Глава 19

Фэб изучала свое отражение в длинном узком зеркале, которое висело в единственной дамской комнате комплекса «Звезд». Серый свободный свитер с капюшоном, который она выбрала сегодня, чтобы надеть на работу, скрадывал линии ее фигуры. Шерстяная юбка мягкими складками почти полностью драпировала ее ножки, изящество которых скорее не подчеркивали, а скрадывали консервативного вида лакированные туфли. Она зачесала волосы назад на манер пай-мальчика с открытки, перехватив их бархатной серой лентой, и только крупные серебряные серьги и широкие, наподобие наручников, браслеты не позволяли все-таки поймать ее на подражании какому-нибудь достопочтенному президенту провинциального бридж-клуба.

Виктор, увидев ее сейчас, наверное, умер бы со смеху, но ей было все равно. Она перестала получать удовольствие от феерии переодеваний. Теперь она облачилась в простую одежду потому, что она ей нравилась, а вовсе не затем, чтобы создать себе новый имидж.

Она слегка повернулась и нахмурилась, пробежав руками по бедрам. Они все же не были по-мальчишески стройными, как их ни оглаживай. Возможно, она кажется Дэну толстушкой, и именно поэтому он охладел к ней как к женщине. С того памятного перелета из Ньюарка он не сделал ни малейшей попытки возобновить интимные отношения. Впрочем, она, кажется, и сама того же хотела, не так ли? И все же, покидая туалетную комнату, она в который раз задавалась вопросом, шепнет ли он ей когда-нибудь то словечко, которое обещал.

Пу просеменила к ней; красно-зеленые бантики, которыми Фэб украсила ее, развязались и теперь свисали с ее ушей понурыми лентами. Сотрудники покинули комплекс около часа назад, и после хаоса дня здание казалось неестественно пустым. Она прошла мимо шеренги дверей, убранных гирляндами золотой мишуры в преддверии Рождества. До праздника оставалось меньше недели. Пу побрела в вестибюль, чтобы занять выжидательную позицию возле входной двери.

Дэн предпочитал работать в обеденный перерыв, чтобы потом иметь возможность спокойно позаниматься тяжелой атлетикой, и у Фэб выработалась привычка перебрасываться с ним парой слов перед отъездом домой. Она услышала его ритмичные выдохи прежде, чем вошла в гимнастический зал. Он лежал лицом вверх на обитой войлоком скамье, упершись ступнями в пол, и размеренными движениями выжимал над грудью чудовищного вида штангу. Его бицепсы мерно вздувались, и мышцы на груди натужно ходили под мокрой от пота футболкой. Она почувствовала, как у нее сохнет во рту.

Он еще не заметил ее, и ей не было нужды прятать свою тоску. Фэб высоко ценила их растущую дружбу, несмотря на крушение своих надежд. Она хотела быть ему больше чем другом, но начинала понимать, что с таким же успехом могла бы желать луну с неба. Десятилетнее воздержание, видимо, не прошло для нее бесследно, и она скорее всего не могла или не умела дать ему то, к чему он стремился в женщине.

С хриплым стоном Дэн опустил штангу и сел. Его влажные волосы были всклокочены, на щеках блестел пот, но он улыбался.

— Когда наконец и ты соберешься чуть-чуть попотеть и начнешь заниматься сама?

— Я загляну в свой класс аэробики как-нибудь на днях, — без особого энтузиазма сказала Фэб. — Кроме того, мы с Пу гуляем каждый вечер.

— Могу поклясться, что это весьма изнурительный процесс.

— Не будь таким самовлюбленным. Ни я, ни Пу не хотим быть чемпионами мира по бодибилдингу. Он усмехнулся:

— Выходит, ты считаешь, что у меня есть шансы на это?

— Для мужчины твоего возраста — определенно. Он рассмеялся, встал и направился к другой скамье, укрепленной на роликах. Когда он повернулся к ней спиной, чтобы добраться до штанги, Фэб сбросила туфли и вспрыгнула на слоновьих размеров весы «Толедо», стоявшие возле нее. Если скинуть девять фунтов на одежду, получается неплохой результат.

Стрелка, дрогнув, замерла на привычном делении. Она быстренько соскочила с весов, чтобы он не сумел засечь цифру, подошла к скамье, которую он освободил. Складки шерстяной юбки красиво обернулись вокруг ее ног, когда она села. На игру в последнее воскресенье она вышла в современном свободном платье с фалдами, которое вызвало ажиотаж у фанов, но каждую неделю появляться в новом наряде было трудновато, денег на все не хватало.

— В приемной сегодня царило сумасшествие, — сказала она. — Поскольку «Медведи» вышли из борьбы, весь город подхватил «Звездную» лихорадку.

Дэн щелкнул пряжками тренажера, охватив ремнями ступни, потом согнул ноги в коленях и медленно выпрямил их. По вертикальной железной стойке пополз внушительный груз.

— В Чикаго любят спорт.

К разгрому «Гигантов» «Звезды» приплюсовали еще две победы, затем они проиграли «Святым» и «Банкнотам из Буффало», однако последующие три выигрыша сделали их претендентами на звание чемпионов АФК.

Самое удивительное развитие футбольных событий происходило в западном дивизионе АФК. Травмы, как и предсказывал Дэн, давали себя знать. То, что случилось с «Саблями» из Портленда, лишь подтверждало его пророчества. Блестящее начало обернулось полным провалом, когда они потеряли своего талантливого защитника и трех ключевых игроков. Записав в свой актив победы в пяти труднейших матчах, они стали проигрывать все остальные встречи одну за другой. Тем не менее их защитник вновь набрал форму, и эксперты надеялись, что «Сабли» еще обретут силу.

