Ведьмин ключик от медвежьей клетки

13. В деревне

Уже убирая со стола, я наблюдала в окно, как Марко во дворе отряхивает потрепанную одежду. Они снова отправились в сарай, как заявил парнишка: — Нам нужно сделать из сарая дом поскорее, некогда рассиживаться.

— Мама, — обратилась я с улыбкой к наставнице, всё ещё не привыкнув, что, наконец, могу смело так называть ее. — Для Марко нужна какая-то одежда сменная. А эту не мешало бы выстирать и подлатать. Давай я схожу в деревню?

— И то верно, сходи. Думаю, у Капы есть запас. Все же в деревне мальчишек много. Да загляни к Марне, попроси, чтобы продуктов поболе носила теперь. Мужиков-то раньше не бывало в доме, а теперича двоих кормить нужно. Скажешь, что найденыша у себя оставляем, пока родители не найдутся. Да и медведь твой покушать любит…

Не оттягивая и закончив на кухне, я пошла помочь матушке с травами. Она предложила заодно разнести и несколько заказов, не дожидаясь посетителей. Я же вытащила запасы склянок, и начала отбирать самые востребованные у деревенских зелья. Денег, конечно, тоже возьму на всякий случай, но их не так уж много. Поэтому мы стараемся больше услугами за услуги рассчитываться. Да и сами сельчане редко спрашивают денег, у каждого находится какой-нибудь недуг, али другая проблема по ведьминому плечу.

Уже спустившись по ступеням, вспомнила о шали. Хотела было вернуться, но тут и матушка вышла, задумчиво глянув на ту самую шаль в своих руках.

— Да уж пожалуй и ни к чему она тебе. Это раньше я берегла тебя, чтобы не обидели, чтобы не сурочили. А сейчас…

— А куда ты?

Из сарая вышел Марех с гвоздем и молотком в обеих руках.

— В деревню…

— Я с тобой.

Ответил оборотень, не терпящим возражений тоном. Я только моргнула. А Мява спросила:

— Так ведь тебяу решено пока скрывать.

— Да, но о медведе-то уже знают. Я первый выйду, погоди чуток.

Я только вздохнула, не понимая, что делать? Вроде, и не нужен он мне, ведь и раньше в деревню бегала, а с другой стороны, вдруг он чувствует опасность, и как фамильяр не может сопротивляться зову?

Хотела задать вопрос матушке, наблюдающей за нами с крыльца с чуть заметной улыбкой, которую выдают скорее тонкие морщинки в уголках глаз. Но в этот момент появился Марко, наперевес с доской. Кажется, оборотень оставил парнишку прямо посреди работы. Эх…

— Марко, мы скоро вернемся. Можешь пока отдохнуть…

Мальчик кивнул, и обведя двор взглядом, ушел обратно, ничего не сказав. Что же, ладно. Перехватила спокойный взгляд матушки, протянувшей мне шаль.

— А возьми пожалуй, повяжи своему фамильяру, чтобы народ не пугал.

И то верно. Так спокойнее будет. Мява придержала меня у калитки, но через пару мгновений раздался лёгкий скрежет, и кошка позволила выходить.

До деревни добрались быстро, наслаждаясь солнышком и лёгким ветерком в спину, словно подгоняющим. Сначала я забежала к тётке Марне. А потом решила заглянуть в лавку, где жители оставляют на продажу свои товары. Кто хлеб, кто молоко, кто мясо… Оно, конечно, выгоднее напрямую покупать у жителей, да только бывает так, что бежать через всю деревню некогда, а тут все в одном месте. Это госпожа Зиона придумала. Сама-то она приезжая, как замуж вышла, так и живёт здесь, с мужем. Раньше она просто привозила товары из города на заказ, для тех, кто сам ехать не может, а потом вот и местных жителей уговорила попробовать сотрудничать. Правда, дама она с хитрецой, своего не упустит, но сельчане в итоге остались довольны.

Присмотрела ботиночки на Марко, но решила сначала с остальным разобраться. А пока к тётке Капе схожу. Она у нас швея — лучшая в деревне. Вообще, конечно, почти все сами себя обшивают, закупая ткани. Но вот если что понаряднее нужно… Да или просто рученьки не оттуда растут, как у Рагдана, например.

О! Вот вспомнила не вовремя…

Осталось пару дворов пройти до нужного, как я заметила потрепанного знакомца, перелезающего через забор. Интересно… Это он что, ночевал на чужом сеновале? Я даже приостановилась, наблюдая, как он скоро стряхивает с себя соломинки, и оглядывается. Наконец, замечает меня. В первый момент вздрагивает, что несказанно меня радует. А потом понимает, что я одна, и начинает настороженно приближаться.

