Сюрприз для бывшего

Глава 43

Надя

Я вспоминаю о том, что вырубила телефон, только укладывая Аленку. Остаток вечера проходит ужасно. Никто толком ни с кем не говорит. На это нет ни сил, ни желания. Мама заламывает руки, периодически пытаясь плакать. Никто не реагирует.

Папа хмурится, мерит шагами комнату, о чем-то размышляя. Полагаю, прикидывает варианты, что делать дальше. Я просто сижу с Аленкой, стараясь ни о чем не думать. Моя нервная система пережила хорошее потрясение сегодня, потому мне даже удается.

Когда надо идти с Аленкой в кровать, я радуюсь. День подходит к концу.

А потом думаю о том, что Ник так и не объявился. Не приехал, не позвонил. И вот тут вспоминаю про мобильный. Он должен лежать в кармане куртки, по идее. Аленка ворочается, вроде засыпает, но с трудом все же разлепляет глаза, смотрит на меня, цепляется маленькими пальчиками.

— Спи, моя хорошая, — шепчу, целуя ее макушку, и сама глаза прикрываю.

Заметила, когда я расслабляюсь, она засыпает быстрее. В голове витают смутные картинки, слышатся слова. Ник, мама, Белла, папа… Все это смешивается в единый клубок, путается, затягивается туманом. И я не замечаю, как засыпаю.

А утром просыпаюсь рано-рано. Даже еще до Аленки. В комнате полная темнота. Поворочавшись, обкладываю Аленку подушками и выползаю в кухню. Мама с папой встанут только через час. Стараясь не шуметь сильно, наливаю себе чай, зажгла слабую лампочку на вытяжке.

Надо включить телефон, но мне безумно страшно. Вдруг там ни одного сообщения от Ника? Пускай его отец сказал, что Ник хочет на мне жениться… Сердце в груди заходится от одной этой мысли. Неужели всерьез сказал? И почему хочет? Потому что чувства ко мне испытывает? Или чтобы у Аленки была полноценная в его понимании семья?

Но невеста ведь еще… Она же никуда не делась в одно мгновенье. А если родители его переубедят? Если это действительно конец?

Выдыхаю, уперев руки в стол. Ладно, какой смысл гадать. Конечно, то, что он вчера не приехал, пугает, но я больше не буду просто сидеть и ждать. Не позволю другим решать за нас, как это было два с половиной года назад. Буду бороться за свое счастье, кто бы что ни говорил. Пока сам Ник, глядя мне в глаза, не скажет, что я ему не нужна.

В темноте сшибаю что-то с тумбочки. Какой-то конверт. Беру его в кухню вместе с телефоном. Письмо от Крис. Точно, мама мне ведь говорила о нем. Ладно, посмотрю чуть позже.

Включаю телефон и гипнотизирую взглядом, пока он загружается. На экране всплывают пропущенные звонки от Ника. И сообщения. Дрожащими пальцами открываю мессенджер.

“Надя, нам надо поговорить. Я все тебе объясню. Я расстанусь с Беллой”

И следом с перерывом в несколько минут:

“Я хочу быть только с тобой”

Это было в районе пяти. А после ничего. Совсем. Несмотря на то, что он последний раз появлялся около часа ночи.

Это почему-то напрягает. Что было после работы? Белла. Родители. Что мог наговорить его отец? Если верить маме, он категорически против меня и Аленки. Сейчас в любом случае рано писать, Ник обычно встает в начале восьмого.

Я хочу быть только с тобой. Господи, Ник это мне написал. Ник. Мне.

Все это время он думал и до сих пор думает, что я его бросила. Что исчезла, чтобы не говорить с ним, тупо отделалась смс.

Но невеста… Мне хочется верить, что все это большая ошибка. Что Ник не хотел обманывать меня, что действительно планировал в ближайшем будущем порвать с девушкой.

Да, это нехорошо по отношению к ней, но… Мы заслужили свое счастье. Если то, что сказал отец Ника — правда. Как и его сообщение.

Мы заслужили. Потому что я безумно этого хочу тоже.

Но надо дождаться семи и написать Нику. Или даже позвонить. И в этот момент вижу, что он появился в сети. От неожиданности роняю телефон, он падает на пол с грохотом.

— Черт! — тихо ругаюсь, поднимая его. И слышу плач Аленки.

Спешу к ней. Она, еще сонная, сидит на кровати, трет глазки. Увидев меня, перестает плакать, тянет ручки.

Беру ее и быстро возвращаюсь в комнату. Ник был в сети минуту назад. Видел ли, что я прочитала сообщения? Почему ничего не написал? Кусаю губы, а потом решаюсь: набираю его.

Гудки идут, я покачиваю Аленку на одной руке, расхаживая по кухне. Сердце или остановится, или пробьет грудную клетку прямо сейчас.

А потом он снимает трубку.

— Ник! — восклицаю я и слышу женский голос в ответ:

— Ник в ванной.

Не трудно догадаться по акценту, кто это. Белла. Я силюсь найти слова и не могу. В голове рисуются совсем не радужные картинки. Она у него в такое раннее время. Конечно, могла просто переночевать, да? А если не просто? Они все-таки встречались. Не стал бы уж он жениться на той, кто ему не нравится совсем. Что, если…

Я вешаю трубку. Откладываю телефон. Отталкиваю дополнительно, он отъезжает на другой край стола. В висках стучит, дыхание прерывистое. Хочется плакать. Опускаюсь на стул, боясь, что дрожащие ноги не выдержат. Прикрываю глаза. Стараюсь дышать ровно.

— Ма-ма-ма, — Аленка чем-то стучит по столу.

Открыв глаза, вижу в ее руках конверт от Крис.

— Это нам письмо прислали, — пытаюсь улыбнуться. Отвлечься. Не дать понять Аленке, насколько мне сейчас плохо. — Посмотрим, что там?

Она агукает, я отрываю край конверта. Короткая записка:

“В новую жизнь с новыми талисманами, а, Надь?”

Грустно улыбаюсь, вспомнив ту встречу с девчонками. Мы поклялись, что никаких больше бывших в жизни. Но что самое интересное: нам это не удалось. Ни одной. Словно в насмешку, судьба столкнула каждую из нас с прошлым. Чат так и пестрил сообщениями на эту тему. Да уж, забавно…

Переворачиваю конверт, из него выпадает фенька. Обычная плетенная из ниток фенька. Красная с черным.

Глажу ее пальцами, чувствуя, как учащается пульс. И вспоминаю ту ночь, когда плела похожую на день рождения Ника. И чувствовала себя невозможно счастливой. И верила, что все у нас будет хорошо. А потом не стала бороться за свое счастье. Оставила, как есть.

Больше не хочу так.

— Знаешь что? — смотрю на дочку. — Давай-ка прогуляемся.

За двадцать минут успеваю собраться с Аленкой и покормить ее. И убежать в подъехавшее такси еще до того, как родители выйдут из спальни.

Мне дико, безумно страшно, но еду. Решила идти до конца. Не хочу, чтобы за нас решали другие, как это уже было. Потому что, насколько я могу судить, эти другие все больше против нас с Ником. Им все равно на любовь, на чувства, им важно какие-то свои пунктики выполнить.

В дверь Ника звоню дрожащей рукой. Страшно до чертиков, а еще жарко, Аленка на руках, сдуваю челку со лба. Выгляжу, наверное, не очень… Да плевать.

Распахивается дверь, и я снова застываю, теряя слова. Белла. Чертова Белла в короткой шелковой пижаме.