Ведьма и эльф

Глава 27

Рива сидела на стуле у огня, и волосы её шелковистым водопадом ниспадали до самого пола.

Я любила, когда мать расплетала косы. Мягкие завитки волос добавляли мягкости её строгому облику. В остальное время она казалась высеченной из камня. Всегда готовой к бою с целым миром. С её уст редко слетали похвала и нежные слова, что дарили другие матери своим детям. Но я знала, что она любила меня и заботилась по-своему. Не могло быть иначе.

Рива протягивает мне гребень, и я забираю его, чтобы убрать в красивую расписную шкатулку. Зачем-то задаю вопрос:

- Почему ты назвала меня Эльрис?

- В честь цветка.

- Правда? – я радуюсь, что у моего имени есть особый смысл. Настолько, что забываю спросить, какой именно цветок имеет в виду мать.

Рива смотрит на меня с улыбкой. Но сейчас, во сне, мне видится то, чего я не замечала тогда, четырнадцать лет назад. Мстительный блеск предвкушения в её глазах.

Смутное чувство тревоги охватывает меня, но лихорадка вновь накрывает с головой, и я проваливаюсь в беспамятство.

Иногда мне кажется, будто я лежу в каюте на корабле, а за деревянными, просмоленными стенами, бушует ураган. Меня качает из стороны в стороны, тошнота подступает к горлу, и голова звенит с такой силой, что кажется сейчас взорвётся. Пальцы сжимают простынь, но я не могу проснуться и спастись от этой качки.

Она терзает меня, пока я не погружаюсь в новый сон.

Листва высоких деревьев над головой. Ветер шумит в кроне, а пальцы моих ног, что сейчас больше похожи на когти птицы, сжимают ветвь дерева. Запахи, каких раньше я не ведала, наполняют ноздри, звуки леса, словно музыка, для моих ушей.

Но слово, что повторяет из раза в раз эльф, стоящий под деревом, не даёт мне насладиться всеми красками леса.

- Эльрис.

- Эльрис.

- Эльрис.

Ах, почему он не замолчит?

Я открываю глаза и хочу перехватить руку, что вытирает моё лицо, но с трудом могу пошевелить единым пальцем. Предрассветный воздух холодит обнажённую кожу. Но меня не смущает нагота, пусть рядом со мной на постели и сидит сам Альвэйр.

Мне хочется заплакать от радости.

Я жива.

- Вы живы, - вторит моим мыслям негромкий голос. Мне чудится сочувствие в непроницаемых чёрных глазах. Но разум слишком затуманен жаром и болью, чтобы можно было сказать наверняка.

Чужие пальцы исчезают. Невесомая простынь накрывает моё тело, и сильные руки подтягивают его выше на подушку.

- Выпейте, - бледные пальцы, которые мне так редко удаётся увидеть без перчаток, сжимают глиняную чашу. Осторожно Альвэйр подносит её край к моим губам и даёт мне сделать несколько глотков.

После этого он уходит, а я почти сразу проваливаюсь в темноту.

***

В следующий раз я просыпаюсь в одиночестве. Хотя смутно припоминаю, что сквозь сон слышала разговор Альвэйра и Кэлеана.

Они стояли возле кровати, и их негромкие голоса вторгались в тёмную пустоту. Я не сумела проснуться, чтобы уловить разговор полностью, но кусочек остался в памяти.

- … как ты узнал?

- Ты забыл, что я жрец? Я соединил нити ваших жизней вместе. И раз уж вы оба мне не безразличны, то решил пока приглядеть за ними. Я сразу узнаю, если что-то с вами будет не в порядке.

Альвэйр усмехнулся.

Бодрствую и в этот раз не долго, хотя жар спал, но слабость всё ещё столь велика, что я быстро засыпаю вновь.

***

Новое пробуждение случается уже ночью. Сквозь узкие бойницы окон я вижу кусочек звёздного неба и темнеющую громаду горного массива. Почему-то приходит ощущение, что мы высоко над землёй, в одном из диковинных замков.

Неужели Кэлеан забрал меня к себе? Но будь так, Альвэйр не стал бы ухаживать за мной лично.

Даже в глубоком беспамятстве мне чудилось его присутствие. Чуткие руки, укрывающие меня одеялом, тихий голос и нечаянное прикосновение шелковистых прядей волос к коже.

Глубокая беспросветная тьма, затаившаяся рядом.

Но во тьме этой больше не было пустоты, поглощающей все краски жизни. Она наполнилась чем-то, как ночь наполняется звуками одной ей ведомой жизни, запахом зверя и трав, предчувствием грозы и дуновением ветра. Опасная, но больше не мёртвая мгла.

Откуда пришло это чувство-знание, я не знала. Магия моя молчала – во мне было едва сил, чтобы держаться в живых, о колдовстве не могло быть и речи. Шевеление дикой магии я едва чувствовала, а ментальная магия и вовсе пропала.

Тихий скрип двери прервал мои размышления. Сквозь полупрозрачной полог кровати я заметила знакомый силуэт.

Рука приподняла тонкую ткань, укрывающую меня от чужих глаз. На миг мы замерли, глядя друг на друга. Это томительное мгновение необъяснимо, но показалось мне очень важным. Будто я могла прочитать нечто сокровенное во взгляде непроницаемых прежде глаз. Пульс участился, отзываясь биением в висках, я едва слышно вздохнула.

- Вижу, вам лучше.

- Да.

Отчего-то я устыдилась своего каркающего, сиплого после болезни голоса. Гораздо сильнее, чем своей слабости и того, что эльф видел меня обнажённой. Будто уродливое звучание моей речи могло запятнать своды святая святых Альвэйра. Его замка, куда он никого не пускал.