Ну, то есть это он так думает, не догадываясь, что мой оборотень совсем рядом и пыхтит сейчас, тоже заметив сына лесничего.

— Ш-ш-ш… — успокаивает Мареха кошка, сидящая сейчас на его шее, прямо под повязанной шалью.

— Какая встреча, — осмелев совсем, подошёл Рагдан. — А чего же без охраны? Или ко мне путь держишь, наконец поняла ошибку свою, и идёшь содеянное исправлять?

— Ага. Бегу. Не видишь, подол парусом? — ответила я, и поняла, что злюсь. Ну неужели этот твердолобый совсем отбитый на голову? Разве ему мало было той трепки?

Я развернулась и направилась дальше. Он за мной. Промелькнула мысль, что хочет попросить мазей заживляющих, ведь синяки и ссадины на нем почти не зажили. Даже предупредила сразу:

— Не дам. Не проси даже.

— Ишь, госпожа…

Тут его перебил звонкий голосок из дома напротив.

— Доброе утречко, Рагдан!

Ладка, та самая, чьи аппетитные булочки хвалили когда-то мальчишки, стояла, уперевшись означенными в калитку. Ага, позже гораздо я узнала, что зря когда-то вынюхивала запах булочек под окнами ее дома.

— Доброе, Ладочка, — расцвел сын лесничего, и тут же ойкнув, прижал ладонь к синяку под глазом.

— Ох, горюшко ты, заходи, я тебе обработаю ссадины, — девушка распахнула калитку, а меня наградила победным взглядом.

Хм… Кажется, я даже услышала, как за спиной мой медведь на пятую точку опустился от шока.

— Вот ведь петух ощипанный! Это с одного сеновала вылез, и на другой⁈. — шепотом возмутилась Мява.

Сама не ожидая от себя, отправила ему в спину проклятие на икоту. Ух, гад! Да и девки куда смотрят? Даже побитого приваживают!

У тетки Капы нашла все что нужно: рубаху, штаны, белье. Расплатилась зельями, и заговорила спину от болей. Женщина она хоть и не старая ещё, но постоянное сидение с шитьем даёт о себе знать. Заговор, конечно, не излечит что-то сложное, но если боли лёгкие, от усталости, то облегчит и укрепит здоровье. А ещё пообещала приготовить капли для глаз — швея пожаловалась, что все чаще перед глазами пятна темные появляются.

Она, кстати, узнала меня сразу. Ведь при ней я чаще оставалась без прикрытия, когда мерила одежду. А вот остальные встреченные жители, не считая сына лесника, в первое мгновение смотрели с любопытством, понимая не сразу, кто перед ними.

Про одежду я ей так и сказала, как матушка велела. Хоть женщина и смолчала, но я видела любопытство в глазах. А так, все равно, кто видел как я сюда пришла, начнут заглядывать и задавать вопросы. Так хоть правду узнают, а не сплетни придумают. Хотя иногда очень даже интересные варианты попадаются!

Уже закончив с делами, мы возвращались, когда нам дорогу преградил Рагдан. То есть мне, ведь фамильяров он не видел.

— Луча-ик-на, — произнес угрожающе.

Я приподняла вопросительно бровь и чуть улыбнулась. После чего он сразу осмотрелся по сторонам, и продолжил уже более миролюбиво.

— Госпожа ведьм-ик-а! Скажи, это тво-ик рук дело? — спросил несчастный, указав на горло, из которого вырвался очередной «ик».

— Не-а, — ответила я честно, ведь руками я совершенно точно ничегошеньки не делала.

— Тогда по-ик-моги мне.

Я задумалась. А если бы сказала, что моих, то он бы гордо развернулся и ушел? Хотела уже озвучить вопрос, но в этот момент мимо прошла Улька, бросившая на парня злой взгляд. Интересно… Первая девушка, не бросившаяся этому ловеласу на шею.

— Не обра-ик-щай внимани-ик-я. Она немного того, ик!

— Чего — того?

Я даже обернулась на девушку. Это как же того? Потому что не смотрит на него с обожанием?

