Срок годности жены

Глава 28

«А чего я так держусь за МедСервис? – промелькнуло у него в голове. – Во-первых, репутация компании уже пошатнулась. Придётся немало постараться и немало вложить, чтобы вернуть доверие клиентов. А, во-вторых, на неё Рощин глаз положил. Оно мне надо – ещё и с ним разбираться? Он вон какой прошаренный. И знакомства у него… явно криминальные. С капельками послушания и усыпляющими уколами. Может, ну его на фиг, пусть Аринка сама зубы ломает? Что я, новое дело не раскручу? И Игнат мне сейчас куда? Родители вряд ли захотят на постоянку с ним возиться, а мне вообще не до того. Самое верное – отдать его матери, пусть развлекается не только с тонущей компанией, но и с пубертатными завихрениями сыночка. Как вспомню Игоря в его четырнадцать-пятнадцать – волосы дыбом встают. А мне надо как-то разгребать свои проблемы: искать деньги, чтобы срочно возвратить долг отцу, а то ему не на что товар закупать, решать возврат с браком. Ну или по-тихому перепродать его куда-нибудь даже с убытком, лишь бы хоть что-то вернуть и освободить склад. А ещё грядут суды по просроченным договорам на моё имя…Бл, без денег не вытяну! А что, если предложить ей…?»

И он, резко выдохнув, наклонился над столом, глядя Арине прямо в глаза:

- Забирай Игната! Я не возражаю, чтобы он жил с тобой! И обе квартиры вместе с МедСервис, чёрт с ними - твои! Я не буду на них претендовать.

- И? – осторожно заметила жена. – Или – но?

Вадим про себя усмехнулся – надо же, угадала!

- Но за это все счета мы поделим не 50 на 50, а мне 90%, тебе 10%. Если хочешь, могу подписать любую бумагу!

- Нет! – коротко ответила потерявшая берега бывшая супруга.

И прежде чем он успел возмутиться, добавила:

- Мне сына растить, в компанию вкладываться – 10% очень мало!

- А мне жизнь заново строить и выплачивать неустойки, - огрызнулся Усольцев. – Ты и так всё у меня забираешь – бизнес, Игната, недвижку… Ладно, 80 – мне, 20 – тебе.

Арина молчала, адвокат тоже.

А у него в душе разлился холодок: «А ну как откажется? Ей-то спешить некуда – жить есть где, на что – тоже есть, а меня обложили, словно волка на облаве. Захапала мой бизнес и квартиры, дрянь! Вернее, я, идиот, сам всё ей отдал. Ладно бы, через куплю-продажу, а то по дарственной! Сэкономил, называется, подстраховался! И понятно, почему адвокатишка настолько в себе уверен – у него на каждое возражение бумага с печатью заготовлена. Ну, чего ты молчишь, все нервы из меня вытянула!?»

- Вадим Сергеевич, - наконец нарушил молчание адвокат, - дайте нам с Ариной Романовной десять-пятнадцать минут. Я передам Ангелине, чтобы принесла вам кофе. Если хотите чего-нибудь посущественнее, то скажите ей, она всё сделает. А мы ненадолго вас оставим.

С последними словами он кивнул Арине, они оба встали и вышли. Но один он оставался не дольше нескольких секунд – почти сразу в переговорную залетела давешняя конфетка. Влетела и запорхала вокруг гостя, заворковала, предлагая разные удобства и вкусности.

Вадим отчего-то сразу расслабился, заулыбался и попросил себе кофе с бутербродами.

И пока девушка дефилировала туда-сюда, наслаждался, созерцая её фигурку и слушая мелодичный голос.

- Ангелина, вас же так зовут?

- Да, - улыбаясь, ответила та.

И он решил ковать железо, пока оно горячо.

Нет, а правда – почему бы и не да? Он далеко не старый и довольно состоятельный мужчина.

Хоть жена-стерва и старалась его обобрать, он таки сумел отстоять свои деньги! Да, не все, но большую часть, а с его талантами он через пару-тройку лет раскрутится не хуже, чем было.

В общем, для молоденькой секретарши он лакомый кусочек – привлекательный, в хорошей форме, опытный и щедрый. Да, щедрый – для тех, кто этого заслуживает!

