Сюрприз для бывшего

Глава 2

Мозг протестует не сразу. Не сразу начинает говорить: ну какой же он твой, Надя. Дурочка ты глупая. Уже больше двух лет, как не твой. И твоим никогда не был. Но до всех этих совершенно разумных мыслей проходит несколько секунд, когда я просто не думаю. Когда смотрю на парня, не моргая, чувствуя, как снежинки на моих ресницах превращаются в капельки.

Ник… Он как будто и не изменился вовсе. Хотя нет, возмужал, однозначно возмужал. В плечах шире стал, и овал лица ужесточился. А глаза все те же, немного раскосые, и ощущение от них, словно Никита вечно не выспавшийся. Нос правильный, пухлые губы, русые волосы как всегда большой небрежной шапкой на голове.

Наконец мозг начинает работать. Я встречаюсь взглядом с карими глазами. Они такие темные, почти как горький шоколад, иногда даже кажется, сливаются со зрачком. Космос. Боже мой. Это все на самом деле. Я стою согнувшись, не чувствуя, как затекла спина, и молчу. Капельки срываются с ресниц, разлетаются в стороны.

Космические глаза смотрят на меня с недоверием, словно Никита никак не готов признать мое наличие именно в этой точке пространства и времени. Это полностью взаимно.

— Надя? — наконец разрезает тишину салона его голос, и я вмиг прихожу в себя.

Выпрямляюсь и закрываю дверцу. Делаю шаг назад, борясь с желанием побежать. Куда угодно, в деревню, в поле, просто вдоль трассы, лишь бы подальше отсюда. Я была уверена, что мы больше никогда не встретимся.

— Чего там? — спрашивает бабулька. — Тоже дурачок?

Ответить не успеваю, Никита вылезает из машины, натягивая модную куртку стального цвета, идет к нам. Бежать. Бежать прямо сейчас. Самое идиотское решение в мире. Я остаюсь стоять на месте, снег не стряхиваю, потому меня уже изрядно замело.

— Что ты здесь делаешь? — Никита вырастает напротив меня, высокий, мое лицо привычно оказывается на уровне его груди.

Нет, не привычно. Совсем не привычно. Он никто мне.

— Знакомый что ли? — вклинивается бабуля.

— Одногруппник бывший, — специально смотрю на нее, чувствуя, как сверлят меня карие глаза.

— Так парень-то хороший? Подвезет? Подвезешь девчонку, всего пятнадцать километров, — поворачивается она вдруг к Никите, я сжимаю замерзшие ладони в кулаки. — Морозится уже часа два, автобус сломался.

— Все нормально, — отвечаю я ей, но Никита перебивает:

— Я отвезу. Без проблем.

— Вот и хорошо, ну все, побежала я, а то мои уже заждались там, бабка под новый год пропала, — она смеется, я улыбаюсь.

— С наступающим, и спасибо вам.

Старушка не спеша удаляется, я смотрю ей вслед, не могу заставить себя повернуться. Просто не могу.

— Так ты поедешь? — слышу вопрос. Глубоко вдыхаю и резко разворачиваюсь на месте.

Под снегом, щедро нас засыпающим, оказывается лед, и я начинаю заваливаться в сторону, но тут же оказываюсь в руках Ника. На мгновенье мы прижимаемся друг к другу, я тут же вырываюсь, и снова чуть не падаю на чертовом льду. Я веду себя как психованная. Я просто не ожидала его тут встретить. Никак.

— Хотелось бы успеть попасть к новому году домой, — усмехается он, пряча руки в карманы джинсов. — Так что если не передумала, падай в тачку.

И уходит. Просто спокойно отвернулся и идет к машине. Я осознаю: ему абсолютно фиолетово, поеду я с ним или нет. Как когда-то он бросил меня, ничего не сказав, так и сейчас уедет, хоть я обморожение самой высокой степени получу.

Внезапно мне становится жарко, мороз перестает брать. Вот она реальность. Я думала, мы никогда не встретимся. Но мы встретились. Встретились именно тогда, когда я твердо сказала себе: прошлое осталось в прошлом, когда после той странной встречи, организованной Крис, решила удалить любое напоминание о нас с Ником. Я действительно была готова шагнуть дальше, но судьба и тут решила посмеяться надо мной.

Я все-таки залезаю в салон. У меня нет выбора, уже десятый час, темно, холодно, и из перспектив — замерзнуть в сугробе или пойти к бабуле. Это уже слишком, к чему людям новый год портить.

Вклиниться в поток машин удается не сразу, никто не пропускает. Капец, как будто эти три метра в час сыграют что-то теперь. В машине тепло, я быстро начинаю отогреваться. Смотрю в окно, держась за ручку. Специально не поворачиваюсь, но в отражении на стекле то и дело вылавливаю профиль Ника.

Вижу, как он снимает куртку и, не отрывая взгляда от дороги, закидывает ее правой рукой на заднее сиденье. Даже в отражении кое-что привлекает мое внимание. Осторожно поворачиваюсь, кошусь в сторону парня. На нем растянутый свитер, который выглядит ужасно старым и поношенным, но скорее всего он из какой-нибудь новой коллекции.

Ник всегда был ужасным шмотником. Даже меня заразил этим на короткое время. До того, как сбежал, а я осталась одна с ребенком под сердцем.

Но дело было совсем не в свитере. А в обычной феньке, болтающейся на его руке. Ничего такого, выцветшая, потертая от времени фенька из ниток. Красный с черным цвет. Я инстинктивно просовываю пальцы в рукав правой руки, но на запястье ничего нет.

Уже неделю как нет вот такой же феньки. Один в один. И всю эту неделю я привычно пытаюсь зацепиться за нее и не нахожу. Прошлое в прошлом — повторяю себе. Прошлое должно оставаться в прошлом, даже если оно врывается в настоящее.