Верю в нашу победу... Письма с фронта

«Придет время, — писала Тоня в Троицк родителям с фронта, — и вы увидите меня на сцене одного из театров Советского Союза».

«Желая посвятить свою жизнь театру, прошу допустить меня к приемным испытаниям».

Секретарю

Троицкого горкома ВЛКСМ

тов. Л и т в и н е н к о

от комсомолки

(комсомольский билет № 11954625)

М е н ь ш е н и н о й

А н т о н и н ы Ф и л и п п о в н ы

Прошу зачислить меня добровольцем в ряды РККА и дать возможность получить военную специальность.

Если буду удостоена такого доверия, то постараюсь оправдать его, а когда понадобится, то с честью буду сражаться в передовых рядах лучших защитников моей Родины!

10/X-42 г.

А. Меньшенина

Мой адрес: г. Троицк, ул. Володарского, 29.

«Пуля просвистела над ухом. Вторая щелкнула о дерево, под которым лежал пулеметчик.

— Снайпер! — решил старший сержант Макаров и быстро перетащил своего «максима» на другую позицию.

Однако вражеские стрелки снова обнаружили пулеметчика и открыли огонь. Это заметила девушка-снайпер Антонина Меньшенина. Ей потребовалось всего несколько минут, чтобы обнаружить вражеских стрелков. Ударил один выстрел русской трехлинейки, второй… Оба фашиста были убиты наповал.

Комсомолка Антонина Меньшенина прибыла в батальон три месяца назад.

— Хочу быть снайпером, — заявила она командиру.

Краткосрочные курсы девушка закончила в числе лучших учеников и в первом же бою уничтожила девять фашистов. Комсомолка-снайпер Антонина Меньшенина награждена медалью «За отвагу»…»

«Антонина Меньшенина шла в бой с пулеметчиками. Из-за высотки бил фашистский миномет, строчил пулемет. Меньшенина лежала в воронке и пристально следила за полем боя. Тут она заметила, что на левом фланге за пулеметом только один второй номер.

— Наводчик ранен, — решила она. — Нужна моя помощь. — Подползла к огневой точке, быстро перевязала раненого, отнесла его в укрытие.

Бой длился весь день. Под сильным огнем противника, рискуя жизнью, бесстрашная комсомолка вынесла с поля боя двадцать раненых бойцов с оружием.

Командование высоко оценило подвиг девушки-бойца».

«В последних наступательных боях особенно отличилась девушка-снайпер комсомолка Антонина Меньшенина. Действуя в боевых порядках, она уничтожила 9 фашистов».

«Сегодня, 19 июля, ваша дочь была убита осколком от вражеского снаряда вместе с подругой Машей Лавро. И похоронены вместе на высоте, около реки Свислочь. Очень жалко. В письме, которое пересылаю вам, рукой вашей дочери перед боем написано, что она испытала за время боев. Письмо найдено у нее в санитарной сумке. Она посмертно награждена орденом Отечественной войны I степени.

Перед тем, как ее убило, я предупредил: «Погоди, немного стихнет обстрел». А она сказала: «Не могу, может быть, на поле боя есть раненые, которые нуждаются в помощи». Я разрешил ей идти. Не успела она отойти, как разорвались два снаряда и их с Марией убило.

От души разделяю ваше горе».

Здравствуйте, дорогие мои папа и мама!

7 ноября, в день 25-й годовщины Великого Октября, прибыли на фронт. Сейчас находимся от линии фронта километрах в 10—15, зачислили меня санитаркой в санроту. Бойцы с большой радостью, любовью и вниманием встретили нас. Мы нужны на фронте, и я постараюсь оправдать высокое звание воина Красной Армии. Устроились хорошо. Обо мне не беспокойтесь, придет время, и вы увидите меня на сцене одного из театров Советского Союза.

Проезжая, видим обгоревшие дома, полностью разрушенные и сожженные деревни и села. Там жили люди, наши люди, которые сейчас остались без крова, а многие погибли от рук этих гадов. Разве можно оставаться равнодушной и спокойной ко всему, что делает озверевшая орда головорезов? Нет, нет и нет! Надо мстить!

Когда хорошо освою свою специальность и оружие, буду просить, чтобы меня отправили на передовую.

Милая Кларушка! Слушайся и люби папу с мамой! Ходи в садик, не дерись с Толей, иногда вспоминай обо мне.

Милые мои, целую вас и жду писем. Привет тете Марусе.

Ваша А н т о н и н а.

Любимый папка!