— Давай-ка обсудим, правильно ли я все понимаю. — Закинув на колено широкий подол юбки, Фэб подхватила кончиком ноги туфельку и стала раскачивать ее взад-вперед. Серебряный наколенный браслет с крошечными хрустальными капельками тускло мерцал в приглушенном освещении зала.

— Мы завоюем лидерство в АФК, если победим на этой неделе и если «Хьюстон» проиграет «Деревенщине». Верно?

— При условии, что «Бенгальские тигры» побьют «Непреклонных». — Дэн охнул от напряжения. — И я должен напомнить тебе, что в этот уик-энд мы играем с «Налетчиками». Прошлый раз, когда мы сражались против них, их защита держала нас в семи ярдах от собственных ворот и не пускала ни на дюйм дальше.

— Бобби Том сказал мне, что он не боится защиты «Налетчиков».

— Бобби Том скажет тебе, что он не боится атомной войны, поэтому я не очень бы полагался на его мнение.

Система подвижной классификации команд была такой сложной, что Фэб она казалась китайской грамотой. И все же она начинала понемногу разбираться в ней. «Звезды», победив на чемпионате Центральной подгруппы, должны будут провести две решающие встречи в АФК. Если они одержат победу и здесь, Фэб станет безоговорочным владельцем команды, а ее отец перевернется в гробу.

Она не могла бы ткнуть пальцем в тот день или час, когда идея сохранить «Звезды» стала манить ее больше, чем возвращение в Нью-Йорк и открытие собственной галереи искусств, но это случилось. Каждый рабочий день подбрасывал ей новые проблемы. Ей нравилось включать компьютер и манипулировать цифрами на мониторе. Ей нравились заседания, телефонные звонки, ей нравилось ежедневное сражение с ситуацией, в которой она была совершенно некомпетентна. У нее уже не появлялось желания послать все далеко-далеко и передать команду Риду.

— Если честно, мне хотелось бы, чтобы ты был со мной более откровенным и рассказывал о своих идеях сам. Поговаривают, что ты выдвинул для этой игры лозунг: «Победа любой ценой».

— Сейчас мы одни, — он ловил ртом воздух, — я могу сказать тебе вот что: ты сама настроена на это, даже больше, чем я. У нас великолепная футбольная команда, мы набираем темп с каждой игрой. — Он продолжал мельком поглядывать на нее, и по некоторым неявным признакам ей стало казаться, что его раздражение нарастает. — В нас не верили в начале сезона, но мы прошли через это. И все же наши игроки достаточно молоды, они делают много ошибок. «Налетчики» — одна из самых серьезных команд в НФЛ, и, учитывая то, что Мюрдрей оправился от травмы… Не могла бы ты прекратить это? — Штанга со звоном упала.

— Прекратить что?

— То, что ты делаешь.

Он не сводил глаз с ее серой туфельки, которую она продолжала машинально раскачивать на ноге. Она прекратила движение.

— По поводу чего ты так разбрюзжался? Дэн встал с тренажера.

— Я пытаюсь сконцентрироваться, а ты сидишь там, выставив напоказ свои ноги!

Фэб оглядела юбку. Подол ее был действительно задран, но не настолько, чтобы поднимать из-за этого шум.

— Ты смеешься? Это тебя беспокоит?

— Я ведь сказал, не так ли?

Он встал перед ней, уперев кулаки в бедра с тем упрямым выражением лица, которое явственно говорило ей, что он может сойти с катушек и не пойдет на попятную, даже распрекрасно понимая, что будет выглядеть полным дураком.

Фэб заставила себя подавить улыбку, но маленький шарик радости, катающийся где-то в районе ее сердца, ощутимо увеличился в объеме.

— Я сожалею, тренер. — Она встала с видом маленькой скромницы. — У меня и в мыслях не было, что ты такой чувствительный.

— Вовсе я не чувствительный!

Она сделала небольшой шажок в его сторону.

— Конечно, нет.

Он выглядел взволнованным.

— Может быть, тебе лучше не подходить ближе. Я очень потный.

— Ерунда. Я теперь едва замечаю подобные вещи. Я предполагаю, что такое случается, когда слишком много времени проводишь рядом с футбольной командой.

— Да, но…

С отвагой отчаяния она положила ладошку на мокрую ткань футболки прямо на то место, где вздрагивало его сердце.

— Ты слишком вымотался.

Он не двигался. Фэб чувствовала мощные, частые удары его сердца и надеялась, что сейчас на его ритм влияет не только физическая нагрузка. Их глаза встретились. Ящерка вожделения вдруг шевельнулась в глубине ее существа, и это отразилось на ее лице.

— Это не очень хорошая идея. — Его слова прозвучали глухо, но он не сделал попытки отстраниться. Фэб осмелела:

— Ты не возражал против этого в ту ночь, когда мы летели из Ньюарка.

— В ту ночь я мало что соображал.

— Ну так сообрази сейчас. — Закрыв глаза, она обняла его за плечи и, привстав на цыпочки, поцеловала в губы. Когда он не ответил на поцелуй, она поцеловала его еще раз, молясь про себя, чтобы он отозвался, прежде чем она растеряет всю смелость.

Его губы разомкнулись. Одной рукой он смял ее юбку, другой охватил затылок. Он делал ей больно, но она обрадовалась этой боли. Она чувствовала бедром тяжелые нарастающие толчки. Может быть, сейчас…

Он шевельнулся и резко отстранил ее от себя. Она видела, как он борется, чтобы овладеть собой.

— Нам не следует этого делать, Фэб.

— Почему нет? — Подавленная, она пыталась понять причины его отказа.

— Вот ты где, моя радость!

Фэб резко повернулась. На пороге зала стоял Рид. Его черное шерстяное пальто было расстегнуто, на шее сиял белый кашемировый шарф, заправленный за воротник. Как долго он наблюдал за ними?

