Трепет. Его девочка

15 глава

Время на следующей неделе летит со скоростью света, или мне так кажется, потому что я практически всегда занята и у меня не остается ни минуты на самоедство, размышление о настоящем и будущем и наших с Рустамом отношениях. Как и обещал, он помогает мне с поиском людей, переживыших сложные операции на сердце. Сначала я сомневаюсь, что все получится, наверное, из-за своей наивности и тревожности, но когда получаю на руки несколько телефонных номеров, немного расслабляюсь. Позже мне, конечно, приходится собраться с духом, чтобы позвонить, ведь люди могут быть против общения, они могут не хотеть вспоминать тот период жизни, но когда я рассказываю для чего они мне нужны и что это крайне важно для благотворительной выставки, которая поможет другим болеющим получить шанс на выздоровление, они с легкостью идут мне навстречу.

И вот сегодня четверг, а у меня на руках фотографии и наброски портретов всех тех, чьи истории я планирую представить на выставке. Это просто невероятно, как стремительно меняется моя жизнь, мои внутренние ощущения и даже отношение к самой себе. Мне по-прежнему трудно открыто общаться с коллегами, но день ото дня отношения с ними теплеют. Очевидно, видя, что я не просто протеже Ахметова, которую он решил толкнуть на важную должность, а действительно серьезный и ответственный сотрудник, они начинают доверять мне и больше не косятся в мою сторону с неприкрытой завистью или сомнением в глазах.

После того важного разговора в ванной отношения с Рустамом тоже улучшаются. Его признания, прозвучавшие вполе искренне на мой взгляд, успокаивают меня. Я больше не трясусь, когда он задерживается или когда не отвечает на звонки, хотя иногда свойственная мне тревожность побеждает, но в итоге мне удается взять над ней верх.

Я нахожу все больше поводов гордиться собой и стремиться к тому, чем мне потом хотелось бы гордиться. Уже не столь остро воспринимается тот факт, что я принимаю помощь Рустама, живу в его квартире и езжу с ним на машине. Благодаря интересной работе и небольшим успехам, я понимаю, что в долгу перед ним не останусь.

Практику я закрываю, после чего все же решаю забрать документы, хотя мой руководитель практики сначала пытается меня отговорить, но для себя я решила, что нужно развиваться в чем-то одном. Ахметов, несмотря на то, что часто отсутствует, довольно требовательный, и разрываться между работой и учебой для меня крайне тяжело. Конечно, необразованной оставаться не хочется, поэтому я подумываю пройти какие-нибудь курсы в рамках своей профессии.

С Сашкой, Анной Сергеевной и Бульдозером мы несколько раз встречаемся вечером во дворе перед их домом. Долго бывать с братом не выходит - опять же из-за работы. Но и несколько минут в его обществе доставляют мне удовольствие. Знаю, что он хотел бы чаще со мной бывать, и я с ним тоже. Буду надеяться, что после выставки все же у меня появится чуть больше времени на брата.

Неожиданный звонок резко прерывает мои размышления. Я откладываю наброски портретов и тянусь к смартфону. Звонят мне последнее время часто, в основном это связано с вопросами по проекту, либо звонит Рустам. Сейчас же на экране высвечивается номер клиники. Совсем забыла, что записалась на прием к врачу на завтра. Опять невольно краснею - ну что ты, Яна, в самом деле, дуреха какая? Не ты первая будешь противозачаточные выписывать в конце концов!

А таблетки мне просто необходимы, потому что секса Рустаму нужно очень много. И всю неделю, несмотря на усталость и заргуженность, он не дает мне ни дня отдыха в хорошем смысле, потому что мне, как оказалось, тоже нужно очень много. Даже сейчас, вспоминая про нашу близость, я чувствую, как по коже бегут мурашки, а во рту собирается слюна.

Разговор по телефону занимает у меня меньше минуты - я лишь подтверждаю, что завтра в обед обязательно буду в больнице. Уже собираюсь отложить телефон в сторону, как он снова звонит. На этот раз Нимб. Позавчера она заглядывала в галерею и в обеденный перерыв мы посидели в кафе напротив, немного поболтали. Тогда Рустам подъезжал, передать мне кое-какие бумаги, которые я по собственной невнимательности оставила в квартире. До сих пор помню вздернутые брови Нимб и ее растянутое:

- Ничего себе, как он на тебя смотрит... Как Карим на свою Мадину. Я начинаю завидовать...

Это по-прежнему непросто - замечать проявление его чувств на публике и реагировать спокойно. После поцелуя у машины стало легче и не так страшно, но все же я дергаюсь и оглядываюсь. Я благодарна Рустаму, что он никак не комментирует мое поведение, хотя могу предположить, что в этом для него мало приятного.