Сегодня весело… Часов в пять вечера к нам зашел полковой комиссар (был проездом). Это пожилой, очень хороший человек — с душой и отцовским сердцем. Я говорю ему, что хотела бы получить военную специальность. Он развел руками и намекнул на нашу комплекцию (всех девушек). Говорит, что мы очень слабенькие и хрупкие и что нам будет трудно возиться у пушек или перетаскивать пулемет. И вот тогда получилось очень смешно. Я, как кошка (поражаюсь ловкости), соскользнула с верхних нар и с задорным видом стала перед ним. Все засмеялись. Оказывается, я еще совсем девчонка!

О себе хватит. Беспокоюсь о тебе и твоем здоровье.

Как бегает наша мамочка? Здорова ли Кларушка и все наши ребятишки?

Пиши, мой папуська, чаще и больше. Береги себя, поцелуй маму, Кларушку и ребятишек…

Целую тебя крепко-крепко.

Твоя А н т о н и н а.

Милые мама и папа!

Вчера замечательно провели вечер — играли с девушками в снежки. Дурачились, как маленькие девочки. «Ходили в атаку» на двух бойцов и здорово намыли их снегом. Живем хорошо, девушки подобрались в нашей комнате дружные и веселые.

В более близких отношениях нахожусь сейчас с Ниной Ремизовой. Это очень хорошая девушка, жаль только, что она младше меня на два года. Остальное о нас расскажет вам Ася Ляхова — на ее счастье ей выпала доля побывать в Троицке.

К этой девушке я с каждым днем все больше и больше проникаюсь уважением. Много слышала хороших рассказов о ее боевых подвигах, настоящая героиня!

С Асей передайте (конечно, если есть) пары две теплых чулок и майку-соколку.

Привет и поцелуи всей семье. Целую крепко-крепко.

Ваша А н т о н и н а.

Любимый папа!

Вчера вечером комиссар прочел нам радиограмму о том, что на Сталинградском фронте наши войска перешли в наступление и разгромили пять немецких дивизий, взяли более 200 орудий, более двух тысяч автомашин, много пленных и т. д. От такой радости хотелось прыгать и целоваться! Скажу по секрету, что, когда ушел комиссар, то мы несколько раз поцеловались с Ниной Р.[32] Живу хорошо, работы сейчас мало, так как на фронте затишье. Почти все время выполняю черновую работу. Настроение хорошее! Береги себя, мой милый папка! Поцелуй маму и Кларушку! Пиши мне. Жду.

Любящая тебя А н т о н и н а.

Здравствуй, милый папа!

Обо мне не беспокойтесь. Долго не писала потому, что все время загружена работой. Работаю санитаром в сортировочном отделении.

Что делаю? Мою пол, подбинтовываю раны, кормлю, пою раненых, делаю уколы (ввожу противостолбнячную сыворотку). Работаю круглыми сутками, а если наплыв большой, то остаюсь еще, часов на 12 — помогаю Ольге. В свободное время готовлю материалы в хирургическое отделение. В общем, не сижу без дела.

Пишите о себе больше и чаще.

Привет маме, тете Марусе и всем знакомым.

Твоя А н т о н и н а.

Милая моя мамусенька!

Почему ничего не пишешь? Ты ведь знаешь, мама, что каждая весточка из дома радует меня и немножко успокаивает (беспокоюсь о твоем и папином здоровье). Живу хорошо, здорова, весела. Новый год встретили замечательно! Приезжали все наши девушки, натанцевались. Вчера проводили делегатов, с которыми я послала личные вещи и письмо. Обо мне не беспокойтесь, если не пишу, значит жива и здорова. Надеюсь, скоро попаду на передовую. Но когда же будет это скоро?! Милая мама! Очень хочется знать, что сейчас идет в Троицком театре и ходите ли вы туда? Если не затруднит, то вышли мне заказной бандеролью том Чехова и книгу Горького, ту, где есть рассказы «Старуха Изергиль», «Челкаш» и стих «Буревестник», а еще краткий курс «Истории ВКП(б)». Пока все. Крепко-крепко целую.

Твоя А н т о н и н а.

Милые, любимые мои!

Сегодня из дома получила письмо. Большая для меня радость. Очень растрогана вниманием родных и близких мне людей. Милый папа! Благодарю тебя за новогодний подарок. Твое внимание, твоя отцовская забота и нежность для меня очень и очень дороги. Сижу в блиндаже (сейчас живу вместе с капитаном, дважды орденоносцем Ахрамковым и старшим лейтенантом Сурыкиным). Это хорошие, веселые и умные товарищи.

