Второй шанс

2. Новый день и новая жизнь

Говорят, что надежда умирает последней, а предпоследним умирает надеющийся. Вранье. Я, по крайней мере пока что, умирать не собирался, а вот мечты о тихом первом рабочем дне канули в Лету еще на подходе к офису, когда меня обогнал Красный.

Не сказав ни слова, он просто толкнул меня плечом, двумя широкими шагами поднялся по ступеням и почти в дверях обернулся с весьма самодовольным видом. Смерив меня взглядом, громила широко улыбнулся, обнажая белые клыки.

— Медаль что ли ждешь? — последние несколько лет мое настроение по утрам оставляло желать лучшего. Пара слоек с ветчиной и сыром и быстрорастворимый кофе на завтрак попытались сгладить поганый настрой, но не слишком-то преуспели.

Еще и дождь с ночи зарядил.

— Не нравишься ты мне, новенький, — Красный прищурился. Несмотря на прохладу, он щеголял в майке, обнажающей бугристые татуированные плечи. Дождевая влага паром поднималась с красной кожи.

— Я от тебя тоже не в восторге.

— А мне похер, — улыбка громилы стала еще шире.

— Взаимно, — теперь уже я толкнул его плечом и первым вошел в офис, который находился в двухэтажном здании и занимал его целиком и полностью.

Из-за встречи с Красным я не обратил внимания на вывеску над дверьми. Оставалось только гадать, как называется охранное агентство, в которое меня взяли, как сказал дядя, «не за красивые глаза».

Никакого коридора не было, за дверями располагалось рабочее пространство: старая офисная мебель, шесть столов с моноблоками на приличном расстоянии друг от друга, цветы в разномастных горшках и куча шкафов с прозрачными дверцами, за которыми криво стояли цветастые папки. Еще тут имелась пара потертых диванов, телевизор под потолком, дартс, небольшой столик и кофемашина. Я будто в офис какого-то убогого турагенства зашел.

Персонал, правда, выделялся колоритом куда больше внутреннего убранства офиса. Сейчас тут находилось два сотрудника. Первой была вчерашняя готическая барышня. Закинув ноги в полусапожках прямо на стол, она жевала жвачку и делала вид, что вокруг никого больше нет. Вторым оказался худощавый лысый мужчина с острыми чертами лица, бледный, словно покойник. Этот самозабвенно стучал крючковатыми пальцами по клавиатуре и глазел в монитор.

— Здорова, уроды! — бодро поздоровался Красный, проходя мимо.

Брюнетка надула пузырь из жвачки и равнодушно показала коллеге средний палец. Лысый же скупо кивнул, не отрываясь от своего занятия.

— Доброго дня, — я решил продемонстрировать чуть больше вежливости, чем мой мускулистый коллега.

Вся троица одаренных удивленно уставилась на меня. Первым заржал Красный. Его поддержал нервным хихиканьем лысый, брюнетка же ограничилась пренебрежительным хмыканьем.

Прежде чем я успел удивиться такой реакции, она окинула меня изучающим взглядом и сказала:

— У нас не бывает добрых дней, новичок.

— Это точно! — Красный опустился в кресло, которое жалобно затрещало под весом его огромной туши.

— Отчасти из-за него, — брюнетка показала большим пальцем себе за спину, как раз на Красного.

— Иди нахер, Уэнсдей, — тут же оскалился бугай.

Я невольно задумался, о какой именно версии мрачной семейки Адамс сейчас идет речь. Вроде как недавнее кино провалилось, и самой популярной адаптацией оставался сериал, вышедший незадолго до моего рождения.

Впрочем, это не имело особого значения.

Брюнетка проигнорировала слова Красного и потянулась, словно ленивая черная кошка. От грациозного движения короткий топик чуть приподнялся, дразня и будоража воображение. Но насладиться зрелищем не дал явившийся директор.

— Так, обе смены тут? — с порога по-деловому начал он и глянул на часы. — И до начала рабочего дня еще пять минут. Вот это я понимаю, ответственность. Молодцы, растете!

— Какая ответственность, старик? Ты обещал штрафовать за опоздания, — недовольно напомнил ему Красный.

— А кто виноват, если с вами иначе не договориться? — и глазом не моргнул мой дядя, проходя мимо столов.

— Ты даже не пытался, — проворчала брюнетка.

Дядя обернулся к ней и нарочито ласково улыбнулся, тогда как его взгляд сделался суровым и колким.

— Я, Яночка, все ваше детство с вами договориться пытался и так, и сяк. Вышло что-нибудь из этого?