Теперь я не сомневалась, что это именно он. Вместо привычных чёрно-лиловых одеяний, на Альвэйре была простая домашняя одежда, состоящая из брюк и белой рубашки. Волосы мужчины, чуть встрёпанные ото сна, были распущены и ниспадали до бёдер. Совсем не к месту я поразилась тому, как эльф умудряется спать, не заплетя волосы на ночь. Должно быть дико неудобно.

- Сколько я проспала? – отогнав непрошенные мысли, я задала мучавший ещё с первого пробуждения вопрос. Сейчас, когда на мне не было ментального щита, а дикая магия спала, хотелось вооружиться хотя бы знанием. Я предчувствовала, что так просто это покушение для меня не окончится.

Альвэйр, казалось, проигнорировал вопрос. Обошёл кровать и присел на стул, что стоял неподалёку, и только после этого ответил.

- Прошло пять дней с тех пор, как Кэлеан спас нас.

- Нас? – голос мой дрогнул, и эльф протянул мне чашу с водой.

- Я очнулся три дня назад, - Альвэйр разговаривал в присущей ему манере. Слова приходилось тянуть клещами. И, видят боги, я готова была играть в эту игру в другое время, но сегодня слишком устала.

- Мой лорд, я понимаю, что вам сложно перетупить через себя и рассказать обо всём как на духу жалкой человеческой шпионке, - я не могла совладать с раздражением. К счастью, магии во мне сейчас было с крупицу, и выплеснуться вместе с чувствами и навредить она не могла. - Но у меня нет сил пытать вас, чтобы узнать, что же случилось со мной.

- Приношу свои извинения. От старых привычек трудно избавиться.

Оставалось радоваться полумраку и тому, что эльф, скорее всего, не сумеет разглядеть смятение на моём лице. Трудно поверить, что лорд Альвэйр, вырезавший всех людей Серых долин подчистую, извиняется передо мной.

Жаль, что уже позднее, после того, как лорд покинул меня, я припомнила, что эльфы неплохо видят в темноте…

Мужчина негромко заговорил. Мне казалось, что слова даются ему с трудом и значительную часть произошедшего он предпочёл скрыть.

- Я обнаружил вас на полу в комнате. У Кэлеана есть предположение, каким образом вас отравили, но пока говорить о чём-либо рано. Мне удалось оказать вам первую помощь. Но мы погибли бы, если бы Кэлеан не подоспел вовремя и не спас нас обоих.

- Постойте, - я подозревала, что дело было в цветах. На празднике я ничего не ела, магический фон в комнате был обычным. Хотя и растения тоже на первый взгляд были самыми заурядными. Все цветы, подаренные мне в тот день, я видела у отца в саду или в королевской оранжерее. Сбило с толку меня совсем другое. – Как вы узнали, что мне нужна помощь, мы ведь расстались гораздо раньше?

Альвэйр молчал, и тёмное подозрение закралось мне в душу.

Неужели всё это время за мной следили с помощью магии? В это поверить было трудно, из-за высокой восприимчивости я довольно чутко улавливала любую творимую вокруг магию. Но даже не заметь я следящее заклинание, то дикая магия непременно сделала бы это за меня.

И всё же вероятность ошибки существовала, об эльфах мне известно было немногое.

Эльф, похоже, разгадал мои мысли, потому что поспешно заверил:

- Ничего предосудительного в этом нет. Я почувствовал, что вы на грани гибели через нашу связь. Но даже не будь её, клятва дала бы мне знать, что с вами не всё в порядке.

Голова шла кругом, в висках начало ломить, но похоже вопросов у меня было всё ещё больше, чем ответов.

- Какую связь вы имеете в виду? – Кэлеан рассказывал мне о последствиях ритуала. Однако я воспринимала некоторые эмоции Альвэйра лишь, когда он был рядом. Понять, что с ним происходит на значительном расстоянии от меня? Почувствовать, что он умирает? Это немыслимо.

Даже в темноте я видела, что совершенный лоб эльфа прорезала хмурая складка.

- Вы ничего не чувствуете?

- Что-то есть. Довольно смутное. Как-будто я стала лучше понимать вас.

В ответ на это я ощутила досаду, для лорда стало неприятным сюрпризом, что нашу связь так ярко чувствует лишь он один. А у меня появилась дополнительная пища для размышления. Выходит, ментальный щит не закрывает меня от Альвэйра. И если я сейчас пусть слабо, но улавливаю некоторые чувства, то как он ощущает меня?

Мне стало плохо от мысли, что все сокровенные секреты будут у него, как на ладони. Я закрыла глаза и замерла, надеясь расслабиться и ни о чём не думать.

- Думаю, вы с удовольствием сможете проверить, работает ли связь с вашей стороны, если я вдруг окажусь при смерти, - похоже, эльф своеобразно шутил, но мне было совсем не смешно.

- Надеюсь, подобное не случится, - в словах моих не было лжи. Я должна была ненавидеть лорда за то, что он сделал моему народу. Но отчего-то Альвэйр пугал меня гораздо меньше, чем многие люди. Да, он мог бы убить меня. Однако смерть эта была бы чистой и безболезненной.

- Но я не понимаю, почему магия посчитала, что вы преступили клятву? Вас не было рядом, защитить меня вы были не в силах.

- Боюсь, что в этом всё же моя вина, - сухо отозвался он. – Я думал, что никто не посмеет навредить вам на территории моей семьи. И ошибся. Более этой ошибки я не допущу.

Эльф поднялся и, опустив полог моей кровати, негромко заметил:

- А теперь довольно. Отдыхайте, завтра придёт Кэлеан и осмотрит вас.