Слышна песня «Катюша», разрывы снарядов и где-то совсем близко стервятник бросает бомбы — фронтовая увертюра. Под эту музыку вспоминается дом, родные лица и театр.

Родная мама! Ты, милая сердитка, не забываешь, что я лакомка и состряпала для меня вкусные вещи. Как это приятно! Вы даже не представляете, как это внимание радует и трогает меня.

Берегите себя, мои дорогие и любимые.

Целую и обнимаю всех.

Ваша А н т о н и н а.

Милые папа и мама!

Не волнуйтесь. Я жива, но немец немножко меня поцарапал в спину (сквозное пулевое ранение мягких тканей). Не беспокойтесь — поправлюсь скоро, надеюсь через месяц снова вернуться в строй. Ранена 25 числа в 15.00. Удивляюсь, как удалось вырваться из окружения (немцы окружили нас с трех сторон и были в 10—15 метрах, а с четвертой — в 100 метрах). Ком. роты приказал нам троим прикрывать автоматным огнем отход наших людей. Со мной был ст. лейтенант Самойлов из Челябинска и еще один санинструктор. Милые! Напишу, когда приеду в госпиталь, а то сейчас не могу привести мысли в порядок.

Целую.

Ваша А н т о н и н а.

Милый папа!

Все в порядке — раны заживают, горю нетерпением скорее вернуться в строй. Хожу, в общем чувствую себя прекрасно. Хочешь, напишу все пережитое за последние дни?.. Конечно, напишу… После длительного перехода, 23 февраля, рано утром, я, в числе бойцов нашей роты, пошла в разведку боем. Это первое мое боевое крещение! В тот день мы выбили из строя немало немцев. Поздравьте меня с тем, что я открыла счет: убила двух фашистов. Перевязывала раненых, выносила их с поля боя. Из разведки вернулись 25-го утром, передохнули несколько часов и утром тоже 25-го вступили в бой.

В бою я была без своей подруги — винтовки-снайперки… Что же делала я, снайперишка? Перевязывала раненых, выносила их с поля боя, подносила и набивала ленты для пулемета «максим», заряжала диски для автоматов, подносила патроны, стреляла… Отправилась на передовой медпункт за носилками, чтобы перенести двух тяжелораненых. Взяла их, а когда возвратилась, то меня удивило, что группа людей около завала открыла по мне стрельбу. Тогда я залегла в траншее и поползла, но пули не переставали свистеть, а когда подползла к блиндажу, где были раненые, и стала подниматься, то почувствовала, что пуля обожгла спину, я упала.

Милый папка! Только в эту минуту я поняла, как дорога жизнь и мне еще сильнее захотелось жить! Санинструктор перевязал меня, а в это время немцы подошли к нам с трех сторон и были уже в метрах 30. Ком. роты приказал нам троим прикрывать огнем отход наших людей на новые позиции. Когда немцы приблизились на 10—15 метров, здесь передо мной, отец, стал вопрос: «Быть или не быть?!». В эти минуты я была совершенно спокойна и хладнокровна, взяла зарядила карабин и решила: умру, но не сдамся… И вдруг мелькнула мысль рискнуть. И я рискнула… С четвертой стороны немцы были в 80—100 метрах и был один шанс из ста, что одна из траншей не занята гитлеровцами… Гранаты рвались у самой головы, пули свистели, а я ползла, ползла… Потом встала и побежала… Спасена!.. Свои!..

Хочу поделиться маленькой радостью, а радость эта такая: бойцы, с которыми я лежала в болоте по двое и более суток, промокшая до костей, оценили это. Сколько любви, внимания, беспокойства они проявили во время боя ко мне! «Тонечка, ложись!», «Ниже голову, милая!», «Чертенок, ползи!», «Сестренка!», «Доченька!», «Перевяжи, родная!»… А когда с передовой меня отправили в санроту, то сами раненые бойцы несли меня на руках. Я рада, папа, что за этот короткий срок пребывания на фронте сделала все, что было в моих силах. Сейчас одна мысль, одно желание — скорее в строй и вперед! Вперед!..

Привет и поцелуй маме и Кларусе.

Твоя А н т о н и н а.

Милые папа и мама!

Все еще нахожусь среди четырех стен в глубоком тылу. Надоело до жути, но придется еще наверное с недельку побыть здесь. Ася Ляхова лежит в одной палате со мной. Видно, судьба быть вместе! (Она ранена тоже 25 февраля).

