Зачарованный терем

1. Утро в новом мире

И мне приснился сон…

Что за звон? Что так звенит в голове? Откуда это? Это же невозможно!

Медленно открываю глаза…. Где я? Какие-то занавески. Кровать точно не моя. Что-то не помню, как до дома доехали. И дома ли я. Что-то с памятью моей стало….

Оу…! Уф! Наконец-то, очухалась! Я же ДОМА! Ой, мамочка! Я же теперь княжна!

Так, княжна, подъём! Это же нам Селиверст побудку играет! Надеваем спортивные брюки, футболку, кроссовки и на улицу. Бегом, марш!

— Доброе утро, сестрёнка! Давай, на пробежку!

— Даже поваляться не дают, — деланно пробурчала Таня. — Осмыслить происшедшее, проанализировать сон.

— Что, жених приснился?

— Ага, «снилс»! Пока сама не разберусь, что такое снилось, не расскажу. Пошли! Вон, девчонки уже тоже встали. А тебе?

— Тоже, «снилс», но не расскажу.

В коридоре слышны девичьи голоса.

Выходим в коридор. Девчата уже все в сборе. Галина закупила спортивные летние тёмно-голубые костюмы с принтами «Россия» белого цвета. Все, как сёстры в одинаковых спортивных брюках и белых футболках. Разминаются — машут «крылышками», дрыгают ножками, вертят шейками.

— Всем доброго утра! Доброго дня и добрых дел!

— Ура-а-а! — хором выкрикнули девчата и весело расхохотались.

Значит утро, действительно, доброе. И сны были хорошие.

В холле-прихожей нас уже поджидал наш названный братик Ол. В земной одежде: спортивные брюки, футболка, кроссовки и бейсболка, через которую пропущены волосы, свисающие ниже лопаток. Красавчик! Во всём тёмно-синем.

— Доброго вам дня и добрых дел! — поприветствовал он нас.

Мы дружно ответили тем же, и весёлой компанией двинулись на улицу.

— Мы с Галиной, то есть, с Линой, вчера обнаружили дорожку, выложенную каменной плиткой, — начал объяснять нам Ольгер. — Она проходит вдоль стены ограждения по всему периметру. Предлагаю сегодня лёгкую пробежку. В последующие дни начнём ускоряться, постепенно увеличивать нагрузку другими видами.

— Это как? — спросила Лана.

— Потом увидите.

— О! Какой известный ответ, — засмеялись мы.

Мы вышли на дорожку и побежали трусцой вдоль стены по периметру территории, вокруг заросшего травой и какими-то кустиками поля. Это, видимо, наш будущий сад и парк, и временный огород.

— Смотри, — привлёк моё внимание Ол, пристраиваясь рядом. — Вон там, ближе к центру, можно устроить пруд с таким расчётом, чтобы можно было в нем плавать.

— Хорошая идея.

— Идея не нова. Многие так делают. Но, в основном, для красоты.

— А мы совместим приятное с полезным.

Дальше я бежала, погрузившись в свои мысли.

Сон. Он растревожил меня, вызывая недоумение. Ещё там, на Земле, мне с молодости снился один и тот же молодой человек. Я запомнила его лицо, его добрый теплый взгляд. Когда я болела или попадала в затруднительное положение, он приходил ко мне. Если у меня возникали серьёзные проблемы, он брал меня за руку, и мы оказывались на вершине горы. Перед нами расстилался прекрасный зелёный мир с горами и долинами, реками и озёрами. Просыпаясь, я находила решение своих проблем. Если я тяжело болела, он обнимал меня, принося облегчение. После такого сна я быстро шла на поправку. А иногда мне снились глаза, с теплотой наблюдающие за мной и чего-то ждущие. И вот теперь, в другом мире, он опять на мгновение, пришёл в мой сон, улыбаясь, протянул ко мне руки и исчез.

Уффф! Пробежка, вроде, лёгкая, а уже вспотели. Пробежали трусцой не менее шести километров. Всё! Возвращаемся, принимаем ванну, завтракаем и ждём первого гостя.

— Девочки, — привлёк внимание Ольгер, — чтобы не смущать старосту и других людей, наденьте поверх брюк туники. У нас так ходят тоже. Правда, качество другое, но сойдёт.

Все разбежались по своим апартаментам. Собрались в столовой через полчаса. Туники все яркие, с принтами под народные русские узоры.

И вот такие нарядные, с косами, перекинутыми на грудь, мы собрались в столовой. Девчата распределились, кому приготовить напиток, кому принести творог со сметаной, принесённые вчера в обед по заказу Ольгера. Кто-то пошёл в подвал за колбасой и сыром. Кто-то расставлял тарелки, раскладывал ложки.

Я стала расспрашивать Ольгера о принятых у них мерах времени, веса, объёма, длины, площади и прочие. Оказалось что у них метрическая система измерения, перенятая у землян, когда были ещё Ходящие по мирам. Сейчас их осталось всего несколько эльфов и два или три Хранителя. Но на Землю не ходят. Также и с мерой времени.

— Только ещё есть миг, десятая часть секунды, — объясняет Ольгер. — У нас вращение планеты медленнее, чем у Земли, поэтому время, как бы, растянутее. И у нас четырнадцать месяцев по тридцать дней. И два дня лишних. В один день празднуется переход на другой год. Изначально год был поделён на двенадцать месяцев по тридцать пять дней и два дня лишних. В месяце было пять недель по семь дней. Но когда произошло объединение с эльфами и гомозулями, год поделили на четырнадцать месяцев и ввели названия двух месяцев: эленниэссень (по имени эльфийской правительницы) и гомозулень.

— А какой сейчас год? — услышала нашу беседу вошедшая в столовую Таня. — И в какое время у вас Новый год?

— Двадцать восемь тысяч двести семнадцатый со дня снисхождения детей Волосеня, породивших Людей Оборота, научивших добывать пищу и огонь, строить жилища. И пять тысяч триста шестьдесят пять лет со дня победы в Великой Битве и прихода Первородных, поставивших Живые Терема. Первородные дали нам Знания, Руны и Числа, научили ремёслам. Объединили нас в княжества и государства. Когда Первородные ушли за Грань Бытия, остались их дети. Некоторые стали Князьями. Князем может стать только тот потомок, который обладает не менее двумя оборотами, умением управлять и решать все спорные вопросы мирно, обладает Знаниями Кудесника. А Новолетие или, по-вашему, Новый год у нас празднуется между зимним месяцем Лютенем и весенним Белояром, в День Равноденствия смены лет.

Занимательную лекцию Ольгера пришлось прервать. Нужно успеть позавтракать, просмотреть Милины записи. Скоро должен подойти староста.

2. Первый договор

После завтрака подошёл Селиверст, напомнил, что нет привратника и теремного. «А это, кто такой?» — удивилась я.

— Это распорядитель в Тереме. Он командует всеми слугами и встречает гостей.

— Ага-а-а. Вроде дворецкого или мажордома, — сообразила я.

— Пока старосту встречу я, — предложил свои услуги домовой, — но всё-таки нанимайте теремного. Я не могу так часто проявляться перед посторонними, а вы с сестрой меня и так видите.

— А Татьяна тоже видит? Что-то она мне не говорила об этом.

— Её же Терем признал, она тоже княжна и хозяйка.

— Ладно, договорились.

— А вон и ваш гость идёт. Пойду встречать. И вы подходите, да не забудьте клятву с него взять.

— Девочки, со стола быстро убрали и приготовьте чарку с вином. У нас гость. Я его сюда проведу.

Девчонки зашустрили с уборкой, а я пошла к дверям в прихожую.

— Бус Белояр, староста деревни Махотки! — объявил Селиверст.

Я, даже, вздрогнула. Ничего себе, имечко! Тоже Белояр. Родня.

Вышла в прихожую. Смотрю на старосту. Интересный экземпляр. Высокий, статный мужчина лет сорока. Белые волосы заплетены в косу. В контраст к волосам жгуче-чёрные брови, густые ресницы, тёмно-карие глаза. Прямой аристократический нос, худощавое лицо с высокими скулами, упрямый подбородок с ямочкой. В чёрной рубахе, заправленной в чёрные брюки из плотной шелковистой ткани. Поверх рубахи распахнутый длиннополый до колена жилет. На ногах чёрные из мягкой кожи сапоги.

— Доброго вам дня и добрых дел! — поприветствовал староста. — Могу я видеть хозяина?

— Нет, потому что такового не имеется. Хозяйка я.

— Ты? Такая молодая?

— А тебя это не устраивает? — обратилась я к Бусу на «ты», так как пояснил Ольгер, обращения даже к Великому Князю только на «ты». На «вы», когда не один человек, а два или несколько.

— Устраивает, коли Терем признал.

— Бус, прежде, чем мы приступим к обсуждению наших дел, ты должен произнести клятву.

— Давай чарку. Правильно начинаешь, Хозяйка.

Я заглянула в столовую. Все сидят напряжённо притихшие, прислушиваясь к тому, что делается в прихожей. Поманила Таню, указав на чарку с вином. Вернулась к старосте, следом подошла Таня с чаркой и белой столовой салфеткой.

— Держи, Бус. Меня зовут Анна, а это моя кровная сестра Татьяна, тоже признанная Теремом. Татьяна, это Бус, староста соседней деревни Махотки.

— Чудные имена у вас, — хмыкнул Бус, встал на Розу ветров перед белым кругом, напротив Знака Земли и торжественно произнёс клятву:

— Я, Бус Белояр, сын оборотного народа Волков, внук Князя Белояра и правнук Великого Князя Волосеня, клянусь жизнью своей и оборотом, тебе Анна и тебе, Татьяна, что не причиню вам вреда, вашим друзьям и домочадцам ни действием, ни бездействием, ни словом, ни помыслом, ни молчанием. Ни под каким видом не раскрою вашей тайны. ОУМ!

Капнул несколько капель на круг. Капли исчезли, а Знак Земли вспыхнул ярким светом.

— Принята, — удовлетворённо произнёс Бус и опрокинул содержимое чарки в рот. Взял у Тани салфетку, вытер губы.

Я пригласила Буса в столовую, извинившись, что пока не можем принять его как положено. Но в следующий раз будем встречаться в кабинете.

— Разрешите вам представить, — начала я, как только мы вошли в столовую, — Бус Белояр, староста деревни Махотки.

Бус окинул весёлым взглядом цветник из девушек, рассевшихся по лавкам, задержал взгляд на Ольгере, кивнул ему в знак приветствия. Потом, вдруг что-то заподозрил, ещё раз прошёлся по лицам девушек, смотря прямо в глаза каждой, кивнул себе, в чём-то определяясь, и произнёс, слегка осевшим голосом, традиционное приветствие.

— Проходи, присаживайся, — пригласила Таня Буса за стол с торца.

Мы прошли с сестрой вокруг стола, я села напротив Буса, Таня — рядом. Передо мной лежал блокнот с записями.

— Как я увидела, ты всё про нас понял? — обратилась я к Бусу.

— Что ж тут не понять, Княжна. А сестрица тоже Княжна?

— Пока ещё нет. Молода. Ну а раз ты про нас всё понял, легче будет разговаривать. У нас много будет работы и очень мало свободного времени. Поэтому, начнём с того, что нам нужна женщина, сведущая в Укладе, современной одежде, которая будет нам подсказывать, кое-чему учить и руководить прислугой. Если у вас в деревне такой нет, то подскажи, куда обратиться. По-родственному, — улыбнулась я.

— Хм! — хмыкнул с улыбкой Бус. — Коли по-родственному… так мы ж тут все одного рода, все родственники. Все потомки Князя Белояра. В деревне есть такая девушка. Из оборотных. Тридцати лет. Работает учительницей у малолеток. Их ещё нельзя отправлять в город, слишком малы. Поэтому пять лет учатся в школе в деревне. Вот я её к вам и направлю. Через неделю занятия заканчиваются, пусть с вами позанимается, всё приработок.

— Хорошо, договорились. Все денежные дела у нас ведёт Мила, пока с помощью Ольгера. Мила, подойди сюда, присаживайся.

Мила прошла к столу и присела на стул рядом со мной.

— Следующее. Нам нужны две поварихи — одна будет заниматься приготовлением супов, вторых блюд, а другая займётся хлебами, выпечкой. Ну, естественно, они должны быть дружны, помогать друг другу. Если им понадобятся помощники, то, пожалуйста. Пока будут готовить на тринадцать человек, а через две недели к нам прибудут гости в количестве семи молодых людей, друзья Ольгера. Об оплате договоримся. Сейчас оплату не обговариваем. Потом, как я изложу все наши потребности, сядете с Милой и Ольгером и обговорите.

А пока следуем далее. Нам нужен привратник, который будет встречать и провожать гостей. Сразу, предупреждая твой вопрос, объясняю. Теремной нам пока не нужен. Осенью мы уедем учиться в Магическую Академию. Зачем тут держать людей, если ни чего не изменится. Поэтому направь какого-нибудь серьёзного, сообразительного отрока, когда закончатся занятия в старшей школе. Пусть ему зачтётся бытовая практика. Да, желательно, чтобы все наёмные работники, особенно в Тереме, были оборотными.

Ещё нужны горничные. Желательно девушки, владеющие бытовой магией. Может, кто пожелает поработать после школы перед учёбой в других учебных заведениях.

Далее. Нам нужны свежие продукты. Пока тоже не очень много, но каждый день. Рассчитываться будут поварихи, но контроль будет, так как будут отчитываться еженедельно перед Милой.

У вас в деревне можно нанять лошадь с коляской на четырёх человек? Нам нужно съездить в город. И, скорее всего, нам понадобится ещё наёмная подвода с возницей, чтобы привезти из города вещи.

Договорились о найме лошадей с коляской и подводой, о найме горничных, тоже на лето. Договорились о найме конюхов, садовников и работников для посадки и посева садовых и огородных культур. О найме портнихи, плотников, столяров-мебельщиков. О вспашке земли под сад и огород, а так же, если семена останутся, вспахать дополнительную площадь возле деревни.

Ну, кажется, всё обговорили. Если что всплывёт, то деревня-то рядом. Оставила Милу, агронома Лину и Ольгера договариваться насчёт оплаты, предупредив Буса о том, что для всех мы воспитанницы приюта Божественной Лады, и отправилась в казну за деньгами. Тех, что взяли вчера, будет недостаточно.

Прошла в казну. Сколько монет взять? Положила в кожаный кошель три горсти серебрушек. В холщовый — горсть меди, а в бархатный — горсть золотых. Пока хватит. Завтра в город поедут. С Ольгером прикинем, на что и сколько.

Обговорив всё ещё раз, без меня и договорившись, что люди будут после обеда, Бус ушёл.

— Ол, а Бус — кто? — задала я волновавший вопрос.

— А тебя что интересует?

— Да меня его волосы смутили, их цвет. Слишком белые.

— У него дед — эльф. Сильная кровь. А по обороту — Белый Тигр.

— А сколько ему лет?

— Двести пятьдесят два.

— Что-о-о?! — хором удивились мы.

— Это ж, сколько лет вы живёте? — спросила Варя.

— Оборотные от пятисот до семисот лет, а «чистокровные» — от ста пятидесяти до двухсот.

— Значит, мы будем жить пятьсот лет?! — прижав руки к голове, восторженно-вопросительно воскликнула Сима. — С ума сойти!

— Ну, почему пятьсот? Дольше. У Анны мы видели Ладона. А Ладоны живут тысячу лет, — разъяснил нам Ольгер сроки жизни людей.

Мы молча смотрели на Ольгера, не находя слов. Подумать только — тысяча лет! Мы в шоке!

— А вы смешиваетесь? Вот ты — Волк Можешь жениться на Пантере и иметь от неё детей? — спросила Майя, отойдя от шока.

— Конечно, могу. Мы же человеческая раса, способная к обороту. Только у нас тогда мальчики будут Волки, а девочки — Пантеры.

— Странно как-то, — проговорила я.

— Ни чего странного. Девочки наследуют ипостаси матерей, а мальчики — отцов. Вот у тебя три оборотных ипостаси. Выйдешь замуж, допустим, за меня. У меня одна ипостась, пока. Дочь может унаследовать любое количество твоих ипостасей от одной до трёх. А сын только одну мою. Мы с тобой несколько из разных родов, хотя предок у нас один. А если бы я был из Белояров, то и сын мог бы, с небольшой вероятностью, унаследовать до трёх ипостасей.