— Да, дур-ик-чка она дереве-ик-нская. Лучше мне-ик…

Парень продолжал выпрашивать помощь, а я уже более заинтересованно всмотрелась в спину уходящей. Что я о ней знаю? Что она всегда была немного застенчивой, и редко бегала с другими девчонками. С детства помогала ухаживать за больным дедушкой, да и матери по дому. И чем же тогда Рагдан мог ее обидеть? Не могла же она рассердиться на него за то, что не бегает за ней? Хм…

— Луч-ик! Ты что, не-ик слышишь меня⁈ — сын лесничего не выдержал, и хотел было схватить меня за руку.

Рык Мареха раздался хоть и глухо, но очень даже предупреждающе. После чего Рагдан увидел источник звука и отскочил, даже перестав икать. Правда, на время.

— Ох, госпожа Лучана! Доброго утра! — к нам приблизился слегка запыхавшийся Далий. — А я тут услышал от хозяйки, что ведьма в деревне, и решил встретиться.

— Добрый день, господин Далий, — я улыбнулась, перестав обращать внимание на икотного. — Да, приходила за вещами для мальчика. Неизвестно ведь, когда найдутся его родители.

— О, значит вы его правда оставите у себя?

— Ик!

— Конечно.

— Ик!

— А вы… — городской наконец обратил внимание на так и стоящего с ошалевшим видом Рагдана.

Парень переводил взгляд с меня на медведя, потом на гостя, и непонимающе хлопал глазами. Да, и не забывая при этом икать.

— Ой, не обращайте внимания, это дурачок местный, — не удержалась, и вернула сыну лесничего его же эпитет. — Иди, Рагдан, я подумаю, что можно сделать.

Когда до парня дошло, что его только что послали… куда-нибудь, в глазах полыхнула обида, перемешанная со злостью. Скрипнув зубами, он все же развернулся и пошел.

— А что, не лечится это? — спросил городской, с сочувствием глянув парню вслед.

— Так вот и обещала подумать. Он ведь порой и сам понимает, что ведёт себя странно, вот и попросил помощи.

— Лучана, не перестаю восхищаться вами! Сильная, добрая, отзывчивая, и должен признаться, очень красивая.

Я смущённо улыбнулась. И скорее не от количества комплиментов, хотя к ним я и не привыкла. А от того, что «добрая» только что икоту на парня наслала, а «отзывчивая» отказалась ее снимать. Стыдно? Хм… Вспомнился взгляд Ульки… Пожалуй, нет. Не стыдно.

— Разве вы ещё не уехали? — спросила я Далия, чтобы перевести тему.

— Нет. Собирался, но потом подумал, и решил немного тут у вас задержаться. Все равно у меня есть несколько дней в запасе.

Мужчина улыбнулся, повернулся ко мне боком, и согнул локоть. Я сначала подумала — болит, и даже рот открыла, чтобы задать уточняющие вопросы, но потом он предложил прогуляться. Точно! Видела же, что парочки именно так и гуляют иногда. А иногда держатся за руки. И вот мне, кстати, больше нравится когда за руки. Ну как нравится? Наблюдать со стороны. Сама никогда не держала за руку никого.

— Да мы уже, в общем-то, домой, — ответила мужчине, прогоняя вставшую перед глазами картинку "моя маленькая по сравнению с мужской ладошка, утонувшая в большой и сильной'…

Даже рукой встряхнула. Нет, не с незнакомцем же проверять, как это.

— Мы?

— Я и мои фамильяры.

Мужчина оглянулся по сторонам, и никого не заметив, вопросительно наклонил голову.

— Они под отводом глаз. Не стоит пугать деревню медведем.

— Оу! Вот это да, не думал встретиться с настолько необычной ведьмочкой! Ведь заклинание невидимости требует нереально много сил.

— Тут другое, — я улыбнулась. — Вы их видите, просто не можете сосредоточиться. Ваш взгляд соскальзывает с них. А вот если они заговорят с вами, тогда сможете увидеть. Но тоже, только до того момента, пока не отвернетесь. Потом заговор снова начинает действовать, и как бы рассеивает память об увиденном.

Так за разговором, мы постепенно дошли до мостика, на котором как всегда, сидели рыбаки.

— Ой, а вещи-то… Вам их позже доставят? — спохватился Далий, только сейчас обратив внимание на мои пустые руки. — Может быть я…

— Нет, они со мной, — улыбнулась я, вспомнив, как Марех осторожно забрал из моих рук узелок.

Марех

Как же этот болтун городской раздражает меня. И чего только он интересуется всем этим? Вынюхивает, вопросы свои задаёт. Улыбается Огоньку.

Так, проводил, и достаточно. Дальше сами не заблудимся.

