Враг рвался к сердцу нашей Родины — Москве. Черными тучами нависла смертельная опасность над Советской Отчизной. От края до края разнесся призыв:
Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой!
Комсомольцы, молодые рабочие, колхозники Челябинской области ответили:
— Соберем средства на строительство танковой колонны в подарок Красной Армии! Построим танки сверх государственного задания! Сами пойдем на них воевать.
«Танки челябинских комсомольцев вступили в бой!» — крупным шрифтом через всю вторую страницу известила в номере от 9 сентября 1942 года «Комсомольская правда». В статье «Крещение огнем» помощник начальника политотдела бригады по комсомолу И. Бабкин писал:
«Как мы выдержали первую проверку боем?
Танки челябинских комсомольцев вышли на огневой рубеж в час жесточайших битв. С первого же дня нам довелось драться в грудных условиях. И тем не менее наши молодые воины показали себя умелыми, стойкими, мужественными, а подчас и прямо геройскими воинами. Когда челябинцы нас провожали, они наказывали нам: «В бою не отступайте ни шагу!». Комсомольцы честно исполняют этот наказ.
…Замечательно дрался в первом бою ответственный секретарь бюро ВЛКСМ мотострелкового батальона, младший политрук Владимир Колсанов, воспитанник Челябинского комсомола. Во время боя он заменил выбывшего из строя политрука стрелковой роты и помог командиру роты лейтенанту Потапову организовать наступление. Рота, продвинувшись вперед, уничтожила шесть огневых точек противника и заняла два дзота.
Десятки комсомольцев в боевой обстановке подают заявления с просьбой принять их в ряды Коммунистической партии».
Так начала свой победный путь прославленная танковая бригада имени Челябинского комсомола, а с ней начиналась и ратная биография молодого офицера В. Колсанова.
…В 1927 году шестнадцатилетним подростком переступил порог проходной Челябинского завода имени Колющенко сын железнодорожного стрелочника Володя Колсанов. Стал учеником слесаря. В коллективе сразу приметили трудолюбивого, бойкого паренька, поставили на ответственный участок.
В 1931 году Володю послали в Москву на курсы по подготовке техников-нормировщиков. На Урал вернулся обогащенный знаниями, был назначен старшим нормировщиком цеха. В тридцать седьмом Колсанов возглавил заводской совет изобретателей и рационализаторов. Владимир принимал самое активное участие в жизни заводской комсомолии, долгое время был секретарем цеховой ячейки, его избрали секретарем заводского комитета ВЛКСМ.
В конце сорокового года В. Колсанова перевели в обком комсомола инструктором, но пробыл он тут недолго: избрали секретарем Кировского райкома ВЛКСМ. Однако и на новом месте не успел в полную силу развернуться — началась война.
В мае сорок второго года 96-я танковая бригада имени Челябинского комсомола готовилась к отправке на фронт, и Володя настоял, чтобы его зачислили в нее.
В канун 25-й годовщины Октября Владимир Колсанов с гордостью писал секретарю Челябинского обкома комсомола Л. Петрову:
«…Я счастлив, что защищаю Родину в родной Челябинской комсомольской бригаде, первой по Союзу. За мои небольшие успехи в боях правительство наградило меня медалью «За отвагу». Командование нашей армии присвоило звание лейтенанта. За короткое время я так быстро вырос. И всем лучшим во мне я обязан Ленинскому комсомолу. Он меня воспитал, он меня вырастил».
…Бригада, переброшенная в конце 1942 года юго-восточнее Воронежа, готовилась к наступательным боям. Добровольцы с нетерпением ждали того долгожданного часа, когда могучие «тридцатьчетверки» погонят врага с родной земли.
Наступил Новый год. Пятого января командира бригады полковника В. Г. Лебедева вместе с начальником политотдела вызвали в штаб фронта. Они доложили командующему войсками Воронежского фронта о ходе подготовки бригады к предстоящему наступлению. При этом присутствовали представители Ставки генерал армии Г. К. Жуков и генерал-полковник А. М. Василевский.
Самая ответственная задача в предстоящей операции выпала на долю танкистов-уральцев. Самоотверженно действовали они в бою.
В результате двухдневных ожесточенных боев сопротивление врага было сломлено. Однако наши части понесли большие потерн. Пал в бою и политрук В. Колсанов.
Вот как написала о его гибели секретарю Челябинского обкома комсомола санинструктор Клара Коваль.
Дорогой товарищ Петров!
