Срок годности жены

Глава 3

Вадим Усольцев считал себя везучим человеком. И на это у него были причины.

Родился он в обычной семье. Его родители – учительница и сварщик – звёзд с неба не хватали, жили, как все. То есть от зарплаты до зарплаты.

Двое детей, двушка в типовой пятиэтажке и особенная гордость отца – старенький «Москвич».

На поездку летом к тётке в Анапу откладывать приходилось целый год, и покупка нового пальто или сапог приравнивалась к грандиозному событию.

Дина рано вышла замуж – то ли действительно влюбилась, то ли мечтала скорее покинуть родительский дом. Теперь она обитала в соседней пятиэтажке, в такой же тесной двушке. И единственно, чем её жизнь отличалась от жизни родителей – у Динки был только один ребёнок – дочь Паулина.

А он, Вадим, плыть по течению не захотел. И где зубами, где ногтями выгрыз, вырвал себе место под солнцем.

И уже к тридцати пяти годам заработал свой первый миллион, а дальше пошло по нарастающей.

Жена – Ринка – была с ним с тех времён, когда все деньги вкладывались в оборудование. А на жизнь оставался самый мизер – только чтобы ноги не протянуть. Она виртуозно растягивала килограмм картошки на неделю и из одного бульонного кубика ухитрялась готовить и первое, и второе. Безропотно штопала носки и колготки и не ныла, что ей нечего надеть.

Он ценил её, правда!

Но время шло, и первый заработанный миллион превратился в добрую сотню, и его семье больше не надо было экономить.

Почувствовав вкус денег, Вадим с горечью осознал, что большая половина жизни прожита. И ему стало так обидно – почему? Почему сейчас, когда он может позволить себе почти всё, у него на это «всё» меньше сил и желаний?

И однажды он понял, кто тянет его назад, кто не даёт расправить крылья – жена!

Случилось это на рождественском приёме у губернатора.

Они пришли вместе, но он, как обычно, почти сразу оставил супругу с какой-то из её знакомых, а сам отправился поддерживать и налаживать связи. Так, переходя от одной группы к другой, он наткнулся на одного из компаньонов.

- Вадим Сергеевич, а ты опять с женой? – усмехнулся тот и глазом повёл в сторону своей спутницы – ослепительно красивой блондинки, буксиром цеплявшейся за его рукав.

- Добрый вечер, Константин! А с кем мне тут быть? – удивился Вадим. – Я женат!

- Я тоже, - ухмыльнулся компаньон. – Но зачем мне везти в Тулу свой самовар?* Жена должна сидеть дома и создавать уют. А для души и отдыха есть вот такие малышки.

И ущипнул свою спутницу.

Та глупо хихикнула.

- Так, Снежанка, займи себя минут на десять, у нас будет мужской разговор, - компаньон подтолкнул девушку, та без возражений отпустила его руку и отправилась в сторону фуршетных столов.

И тогда Константин и открыл ему глаза: неприлично таскать в общество стареющую супругу!

- Для подобных мероприятий существуют особые девушки – эскорт! И вообще, Сергеевич, ты ещё мужчина хоть куда, не обрыдло спать с б/у тёткой? Оглянись, сколько вокруг красоток – выбирай любую! Учти, что нынче встречают не столько по одёжке – с этим проблем ни у кого давно нет, были бы средства – сколько по твоему сопровождению. Нет, если ты материально или физически не тянешь молодую, то вопросов нет!

- С этим у меня всё в порядке, - пробормотал он.

- Тогда не выбивайся из круга! - Константин хлопнул его по плечу и отправился за своей Снежаной.

Но Вадим ещё несколько месяцев примерялся и пробовал, прежде чем окончательно созрел поставить точку.

Всё свершилось вчера!

Нет, на мгновение ему стало Ринку жаль – как она смотрела на него! Будто он ей нож в спину воткнул.

Глупая, ей же лучше, если супруг переложит часть её обязанностей на любовницу! У Ринки и времени на уход за семьёй прибавится – не надо будет его сопровождать, тратить средства на выбор и приобретение очередных нарядов, переживать за свою внешность и прочие неудобства. Тем более, как он правильно заметил, ни одно платье или причёска не вернут сорокалетней бабе молодость. Да и по ночам Арине будет спокойнее, ведь он станет сливать темперамент на другую. Ну и статуса жены он её не лишает. По крайней мере, пока. Пару лет поживут так, а там видно будет – насколько Вероника его устроит и насколько Рина сумеет держать себя в руках. Или пока он не вернёт себе то, что когда-то на неё записал.

И Арина, как ему показалось, восприняла новости вполне достойно. Да, не обрадовалась, но и скандал закатывать не стала. Поняла, что муж в самом расцвете сил и возможностей и не обязан подстраиваться под увядающую жену.

Правильно, он на это и надеялся. Всё-таки она у него хорошо вымуштрована и помнит, кто её содержит!

С последней мыслью бизнесмен Усольцев провалился в сон.

Утро началось не с кофе.

Он открыл глаза и несколько секунд соображал, где находится и что за тело сопит рядом.

