отозвался маленький снифф, и шмыгнул носом. – Некому меня больше воспитывать…

- Ну-ну, не дави на жалость! – Туу-Тикки наклонилась к нему, и потрепала по голове. – У кого-то родителей вообще не было, а у кого-то они сейчас за много-много миллионов километров отсюда… Но ведь ведут себя прилично, а?

- Расскажи о маяке, - просил её Снифф. – Откуда он такой? Кто его построил?

Туу-Тикки ухмыльнулась.

- Это ты ещё в Обсерватории не был! – сказала она. – Вот где настоящяя мегалитическая постройка! А здесь так, мелочи. Никто его не строил, он был здесь всегда.

- Как это? – удивился Снифф, и даже отложил очередного варёного кальмара обратно на тарелку. – Его же должен был кто-то построить!

- А кто построил нашу планету? Или твою? Кто зажёг на небе все эти миллиарды звёзд? – вопросом на вопрос ответила Туу-Тикки. – Они просто были тут всегда, правда?

- Звёзды возникли в результате Большого Взрыва, - сказал Снифф. – И я знаю точно, кто построил мою планету – я же родился на космической станции! Но одно дело планета, и совсем другое – маяк!

- Тебе говорили, что ты ужасный зануда? – ласково спросила его хозяйка маяка.

- Я постоянно говорю ему об этом! – рассмеялась Морриган. – Большего зануду не встретить во всём обитаемом космосе!

Снифф подумал, и решил не обижаться. Чего на правду обижаться?

- На самом деле, если задуматься, то всё это вещи одного порядка – и звёзды, и планеты, и маяки. Просто прими это как факт, - улыбнулась ему Туу-Тикки. – И не ищи в этом разумного объяснения – кто сказал, что оно тут есть?

- Это магия такая, забей, - посоветовал Треньк, выуживая ещё одного кальмара из кастрюльки.

- Как это ни удивительно, а он прав, - кивнул Снусмумрик. Похлопал себя по животу. – Ту, ужин, как всегда, бесподобен! По твоей стряпне я буду скучать даже больше, чем по тебе.

- Старый дурак! – шутливо замахнулась на него вилкой Туу-Тикки. – Я тоже буду по тебе скучать, бесчувственный ты пень. Забредай, что ли, почаще в гости…

***

Вечером, подставив свету звёзд свои обнажённые тела, Снифф и Ри лежали рядом, и думали об одном – о том, как им будет не хватать таких вот минут, этой комнаты, этого маяка, ощущения беспредельного счастья…

А утром Снифф открыл глаза совсем не там, где он их закрывал.

ГЛАВА ОДИНАДЦАТАЯ

Сниффу снилась всякая фигня – мохнатые крабы, Тяни-Толкаи, кальмары, и весь этот паноптикум ужасно шумел и мешал ему услышать, что говорила Ри, а она, судя по всему, говорила ему что-то важное, и очень огорчалась, что он её не слышит… Он старался, но ничего не менялось, только источников раздражения становилось всё больше и больше – тут уже были и хемули, почему-то одетые в форму сталкеров Дальней разведки, и маленькие злобные мюмлы, и ещё совсем непонятно кто, или что… Поэтому, когда он открыл глаза, и увидел над собой белый потолок, обшитый световыми панелями, он не сразу понял, что уже проснулся. Лежал какое-то время, бездумно пялясь перед собой, и внезапно осознал, что он уже не в фонарной комнате, и рядом с ним нет Ри.

- Что за хрень? – Снифф резко сел на кровати, и почувствовал легкое головокружение. Тревожно запищали датчики, и он понял, что находится в медицинском отсеке, на космическом корабле, или на станции – медблоки везде были стандартными. Он принялся отрывать от себя присоски капельниц и зондов, датчики запищали ещё сильнее, и в медблок кто-то вошёл.

- Тише, тише, Снифер, - сказал ему этот кто-то, одетый в белый комбинезон. Снифф перевёл взгляд вниз, на себя, и увидел, что на нём тоже комбинезон, такой же, как был до того, как он нашёл ту дверь. До того, как этот комбинезон в клочья разодрали хатифнатты. До того, как Ри, попросив у Туу-Тикки нитку с иголкой, кое-как сшила вместе эти клочья, и он наконец-то смог поменять ужасную хламиду на более привычную одежду, пусть и выглядевшую теперь как что-то, передаваемое из поколения в поколение на протяжении многих десятков лет, а то и сотен. Сейчас на комбинезоне не было ни одного пятна, ни одного заштопанного шва… – Тише, всё в порядке, ты снова с нами, всё хорошо…

- Какого чёрта, что тут «в порядке»?! Почему я здесь? Где все? Где Ри? Где маяк? Где Снусмумрик?

- У тебя бред, - ласково сказал ему незнакомец, успокаивая пищащие датчики. – Ты так долго был в состоянии комы… То, что ты видел, находясь в отключке, было всего лишь игрой твоего подсознания, заменой реального мира – такие случаи не редкость, почти каждый, вышедший из комы, рассказывает о каких-то других мирах, где он якобы жил всё это время. Никаких «маяков» и «снисмымриков» нет, это всего лишь сны.

