Василиска 8

Глава 8

Открыла Лиска глаза до рассвета, улыбнулась, не потревожили её, но за топор пытались взяться, так как он мешал открыть ворота. О чём говорил довольный оскал призрачного берсерка, сидевшего по-турецки у её головы. На почтительном расстоянии ходил, нервно подрыгивая рукой, Курт, зло посматривая в её сторону.

У ног сидел Дан, и тоже довольно скалился. Как только белянка проснулась, он послал ей несколько картинок, где местные жители пытались покинуть свой посёлок. Через ворота не получилось: берсерк не пустил. Попытались перелезть ограждение, а там призрачный оборотень все их попытки обнулил. Видеть орки призраков — не видели, но ощущали всеми фибрами и поджилками, когда те оказывались рядом. Поэтому Курт и ходил на приличном расстоянии.

— Ла-ла-ла, солнце поднимается, утро начинается, — потянулась и погладила Лиска притаившуюся крылатую ящерку. — Всем доброе утро! Курт, доброе утро!

Встала, убрала в сторону циновку, вернулась, вытащила с толстой древесины своё оружие. Берсерк протянул руку вместе с Лиской. Вместе они взялись за древко. А дальше белянка просто убрала руку, а топор остался в руке воина-призрака. Пропал артефакт из мира живых. Кивнул ей призрак, который так и не назвал своё имя. И сам ушёл в подпространство.

Призрачный оборотень прежде чем уйти сообщил ей ещё одну новость. Гость за воротами притаился, слушает происходящее внутри. И скорее всего, он к ней.

— Кто? — заинтриговал Дан белянку. Картинку с изображением конфетки прислал наглец. И по чихающим звукам зверя было понятно, что он не смеётся, а ржёт над ней. А ведь на смотровой площадке, что находилась чуть с боку, стоял наблюдатель. И было одно единственное слепое место, которое орк сверху не мог, в данный момент, видеть. — Курт? Открой, пожалуйста, ворота.

Недовольно пыхтя, убрал крепкий орк жердь. Больше всего недовольно в этой ситуации была Лиска. Ну, кивнул ему наблюдатель, что всё чисто. Про слепую зону они оба знали, и мало ли что могло их ждать с той стороны. А эти самоуверенные мужчины думали, что они всё контролируют. И вообще. Разве можно открывать ворота по просьбе какого-то человека, которого ты вообще не знаешь? Ну даже драконессы?

Курт вышел первый, Лиска за ним…

— Точно, конфетка… — рассмеялась белянка, увидев гостя. Розовый наг стоял под каменным ограждением, прижавшись к стене. И ведь как-то подкрался так, что его не заметили. — А что? Постучаться слабо? И вообще, как ты меня нашёл? Или ты не меня, а цацачку искал?

Курт, увидев гостя, напрягся, выхватил топор из-за пояса. Даже шагнул в его сторону. Но змеелюд только гордо подбородок вскинул на агрессивное действие, и костяшки его пальцев, сжимающие в руке длинное копьё, побелели.

— На тебе печать Красного Песка, я знал, что ты тут, — прошипел сквозь сжатые зубы Вист.

— Курт? — обратилась Лиска к злому орку. — Можно, он войдёт, гостем побудет?

— Нет! — прорычал орк.

А что тут скажешь? Он решает, кого пускать. Подошла Лиска к злому мужчине, чьи планы с местью она обломала. Ему поселение доверил. А он стадо не уберёг, и не отомстил. Но лишь пока. Сегодня опять попробует.

— Боишься, что и этот, как твой хвостатый прадед ребёнка какой-нибудь девушке заделает и смоется? — у-у-у… во взгляде орка расчленил он её на сотни драконят. — Курт? Пожалуйста, разреши ему погостить? — перешла Лиска к женским хитростям, ресничками захлопала.

— К себе его тогда забирай, и сама будешь отвечать за него, — прорычал орк, играя топором.

— Спасибо! — улыбнулась белянка разгневанному краснокожему мужчине. А сама в воображение ему рожки приставила. Ну, настоящий демон.