Ладно, не забивай голову себе и девчатам, успеете ещё во всём разобраться. Чем займёмся?

Я предложила заняться перестройкой подвала.

3. Да здравствует перестройка!

Сходили в подвалы все вместе, осмотрели казематы. Начертили план, указав размеры. Бассейн решили увеличить только один, женский, чтобы в будущем устраивать в нём соревнования по плаванию. Из «предбанника» сделать переход в спортивные залы: баскетбольный, волейбольный, бильярдный, для настольного тенниса с двумя столами и просто спортзал с различными спортивными снарядами и приспособлениями. Вход в казну сделать из кабинета. И второй вход в спортивные залы рядом с кабинетом.

Прошли с Таней в кабинет. Я позвала Светозара, который не замедлил появиться:

— Доброго дня и добрых дел, Хозяюшки, — поприветствовал нас Дух Терема.

— И тебе, Светозар, Доброго дня и Добрых дел, — ответила я.

— Какие у меня дела? Всего делов-то, Терем беречь.

— А, вот мы тебя сейчас и нагрузим делами. Присаживайся за стол.

— Это твоё место, Княжна.

— Садись, садись! Не упрямься!

— Ох, как она раскомандовалась, — устраиваясь за столом, смеясь, произнёс Светозар. — Ну, какие у вас дела? Выкладывайте.

— Вчера ты мне пообещал переустройство подвалов. Вот, что мы надумали, — выложила я перед Светозаром наши наброски.

— Что же вы такое надумали?

— Светозар, зачем нам темницы? Триста лет обходились без них и ещё столько же обойдёмся. А на месте их мы оборудуем красивые залы, где сможем отдыхать. Причём, с хорошей физической нагрузкой.

— Это как?

— У нас на Земле есть очень хорошие игры. Во время этих игр нужно много двигаться, соревноваться. Есть и спокойные игры, но заставляющие мыслить.

Я подробно описала игры в волейбол, баскетбол и другие.

— Это хорошее дело. Так как же будем перестраивать?

— Вот смотри. Бассейн в женской купальне нужно увеличить вот по этим размерам. Из прихожей перед купальнями вывести проход в спортивные залы.

Казну нужно переместить так, чтобы вход в неё был из кабинета. А из зала, что перед кабинетом провести вход в коридор со спортзалами. И ещё нам нужна комната для погружения в состояние покоя, медитации, но, думаю, можно устроить в одном из спортзалов. Ну, это я сама.

Ещё нам нужно сделать вот такой проём-окно из столовой в кухню, чтобы не бегать с блюдами и подносами из кухни в коридор и в столовую. А на третьем этаже в левом крыле сделать ещё гостевые покои, отгородив их от служебных.

— Умно придумано. Сделаю прямо сейчас. А вы, пока все выйдите часика на три, прогуляйтесь. Со двора тоже уйдите. Ворота и калитка будут закрыты. Вернётесь, когда откроются ворота. Только то, что нужно сделать из дерева, это уж вы сами.

— Хорошо.

— Ой, ещё забыла! А во дворе ты можешь что-нибудь сделать?

— Могу по всей ограждённой территории и даже со стеной, может, что надо сделать. А что хотела-то?

— Так для машины во дворе гараж поставить. Это такой сарай специальный. Мы тебе потом его нарисуем и покажем. Пока не к спеху. И ещё хотим пруд сделать в будущем саду. Но это тоже ещё хорошенько продумать надо. Так что извини, но мы тебя работой загрузим и скучать не дадим.

— Это хорошо! Я за триста лет наотдыхался!

Мы распрощались со Светозаром, прошли в столовую, где нас все ждали.

— Так, дорогие мои, — привлекла внимание беседующих между собой девушек и Ола. — Сейчас мы покидаем Терем и двор часа на три. Здесь начнётся великая перестройка подвала и не только. Будет очень большой магический фон, и мы можем погибнуть. Я предлагаю пройти в лес, из которого мы выехали. Погуляем. Мила, захвати блокнот с ручкой, нужно ещё кое-что обсудить.

Все разом заговорили и поспешили на выход. Прошли в ворота, которые сразу же за нами закрылись.

4. Лесные люди

Прошли через поляну по следам машины, перешли дорогу.

— Здравствуй, ЛЕС! — раскинув руки и подняв лицо к вершинам деревьев, крикнула Лада.

— Здравствуйте, здравствуйте, — с хрипотцой отозвался лес.

— Какое странное эхо! — удивились девчата, а я с улыбкой посмотрела на Лешего.

— Выходи, эхо, покажись всем.

— Доброго вам дня и добрых дел, красавицы! — проговорил традиционное приветствие Филимон.

Девчата опешили, впервые видя Лешего наяву. Затем окружили его, рассматривая со всех сторон.

— Спасибо, Филечка!

— И тебе добрых дел!

— Какой ты красавчик!

— Ты без нас не скучал?

— Что нового в лесу?

Филимон довольно улыбался, не зная на чьи вопросы отвечать. По всему видно, что нас он ждал и встрече рад.

— Тут, вот к вам на встречу напросились, — повёл рукой Леший. — Уговорили с вами познакомить.

Из-за деревьев стали выходить маленькие, не более полуметра, человечки в зелёных курточках и таких же штанах, в сапожках из коричневой кожи. На голове шапочки, типа тирольских, с птичьими перышками от одного до пяти штук. Круглолицые, зеленоглазые, тёмно-русые волосы и такого же цвета брови дугой. Носики маленькие, пуговкой, прямой рот с тонкими губами, чуть заостренный подбородок. У некоторых бороды разной длины. Сначала они все разом заговорили, точнее «защебетали».

Леший их угомонил, велев говорить старшему. Вперёд выдвинулся человечек с пятью пёрышками на шапочке, с бородой до середины груди. Он заговорил, Филимон стал переводить, а мы внимательно слушать.

— Доброго вам дня и добрых дел, Пресветлые! — удивил нас приветствием гном Речь его, похожая на щебет, с присвистом и звонким «ц». — Мы очень рады, что это место ожило. Нам было тяжело чувствовать здесь пустоту. Теперь здесь живёт радость. Мы хотим вам сделать подарок.

Молодой гном с одним пером в шапочке зашёл за сосну и принёс что-то вырезанное из дерева в половину своего роста. Ольгер присел, взял у гнома изделие и подал с улыбкой мне. Девчата восторженно вздохнули, а я, затаив дыхание, смотрела на удивительную вещь, изготовленную с большим мастерством и вкусом.

На плоской круглой подставке, изображавшей покрытую рябью воду, стоит удивительной красоты нагая девушка, смотрящая с надеждой вперёд. Одну грудь прикрывают волосы. За спиной у неё полураспахнутые лебединые крылья, на которых можно разглядеть каждое пёрышко. Перед ней, поперёк, прикрывая до груди, стоит Единорог, повернув голову туда, куда смотрит девушка. Над ней раскинул могучие крылья Ладон, опирающийся на подставку хвостом. Каждая чешуйка вырезана с большой тщательностью. Скульптура вырезана из светлой сияющей, очень лёгкой древесины.

У меня на глаза навернулись слёзы, в горле встал комок. Посмотрела на девчат. У них тоже в глазах блестят слёзы. Даже Ольгер напряжённо замер, глядя на это чудо.

— Кхек! — нарушил молчание Леший. — Вот это подарок!

Гномы снова все разом «защебетали».

— Они очень рады, что вам понравилось, — переводил этот «щебет» Филимон. — Они никогда не видели такого чуда, какое было той ночью на лесном озере. О таком им только рассказывали деды. Они хотят вам делать ещё много подарков и приглашают приходить к ним в гости, тоесть, в лес.

Я, опустившись на одно колено, присела перед этим удивительным народцем, чтобы им было удобней смотреть мне в глаза.

— Я очень растрогана вашим подарком и с большой благодарностью принимаю его. Я не знаю, чем могу вас отблагодарить за это чудо.

Гномы внимательно смотрели мне в глаза и кивали головами в такт словам. Филимон не переводил меня. Видимо, гномы понимают человеческую речь.

Лесные люди «прощебетали», прощаясь, и исчезли за стволами деревьев. А мы ещё некоторое время приходили в себя от этой удивительной встречи и не менее удивительного дара.

Потом ещё долго рассматривали статуэтку, обсуждали произошедшее.

— Филимон, — обратилась я к лешему. — А они меня разве поняли?

— Да тебя даже деревья поняли, такой силы чувства из тебя плескались. А лесные люди сильно это воспринимают. Им и перевод не понадобился. Они от тебя, как от Грааля зарядились.

— А грааль, это что? — спросила Рина (Катерина).

— Грааль — это такой волшебный камень, — объяснила Маша. — Я где-то об этом читала.

— А, разве, не чаша, из которой пил Иисус Христос? — спросила Лана.

Я не сдержалась, чтобы не прочесть:

— Нет, девочки, — вступил в разговор Ольгер. — Грааль — это, действительно, камень, точнее, кристалл молочного цвета. Источник магии, дарованный нам Триединым.

— Выходит, что Грааль — это не сказки, не выдумка? — удивленно произнесла Варя.

— Ой, девочки, мы про нашу Землю и историю вообще очень мало знаем! — подвела итог Таня. — Одни учёные одно говорят и пишут, другие — другое, а третьи вообще руками разводят.

Мы медленно брели по краю леса вдоль дороги.

— А чудной этот народ, гномы, — тихо произнесла Майя. — Разговаривают на птичьем языке. А кроме Филимона, их ещё кто-нибудь понимает?

— Понимают, — ответил Ольгер. — Хранители и эльфы.

— Слушайте, люди, — решила я перевести разговор на другую тему. — У нас с Олом идея одна возникла. Точнее эту идею Ол и подсказал. Нужно в будущем парке устроить пруд. Такой, чтобы и красиво было и полезно.

— Рыбу, что ли, развести? — смеясь, предположила Майя.

— Ну, почему рыбу? Хотя можно и рыбу. Тоже неплохая идея. Только отдельный пруд нужен. А этот будем использовать для купания и плавания. Вот давайте присядем где-нибудь и обсудим. И поторопимся, пока не вспахали всю площадь. Придём и наметим колышками.

Нам подвернулся ствол поваленного дерева, вросший в землю наполовину. На нём мы и устроились. На обсуждение и оформление идеи в чертеже ушло не мене часа. Пруд должен получиться отличным. А ещё я предложила Симе обдумать проект гаража для «Газели». Так незаметно, с пользой пролетело отведённое нам время.

На обратном пути я спросила у Ольгера, из какого дерева вырезана скульптура.

— Из селенной ивы. Очень редкое дерево. Растёт в основном в эльфийском лесу. Очень красивое. А чтобы у изделия был такой сияющий эффект, древесину нужно брать в полноселение.

— Не валили же гномы целое дерево на фигурки? — задалась вопросом Лина.

— Гномы очень бережно относятся к деревьям. Дерево крупное, но ниже сосен почти в два раза, а ствол такой же толщины. Для изделий же гномы срезают один сук и крайне редко, для особых подарков.

5. Закладка сада-огорода или первое знакомство с чудесами магии

Возле ворот нас уже ждали.

Батюшки! Да тут собралась вся деревня! Мужики с конями, запряженными в косилки и в телеги, на которых лежали плуги, вилы. Женщины с граблями и просто без ничего.

— Где вы ходите? — обратился к нам Бус. — Мы вас с полчаса ждём.

— Извините, но это от нас не зависит, — ответила я. — Мы тоже не попадём во двор, пока не откроются ворота.

— А кто их вам откроет и когда? — выкрикнула бойкая круглолицая женщина с граблями.

— Вот сейчас и увидим, — ответил Ольгер.

Тут ворота медленно открылись, и вся толпа двинулась во двор.

Девчонки плотно окружили меня с подарком, и мы тесной кучкой пробежали в Терем. Мне нужно было убрать статуэтку, чтобы она ненароком не попала кому-либо на глаза. Унесла её в спальню.

Когда вернулась во двор, там уже кипела работа. В первую очередь выкосили по всей площади траву. Оказалось, на том месте, что надумали устроить пруд, есть небольшой и неглубокий котлован. Ольгер принёс колышки, наколотые из поленьев, и мы быстро сделали разметку пруда вокруг котлована, увеличив площадь втрое. Траву всю сгребли и убрали в стожки во дворе. Ольгер обещал её сегодня же высушить и прибрать на корм лошадям.

Когда площадь будущего сада была вспахана, занялись устройством гряд. Тут уж управление коллективом взяла в свои руки Лина. В помощь к ней встал Бус. Было очень интересно на них смотреть. Лина указывала направление, а Бус взмахом руки прокладывал дорожки. Вначале он проложил широкую дорожку от двора к «пруду». Но на середине дорожки Галина определила место для круглой клумбы. Бус оформил её в виде спирали-лабиринта посурий. Земля, на месте дорожек, оседала и уплотнялась. Женщины граблями выравнивали поверхность гряд, разбивали комки земли.

Решено было начать с посадки сеянцев растений, привезённых Ольгером. Это тоже оказалось занимательным зрелищем. Ольгер брал растеньице, водил пальцем над местом будущей лунки, и там образовывалось углубление, куда устраивался сеянец в торфяном горшочке. Галина слегка прихлопывала почву вокруг растения и что-то шептала.

— Лина, ты что, колдуешь? — спросила удивлённо Таня, которая, как и все мы, с интересом наблюдала за их с Ольгером действиями.

— Это меня бабушка научила, чтобы рассада и саженцы легко и быстро укоренялись.

— А говорите, на Земле магии нет, — сказал удивлённо Ольгер. — Да это же самая настоящая магия земли и растений. Она произносит ту же самую формулу, что и мы. Вот и проявляются ваши сущности, ваши способности. Ладно, Лина, пойдём другое что-нибудь начнём сеять, а с саженцами наши женщины управятся. Они видели, на каком расстоянии нужно высаживать.

На трёх грядах три пары женщин принялись высаживать экзотические растения, а Галина принялась показывать остальным, как правильно посадить лук, приготовленные заранее и замоченные зубчики чеснока, картофель, семена помидор, баклажанов, перцев, огурцов, капусты и прочие, привезённые нами культуры. Арбузы, дыни, тыквы, кабачки и патиссоны посадили в конце огорода. Среди них посеяли декоративные подсолнухи, клещевину. Семена использовали почти все. В центре клумбы высадили магнолию. Если всё будет для неё благоприятно, то зацветёт через год. Далее по спирали пошли розы. Сначала три кустика бордовых, следом три — красных, далее три — розовых и три — белых. За розами посадили клубни крупноцветковой махровой бегонии, тех же цветов, что и розы и в том же порядке. И завершили клумбу посевом смеси годеции. Остальные цветы высадили и посеяли на гряды вперемешку с овощами. Причём чередовались гряды с растениями в каком-то определённом порядке, ведомом только нашему агроному. Обещала, что когда всё зазеленеет и зацветёт, будет красиво и гармонично. Мы ей верим!

Виноград посадили, пока временно, вдоль одной стороны огорода.

Оставшиеся по десять пакетиков семян фасоли, вьющихся цветов, бархатцев и пять клещевины, решили отдать жителям деревни. Галина объяснила женщинам, что собой представляют эти растения, где и как их посадить. Пакетики быстро разошлись по рукам. Их доверили самым сильным обладателям магии земли и растений.

Всё! Ещё одна гора с плеч! Работники стали разъезжаться и расходиться по домам.

Ольгер с Бусом встали лицом к саду-огороду, подняли руки вверх и обратили лица к небесам. Что-то начали говорить на непонятном языке. В небе над нами появилось маленькое белое пушистое облачко, которое быстро росло, темнело, наливаясь свинцовой тяжестью.

Завершив заклинание протяжным «О-о-о У-у-у М-М!», опустили руки. Ольгер как бы распростёр ладонь над садом-огородом, обводя ею площадь посадки, и резко опустил руку. Пошёл ровный спокойный дождь, поливая только означенную площадь. Мы заворожено посмотрели сначала на совершённое чудо, а потом на самих виновников локального дождя.

— Волшебники!

— Кудесники!

— Повелители дождей!

Заговорили восторженно девчата.

— Я здесь не причём! — стал, смеясь, открещиваться от содеянного Бус. — Это ваш Ольгер волшебник. Я просто немного помог ему.

— Бус, — обратилась я к старосте, — ты нам не подскажешь, где в здешних окрестностях самое продуваемое ветрами место?

— Коли не секрет, зачем вам такое место?