Дня три, ежедневно часа по два, слушаю хорошую музыку. Играет один больной. Когда я спускаюсь в вестибюль по лестнице, он всегда играет специально для меня мелодию на слова Есенина: «Ты жива еще, моя старушка, жив и я. Привет тебе, привет!». Я оказалась его постоянной и любимой слушательницей.

Хочется скорее узнать, как вы живете и здоровы ли. Как учатся ребятенки? Пусть моя маленькая сестренка, мой золотой «колокольчик» слушает своих маму и папу. Кларушка! Рисуй мне больше и что-нибудь напиши.

Вот и все. Пишите. Будьте здоровы, целую крепко.

Ваша А н т о н и н а.

Здравствуйте, дорогие папа и мама!

Скоро будет месяц, как я бездельничаю — отираюсь по госпиталям. Так надоело, что хочется бежать. Бежать от госпитального режима, от постели, сияющей белизной, от работников в белых халатах. Бежать туда, где рвутся снаряды, к любимым бойцам, к своей винтовке-снайперке. Невольно приходят на память слова, прочитанные в одной из книг: «Лучше умереть героем, чем жить рабом». Я люблю жизнь, но щадить ее не буду. Я люблю жизнь, но смерти не испугаюсь. Жить, как воин, и умереть, как воин, — вот как я понимаю жизнь. Я беспокоюсь и думаю о вас. Волнует здоровье папы, тем более, что за целый месяц я не получила ни одного письма. Пишите мне на этот адрес, который я дала вам в одном из писем. Скоро выпишусь. Будьте здоровы, мои дорогие! Целую вас крепко-крепко. Клару обнимаю и много-много раз целую. Привет всем.

Ваша А н т о н и н а.

Дорогие мои папуська и мамочка!

Наконец-то я среди своих людей, в своей части! Еще раз убедилась в истине слов: «Кто хочет, тот добьется, кто ищет, тот всегда найдет»…

Высылаю маленькую вырезку из газеты. Прочтите.

Ваша А н т о н и н а.

Милый папа!

Вчера получила от тебя письмо, написанное 29 мая 1943 года. Не можешь представить, сколько радости доставили эти родные строки.

За то время, как я снова нахожусь в своей части, у меня произошло много изменений. Принятие присяги, присвоение звания ефрейтора и, наконец, получение правительственной награды обязывают меня еще серьезнее и энергичнее взяться за свое любимое дело, совершенствовать снайперское мастерство. Ты понимаешь, папа, что теперь я уже не могу, да и не хочу быть в тылу, я не представляю себе, как можно быть на фронте и не быть на передовой.

Тяжело видеть сожженные села и города Калининской области. Два дня тому назад были на тактических занятиях. Проходя через деревни (если их можно так назвать. По существу нельзя, так как нет ни одного дома), я видела измученных, изнуренных людей, которые на себе испытали варварскую руку фашизма. В одной из деревень во время привала к нам подошла старушка, которая рассказала следующее: два месяца фашисты издевались над мирными крестьянами, два месяца они насиловали девушек, избивали стариков, грабили колхозное добро, охотились за маленькими плачущими детьми, которых живьем бросали в колодец. И эта старушка — мать четырех воинов — со слезами на глазах подвела нас к колодцу, куда было сброшено 22 советских ребенка, таких же маленьких и любимых матерями, отцами и сестрами детей, как наша Клара. И вот все это заставило меня много думать.

Знаешь, папа, я счастлива, что в дело великой освободительной войны и я вношу свою долю стараний. Представь, что после войны я смогу честно и спокойно посмотреть в глаза советскому человеку, смогу с гордостью сказать, что и я оберегала радостную жизнь своей сестренки. А ведь будущее принадлежит нам. Я своей кровью защищаю и отстаиваю эту жизнь.

Сейчас учусь в полковой школе младших командиров на курсах снайперов. Сама учусь, обучаю новичков, в общем усиленно готовимся к предстоящим боям. Немножко подкачал мой правый глаз, но я не унываю и приспособилась целиться через оптику левым глазом. Постараюсь, чтобы ласковое и нежное слово «снайперишка» (так называют меня друзья) в грядущих боях звучало грозно — снайпер. Целую тебя крепко-крепко.

Твоя А н т о н и н а.

Милая мамочка!