- Да, - снимаю наконец вызов и отвечаю Нимб. Наверняка звонит чисто поболтать, как обычно, и никак не ожидаю услышать заплаканный голос.

- Они решили пожжжениться через два месяца, представляешь, Ян?! Так скоро... Всего два месяца... Я не переживу этого... Уже заявление подали...

О ком идет речь, пояснять не надо. Только из-за одного человека Нимб может так отчаянно рыдать. Мне ее искренне жаль, хоть я и не знаю, чем можно помочь девушке, ведь отношение Ахметова к своей Мадине для всех очевидно - он ее любит, и как бы жестоко это не звучало, он имеет право ее любить, и она его. Карим никак не виноват в том, что у сводной сестры есть к нему чувства.

- Эй, успокойся. Ты чего так расклеилась? Слушай, Нимб, я знаю - тебе плохо, но ведь было же ясно, что к их свадьбе все и идет. Это даже не неожиданно...

- Я думала... я надеялась, - всхлипывает девушка, - что он передумает, что они... расстанутся. Но этого не случилось... А свадьба, Ян, свадьба... это серьезно... это же.. конец...

Между всхлипами я замечаю, что язык ее слегка заплетается, как будто она выпила лишнего. Машинально смотрю на время, высвечивающееся на экране компьютера. Девятый час. Если она в таком состоянии где-то пьет, это может закончиться не очень хорошо. Я планировала еще поработать, но бросить Нимб сейчас мне кажется ужаснее, чем отложить кое-какие дела на завтра, поэтому спрашиваю:

- Ты дома?

- Неа... Мне там тошно... Там сейчас сэмээйный ужжжин в честь их официальной помолвки. Все... такииие радостные и сЩастливые... до тошноты..

- Скажи мне, где ты? - я резко поднимаюсь из-за стола, нажимаю кнопку выключения компьютера и снимаю летний жакет со спинки стула.

Нимб называет место. Я знаю, где это. В принципе, недалеко от галереи. Одно кафе, где мы частенько бывали раньше с мамой и Рустамом.

- Не пей больше. Я сейчас приеду.

Не знаю, зачем это говорю, потому что вряд ли она в состоянии слушать чьи-либо советы.

Попрощавшись с такими же как я задержавшимися на работе коллегами, выхожу из галереи и сразу ищу взглядом машину Валерия. По настоянию Рустама, водитель целыми днями караулит меня, когда Рустам работает. После случая с его машиной, он не позволяет мне особо часто оставаться одной. Не до фанатизма, конечно, но наличие водителя не обсуждается. А два дня назад я выяснила, что за домом Анны и Саши тоже наблюдают для их же безопасности. Разумеется, самой Анне я об этом не говорила, чтобы не напугать. Вопрос со Звергом по-прежнему находится в подвешенном состоянии. Недавно я видела выступление Зверга-старшего по телевизору. Он уверенно заявлял, что совсем скоро его сын вернется к играм. Не знаю, насколько это правда, но сам факт, что после совершенного преступления он как ни в чем не бывало продолжает оставаться у власти, заставляет зубы скрипеть от ярости. Сколько гнили внутри так называемой элиты...

Когда машину водителя рядом с галереей не обнаруживаю, сначала предпринимаю попытку дозвониться до него, но трубку он не берет, а на моем смартфоне, как назло, почти не осталось зарядки. Черт. Набираю номер Рустама, но и он не отвечает. Да что же за невезение такое! И Ляйсан уже уехала.

Пока телефон окончательно не сел, вызываю такси. В конце концов, ничего страшного, если я на такси доеду до Нимб, попрошу таксиста подождать, затем заберу подругу, и мы уедем. У Нимб телефон наверняка будет работать, так что от нее смогу позвонить Рустаму. Но на всякий случай все же набираю сообщение, куда направляюсь, и отсылаю ему. Пусть у него будет адрес.

Такси довольно быстро подъезжает к зданию галереи. Как только сажусь в салон, телефон выключается. Небольшая тревога все же прокатывается по сердцу, хотя в данный момент реального повода переживать нет. Это все моя тревожность. Нужно что-то делать с этой дурацкой чертой характера, пока я с ума не сошла из-за нее.

************

- Не ожидала, что правда приедешь, - лепечет Нимб, потягивая через трубочку очередную порцию коктейля.

Такси довольно быстро довозит меня до места назначения, и, слава богу, пробки в этот раз помехой не становятся. Нимб я обнаруживаю за одним из столиков кафе. Девушка сидит на диванчике, осунув плечи и уткнувшись бессмысленным взглядом в стол. Со стороны она не выглядит сильно пьяной, но это становится заметно, стоит подойти ближе. Лицо ее сильно покраснело, зрачки расширены, а язык заплетается. От моего взгляда не укрывается, что, как только я присаживаюсь рядом с Нимб, официанты и хостес тут же начинают коситься в нашу сторону. Видимо, состояние девушки они заметили давно, и теперь думают, что я сумею ее отсюда забрать. Вообще кафе здесь довольно приличное. Завсегдатаи этого места довольно состоятельные люди, часто семейные пары с детьми. Мы тут бывали с Рустамом и мамой, когда нас троих еще можно было назвать семьей...