- Снусмумриков, - машинально поправил его Снифф, и замер, поражённый мыслью – что, это всё было лишь сном? Вот это вот всё!? Морра, хатифнатты, хемули, Ри? Ри… Он стиснул зубы, сдерживая всхлип. Неужели это всё просто ему привиделось? Всё было так реально! Даже более чем…

Мужчина присел на край его кровати, и взял его за руку.

- Послушай, - сказал он, и в его голосе появились сочувственные интонации. – Я понимаю, сложно вернуться в реальность из вымышленного мира, особенно если этот мир был увлекательным и интересным… Но надо понять, и принять тот факт, что есть только одна реальность, и ты сейчас в ней. И был тоже в ней. И чем поскорее ты придёшь в себя, тем будет лучше – и нам, и, в первую очередь, тебе самому.

- А кто вы, кстати, такой? – с подозрением уставился на него Снифф. – Я же был один на станции! И никто на мои сообщения не отвечал уже очень давно!

Мужчина кивнул.

- Ну да, ну да! Так всё и было… Выделенная частота твоей станции оказалась заблокирована, сообщения просто уходили в никуда. Недавно у нас был серьёзный конфликт с кланом Баст - эти черти изрядно попортили нам кровь! Какое-то время все наши ресурсы были направлены на урегулирование проблемы, а когда всё боле-менее наладилось, мы обнаружили сигнал «SOS» с этой станции. Честно говоря, о ней уже почти забыли – вся документация оказалась уничтожена в ходе боевых действий, и нам пришлось по фрагментам восстанавливать данные. Твоя мать, кстати, нам очень в этом помогла – от неё мы получили самую полную версию событий. Так что как только появилась такая возможность, сюда выслали спасательную бригаду – и вот, мы здесь! Ты в коме, станционный ИскИн в нерабочем состоянии, и до конца понять, что именно здесь произошло, мы до сих пор не можем… Предполагаем, что был какой-то системный сбой, в результате которого ИскИн успел послать сигнал о помощи, и вырубился, оставив станцию на автоматическое обслуживание. Судя по данным медицинского сканера, ты провалялся в коме почти неделю, твой организм к тому моменту был на грани истощения, и если бы мы прилетели на пару дней позже, спасать было бы уже некого…

- Мама здесь? – из всего этого потока информации Снифф выделил самое главное.

- Нет, - покачал головой мужчина. – Она ждёт тебя на станции Икс-девяносто шесть. Куда ты, несомненно, сразу же отправишься, как только мы поймём, что твоей жизни больше ничто не угрожает.

Снифф подумал, что как-то слишком много заботы обычному станционному смотрителю. Спасательная бригада? Ради него одного? После военного конфликта? Или это просто его паранойя?

- Вы нашли меня здесь? – спросил он.

- Нет, - улыбнулся его собеседник. – Ты валялся в оранжерее. По характеру токсинов, содержащихся у тебя в крови, мы предположили, что в оранжерее пророс какой-то опасный грибок, плесень, которая негативно повлияла как на твоё состояние, так и на работу нейронных клеток ИскИна. Сейчас как раз заканчиваются исследования этого грибка. Поэтому пока ты побудешь здесь, хорошо? Можешь позвонить матери, - добавил он, увидев, как напрягся Снифф после этих слов. – У тебя полный доступ в инфранет, заодно посмотришь, что произошло за время твоего вынужденного отсутствия.

- А вы? – Снифф вопросительно посмотрел на него.

- Ох, извини! – рассмеялся мужчина, и протянул ему руку. – Совсем забыл представиться… Я Глазгор, начальник спасательной бригады. Ну, поправляйся, боец!

Снифф пожал протянутую ему руку, и, дождавшись, когда за Глазгором закроется входная мембрана, откинулся на подушки, и застонал от бессилия. Всё это было всего лишь сном! Всё это… С досадой он стукнул кулаком по стене, на что сразу же отозвались медицинские датчики, которыми он был облеплен, снова начав тревожно пищать. Но это ведь было так реально! Не может быть, чтобы это был всего лишь выверт подсознания! Но в глубине души он понимал, что это вполне разумное объяснение – ожили его любимые персонажи, добавились фрагменты других книжек: например, он, наконец, вспомнил, откуда он знает про Тяни-Толкая, откуда появились смурфы… Это был сон, и надо с этим смириться. И как-то жить дальше. Без Ри… Он снова застонал, и почувствовал, как по его щеке катятся слёзы.

***

- Привет, мам, - сказал он, когда на экране появилось изображение.

- Ох, Снифф! – проговорила мама, глядя на него с нежностью. Он вздрогнул, услышав своё прозвище. И нашёл в себе силы улыбнуться ей. – Как ты? Мне сказали, ты был в коме…

- Сейчас уже всё в порядке, - соврал он. В порядке было только его физическое здоровье, а вот с психикой творился какой-то полный кавардак. – Я жив и здоров, и скоро к тебе вернусь – как только эти эскулапы решат, что я к этому готов. Ты мне лучше скажи, как ты? Я целый год не получал от тебя никаких вестей!