— Не секрет, — с улыбкой ответила я. — Несколько деревьев нужно посадить, а на ветру они лучше плодоносят.

— Так вон, с той стороны, за стеной. Там место ровное, просторное, земля хорошая. Можно посадить.

— Спасибо, Бус!

Ольгер подал Бусу кожаный кошель с деньгами за работу. Эти деньги пойдут в общую деревенскую казну на содержание младшей школы и другие общественные нужды. Договорился, что завтра утром будут поданы коляска и повозка, но не очень рано, определились по времени.

Бус привлёк моё внимание:

— Хозяюшка, ты не волнуйся на счёт наших людей. Они обо всём предупреждены и в храме, перед Триединым и Волосенем, дали клятву. Можете на них во всём полагаться. Там в кухне женщины уже готовят ужин. Ты им выдай денег для расчёта за продукты.

— Спасибо! Благослови вас всех Триединый! — Что ещё я могла сказать? Вот научусь всем нужным словам, тогда не буду чувствовать себя неловко. А то говорю, что на ум приходит. Может, так и нужно?

6. Сим-сим, откройся!

Разбежались по комнатам, умылись и снова собрались в столовой.

Окно на кухню сразу же бросилось в глаза. Проём отделан белым мрамором, встроена зелёная малахитовая полка. Со стороны кухни — тоже. В кухне, весело переговариваясь, работают две женщины.

Две сестры. Бойкие. Круглолицые, кареглазые, чернобровые. Пухленькие, но в меру. С подтянутыми животами. Как сказал Ольгер, у них нет женщин с большими животами, очень большой грудью и безобразно толстых. Потому что оборотные вообще не толстеют.

Стали знакомиться. Дана и Рада. В юности в школе проходили специализацию по искусству приготовления пищи. У Даны трое детей. Старшие дочь и сын, двойняшки, учатся в старшей школе, предпоследний год (девятый). Младший сын учится последний (пятый) год в деревенской школе. У Рады двое детей. Старший сын заканчивает полное школьное обучение, хочет поступать в Военную Академию. Дочь окончила школу, будет поступать в школу специализации.

— Ол, а зачем вам военная академия? — спрашиваю Ольгера. — У вас нет войн.

— Да. Войн нет. Но всегда нужно быть готовым к худшему, надеясь на лучшее. Военные знания нужно усовершенствовать, передавать следующему поколению. Если сейчас у нас всё хорошо, то это не значит, что может всё измениться. Живёшь в ладу и мире, но будь всегда готов к войне. Так нас учат Хранители и древние книги.

— Аня, — прервала нашу беседу Таня. — Не знаю, как всем, а мне не терпится посмотреть обновлённые подвалы.

— Ой, и нам тоже! — загалдели девчата.

Мне тоже не терпится. И я совсем не против того, чтобы посмотреть, что там получилось у Светозара. Решили начать осмотр с купален.

Спустились в прихожую перед купальнями. Налево в стене широкий арочный проём на лестницу, ведущую вверх. Заходим в женскую купальню. Бассейн изменён значительно. Увеличено количество лесенок для выхода из воды: по две с торцов и две со стороны лавок. Вот теперь поплаваем!

Идём смотреть дальше. Поднялись по лестнице на этаж выше, и вышли в коридор «спортивного комплекса». Просмотрели все залы. В баскетбольном зале, волейбольном, для настольного тенниса и спортивном нужно настелить деревянные полы. Установить скамейки для зрителей. В зале для бильярда нужно заказать бильярдные столы, шары, удобные диванчики. Как-то красиво оформить, расписать стены. Работы прорва. Когда и как со всем этим справиться? Придётся нанимать управляющего. Надо посоветоваться сначала с Ольгером, потом с Бусом. Вернулись в столовую.

Вот и ужин подоспел. Хоть уж этим заниматься не нужно. Может в охотку когда, что-нибудь сообразим.

А с окном очень удобно. Женщины подавали, мы расставляли блюда, кувшины с вином, чарки и прочую посуду. Поужинали, вернули освободившуюся посуду в кухню. Пришла Дана, собрала скатерти с салфетками, и мы снова расселись за столом.

— Ол, вот кошели с монетами, — выложила я на стол перед Ольгером, принесённые сейчас и ранее кошели. — Посмотри и прикинь, хватит ли. Если нет, ещё принесу. И нам растолкуй их значения.

Ольгер принял от меня кошели, высыпал их содержимое по кучкам на стол. Девчата начали их разглядывать, вертеть в руках.

— Смотрите. Вот эта золотая монета — один ладон, — Ольгер начал показывать нам монеты и объяснять их достоинство. — На ней, на одной стороне Ладон, а на другой — буква «Азъ». Это буквенное написание единицы.

А на этой, она размером чуть больше одного ладона — буква «Инить» — десяток. Десять ладонов.

В одном ладоне — десять витязей. Это серебряные монеты, мельче ладона. На одной стороне отчеканен витязь, а на другой — достоинство монеты — «Азъ». Есть ещё монеты достоинством «Есть» — пять.

Медные монеты ещё мельче. Это обороты. На них отчеканены различные обороты потомков Волосеня. Их любят коллекционировать подростки. Но монеты надо заработать самим, а не выпросить у родителей. В одном витязе — десять оборотов.

А ещё есть мелкие медные монеты — звёздочки. Тут их нет. В одном обороте пять звёздочек. Они в форме двенадцатиконечных звёздочек с отверстием по центру. Это чтобы не терялись. Их нанизывают на нить. Девочки вплетают их в косы. Чтобы монетки блестели, их моют в специальном отваре под воздействием магии. После этого монетки не темнеют.

— Ну что, девочки? Разглядываем, запоминаем и считаем, — предложила Мила.

Пересчитали мы содержимое кошелей, получилась приличная сумма. Но Ольгер сказал, что этого может не хватить. Я предложила ему сходить со мной в казну. Девчата напросились с нами. Разрешила. Пусть посмотрят, жалко, что ли?

Прошли в кабинет. О! А кабинет-то тоже изменился. Увеличился. Остался стол, стулья. Надо сюда заказывать мебель. На дверце, что вела в казематы, ладонь, выложенная серебром. Приложила левую ладонь, открылся вход на небольшую лестничную площадку.

— Сим-сим, откройся! — пошутила я под хихиканье девчат.

Пропустила вперёд Таню, а за ней девушек. Когда начала спускаться по каменным ступеням, дверь закрылась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ступени, сделав плавный поворот, почти упёрлись в дверь с серебряной ладонью.

— О, как тут! — серьёзно произнесла Мила. — Как в кино. Вход в бункер по отпечатку пальцев.

Девчата промолчали в ожидании чуда.

По прикосновению ладони открылась каменная дверь, и мы вошли в помещение. Дверь закрылась.

С минуту немая сцена, тишина, сдерживаемое дыхание девчат. Потом раздались ахи, охи и другие восторженные междометия, даже, нецензурные.

Помещение казны стало тоже больше, просторнее. Оно занимает площадь под залом перед кабинетом. Сундуки и сундучки стоят распахнутыми. Светозар, видимо, постарался, чтобы удивить девушек, которые кинулись рассматривать содержимое. Я разрешила примерить украшения. Ой! Что тут началось! За неимением зеркала, крутились друг перед другом. Ольгер, посмеиваясь, покачивал головой.

Подозвала его к ведёрной вместимости сундучкам с монетами. Он предложил взять десяток золотых монет достоинством в десять ладонов, штук тридцать ладонов, не считая, его горсть серебра, две горсти меди. На полочке, не замеченный ранее, обнаружился парусиновый мешочек со звёздочками. Набрали горсть звёздочек в холщовый кошель. Взяли пару пустых кошелей: холщовый и кожаный.

— Кхм, кхм, — раздалось мужское покашливание.

Девчата замерли, а в помещение казны начало сквозь стену просачиваться белое привидение.

— Я не помешаю?

Раздался оглушительный визг. А Светозар, довольный произведённым эффектом, громко расхохотался. Ну, шутник! Девчат чуть до инфаркта не довёл. А они что, его видят?

— «Конечно, видят».

Спокойными оставались только я, Таня и Ольгер. Провизжав, девчонки впали в истерический смех. Кое-как успокоились.

— Анна, ты почему не сказала, что тут привидение живёт! — возмутилась Сима.

— Девочки, знакомьтесь! Это наш ангел-хранитель, Дух Терема волхв Светозар.

Девочки начали поочерёдно представляться Светозару. Он добродушно улыбался, внимательно разглядывая каждую.

Налюбовавшись на драгоценности, ювелирные украшения, вернулись в столовую.

— Вот и познакомились с тем, кто нам тут всё переделывает. Как впечатление? — я весело посмотрела на девчат.

— Ох…! Чуть не описались, — за всех ответила Лина.

— Ну, что? Проведём небольшой совет. Завтра едут у нас в город…. А, кстати, как он называется? — я посмотрела на Ольгера.

— Ильмерь. Он не большой. Потому что не стоит на тракте с большим движением. Там даже нет постоянно действующего портала. Но ваших потребностей на сей день удовлетворит. Денег нам хватит, чтобы выбрать самое лучшее.

— В выборе качественных товаров, конечно, в основном полагаюсь на тебя. Значит, едут: Лена, Таня, Ол. И ещё я пригласила через Буса местную портниху. Думаю, её помощь понадобится. Особенно в выборе готовой одежды. Платья берите простенькие, но из хорошей ткани. Лёгкие куртки и штаны для занятий, для прогулок в лес. Машинки как договаривались. Обувь. Тоже смотрите сами. Сейчас, Лена, сними с нас мерки для одежды и обуви. Запиши. Возьми у Лины необходимое. Что там есть — тетрадь, ручку. Завтра выедете сразу после завтрака. Ольгер, в какое время вы там будете?

— Часа в четыре. Мы ещё успеем осмотреть достопримечательности и побывать в нескольких лавках и прицениться, может что-то купить. А вернёмся завтра к вечеру.

— А почему нельзя съездить всем? — спросила Варя. — Каждый бы примерил платья.

Девчата на неё зашумели. Нельзя! Мы слишком приметные и привлекать к себе внимание не имеем права. Вот когда обживёмся, оденемся соответственно, не выделяясь среди местных жителей, вот тогда и сможем все побывать в городе. Но не дальше. До осени у нас не будет времени на путешествия, на поездки по гостям. Будем втягиваться в местный Уклад.

— Да и нельзя, Главным Хранителем наложен запрет на гостевания и приём гостей, — добавил Ольгер. — Разрешено только молодёжь принимать.

Ещё немного поговорили, я подсказала Ольгеру саженцы ореха прибрать в подвал, на хранение магией, потом посадим.

— Да-а! Мне же ещё траву нужно прибрать! — вспомнил Ольгер и направился во двор.

Мы, конечно, следом. Интересно же, как он будет прибирать один столько травищи!

— Стойте здесь, — притормозил нас парень, когда вышли через кухню во двор. — А то ненароком задену.

Снедаемые любопытством, замерли, а потом и вовсе стояли ошеломлённые, отвесив челюсти.

Ольгер, окинув взглядом, обвёл руками территорию заднего двора, заваленного скошенной зелёной травой, и зашептал заклинание. Трава стала подниматься от земли, собираясь в огромную кучу, закружилась в могучем вихре, перемешиваясь и поднимаясь ввысь. Ольгер стоял, протянув руки в направлении вихря и пошевеливая пальцами, словно удерживая его и вороша траву. Но вот он медленно опустил руки, и трава, совершенно сухая, плавно осела, сложившись в большой стог возле конюшни.

Мы отмерли и восторженно заговорили все разом. Надо же! Столько травищи высушил и сложил в стог не более, чем за десять минут. Вот оно, действие магии! За сегодняшний день мы наблюдали её великую пользу второй раз. Ольгер снисходительно улыбался, глядя на нас.

Всё! Сегодня волшебства больше не будет. Отправились по покоям. Лена с сантиметром, блокнотиком и ручкой прошлась по комнатам, сняла с нас мерки. Я зашла к Симе узнать, готов ли чертёж проекта гаража. Получив утвердительный ответ с готовым чертежом, отправилась к себе.

Ну, вот. Ещё один день прожит. В ванную и баиньки.

7. Перестройка, перестройка

Утром, после пробежки и завтрака проводили своих купцов в город. Постояли немного на крыльце, провожая взглядом.

— Девочки, мы ещё не всё осмотрели в Тереме. Из прихожей перед кабинетом и библиотекой ещё двери есть. Я даже туда не заглядывала, что там. Как-то всё мимо проходило. Пойдёмте, посмотрим, — предложила я.

— Мы с Симой заглядывали, — сообщила Майя. — Там такой за-а-ал, огромный. Больше, чем фойе в районном доме культуры.

Мы отправились осматривать зал.

Действительно, очень большой. Четыре окна по стороне, выходящей во двор, до начала сада-огорода. По стене, напротив входа, шесть окон и ещё несколько метров без окон. На окнах, как и в других помещениях, витражи. Зал совершенно пустой, ни единой лавки.

— И, что тут было? — спросила Варя.

— Что бы тут ни было, — произнесла Лана, — предлагаю устроить танцевально-концертный зал.

— Это как? И танцевальный, и концертный? — удивилась Сима.

— Вот, смотрите, — начала объяснять Лана. — Делим визуально зал на две неравные части. Эти, — обвела она рукой пространство, — две трети — танцевальная площадь. А эту треть обустроим как концертную. Устроим здесь невысокий подиум-сцену. Обязательно, деревянный. Надо разузнать у Ола об их музыкальных инструментах. Может я, или кто из вас, сможем их освоить. Через полторы недели приезжают друзья Ола. Вот и устроим им встречу.

— Правильно! — поддержала я Лану. — Хорошая идея.

— Я подготовлю подходящие песни для нашего общего исполнения и романсы для сольного. — Предложила Лада, наша вокалистка.

— И танцы подготовить, — добавила хореограф Рина. — Составим простенький танец в стиле русского народного. А потом, под вальс что-нибудь.

— Вот и готова программа для концерта в честь приезда гостей, — подвела итог я. — А вот эти два окна нужно объединить и сделать выход в сад. Как вам такое решение?

Девчата, конечно, поддержали.

— И ещё одна идея, — продолжила я. — Давайте, попросим Терем, вырастить башню.

— Это ещё зачем? — удивилась Варя. — Тебе мало? Вон сколько всего нагородила в подвале! Теперь к небу решила подобраться?

— Ну, к небу я и так подберусь. Вот только крылья отращу, хоть лебединые, хоть драконьи. Вот, смотрите. Лене нужно оборудовать швейную мастерскую? Нужно. Я ещё раз посмотрела третий этаж. Пусть остаётся как есть.

— Но там уже есть комната для мастерской, — возразила Варя.

— Нет там ни какой комнаты. Я в прошлый раз забыла сказать про неё Светозару. Ещё нам понадобятся две лаборатории.

— Это ещё зачем? — спросила Сима.

— А за тем, что среди нас есть химик и физик. Со временем им понадобятся.

— Ты так думаешь? — спросила химик Варя.

— Конечно. Я смотрю в будущее. Как показала жизнь этого мира, нельзя во всём полагаться на магию. И ещё. Думаю, что в недалёком будущем нам понадобится портальное помещение. Мы будем учиться в Магической Академии, и сюда наведываться по выходным. Может, даже и не всей компанией. Её можно будет устроить под башней в подвальном помещении, для большей защищённости.

— От кого это ты собралась защищаться? — спросила Рина.

— На всякий случай. А вообще-то у меня предчувствие, что нам ещё понадобится защита. Не зря же вокруг нас развели столько секретности. И заканчивая с башней. Четвёртый этаж пока оставим прозапас, а на крыше устроим смотровую площадку.

— Идея неплоха, — согласилась со мной Маша. — О-до-брямс!

— Ань, раз уж взялись тут всё на свой лад переделывать, может, баньку поставим? — предложила Таня. — Купальни — это хорошо, но и попариться хочется.

Девчата идею поддержали.

— Сегодня уже не получится. Надо проект чертить, чтобы с небольшим бассейном с холодной водой. В другой раз, когда подготовимся. А пока, Сима, вы с Ольгером не намечали место для гаража?

— Наметили и колышки поставили.

— Тогда приступим к делу. Сейчас чего-нибудь перекусим, чтобы можно было прогулять обед, и пойдем в лес.

— Зачем в лес? — удивилась Майя.

— Пока башня с гаражом будут возводиться, нам нужно где-то погулять, подальше от терема. Вот мы по лесу и погуляем.