Никто ему не ответил. Красный уставился в окно с таким видом, как будто его очень интересовал дождь, брюнетка закатила глаза, а лысый спрятался за монитор. Я только сейчас заметил, что радужка глаз у него красная, а белки все в кровавых прожилках. Жутковатый тип. Ему бы поменьше за компьютером торчать, да и к окулисту сходить не помешало бы.

— Молчите? — дядя оглядел всех своих подопечных, включая меня. — Ну правильно, сказать-то нечего в свое оправдание. Я из вас людей пытаюсь сделать, достойных членов общества.

— Нажиться на нас ты пытаешься, — пробасил Красный.

— Ты, Дима, глупостей не говори, — смутить моего дядю было попросту невозможно. — Никто никого здесь силком не держит. Хочешь — пиши заявление и проваливай. Могу с тобой даже поспорить, что и месяца не пройдет, как ты влипнешь в историю, из которой твою красную жопу никто не вытащит. А потом сядешь. Опять. И снова твоя мать с сестрой будут на двух работах корячиться, да подачки тебе носить. Этого хочешь?

К моем удивлению, Красный смутился и отвел взгляд, словно нашкодивший мальчишка. Но всего пару секунд спустя он резко встал, опрокинув кресло, и сжал громадные кулаки.

— Нарываешься, начальник, — прорычал бугай, сверкая желтыми глазами.

— Всю жизнь это слышу, — отмахнулся дядя Миша, который не выглядел не то, что напуганным, а даже впечатленным. — Причем от тебя чаще всего. Есть что по существу сказать? Нет? Так и думал. Все, — он махнул рукой, — ночная смена свободна.

Брюнетка вопросительно вскинула бровь.

— А, точно, — спохватился дядя. — Яна, ты останься.

— А у меня завтра отгул, — напомнил лысый. — Договорились, что днем отработаю.

— Точно, — дядя Миша устало потер виски. — Забегался и совсем забыл. Ладно, сегодня получится дополнительное дежурство.

— Может я тогда домой? — без особой надежды спросила Яна.

Директор поглядел на нее, потом на меня, затем с сомнением на красного и лысого, после чего покачал головой.

— Нет. Задержись. Я хочу, чтобы ты новичка ввела в курс дела. Потом два выходных получишь.

Брюнетка стрельнула в меня глазами и без особых восторгов кивнула, принявшись ковыряться ножом под выкрашенными в черный цвет ногтями.

— А ты, Максим, — дядя снова глянул на меня, — зайди-ка в мой кабинет. Надо пару вопросиков обкашлять.

Яна фыркнула.

— Так лет сорок назад говорили.

— Как раз когда я был твоим ровесником, Яночка, — сухо заметил дядя Миша. — Тогда и приучился, а теперь стал уже слишком старым, чтобы менять привычки в угоду моде. — С этими словами начальник агентства удалился в свой кабинет, а я потопал за ним.

Рабочее место дяди размещалось на втором этаже и выходило окнами на небольшую парковку. Шум дороги был почти не слышен. Обстановка в помещении была, конечно, не времен СССР, которую я видел лишь в музеях, на картинках и в фильмах, но близкой к таковой. Эдакий суровый функциональный минимализм. Здесь выделялся разве что выделялся удобный кожаный диван и телевизор, намного больше и новее чем тот, что висел внизу.

— Как спалось? — осведомился дядя, усаживаясь в кресло. Он придвинулся ближе к столу и включил стоявший на нем ноутбук.

— Лучше, чем на нарах, но хуже, чем в отчем доме, — философски ответил я, опускаясь на мягкий диван.

— Значит, нормально, — заключил родственник и застучал пальцами по столешнице, на которую проецировалась клавиатура.

— Сносно, — я кивнул.

— Что-то не слышу благодарности в твоем тоне, — делано возмутился дядя.

— Ее было бы больше, если бы ты не взимал с меня плату за жилье.

— Я сделал тебе скидку.

— Ну, спасибо, — не вставая я изобразил неуклюжий поклон. — И сколько процентов?

— Десять.

— Благодетель.

Мы посмеялись.

— Короче, Максим, — дядя снова стал серьезным. — Я тебя пристроил, но в благородство играть не буду: выполняешь свои обязанности — все довольны. Косячишь — получаешь штрафы, как и все остальные. Ты мальчик большой, думаю, все понимаешь.

Я кивнул.

— Хорошо, — дядя снова постучал по столу, подслеповато поглядел на экран, после чего достал из нагрудного кармана узкую раскладывающуюся полоску очков и нацепил на нос. — Так, разрешения я для тебя оформил. Но с использованием дара у нас, как и в структурах — жестко. Чтобы разгуляться, нужно разрешение диспетчера и, соответственно, обоснование. Запомни: дар на полную катушку — только в крайних случаях.