Неудивительно, что Нимб в ее пьяном дурмане вызывает у работников заведения легкое раздражение. Меня тоже, как бывшую официантку, подвипившие люди всегда раздражали, особенно, когда смена тяжелая, а тут еще и с ними приходилось нянчиться.

- Закажи себе чего-нибудь. Я оплачу, если что... - Нимб ставит локоть на стол, опирается щекой на кулак и тихонько всхлипывает, шмыгнув носом. - Одной совсем тоскливо. Я хотела к своим поехать, к Марише или Диляре, но... у них сегодня, оказывается, свои планы. Хотя бы ты со мной рядом.

- Слушай, - я нервно оглядываю помещение. Вроде из посетителей особо никто на нас не глазеет, но все же мне бы не хотелось, чтобы у Нимб возникли серьезные проблемы, и так они с Каримом не особо ладят. И, как я успела понять за время нашего с ней общения, из-за систематических пропусков универа, в последнее время из семьи на Нимб ото всех летят камни - и от матери, и от отчима. - Может, уедем отсюда? Я имею в виду, поедем ко мне? Там поболтаем. Лучше дома, чем здесь. Там спокойнее, и разговаривать можно хоть до ночи.

- А как же твой... Рустааам Багримов? Он-то против не будет?

Я об этом как-то не подумала, но мне на самом деле кажется, что не будет. По крайней мере меньшее из двух зол это то, что мы будем не непонятно где, а в квартире, в безопасности и комфорте. Рустам может на эту ночь поехать в дом.

- Не волнуйся о нем. Думаю, что сумею ему все объяснить. Такси я обратно не отправляла, так что можем прямо сейчас уехать. Счет только оплатим, ок?

Нимб не сопротивляется и не спорит, поэтому я выдыхаю с облегчением. Видимо ей действительно нужно просто общество и искренняя поддержка, а не приключения на пятую точку. Я быстро вкладываю деньги в небольшую кожаную папку, где указан счет - принимаю решение сама оплатить пьяные посиделки Нимб, чтобы не тратить время на ее заторможенные поиски кошелька в сумке. Уверена, потом она отдаст долг.

На улицу выходим под руку, точнее, я поддерживаю Нимб, которая спускается с крыльца, слегка покачиваясь. Мое такси ждет нас на противоложной стороне дороги. Остается только дойти и сесть в автомобиль. Снова появляется дурацкое чувство тревоги, а еще я вспоминаю, что так и не набрала Рустаму. Ну ладно, в машине позвоню.

Мы медленно идем по небольшой тропинке, вдоль которой высажены зеленые кустарники. Чуть вдалеке видна парковка. Мимо проходят какие-то люди. Они почти безразличны к нам, за исключение тех моментов, когда всхлипывания и причитания Нимб становятся слишком громкими.

- И почему мужчины такие? Их искренне любишь, а они не замечают, но стоит начать их отталкивать, они тут же активизируются. Эта Мадина строит из себя недотрогу, вот Карим и повелся... Если бы я так могла... но я же с ума схожу рядом с ним...

Неожиданно в одном из незнакомцев в капюшоне я узнаю отца. Сердце уходит в пятки. Голос Нимб расплывается и становится плохо различимым в бессвязном гуле, образовашемся в моей голове. Мне становится настолько не по себе, что я машинально ускоряю шаг и тяну еле переплетающую ноги девушку за собой.

Показалось? А вдруг нет? Рустам сказал, что отец больше не побеспокоит ни меня, ни Сашку с Анной, но что если ситуация изменилась?

- Куда ты так бежишь? Ты меня уронишь! - пищит Нимб, когда мы равняемся с белым такси, водитель которого открыл окно и нетерпеливо постукивает пальцем по двери, наблюдая за нашим приближением.

Ничего не могу поделать со страхом, зародившемся в душе и разгоняющем кровь по венам. Это точно был он. Я не могла ошибиться. Я его узнала.

Лихорадочно оглядываюсь, стараясь выловить лицо отца в толпе людей, проходящих мимо, но никого похожего больше не вижу. Я настолько утопаю в собственных неприятных эмоциях и попытах убедиться, что на самом деле видела отца, что не замечаю больше ничего вокруг: не слышу, как бурчит Нимб, не обращаю внимание на голос таксиста, явно обращающегося ко мне, и наконец громко взвизгиваю, когда плечом натыкаюсь на что-то твердо. Сильные пальцы сжимают мои плечи и резко дергают в сторону.