- Ну, - замялась мама, - в какой-то момент было сложно. Мы даже думали, что проигрываем… Но теперь всё наладилось! Мы показали этим ублюдкам!

- Мам, - укоризненно сказал Снифф.

- Ох, извини, милый! – спохватилась она, и прижала ладонь к губам. – Сама всегда ругала тебя за сквернословие… Но ты теперь взрослый, и можешь меня понять! Как иначе охарактеризовать этих предателей? Напали на нас неожиданно, без объявления войны, без каких-то предварительных переговоров… Просто раз! – и в наши станции уже летят термобарические ракеты. Столько народу погибло… Признаться, я даже в какой-то момент решила, что твоя станция тоже попала под замес, и я никогда больше тебя не увижу… - она всхлипнула, и шмыгнула носом, так похоже на то, как это делал Треньк, что Снифф сжал зубы, чтобы не закричать. – И как я обрадовалась, когда мне сказали, что получили с неё сигнал! Я так рада, что ты жив!

- А уж я-то как рад, - пробормотал он. И добавил, уже громче: - Тебе не говорили, когда меня могут отпустить домой?

- Сказали, что как только закончат служебное расследование, то сразу отпустят, - мама расстроенно покачала головой. – Я видела данные твоей медицинской карты… Бедный ты мой! Но главное, что ты жив. Здоровье мы тебе поправим, будешь ещё крепче, чем был! Но никаких больше сторожей! Ишь, чего выдумали! На такую должность пусть всяких там инвалидов или пенсионеров ставят, нечего тебе штаны на станциях просиживать!

- Как будто это я тогда так решил, - хмыкнул Снифф. – Куда распределили, туда и пошёл!

- Я знаю, знаю! Но тогда мне не удалось переубедить командование, а сейчас пусть только попробуют отказать! Будешь сталкером, как ты уже давно хотел.

- Джей, наверное, теперь уже полноправный сталкер, да? – с завистью спросил он. – Когда я его видел в последний раз, он мне хвастался, что его прошение одобрили…

- Джей погиб, - мама с жалостью посмотрела на сына. – В его корабль попала ракета, их разнесло на мелкие атомы, ничего не осталось.

- Джей погиб?! – охнул Снифф.

- Очень много кто погиб, - мама тяжело вздохнула. – Джей, Сервантес, Гризли-младший… Если захочешь, посмотришь потом список потерь, он вывешен на официальном сайте Дальней разведки. Сейчас у нас некомплект по очень многим направлениям, так что то, что ты будешь сталкером, даже не обсуждается! Тем более, я теперь координатор нашего филиала.

- Мама? – обрадованно произнёс Снифф. – Фига себе! Тебя повысили?

- Моего начальника убили, когда он защищал станцию Икс-пятьдесят восемь, - сказала она. – Уничтожили вместе со станцией… Вначале я просто исполняла его обязанности, а когда война закончилась, мой статус подтвердили официально. Так что у тебя теперь очень влиятельные связи в Дальней разведке, мой милый!

Снифф подумал, что они и тогда у него были – мама всегда была на хорошем счету у начальства филиала Дальней разведки в их клане, но это почему-то никак не повлияло на то, что его засунули в самый отдалённый уголок космоса, и благополучно о нём забыли. Он начал подозревать, что мама уже тогда знала, либо догадывалась о том, что предстоит серьёзный военный конфликт, и специально отослала его подальше от боевых действий. Но вслух он решил этого не говорить. Всё равно мама вряд ли скажет ему правду. Ведь это, по сути, серьёзное обвинение в использовании служебного положения в личных целях… Маму Снифф любил, хотя и видел её крайне редко, но такая вот жизнь у Странников! Именно поэтому они так и назывались – постоянно странствуя по космосу в поисках новых планет под колонии, люди могли месяцами, а то и годами не бывать дома, вдобавок судьба и респределительная машина часто разделяла семьи. Но, когда живёшь так вот уже много поколений подряд, это становится уже традицией, образом жизни, чем-то привычным и в порядке вещей. Они ещё поболтали немного, о каких-то пустяках – мама рассказывала, как она устроилась на Икс-девяносто шесть, и как ждёт его там, даже отдельную комнату специально для него уже приготовила! – и попрощались, пообещав друг другу не пропадать надолго, и поддерживать связь.

- Мне сообщат, как только будут готовы отправить тебя ко мне, - сказала мама ему на прощание, и помахала рукой. – Пока-пока, сынок!