Вам, секретарю обкома комсомола, я хочу рассказать все. Наши ребята действовали отлично, смело, заняли Тим, Курск, Старый Оскол. 13 тысяч немцев попали в кольцо. И вот наша бригада, освободив за одну ночь три населенных пункта, врезалась в самую гущу мечущихся эсэсовцев.
Шел бой за каждый дом. Дрались за каждый бугорок, за каждый клочок нашей земли. У наших солдат кончились патроны, не было гранат, но дрались они, как львы. Володя, как всегда, был впереди. Первая пуля попала ему в грудь. Он залег, но через минуту пополз снова. Вторая пуля попала ему в висок. Он лежал на снегу нашей родной русской земли, лицо его было так спокойно. Он погиб за счастье и радость своего народа, за славу челябинского комсомола. Сегодня он был похоронен в братской могиле у деревни Пузачи Курской области. Почтим его память.
Как тяжело терять такого хорошего человека, как Володя. Он был любимцем всего батальона. Он был представлен к награде, его ждал орден Красной Звезды. Его уже аттестовали на капитана. Это все говорит о его работе. Да, он не мог плохо работать. Ведь он воспитанник уральского комсомола.
В этих же боях в разведке погибли смертью храбрых Аня Суханова, Варя Карюкина. Да, многих лучших товарищей уже нет среди нас, но зато фашисты недосчитываются тысяч своих солдат.
Вот, кажется, все. Скоро мы снова в бой. Совершим небольшой марш — и уже на украинской земле будем драться.
Крепко жму руку, с комсомольским приветом
В своем последнем бою Володя проявил исключительную отвагу и мужество.
— Недалеко от дороги лежал наш боец, заваленный трупами немцев, — вспоминает Д. И. Сметанкина[4], шофер санитарной машины.
— О, этот парень, видно, не дешево достался врагам. Сколько он их положил! Подумать только — на одного человека целая свора псов. Когда растащили немцев, мы узнали Володю Колсанова. Он лежал на спине, без шинели, чисто выбрит, чистый подворотничок, только вздернут китель, и ни кровинки на одежде. Поначалу мы не заметили маленькой дырочки у самого сердца, а потом убедились, что его ранили не один раз. Пуля, угодившая в висок, была, очевидно, последней. Мы долго молчали. Как-то не верилось, ведь еще не так давно мы разговаривали, шутили.
За свой подвиг В. Колсанов посмертно удостоен ордена Отечественной войны I степени.
…В Челябинске, неподалеку от завода имени Колющенко, есть улица, утопающая в зелени. Она начинается со скромного обелиска. На мраморной доске золотыми буквами высечено: «Улица названа в честь славного воспитанника Ленинского комсомола Колсанова Владимира Федоровича, бывшего рабочего завода имени Д. В. Колющенко, секретаря Кировского РК ВЛКСМ, добровольца 96-й танковой бригады, геройски погибшего в битве под Курском в 1943 году».
В. Ф. Колсанов.
Весточка с фронта.
Здравствуй, дорогой друг Федя![5]
Пишу тебе это письмо с Н-ского местечка из Действующей армии. Как видишь, я тоже ушел защищать Родину.
В мае, когда танковая бригада имени Челябинского комсомола готовилась к отъезду на фронт, я договорился с комиссаром бригады о добровольном зачислении меня, написал заявление. Обком комсомола и обком партии утвердили мою кандидатуру.
Живем сейчас в хорошем лесу, настроение прекрасное. Много челябинских ребят. Я — секретарь бюро ВЛКСМ батальона, звание — младший политрук. Вникаю в условия армейской жизни.
После первого боя напишу. А пока до скорого свидания — оно обязательно будет!
Крепко жму твою руку.
Здравствуй, милая Зоечка![6]
Получил твое письмо, написанное 11 июля. Ты что-то очень беспокоишься за мою судьбу, а мы еще не вступили в бой — стоим в резерве и готовимся к решающим будущим боям. За меня ты особенно не бойся, я живучий, как кошка. Смелого, говорят, пуля не берет.
Живем мы хорошо, занимаемся боевой и политической подготовкой. Я на комсомольской и пропагандистской работе. На днях получили письмо из обкома ВЛКСМ, и я лично получил от Петрова, чему очень рад. Письмо от челябинских комсомольцев читал во всех подразделениях нашего батальона и рассказывал им, как мы, челябинцы, строили нашу колонну.
Крепко тебя и Руфочку обнимаю и целую.
Милая Зоечка!
Извини меня, что задержался и не пишу писем — нет времени. Сейчас сижу и пишу это письмо в окопе, а снаружи канонада артиллерии. Вчера, 31 июля, прибыли к переднему краю обороны.