Я обошел парочку перед мостом, и преградил дорогу. Ждать, пока на меня налетят, не стал, и глухо рыкнул. Тихонько. Чтобы не потревожить рыбаков.

— Эй! — воскликнул приезжий, резко приняв стойку защиты. Причем, защитить он попытался моего Огонька.

Любопытно. Значит следователь у нас подготовленный попался, не обычный нюхач.

— Тихо-тихо, это Ма-ар! — Лучана встрепенулась и положила ладонь на плечо «защитника» в успокаивающем жесте.

— Да, увидел его. Как вы говорили — отвернусь и забуду? — заезжий посмотрел на меня, а потом медленно перевел взгляд на ладонь Лучика на своем плече.

— Да.

Девушка тут же отдернула руку, и отступила. А он продолжил каким-то изменившимся тоном:

— И действительно. Из головы все выветрилось, кроме ваших прекрасных глаз, госпожа ведьмочка.

— Вот леший! — выругалась Мява, спрыгнув с моей шеи.

Я уже и забыл, что она там, так пригрелась.

— Дальшеу мы сами, господин хороший. Благодарствуем, что проводили, но порау нам уже. Луча, идём?

— Да, пора. А вам хорошо отдохнуть, — Огонек развернулась и пошла на мост.

— А вы ещё придёте в селение? — крикнул следователь вдогонку.

— Тш-ш!

— Тш-ш-ш!

Зашикали рыбаки с моста. А Лучана, не оборачиваясь, пожала плечиками.

Я же удостоверился, что этот назойливый вернулся в деревню, и только потом пошел за своими дамами. А уйти они успели прилично. Поэтому немного уложив в голове произошедшее, пришел к выводу, что кто-то положил на моего Лучика глаз. Мне это совсем не понравилось. Отчего? Ну… Наверное потому, что его привлекает, скорее, ее сила, чем она сама. Я успел заметить, как его глаза вспыхивают, как только узнаёт о ней что-то новое. Или мне показалось?

Опустил узелок на траву, встряхнул головой, пытаясь выбросить лишние мысли, и снова подхватив в зубы ношу, побежал догонять.

— Ой, ты посмотри, Луча, за нами, кажетсяу, погоняу, — донёсся до моих ушей голос черной. — Земляу дрожит…

— Медведь бежит? — уточнила Огонек.

Мне оставалось совсем немного, чтобы их догнать, но после слов кошки, Огонек обернулась и бросилась бежать. Мява за ней. А я немного растерялся — чего это? Пока до меня не донёсся их смех. Ага, значит, наперегонки? Ну я вас сейчас…

Я, конечно, мог догнать их сразу, но опасался растрясти узелок с вещами. А когда впереди уже показался домик ведьм…

Узелок упал в траву, а я с рыком рванул вперед, чувствуя, как шаль ослабляется на шее и соскальзывает. А-а, потом вернусь и подберу! По венам уже побежал новый для меня вид азарта. Если раньше он вспыхивал во время схваток с волками, и сопровождался напряжением и решительностью, то сейчас я… счастлив? Да, наверное. Наверное это как раз то, чего я был лишён с потерей матери. Ведь такого чувства лёгкости я не испытывал уже очень давно.

Лучик услышав рык, взвизгнула, и приспустила ещё быстрее. Кошка не отставала. А я так погрузился в свои эмоции, что не сразу заметил бегущего навстречу Марко.

У мальчишки был такой испуганно-решительный вид, что я тут же, не останавливаясь, осмотрелся в поисках причины. Опасности не увидел, и начал немного сбавлять темп, пытаясь понять, что с ребенком. Пока не сообразил, что я ведь в ипостаси медведя! И сейчас бегу за Огоньком…

Лучана

Понятно, что убежать от медведя не совсем реально, но меня вдруг захватило какое-то подзабытое чувство, как в детстве, когда бежишь навстречу ветру раскинув руки. Чувство свободы? Лёгкости и веселья.

Выбежавший навстречу Марко заставил встревожиться. Его личико выражало смесь страха и решительности. Я обернулась, но никого кроме Мареха не увидела. Неужели что-то случилось дома? С матушкой? Сердце тут же застучало взволнованно. Мява, почувствовав тревогу, рванула ещё быстрее к дому. А я решила остановиться и взглянуть на нити силы. Ведь если появляется какая-то угроза, нити начинают дрожать, и темнеют в месте соприкосновения.

Магическое зрение не дало результата. Бегло осмотревшись, ничего не обнаружила. Зато четко увидела, как приблизившийся мальчишка вдруг выпрыгивает из своей потрепанной одежды, и приземляется на четыре лапы, поднимая дорожную пыль.