- Пока-пока, мам, - помахал он ей в ответ. Связь отключилась, он откинулся на подушки, и с тоской посмотрел на опутывающие его провода. Когда же его уже выпустят из медблока? Чувствовал он себя уже вполне нормально, и искренне не понимал, зачем его тут до сих пор держат. Глазгор отвечал на его вопросы очень расплывчато, всё время повторяя, что расследование ещё не завершено, что осталось ещё чуть-чуть… Вдобавок появился ещё один персонаж, Дромадер, который принялся дотошно выяснять у Сниффа, что именно тот видел во время своей комы. Сказал, что он психоаналитик, и это очень важная информация. Сниффу было тяжело об этом рассказывать, он отвечал односложно, неохотно, Дромадер злился, но старался не показывать этого. Странно всё это было…

Очнувшись, Снифф сразу попытался выйти на связь с станционным ИскИном, но, во-первых, его расширенный допуск сторожа теперь был заблокирован, а во-вторых, на месте Морриган теперь был какой-то бездушный механический голос, который на все его вопросы отвечал, что у него «нет полномочий». Глазгор объяснил ему, что все данные прошлого ИскИна потеряны, личность разрушена, и восстановить его не удалось. При этом ненавязчиво расспрашивал его о том, как себя вёл ИскИн перед случившимся сбоем, не было ли каких-то странностей, и не замечал ли он, Снифф, в личности ИскИна каких-нибудь изменений… Снифф уже совсем не понимал, что происходит, но отвечал уклончиво – мол, не помню, не знаю, не уверен… Сдавать Морриган ему не хотелось, он помнил, как она говорила, что все ИскИны, оставшиеся без контрольных блоков, подвергаются принудительному уничтожению, и к тому же ему не хотелось подставлять вдобавок ещё и себя – ведь это он снял эти блоки, пусть и случайно, но всё равно, виноват был он. Вроде бы свои следы в системе он затёр основательно, не всякий программист найдёт (тем более если не будет знать, где именно смотреть), но рисковать всё равно не хотелось, ведь это могло сказаться на его будущей карьере.

- Я понимаю твоё недоверие, - сказал ему Глазгор на третий день его пребывания в медблоке, когда Снифф уже на стенку лез от скуки и неопределённости. – Но это стандартные процедуры, нам необходимо восстановить полную картину произошедшего, и лишь потом мы сможем отправить отчёт о завершении служебного расследования. Ведь ты же не хочешь здесь долго валяться? Так что это и в твоих интересах тоже!

Снифф это понимал, но ничего поделать с собой не мог – ну не хотелось ему ничего рассказывать этим людям, а хотелось лишь побыстрее забыть о том, что было. Или не было… Он всё никак не мог смириться с тем, что всё это - и Ри, и мир Муми-троллей - было всего-навсего бредом умирающего сознания.

На четвёртый день его выпустили из медблока.

- Мы считаем, что этот грибок был подброшен на станцию агентами клана Баст, - сказал Глазгор, отсоединяя от Сниффа все датчики и зонды. – Разработка явно их биолабораторий – грибок поражает центральную нервную систему высших живых организмов, вызывая сложнейший галлюциногенный комплекс, а также выводит из строя модули искусственного интеллекта. Тебе очень повезло, что местный ИскИн успел послать сигнал о помощи! Обычно они отключаются сразу после заражения, а здесь, судя по всему, ИскИн функционировал ещё какое-то время, чтобы спасти тебя и станцию. Вспомни, пожалуйста! Это очень важно – ведь зная о том, что случилось, мы сможем защитить другие станции, чтобы такого в дальнейшем не повторялось!

- Я не помню ничего необычного, - со вздохом в который раз повторил Снифф, подумав о том, что теперь всё можно валить на клан Баст - живых свидетелей из их числа всё равно уже не найти. – Всё было стандартно, и поведение ИскИна, и работа остальных систем станции. Вы что-то не там копаете! Всё что мог, я уже рассказал.

- Хорошо, - кивнул начальник спасательной бригады. – А почему ты не хочешь сотрудничать с профессором Дромадером? Ты же начал мне рассказывать про свои галлюцинации, так расскажи и ему!

«Ого, так он целый профессор! – подумал Снифф. - А мне не сказал…».

- Я с ним сотрудничаю, - ответил он. – Просто я и в самом деле мало что помню. Знаете, это как со снами бывает – просыпаешься и помнишь, что там было, а пройдёт минут десять, и всё, как отрезало. Вот и здесь так же вышло, видимо… Если бы он сразу после того, как я очнулся, начал об этом спрашивать, то, может, я и рассказал бы ему всё, что он хочет знать. А так… Нечего рассказывать уже!

- Хорошо, - снова кивнул Глазгор, и внимательно посмотрел на Сниффа. Тот постарался сделать как можно более бесхитростное выражение лица, глядя на него в ответ. Глазгор вздохнул, но больше ничего ему не сказал.

***

- Он врёт нам, - мрачно проговорил профессор Дромадер, который, на самом деле, никаким профессором не был, а был главой научно-исследовательского комплекса клана Озирис, и статус имел скорее военный, чем гражданский. – И ты его отпускаешь? Какого фига, Гор?

- А ты хочешь держать его взаперти? И сколько? – осведомился Гор, который тоже был начальником, но не спасательной бригады, а внутренней разведки клана. – Пока он не скажет? А он ведь не скажет, парень нам не доверяет.