— Например, когда забыл зажигалку? — я щелкнул пальцами, высекая искры. Не вышло. А ведь вчера перед сном тренировался, и вроде получалось с первого раза.

— Понимаю, что твой случай особенный, — дядя поджал губы. — Но уверен, что силы вернутся, и вот тогда не зарывайся.

— Не волнуйся, — заверил я его. — Урок прошлого мной не только получен, но и усвоен.

— Сам же не хотел былое ворошить, — поморщился дядя, — сам же и начинаешь.

— Ты первый про дар заговорил.

— А ты и обиделся сразу, — Михаил Ильич с укоризной покачал головой. — Не таким я тебя помню, Максим. Где тот бравый боец?

— Его больше нет, — я встал с намерением закончить разговор.

Но дядя был иного мнения.

— Погоди, — он развернул ко мне сенсорный экран. — Вот тут, тут и тут поставь свою закорючку. Мол, с техникой безопасности ознакомлен, с должностной тоже и все дела.

— Так я же не ознакомлен, — несмотря на слова, «закорючку» я поставил.

Дядя поглядел на меня поверх прозрачной полосы очков.

— Ты в спец отряде больше десяти лет отслужил, чтобы сейчас от меня услышать, что курить на рабочем месте нельзя, а силой пользоваться только при необходимости?

— Нет.

— Вот и я так думаю, — дядя поглядел на подписанные мной электронные документы и удовлетворенно кивнул. — Тут порядок. «Корочки» и все разрешения я в твой цифровой профиль внес. — Он порылся в столе и достал оттуда небольшую коробку. — А это твоя служебная экипировка.

— Не густо, — я поднял крышку и оглядел выданный инвентарь: вкладыш в ухо, шокер, травматический пистолет с кобурой, газовый баллончик, швейцарский нож и брелок, судя по всему, для отключения сигнализации.

— А ты что хотел? — ехидно прищурился дядя. — Машину, автомат и знамя?

— Броник-то хотя бы есть?

— Внизу в шкафу. Брать только на вызовы с кодом «ноль один». А вот гарнитуру обязательно одевать на все без исключения.

— Надевать, — машинально поправил я. Воспитанный мамой, которая всю жизнь работала учительницей русского языка и литературы, я особенно остро реагировал на безграмотность.

— Весь в родителей, — подметил дядя и грустно улыбнулся. — Помню, как сестра твоим отцом восхищалась. Говорила, какой он начитанный и умный. Не хватает его. Вот бы он увидел, каким ты вырос.

— Нет, — я решительно закрыл коробку. — Он бы такому не обрадовался.

— Мало ты понимаешь, — вздохнул дядя Миша. — Вот свои дети появятся, тогда узнаешь, что значит быть родителем.

Нравоучений я никогда не любил, поэтому хмуро спросил:

— Тебе от меня еще что-нибудь нужно?

— Чтобы ты перестал себя пилить и за ум взялся, пока не поздно, — серьезно ответил дядя. — А сейчас — иди. Стол выбирай любой. Если будет вызов — поедешь с Яной. Он девка хорошая, хоть и с норовом.

— Я заметил. Несмотря на то, что она умеет становиться невидимой.

— Она умеет не только это, — загадочно отозвался дядя Миша. — Яна очень хорошо чувствует настроение, да и мозги вправить может кому угодно. Так что поосторожнее с ней.

— А что насчет рогатого?

— Димка-то? — почесав подбородок, мой родственник откинулся в кресле. — Это особый случай. Я забыл, что он сегодня в первую дежурит.

— Он опасен? — меня интересовали не пространные рассуждения, а факты.

— Только для врагов.

— Судя по его характеру, таковых хватает.

— Не то слово, — усмехнулся дядя Миша и, достав из кармана сигареты, закурил. В этот раз у него при себе имелась зажигалка.

— А как же не курить на рабочем месте? — вспомнил я его же недавние слова.

— Это для сотрудников, — директор затянулся и выпустил через ноздри две струйки дыма, — а не для начальства.

Я недоверчиво прищурился.

— В технике безопасности прямо так и написано?

— Естественно. Ты бы знал, если бы ознакомился, а не подписал не глядя.

— Так ты же сам… — по смеющимся глазам дяди я понял, что он издевается и, покачав головой, направился к выходу.

— Хорошей смены, — пожелал мне вслед дядя.