Волчонок! Ох ты ж, великая Ехидна! Марко оказался оборотнем. Тоже. Но откуда? И…

— Марко⁈ Марко! Успокойся, слышишь? Это Марех, он не опасен, — начала успокаивать маленького белого со светло-серой спинкой волчка.

Он дёрнул ухом, но продолжил рыча и скалясь медленно наступать на опешившего медведя, который от такого сюрприза просто уселся своей мохнатой попой в пыль. А я поняла, что это маленькое пушистое существо, трясущее передней лапой, застрявшей в рукаве одежды, защищает меня. Он встал так, чтобы я была за его спиной.

— Марко, — предприняла я ещё одну попытку, — это ведь Марех. Он тоже оборотень, как и ты. И он не причинит мне вреда.

Волчонок наконец затих, принюхался, впрочем, не меняя позиции. Марех же осторожно поднял свой мохнатый зад, и медленно лег, сложив лапы перед собой. Наклонил голову набок, и вопросительно рыкнул.

— Это что? Кто? Марко? — вернувшаяся Мява стояла рядом со мной и разглядывала белый комок шерсти.

Да, в этой ипостаси мальчик выглядит пушистым и немного нескладным. Одно ушко не успело встать как положено, очень умилительно свешиваясь вперёд.

— Ну, что вы тут устроили? Деревенских решили повеселить? — строго спросила матушка, незаметно успевшая приблизиться. — Живо все во двор!

Я обернулась, и действительно увидела вдалеке пару силуэтов. Остальные покорно развернулись в сторону дома.

— А вещи-то где? — удивлённо уточнила наставница. — Неужто прогуляли все утро?

Марех шлёпнул лапой по своему пушистому лбу, и вернулся за оставленным на обочине узелком.

Шли в молчании. Зато войдя во двор, заговорили все разом. Ну, те, кто может говорить в данный момент.

— Так вот…

— Ты знала…

— А ну цыц! По очереди, бестии, — остановила нас с кошкой наставница. — И не на ветру.

Нам обеим не терпелось высказаться, но пришлось смиренно следовать за матушкой, которая неторопливо направилась в дом.

— Воут чего имел ввиду леший, когда про хвостатых говорил! — вспомнила Мява.

— Мама, ты даже не удивилась, что Марко волчонок⁈ — возмутилась я, не понимая, почему она мне об этом не сказала.

— Ну, леший, скорее всего, сразу увидел, — начала она отвечать по порядку. — У него на живность чуйка. А оборотни, какие-никакие, а звери. А я вот сомневалась до последу. Что-то прикрывало его истинную личину. Не разобралась пока ещё.

— Значит, его… — начала я, но в этот момент вошли наши оборотни. Уже одетые.

— Простите, — хлюпнул носом мальчишка, и вытер пыльным рукавом нос, оставив на лице «лёгкую небритость».

— Вот, — протянул Марех вещи, задумчиво глядя в одну точку.

— Марко, ты что, все же хорошо! — я тут же опустилась на колени и обняла своего защитника. — Ты оказывается очень смелый. Надо же, встал на защиту против медведя.

— Не зря ему такое имя дали, — произнес Марех.

— Не зряу.

— Скажи, тебя родители прятали от кого-то? — решила я уточнить осторожно.

— Я не знаю. Папа велел никому не рассказывать, что я… оборотень. Сказал, что когда останусь один, нужно будет просто спрятаться и ждать, пока он не найдет меня. А я вот… — он снова вытер нос, с трудом сдерживая слезы.

— А ты настоящий мужчина. Отец гордиться тобой будет, — поддержал мальчишку Марех, наконец вынырнув из свой задумчивости. — Я бы точно гордился таким сыном.

— Ладно, давайте-ка мыться оба, а мы пока обед будем колдовать. Лучана, вещи-то где?

Я тут же развязала узелок, который сообразила заговорить от всяких случайностей, ещё когда медведь решил помочь. А посмотри, боялась клыков и слюны, а пригодилось от пыли.

Уже за обедом Марко вдруг подскочил, и выпалил:

— А можно теперь мне тоже спать в мужском доме?

И глазки при этом так и сверкнули.

— Да чего же нет? Можно, раз уж шкурка у тебя теплая есть.

— Очень теплая!

Мальчишка, кажется, сейчас совсем расслабился и успокоился, поняв, что здесь его не обидят, да и скрывать больше нечего. Зато нам очень любопытно, от кого же прятали его?