Вчера нас сильно бомбили, получили первое боевое крещение. Сидеть, конечно, не очень было весело, но уже привычно. Минометы бьют по нас еще чаще. Но настанет день расплаты с проклятыми гадами, больше наши войска не должны отходить ни на шаг назад, а двигаться все время вперед.
Ожидаем приказа, скоро в бой, в атаку, остаются часы.
Зоя, не пугайся, если не будет подолгу писем, мне здесь писать некогда, да если и напишешь, оно все равно будет лежать. Жизнь идет боевая.
Зоя, живи и не беспокойся за меня, расти Руфочку.
Целую тебя и Руфу крепко.
Передай привет от меня с передовой линии. Я буду драться, как лев. Скоро идем в бой…
Здравствуй, милая Зоечка!
Сейчас сижу и пишу тебе письмо, а в это время наши машины идут в атаку. Жизнь интересная, и я нисколько не каюсь, что ушел на фронт. Фронтовая жизнь научит многому, а если останусь жив, то буду человеком крепкой воли и свидетелем всей истории Отечественной войны.
В настоящее время страна находится в тяжелом состоянии, враг бросает в бой все новые и новые силы. Наша бригада побывала в пекле огня боев и неплохо справилась со своими задачами. Мы уничтожили 700 солдат и офицеров, подавили 28 противотанковых орудий, два танка, две самоходных, заняли два дота и 26 дзотов. Все это происходило под ураганным огнем противника. Я находился в боях с 31 июля по 23 августа вместе с первой ротой.
Я тебе писал, как только пошли в наступление, нас начали бомбить с воздуха и обстреливать минометы, артиллерия, пулеметы и автоматы. Мы пошли в атаку, наши люди начали падать, тяжело раненных не было, но потери были. В бою ранили политрука, я встал на его место, и мы пошли дальше. Через несколько часов ожесточенного боя мы взяли два дзота и подавили 12 огневых точек, уничтожили до двух взводов солдат противника. Все, конечно, не опишешь, но факт тот, что я дрался за Родину, как следует коммунисту. Во мне все окаменело. Сейчас одни думы и мечты, как можно больше истребить немецких гадов и приблизить час победы.
И все мы здесь, на фронте, думаем об одном. Наши семьи должны быть сейчас самыми лучшими семьями.
Целую тебя и Руфочку.
Здравствуй, дорогой друг Федя!
С 31 июля участвую в боях. Это очень трудно. Я себя проверяю, на что я способен. 13 августа с одной ротой пошел в атаку. Три раза был под смертью, но опасность миновала, и я, как видишь, жив-здоров. И все же мы с тобой еще выпьем за победу над псами-рыцарями.
Сегодня получил письмо от секретаря обкома ВЛКСМ, поздравил меня с боевым крещением. Обо мне сейчас говорят во всей бригаде. Вот этого я никак не ожидал. Ведь Родину защищать мы все обязаны, это наш долг!
Пиши, дружище, как идут твои дела, что у тебя нового?
Крепко жму руку.
Милая Зоечка!
Вот я и на войне. Родину защищать с оружием в руках — это самое важное и почетное дело для патриота.
Мы прожили вместе восемь лет. Это была жизнь, что надо. Война растрясла много семей, а сколько детей потеряли своих родителей. И сейчас, на фронте, в каждом бойце нашей Красной Армии кипит лютая ненависть к врагу.
Будьте здоровы, дорогие! Целую тебя и Руфочку.
Федя, друг! Здравствуй!
Коротко сообщаю о себе. Я жив и здоров. 10 октября у меня был торжественный день — наградили медалью «За отвагу». Это обязывает меня еще сильнее бить гитлеровцев. Мое новое звание — «техник-лейтенант».
Наш представитель Бергер[7] был в Челябинске, выступал перед трудящимися города, пионерами. Рассказывал о наших боевых делах. На днях должен вернуться. Ждем его с пополнением. Как видишь, Родина, уральцы нас не забывают.
Пиши, не забывай.
Милая дочка Руфочка!
Ты, слыхал, учишься еще неважно. Нужно, дочка, поднажать по-фронтовому. На фронте, если боец плохо знает свое оружие, он плохо бьет немцев. Наши товарищи знают хорошо оружие и все же учатся владеть им, поэтому немцев бьют они неплохо.
Дорогая Руфочка, учись лучше, не ленись, больше ниши и читай. Гуляй на улице, но дело свое знай. Видишь, меня за боевые дела наградили, и ты не подводи меня, Руфочка!
До скорого свидания. Крепко целую.
