Василиска 8

Глава 5

Каждый второй тут имел опыт первой необходимой помощи, но ни опытного медика, ни лекаря, и тем более целителя, не было. Травницы. Из уст в уста передавалось, какую следует попить травку, чтобы сбить жар, обеззаразить.

А ведь оркам повезло. У них хорошая регенерация, они редко болеют. Но какое может быть восстановление у организма, когда копьё в животе торчит?

Проводил дракон последний луч угасающего светила, и поплёлся в хижину стариков. Надо обернуться. Может, не сразу за нечисть примут?

Возле трёх пострадавших крутились знающие травницы, не раз помогающие при мелких ссадинах, царапинах, после нападения какого-нибудь зверя покрупнее, помогающие, в основном, при родах. Там, где надо резать и вправлять кости, воины всё делали сами. По наитию. По тем остаточным знаниям, которые передавались от отца к сыну. Они же воины!

Двое были сильно побиты, завалившими их камнями. У одного была сломана рука. У второго рассечена голова. А остальное всё, — результат обвала. Они ещё почти двое суток провели в завалившейся пещере. И вообще удивительно, что выжили. Особенно, тот, в кого нападавшие метнули копьё. А завал… они сами его устроили, когда поняли, что их вот-вот всех перебьют.

Чтобы не мешать оказывать помощь, многие жители маленького посёлка находились в стороне. Им ещё не сообщили, что стадо у них угнали. Теперь они все по миру пойдут. Пока только думали, что только завал во время урагана случился. И…

— Добрый вечер, уважаемый Хоштер, — поздоровалась белобрысая девушка, выглянувшая из хижины стариков. Старик один сидел у своей хижины, тяжело вздыхал, потухшим взглядом наблюдая за происходящим. Старуха с внучкой проводили вечерний ритуал обращения к духам воды.

— Думаю, что доброго в этом вечере ничего нет, — вздохнул старик, посмотрев на нагую драконессу. Прошла она до своего рюкзака, достала набедренную ткань, завязала на бёдрах, натянула топ без бретелек. Так здесь многие женщины ходили. Жара всё-таки вносила свой дресс-код. Солнце скрылось, но раскалённый воздух обжигал гортань.

— Меня Лиской зовут, — представилась белянка, спорить со стариком она не стала. Заплела растрёпанные волосы, завязала косынку. Посвистела, подзывая свою ящерку-шаму, что всё это время скрывалась в одном из тайных углублений в рюкзаке. И та мигом забралась к ней по ноге, покрутилась вокруг туловища, цепляясь за ткань, спустилась, обнюхала землю, опять к хозяйке залезла, но уже на плечо. — Я здесь по приглашению Красного Песка. — Приспустила она ткань, показав выжженный знак на коже. — Я медик! Это что-то вроде целителя. Работаю с разными травмами. — Старик оживился, поднялся, собираясь уже просить её, чтобы помогла их ребятам. Но Лиска сама попросила его сходить с ней, представить. А дальше, как получится.

У-у-у… шептался народ, обсуждая произошедшее. Все ждали, чем дело с пострадавшими закончиться. Что Курт скажет? Но он не спешил. Стоял у лежавших на тонких циновках своих товарищей, смотрел, как тем оказывают помощь. Раны им уже промыли, обработали специальным раствором из лечебных трав. Двое ещё стонали, что было хорошим знаком. А тот, что с копьём… А ведь от болевого шока они ещё могли в той пещере все погибнуть, не дождавшись помощи. Или задохнуться, сдавленные камнями.

Медицинский чемоданчик сразу оттянул руку своим немалым весом, стоило Лиске его достать с рюкзака. Огорчённый вздох вызвало ещё то, что работать ей предстояло прямо на земле, под светом факелов. Ну ладно, с двумя это ещё прокатит, но не с третьим.