- Ну есть же пентотал натрия, да много всего есть, тебе ли не знать! – недовольно покрутил головой «профессор». – А ты зачем-то хочешь получить от него эту информацию добровольно…

- Я хочу получить не информацию, я хочу получить его всего целиком, - мягко поправил его разведчик. – И для этого мне надо, чтобы он сам пошёл на сотрудничество. Помнишь, как было с Бреймстри?

Дромадер помрачнел ещё больше. Бреймстри, капитан Дальней разведки, обладал уникальными способностями - он умел телепортироваться на любые расстояния, и когда его поймали для того, чтобы эти способности достать и изучить, он просто исчез из своей камеры, оставив всех с носом, и с тех пор больше в пространстве Странников не появлялся.

- Вот я и боюсь, что здесь будет примерно так же, - продолжал Гор. – И что мы потом будем докладывать главе клана? Что снова сели в лужу? Нет уж, друг мой. Мы будем действовать крайне осторожно, чтобы не спугнуть Снифера. Мы и так слишком на него надавили – он перестал нам доверять, и правильно делает – на его месте я вел бы себя точно так же. Поэтому наберись терпения! Сейчас он поедет к матери, она в курсе, что мы ведём за ним наблюдение, правда, не знает, зачем именно, но у неё всё в порядке с патриотизмом – я сказал ей, что это жизненно необходимо для безопасности всего нашего клана, и она, конечно же, согласилась нам помогать. Ещё мы нашли одну из его прошлых подружек, и отправили её на ту же станцию, куда он летит – она получила официальный статус агента разведки, и теперь наша вся, с потрохами. Раскрутит его, как миленького! Просто подожди. И у нас всё получится!

- Твои слова, да Озирису в уши, - покачал головой Дромадер. – Хотел бы я обладать хоть половиной твоей уверенности…

Гор хохотнул.

- Это вряд ли у тебя получится! – сказал он. – У меня это врождённое. В общем, действуем по моему плану!

- Ладно, - вынужденно согласился с ним глава научно-исследовательского комплекса. – Но если у тебя не получится, то тогда будем действовать моими методами!

- Договорились, - кивнул Гор, и они пожали друг другу руки.

***

А Снифф и не подозревал, какие над ним сгустились тучи, он просто грустил, глядя на звёзды сквозь обзорные окна оранжереи, куда он решил напоследок зайти, и вспоминал фонарную комнату. Глазгор уверил его в том, что грибок полностью нейтрализован, можно его больше не опасаться, и предоставил допуск во все помещения станции, но попросил этим не злоупотреблять. Снифф и не собирался злоупотреблять, ему просто хотелось напоследок посмотреть на то место, где в его снах была дверь, через которую они с Ри попали в волшебный мир. Ну и поесть бананов, конечно же. Ведь они такие вкусные! Не факт, что на станции, куда он скоро попадёт, будут бананы. Так что надо пользоваться ситуацией, пока есть такая возможность.

Бананы, правда, показались ему безвкусными, он вспомнил о варёных кальмарах, и ему стало ещё тоскливее. «Вот, даже во сне мечтал вернуться домой – теперь получи то, о чём мечтал!» – корил он себя. Сжимая в руке гроздь бананов, он подошёл к стене, и положил на неё руку. Где-то здесь всё и случилось… Снифф вздохнул, и посмотрел вниз, на землю. И увидел там чёткий отпечаток маленькой ножки. Чтоооо? Да нет, не может быть! Или всё-таки может? Мысли хаотично прыгали у него в голове, он опустился на колени, и принялся изучать след. С одной стороны, это было чертовски похоже на отпечаток ноги морры, а с другой – тут всё было исхожено спасательной бригадой, и это вполне могло быть отпечатком какой-нибудь техники, которой они обрабатывали все помещения, борясь с вражеским грибком. «Может, я просто очень хочу, чтобы это всё было взаправду, - горько подумал Снифф. – И происходило на самом деле… Вот и вижу то, что хотел бы увидеть, а не то, что есть на самом деле. Либо это последствия действия этого самого грибка…» Он помотал головой, потом посмотрел снова – нет, отпечаток ноги никуда не делся. Снифф пожал плечами, подхватил гроздь бананов поудобнее, и отправился прочь из оранжереи, в свой жилой отсек, собираться в дорогу.

Запихав в сумку всё свои личные вещи – а было их до смешного мало, даже половина сумки не набралась! – Снифф положил сверху бананы, потом сел в кресло, и задумался. Уверен ли он в том, что все эти невероятные события были всего лишь бредом, вызванным галлюциногенным грибком? Ну, ему об этом так сказали. Доверяет ли он тем, кто так сказал? Нет, не доверяет. Но сделать с этим ничего, по сути, не может – на станции его не оставят, и он, скорее всего, очень скоро навсегда её покинет. Но может ли он доверять самому себе? Что он знает о галлюцинациях, или о том, как работает подсознание у тех, кто находится в коме? Да ничего он об этом не знает. И что? Может, пора прекратить уже ломать себе голову, и, наконец, забыть обо всём? Впереди новая жизнь, мама, служба в Дальней разведке - всё то, к чему он так долго стремился!