Нарычал Курт на наблюдателя, что не заметил подкравшегося змеелюда. Нарычал на ночную охрану, плохо выполняющих свою работу. И злой ушёл к себе в хижину, где задал старикам вопрос: как так получилось, что Лиска такое узнала, или ей кто-то из них проболтался? Ведь ему старики об этом в осознанном возрасте рассказали. А маленькая сестрёнка до сих пор не знает их семейный секрет. Среди орков такие как они считаются детьми двух народов. И, вроде, не презирались такие дети, но находились те, что могли уязвить. Да ни во главе поселения, ни во главе войска, таких ополовиненных орков никто не поставит, даже если у них самые лучшие данные и достижения.

Через плечо у Виста висел мешковатый рюкзак. Настороженно вполз он в посёлок, опасливо осмотрелся.

— Не будешь задираться, в обиду не дам, — хихикнула Лиска, когда он встретился с взглядами грозных орков, что за него с утра пораньше получили от командира. — Пойдём, покажу, где меня поселили, сможешь там отдохнуть. Единственное, не знаю, кем тебя представить. Ни брат, ни муж не прокатит. Просто, знакомый, а тогда возникнет вопрос, почему ты в моей комнате? Сказать, любовник?

Розовенький хвост нервно дёрнулся на слове любовник. А в глазах загорелись искры обиды и негодования. Заметила это белянка. И оценивающе посмотрела она на розового-розового, что даже острые ушки у змеелюда налились краской.

— Что? Тоже скажешь, что такой красивый, такой как я, не годится в любимые мужчины? — грустно улыбнулась белянка. — Не бойся, приставать не буду. Пошли! Кстати, как ты себя сейчас чувствуешь?

Косо поглядывая на шедшую рядом девушку, на плече которой гордо восседала крылатая шама, наг размышлял о своём. Как только стало известно родным, что он избавился от тёмной отравы, что вхож во дворец. И родители, и бывшая возлюбленная явились к нему. Родители хотели узнать, насколько он близок с Владыкой, чтобы просчитать свою выгоду. А возлюбленная, хотела, чтобы он её с Рамирусом познакомил. Только вот сам он никому не был нужен. Никому не сгодился он в любимые мужчины. Никто не спросил о том, что же случилось? Как он себя после всего чувствует? Все только думали, как его использовать. И сбежал он из Зелёного города именно, чтобы все перестали видеть в нём красивую обёртку.

— Ты неправа! — пройдя полпути, заговорил наг. — Ты жена Владыки, я просто, не имею право, не смею надеяться, на то, чтобы называться любимым мужчиной, такой как ты. Владыка Рамирус меня убьёт!

— Он всего лишь мой седьмой муж, — грустно улыбнулась белянка. Один из… кому она не нужна. — Вот эта хижинка моя, тебе в ней будет тесновато, но, как у нас говорят, в тесноте, да не в обиде. В общей большой хижине девушки проводят свободное время. Красный Песок, конечно, будет недоволен, что в его жилье посторонний мужчина, но думаю, что это мы уладим.

Жёны хозяина хижины уже проснулись, дети бегали, заглядывали в кипящий казанок. Лиска представила им своего гостя. Сказала, что нага зовут Вист, и он некоторое время поживёт с ней. Девушки уставились на змеелюда, как на произведение искусства. Красивый змей. Змеиный хвост завораживал, а так, как он немного нервничал, то и конечностью постоянно перебирал. Как удав Ка перед обезьянками из мультфильма про Маугли.

Недовольство возникло только от того, что нагу пришлось выделить порцию.

— Отдыхай пока, а я пойду на смотровую площадку, послушаю ветер, — проследила Лиска, как наг, свернувшись кольцами, размещается в её хижине. Он всю ночь не спал, подкрадываясь к поселению орков. Да и в чистом поле спать, так себе. Вдруг, какой зверь хищный нападёт?

Взобралась Лиска и уселась на каменное ограждение. Ветер трепал её волосы. А она закрыла глаза, и вслушалась в пространство. Недруги Красного Песка ждали его воинов именно сегодня. Значит, в посёлке «крот».