Яд под кожей (СИ)

49

— Ох, прости! — я соскакиваю с Адама, как только открываю глаза и натыкаюсь на его — жёлтые.

Чёрт, да я во сне на него почти полностью залезла! Вот же…

Хватаю плед, что лежит в ногах и пытаюсь открыть дверь и скрыться от смущения, но у меня ни черта не выходит. Ручка словно заклинила. Сзади слышу шорох и от этого моё сердце тарабанит громче.

Боже, какая-то нелепица. Всю ночь спала в его машине, а сейчас пытаюсь сбежать...

— Подожди, я помогу, — произносит Готье хриплым после сна голосом, прирастая своей грудью в моей спине. Неконтролируемый импульс проносится с макушки по позвоночнику, оседая где-то в центре.

А ещё этот запах… Он заполонил собой весь салон, сковывая мои внутренности восторгом.

Что это?.. Нет, я ведь ещё зла на него, почему моё тело так реагирует?..

Наконец-то выбравшись на свободу, я вдыхаю полные лёгкие воздуха, после чего впадаю в ступор.

Тереза и Нейтан…

Их нет! Они бросили меня тут с истинным?..

Верчу головой по сторонам в панике. Я, конечно, уже не боюсь его как раньше. Знаю, что не причинит вред, но Тереза… как она могла так со мной поступить?..

И когда у меня уже от злости начинают сжиматься кулаки, я вдруг слышу звук хлопка. Резко поворачиваю голову, а затем обхожу машину Адама. А за ней стоят Нейтан и Тереза у своей машины.

— Проснулись? — спрашивает она и улыбается, обтряхивая ладони. — А мы уже всё загрузили. Туча идёт, скоро зальёт тут всё. Мы утром шашлык грели, он в термосумке, ещё тёплый. Будете? Салат ещё есть.

Она выглядит какой-то счастливой.

— Будешь? — спрашивает Адам, вставая рядом со мной.

Желудок, словно услышав про еду, начинает жалобно урчать. Я смотрю на истинного, его уголки губ тянутся вверх. Он всё слышал своим хищным слухом! Вот же стыдно…

Он подходит к другу, что вручает ему контейнер, а затем возвращается к своей машине, по дороге сказав:

— Прыгай в тачку, малыш.

— Ты слышал? — пищит шёпотом Тереза. — Он назвал её…

— Тише, — шипит Нейтан также шёпотом.

А сердце моё в этот момент делает невыполнимый трюк. Подскакивает, крутанувшись, распространяя ток по венам. Я даже не замечаю, как сажусь в машину. Понимаю это, когда она трогается с места, вслед за тачкой Нейтана.

— Поешь, я не буду ехать слишком быстро, но от тучи и правда стоит уйти, — говорит парень и ставит мне на коленки два контейнера и упаковку одноразовых столовых приборов. — Горячий чай вот, — он тянется одной рукой на заднее сидение, доставая термос.

И когда он успел это всё сделать? Даже собрал наше спальное место… Или это я совсем из реальности выбилась?..

Я съедаю меньше половины мяса и овощей, после чего откидываюсь на спинку кресла.

— Ты тоже поешь, остановись где-нибудь. Нам же долго ехать, — предлагаю с закрытыми глазами.

По стеклу начинают стучать мелкие капли. В салоне приятно пахнет, тепло и тихо. Так уютно…

Адам всё же тормозит через пять минут под кроной огромного дерева. Видимо парень очень голоден. Он уплетает всё с невероятной скоростью, а потом запивает чаем и, протерев рот салфеткой, поворачивается ко мне.

— Вкусно, — кивает и улыбается.

Мы едем дальше. Странный он какой-то. Вот никак не могу его понять. Я нравилась ему с детства, как он сказал… А потом внезапно начал ненавидеть…

— Прости, а можно вопрос? — произношу, нарушив приятную тишину без ощущения тяжести.

Он удивлённо поворачивает ко мне голову, но лишь на секунду, снова возвращаясь к дороге.

— Тебе всё можно, Эмили. Спрашивай, что хочешь.

— Ну… раз так, то… Как твой отец? — спрашиваю и задерживаю дыхание. Прикрываю чуть веки, смотря на свои руки.

Я ведь не включила сейчас кнопку активации монстра?..

— Эмили, — он вдруг берёт мою руку с свою. — Ты трясёшься. Боишься меня?

Его голос тихий. Он отпускает мою руку и заметно сглатывает.