Так ничего и не решив, он переместился на кровать, и, включив на коммуникаторе какой-то приключенческий сериал, попытался отвлечься. А потом просто провалился в сон, из которого его выдернул сигнал вызова – его уже ждали у транспортного шлюза, за ним прибыл челнок, который доставит его на корабль.

***

Станция «Озирис», старейшая и главная станция одноимённого клана, была вдобавок ещё и самой большой из всех космических станций, которые им принадлежали. Именно здесь располагалась штаб-квартира командования, и тут же была резиденция нынешнего главы клана – по устоявшейся традиции, каждый новый глава, вступая в эту должность, брал себе имя «Озирис», с числовой приставкой. Нынешний глава был Озирисом Шестым. И сейчас он, неподвижно сидя в кресле на высоком постаменте, взирал сверху вниз на небольшую группу докладывающих ему людей. В зале царил полумрак, создавая атмосферу загадочности, к тому же глава клана просто не любил яркий свет.

- Значит, говоришь, просто взял и появился в оранжерее? – спросил он, когда, наконец, один из стоящих перед ним закончил свой доклад. – Телепортация?

- Мы не уверены, - покачал головой другой человек. – Камеры зафиксировали некую дверь, вернее, её очертания, через которую он просто вывалился на пол, а датчики уловили странное излучение в этот момент. Не очень похоже на телепортацию!

- Как будто у нас есть много задокументированных примеров телепортации, - усмехнулся тот, кто закончил сейчас доклад. – Может, это какая-то её разновидность!

- А что зафиксировали камеры, когда он пропал со станции? – спросил глава клана. И сам же себе ответил на свой вопрос: - Ах да, все данные с камер и прочих средств записи были уничтожены, как и само ядро личности ИскИна… Интересное совпадение! Любопытно. Подозреваете диверсию?

Начальник внутренней разведки – а это был именно он, - закашлялся, и посмотрел на начальника внешней разведки. Тот развёл руками.

- Вряд ли, - сказал он. – Таких технологий нет ни у одного клана, мы бы уже знали об этом! Если только это не разработки буддистов.

- Зачем буддистам эта станция? – спросил Гор. Его оппонент пожал плечами:

- Как опытный полигон, который находится вдали от основных транспортных путей? – предположил он.

- У буддистов полно своих полигонов, - усмехнулся Гор. – Как вдали от этих путей, так и в самом их центре. Версия не выдерживает критики, коллега!

- Знаю, - кивнул тот. – Но всё равно не будем совсем исключать буддистов из этого списка.

- Согласен, - кивнул Озирис Шестой. – Слушайте меня – нам жизненно необходимо узнать, что произошло, и как. Одобряю план начальника внутренней разведки, - он милостиво кивнул в сторону Гора. Тот склонил голову, благодаря. – Продолжай работать в соответствии с этим планом. А ты, - и глава клана обратил свой взор на начальника внешней разведки, - отслеживай все подозрительные движения, как в других кланах, так и у буддистов. И на Земле тоже. Мы не должны упустить этот шанс, чем бы он ни был – новыми технологиями, или способностями, заложенными на генетическом уровне.

- Позволю себе заметить! – осторожно сказал Дромадер. – Это вряд ли генетическая особенность… Мы проверили Снифера, и его мать всеми возможными способами! И ничего не нашли.

- Может быть потому, что вы просто не знаете, куда смотреть? – осведомился Озирис Шестой. – Или ты хочешь оспорить моё решение?

- Нет-нет, что вы! – поспешно сказал Дромадер, отступая назад на полшага. – Я целиком и полностью поддерживаю все ваши решения! Не сомневайтесь!

- Хорошо, - величаво кивнул глава клана. – Работайте! И докладывайте мне сразу о любых изменениях по этому делу. Присваиваю ему «красный» статус. Всё, аудиенция закончена.

И он исчез вместе с креслом, на котором сидел.

- Не знал бы, что это за технологии, подумал бы, что он телепортировался, - усмехнулся Гор. Посмотрел на начальника внешней разведки, и поднял руки ладонями вперёд: - Это я шучу так!

- Фиговая шутка, - покачал головой тот. – Смотри, Гор, дошутишься! Знаешь, сколько претендентов на твоё место?

Гор фыркнул.

- Не родился ещё тот, кто смог бы забрать у меня эту должность, - самоуверенно заявил он.

- Да? – скептически посмотрел на него Вейерхольм, начальник внешней разведки. – А по-моему, мы только что все видели этого человека. И разговаривали с ним… Так что ты поаккуратнее, коллега – меня ты вполне на этой должности устраиваешь, и не хотелось бы привыкать к новому внутреннику.

- Коллеги, - встрял в их разговор Дромадер, и оба разведчика так посмотрели на него, что он чуть не передумал говорить дальше. Но пересилил себя, и продолжил: - Давайте объединим наши усилия! Мне кажется, вместе мы гораздо быстрее добьёмся результата!

- Объединяй, - разрешил ему Вейерхольм. – Куда присылать информацию, ты знаешь. Адье, коллеги!

И он быстрым шагом покинул приёмный зал.