Как только «Звезды» вошли в число фаворитов сезона, дружеское расположение Рида стало давать трещины. Он никак не ожидал, что существующее положение затянется. Рид был все еще вежлив в общении с ней, но Фэб все чаще замечала, что в облике его проступают черты гнусного маленького негодяя, который когда-то разорвал фотографию ее матери.

Он помахал парой черных кожаных перчаток:

— Я рад, что застал тебя, Дэн. Я хочу как-нибудь на днях потолковать с тобой об отборе новых ребят. У меня есть несколько свежих идей, которые нам надо бы обсудить.

— Будет действительно очень приятно поговорить с тобой, Рид, — вежливо сказал Дэн. — Но пока мы не проиграли, боюсь, я могу прислушиваться только к идеям, исходящим от Фэб.

Риду не понравилось, что его отмели в сторону, но он был слишком хитер, чтобы показать это. Он пожал плечами и улыбнулся Фэб покровительственной улыбкой, вызывавшей у нее желание вцепиться ему в глаза.

— Фэб ничего не смыслит в наших делах, — Ты удивишься, узнав, как далеко она шагнула. Фактически только что она предложила мне рассмотреть кандидатуру Рича Фергюсона из штата Мичиган. Не так ли, Фэб?

— Мальчишка действительно кое-что собой представляет, — ответила она с замечательной уверенностью, хотя до этой секунды никогда не слышала ни о каком Риче.

— Просто поразительно, сколько умная женщина может постичь за несколько месяцев. Однако это не означает, что я соглашусь с ней в отношении малыша Дженкинза.

— Возможно, ты прав. Я об этом подумаю. Господи, не карай меня еще и за эту ложь. Она высоко оценила то, что Дэн встал на ее защиту. Но это не могло зачеркнуть неопровержимого факта: она только что предложила себя, и ее отвергли.

Рид почувствовал сговор, и губы его скривились в усмешке.

— Рано или поздно ты будешь иметь дело со мной, — напряженно сказал он. — И боюсь, мой стиль управления будет более крут, нежели стиль Фэб.

— Могу предположить, что ты поведешь дело по-своему, — ответил Дэн, пропустив угрозу мимо ушей.

Гэри Хьюитт, который также имел привычку засиживаться в комплексе допоздна, заглянул в дверь.

— Дэн, извини, что вмешиваюсь, но мы получили новую пленку, и мне хочется прокрутить ее вместе с тобой. Кажется, там наклевывается неплохой вариант решения проблемы с «Угольщиком».

— Конечно, Гэри. — Дэн повернулся к Фэб и легким движением бровей спросил, не хочет ли она, чтобы он задержался здесь на какое-то время.

Она улыбнулась:

— Мы можем закончить наш разговор завтра. Дэн обернул полотенце вокруг шеи и, кивнув им обоим, ушел.

Рид задумчиво хлопнул перчатками по борту пальто.

— Позволь мне пригласить тебя на обед, кузина. Это даст нам шанс лучше понять друг друга.

— Сожалею, Рид, но меня ожидает Молли.

Его глаза слегка сузились.

— Я восхищен твоими педагогическими талантами. Тебя едва ли можно отнести к типу домашних женщин, и я знаю, что заботы о Молли требуют от тебя больших жертв.

— Мне нравится Молли. И никаких жертв.

— Я рад. Теперь, когда Берт умер, я постоянно ощущаю чувство некоторой ответственности за тебя. Я думаю, это естественно, поскольку я — единственный мужчина из твоих родственников, оставшихся в живых.

— Благодарю, Рид, у меня все великолепно.

— Я очень доволен, что ты остаешься женщиной во всех отношениях. Это подтверждается милой сценкой, которую я только что здесь наблюдал. Но будь осторожна, Фэб, — акулы ходят кругами.

— Акулы?

Он коротко хохотнул:

— Все в порядке, Фэб. Тебе не надо стесняться меня. Я уверен, что ты находишь ухаживания Дэна такими забавными, как и я. Никто ведь не ждал, что «Звезды» достигнут такой высоты… даже их тренер. И это естественно, что он подстраховывает себя, хотя мне казалось, что он будет действовать тоньше.

— Прости, Рид, не могу понять, о чем ты толкуешь. Он нахмурился и потер лоб.

— О Господи, Фэб. Прости меня. Я думал… Ты ведь действительно всерьез воспринимаешь его, не так ли? Господи, я чувствую себя настоящим ослом!

— Почему бы тебе просто не сказать прямо, что у тебя на уме? — Фэб казалась спокойной и даже немного рассеянной, но в душе ее занимался пожар.

Рид прикинулся добрым дядюшкой:

— Футбол — самая важная вещь в жизни Дэна. Мы оба знаем это. Малейшее вмешательство в его руководство «Звездами» приводит его в бешенство. Затеяв интрижку с тобой, он упрочил свое положение без всякого риска для себя. Если «Звезды» проиграют, он может расстаться с тобой без каких-либо неприятных последствий. Но если они не проиграют… — Он напрягся. — Я думаю, он предложит тебе руку и сердце так быстро, что ты не успеешь и глазом моргнуть.

У Дэна есть определенные недостатки, но тут ее милый кузен явно хватил через край. Впрочем, Фэб понимала что он искренне верит в свои слова, потому что именно так поступил бы и сам, будучи на месте Дэна.

— Благодарю за заботу, Рид, но думаю, ты воспринимаешь наши отношения с Дэном гораздо серьезнее, чем я сама.

Лгунья!

— Рад слышать это. Мне, возможно, вообще не следовало ничего говорить на эту тему. Во всяком случае, будущее расставит все по своим местам. Я надеюсь, ты уже приготовилась к проигрышу и не станешь попусту расстраивать себя.