Цыпочка ему нравится, он ей не может не нравиться – так чего откладывать? Тем более что он, считай, никакими обязательствами уже не связан.

- Скажите, что вы делаете сегодня… Нет, не сегодня, у меня ещё есть дела… А, скажем, в субботу вечером?

- Я даже не знаю…, - растерялась девушка.

И тут некстати вернулись адвокат и его бывшая.

Вадим с неудовольствием мазнул глазами по Арине, потом снова посмотрел на розовую от смущения Ангелину. И мысленно хмыкнул: да, бывшая неплохо выглядит и держится, но сорок лет – не двадцать пять! Он всё правильно сказал и сделал – как бы она ни пыжилась, а просрочка есть просрочка.

К чёрту потерявшее актуальность прошлое, да здравствует юное и прекрасное будущее!

- Спасибо, Ангелина! - произнёс Гаранин, и понятливая помощница тут же покинула помещение.

Арина и адвокат сели на свои места.

- Мы обсудили ваше предложение, - начал юрист, - и моя подзащитная решила его принять.

Сердце Вадима подпрыгнуло к горлу и вернулось на место, отплясывая джигу.

«Боже, неужели?! Правильно, дура есть дура! Она даже не понимает, куда лезет. Будет ей урок, и поделом! Опомниться не успеет, как останется и без денег, и без компании…Как же я посмеюсь, когда мою бывшую эти акулы обведут вокруг пальца! Хоть пари заключай, кто успеет первым – Рощин или этот адвокатишка вместе со своим подельником Исаевым?»

Он с трудом удерживал нейтральное выражение лица.

- Но вы сами понимаете, что такие важные соглашения на словах не делаются, - продолжал говорить Гаранин. – Поэтому предлагаю на сегодня закончить и разойтись. Мои юристы подготовят текст соглашения, я перешлю его вам или сразу вашему адвокату. Вот моя визитка, пусть он мне позвонит, скажем, завтра в первой половине дня. После согласования мы назначаем новую встречу, на которой вы с Ариной Романовной подпишете договор. Разумеется, в присутствии нотариуса. Думаю, на всё уйдёт два- три, дня, не больше. К этому времени у нас уже будет решение суда по разводу и опеке.

- Уверены? – не выдержал Усольцев. – Насколько я знаю, суд так быстро не работает, про органы опеки и говорить нечего.

- Уверен, - ответил Владимир. – Я всегда отвечаю за свои слова и не обещаю того, что не могу выполнить. Таким образом, подписав договор, вы выйдете отсюда свободным от семьи человеком. Причём, с деньгами.

- Отлично, я согласен!

«В конце концов, чем быстрее всё оформится, тем быстрее я получу доступ к счетам! И мне плевать, как Гаранин добьётся ускорения процесса».

Он мазнул глазами по почти бывшей жене и небрежно кивнул юристу:

- Провожать меня не надо, я найду дорогу.

И вышел.

«Пусть сюда я шёл совсем с другими намерениями, но что ни делается – к лучшему. Балласт в виде неудобной женщины я сбросил, значит теперь ничто не будет тянуть меня на дно! Где там малышка Ангелина? Надо её перехватить и уговорить на свидание в субботу».

Но вместо куколки Ангелины за дверьми переговорной его встретила неулыбчивая женщина лет тридцати пяти. Представившись помощником Гаранина, она очень вежливо, но настойчиво выпроводила его из здания.

Можно сказать, не успел опомниться, как очутился на улице. А Ангелины и след простыл!

Сначала он пожалел, но после непродолжительного размышления пришёл к выводу, что это даже к лучшему.

В конце концов, эта девушка не единственная в городе милашка. Да и место её работы ему совершенно не нравится. Он-то настроен на одноразовый перепихон, а что в голове у цыпочки – неведомо. Не хотелось бы получить потом головную боль, он ещё от прежней не отошёл!

Кто её знает? Нажалуется начальнику, и привет! – новые проблемы. А оно ему надо? Нет-нет, он ни в каком виде не желает больше пересекаться с этим адвокатишкой!

Если бы не он, Арина давно сидела бы дома и не жужжала! Но стоило Гаранину влезть, и она тут же возомнила о себе невесть что. Дошло до того, что Ринка посмела уйти из дома и подать на развод!