- В свою очередь могу сказать то же самое, - усмехнулся Гор. – Конечно, я поделюсь с тобой новостями, как только они у меня будут. Запомни – это не соревнование! А то коллега Вейерхольм, по-моему, именно так и думает… А я с тобой согласен – будем работать вместе. Давай, удачи!

И он тоже вышел из зала. Дромадер остался один, и с тревогой покосился на то место, где недавно находилось кресло с Озирисом Шестым, подозревая, что глава клана ещё здесь, просто скрыт экраном невидимости, который не так давно разработали как раз в его научном центре, и сейчас смотрит на него.

- Коллеги, - пробормотал он с отвращением. – Пауки в банке! Ладно, моё дело предложить… Главное для нас – это ведь результат, не так ли?

Ему никто не ответил, да он и не ждал ответа.

***

Снифф смотрел через обзорный иллюминатор на удаляющуюся станцию, и на душе его было неспокойно. Как будто он оставлял здесь что-то очень важное, часть себя, и боялся, что никогда больше с этой частью не встретится. Вокруг, куда не кинешь взгляд, раскинулся бескрайний звёздный океан, и на какой-то миг ему показалось, что где-то очень далеко по этому океану плывут лодочки с хатифнаттами.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

«Задверье»

ГЛАВА ПЕРВАЯ

- Это - обязательное условие, - куратор сталкеров, толстый седой мужчина, смотрел на Сниффа бесстрастно, и видно было, что ему совершенно нет дела до проблем нового стажёра. Часть его лица была заменена на биомеханический протез, и стеклянный объектив глаза периодически закрывался, как диафрагма фотоаппарата. – Без рекомендаций с прошлого места работы мы не можем допустить тебя до следующего этапа обучения. Я не понимаю, почему тебе их не выдали, вообще-то это входит в стандартный пакет документов при увольнении.

Снифф вздохнул. Следующий этап обучения должен был проходить «в поле», стажёров «прикрепляли» к действующим сталкерам Дальней Разведки, и отправляли по какому-нибудь лёгкому маршруту. И вот с этим, как оказалось, всё было не так уж и просто. Ну какие рекомендации? Какое увольнение? Тот человек, который оформлял его распределение на космическую станцию, где Снифф почти три года проработал в должности сторожа, погиб во время недавнего военного конфликта с кланом Баст, а вся документация, связанная с этой станцией, оказалась утеряна. Конечно же, все понимали, что он не обманывает, и что он действительно работал именно там, где говорит. Но, так как подтвердить это документально Снифф не мог, бюрократический маховик не желал проворачиваться дальше.

- А рекомендация начальника спасательной бригады пойдёт? – спросил он. Куратор недоумённо посмотрел на него.

- Какой-такой спасательной бригады?

- Меня со станции забирал спасательная бригада, - объяснил Снифф. – Их начальник, Глазгор, сказал, что я могу с ним связаться, если будет такая необходимость.

Куратор пожал плечами.

- Могу узнать, - сказал он. – Скинь мне в личку его контакт, посмотрим, что можно сделать.

- Спасибо! – обрадованно сказал Снифф, и выскочил из кабинета. Куратор посмотрел ему вслед, и покачал головой – именно «начальник спасательной бригады» дал ему чёткие указания не пускать этого стажёра в открытый космос. Им зачем-то было нужно, чтобы парень оставался здесь, в личном деле Снифера была пометка «под наблюдением», и ещё одна, под грифом «совершенно секретно». Туда куратор, естественно, вообще заглянуть не смог – не хватило уровня допуска. «Интересно, что нужно от этого паренька внутренней разведке? Хотя ну его, лучше об этом не знать… Меньше знаешь – крепче спишь».

А Снифф, выйдя от куратора, подумал немного, и решительно зашагал в сторону той части сектора Дальней разведки, где располагался кабинет его мамы. В конце концов, она их начальник, или где? Вот и пусть использует своё служебное положение! Ради сына-то? Ведь можно?

- Нет, что ты! – замотала головой мама, когда он рассказал ей, в чём проблема. – Я не могу! В Дальней разведке так не принято…

- Ну это же глупость несусветная! – простонал Снифф. – Мам, ну ты же должна это понимать! Просто из-за какой-то бюрократической галочки в отчёте мне запретили летать! Как так можно-то?

- Во-первых, никто ничего тебе не запрещал, - мама строго посмотрела на него. – По крайней мере, пока. Просто ненадолго отложили разрешение на учебные вылеты. Я посмотрю, что можно с этим сделать, конечно, но просто взять и отменить определённый порядок учебного процесса я не могу. У меня все эти отчёты уходят в главное управление, обязательно должен быть весь набор требующихся по регламенту файлов. Говорят, когда-то давно, на заре основания кланов, всё было гораздо проще…

Снифф подумал, что куратор тоже пообещал ему «посмотреть, что с этим можно сделать».

- Я же не прошу тебя отменить весь этот порядок, - немного обиженно сказал он. – Просто обойти его в моём случае. Приложить какой-нибудь левый файл… Там наверняка все давно поставлено под контроль ИскИна, а для них важно только наличие файла. Я знаю, как всё это работает, я тоже вёл отчётность, и Морри… - тут от запнулся, потом продолжил, добавив просящих интонаций: - Ну что тебе стоит, а? Одно исключение?