— Поживем — увидим.

После ухода Рида она долго стояла в пустом тренировочном зале и размышляла, пока не пришла к очевидному выводу. Если Дэн и пытался наложить свою лапу на «Звезды», заведя с ней роман, то он определенно запорол эту работу.


Рону пришлось вернуться к автомобилю, чтобы ответить на телефонный звонок, поэтому Фэб в гордом одиночестве вступила в серебристо-голубое фойе одного из новейших и наиболее престижных загородных клубов графства Дю-Пейдж. После Рождества прошло три дня, и фойе все еще было украшено ветками вечнозеленых деревьев и серебряными шарами. Поскольку Джэсон Кин был главным спонсором этого заведения, ее не удивило, что для встречи, на которой настояла она, он избрал это местечко.

Звездные надежды «Звезд» будут актуальны по крайней мере еще неделю. В противовес предсказаниям Рида команда Фэб одержала верх над «Налетчиками» с преимуществом в один полевой гол, что давало ей возможность продолжать борьбу за титул чемпиона АФК. Короче, у Фэб появился еще один шанс удержаться на месте, которое она с недавних пор стала считать своим.

А вот в сегодняшней встрече с Кином у нее почти не было шансов на выигрыш. Берт безуспешно боролся с этой акулой, пытаясь переоформить грабительский контракт в отношении стадиона, и у нее не было никаких причин надеяться на то, что она может переломить ситуацию. Недели упорной работы прояснили ей финансовое положение команды, но у нее не было опыта ведения сложных деловых переговоров.

Логика подсказывала, что следует просто подмахнуть контракт, присланный ей на прошлой неделе, ибо поражение «Звезд» моментально оставит ее не у дел. Если ей каким-то образом удастся исправить условия аренды стадиона, она тем самым только польет водичку на мельницу Рида. С другой стороны, пока «Звезды» в седле, она все еще владеет командой, и ей необходимо сделать все возможное для укрепления своих позиций.

Пессимистические размышления Фэб вновь нагнали на нее страху. Это ощущение усилилось, когда массивная стеклянная дверь с гравированной табличкой «Только для членов клуба» распахнулась. Она внутренне подобралась и задохнулась от изумления, когда поняла, что шагающий к ней высокий, прекрасно сложенный мужчина в чуть тесноватом смокинге — Дэн.

Подготовка в этому вечеру держала ее мозг в таком напряжении, что у нее не было времени для мелодраматических переживаний. Сейчас боль вернулась, и она напряглась, как кошка перед прыжком.

— Что ты здесь делаешь?

— Я член клуба. Неужели ты думаешь, что я могу загубить твою встречу с Кином?

— Как ты узнал об этой встрече?

— От Рона.

— Это держалось в тайне.

— Я никому не сказал об этом.

— Ты намеренно упускаешь главное. Ты не должен был знать об этом.

— Теперь это почти не имеет смысла, Фэб. Как мог бы Рон пригласить меня сюда, если бы он не сказал мне, что у тебя намечена встреча?

Ей только и не хватало, чтобы Дэн стал свидетелем ее поражения.

— Боюсь, мне придется аннулировать приглашение Рона. Мы договорились, что это будет частная встреча между мной, Джэсоном Кином и несколькими помощниками.

— Извини, Фэб, но Рон становится злым, когда я не исполняю его приказов. Я боюсь связываться с ним с тех самых пор, как он поставил мне фонарь под глазом.

— Не ставил он тебе никаких фонарей! Ты… Это в высшей степени глупо…

Она начала заикаться. Дэн невзирая на ее гнев почти в открытую любовался ее изящной пушистой головкой. Обычно прически дам, блистающих на вечерних приемах, кажутся неестественно жесткими и неподвижными. Волосы Фэб всегда выглядели естественно. Вот и сегодня они ниспадали мягкими светлыми волнами до плеч, слегка завиваясь на концах, словно кто-то только что пропустил их сквозь пальцы. И у нее, конечно же, была самая красивая на свете шейка — хрупкая и беззащитная.

Дэн тряхнул головой и нахмурился, вспомнив об инциденте в гимнастическом зале. Он опять заступил за черту. Он нарушил свой зарок, ответив на ее поцелуй. Правда, он тут же отстранился от нее, но несчастное выражение ее лица больно укололо его совесть. Ему следовало бы похвалить себя за проявленное самообладание, а он до сих пор не может отделаться от комплекса вины. Каждый день — утром, вечером, днем — он твердит себе, что Фэб вскоре уедет в Манхэттен, но, вместо того чтобы приободрить, эта мысль все больше его угнетает.

Фэб все еще продолжала выговаривать ему что-то. Ее приподнятые к вискам глаза потемнели и полыхали, как два бокала старого бренди в свете камина. Он пожалел, что Шэрон никогда не сможет противостоять ему в такой же очаровательной манере, но в Шэрон — конечно же, доброй и милой — нет и унции притягательности Фэб, поэтому нельзя себе даже вообразить что-либо подобное.

Дэн виделся с Шэрон раз в неделю, она была очень застенчива, но он ничего не предпринимал, чтобы исправить положение. Мягкий характер Шэрон иногда раздражал его, но в такие минуты он напоминал себе о собственной выгоде. Ему никогда в жизни не придется волноваться, что Шэрон Андерсон будет лупить его детишек, когда ей вожжа попадет под хвост. Ему никогда не придется беспокоиться, что Шэрон будет обращаться с его малышами так же круто, как обращалась с ним его собственная мамуля.

Фэб сердито постукивала кончиком туфельки по ковру, ее сверкающие серьги ритмично покачивались.

— Почему Рон хочет, чтобы ты был здесь?