Не важно, что где-то в глубине души он признавал – их брак на самом деле изжил себя и дальше тянуть это ярмо не было никакого смысла. Но одно дело, если бы инициатива исходила от него, и совсем другое, когда развод потребовала Арина!

Словно она имела право решать, а его мнение ничего не значило! Будто бы он не глава семьи, а так… придаток!

Но это ещё не всё!

Он бы пережил, если бы Ринка, умываясь слезами, молча свалила в закат. С тем, с чем пришла в этот брак – то есть с парой трусов и парой платьев. Но эта дрянь посмела предъявить права на его имущество!

Его! И плевать, что там говорит закон. Дурацкий, надо сказать, закон, вредный! Потому что вещь должна принадлежать тому, кто за неё заплатил, а не тому, кто рядом постоял.

И, главное, где она только нашла такого адвоката? Дома сидела курица курицей, а отхватила самого зубастого и наглого!

Подумать только, тот в каком-то нафталине раскопал расценки на услуги домработницы и тыкал ему, Вадиму, ими в глаза!

Никакой мужской солидарности!

Скрипнув зубами, он бросил злой взгляд в сторону парковки и вызвал такси.

Машина подъехала быстро. Усольцев мысленно перекрестился – на этот раз визит не закончился в отделении! И назвал водителю адрес, где его дожидалась Вероника.

Следующие два дня пролетели в каком-то угаре.

Он носился по городу, оббивая пороги и утрясая свои проблемы. Партию бракованного оборудования никто не желал покупать даже за половину стоимости!

Вадим сбросил цену ещё, но и на этот раз желающие в очередь не встали.

- Да бл!!! – негодовал он, подсчитывая убытки.

Аренда склада ежедневно обходилась ему в круглую сумму, но владелец, как и Рощин, посоветовавший этот ангар, не шли на контакт.

Вернее, владелец как раз исправно звонил, напоминая о деньгах, но снижать цену услуг категорически отказывался. И грозил некими решалами, если до конца дня Усольцев не переведёт оплату за весь месяц.

Отдельная головная боль – укоризненный взгляд отца. Нет, он ничего не требовал, но так смотрел, что Вадим совсем перестал появляться у родителей.

Дети тоже добавляли головной боли. Старший, правда, встал на сторону отца, но всё время огрызался и постоянно требовал денег. А младший… Младший не грубил и ничего не требовал. Он просто отца игнорировал.

А ещё по деловому миру поползли слухи: Усольцев продаёт неликвид и брак, Усольцев задерживает оплату своим служащим и работникам, Усольцев не выполняет взятые обязательства…

Поэтому когда его адвокат сообщил, что договор готов к подписанию, Вадим примчался в офис Гаранина едва не раньше назначенного времени.

Вернее, он приехал раньше и, припарковавшись на соседней улице, сидел и ждал, барабаня пальцами по подлокотнику.

«Когда же? Когда уже? А вдруг она передумает? Да нет, не должна, Бронский всё проверил, там чисто…»

Его так распирало, потому что подписанное соглашение даст обратный ход блокировке счетов. И он, наконец, сможет отдать деньги отцу и расплатится по самым важным обязательствам!

Само подписание прошло на редкость обыденно. И даже то, что в этот же день он получил свидетельство о разводе, не заставило сердце Вадима биться сильнее.

Тахикардия началась, когда неожиданно позвонил Рощин.

- Есть покупатель, - коротко произнёс он. – Если ты заинтересован, то через час у склада.

И сбросил звонок.

И Вадим, схватив свой экземпляр, поручил Бронскому проследить, чтобы процедура отмены блокировки была запущена уже сегодня, и унёсся, словно за ним черти гнались.

Покупателем оказался невнятного возраста невысокий плотный мужичок. Весь какой-то кругленький, скользкий, с поросячьими бегающими глазками и обширной лысиной.

Ко всему прочему, он обильно потел и постоянно промокал лицо не слишком свежим носовым платком.

- Дело верное, - бормотал над ухом Рощин, пока мужичок ходил между стеллажами и сверял со списком данные на ящиках и упаковках. – Если откажешься, то я даже не знаю. Кстати, Валентин звонил – на следующей неделе у него новый контракт, так что ангар придётся освободить.