— Может, гномиков встретим, — мечтательно произнесла Лада.

— Не знаю, как насчёт гномиков, а с Филимоном встретимся обязательно. Он и проследит, чтобы мы не заблудились, — пообещала я.

Так и сделали. Я высказала своё пожелание Светозару, оставила чертежи и рисунки, напомнила про пруд и мы отправились в лес.

8. А кто такие дриады?

Как только вошли в лес, материализовался Филимон.

— Доброго вам здоровья и добрых дел, красавицы.

— И тебе добрых дел, да поболее, — пожелала за всех Лина.

— Филимон, — обратилась к лешему Майя. — Ты толи караулишь нас тут?

— Да нет, случайно произошло. У меня здесь надобность случилась. Вот мимо проходил, смотрю, вы идёте. Неудобно как-то от вас прятаться.

— А вот у меня к тебе тоже сейчас надобность случилась, — смеясь, сказала я. — Ты не подскажешь, ранние грибы ни какие не появились?

— А как же? Вчера в ельничке и появились. Сегодня самый раз брать.

— А какие грибы могу быть в эту пору? — спросила удивлённо Лена. — Рано, ведь, грибам, не их время.

— Почему рано? — удивился Леший. — Они два раза из земли поднимаются. Вот сейчас их время, потом через три-четыре месяца сызнова полезут.

— И какие же сейчас в ельнике грибы? — спросила Таня.

— Так рыжики, какие же ещё! Сейчас еловые, а через неделю-две сосновые появятся, — сообщил Филимон.

— А далече тот ельничек? — поинтересовалась Рина.

— Да нет. Здесь близко.

— Так у нас корзин нет, — расстроилась Варя.

— А мы у них попросим, — кивком головы указал Филимон на появившихся гномов.

— Ой! — обрадовалась встрече Мила, — гномики!

Да мы, вообще-то, все встрече обрадовались.

— Добрый вам день, добрых дел, друзья, — поприветствовала я гномов.

Те радостно «защебетали».

— Они тоже вас приветствуют и желают вам много добрых дел, — перевёл Филимон. — Рады, что вам понадобилась их помощь. Для вас сплетут новые корзины, какие надо.

— Когда это они ещё сплетут, а нам сейчас нужны, — сказала Лада.

— Пока вы до ельничка идёте, там уже воз корзин будет, — сквозь смешок произнёс Леший.

— Воз не надо, — отказалась я от такого количества корзин. — Каждой по ведёрной корзине, чтобы обратно нести не тяжело было.

Филимон передал нашу заявку гномам, и мы отправились вслед за Филимоном и гномами. Пройдя минут десять, обратили внимание, что сосны стали не такими огромными, вполне нормальными, как на Земле. Появился реденький подлесок и молоденькие ёлочки. А там и вовсе начался негустой ельник.

— Ну, и где здесь рыжики? — развела руками Маша.

— А ты смотри внимательней, — стал поучать Леший. — Видишь, холмики, хвоя опавшая приподнялась. Расшевели-ка холмик. Во-о-от. Ишь, красавец, какой! Молоденький, ядрёный! Ты его за шляпку ухвати, — продолжает учить Филимон, — да поверни посурий. Он к тебе в руки сам выпрыгнет. — На вот, — подал Филимон Маше гриб. — Дальше сама бери.

И началась тихая охота. Корзины, действительно, ждали нас в ельнике. Но гномов видно не было. Корзины мы наполнили довольно быстро и не спеша направились домой. Леший сопровождал нас.

— Филимончик, — обратилась к лешему Лана, — вы, Лесовики, вечные?

— Мы не вечные. Мы рождаемся и уходим за Грань, прожив три тысячи лет. Моему отцу две тысячи лет, а мне всего пятьсот.

— Ты такой молодой, и тебе доверили хранить Великий Лес, — с уважением произнесла Лада.

— Нас мало. На все леса не хватает, — с печалью в голосе сказал Филимон.

— А отец твой где? — поинтересовалась Варя.

— Вообще-то он Главный Смотритель лесов Гардарии. Но иногда ко мне наведывается, как к самому младшему. Проверяет, всё ли у меня ладно.

— А матушка у тебя есть? — спросила Сима.

— Не-ет, — засмеялся леший. — Мы не люди, не звери. Мы магические сущности. И появляемся на свет иначе.

— И как? — поинтересовалась Майя.

— Из шишки сосны Великого Леса или жёлудя Могучего Дуба из Заповедного леса. А как, я этого не могу объяснить, потому что не помню. Помню, что когда я увидел свет, рядом был отец. Он меня вырастил, обучил. До трёхсот лет я был всегда рядом с ним. Когда мне исполнится тысяча лет, у меня тоже появится сын.

— Почему же отец и сын, а не мать и дочь? — удивилась Мила.

— Да так люди нас называют — Лесовик, — дал простое объяснение Филимон.

Вышли из леса и замерли… На дороге стояли три небольших повозки. В каждой повозке по три двухведёрных короба с рыжиками. В повозки впряжены лошадки с полметра в холке. Этакие мини тяжеловозы. С короткими гривами и подрезанными хвостами.

Старший из гномов, с тремя пёрышками в шапочке, взглянув на Филимона, обратился ко мне. Леший перевел.

— Они предлагают вам ещё грибов, если надо.

— Не откажемся. А чем с ними рассчитываться?

Гном, почему-то посмотрел на нашего агронома Лину, потом на меня и сказал, присвистывая и пришепётывая, каждое слово отдельно:

— Нам… не… нуж-но… пла-тить…. Раз-ре-ши… хо-дить… в твой… сад.

И заговорил, глядя на Лешего на своём языке.

— Он говорит, что у вас растут растения, которые им не знакомы. Они хотят с ними познакомиться и помочь расти. А ещё они хотят познакомиться с вашей дриадой.

— С кем?! — Удивлённо спросили мы хором.

— Вот с ней, — указал на Лину кивком Филимон.

— Я не дриада, — растерявшись, произнесла придавленным голосом Лина.

Старший гном подошёл к Лине, поклонился и что-то сказал.

— Он сказал, что у тебя зелёные руки, — сообщил Филимон Лине.

Лина растерянно посмотрела на свои руки. Мы тоже, но ни какой зелени не увидели.

Гном опять посмотрел на меня и раздельно «прощебетал»:

— О-на не ве-рит?

— Она не дриада, — ответила ему я.

— Толь-ко у дри-а-ды бы-ва-ет так. — Гном взял Лину за руку и показал нам.

Я посмотрела внимательно на руку Лины и с удивлением разглядела на ногтях бледно-зелёные «лунки».

— Галина Сергеевна Студенцова, — торжественно произнесла я, — я Вас поздравляю с проявлением Вашей истинной сущности! Вы — дриада!

Девчата с интересом стали рассматривать руки Лины. А она стояла удивлённо-растерянная.

— Кккак этто? Ккто ттакая дддриада? — заикаясь, спросила у меня Лина.

— Филимон, а дриады в вашем мире есть? — обратилась я к Лешему.

— Нет. — Категорично заверил он. — Я не помню, чтобы были. Надо спросить у отца, может он помнит.

— Да-а-а. Дев с крыльями у них нет, с зелёными ногтями тоже нет. Галина Сергеевна, мы с тобой не туда попали! — сделала вывод я, чем несколько разрядила обстановку.

Девчата засмеялись.

— Э-э-э! А все-таки, кто такие дриады? — отошла от шока Лина.

— Как тебе объяснить? Вроде бы это такой вид человеческой расы. Такие люди. Они очень сильно связаны с растениями, влияют на них. А ещё они могут скользить через воду или зеркало какими-то путями. — Попыталась я объяснить Лине и остальным девушкам сложную сущность дриад, описанных в фэнтези. — Их так описывают в фэнтези. У тебя началось «цветение», то есть проявление сущности. В это время нарушена стабильность как физиологическая, так и психическая. Итог мною сказанного — в зеркало не засматривайся, в воду тоже, а то уйдёшь в зазеркалье, и мы тебя потеряем. И к деревьям тоже не прижимайся, уйдёшь в дерево.

— Ни чего себе! А как теперь жить? — расстроено спросила Лина.

— Да как жила, так и живи, — попыталась её успокоить Сима, тоже любительница фэнтези. — Мало ли, что там они нафантазируют. Про мужчин-дриад такого я не читала. Чтобы они по зеркалам и через воду шастали.

— А, вообще-то, у древних греков дриады — древесные девы, лесные жительницы, жившие в деревьях. В древнерусской, славянской мифологии — это лесные мавки.

— Ладно, девочки, пошли домой, а, — умоляюще произнесла Варя. — Дома разберёмся.

Я предложила гномам проехать к Терему, и мы, подхватив корзинки, двинулись домой.

— Ой! Девочки, смотрите! — воскликнула Майя, привлекая всеобщее внимание, и указала на Терем.

Вот это да! Над Теремом возвышалась на полтора этажа круглая башня. Башню венчала прямоугольная башенка с зубцами, конусной крышей и шпилем Красиво! Мы заспешили домой.

В первую очередь направились в кухню со двора, занести грибы и провести гномов с повозками.

В этой части двора в глаза бросилось каменное сооружение с широкими металлическими воротами. Гараж. Вернётся Ольгер, загонит в него «Газель».

В кухне нас встретили поварихи.

— А мы думаем, куда наши красавицы подевались? И без обеда, — певуче проговорила Рада. — А они, гляди-ко, сколько рыжиков насбирали. Заносите свои корзинки в кухню.

— Ты смотри, — почти пропела Дана, — кого они привели! Доброго вам дня и добрых дел, лесной народ, — поприветствовала она гномов. — Давайте ваши короба. А грибочки-то — один к одному!

Женщины взялись вынимать короба из повозок и заносить в кухню. Мы попытались им помочь, но были вежливо отправлены в столовую, обедать. Куда мы прошли через кухню, помыв тут же руки.

Часть грибов оставили в кухне, чтобы приготовить к ужину. Остальные убрали в кладовую. Под действием магии они могут долго храниться свежими. Потом приберут.

С обедом мы управились быстро. Не терпелось посмотреть башню. Я через женщин пригласила на ужин Буса с женой.

9. Изменения

Идём смотреть башню! Сначала пошли на улицу.

Сошли с крыльца, прошли влево от крыльца, завернули за угол. Башня влилась в следующий угол Терема, словно так было изначально. Цоколь башни сливался с цоколем Терема единым монолитом такого же сине-серого цвета. Сама башня была того же цвета, что и терем. Создавалось впечатление, будто она выплавлена из камня, а может так и есть.

Теперь идём внутрь. Так, ищем вход. Слышен смешок Светозара. Ищите, мол, ищите. Сами начертили, сами теперь разбирайтесь. Ладно. Разберёмся. Спустились в «спортивный комплекс». Прошли коридором мимо залов. Ага! А этот проход куда ведёт? Ура! Нашли вход в «портальный зал». Здесь пока не наших умов дело. Свободное круглое помещение в пятнадцать метров в радиусе. В центре чёрная монолитная колонна метров пяти в диаметре.

Идём искать вход на первый этаж. Ура! Нашли! Вход через библиотеку. Библиотеку с залом первого этажа башни соединяет широкая арка. Здесь можно оборудовать что-то вроде читального зала и комнату для настольных игр. Арочные окна метра два шириной. Красиво. Уходим.

Идём на второй этаж. Проходим женскую половину до конца. Э-э-э! Что с нашими с сестрой спальнями? Их нет. Наши с Таней апартаменты обрезаны. Как раз в этот угол Терема вписалась башня. Об этом я не подумала. Займём апартаменты напротив. Дверь в них, закрытая при вселении, оказалась открытой.

Вошли в башню. Окна на этом этаже такие же, как во всём тереме Колонна пронизывает всю башню до крыши. Здесь будут работать наши химик с физиком. Так, а это что? Проём прямо на улицу. Выход на небольшую площадку, с которой начинается спуск на землю. Каменные ступени плавно ведут вниз, пристроившись к стене Терема. Внешняя сторона огорожена металлическими перилами. Остаётся навесить дверь.

Так. Идём на третий этаж. Здесь тоже убраны две гостевые комнаты. Вход в швейную мастерскую. Окна, как и на первом этаже, широкие. Швеям будет удобно работать при дневном свете. Лена завтра приедет, пусть пофантазирует, как обставить такое роскошное помещение. Из этого зала обустроен подъём на четвёртый этаж.

Поднимаемся по каменным ступеням через большое круглое отверстие в потолке. Тоже зал с большими окнами. Из него на крышу так же ведут ступени. Отверстие для выхода на крышу квадратное, два на два метра. Над ним возвышается башенка на метр шире в каждую сторону, высотой пять метров. Поднимаемся. Ого! Какой прекрасный вид! Махотки как на ладони. Далеко видать дорогу на Бодин. За Махотками раскинулись холмы. За ними синеют горы. Плоская крыша башни огорожена полуметровым бордюром.

Полюбовались красотами ландшафта, повосторгались.

Берём на заметку — установить дверь в башенку, на шпиль флюгер.

— Девочки, у меня предложение, — выступила с инициативой Лада. — Пойдёмте в бассейн. Мы ещё в нём не плавали!

Все дружно одобрили предложение, и пошли переодеваться в халатики. Договорились плавать без купальников. Мужчин в команде нет.

Но появился Селиверст и сообщил, что пришли плотник и мебельщик. Ждут в столовой.

Ну, что ж, идём работать. Захватив у Лины тетрадь с ручкой, отправились все вместе.

В столовой сидели двое мужчин лет по сорок. При нашем появлении встали, произнесли слова традиционного приветствия.

Осанистые. Одеты в лёгкие тёмно-серые штаны и куртки. Голубые рубахи заправлены в штаны. На ногах сапоги. Каштановые волосы забраны в низкие хвосты, перетянутые кожаными шнурками. Как братья-близнецы. Густые брови, почти сросшиеся над переносицей. Глубоко посаженные серо-стальные глаза, крупные черты лица, волевые подбородки выступающие вперёд.

Оказались братьями, но с разницей в два года. Зарин и Урий.

Женщины подали чарки с вином. Приняла от мастеров клятву, и сели за стол, чтобы обсудить заказы. Извинилась, что пока не могу принять в кабинете.

Заказы объёмные. Объяснила, что мне нужно. Провели по всему терему, показывая и обрисовывая где, куда и что. Показали, какой высоты должны быть кровати, диванчики, стулья, лавки и прочее. Нарисовали, как должно выглядеть возвышение для сцены-эстрады.

Обещали сделать за неделю. Так быстро?

Матрасы для кроватей, диванов, стулья, кресла закажут эльфам. Остальное сделают на месте. Завтра приступят. Расчёт по исполнении работ по предъявленному счёту. Все наши пожелания записывали в блокнотики.

А мы даже не спросили у Ольгера, какая здесь бумага и есть ли тетради. Оказалось и тетради, и карандаши грифельные имеются и ручки перьевые.

Мастера ушли довольные объёмом работ. Мы тоже были удовлетворены.

Идти в бассейн уже не имело смысла. Скоро ужин. Вышли на улицу и замерли от увиденного зрелища.

Гномы время не теряли. Раз уж им разрешили придти в наш сад-огород, то они и пришли. Человек, правильнее особей, двадцать. Разбрелись между гряд. Наклоняясь, что-то рассматривали. Прикладывали к земле ладошки и к чему-то прислушивались. Потом «щебетали» обсуждая. На грядах с экзотическими растеньицами устроили настоящий ажиотаж. Показывали на сеянцы и, размахивая руками, толи спорили, толи читали заклинания. Возле магнолии стоял очень пожилой гном и, обняв стволик, слушал, прижавшись к нему ухом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Увидев нас, смолкли и замерли, устремившись взглядом в нашу сторону.

Мы подошли к гномам. Один из них, взяв Лину за руку, повёл к грядам. Начал что-то неспеша говорить. Лина сначала непонимающе слушала «щебет» гнома, потом в глазах у неё появилось понимание, и она заливисто засмеялась.

— Девчонки, я их понимаю! — радостно сообщила нам Лина. — Представляете? Понимаю!

Гном опять заговорил с Линой, она ответила на своём языке. Так они и продолжали разговаривать каждый на своём языке.