— Он ничего не сказал мне об этом. Спроси у него сама, дорогая.

— Сделай предположение.

— Ну… — Он пробормотал что-то о возможной необходимости поддержки и защиты. — В том случае, если ты упадешь в глубокий обморок или случится еще что-нибудь в этом роде.

— Вот оно что.

— С тобой такое порой случается, ты же знаешь.

— Нет, не знаю!

Она рывком распахнула полы пальто, и его веселость улетучилась.

— Что-нибудь не так? — С доводящей до бешенства улыбкой она позволила пальто соскользнуть с ее обнаженных плеч.

Дэн почувствовал себя так, словно его ударили плетью. Эта красотка опять взялась за свое! Он слишком долго держал себя в узде и теперь взорвался:

— Черт возьми! Как только начинаешь думать, что у тебя появился здравый смысл, ты тут же доказываешь обратное! Я почти поверил, что у тебя поджилки трясутся от страха, а ты, оказывается, намерена трясти здесь чем-то другим!

— Тише, тише. Кое-кто тут действительно раскапризничался! Может быть, ты уймешься и попросишь нянюшку напоить тебя молочком?

Покачивая бедрами, она направилась к гардеробу. Когда она повернулась к нему спиной, Дэн ощутил, как в его висках заколотились мелкие молоточки. В этот вечер Фэб превзошла самое себя.

Она была одета словно первостатейная шлюха в борделе. Это длинное черное облегающее ее нечто больше походило на рыболовные снасти, чем на вечерний туалет. Верхняя часть этого нечто состояла из рыболовной сетки и черных блестящих лент. Одна из лент наподобие глухого воротничка охватывала ее шею, остальные спускались от нее веером к опоясывающей грудь полоске, едва прикрывавшей соски.

На линии талии рыболовная сеть уступала место черной сверкающей ткани, которая при движении прилипала к ее бедрам. Ткань была окантована понизу золотым шнуром, имитирующим подвязки. В довершение ко всему плечи Фэб были совершенно открыты, а по спине вдоль позвоночника шел глубокий вырез до пикантно приобнаженных ягодиц.

Дэн схватил бесстыдницу за руку и повлек в сторону кадки с пальмой, где намеревался загородить ее от нескромных взглядов и как следует отчитать.

— Значит, ты полагаешь, что именно так надо одеваться приличной леди для деловых встреч? Значит, ты всерьез надеешься в этом наряде выгодно переоформить контракт?! Неужели ты не понимаешь, что, одеваясь таким образом, ты заключишь сделку лишь по поводу того, сколько голых задниц можно расположить вдоль железной дороги Чикаго — Нью-Йорк?

— И что же, тебе удалось выиграть это пари? Пока он обескураженно хлопал глазами, Фэб проскользнула мимо него. Круто повернувшись, он увидел входившего в вестибюль Рона и по ошеломленному лицу ГМ понял, что его тоже взяла оторопь при виде хозяйки. Глаза мужчин на секунду встретились, чтобы вновь обратиться к Фэб. Неужели все это происходит в графстве Дю-Пейдж? Ради всего святого, женщины не одеваются подобным образом в графстве Дю-Пейдж! Они ходят в церковь, и голосуют за республиканцев, и делают все, что велят им мужья.

Дэн двинулся к ней со смутным желанием применить нижний захват, но тут появился один из подручных Кина. Он предложил Фэб руку, и она, игриво вихляя бедрами, отправилась с ним.

У Дэна не было иного выбора, как последовать за ней Не сговариваясь, они с Роном ускорили шаги и оттеснили провожатого в сторону. В конце зеркального холла они толкнули небольшую дверь и очутились в личной столовой Кина.

Дэн был знаком с Кином около десяти лет. Они несколько раз встречались на приемах, иногда играли вместе в гольф Как-то раз они провели вместе запойный уик-энд во время глубоководной рыбалки на Каймановых островах с парой моделей, демонстрирующих женское белье. Кин с ранней молодости любил кутежи и женщин и сейчас в свои сорок лет вовсе не собирался умерить аппетиты.

Небольшая комната напоминала библиотеку английского загородного дома — восточные ковры, обитые кожей кресла, панели из красного дерева. Тяжелая лепнина обрамляла высокий потолок, на котором играли блики, отбрасываемые пылающим камином. Тяжелые бархатные портьеры на окнах были задернуты. На покрытом крахмальной скатертью продолговатом столе тускло сияли шесть приборов из серебра и китайского фарфора.

Джэсон Кин с двумя близкими приятелями стоял у камина с тяжелым хрустальным бокалом вина в руке. Завидев гостей, он поставил бокал и подошел к ним с ослепительной улыбкой на меленьком живом лице. Вращаясь в обществе мультимиллионеров, Кин привык к эксцентричности своих клиентов, но и ему не удалось полностью скрыть своего изумления при виде наряда Фэб. Впрочем, это изумление тут же сменилось выражением интимной доверительности, и Дэн мысленно пожелал ему провалиться в тартарары.

Кин пожал руку Дэну:

— Какие успехи в гольфе, старый разбойник? Сможешь добраться до восемнадцатой лунки?

— Мы были способны и на большее.

— Почему бы нам не поиграть в «Пеббл» в следующем месяце?

— Звучит заманчиво.

Кин поздоровался с Роном, который представил ему Фэб. К вящему неудовольствию Дэна, она вошла в свою обычную роль: голос с придыханием, манящие «иди сюда» глазки, груди, стремящиеся разорвать сдерживающую их финишную ленточку, томная зазывная походка. Демонстрируя свой арсенал Кину и его мальчикам, она ни разу не взглянула в сторону Дэна.