Здравствуй, милая Зоечка!
Если бы ты только знала, как я скучаю о тебе! Мы ведь прожили так много и все время неразлучно, все вместе. У меня сейчас есть друг, военврач 3-го ранга Решетов Гоша, замечательный товарищ. Но он три месяца не получает от жены писем. Ее зовут Лида, они жили так же, как мы с тобой, хорошо. А сейчас она тоже на фронте, врач, только где, он не знает.
На моем счету вместе с подразделением, в котором я участвовал, более 50 убитых фашистов. А в будущих боях я этот счет увеличу.
Поздравляю тебя и Руфочку с 25-й годовщиной Октября!
Будьте здоровы. Крепко обнимаю. Целую.
Дорогой друг Федя!
Получил два твоих письма и сразу отвечаю.
Праздники мы провели хорошо. Были у нас в гостях челябинцы. Руководитель делегации — Володя Бабенко, секретарь заводского комитета ВЛКСМ. Челябинский обком комсомола подарил мне именные часы. Это большая радость, ведь ты знаешь, какое значение имеет получить именную вещь от комсомола с надписью: «Владимиру Колсанову — защитнику Родины!».
Как дела, Федор? Пиши!
Здравствуй, милая Зоечка!
Как видишь, письма идут очень долго… Пока идет, жизнь человека изменится пять раз! Итак, я перешел на партийную работу. Партия оказывает мне большое доверие, и я его оправдаю. Вернусь героем или умру героем.
Как, Зоя, радостно слышать каждый день о разгроме фашистских оккупантов! Скоро и на нашей улице будет праздник.
Ты, Зоя, воспитана Советской Родиной, и будь терпелива, умей ждать, как никто другой. Я лично о тебе думаю, где бы ни находился. Когда шел в атаку, мне казалось, что ты и Руфа со мной. Если бы ты только представила, что такое атака, когда идешь навстречу смерти с открытыми глазами.
Все мы делаем одно дело — стараемся скорее прогнать врага с нашей родной земли, чтобы построить себе светлую, солнечную жизнь.
Будьте здоровы и счастливы! Крепко целую.
Здравствуйте мои дорогие, Зоечка и Руфочка!
По рассказам приехавших новых ребят видно, что в Челябинске многое изменилось. От всего сердца радостно за челябинцев, что они хорошо работают, как настоящие герои труда. Я часто вспоминаю свою работу в цехе и знаю, как по-ударному трудятся мои друзья.
Сейчас мы готовимся к нанесению сокрушительного удара по фашистским псам. Жду, скорее бы в бой.
Милая Зоечка! Горячо поздравляю вас с Руфочкой с наступающим Новым, 1943-м годом, а также с днем вашего рождения! Желаю вам счастья!
Руфа, милая дочка!
Получил я твое письмо, читал и душевно переживал, что ты у меня такая большая и уже сама пишешь папе…
Руфа, будь смелая, как твой папа. Помогай своим товарищам и подругам. Учись на хорошо и отлично. Научись хорошо читать стихи и принимай участие в детской самодеятельности. Слушайся, дочка, маму и будь с ней ласковее, а то она сильно скучает о папе.
Зоя! Прочти это письмо Руфочке, а потом пусть она напишет мне ответ.
Крепко вас обнимаю. Целую.
Милая Зоечка!
Вырвал минутку времени, чтобы написать тебе письмо. Мы вступили в бой, о котором ты читала в газете за 14—15—16 января[8]. Это мы громили гитлеровцев. Я опять участвовал в боях, как и в прошлый раз. Лез в самое пекло боя, но смерть меня обходила.
В этот раз у нас будет сотни награжденных, дрались здорово. Имеем богатые трофеи.
Зоечка! Передай привет всем моим друзьям и знакомым. Скажи им, что челябинцы не посрамят знамя комсомола.
Будьте здоровы и счастливы!
Мои милые, дорогие, Зоечка и Руфочка, здравствуйте!
Жизнь моя сейчас протекает все время на колесах, в боях и походах, движемся вперед, на запад.
Ты, Зоя, уже слышала по радио и читала в газетах о наших боевых делах. Мы принимали участие в наступательных сражениях по освобождению Воронежской области.
Получил Руфино письмо, рад ему до слез. Передай ей, что папа бьет фашистов за то, что они издеваются над нашими товарищами и над маленькими ребятишками.
Пусть Руфочка соблюдает режим лечения и бережет себя для будущей прекрасной жизни.
Привет всем, кто меня еще не забыл!
Обнимаю вас крепко, целую много раз.