— Надеюсь, — не оборачиваясь ответил я и вышел, закрыв за собою дверь.

Внизу особо ничего не изменилось. Разве что Яна, судя по покачиванию головы, слушала музыку в скрывающихся под волосами наушниках. Ну или та играла прямо у нее в голове. Не удивлюсь, если тут все «с приветом».

Красный что-то смотрел, но что именно разобрать не получилось — его широченная спина полностью закрывала монитор. Лысый же переместился к кулеру с водой и подливал из него в небольшую темную фляжку.

Я выбрал самый отдаленный стол и, не успел поставить на него коробку, как справа от меня раздался голос.

— Садись ближе ко мне. Старик просил за тобой присматривать.

Все мое самообладание потребовалось, чтобы сохранить лицо и вежливость.

— А я прошу не появляться из ниоткуда, пожалуйста.

Яна равнодушно пожала плечами, после чего исчезла и стала видимой лишь когда вернулась на свое место. Она вновь закинула ноги на край стола и уставилась в потолок, покачивая головой в такт музыке. Судя по ритму, слушала она что-то не слишком энергичное.

Подхватив коробку, я переместился за стол позади нее. По большому счету мне было все равно, где сидеть, но оставлять вне поле зрения Красного не шибко хотелось. Я буквально затылком чувствовал, как он на меня пялится.

— Дыру прожжешь, — я повернул голову и встретился с ним взглядом.

— Было бы неплохо, — оскалился Красный.

Я вздохнул, встал и подошел к громиле.

— Чего ты ко мне привязался?

— Ты мне не нравишься.

— Взаимно. Но мы вроде как это уже обсуждали.

— Ну так отвали и не отсвечивай, — Красный сделал вид, что сосредоточен на просмотре видео.

Мне очень хотелось взять его за рога и впечатать колено точно в крючковатый нос, но внутренний голос подсказывал, что таким образом хорошие рабочие контакты не налаживаются. Других вариантов у меня сейчас не было, поэтому пришлось это дело отложить в долгий ящик.

В очень долгий…

Подавив волну гнева, я вернулся за свой стол, где меня поджидал лысый.

— Вадим, — представился он, протягивая узкую ладонь.

— Максим, — на ощупь кожа нового знакомца показалась мне слишком уж холодной, словно он зимой без перчаток гулял.

— Мой позывной — Упырь, — Вадим нервно улыбнулся, демонстрируя два ряда острых зубов.

— Тебе… очень подходит. — Я тоже изобразил некое подобие вежливой улыбки.

— А какой позывной у тебя? — Упырь не спешил выпускать мою ладонь, вцепившись в нее, словно утопающий в соломинку. Ногти у него были острые.

— Придурок, — выдал Красный и заржал.

— Пока не обзавелся, — я снова сдержался, но в этот раз с еще большим трудом.

— А какой у тебя дар? — не унимался Вадим.

— Это долгая история, — мне не хотелось пускаться в откровенности.

— А группа крови?

— Ты очень любопытен, — левой рукой взяв Упыря за запястье, я высвободил правую и отстранился.

— Просто люблю узнавать новых людей. Хочешь, познакомлю тебя с остальными?

— Вот уж не надо, — снова влез Красный.

Мне надоело терпеть его выходки. Резко подойдя к столу неуемного коллеги, я сурово посмотрел на него сверху вниз и вспомнил, как к нему обращался мой дядя.

— Заканчивай, Дима.

— Демон, — поправил меня Красный. — Тебе меня можно называть только так и никак иначе.

— Демон? — переспросил я и холодно улыбнулся. — Если ты действительно демон, то почему ведешь себя как черт?

— Что ты сказал? — отчеканивая каждое слово, Дима начал медленно подниматься.

Я увидел идеальный момент для атаки и…

…на одном из столов зазвонил телефон.

Воцарилась тишина.

— Отвечу, — Вадим тенью скользнул к небольшому прямоугольному аппарату и включил громкую связь.

— Днепропетровская восемнадцать, — раздался властный женский голос. — Сработали датчики на складе. Возможное проникновение со взломом. Код «ноль один».

— Принято. Упырь выдвигается, — ответил Вадим.

— Нужно двое, — произнес все тот же строгий голос.

Вадим кивнул и, вернувшись к нам, виновато улыбнулся Красному.

— Составишь компанию?

Я так и не понял, хотели ли он этой просьбой разрядить ситуацию или же сделал выбор неосознанно. Как бы то ни было, секунд пять громила шумно сопел, после чего буркнул:

— Пошли. Все лучше, чем тут торчать. — Чуть не опрокинув стол, он обогнул его и меня, после чего вышел на улицу.