Дэн со смешанным чувством отвращения и ярости наблюдал за тем, как Кин обнял Фэб за плечи и увлек к камину. Очаровашка-плейбой с миллионным состоянием был одет в сшитый на заказ смокинг, на манжетах белой плоеной рубашки искрились бриллиантовые запонки. До сего момента Дэн считал, что Джэсон выглядит «о'кей», но сейчас он пришел к заключению, что нос у него чересчур длинноват, а глаза блестят, как у скунса.

Дэн взял у официанта бокал вина и обменялся приветствиями с остальными мужчинами: Джеффом О'Брайеном, помощником Кина по административным вопросам, и Четом Дилэйханти — его поверенным. Кивнув им, он скучающей походкой двинулся к камину, чтобы послушать, о чем идет разговор. Рон, очевидно, с этой же целью присоединился к нему.

Фэб терлась вокруг Джэсона, как кошка вокруг уличного фонаря. Черепное давление Дэна подскочило до стратосферы.

— Могу я называть вас Джэсоном, не так ли? — мурлыкала Фэб. — Я имею на это право, потому что у нас много общих друзей.

Дэну казалось, что изо рта Кина вот-вот потекут слюнки.

— Это кто же?

— Пол-Манхэттена. — Фэб по-свойски положила руку на его рукав, ее ноготки посверкивали, как капельки крови. — Ты же знаком с Блэкуэллзами, и с Майлзом Грейгом, естественно. Ты не находишь, что Майлз бездельник? А еще есть Митци Уэллз, чертенок ты этакий.

Джэсон явно купался в потоке всех ее гамма — и альфа-лучей, ибо улыбка его все расцветала.

— Ты знакома с Митци?

— Конечно, знакома. Ты едва не разбил ее сердце.

— Не может быть.

Она понизила голос до знойного шепота.

— Если я признаюсь тебе кое в чем, обещаешь, что не будешь считать меня ужасной?

— Даю слово.

— Я попросила Митци представить нас друг другу — это было еще до того, как вы начали серьезно встречаться, — но она отказалась. Это почти разбило нашу дружбу, но теперь, когда я с тобой познакомилась, я могу понять, почему она держалась настороже.

Дэн видел, как Джэсон пытается отыскать взглядом застежки на замысловатом платье Фэб, чтобы не мешкать, когда придет время. Пробормотав что-то нечленораздельное, он откинул назад голову и осушил свой бокал. Кин расстегнет это платье только через его труп, а скорее всего — через свой собственный.

Обед был подан, все присутствующие расселись вокруг стола. Рон и Фэб расположились по обе стороны от Кина.

Дэн устроился между Джеффом О'Брайеном и Четом Дилэйханти. Трапеза, казалось, тянулась бесконечно. Все в основном помалкивали, говорили только Фэб и Кин. Наконец подали десерт.

Дэн, наблюдая, как Фэб плотоядно вращает губами крупную ягоду клубники, дал себе обещание сделать предложение Шэрон Андерсон в ближайший уик-энд.

Рон редко отрывал глаза от своей тарелки и, лишь когда был разлит кофе, проявил наконец какие-то признаки жизни. С опозданием минут этак на девяносто, подумал Дэн.

— Простите, что прерываю вашу беседу, Фэб, но думаю, нам было бы полезно поговорить о предмете нашей сегодняшней встречи.

Фэб посмотрела на него таким отсутствующим взглядом, что Дэну захотелось встряхнуть ее. Неужели она так возжаждала присоединить скальп Кина к своей коллекции, что совсем позабыла, зачем они здесь?

— О каком предмете? — спросила она.

— О контракте на стадион, — напомнил Рон.

— Ой, фу. Я передумала, Ронни. Я не хочу сегодня говорить об этом. Почему ты не хочешь просто расслабиться и доставить себе удовольствие? Джэсон и я теперь друзья, а каждому известно, что не стоит делать бизнес с друзьями.

— Эта женщина мне по душе, — хохотнул Джэсон.

— Все, о чем думает Ронни, — это деньги. Это так скучно. В жизни существуют более важные вещи, чем какой-то глупый старый контракт.

Дэн даже выпрямился в своем кресле. Здесь явно что-то было не так. Фэб очень беспокоил этот контракт, и она никогда не называла своего первого помощника — Ронни.

Кин самодовольно улыбнулся Рону:

— Почему бы вам не выпить еще немного вина, мистер Мак-Дермит?

— Нет, извините, благодарю вас.

— Не дуйся, Ронни. Ты можешь позвонить Джэсону завтра и сообщить ему, что я решила.

— А что здесь решать? — вкрадчиво сказал Кин. — Все уже давно переговорено.

Она опять сомкнула свои пальцы на его рукаве.

— Не совсем, но давайте не будем портить сегодняшний вечер разговорами о бизнесе. Кин едва заметно насторожился:

— Мы отправили вам прекрасный контракт. Тот же самый, который подписывал твой отец, Фэб. Я надеюсь, ты также удовлетворена им.

— Я не удовлетворен, — с силой сказал Рон, вызвав восхищение Дэна. Он с интересом ждал реакции Фэб.

— О, я тоже не удовлетворена, — хихикнула она. — Ронни так утомил меня россказнями о тяжелом положении «Звезд», что почти убедил в том, что я должна что-то для них сделать. — Словно маленький ребенок, повторяющий затверженный урок, она произнесла:

— Ронни постоянно напоминает мне, что я — деловая женщина, Джэсон. И даже несмотря на то что я, возможно, очень недолго пробуду владелицей команды, мне приходится думать и думать.

Дэн, сохраняя бесстрастное выражение лица, откинулся на спинку кресла. Он чуял, что начинается хорошее шоу. К чему ведет эта маленькая умненькая киска сейчас?

Она возвела глаза к потолку.