«Вероника! Точно, я вчера поставил Рину перед фактом!»

Усольцев потянулся, лениво скосив глаза на часы.

И буквально слетел с кровати.

- Проспали!!! АРИ-И-НА-А!!! Ты почему не разбудила?!

Любовница недовольно сморщилась и накрылась одеялом с головой:

- Что за крики? Я спать хочу!

Но ему было не до неё – в девять важная встреча, на часах полдевятого, а он ещё дома.

Слонопотамом пролетев по коридору, он догадался по пути толкнуть двери в комнаты сыновей. И снова взвыл – те тоже ещё спали! На вопль отца мальчики подскочили на кроватях и заметались.

- Ма-ам! Где моя одежда? – не обнаружив на привычном месте свежих вещей, Игнат высунул голову в коридор.

- Мама!!! – вторил ему Игорь. – Ты мою куртку должна была постирать, где она? Я опаздываю!

- Арина-а-а! – заголосил и Вадим, не найдя чистой рубашки и отглаженного костюма.

Ответом им была тишина.

- Какого? – рыкнул глава семейства, скатываясь вниз.

И замер при входе на кухню – там словно Мамай прошёл.

Не в том смысле, что всё перевёрнуто и разбито, а в том, что вчера никто не вымыл посуду и не прибрал поверхности.

Арины на кухне не было видно, и Вадим понял, что завтрак им придётся пропустить. Или готовить самим.

Но он без чашки утреннего кофе просто не способен нормально соображать!

Можно позвонить Арине и устроить разнос, но пока она соизволит взять телефон, пока оденется, пока дойдёт – и это если она не упрётся бараном! – он окончательно всюду опоздает.

«Вечером устрою ей сладкую жизнь, - мысленно он уже жену расчленил и прикопал под ближайшей берёзкой. – Но сейчас-то что делать?»

- За ногу да через коромысло! – взревел Вадим и бросился назад в спальню. – Ника! НИКА!

- А? Что? – подскочила та.

- Шемельтом вниз, сделай мне кофе и пару бутербродов!

- Я?! – возмутилась девушка. – У тебя жена есть, пусть она и готовит!

И демонстративно повернулась на другой бок, закуклившись в одеяло, как в кокон.

- Да твою ж!!!

Он рывком дёрнул за край одеяла, девушка, провернувшись веретеном, с воплем вылетела из кровати на пол.

- Ты с ума сошёл?

- Я. Сказал! Марш на кухню! И. Сделай. Мне. Кофе и бутерброд! СЕЙЧАС ЖЕ!!!

Веронику словно ветром сдуло.

В коридор выскочили братья и, с неудовольствием оценив помятый вид друг друга – им пришлось надеть вчерашние рубашки и брюки – отправились на улицу – к автомобилю.

А Вадим схватился за сотовый:

- Наталья Владимировна, там с минуты на минуту должен подойти Карташов, займите его чем-нибудь. Не знаю, завтрак подайте, пусть Никитин ещё раз покажет ему слайды, или техпаспорт. Хоть на ушах стойте, но чтобы к моему появлению он был доволен жизнью, ясно? Я подъеду…, - он бросил взгляд на часы, – минут через сорок, не раньше.

- Ника, где мой кофе, я опаздываю, - после разговора с помощницей он схватил барсетку и, по привычке, отправился в столовую.

И чертыхнулся, обнаружив там неубранный после ужина стол. Да, да, всё так и стояло, как они оставили!

«Арина совсем берега попутала! Идиотка, хотел же с ней по-хорошему…»

- Твой кофе, - Вероника недовольно стукнула чашкой о стол.

Так, что небольшая часть напитка плеснулась через край и уродливой кляксой растеклась по скатерти.

Потом девушка сложила руки на груди и добавила с возмущением:

- Вадим, я не нанималась…

- Тьфу! Что за гадость?! – отхлебнув, он передёрнулся и выплюнул горячую жижу обратно. – Вероника, как можно так испортить кофе, если его делает машина? Тебе надо было всего лишь заправить аппарат и нажать пару кнопок!

- Ну извини, я не готовилась в баристы, - фыркнула та.

И спохватившись, что он сейчас уйдёт, бросилась следом:

- Вадик, ты уходишь, а что делать мне? Где мой завтрак, в конце концов?

- Тебе? - он на мгновение замер. – Запри за мной дверь и не открывай, если Арина попробует войти.

- Весь день сидеть дома? Я с ума сойду в четырёх стенах! – охнула любовница. - И у меня сегодня запись на маникюр! В два часа.

- Перенесёшь, - отрезал Усольцев. – Чтобы не сходить с ума от безделья – займись полезным трудом. Приберись тут везде – я хочу вернуться в нормальный дом. А вечером, - он стиснул правую руку в кулак, - будет разбор полётов. И кое-кто очень пожалеет, что не понял меня с первого раза!

Как день начался шиворот-навыворот, так и продолжился.

Подчинённые тупили, компаньоны бесили, техника сбоила. И вообще, всё шло совсем не так, как задумывалось.