- ЫЫЫ! – тихо взвыл Вадим. – И куда я всё дену?!

- Как – куда? Вон покупатель – скидывай этот геморрой ему.

Но Вадим колебался.

Да, на первый взгляд всё удачно – далёкий город, где недавно завершилось строительства онкологического центра. Теперь новые корпуса понемногу заполняют мебелью, всякими приборами и прочими необходимыми вещами. И мужичок этот, как он представился, не завхоз какой-то, а целый инженер по медицинскому оборудованию. У него и документ есть!

Казалось бы, чего лучше – заберёт всю партию, увезёт на другой конец страны. И что он там будет с ней делать – не его, Вадима, головная боль. Ему главное избавиться от обременения.

Но червячок сомнения грыз.

- Ты ведь понимаешь, что я продаю ему всё по бросовой стоимости, как брак, а у себя он выдаст оборудование, как нормальное? И разницу в цене положит себе в карман? – шипел он на ухо Рощину.

- Да тебе-то какая, бл, разница? – шипел в ответ Константин. – Думай о себе!

- Его ж рано или поздно посадят, и он потянет меня за собой!

- Да с какой стати? Ты продал по сниженной цене, что брак – не скрывал. В общем, не хочешь – сиди дальше, а я умываю руки!

И он сдался.

Подписывал и внутренне трясся – ой, халтура, ой, влечу!

Но когда на карту упали деньги и на следующий же день склад опустел, Вадим мало-помалу выдохнул.

Кажется, на этот раз обошлось!

Не совсем, как оказалось…

Рощин появился вечером. Приехал, как ни в чём не бывало – прямо в ту квартиру, которую Вадим делил с Вероникой.

Открыв дверь, Усольцев неприятно удивился, обнаружив заклятого бывшего друга и партнёра.

- Чего тебе?

- Оу, как гостеприимно! – ухмыльнулся Константин. – На кофе не напрашиваюсь, поговорим, и я уйду.

- Иди на кухню, - посторонился, пропуская его, Вадим.

И прицыкнул на Веронику, выглянувшую в коридор:

- Свалила! И чтоб не высовывалась, пока не позову!

Девушка исчезла.

- Ну? – Усольцев встал в дверном проёме, боковым зрением контролируя дверь в комнату. – Что за разговор?

- Обычный – деньги, - пожал тот плечами. – Товар мы на двоих брали, я впрягся, хлопотал, тратил время, задействовал знакомых… Где мои проценты?

- Ка-к-кие проценты? – опешил Вадим. – Ты не охренел часом? Сначала уговорил меня купить брак, потом засунул в ангар этот, потом…

- Воу, воу! Полегче! Да, кое в чём я прокололся, поэтому прошу половину не от полной стоимости, а то того, что тебе вчера заплатили. За мои труды.

- Да ты ох…ел!!!

Значит так, - Рощин поднялся на ноги. – Вадик, шутки закончились. Или ты сейчас переводишь мне хххх, или завтра сумма увеличится. А ещё через два дня ты отдашь уже всё. Выбирай.

А он не мог оторвать от него глаз – с Константина слетела маска добродушного рубахи-парня, и сейчас перед Усольцевым стоял настоящий хищник.

Как-то сразу вспомнились капельки покладистости и шприц с неведомым, но очень действенным снотворным.

«В комнате Вероника, но она ничем не поможет. Или поможет, но не мне, а как раз Костику. И даже если сегодня пронесёт, то будет ещё завтра, послезавтра…И даже если я окружу себя охраной, Рощин всё равно рано или поздно доберётся. Президентов и всяких королей убивают, что уж говорить об обычном человеке? Проще откупиться. И больше никогда никаких дел не иметь», - пронеслось у него в голове.

Вадим сглотнул и молча нашарил в кармане сотовый.

- Так-то лучше, - кивнул Рощин, плюхаясь обратно на стул. – Диктую номер…

Он дождался, когда деньги упадут на карту, хлопнул Вадима по плечу и ушёл.

- Бывай, старик! Ничего личного, только бизнес.

А ещё через две недели Усольцева вызвали в ОБЭП*.

*Отдел по борьбе с экономическими преступлениями (ОБЭП) МВД