— Я знаю, о чем вы сейчас думаете. Вы думаете, что Фэб Сомервиль недостаточно крепко стоит, чтобы противостоять хулиганским наездам, но это не совсем так.

— Я вовсе так не думаю. — Ленивая улыбка Кина совсем не вязалась с хищной напряженностью его взгляда. — Какого рода хулиганским наездам тебе надо противостоять? Может быть, я могу помочь?

Рот Рона скривился в нечто такое, что ни у кого, кроме него самого, не могло бы сойти за улыбку:

— Он пытается облапошить вас, Фэб. Будьте осторожны. Фэб сморщила носик:

— Не груби, Ронни. Джэсон не станет делать ничего подобного, Глаза Кина сверлили дыры в ее черепе, словно он пытался увидеть, что таится в этой заполненной воздухом раковине.

— Конечно, не стану. Все мы время от времени противостоим хулиганским наездам. Высказывайтесь конкретней.

Недовольная гримаска Фэб превратилась в нечто полуплаксивое:

— Но эти конкретности действительно неприятны, Джэсон. Ронни продолжает твердить, что ты не рассердишься, но я не уверена в этом. Я не вижу, как ты сможешь чувствовать себя счастливым, если «Звезды» покинут твой стадион.

Джэсон поперхнулся кофе.

— Покинут?! — Он со стуком опустил чашку на блюдце. Вся его расположенность к флирту исчезла. — О чем ты, черт побери, говоришь? Куда это вы переберетесь?

Дэн увидел, как дернулась нижняя губа Фэб, и навострил уши.

— Не выходи из себя, дружок! Ронни растолковал мне все, и это будет великолепно. У тебя хватит времени, чтобы подыскать другую команду, которая станет играть на твоем стадионе.

Кин заговорил с Фэб через сжатые зубы;

— И куда же конкретно ты думаешь забрать «Звезды»?

— В Манхэттен предположительно. Разве это не потрясающе? Я не уверена, конечно, что остальные владельцы команд согласятся с этим, но Ронни нанял шайку зануд, чтобы провести глубокое исследование рынка, и они доложили ему, что регион Нью-Йорк-Сити определенно сможет поддержать еще одну футбольную команду.

Кин, очевидно, решив для себя, откуда подул этот ветер, бросил на Рона яростный взгляд:

— Это нелепо! «Звезды» не могут использовать стадион «Гигантов». Там уже играют две команды.

Но Фэб еще не была готова к появлению на сцене ее ГМ, и она снова уцепилась за руку Кина:

— При чем здесь стадион «Гигантов»? Ради всего святого, это же в Нью-Джерси! А я никогда не поеду в Нью-Джерси, уж будьте уверены. Тот факт, что я больше не буду владеть командой, вовсе не означает, что я не собираюсь смотреть каждую игру. Сейчас я с ума схожу по футболу, поскольку перезнакомилась со всеми игроками.

— Ты не можешь перевезти команду, если у тебя нет стадиона! — Кин почти кричал. — Неужели Мак-Дермит не сказал тебе об этом?

— Но здесь как раз все в порядке! Дональд только что оправился от тех ужасных вещей, что произошли с ним несколько лет тому назад, и хочет построить крытый стадион на своем участке в Вест-Сайде. — Брови ее игриво изогнулись. — Мы, знаешь ли, близкие друзья, и он сказал, что поднесет мне личную обзорную ложу в качестве подарка, если я подпишу с ним контракт, прежде чем передам команду Риду. — Она казалась расстроенной. — Не сердись, Джэсон. Я должна делать то, что Ронни велит мне. Он страшно злится, если я перестаю вести себя как деловая женщина.

Дэн был благодарен, что никто не обращает на него внимания, потому что у него голова шла кругом. Однако он должен был отдать должное малышу. Рон развалился в своем кресле с самодовольным видом мафиозо, который контролирует интересы какой-то посторонней компании по изготовлению бетонных блоков.

В лице Кина произошли неуловимые изменения. Он окинул Фэб взглядом, в котором одновременно сочетались и враждебность, и благожелательность. В мозгу Дэна возникла мысль, что Кину со всей его хитростью лучше поостеречься. Из своего опыта Дэну было известно, как легко быть втянутым в водоворот этой спевшейся парочкой.

— Я должен предупредить тебя, что все это дело кажется мне авантюрой. Весьма сомнительно, чтобы лига согласилась на третью профессиональную команду в Нью-Йорк-Сити. Будь я на твоем месте, я бы, возможно, предпочел просто и без хлопот переехать в Манхэттен, но… как частное лицо.

Фэб опять издала смешок, который всего десять минут назад вызывал у Дэна отвращение. Сейчас он прозвучал как музыка, как церковные колокола.

— Это то же самое, о чем говорил Ронни, — прощебетала она, — но у меня есть запасной план.

— У тебя?

Она придвинулась к нему ближе.

— Ты не поверишь, как Балтимор мечтает о своей собственной команде, входящей в НФЛ. С тех пор, как… — Она посмотрела прямо на Дэна, и он понял, что означает блеск ее глаз. Сохраняя на лице загадочное выражение, он чувствовал, как его грудь распирает от гордости. — Как называется та команда, что оставила Балтимор? — спросила Фэб через стол.

— «Жеребята».

— Верно. Как только «Жеребята» уехали, Балтимор умирает от желания получить еще одну команду. А затем еще есть Орландо. — Выражение полного блаженства поселилось на ее лице. — Эти мужчины — самые приятные парни в мире. На прошлой неделе, когда мы разговаривали, они подарили мне прелестнейшую маленькую авторучку фирмы «Монблан» с маленьким золотым мышиным ушком на ней. — Она издала легкий, почти мышиный писк и вздохнула от удовольствия. — О, мне нравится Орландо. Их стадион расположен прямо возле Диснейуорлда.