— Понимаете, — стала нам объяснять Лина, — они обнаружили растения, которым нужна помощь. Завтра с утра придут их женщины лечить эти растения и помогать прорастать семенам. Я им толкую, что рано, прорастать начнут через несколько дней, а морковь с петрушкой через пару недель. Они не соглашаются. Нельзя, говорят, так долго семенам лежать в земле. Они должны быстро пустить корешки, чтобы питаться. Удивительно.

— Вон тот дедушка, что выслушивает у магнолии? — спросила Майя.

Гном, услышав вопрос, стал, жестикулируя, объяснять Лине, а она переводить нам.

— Дедушка прослушал движение соков в деревце и сделал заключение, что у него повреждены несколько каналов. Сейчас он всё поправит, потому что каналы только пережаты.

— Это, наверно когда везли, пригнули, — сделала вывод Маша.

Гном повёл по стволу магнолии ладошками снизу вверх, стараясь дотянуться до веточек. Он наклонялся к комлю, поднимался в полный рост, вытягивался, приподнимаясь на цыпочки. Потом послушал, прижавшись ухом, удовлетворённо кивнул головой и присвистнул.

— Лина, ты спроси у гномов, могут ли они нам помочь посадить саженцы ореха, — попросила я.

Лина поговорила с дедушкой.

— Они согласны. Когда высаживать будем?

— Послезавтра. После обеда, ближе к вечеру.

— Ой, девочки! — воскликнула Сима. — А мы и не заметили! У нас пруд выкопан!

Мы посмотрели в сторону места, выделенного под пруд, и дружно направились осматривать ещё один объект.

Овальный котлован пруда, со строго соблюдёнными береговыми границами, обозначенными колышками, каменной чашей выделялся среди гряд. У берега глубина не превышала одного метра, увеличиваясь к середине до пяти. Дно песчаное. Нам понравилось. Приедет Ольгер, наполнит его водой.

Полюбовавшись на гномов, вернулись в столовую. Вскоре пришла довольная Лина. Мы все внимательно посмотрели на неё.

— Что? — спросила она.

— Руки показывай! — за всех потребовала Рина.

Лина вытянула перед собой руки. Мы стали разглядывать их. Зелень «лунок» стала ярче.

— Так, девочки, у кого завалялся лак в сумочках? — Обведя нас взглядом, спросила Лада. — Пока посторонних нет, обойдётся. На кухню не ходи, посуду мы будем сдавать, чтобы не заметили. А приедут гости, будем красить ногти, кто каким лаком, а Лина — тёмным. Будем скрывать, сколько сможем.

Все согласно зашумели.

— Спасибо, — поблагодарила Лина.

— Анна, — выглянула из кухни Рада. — Бус сказал, что придёт, но без жены. Она к сестре уехала в Ильмерь дня три как.

— Спасибо, Рада, — поблагодарила я женщину. — Ну что, девочки, принимаем гостя. Надеваем туники и комнатные тапочки. И то, ходим весь день в спортивной одежде. Пока пойдём по своим норкам, Селиверст позовёт.

10. Гость

Только умылась, переоделась, переплела косу, зашла Луша и сообщила, что ужин готов и пришёл гость.

Прошлась по коридору, простукала девчатам по дверям и спустилась в прихожую. Подождала, пока подойдут подруги, и все вместе вошли в столовую.

Бус уже был там и разговаривал через окно с поварихами, которые наперебой нахваливали нас. Какие мы хорошие и какие мы молодцы. Вон сколь рыжиков набрали да с гномами подружились.

— Хорошего отдыха после хлопотного дня, Бус. — Произнесла я, входя в столовую.

— И вам, красавицы, хорошего отдыха после добрых дел. Хорошо вы это с окном придумали, женщины хвалят вас. Грибов эвон сколько набрали. С гномами-то как подружились? Не общительные они.

— Общество, значит не подходящее, — съехидничала Рина. — А познакомились мы просто. Филимон познакомил.

— Кто ж это такой, Филимон?

— Так, один знакомый Смотритель Леса, — пояснила Сима.

— О, как! И Лесовик у них в знакомцах! Молодцы-ы. И имя, даже, дали. Он вам теперь все места грибные да ягодные раскроет. Любым лесом куда угодно проведёт. Надо же, Филимон. Смотрю, вы и башню к терему пристроили, и во дворе какое-то строение возвели.

— А ещё пруд выкопали, — со смешком сообщила Рина. — Это всё Дух Терема старается, радуется, что от спячки разбудили.

— Так мы ж тут не на один день, а навсегда. Вот и обживаемся, — смеясь, сказала Лана.

— Мужики хвалились, что работы у вас много, большую заявку сделали. Довольны.

— Стараемся, — улыбнулась Варя. — Сами не сидим и других без дела не оставим.

Меж тем девчата накрыли стол белоснежной скатертью, разложили салфетки, начали выставлять необходимую посуду.

Я предложила Бусу самому выбрать вино, и мы спустились в подвал. Бус осмотрелся, выбрал полулитровую бутылку с непонятной этикеткой.

— Это мне, — пояснил, — а это вам, — и взял, литровую бутылку. — Оно лёгкое и не очень сладкое.

На этикетке какая-то ягода.

— Садись, Бус к столу, — пригласила я гостя, указав на место рядом с собой. — Потрапезничаем, чем Триединый послал, да наши поварихи наготовили.

На стол выставили кувшин с вином да распечатанную бутылку Буса. Тушёные грибы с овощами подали в глечиках. Выставили в горшочках сметану, на блюдах пирожки с ягодой боруникой, растегаи с мясом, салат из незнакомых растений политый острым соусом.

Бус наполнил наши чарки вином, свою — содержимым из полулитровой бутылки, встал. Мы тоже поднялись.

— Возблагодарим Триединого за дары, что на этом столе. И пусть этот стол никогда не останется пустым. ОУМ

За два глотка опустошил чарку, ухватил расстегай и сел.

— ОУМ — повторили мы, и, отпив немного вина, сели.

Ели молча. Прихлёбывали вино, уминали грибочки приправленные сметаной.

— Бус, — нарушила я молчаливое поглощение пищи. — А что ты пьёшь?

— Дать попробовать? — с улыбкой спросил гость.

— Давай, — не отказалась я.

Девчонки с улыбками поиграли в переглядки.

Бус плеснул немного в мою чарку из бутылки и стал наблюдать за моими действиями. Я понюхала слегка мутноватую жидкость и, определив содержимое, сообщила:

— Са-мо-гон. Запах не очень приятный. Ну, рискую.

Набрав воздуха, сделала, морщась, пару глотков, чуть задержала дыхание и резко выдохнула. Ухватила ломоть хлеба, втянула носом ароматный его дух и откусила. Девчонки, наблюдавшие затаив дыхание, выдохнули вместе со мной.

— Ишь, как она! — восхищённо крутанул головой Бус.

— Ну? — спросила Рина. — Пить можно?

— Можно, — прожевав хлеб, ответила я. — Только осторожно. Уж очень вонюч. Не крепче водки. Но это можно исправить. Берём на заметку. А чьё это изготовление? — спросила, внимательно слушавшего мои рассуждения по качеству напитка, Буса.

— Гомозули поставляют.

— А сами что, не сообразили? — подколола Лина.

— Да мы в основном вино пьём, брагу, мёд, сурицу. А гомозулий самогон так, изредка.

— А что, девочки, налаживаем производство чистого и не вонючего крепкого напитка, — предложила Майя.

— Ага, и начнём спаивать народ, — с ехидством поддержала Лада. — Бус, а пьяниц у вас много?

— В деревнях редкость, а в городах хватает. Пьют в основном «чистокровные». А среди оборотных большая редкость. В наших деревнях пьяниц так и вовсе нет. Ещё будешь? — посмеиваясь, спросил меня.

— Нет. Достаточно, — прожёвывая пирог с боруникой, ответила я. — И вина больше не буду.

— Правильно, — одобрила моё решение Лина. — Нечего всякую гадость пить, да и градус понижать не стоит — голова будет болеть.

Точно будет болеть. Самогон — дрянь. Надо будет самим попробовать выгнать.

— Будет голова болеть, так вон, к Раде обратитесь, поправит, — посоветовал Бус.

— Бус, ты сказал, в ваших деревнях пьяниц нет, — обратилась к гостю Варя. — А каких это, ваших?

— Княжьих.

— А поточнее. Что значит княжьи?

— Значит, принадлежащие князю.

— Разве не всё княжество принадлежит князю? — спросила Майя.

— Нет. Князь правит княжеством, а принадлежат ему восемь деревень: Махотки, Белокаменка, Любавинка, Смородиновка, Петушки, Жемчужинка, Яхонтовка, Озерки и два города: Ильмерь и Каменец, а ещё рыбацких четыре деревни.

— Только и всего? — разочарованно спросила Лада. — А чьи земли за холмами, холмы и горы?

— Так это тоже всё княжеская вотчина, до самого побережья, и часть побережья. Там рыбацкие деревни. Четыре деревни княжеские, а остальные вольные. И в горах, в долинах тоже деревень много. Земель-то свободных немеряно, живи, где хочешь своим трудом, плати в казну налог.

Бус со словами «Бог — Триедин», выпил ещё чарку самогона, зажевал пирогом с мясом и откинулся на спинку стула.

— Бус, почему у деревень такие названия? — спросила Рина.

— Гхм. Почему? Махотки, потому что её зачинщиком был Махота Белояр, мой прапрадед. Любавинка — принадлежала сестре Борислава Белояра, нашего последнего князя. Любава жила в своём тереме ещё долго после ухода Борислава, потом ушла за Грань.

— А она что, замуж не выходила? И куда ушёл Борислав? — поинтересовалась Сима.

— Нет, не выходила. Истинного Любава не встретила, а просто по любви или по согласию не захотела. А Борислав ушёл в другие миры и не вернулся. Видимо ушёл за Грань. Я ещё про другие деревни не сказал. Деревню Петушки назвали из-за петухов. У них петухи особенные — очень голосистые, поют красиво. От нашей деревни в сторону Ильмери сначала Любавинка, потом Петушки. А в противоположную сторону — Смородиновка на реке Смородина, на другом берегу. За ней Белокаменка у Белого камня. Это яр на Смородине, на противоположном берегу. Дальше вверх по Смородине деревни Озерки и Жемчуженка. Там в верховье Смородины жемчуг добывают. В стороне от истока реки город Каменец, он в предгорье стоит, а за ним в горах — Яхонтовка. Там рудник самоцветных каменьев.

— А я вот что хочу спросить, как самая «вумная», — обратилась я к Бусу. — Я читала, что у Волосеня жена была Медведица. Среди вас есть Медведи?

— Кхе-кхе. Среди нашего рода нет, а вообще среди Оборотных есть. В наших Махотках кузнецом Медведь, так он пришлый. В Гардарии в княжестве Арджунов много Медведей.

— Спасибо, Бус, — поблагодарила я гостя.

Поужинали. Интересный у нас вечер вопросов и ответов получился.

— Ну, что, хозяйка, покажешь, какие вы тут изменения произвели?

— Пойдём, покажу.

И я повела Буса на экскурсию.

Начали с купальни с бассейном.

— Зачем вам такая большая купальня?

— Плавать любим.

— У нас только ребятня в речке плавает, а взрослые не увлекаются.

— Ну и зря! Мы и пруд для этого устраиваем.

Прошлись по спортивным залам.

— Тут ещё работы много, — объяснила. — Вот когда сделаем, как должно, приходи. Понравится, так своих ребят да девчат, когда от работ свободны, сюда отправишь. Думаю, башню тоже пока показывать не стоит. Пусто там.

— У тебя, смотрю, и перстня-печати нет. Что так? Не носишь или его нет.

— Да, как-то на глаза не попался, а Светозар не подсказал.

— Так давай поищем. Он в казне должен храниться, раз хозяев не было.

— Может, не стоит, — неуверенно попыталась отказаться я.

— Пойдём, пойдём. Аль боишься, или не доверяешь?

Мне стало неудобно, и я согласилась. Прошли в казну. Бус осмотрелся, пошарил на полках, заглянул в шкатулки.

— Верно. Нет тут перстня с печатью. Закрывай. Пошли отсюда.

Вышли в кабинет, Бус скользнул взглядом по помещению, но ни чего не сказал. Пока шли до столовой, обратилась к нему с просьбой.

— Да, Бус, у конюшни крышу надо проверить и, если есть необходимость, подлатать или новую накрыть. Пусть кто из мужиков посмотрят. Чтобы была готова. Дней через десять Ольгер с Майей поедут в Бодин на торги за лошадями. Себе надо купить двенадцать верховых, да пару-тройку упряжных. Да гости со своими лошадями прибудут.

Вернулись в столовую. Бус поблагодарил за ужин, попрощался с нами и ушёл через кухню.

11. Так вот ты какая, Роксолань!

Я заказала на завтра, к приезду наших из Ильмери, пироги с рыжиками, с боруникой и тушёных грибов. Очень нам понравились. На завтрак — творог со сметаной и гречневую кашу с маслом, сбитень. На обед — уху, курник с рыбой и тушёную рыбу в сметане. Пусть будет «рыбный день». Рыбу ребятишки в реке ловят. С налимом схожа, только мясо очень нежное, вкусное.

Предложила девчатам сходить в библиотеку. Ознакомиться. Мы там ещё не были, только заглядывали.

Библиотека большая. На полках большие толстые книги в кожаном переплёте с серебряными замками. Даже доставать не стали. Кожаные тубусы. Заглянули в один. Пергаментные свитки. Вынимать не решились.

Достала не толстую, но большого размера книгу. «Земли Роксолани и вкруг неё». Открыла. Атлас. Красочные карты, рисованные от руки.

— Девочки, посмотрите, я атлас нашла. Тут наше княжество.

Разложила атлас на столе.

— Какие подробные карты, — заглянула в книгу Лада. — Как всё прорисовано!

Так вот ты какая, Роксолань! Материк. От восхода до заката (запада) протянулись горные хребты, ограждая подковой весь материк от влияния северных ветров. Почти в центре материка большое круглое Великое Озеро с островом в середине. На острове Главный Храм Триединого, обозначенный знаком Земли — крест, замкнутый в круг. Три Великих Княжества-государства, разделённые большими реками — Миррея, Гардария и Дарвения. Три Княжества, расположенные вокруг Великого Озера, составляют собой трилистник в форме сердца. На равном расстоянии от Главного Храма расположены три Живых Терема, в каждом Княжестве по одному. Каждое Великое Княжество состоит из четырёх Княжеств.

Ладоновы горы расположены на северо-востоке, выступая большим горным массивом. С противоположной стороны, на юго-западе материка большой лесной массив — Светлый Лес, выступая навстречу морю (см. карту).

Наше, Белоярское Княжество граничит на юге со Светлым Лесом, на севере с Озёрным краем. На западе горы, закрывающие выход в море, на восходе Великий Лес.

По всему материку обилие лесов, холмов. Судя по картам, самые подходящие для полеводства земли расположены в центральной части материка, в южном княжестве Гардарии и в Дарвении.

— А я нашла Атлас животного мира, — подошла к столу с книгой Майя. — Смотрите, какие красивые рисунки! И описания подробные. И всё это вручную сделано! Только странная вещь — нет крупных животных, хищников. Интересно, почему? Вот только один — шестилап саблезубый. Странное животное.

Мы посмотрели Атлас. И впрямь, кролики, зайцы, белки, горные козлы…. Множество разных млекопитающих, пресмыкающихся, птиц и прочих представителей животного мира. Но крупных хищников и травоядных нет. Странно.

— И с растениями тоже Атлас есть, — показала книгу Лана. — Лине понравится. Лина, вот тебе для ознакомления и изучения.

— Интересно, интересно, — проговорила Лина, беря книгу с описанием растений в руки. — Надо будет ознакомиться. Тут даже описываются полезные свойства растений.

— Девочки, смотрите, какую книгу я нашла! — подошла Сима. — «Сказы о людях и других разумных существах мира Сурейн». Тоже с картинками. Вот эльфы, гомозули, гномы. А Ладон какой красивый в обороте!

Мы окружили стол с раскрытой книгой на странице «Волки».

— О! А они разные! — заметила Лина. — Серые, чёрные и даже бурые.

— Давайте составим распорядок дня, — предложила я. — А то у нас всё экспромтом складывается. Расписание занятий. Нам так будет легче в колею войти.

— Так мы ещё только третий день прожили, — проговорила Мила. — А ты хочешь нас сразу в строгие рамки зажать. Дай немного в себя прийти, отдыхом насладиться. А то дома никакого продыху не было, и здесь опять в работе.