— А надо? — вырывается у меня.

Машина резко уходит в бок, тормозя на мокрой земле. Дворники выключаются и теперь в лобовом стекле ничего не видно. Смотрю в испуге на Адама, но он откидывается на спинку сидения, продолжая держать одну руку на руле, а второй медленно приближается к моему лицу.

— Адам… — в животе от непонятного чувства всё сводит. То ли это страх, то ли что-то другое.

— Не бойся. Я только недавно понял, что ты тогда всё правильно сделала, — он дотрагивается до выбившейся рыжей прядки, накручивая её на палец. — Отца выпустили, с ним всё хорошо. Он считает также. Что ты своим поступком спасла его шкуру, чёрт знает куда бы его завело то дерьмо. Поэтому прости меня, я полный идиот. И спасибо, — он целует мои пальчики, смотря мне в глаза. В его серости сейчас вспыхивают искры.

Кажется, в моём израненном сердце сейчас появился росток. Небольшой, но тот самый. Я множество раз задумывалась о мистере Готье. А что, если его сын прав? — думала я. Может я заслужила все эти издёвки?.. И сейчас, когда мне говорят спасибо, говорят, что благодаря мне у кого-то наладилась жизнь… пошла правильным путём…

— Малыш…

Я и не поняла, как мои глаза увлажнились. И теперь утыкаюсь в грудь истинного, вдыхая его неповторимый запах. Он такой крепкий и сильный. И как у меня получалось бороться с ним?..

Остаток пути мы едем молча. Адам не говорит ничего и хмурится. А уже это отдаёт напряжением на весь салон.

— Что-то случилось? — спрашиваю, когда мы останавливается у старого крыла общаги.

У Готье такое лицо, что мне почему-то нестерпимо хочется ему помочь. Я дура, да?..

— Эмили, ты… — начинает он, но его обрывает внезапный звонок на телефон. — Всё в порядке, — говорит, смотря в экран.

— Ладно, — отвечаю, открыв дверь.

И кто это ему позвонил, что он сразу не стал мне что-то говорить?.. Хм…

Твою мать, и чего это я переживаю? Если у него что-то случилось, то это его проблемы, ведь так?..

Бегу до комнаты, благо он припарковался прямо рядом со входом. Залетаю в сухое пространство, захлопнув дверь. Сердце стучит как одержимое, отдавая в ушах, аж голова кружится.

Я стою так минуты две, пока вдруг не чувствую свежесть и лёгкий ветер. Так была занята мыслями, что не заметила открытого окна в комнате. Погода портилась, поэтому я подошла закрыть его, но кое-что заметила. Сетка, что защищала от мелких насекомых, была чуть сдвинута, а ещё на ней были зацепки и в некоторых местах рваные дыры. Мне хватило секунды, чтобы, окинув комнату взглядом, понять — Апельсина нет.

— Апельсин! Кис! Кис! — я громко топала по всему крылу, заглядывала во все помещения, но тщетно. Апельсина тут не было.

Я множество раз делала так, и он никогда не трогал эту грёбаную сетку! Как же так?.. Бедный малыш испугался? Ему было одиноко? С ним ведь всегда на ночь оставалась Тереза или я…

Я позвонила подруге, задав лишь один вопрос, а услышав «не знаю», побежала на улицу. И уже в дверях столкнулась с жёлтыми глазами. Адам.

— Эмили…

— Апельсин пропал, — всё, что я смогла судорожно проговорить сквозь начавшиеся слёзы.

Меня не было почти сутки. И вдруг он уже давно убежал?.. Я не прощу себя никогда, если с ним что-то случилось!

Я выбежала на улицу, размазываю слёзы по лицу. Оббежала крыло, ведь окно моей спальни выходило на другую сторону. Я озиралась по сторонам, звала своё рыжее чудо, пока перед глазами у меня всё смешивалось из-за дождя.

— Мяу, — услышала я где-то неподалёку и повернулась в сторону звука.

А также заметила, что рядом со мной стоял Адам. С зонтом. Видимо пока я не слышала знакомого голоса своего питомца, я и не видела ничего вокруг.

Адам сразу же взял меня за руку и повёл в сторону, откуда исходило мяуканье. Оно продолжалось, и от этого моё сердце сжималось.

Апельсин сидел на дереве. И достаточно высоко.

— Адам, — сказала я, вытирая слёзы. — Ты должен снять его оттуда, — я повернулась в сторону парня, у которого от моих слов приподнялись брови.