Кин выглядел ошеломленным.

— Так что ты видишь, Джэсон, мне известно, что значит быть крутой деловой женщиной. — Она смахнула свою салфетку с колен и встала. — А теперь, джентльмены, извините меня, мне надо пропутешествовать в маленькую комнатку для девочек. Эй, Ронни, веди себя цивилизованно с Джэсоном, пока меня нет. Ты получил все, что хотел, поэтому можешь позволить себе быть любезным.

Пока она, пританцовывая, шла к выходу, все глаза были прикованы к ней. Дверь затворилась.

Дэну хотелось вскочить на ноги и десять минут аплодировать стоя. В этот момент он раз и навсегда понял, что ни за что не станет жениться на Шэрон Андерсон. Он чувствовал, как огромный камень скатился с его души. Фэб наполняла его сердце, Фэб, а не Шэрон, и он собирается все переиграть. Будущее, в котором он был так уверен, сейчас казалось довольно угрюмым. Этот факт должен был бы привести его в уныние, но вместо этого он ощущал, как его захлестывает волна ликования.

Джэсон швырнул свою салфетку на стол, вскочил на ноги и повернулся к Дэну:

— Я думал, что мы были друзьями! Что, черт побери, здесь происходит?

Дэн пожал плечами:

— Это — дела главного офиса. Я не впутываюсь в них.

— Даже тогда, когда твоей футбольной команде светит возможность нацепить долбаные мышиные ушки на свои шлемы?

Дэн поставил свою чашку кофе и нарочито медленно вытер уголок рта салфеткой.

— Судя по ее прошлому, я думаю, Балтимор наиболее вероятен. Это ближе к Манхэттену. Джэсон обратил свой гнев на Рона:

— Это все ваша работа, Мак-Дермит! Вы манипулируете этой писклявой дурой с птичьими мозгами! Мой Бог, да вы же обвели ее вокруг своего мохнатого пальца!

Улыбка Рона обнажила зубы младенца акулы:

— Я сделал то, что должен был сделать, Кин. Вы давили на нас в течение многих лет, и я наконец нашел способ, как обойти вас. Берт никогда бы не сообразил увезти команду, но у Фэб отсутствует чувство уважения к традиции, и было совершенно не трудно убедить ее бросить взгляд куда-нибудь еще. У нее великолепные связи, как вам известно, и я не слишком строго отношусь к тому, как она их завязывает. В один день она снеслась по телефону с Трампом. На следующий день — с Диснеем. Они обещали низкую арендную плату, значительные концессионные процентные отчисления. Они также берут на себя обеспечение охраны. Я понимаю, что наша идея оставляет вас с пустым стадионом, но, возможно, «Медведи»…

— Затраханные «Медведи»! — заорал Кин. — Вы думаете, я хочу, чтобы Мак-Кэски дышал на мою задницу? — Его глаза бегали от Рона к Дэну. Затем он подозрительно прищурился. И повернулся к своему поверенному:

— Встань снаружи у двери и займи Фэб чем-нибудь, если она появится. О'Брайен, свяжи меня с Трампом по телефону.

Дэн заметил вспышку тревоги в глазах Рона и окунулся в пучину отчаяния.

«Ты сделала свой лучший выстрел, Фэб, и промахнулась. К несчастью, Кина не так-то легко обмануть».

Тяжелая тишина установилась в комнате, пока мужчины ждали звонка. После нескольких мгновений приглушенного разговора О'Брайен передал трубку своему нанимателю.

Кин заговорил с фальшивой сердечностью:

— Дональд, это Джэсон Кин. Прости, что прервал твой отдых, но я прорабатываю один интересный слух. — Он подошел к камину. — Здесь говорят, что ты подумываешь строить стадион на своем участке в Вест-Сайде. Если это правда, я мог бы заинтересоваться — в плане подключения, — чтобы завертеть дела. При условии, что тебе нужно выстроить команду. — Он все крепче сжимал трубку в руке по мере того, как слушал. — Значит, так обстоят дела? Нет, я понимаю. Я думал, может быть, «Ракеты»… Неужели? Что ж, такие вещи случаются. Да, конечно. О, естественно. — Последовала долгая пауза. — Я сделаю это. Конечно. Приятно было поговорить с тобой… тоже.

Его лицо было пепельно-серым, когда он швырнула трубку на рычаг.

— Этот сукин сын хочет заполучить «Звезды». Он сказал мне, что обещал Фэб смотровую ложу из розового мрамора. У этого ублюдка хватило наглости смеяться.

В комнате наступила тишина.

Рон откашлялся.

— Хотите узнать у меня имена людей, с которыми она говорила в Орландо… и в Балтиморе?

— Не утруждайте себя, — огрызнулся Кин. Дэн почти воочию видел, как крутятся хорошо смазанные колесики в его мозгу.

— Дэн, я помню, ты всегда восхищался тем моим старинным путтером[3] фирмы «Джордж Лоу Визард». Он твой, если выведешь Фэб из этого дела.

— Всегда рад оказать помощь старому другу, — медленно произнес Дэн.

— А вы, — Кин ткнул пальцем в Рона, — вы никуда не уйдете, пока мы не составим новый контракт.

Рону потребовалось время, чтобы выбрать сигару из коробки, а затем подойти к столу с бренди. Он вертел черный цилиндрик между пальцами, словно миниатюрная копия Папаши Уорбукса.

— Это должно быть привлекательное предложение, Джэсон. Очень привлекательное. Что до меня, так я сам склоняюсь к Орландо, — Это будет очень привлекательно, скользкий ты сукин сын.

— В таком случае давайте торговаться. — Рон улыбнулся и вставил сигару в уголок рта. — И еще, Кин… Не забудьте, кто сдерживает Трампа.

Загрузка...