— Да какая у тебя сегодня работа тяжёлая была? — возразила Лана. — За грибами сходили? Так это в удовольствие, в отдых. Да ещё в такой компании. И, даже чистить и мыть их не надо. С мастерами по терему прошлись, так тоже не работа. Не стираем, не варим, полов не моем. Огород посадили играючи. И полоть, говорят, не придётся, коли с гномами подружились.

— И поливать. Вон Ольгер с Бусом пальчиками тучки подманили, а те и рады дождём трясти. — Поддержала родственницу Сима.

— Ладно, девочки, угомонитесь, — успокоила я девчат.

Я понимала состояние Милы. Очень тяжело осознавать, что ты в чужом мире. Что там остались родные: дети, внуки, родственники. И ты не увидишь их уже ни когда. Ну и что, что тело молодое? А голова ещё этого не осознала. Умом понимаем, а разум пока не принимает. Я видела утром их заплаканные глаза. Да и сама тосковала неимоверно. Я и стараюсь, чтобы не было у них ни единой свободной минутки, чтобы не зацикливались на этой проблеме. Мне тоже нелегко, но легче, чем им. С детства я фантазёрка, мечтательница, любительница сказок и фантастики. Я чувствую, что со мной должно что-то произойти. Да что там говорить? Уже происходит, может, поэтому и легче. А распорядок дня и расписание занятий я не завтра, так послезавтра составлю.

Побродили ещё немного по библиотеке, пошарились по полкам. Надо сюда тоже мебель заказывать. Диванчики поставить, кресла. Читальный зал оборудовать в башне. Гномам шахматы заказать. Несколько наборов. Шашки, домино. Или домино не надо?

Ой, мамочки! Уже голова трещит от плотного роя мыслей. Записывать надо!

Всё, расходимся.

В ванну и в кроватку. Кроватищу!

Что-то беспокойство какое-то. Ворочаюсь, ворочаюсь. Сна нет. Как там наши? Специально Таню отправила в город. Пусть развеется, отвлечётся от дум о своих родненьких. И ещё у меня задумка на счёт её. Может, сложится у неё с Ольгером. Я же заметила, как он на неё смотрел утром, после нашей первой ночи в тереме. Сон-то загадали вроде бы в шутку. У меня, похоже, получилось всерьёз.

А тем утром, за завтраком Ольгер вёл себя как-то тихо. За стол сел не рядом со мной, а напротив нас с Таней. В разговоры не вступал. Нет-нет, да его взгляд останавливался на Тане. Он внимательно, минуту-две неотрывно смотрел на неё своими пронзительно синими глазами, словно пытаясь что-то в ней понять, рассмотреть. Татьяна тоже недоумённо взглядывала на Ольгера своими серо-зелёными очами.

Весь день взгляд Ольгера тормозился на Тане, словно он боялся что-то упустить, не заметить в ней. За ужином, во время общего разговора, он вдруг уходил в себя, никого не замечая, ни чего не слыша. Чтобы привлечь его внимание, приходилось окликать несколько раз. Ольгер, вздрагивая, приходил в себя, смущался. На меня старался не смотреть.

Дрёма, дрёма, приходи, с собой сон приводи….

12. Трансмутация — это как?

Бом! Бом! Бом! Вечерний зво-он. Бом! Бом! Бом!

Не вечерний, а утренний ….

Проснись, красавица, проснись!

Па-а-адьём!

Да проснулась уже …. Вста-а-а-ю-у….

Давай, скоренько, скоренько! Уже все встали. Нечего ночами думать о том, о чём Бог не велел, как папа мой говорил.

Высыпали на крыльцо….

«Тихо! Тихо!», — зашептали друг дружке. У нас гости, оказывается. Или не гости?

Меж грядок деловито расхаживают …, нет, не расхаживают…. Это походит больше на танец. Гномушки. В сарафанах цвета весенней зелени до щиколотки. В рубашках с прямыми рукавами с обережной вышивкой зелёного цвета. В белых чепцах, скрывающих волосы. На ногах башмачки.

Они двигаются меж гряд, то приседая, то поднимаясь. Взмахивают руками или прикладывают ладошки к земле. Движения их грациозны, подчинены только им известному ритму. Это действо гномушек завораживает и не хочется нарушать пробежкой, отвлекать их от творения волшебства.

— Девочки, — тихо прошептала наша дриада Лина, — давайте не будем им мешать.

— Пробежимся позже, — поддержала Лину я.

И мы тихонечко ретировались в дом. Вернулись в комнаты, чтобы заняться утренним туалетом.

Спустились в столовую. Поварихи уже в кухне. Что-то, смеясь, обсуждают.

— Ой, девочки! А что так рано? — удивилась Рада. — Сегодня бегать не будете?

— У нас на посадках гномушки работают. Мы не стали им мешать, — сообщила женщинам Лада.

— Вы нам подайте творог со сметаной и молоко, — попросила я. — А кашу со сбитнем мы после пробежки поедим.

— А можно нам на гномушек посмотреть? — спросила Дана.

— Сходите, посмотрите, только очень тихо, — разрешила я.

Женщины выбежали во двор и вскоре вернулись.

— Мы из-за угла выглянули, посмотрели на них, — сообщила Дана.

— Какие они! — восхищённо, прижав кулаки под подбородок, произнесла Рада. — Маленькие, как детки, стройненькие.

После лёгкого завтрака Лада предложила попеть. Надо подобрать песни для выступления перед гостями.

Лана и Сима сходили за аккордеоном и гитарой. Репетицией занялись в столовой. Пока больше негде. Лада взяла гитару, тихо перебрала струны и запела:

Женщины в кухне затихли, прислушиваясь. А Лада и Лана выводили на два голоса:

Мы тихо вздохнули. Взгрустнулось.

— Девочки, не хандрим! — решила взбодрить нас Лина. — Давайте «Ярмарку»! — И завела:

Лана с аккордеоном и Лада с гитарой перехватили инициативу, и повели мелодию, а мы подхватили:

Рина вскочила со стула и пустилась в пляс, а мы стали отбивать такт ладонями.

Поварихи встали у окна, улыбаясь, смотрели на нас и, сложив руки на груди, подёргивали плечиками.

Мы пели. Пели песни, какие на ум легли. Грустные и весёлые, русские народные и современные. Под аккордеон, гитару и «а капелла».

Ну, а теперь на пробежку! Бегом! Марш!

Начали бег лёгкой трусцой. Пробежав четверть круга, постепенно ускорились, а последние метров пятьсот пустились наперегонки. Победила дружба.

Только взбежали на крыльцо, подошли мастера, привели с собой третьего. Много старше их лет на двадцать. Блондин с серыми глазами, слегка курносый, круглый подбородок. Белая рубаха навыпуск, подпоясана пятицветным витым шнуром с серебряными плоскими наконечниками в форме ромба с гравировкой. Серые штаны заправлены в сапоги из мягкой кожи.

Вошли в дом. С блондина тоже взяли клятву. Узнали имя — Атилла.

Решили начать с подиума-эстрады. Нас удивило, что мастера пришли без инструментов, и не было подвезено ни какого материала. При них было только несколько дощечек разных пород дерева. Пригласили нас с собой в зал, где нужно соорудить сцену.

Мастера с блондином о чём-то тихо посовещались, поперебирали дощечки и, выбрав подходящую, посмотрели на нас. Блондин спросил, кто из нас рисовал заказ. Лада ответила, что она. Левой рукой взял Ладу за руку, попросил закрыть глаза и представить, как будет выглядеть изделие. Простёр правую руку в сторону предполагаемого подиума и начал что-то шептать. Над полом, на месте будущего подиума, появился туман, уплотняясь с каждым словом заклинания. Мы ошеломлённо наблюдали за его действом, понимая, что на наших глазах совершается волшебство. Скоро мы привыкнем ко всем этим чудесам, а пока…, пока наблюдаем, затаив дыхание.

Со словом «ОУМ!», туман осел и исчез. Перед изумлёнными нами возник пахнущий свежей древесиной подиум с двумя ступенями во всю длину. Да-а-а, магическая сила человеческого разума впечатляет. Слов не находилось, а междометия могучего русского пришлось сдержать при себе. Эмоции выплеснем позже, без посторонних лиц.

В баскетбольном и волейбольном залах полы настелили таким же образом. Но без нашего участия. Мы только поглазели. Двери договорились везде навесить гладкие, предоставив нам возможность самим приготовить эскизы оформления.

Оставив работников на попечении Селиверста, чтоб не заблудились, мы удалились на второй завтрак. Нас ждали гречневая каша с маслом и горячий сбитень.

До обеда ещё далеко, а до вечера ещё дальше. Чем заняться? Мои фантазии иссякли. В Тереме, пока магичат работники, развлекаловки устраивать не хотелось.0

Вышли во двор. О! Там тоже трудятся волшебники!

На конюшнях полностью меняют крыши. Тем же способом, что и полы. Только тут сначала установили стропила с обрешёткой и, на наших глазах крышу, постукивая, накрыли черепицы. Мы на такие чудеса поглазели ещё раз. Потом мужики ушли в конюшни настилать полы, а мы направились в сад-огород.

— Странно всё это, — произнесла Маша.

— Что? — спросила Лада.

— Вот это всё волшебство. Я — материалистка, хотя и верующая. Невозможно создать что-то из ничего. Даже Господь создавал материальный мир не из ничего, а из того хаоса, который образовался в теле ЕГО в результате бунта любимого ангела Света Люцифера. Откуда-то берут эти мастера материал для создания древесины? Не из воздуха же?

— Вообще-то из воздуха тоже можно добыть химические элементы для воссоздания древесины, — сказала Варя. — Но, конечно, не в таком количестве.

— Я читала в фэнтези, что это называется «трансмутацией» — вступила в разговор Сима.

— Вот приедет Ольгер, мы его и спросим, что такое трансмутация. Может, у них этот вид магического действия иначе называется. — Рассудила я.

А вот и наши посадки. Здесь уже есть на что посмотреть. Правда, не все кустики и деревца мы смогли определить, но кое-какие были знакомы. Семь кофейных деревцев, шесть лимонных и по пять гранатовых деревцев, фикусов, и фиников, шесть налин мы определить смогли без помощи Лины. Некоторые назвала она: абутилоны, мандарины, мирты, апельсины по пять штук. Десяток вашинктоний. А про остальные сказала, что Ольгер дал ей список растений, какие он купил. Потом разберёмся. Растут быстро. Похоже, среди лета придётся пересаживать.

Побродили, посмотрели, вернулись в дом.

Ну, что? Чем заняться? Остаётся библиотека, а после обеда в бассейн. А к ужину наши вернутся.

13. Сколько Озёр?

Библиотека. Манит к себе, как магнитом. Сколько здесь накоплено знаний! Что мы можем для себя узнать такого, что поможет нам окончательно успокоиться, принять этот мир своим? И произойдёт ли это? Нам кажется, что мы просто на экскурсии.

Что можно узнать из былин, сказаний и легенд? Очень многое.

Ольгер, помнится, об озёрах хотел поискать информацию. А это что?

— Девочки, слушайте! — привлекла я внимание девушек и прочла.

……………………………….

_________________________

О, проклятье! Чего же нельзя просить? Следующие четыре строчки закрашены чёрными чернилами. А, вдруг, я попросила невозможного?

Мы, конечно, расстроились, что нет окончания. Вспомнили, как всё было. Но…

— Подождите, а ведь было два озера! — сказала Лина.

— Даже три, — уточнила Лада.

Точно, три. И дорог к ним не было. Мы снова стали вспоминать подробности.

Озеро названо Озером Очищения. Мы и очищались от всего чуждого этому миру. И очищение и желания — всё в одном озере.

— А, может, оно и есть одно? — высказала предположение Варя. — Магия же! Вот нас и кружило, чтоб мы ничего не поняли. И Ольгер тоже ничего не знал.

— Правильно! Он ещё сказал, что надо поискать в старинных книгах, что написано об этих озёрах. Вот он удивится, что оно одно, — поддержала Рина.

— Девочки, тут ещё есть про озеро, — перелистнув страницу, обнаружила я. — Слушайте:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вот. Это же тоже Озеро Очищения? То же самое? — высказала я предположение.

Девчата дружно со мной согласились. Мы утвердились в своём выводе, что озеро одно, очень засекречено, окутано разными тайнами.

После сытного обеда, мы прогулялись по двору. Пусть кусочки улягутся. Обошли вокруг Терема. Какой большой у нас сад-огород! Около пяти гектар будет, а то и поболее. Зеленеет, силу набирает. Спасибо гномам с гномушками! Их заботами всё взошло, и даже раньше, чем обычно. В дальней стене тоже едва заметная калитка. Там выход к деревне Смородиновке. Мы ещё с её жителями не знакомились. Вот оденемся прилично, тогда со всеми познакомимся.

Жирок нагуляли, идём сгонять в бассейн. Разбежались по комнатам. Переоделись в халатики и спустились друг за дружкой в купальню.

Разделись и с хохотом сиганули в воду. Прелесть! С шумом, весело, как дети. Нанырялись, поплавали наперегонки. Да, вода слишком тёплая. Чуть-чуть прохладней надо бы. Красота! Легла животом на лавку, руки под голову. Эх, ещё бы массажик! Ага, размечталась!

Девчата тоже по одной стали выходить из воды. Расслабленные, умиротворённые. Может вода такое успокаивающее оказывает действие? Магия. Полежали, помлели немного, ещё разок бултыхнулись и на выход.

Толи это только со мной произошло да с сестрицей моей, но я заметила значительные изменения в строении тела, фигуре, чертах лица. У нас с ней были плечи узкие, бёдра широкие, ноги полные. А теперь фигура словно вытянулась, линии бёдер плавные, ноги ровные с тонкими щиколотками, стопы узкие. Сообщила о своих наблюдениях девчатам. Они все удивлённо посмотрели на меня и заговорили наперебой. Выяснилось, что каждая считала, что некоторые изменения произошли только с ней.

Это что же получается? Нам не только подарили молодость, но и произвели коррекцию строения тел!

Одеваемся в туники и брюки и готовимся встречать наших. Что-то они накупили?

14. Что купили?

Так. Меню составлено. Рыжики с овощами в глечиках, пирожки с рыжиками, с боруникой, рыба тушёная в сметане, горячий сбитень для аппетита, ядрышки орехов. Вино. Вино Ольгер пусть сам выбирает.

Теперь ждём-с. Волнуемся. Разбрелись по двору, по огороду. Гуляем. Ждём.

Приехали!

К воротам подъехали коляска и подвода. Ольгер открыл ворота, и возницы проехали во двор, с удивлением рассматривали башню.

Подъехали к крыльцу. Мы кинулись к приехавшим.

— Привет!

— Здравствуйте!

— С приездом!

— Как съездили?

— Очень устали?

— Проголодались?

Помогли сойти с коляски. Довольные встречей, в приподнятом настроении Таня с Леной подхватили по мешку, пошли в дом. Девчата принялись разбирать сумки, и направились следом. Полева пошла с ними.

— Девочки, покажите Лене, где её мастерская. Несите всё туда, — проговорила я девчатам вслед. — «А, сами догадаются».

Ольгер задумчиво заносил ящики в прихожую.

— У вас тут изменения! Башню отгрохали, — с улыбкой произнёс он.

— И не только. Мы ещё гараж построили, и пруд выкопали, — сказала Сима, рассмеявшись.

Ольгер открыл ящики. В двух были машинки, а в третьем — станина для машинки с ножным приводом. Он взял станину и направился к лестнице. Мы с Симой ухватились за машинки.

— Не трогайте, — шумнул на нас Ольгер. — Они тяжёлые. Я сам подниму всё в мастерскую. Как я понял, она в башне? Ведите.

Мы с Симой переглянулись — «Вот бы мужья на Земле так же о нас заботились».

Вошли в мастерскую. Весёлая колготня, смех.

— Как тут здорово! Просторно! Светло! — восторгалась Лена.

— Определяйся, какие тебе нужны столы и другая мебель. Посоветуйся с Полевой. Завтра закажем мастерам. Сейчас в душ и на ужин. Таня, возьми с собой Полеву. Пусть помоется в моей ванной, — распорядилась я. — Все рассказы и расспросы в столовой.

Девчата с сожалением посмотрели на мешки с вещами и, повздыхав, вышли из башни.

За ужином Лена делилась впечатлениями об Ильмери.