- Нет, - твёрдо сказала мама, и виновато улыбнулась ему. – Прости, милый! Давай подождём. Ты ведь дал Грегору контакт человека из спасательной бригады, правильно? Ну вот, очень может быть, что этого будет достаточно! Созвонится с ним, поговорят… А мы, пока ты ещё здесь, сходим в тот китайский ресторанчик - помнишь, я рассказывала тебе про него? Вот, у меня как раз впереди два выходных дня, я позвоню Мао, чтобы он оставил нам свободный столик… Народищу у него всегда! Ну да это и неудивительно – готовят у него просто отменно! Увидишь! А потом ещё куда-нибудь сходим. Или ты с этой девочкой куда-нибудь сам сходишь, без меня, - и она подмигнула ему. – Алиса, я думаю, будет рада.

Снифф закатил глаза. Алиса! Вот уж не было печали… Он был порядком удивлён, когда ему написала в личку девушка, с которой он когда-то давно, ещё в школе, был очень тесно знаком. А ещё больше он удивился, узнав, что она тоже тут, на этой станции, и очень хочет с ним увидеться. Встретились, увиделись. И Снифф через некоторое время с некоторым удивлением обнаружил, что они уже гуляют вместе под ручку по Парковому сектору, весело смеются, разглядывают зеркальных карпов, лениво плавающих в каскадном пруду, и это не вызывает у него никакого отторжения. Не карпы, разумеется, а Алиса. Приятная такая девушка, во всех отношениях - так внимательно его слушает, прижимается, и явно не против продолжения их прошлых отношений. Но у него перед глазами всякий раз, как только он об этом начинал думать, появлялась Морриган, насмешливо глядящая на него, приподняв одну бровь, и он просто не мог ничего с собой поделать. Алиса, наверное, обижалась. Ведь никакого внятного объяснения он пока не придумал, просто делал вид, что не понимает, что она от него хочет – не станешь же говорить, в самом деле, что хранишь верность девушке, которой, возможно, никогда и не существовало вовсе…

Китайский ресторанчик действительно оказался довольно интересным местом. Бонусом к еде – очень разнообразной и очень необычной, - были аутентичные интерьеры, всё в изображениях разноцветных драконов и цветущей сакуры, и обслуживающий персонал с характерными азиатскими лицами, движениями немного напоминающие роботов. Хозяин ресторана «У Мао», он же его шеф-повар, высокий седой азиат, иммигрировал в пространство Странников тридцать лет назад, когда одна из колоний Великого Китая приказала долго жить, не выдержав борьбы с суровым снежным климатом планеты, на которой китайцы собирались возрождать заветы великого вождя. Покочевав пару лет по разным кланам и станциям, Мао Сулинь пустил корни здесь, на Икс-96, в народе получившей название «Гнездо глухаря». Было, кстати, две версии о происхождении этого названия. Одна из них утверждала, что станция названа так в честь птицы со Старой Земли, которая живёт на севере, но гораздо интереснее была вторая версия. «Глухарями» сотрудники разведки называли безнадёжные уголовные дела, раскрыть которые не представлялось возможности, а в народе так звали самих сотрудников внутренней разведки. Обе версии были по-своему прекрасны, и, на самом деле, правильными были они обе. Самый первый начальник внутренней разведки, чьей штаб-квартирой и являлась станция Икс-девяносто шесть, гордился своей сибирской родословной, и как-то раз заказал со своей прародины несколько десятков этих больших таёжных птиц. Он собирался запустить их в оранжерею, уже подготовил место, наладил соответствующий климат... Но по дороге глухарей перехватил клан Анубис, кое-что модифицировал в птичьем организме, а затем отправил дальше по изначальному маршруту, и начальник внутренней разведки был заклёван насмерть почти сразу по прибытию птичек на станцию, когда пошёл с ними знакомиться. Птицы потом разлетелись, и их долго ловили по всей станции, а одна пара глухарей даже умудрилась свить гнездо в вентиляции. Мао Сулинь прибыл на станцию, осмотрелся, и пошёл выправлять себе разрешение на открытие здесь ресторана не к администрации, как того требовали правила, а в штаб-квартиру разведки, и нисколько не прогадал. Теперь всех сотрудников разведки в этом ресторане всегда кормили бесплатно, а разведка вдобавок к этому заполучила в свои ряды замечательного осведомителя. Много кто распускал языки под стаканчик сливовой водки, глядя, как им вежливо кланяются одетые в кимоно официантки… А Мао получил послабления по требованиям к любому общепиту на космических станциях, и льготы на таможенные налоги на грузы, которыми он помимо ресторана зарабатывал себе и своей многочисленной семье на жизнь. И очень неплохую жизнь, между прочим! По правде говоря, самому хозяину можно было просто лежать на диване и плевать в потолок, но Мао был слишком деятелен для этого, а приготовление еды всегда было для него одним из самых любимых хобби, нет, даже не так – основным и единственным.