Упырь чуть задержался, чтобы нацепить на себя бронежилет, который болтался на нем, как на вешалке. Впрочем, Вадима это нисколько не смущало и, наспех похлопав по липучкам-фиксаторам, он поспешил следом за напарником.

Разговор закончился, так и не успев перерасти в драку, в которой у меня без дара было мало шансов. В том, что все повторится вновь, я нисколько не сомневался. Такие быки, как этот Дима, в моей жизни встречались не раз, и не два. Они понимают лишь один язык.

Хотя дядя Миша вот с ним как-то договорился…

Раздумывая над вариантами развития событий, я вернулся за свой стол. Компьютер не включился, поэтому мне не оставалось ничего другого, кроме как залипнуть в телефон и бестолково листать ленту новостей. На следующее дежурство надо какую-нибудь книгу взять. Или сесть за другой компьютер.

Но долго бездельничать мне не дали. Яна встала и жестом поманила меня за собой.

— Экскурсия, — коротко бросила она и быстро повела меня по помещениям, поочередно называя их. — Переговорка, комната отдыха. На втором этаже кабинет директора и диспетчерская. Нам туда нельзя, если не позовут. Вниз по лестнице тренажерка, душевые и туалет. Туда можно. Медпункт в нашей общаге. — Обойдя все здание изнутри, провожатая вернула меня к столу и нехотя уточнила. — Вопросы?

Я покачал головой.

— Класс, — безразлично бросила девушка и уселась на диван, вновь сунув в уши наушники.

Не прошло и часа, как вернулся Упырь.

— Ложная тревога, — сообщил он. — Датчики шалят. Отпишу техникам, пусть разбираются.

— А где напарника забыл? — не то, чтобы судьба Димы меня сильно заботила, но все же.

— Там что-то с машиной, — кивком головы Упырь указал на улицу. — Скоро вернется. Я с ним поговорил по дороге. Попробовал успокоить. Ты его главное сейчас не задирай.

— По-твоему я первый начал?

— В ситуации с Демоном не важно, кто начал первый, — осторожно произнес Вадим. — Важно, что все, кроме него, всегда плохо кончают.

— И что мне теперь, перед ним на цыпочках ходить?

Ответить Вадим не успел. Зазвонил телефон на моем столе. Мы с Упырем сначала оба посмотрели на аппарат, после чего друг на друга.

— Слушаю, — сказал я, снимая трубку.

— Новенький? — осведомился строгий женский голос. Звучал он так, что разносился по офису даже без громкой связи.

— Он самый.

— Парк тридцатилетия Победы. Хулиганство.

Вот и понеслось.

— Принял. — Я положил трубку, решительно встал из-за стола и спросил. — А мы разве таким занимаемся?

— У начальника договор с администрацией парка, — пояснил Вадим, отвечая на глупый вопрос.

За время «отсидки» я как-то позабыл, что с появлением первой волны одаренных криминальная обстановка в мире изменилась не в лучшую сторону. Стражи порядка не справлялись с обладающими нечеловеческими силами преступниками, поэтому заключали договоры с частными агентствами, куда, в отличие от той же милиции, одаренные шли работать куда охотнее. Немудрено, что дядя и его контора у администрации на особом счету.

— Удачи, — пожелал Вадим.

— Спасибо, — несмотря на отталкивающую внешность, Упырь показался мне неплохим человеком.

— Если тебя ранят, поделишься кровью? — все с той же вежливой улыбкой полюбопытствовал он.

Неплохой человек, ага…

— Извини, приятель, но на первом свидании я так далеко не захожу.

— Пошли, — Яна уже дожидалась меня у двери.

Всем своим видом она показывала, насколько недовольна необходимостью продолжать работу после ночной смены. И вроде заставить ее никто не мог, но и отказываться она не спешила. Попробуй пойми эту барышню.

Вложив в ухо вкладыш и распихав по карманам служебный инвентарь, я поспешил к двери. Моя напарница снова пропала из виду и появилась уже рядом с черной легковой машиной, на которой красовалась надпись «Частное охранное агентство „Вектор“».

Ну, по крайней мере, теперь я знаю, где работаю.

Соседняя, точно такая же машина оказалась приподнята с одной стороны настолько, чтобы под нее влез Демон. Без видимых усилий он придерживал транспортное средство одной рукой, а другой ковырялся под днищем и матерился сквозь зубы.

Яна запустила двигатель нашего авто и резким движением головы указала на пустующее место рядом с водительским.

— Ну, поехали, — сказал я сам себе и сел в машину.