— Девочки, это не город, не городок — это музейный экспонат. Всё так чисто, красиво! Улицы широкие. Две тройки разминутся не теснясь. Все дома деревянные, в два-три этажа.

Этакие терема и теремочки с садами и палисадниками. Храм тоже деревянный. Только наверху не маковки, как у нас, а пирамидки высокие, шести-восьмисторонние, на шпилях солнышки в двенадцать лучей. Крыши крыты золотистым деревом. Очень красиво.

Продуктовые лавки специализированные. В одних овощи, яблочки, сохранённые магией. В других крупы, мука. В третьих мясо свежее, а копчёности отдельно продают.

Одежды и обуви готовой почти нет, только образцы. Тебя обмеряют, ткань подберут, фасон в журнальчике выберешь и … трах-тибидох-тох или ахалай-махалай — платье готово.

Мы засмеялись.

— Что, прямо вот так и говорят? — спросила Майя.

— Не-ет. Это я перевела, — засмеялась Лена.

Ольгер слушал нас, улыбаясь, поглядывая на всех.

А мы слушали Лену и представляли древнерусскую деревянную старину.

Отобедали. Посуду и скатерть передали в кухню. Поспешили разбирать тряпочки.

Мастерскую я не оборудовала без Лены, но несколько диванчиков поставила.

Сначала готовые платья разобрали, примерили, определились какое чьё. Нам понравилось качество ткани. Лён с каким-то волокном. Почти не мнётся.

Ольгер объяснил, что это сикузия. Высокое травянистое растение, внутри ствола, которого, волокно. Когда растение вызревает, убирают, очищают ствол от коры и получают готовое волокно, которое прядут вместе с льняным. Нитки очень прочные. Для тканей прядут тончайшую нить.

Расцветки, как я и заказывала, скромные, неяркие. Покрой одинаковый, но отделки разные. Длина юбок до щиколоток.

— Девочки, мы ещё вам ботиночки и туфли привезли, — сообщила Лена. — Лодочки. У них таких не шьют. Ботиночки разного фасона, сапожки. А туфли только атласные. Я мастерам туфли на наших ногах рисовала. И на листочке объёмный рисунок сделала, и каблучок отдельно. Каблучок сделала «венский», не высокий. Мы к обувщикам вчера, как приехали, сходили. Они при нас колодку сделали. Волшебники. А утром на примерку сходили. Несколько пар сделали. Самую удобную выбрали. С неё и по вашим меркам сделали туфли.

Девчата уже вытряхнули обувь из мешка. Каждая пара в отдельном мешочке. Чёрные лодочки на «венском» каблучке. Померили. Очень удобные.

— Да, ещё. Ол оформил патент на модель этих туфель на Танино имя. Заключил договор, на новые модели обуви. Деньги сюда будут поступать. Правда, слова патент у них нет, но понятие права собственности на это изделие есть и закрепляется особой Грамотой.

— Мы в гомозульем банке заключали договор, — добавила Таня. — Ой, они такие славные! Аня, извини, но я проявила инициативу без твоего ведома.

— Ну, не всякая инициатива наказуема, — засмеялась я. — Говори, уж.

— Я договорилась об описи казны. Надо же там ревизию провести.

— Молодец! Я уже об этом думала. А когда приедут?

— Через три дня. Семья. Они у кого-то наследство передают. Закончат и к нам приедут.

Куртки со штанами понравились. Лёгкие, прочные, типа ветровок, с капюшоном. Ткань тонкая, плотная. Серо-зелёного цвета.

— Девочки, чтобы мы без Полевы делали? Аня, ты молодец, что её с нами пригласила. — Таня посмотрела на Полеву. — Поля, рассказывай, что для чего.

Лена уже открывала большую дорожную сумку. В ней было много коробочек, баночек, бутылочек.

— Вот в этих бутылочках душистые масла, — стала объяснять Полева. — Мы взяли каждой по две бутылочки разного. Смотрите, кому, какие нравятся. Здесь шесть запахов. Вот на них наклейки с названием. Вот в этих баночках, тоже каждой взяли, мазь для рук. Чтобы руки не грубели. А в этих — для лица. А вот эти баночки мы без Ольгера брали у знахарки. Это для удаления ненужных волос. А в коробочках мыло. Двадцать четыре коробочки, шесть запахов.

Теперь у нас есть косметические и гигиенические средства. Мы разбирали баночки, скляночки, бутылочки, определялись с запахами. Самое любимое женское занятие.

Занятные…. Ольгер с любопытством наблюдал за Девами. Интересно, они заметили изменения в строении своих тел? Если бы они просто помолодели и сбросили лишний вес, то не стали бы именно такими. Их фигуры становятся идеальными, словно точёные, с плавными линиями. Они все такие разные. И в то же время одинаково любознательны. Им всё интересно.

Особенно выделяется Анна. Такое впечатление, словно она знает что-то такое, что не ведомо другим. Изменения в её ауре происходят значительно быстрее, чем у остальных. Аура становится похожей по расцветке на радугу. А ещё в ней мелькают золотые искры. Что бы это значило?

У дриады Лины появилась в ауре зелень. У остальных Дев тоже начала проявляться в ауре «радуга», но не так быстро, как у Анны. Может на скорость развития повлияла его находка на Земле? Анна, по его просьбе, держала Грааль у себя и выносила его ежедневно для зарядки на солнце. Его нужно было разбудить. Слишком долго он пролежал в недрах Земли.

А ещё он стал робеть перед Анной. С чего бы это? Нет, она не его Истинная. У него к ней такое чувство, будто она его старшая сестра. Но почему робость?

Ольгер лежал в своей спальне и ни как не мог уснуть. Мысли кружили неугомонным роем.

Надо же, как жизнь его круто начала меняться. Спасибо Триединому за то, что свёл его с этими удивительными Девами. С Анной.

15. Странности начинаются

«Каменистая равнина. Обточенные ветром и водой, словно оплавленные, чёрные валуны, камни поменьше. Редкая жёсткая трава. Колючие, с огромными иглами, широкими кожистыми листьями кустарники. Над головой чистое небо, но солнце тусклое. Я вижу всё словно через тёмные солнцезащитные очки. Где-то невдалеке шумит море. Ко мне бежит смуглая девочка лет пяти. Она обращается ко мне, но я — это не я.

— Нюра, ты спасёшь мою маму? Спаси её! Она ещё не ушла за Грань. Она только спит. Нюра! … Нюра…».

— Ань, проснись. Ты что мечешься? Просыпайся. Кошмар, что ли приснился?

Сестра будит меня. Я никак не соображу.

— Кошмар, да? — Таня заботливо вглядывается в моё лицо. — Ты толи похудела за ночь? Лицо вроде обострилось. Да нет, нормальное. Показалось. Вставай.

— Не кошмар. Что-то странное…. Вроде, как я, но в тоже время не я. Девочка маленькая лет пяти. Смуглая, как шоколадка. Просит меня маму спасти. Называет меня Нюрой. Вокруг валуны, камни. Почти голая земля.

— Что-то вещее, — предположила Таня. — Магия же кругом. А ты оказалась к ней очень чувствительной. Вот снится всякое. Время покажет. Поднимайся.

Таня уже разворачивалась выходить, а я пыталась выпутаться из постели, но вдруг внимательно посмотрела на меня.

— О, сестричка, да тебя что-то трясёт, лихорадит. Слабость, да? Ложись. Пойду, Ольха позову.

— Может не стоит, — попыталась я слабо возразить.

Но Таня уже вышла. А я ещё раз сделала попытку выпутаться из покрывала и простыни. Бросив это бесполезное занятие, упала на подушку.

В спальню вошли Ольгер и Таня.

— Там девочки волнуются, — сообщила Таня. — Из коридора не уходят.

— Пусть идут на пробежку. Я сейчас встану. Просто вот запуталась и не могу распутаться, и слабость какая-то. Заспалась, наверно.

— Анна, посмотри на меня, — попросил Ольгер. — Покажи глаза.

Я посмотрела Ольгеру в глаза.

— Что тебе снилось? Рассказывай! — велел он.

Я рассказала ему свой сон. Ольгер почесал затылок.

— Нюра, Нюра. Где-то я уже слышал это имя. С тобой пытается связаться какая-то сущность. Даже, может быть, вселиться. Но какая? Из Нави или из Прави?

— Раз просят о помощи, значит из Прави, — предположила Таня.

— Да мне бы никого не надо. Тем более, из Нави. Да из Нави бы Терем не допустил. Может Светозара позвать, — предложила я.

— Да здесь я, — отозвался Дух Терема. — Ты, это, не волнуйся, зря. Это просто сон. Ты нечаянно в чужую судьбу заглянула. Только вот спала ты очень беспокойно. Я тут был. Караулил. Всю ночь ворочалась, вертелась, вот и запуталась. А вы чего смотрите, выручайте. Ей самой не выпутаться.

Ольгер с Таней, посмеиваясь, с двух сторон принялись меня распутывать из постельного белья.

— Вон, какой кокон навертела, — ворчал Светозар. — У тебя первая ипостась должна скоро появиться. Вот и беспокоишься.

Наконец, меня вывернули из кокона, я встала и расхохоталась. Надо же так запутаться в простыне с покрывалом, что помощники понадобились!

Таня с Ольгером поспешили успокоить девчат, и на пробежку. А я пошла в ванную. Слабость не отпускала. И сон не шёл из головы. Я и предположить тогда не могла, что это только начало.

После завтрака мы позвали Ольгера в библиотеку и показали сказ об Озере Очищения. Он сказал, что впервые видит этот сказ. И тоже поддержал наше предположение о наличии одного Озера.

— Ол, а почему в книге о животном мире нет описаний крупных животных: хищников и травоядных? — спросила я.

— А их у нас нет.

— Как нет? Ни слонов, ни львов, ни драконов?

— Драконы не дикие животные, а разумные. Они живут в одном княжестве вместе с Ладонами. А остальные все погибли во время Великой Битвы. Тогда сгорели почти все леса и все крупные животные. Растения постепенно выросли, а животные расплодились только в основном мелкие. В горах обитают шакалы, в Дарвении встречаются гиены. Ещё в горах обитает шестилапый сервал. Он похож на вашего белого медведя, но крупнее. И он саблезубый. Обезьян нет.

— В книге он назван шестилап саблезубый.

— Да. Его так называли лет сто назад. Название «сервал» дали Ходящие по мирам. Он водится в одном из родственных миров, и тоже редкий.

— Ол, я всё тебя спросить собираюсь, да как-то из головы выпадает, — обратилась я к нашему названному брату.

Ольгер внимательно посмотрел на меня.

— Когда мы сюда ехали, ты нам в питьё подсыпал какие-то красные кристаллики. Что это?

— Я и сам не знаю. Хранители дали, сказали, что для более быстрой и лёгкой приспособляемости ваших организмов к нашему миру.

— То мы и видим, насколько приспособились, что даже изменились строения тел.

Ольгер заулыбался.

— Заметили, да? Изменились, но не в худшую сторону. Вы стали такими красивыми, очень стройными и, всё равно, разными.

— Но теперь, вроде как мы и не мы, — присоединилась к нашему разговору Лина.

— Вы же помните по фотографиям свои молодые лица? Сильно изменились? — спросил Ольгер, окинув всех взглядом.

— Моё лицо почти не изменилось, — сообщила Лада. — Тело тоже. Но, всё же изменения есть.

— А у меня большие изменения, — подтвердила Сима. — Я в юности была нескладная, костлявая, мужиковатая. Сейчас сама на себя налюбоваться не могу. Удивляюсь, откуда такая красота взялась? Но узнать меня можно.

— Вот именно! — воскликнула Рина. — Изменения у всех есть, но узнаваемость осталась. И в тоже время появилось что-то общее, как у сестёр.

— Вот и получается, что мы стали сёстрами, двоюродными, — подвела итог я. — А двоюродные стали родными.

— Правильно, — подтвердил Ольгер — У вас и аура становится, как у близких родственников.

— Ол, у нас к тебе ещё один интересный вопрос, — обратилась я к названному брату. — Мы наблюдали работу мастеров. Они изготовляли деревянные полы и сцену. Воспринималось их действие как волшебство. В наших фэнтези это называется «трансмутацией». А как у вас, и что это такое?

— У нас этот вид применения магии также называется.

— Но что происходит на самом деле? — спросили Маша. — Откуда-то берётся эта древесина? Не из воздуха же?

— Нет, конечно, — с улыбкой ответил Ольгер. — Я вам сейчас не смогу объяснить всю сложность трансмутации. Когда вы постигнете магию, начнете ею овладевать, тогда будет легче вам объяснить. А изучить этот вид магического воздействия вы сможете в Магической Академии, куда поступите учиться.

Пришли мастера. Заказали им в мастерскую столы, шкафы. Там Лена сама командовала, какие и куда ставить столы, стулья.

Сделали перила вдоль лестничных пролётов в башне, дверь в башенку.

Два бильярдных стола по рисунку и указанным размерам. У нас Маша, Сима, Варя и Майя оказались заядлыми бильярдистками. Они даже участвовали в областных соревнованиях по русскому бильярду.

Установили два теннисных стола.

Ещё один зал оборудовали гимнастическими брусьями, кольцами, шведской стенкой. К потолку прикреплены шесты, канаты. Установили «козла». Эльфам через мастеров заказали маты. Чем они их набивают, не знаем, но очень хорошие, мягкие, чуть пружинистые.

На четвёртом этаже башни решили устроить комнату для медитации. На окна изготовили шторы из лёгкого бархата. Ткань принесли из казны. Два рулона. Бежевая. Тёмная и светлая. Шторы изготавливать помогала Полева. Чертежи и рисунки карнизов на бумаге изобразили я и Лада. Крепить помогал Ольгер. Атилла сделал деревянные кольца.

Потрудились на славу. Шторы получились замечательные с ламбрекенами. Высота зала четыре метра. Сюда же изготовили специальные подушки, чтобы не сидеть на камнях. Установили диванчики и несколько круглых небольших столиков. Зал получился многофункциональным.

Обед прошёл спокойно. Обсуждали произведённые работы. Напомнила Ольгеру про пруд. Он только посмеялся. Оказывается, он во время пробежки пробил четыре родничка и вода уже набирается. А я и не видела. Там Светозар сделал каменный жёлобок для отвода излишек воды до стены и под стену. А дальше вода сама проторит себе ручей в Смородину.

16. О семье и семейных отношениях и ещё кое о чём

Закончив обед, убрав лишнюю посуду в кухню, сидели, потягивая сладкий сбитень. Я решила расспросить Ольгера о его семье.

— Ол, а у тебя какая семья? Ну, не в смысле социального положения, а состав, если не секрет.

— Нет, не секрет, — улыбнулся Ольгер. — У меня два дедушки, две бабушки, отец, мама. Детей нас четверо. Старший брат — Кудесник, Хранитель в Храме Единого нашего княжества.

Средний — имеет две ипостаси — закончил Магическую Академию и трёхгодичную школу Управления. Кудесник. Возможно, будущий Князь. Время покажет. Пока управляет родительской вотчиной и частично Княжеством. Отец больше занят делами Мирреи, государственными.

Я и сестрёнка. Нынче окончила школу специализации по применению магии в быту и ведения теремного хозяйства.

— О! У князюшки три сына. Старший — умница-детина, средний — тот и так и сяк, ну, а младшенький — дурак, — продекламировала Варя.

— Почему я дурак? — удивлённо взглянув на Варю, спросил Ольгер.

— Это у нас в сказках повествование начинается с представления сыновей: «У селянина (царя, князя) три сына. Старший — умный был детина, средний был и так и сяк, младший вовсе был дурак». И его обязательно звали Иваном. Иван-дурак, — объяснила я Ольгеру. — Но дурак, в результате, оказывался самым умным.

Вот, у вас в семье три сына, — стал развиваться у меня мыслительный процесс. — Старший — умный детина, Хранителем стал, Кудесник, глядишь, Волхвом будет. Сейчас у него две ипостаси, но может появиться третья. Волхв не может быть без полного набора ипостасей. Это же, какие знания имеет!

Средний — и так, и сяк. В Хранители не дотянул, только на управителя ума хватило.

А младшенький, сам понимаешь, ни куда. Погоди, — остановила я Ольгера, пытавшегося что-то сказать. — Но, вот проявится у тебя вторая, а, может, третья ипостась, мне же ничего не известно о тебе, а проявится обязательно. Ведь не зря тебя отправили ещё раз нырять в Озеро. И тогда ты умнее всех окажешься. Да ещё, если, на Тане женишься.

