Уральский следопыт, 1958-06

Из блокнота следопыта

Пуля, которая лечит

Врачи института рака при университете в Техасе (США) уже не сомневались: пациент болен раком горла. Существовали только две возможности спасения больного – немедленное хирургическое вмешательство или… пистолет!

Однако речь шла не о самоубийстве больного: в институте применяют пистолет, который не убивает, а лечит!

Обойма такого пистолета заряжена 15 золотыми пулями. Длина каждой пули – 1,5 см, диаметр – полмиллиметра. Они подвергаются радиоактивной обработке.

А вот как выглядит операция: врач погружает дуло пистолета в зараженное место, нажимает спуск, и вес 15 пуль застревают в раковой опухоли, причем в разных местах, так как врач молниеносно меняет направление выстрелов. Введенные в опухоль пули тотчас начинают свою работу. Они выделяют радиоактивные излучения, способствующие распаду перерожденной ткани. Действие этих пуль – в течение месяца.

Тепло из почвы

В Северной Англии для отопления большой одноэтажной дачи используется тепло… почвы.

В саду около дачи на глубине около метра уложены змеевики из тонких труб. В них компрессором нагнетается жидкий серный ангидрид. Поглощая из почвы тепло, ангидрид испаряется. При быстром сжатии он вновь превращается в жидкость, отдавая запасенное тепло воде, направляемой в радиаторы.

Английские специалисты утверждают, что каждый киловатт электроэнергии, израсходованный для питания электромоторов установки, позволяет получить тепло, равноценное 2,5 – 3 киловаттам.

Стоимость отопления дачи обходится в день 1 шиллинг 6 пенсов. Однако устройство новой системы отопления пока еще дороже обычного центрального потопления.

Родина Королевы

Из готовящейся к печати книги юморесок «Сто одна улыбка»

Однажды довелось мне присутствовать на защите диссертации. Жаждал получить степень кандидата географических наук некий шустрый аспирант (сразу оговоримся – он ее получил), который исследовал на пяти сотнях страниц машинописного текста историю одного источника. Назывался источник Вода Королевы.

Будущий кандидат бойко доказывал, ссылаясь на тысячу один факт, что источник именуется так из-за какой-то княжны, которая была в войсках Чингис-хана. И то, что именно из-за нее источник получил свое наименование (в древности он именовался Княжеским) свидетельствует о многом. Во-первых, ранее считалось недоказанным, что в этом районе проходили войска Чингис-хана, точнее – воины одного из племен. Во-вторых… в-третьих… в-четвертых… короче говоря, диссертант, вдохновленный предстоящими благами, накрутил такого, что казалось, будто нет на свете ничего важнее этого источника с королевским названием.

Я ушел с собрания, где почти сто человек глубокомысленно вслушивались в бойкое воркование аспиранта.

Года через два со времени поездки по берегам Каспийского моря я случайно наткнулся на какой-то бойкий родничок. Он находился в степи, возле него разбила палатку поисковая партия.

– Через несколько лет тут будет курорт всесоюзного значения, не меньше, – сказал молодой геолог. – А пока – обычная Вода Королевы…

Тут я вспомнил, что, действительно, упоминаемый в диссертации источник находится где-то в этом районе. Я рассказал о шустром аспиранте, и геологи хохотали так дружно, что бока палатки вздымались от смеха.

– В чем дело? – недоумевал я. – Тут, по-моему, скорее грустить надо: ведь звание кандидата он получил все-таки…

Оказалось, что другого источника с таким королевским названием в радиусе тысячи километров здесь нет. Следовательно, диссертация была посвящена именно этому родничку.

– А, как источник был открыт, мы прелестно знаем, – захлебывался от смеха щуплый мужчина в старомодном пенсне. – Я тут брожу по степи вот уже сороковой год, с каждым сусликом на «ты». При мне эту водичку и нашли… В тридцатых годах двадцатого века.

История открытия оказалась очень забавной.

Как-то раз, лет двадцать назад, везла баржа по морю смешанный груз: минеральную воду и два десятка лошадей. Каспийское море в своей северной части очень мелкое, фарватер там меняется чуть ли не ежедневно, и морякам тамошним приходится всегда быть готовым к любым сюрпризам. Так случилось и на этот раз: баржа села на нивесть откуда появившуюся мель. Села крепко. Буксир пошел за помощью и тоже сел на песок. А тут еще, как на грех, цистерна с питьевой водой дала течь. Спохватились, но поздно: воды уже не осталось. Ну, моряки могут и минеральную воду пить: полбаржи забито бутылками. А лошади? Ржут на все море, да и только. Пришлось их тоже поить боржомом. Сначала протестовали, а потом лакали вовсю.

Сидели на мели пять дней. Брились боржомом, стирали в нем, даже картошку варили. За это время лошади так привыкли к минеральной воде, что когда баржу притащили к берегу, то они на обычную воду даже не захотели смотреть.

– Ничего, – решили коногоны, – захотят пить – сами попросят.

Ночью одна из лошадей по кличке Королева освободилась от привязи и ускакала в степь. Ее нашли возле весело журчащего ручейка, километрах в десяти от стоянки.

Ручеек оказался… минеральным! Недалеко из-под земли бил источник минеральной воды! Его так и окрестили Водой Королевы.