Письмо и открытку, написанные тобой, получила. Очень рада и благодарна за то, что ты меня, родная, не забываешь. Я здорова и физически, и морально, только иногда появляется безумное желание — немедленно видеть вас, но ведь это в условиях войны невозможно. Сейчас снова на фронте. Весьма возможно, что скоро вступим в бой. Обо мне не беспокойтесь, ваша с отцом любовь согревает меня в трудные минуты, надеюсь, что она сохранит меня и в бою от вражеских пуль и осколков рвущихся снарядов.

А вы, мои любимые, берегите друг друга. Рада, что Кларушка хорошо развивается и любит танцевать.

Хочется знать, как вы справляетесь с огородом и здоровы ли?

Целую и обнимаю. Пишите мне чаще.

Твоя А н т о н и н а.

Милая мама!

Сейчас ночь, сижу в блиндаже вся вымокшая и грязная, на улице льет дождь. Жутко. После десятидневного боя наша часть отведена… У меня большое, непоправимое горе. Сегодня ночью, шесть часов тому назад, убит мой любимый друг Юрий Мишин[33]. Мне ужасно тяжело, так как тело его не удалось вынести с поля боя (он убит в 20 метрах от места, где расположены немецкие автоматчики). Почему он мокнет, ведь он заслужил, чтобы его вынесли! Нет, нельзя… Хотела ползти я, но меня не пустили, да я и сама чувствую, что могу наделать много глупостей. Родная! Мы крепко любили друг друга. Он все время охранял и оберегал меня, боялся даже поцелуем осквернить нашу дружбу. Мы с ним часто мечтали, что после войны будем учиться в Москве, он в академии, а я в училище. Хотели после окончания войны пожениться и мечтали, что у нас будет маленький сын, но, увы, жизнь складывается иначе…

Мы вместе с ним и бойцами-пулеметчиками роты, которой он командовал, ворвались в немецкие траншеи. Он во время бомбежки прикрывал меня своим телом. Я перевязывала и выносила с поля боя раненых бойцов. Он показал себя командиром-героем. Когда вышел из строя пулеметный расчет, он лег за «максима» и отбил три контратаки противника.

Второй раз, уже посмертно, он награжден орденом Красного Знамени (у него был орден Красной Звезды). Хочется написать много, но сейчас не могу.

Пиши мне, родная. Целую крепко-крепко.

Твоя А н т о н и н а.

Милый папа!

Вчера получила твое письмо, написанное 6 августа. Прости меня, родной, что доставляю вам много волнений и беспокойства. Поверь, что такое с моей стороны больше не повторится. Буду писать коротенькие письма, но часто.

С 7 по 17 августа наша часть вела наступательные бои. Пять суток без отдыха я выносила с поля боя раненых бойцов и командиров, остальные пять суток мы работали двое с санинструктором Фаиной.

Поздравь меня, папа, с получением второй правительственной награды — медали «За боевые заслуги».

Будьте здоровы и счастливы, мои любимые. Берегите Кларку.

Привет маме и тете Марусе. Целую и обнимаю.

Твоя А н т о н и н а.

«В жизни, знаешь ли, всегда есть место подвигам. И те, которые не находят их для себя, те просто лентяи или трусы, или не понимают жизнь».

(М. Горький).

Родной папа!

Сейчас нахожусь в санбате — немножко прихворнула.

Милый папа! Почему ты совершенно не сообщаешь о своем здоровье, о том, как спорится у тебя работа? К тебе есть одна большая просьба. Посвяти одно письмо исключительно описанию всех дел и проказ Кларушки. Очень хочется знать, как развивается этот маленький котенок. С каким удовольствием я бы сейчас с ней подурачилась и поиграла.

Крепкий поцелуй маме. Пиши мне чаще.

Целую.

А н т о н и н а.

Милая мамочка!

Дней семь тому назад наша часть вступила на землю Белоруссии. Перед нами простираются поля с выжженными населенными пунктами. Вчера здесь был фашист. Это он сжег все то, что строилось десятилетиями и столетиями. Это он угнал тысячи мирных жителей на каторгу в Германию. Мама! Фашистов гоним, скоро и на нашей улице будет праздник!

Пишу во время передышки между боями.

Жива и здорова. Будьте и вы здоровы.

Целую.

Твоя А н т о н и н а.

Дорогие мои папа и мама!