Когда Лиска со стариком шли, народ по мере их движения замолкал. Конечно, откуда появилась неизвестная девчонка? И по узорам на теле, они её как представительницу змеиных определили. Кто-то поглядывал с любопытством, кто-то открыто морщился.

Курт и его ответственные помощники, заметив приближение пары, ждали объяснения. Любой гость, должен попросить разрешения пройти в поселения, но чтобы вот так… Внук приподнял бровь, что дедом было воспринято, как неудовольствие. Он ждёт от него объяснения.

— Это Лиска, девятнадцатая жена Красного Песка, — представил старик девушку рядом с собой, двумя руками, державшую тяжёлый чемоданчик с красным крестом на крышке. — Она целитель, будет у нас в посёлке помогать в оказание помощи.

— Если я приступаю к работе, то прошу чётко действовать моим указаниям, никакой самодеятельности, — произнесла девушка, ставя чемоданчик у своих ног. Понимала она, что гордые существа, могут и не допустить её к своим сородичам. Но всё же надеялась, что разум возобладает.

Склонившиеся над соплеменниками орки, оказывающие помощь, недовольно засопели. Не понравилось, что какая-то пигалица пришла, и командовать ими решила. Но Курт одобрительно кивнул, указал на того, что с копьём в животе. Понятно, посмотрят они на её помощь, проверят.

Не кивнул бы он, Лиска всё равно с него и собиралась начинать свою работу. Те могут немного подождать. А этот… Достала она шприц, сделала укол обезболивающего. Распаковала систему, воткнула в толстую вену. Сонный камень положила на лоб мужчины, закрепила. Раздала команды. Поехали…

Какой поехали? Ни медсестры, что помогла бы, подала инструменты; ни помощника, что промывает и отсасывает лишнее во внутренностях пострадавшего; ни следящего за состоянием пациента… у-у-у… И всё на коленках, спасибо, хоть сообразила сразу наколенники нацепить. И специальную лампу над импровизированным операционным столом повесить.

Под конец такой полевой помощи, она была готова рядом с пострадавшим растянуться. Бедная спинка, бедные ножки, бедные ручки… у-у-у… Сделала последний шов. Стянула почти силиконовые перчатки. Но доработанные магически. Раствор такой, поливаешь на руки, и этот раствор при соприкосновении с кожей за несколько секунд застывает, превращается в плотные перчатки, ощущающиеся, как вторая кожа. Бросила в огонь. Надела новые. Чуть-чуть осталось. Перебинтовать такую тушу. Но это уже с помощью. Попросила, показала, и ей помогли.

— Сонный камень пусть до утра у него будет, утром обезболивающее ему сделаю, потом сниму, но до утра кто-то должен с ним сидеть, не спуская глаз, если ему будет хуже, жар поднимется, сердце остановится, дышать перестанет, сразу меня звать надо, — прошептала уставшая девушка, встав и потянувшись, выпрямив спинку. — Ну и этим тоже предлагаю сделать обезболивающие и швейные работы. Ну и руку правильно сложить надо и гипс наложить.

Работала Лиска медленно, с последним только к утру управилась. Спать завалилась прямо на соседней, брошенной на земле, циновке — коврике таком потолще. Чувствовала она, как подходили к месту помощи жёны Красного Песка, не только, чтобы узнать, как идут дела, а посмотреть, что там ещё за девушку взял их мужчина. Негодование белянка от них не почувствовала, а наоборот — радость. В доме теперь свой личный целитель у них. А то, что одной женой больше теперь, их совершенно не смущало.

— Проснётся, проводи её к нам, теперь там у неё дом, — попросила одна их хрупких, как эльфийка, девушка, одного их воинов, что охранял место помощи.

У каждого из пострадавших сидели обеспокоенные родичи. Тихонечко вздыхая, гладя или держа за руку родное существо. Сидели и возносили молитвы своим духам-хранителям, что сегодня оказались благосклонны к ним всем. На горизонте показалось яркое солнце, озарив небосвод радужными переливами. Никто не умер. А значит, всё будет хорошо.