Устраивая ужин с Вероникой, Вадим не ждал от жены демарша! Нет, он понимал, что новости ей не понравятся, и предполагал некоторые сложности. Например, попытку им манипулировать при помощи слёз. Думал, что Арина станет за него цепляться, будет умолять не оставлять, заливая рубашку потоками воды.

И даже представлял, как он снисходительно приобнимет плачущую женщину и произнесёт: «Чего ревёшь, дурочка? Я тебя не бросаю, ты остаёшься моей женой! Просто жить с этого дня мы будем порознь. Отдаю тебе в полное владение тот дом, который изначально предназначался для прислуги. Пусть он меньше, всего три комнаты и негде готовить, но ты одна, тебе хватит. А плита, микроволновка и холодильник там без надобности, ведь в твоём распоряжении остаётся наша кухня. Просто теперь при готовке придётся учитывать вкусовые предпочтения не троих, а четверых людей. И стряпать на одну порцию больше. Представь, как будет удобно – ты пришла утром, соорудила нам завтрак, разбудила всех, потом выслушала пожелания на ужин и проводила нас на работу и учёбу. Всё, как ты делала всегда! Затем посуду убрала, сама поела – и к себе, в чистоту и уют без запаха жареного лука и борща. У Вероники свой режим, она обычно встаёт позже. Ну вы с ней потом всё согласуете – и меню, и распорядок. Видишь – ничего страшного не произошло? Слёзы вытри и улыбнись!»

И жена должна была послушаться!

Однако, внимать голосу разума Арина почему-то не захотела. Как и плакать или хвататься за него, умоляя её не бросать.

Вместо этого она хладнокровно собрала вещи и отправилась в тот курятник, что предназначался прислуге.

К слову, «освободить смежную спальню» она восприняла слишком буквально! Когда он бросился туда, желая высказать своё возмущение нерадивой супруге, то в первую секунду опешил: комната выглядела так, словно в ней никогда никто не жил.

К сожалению, у него не было времени дойти до убежища Арины и устроить ей головомойку. Пришлось всё отложить на вечер, но проблемное утро сбило ему весь рабочий настрой.

«Нет, ну надо же, какая цаца! Бросила дом, не разбудила, ничего не приготовила… Пришлось ехать в офис голодным и помятым! Главное, как быстро сориентировалась и ударила, откуда не ждал! И это за всё хорошее, что я для неё делал?!»

Промучившись до полудня, Усольцев вспомнил, что запретил Веронике пускать Арину в дом.

Из благих намерений, разумеется, а не из-за вредности.

Нет, напомнить супруге её место не помешает, но главная причина запрета заключалась в разумной безопасности.

Женщины существа импульсивные – к гадалке не ходи, при виде соперницы у обеих снесёт крышу! Арина под соусом законной жены начнёт качать права. Ещё чего доброго, попытается Веронику выгнать. Та тоже за словом в карман не полезет, ведь он лично привёл её в дом и разрешил там жить!

Оглянуться не успеешь, как бабы не только разнесут всё вокруг, но и попортят друг дружке вывески. Или не их или не только их, что, разумеется, тоже нежелательно.

Внешность Вероники – тот актив, куда он регулярно вкладывает внушительные суммы. Потому что партнёры и конкуренты будут оценивать благосостояние и стабильность Вадима Усольцева по степени ухоженности и благополучия его спутницы.

А ревнивая дура, его жена, может одним махом сделать Нику на месяц, а то и дольше, непригодной к использованию. Не поведёт же он в общество покоцанную любовницу!

В свою очередь, травмы нежелательны и для супруги, иначе как она станет ухаживать за домом, садом и домочадцами? Нет-нет, Рина ни в коем случае не должна потерять работоспособность!

Ему сегодняшнего утра хватило!

Но вчера он забыл об одном нюансе: запретив супруге доступ к дому, он не столько обезопасил своё вложение, то есть, Веронику, сколько создал себе дополнительные проблемы.

Если Рина не сможет войти в дом, то как она приготовит ужин и разберётся с одеждой?

На мгновение у него мелькнула мысль поручить это Нике, но Вадим тут же опомнился: в кулинарные таланты любовницы он верил ещё меньше, чем в её умение наводить в доме порядок. Но если плохо помытый пол или небрежно заправленная кровать грозили испортить только настроение, то несъедобное кушанье могло испортить нечто более существенное – его здоровье.

Рисковать и ставить Нику к плите он не станет. Значит, надо звонить Арине и приводить её в чувство!

В конце концов, мать она или где? Сыновья, даже если что-то перехватят по дороге, вернутся с учёбы голодными. А он и сейчас с удовольствием съел бы что-нибудь домашнее.

Вадим вспомнил женины разносолы, сглотнул набежавшую слюну и решительно отодвинул в сторону папку с последними сводками.

«К чёрту всё! Звонить не выход, эта обиженка может вызов проигнорировать. Пока мальчиков нет дома, успею съездить и решить всё на месте. Тем более что из-за семейных проблем ни о чём другом думать не получается!»

Накрутив как следует зама, секретаря и главбуха, он свалил на них текущие дела и отправился возвращать блудную овцу в стойло.