Ночь с 15-го на 16-е была полна бурными переживаниями. Ходила в разведку боем за «языком». Ночью переправились через речку на тот берег, где находятся немцы, прошли минное поле, проделали ходы через проволочное заграждение и вплотную подползли к немецким траншеям. Стоило сделать только один бросок и наша группа была бы уже в траншее, но часто нам мешает неосторожность. Мы вынуждены были отойти… Часть людей сумела переправиться на свой берег, а нам не удалось, так как гитлеровцы открыли по переправе минометный и ружейно-пулеметный обстрел. Пришлось залечь на его стороне, в деревне. Окопались около сожженного дома и так просидели до темноты. Представь себе картину… Вражеский обстрел… Около сожженного дома… Приготовленные гранаты и… черный котенок, забравшийся мне на шею, сладко, по-домашнему мурлыкающий песенки. Это же идиллия войны! (Если можно так выразиться.) Поверьте, любимые, что во время проведения операции я была абсолютно спокойна, но… нет слов, которые могли бы выразить мое состояние. Мне особенно тяжело. 15-е число — роковая дата, дата смерти моего любимого друга. Обо мне не беспокойтесь.

Будьте живы и здоровы. Целую крепко.

Ваша А н т о н и н а.

Любимый папа!

Сегодня ночью или завтра снова уходим в бой. В этот бой я иду членом партии, в левом кармане гимнастерки лежит маленькая красная книжечка члена Всесоюзной Коммунистической партии большевиков. Маленькая, но дорогая!

Обо мне, родной, не беспокойся…

Пиши чаще, привет тете Марусе, бабушке. Целую много раз.

Твоя А н т о н и н а.

Дорогой папочка!

Получаю твои письма, полные беспокойства и тревоги обо мне. Не надо, родной мой! Милый папа, можешь быть спокойным за меня. Антонина в январских боях оправдала высокое звание члена ВКП(б). В дни боев с 29 декабря 1943 г. по 7 января 1944 г. и с 16 января 1944 г. по 25 января 1944 г. я вынесла с поля боя 70 раненых товарищей с их оружием. В батальоне меня все очень уважают и любят. Называют только «Тонечка», «Наша фронтовая подруга».

Будь здоров и спокоен за меня. Целую крепко-крепко.

Твоя А н т о н и н а.

Дня через два снова идем в бой.

Здравствуйте, мои дорогие и любимые папа, мама и тетя Маруся!

В течение 20 дней я получила от вас не менее девяти-одиннадцати писем. Причем, письма очень радостные, хорошие, насыщенные большой и нежной любовью. В жаркие дни боя, когда уже приходилось терять надежду на то, что выйдешь целой и невредимой, они вселяли уверенность и еще более сильную жажду к жизни. Бой, длившийся с 9 февраля по 2 марта, наложил на меня внешний отпечаток (я постарела, на лице появились морщинки).

Нашей части выпала доля форсировать речку. Одна партия людей за другой переправлялась на противоположный берег, ближе к противнику. Враг встретил нашу пехоту шквальным огнем из пулеметов и автоматов, бил из минометов. Под таким огнем я и моя подруга Маша Лавро переправляли раненых обратно, находясь по пояс в ледяной воде. Можете себе представить картину многодневных боев, если я скажу, что за одну ночь мы вдвоем с Машей переправили 85 раненых товарищей. Сейчас немножко отдыхаем, завтра пойдем в баню.

Перевод на 200 рублей отослала обратно. Получили вы его или нет?

Привет от Маши. Целую крепко и обнимаю всех.

Ваша А н т о н и н а.

Милый папа, здравствуй!

Сегодня исполнилось 24 года, как ты нога в ногу шагаешь с нашей Коммунистической партией. Разреши поздравить тебя с 24-летним пребыванием в рядах ВКП(б).

Обо мне не грусти. Я здорова, весела. Сейчас работаю (по партийной линии) парторгом стрелковой роты.

Милый папа! Верь, что твоя Антонина навсегда связана с ВКП(б).

Кларушка, наверное, уже большая выросла? Поцелуй ее горячо и крепко. Привет маме и тете Марусе. Целую крепко-крепко.

Твоя А н т о н и н а.

Милая моя, родная мама!

Не очень давно получила от вас с папой поздравительное письмо, очень рада и благодарна за внимание… Скоро уже месяц, как наша часть вступила в бой. Очень-очень много пережито и пройдено с боями за такой короткий промежуток времени. И в этом бою твоя Антонина впереди.

Первая из женщин дивизии форсировала Днепр, участвовала в уличных боях в городе Могилеве. Только сейчас разорвался снаряд, было два раненых — перевязала.

Много писать не буду, завязался бой, немножко беспокоит артиллерия противника.

Привет и горячие поцелуи папе, Кларочке и всем остальным. Много раз и крепко целую.

Твоя А н т о н и н а.