— Почему, если на Тане женюсь, значит умнее всех? — посмотрев на Таню, спросил, смущаясь, Ольгер. — В этом случае, не столько ум нужен, сколько присутствие любви.

Таня, порозовевшая, смущённо опустила глаза и не смотрела ни на кого.

— Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь, — пропела Лада.

— В наших сказках, — вступила в разговор Рина, — Иван-дурак всегда умным считается, потому что женится на царевне, даже если он сын простого пахаря. А Таня у нас княжна. Невеста хоть куда.

— Почему не веста? Она же не замужем.

— Не замужем я, — пробурчала Таня. — Двадцать лет, как вдова.

— Тогда не понятно, почему не веста? Вы же девы!

— Ол, девочки, — принялась я разряжать накаляющуюся обстановку, — здесь, видимо, расхождение некоторых понятий. — Ол, растолкуй про невест. У нас невестами называют девушек, готовых к браку, или обручённых. Когда девочка начинает расцветать, хорошеть, то про неё говорят — заневестилась. А как у вас?

— У нас, если обручена, то она — веста. Замужняя, до рождения ребёнка — не веста, то есть лишившаяся девственности. А когда родит — жена, жёнка, то есть женщина. Вот вы сейчас все девы или девицы. Про девочек говорят, красивая подрастает девица.

— Я про вест на Земле читала, — сообщила Сима. — Древние русичи, когда нападал враг, спасали, в первую очередь, дев и вест. Потому что их молитва самая сильная и сохраняла в бою жизни суженым и молодым братьям.

— Ол, — обратилась я к Ольгеру, — у вас в Роксолани бани есть?

— Бани? — удивлённо переспросил Ольгер. — В Китаврусском княжестве в предгорьях и горных поселениях люди ставят бани. Там холодно, особенно в зимнее время. А почему ты спросила?

— Хотим баню поставить, а мастеров здесь нет.

— Зачем вам баня? У вас купальни с почти горячей водой.

— Ол, ты же был у меня в бане, — сказала Сима. — Разве может купальня сравниться с баней, с горячей парной, с берёзовым или дубовым веничком?

— Да, — заулыбался Ольгер, — у тебя знатная баня. Но у вас там зимы очень морозные, а летом комары. Вот в банях зимой с мороза греетесь, летом зуд от комариных укусов снимаете. И купален у вас таких нет.

— Ну и что? Всё равно попариться хочется, — сказала Таня.

— Тогда нужно дождаться моих друзей. Среди них сын Княжича Китаврусского. Вот с ним и договоритесь насчёт мастеров.

— Ол, и ещё вопрос. Ты предупредил, что для всех мы воспитанницы приюта Божественной Лады. Но у вас нет войн, откуда в приюте дети?

— Гхм. Да, у нас нет войн, — начал объяснять Ольгер. — Как известно из летописей, приюты были открыты после магической чумы. Появилось много сирот, но не всех могли взять к себе родственники — их просто не оказалось. Количество приютов сокращалось, в конце концов, осталось два приюта на всю Роксолань — для девочек и мальчиков. Бывают природные катастрофы. Пятьдесят лет назад произошло мощное извержение вулкана. Погибло много жителей предгорья.

— Так это пятьдесят лет назад, — заметила Варя.

— Бывают разные случаи. Конечно, родственники не оставляют детей без заботы, воспитывают, растят. Из Дарвении некоторые родители приводят детей в Приют, чтобы их там укрыть. Оплачивают их содержание. Иногда попадают случайные дети их других миров. Почему это происходит, ни кто объяснить не может.

— А почему на севере? Там же очень холодно! — удивлённо спросила Маша.

— Не знаю, — пожал плечами Ольгер. — Так определили Хранители.

Ол, сквозь ресницы наблюдал за Таней. Она сидела, опустив голову, и тоже о чём-то задумалась.

А я наблюдала за ними обоими и улыбалась. Хорошая пара складывается. Но, будущее покажет. Может, всё совсем не так.

Через пару часов Селиверст сообщил, что во двор пришли гномы.

— Ой, Ол! — воскликнула я. — Мы же договорились с гномами, что они помогут нам посадить саженцы ореха. Пошли.

— Ну, вы даёте! — улыбаясь, сказал Ольгер. — Решили гномам работы добавить. Идите, я за саженцами.

Мы вышли во двор. По саду-огороду прогуливались шесть молоденьких гномов. Следом вышел Ольгер с саженцами, и мы пошли к гномам. Обменявшись приветствиями, все вместе направились в обход пруда к калитке в стене. За стеной раскинулась довольно большая поляна поросшая травой и мелким кустарничком, очень похожим на лапчатку, с крупными лиловыми пятилепестковыми цветами с ярко-жёлтой серединой.

— Красота-а-а! — Восхитилась Лина.

— Сидим за забором и красот местных не видим, — грустно сказала Мила.

— Скоро начнём выходить, — обнадёжила я подруг. — В лес, ведь, выходим. Теперь сюда будем выходить, наблюдать за ростом саженцев.

Гномы через Лину, велели нам всем вместе, в смысле толпой, не ходить по поляне, а разойтись и ходить аккуратно. Взяв с собой Лину и Ольгера, приступили к посадке. Саженцы высаживали в один ряд, через восемь Ольгеровых шагов, вдоль стены, отступив около десяти метров.

Девчата обнаружили щавель, и мы разбрелись, собирая в пучки витаминную зелень.

С посадкой управились быстро. Поблагодарили гномов и вернулись в Терем. На ужин у нас будет лёгкая зелёная похлёбка.

17. О Хранителях и Волхвах

А после ужина у нас состоялась ещё одна очень интересная беседа.

— Аня, почему мы ничего не делаем? — спросила Таня. — Только бегаем, прыгаем, играем. Ну, ещё медитируем или как оно тут называется — входим в состояние покоя. А магия у нас, всё равно, не появляется.

— Появилась. Но мы ещё совсем мало занимаемся, чтобы ею овладеть. Ты писать и читать, сколько времени училась?

— По букварю — полгода.

— Во-от. По букварю — полгода, да ещё по «Родной речи» столько же. А прописей сколько исписала? С магией то же самое. А мы тут ещё всего ничего. И не бездельничаем. Вон, уже, сколько дел переделали — огород посадили, Терем обустраиваем. Коней скоро купим, молодёжь организуем, играм нашим научим. А ещё мы готовимся к чему-то большому, важному для, уже, нашего мира.

— Когда же мы займёмся настоящим делом? Когда начнём будить Терема?

Девчата внимательно прислушивались к нашему разговору.

— А кто будет будить Терема? Не я же? Мы с тобой свой разбудили. А следующее ближайшее двадцатилетие через полгода у Лины. Она искупается в Озере Проявления, и мы увидим какие у неё ипостаси и сколько. Терем может разбудить только наследник с тремя оборотными ипостасями. Так что, возможно, это произойдёт не скоро. И не обязательно это будет кто-то из нас.

— А как же пророчество?

— Истинный смысл Пророчества не известен даже Главным Хранителям. А волхвов нет.

— А что, разве волхвы сильнее Хранителей? — спросила Лана.

— Конечно. Волхвы — это те, кто не только знает Закон Пути Прави, но постиг его. Причём как умом, так и разумом. А Хранители постигли только умом и хранят эти знания для потомков, для тех, кто эти законы постигнет разумом.

— Это как? В чём разница ума и разума? — спросила Сима.

— Ну, это как знать азбуку, как произносятся и пишутся буквы, но не мочь составить из них текст. Или вот! Помните в букваре — «Мама мыла раму». Один прочитает с трудом, а понять не может, что он прочитал. А другой прочитает и представит, как происходит действие. То есть постигнет смысл прочитанного.

— У-у-у-у — загудели девчата. — Ву-у-умная какая!

И засмеялись.

— Книжки умные читать надо! — ответила я и засмеялась тоже.

— А волхвов-то, почему нет? — спросила Майя. — За тысячи лет не выучился, что ли, ни кто?

— Умных, как наша Анна, не родилось! — ответила Лена.

— Может и не родился не один волхв, — пожала я плечами.

— О! А разве волхвами рождаются? — удивилась Рина.

— Да, так утверждают Хранители, — вклинился в наши рассуждения Ольгер.

Всё время нашего разговора он с интересом наблюдал за нами.

— И как это происходит? — недоумённо произнесла Лада.

— А, давайте, спросим у Светозара, — предложила я и мысленно его позвала.

Он в ту же минуту появился в столовой.

— Вас интересует, как рождаются волхвы? Так же как и все люди — у мамы с батей. Но родившееся дитя уже знает, что он волхв. Потому что его душа есть реинкарнация души волхва с его памятью всех предыдущих реинкарнаций и памяти Пути Прави. Ведь волхвом можно стать, только познав и постигнув Путь Прави.

— Значит, волхвы так и кружат по кругу перерождений, и новых не рождается? — сделала вывод Лина.

— Рождаются дети с душами первозданными. Но чтобы стать волхвом, нужно прожить не одну жизнь, пройти через не одну реинкарнацию. Среди нынешних Хранителей есть несколько, кто ступил на постижение Пути Прави. Так что возможно появление волхвов этого мира. А я волхв Земли.

— А почему ты остался в Тереме и не ушёл за Грань, чтобы вернуться в новой реинкарнации? Волхвом этого мира? — спросила Таня.

— Такова воля Триединого! Но у меня ещё всё впереди. Может, я появлюсь в младенце у кого-нибудь из вас? — произнёс, улыбаясь Светозар.

— Тогда мы тебе имя уже сейчас подберём, а то, вдруг, не понравится. — Смеясь, предложила Варя.

— Нет. Заранее нельзя. Новое имя — это тайна. Если его узнают Навьи посланцы, то они могут загубить младенца.

— А куда деваются волхвы? — спросила Лада. — Ведь их становится меньше!

— Меньше не становится. Должно соблюдаться равновесие. Выполнив свою миссию, волхвы уходят по Пути Прави в мир Богов или в иные миры Земли или Космоса.

— Почему они уходят в иные миры? — спросила Таня.

— Душа человеческая любопытна и вечно молода, даже если опытна. Её влекут новые ощущения, новые знания. Поэтому волхвы уходят в новые миры.

Мы поблагодарили Светозара и он удалился.

Вот и ещё кусочек Знания мы получили.

— Ол, — обратилась Рина к названному брату, — нам Бус рассказывал про Любаву, сестру Борислава Белояра. Она замуж не вышла, потому что не встретила Истинного, а просто по любви или согласию не захотела. Ты можешь объяснить, в чём разница?

— Попытаюсь объяснить, как смогу, — согласился Ольгер. — Семьи создают люди, в основном, по любви. Любовь идёт от сердца. Не у всех семейных пар любовь сохраняется до конца жизни. Но разводов у нас нет, Уклад не позволяет. И если один из пары погибает или по иной причине уходит за Грань, то второй продолжает жить. И чтобы полюбить, нужно с этим человеком вначале познакомиться, узнать друг друга. Бывает любовь с первого взгляда, но очень редко. А с Истинными, несколько иначе. Истинные чувствуют друг друга, не видя, если они находятся вблизи. Постепенно, создав семью, они становятся настолько близки, что чувствуют состояние души друг друга, могут мысленно общаться на большом расстоянии. Они не могут жить друг без друга. Если один уходит за Грань, то второй тоже уходит из жизни. Но Истинные встречаются очень редко. Могут так и не встретиться за всю жизнь и полюбить другого.

У нас есть легенда. Когда Триединый создавал людей из глины, он сделал много лишних, то есть больше, чем приготовил душ. Поэтому часть душ он разделил пополам. Многим людям достались половинки душ. Людей Триединый всех перемешал и расселил по всему миру. Теперь каждая половинка стремится встретить свою половинку. Поэтому встреча Истинных — это дело случая.

— О! У нас тоже есть нечто похожее, про половинки, — сказала Рина. — Только там говорится, что Бог сотворил сначала людей двуполыми, а потом разделил их на мужчин и женщин и, перемешав, расселил по миру. И с тех пор каждая половинка ищет свою, да не все находят.

— Ол, ты говорил, что оборотные живут от пятисот до семисот лет, а Ладоны даже тысячу. Истинные не могут жить друг без друга. Так? — Ольгер внимательно смотрел на говорившую Ладу. — А, если, Истинными окажутся Волк и Ладон, тогда как? Сколько они проживут? Жизнь-то у них единая.

— Они проживут жизнь Ладона.

— Ол, а в каком возрасте у вас выходят замуж, женятся? — спросила Маша.

— Обручаются не раньше первого оборота, если полюбили или встретили Истинных. А вообще семьи создают в разном возрасте. Мужчины лет до пятидесяти гуляют, а то и дольше. Особенно Ладоны. Жизнь-то долгая.

18. К нам приехали ревизоры

На следующий день к нам приехали «ревизоры» — гомозули. Прошли через портал.

Селиверст сообщил о появлении гостей. Я вышла на крыльцо, Ольгер пошёл открывать ворота.

Вот они — «чуди подгорнии». Не так уж маленькие, как описывают. Рост метр двадцать — полтора. Но с таким ростом на Земле людей много, про которых говорят — «метр с кепкой». Видимо кровь гомозулей сказывается. Коренастые. Чувствуется физическая сила. Смуглокожие, кареглазые, темноволосые. Нос картошинкой.

Представились. Семья — отец, три сына и две дочери. У отца борода заплетена в две косы до пояса. Концы стянуты кожаными ремешками Волосы на голове заплетены в косу, тоже до пояса. Ухоженные.

Сыновья приземисты, но стройней отца. Волосы тоже забраны в косу. Бороды аккуратно подстрижены на ладонь. У мужчин в левом ухе серьга с чёрным камнем с горошину.

У девушек заплетены две косы, концы привязаны вплетенными лентами на бантики к основанию кос. Лицо чистое, ухоженное. Сразу видно, что пользуются средством для удаления лишних волос, а, может и не растут вовсе. Фигура со спины, что у мужчин — спина прямая, плоская, талия отсутствует. Но присутствует хорошо развитая грудь. У нас скромнее. На шее, на серебряной цепочке висит кулончик с чёрным камнем.

У всех серьёзный деловой вид. Мужчины одеты в черные штаны, серые в узкую полоску косоворотки, черные жилетки. Из карманов свисают цепочки от часов, в сапогах. У отца в руках кожаная сумка, напоминающая портфель, у сыновей и дочерей эльфийские дорожные мешки.

А Ольгер говорил про Селиверста, что так не одеваются. Вот, пожалуйста! Оказывается, одеваются.

На девушках тёмно-серые, слегка расклешённые юбки до щиколоток, светло-серые блузки на выпуск, с кружевными белыми воротничками, подпоясаны ремешком, ботиночки.

Пригласила войти. Таня с Ольгером уже ждали нас с вином.

— Я, Будграх Годогрехт-Штрипрейгрехт, клянусь….

— Я, Мирерах Будграхт-Годогрехт, клянусь….

— Я, Аузерах Будграхт-Годогрехт, клянусь….

— Я, Рорграх Будграхт-Годогрехт, клянусь….

— Я, Регия Будграхт клянусь….

— Я Редегия Будграхт клянусь….

Нагрузившись коробами, мы двинулись в казну. Разбились на группы во главе с одним из Брудграхтов, и принялись было за дело, но …

Но дело встало. Будграх, достав из дорожной сумки одного из сыновей столик и стул, расположился с бумагами. Рядом пристроилась Мила с большой общей тетрадью, страницы которой разлиновала на колонки для составления описи. В первой колонке она начала проставлять порядковые номера. Нашими цифрами. Будграх обратил внимание на непонятные значки и спросил, что они означают. Миле пришлось объяснять.

Дело встало. Интерес к новому перевесил профессиональную обязательность. Будграх попросил Милу показать, как она использует эти знаки в документах счетовода. Мила с Будграхом ушли в кабинет.

Мы решили продолжить работу. Из сундука доставался предмет, производилась его опись, оценка и всё заносилось в тетрадь. Мы в свои, гомозули в свои. Если появлялись сложности в оценке, предмет откладывался в сторону. Вернулись Мила с Будграхом. Будграх обратился ко мне с просьбой, организовать для них обучение новым числам.

— Когда ты хочешь, чтобы начались занятия и сколько будет человек? — спросила я.

— После окончания работы. Мы управимся за три дня без вашей помощи. Я через неделю наберу учеников.

Я подозвала Таню.

— Знакомьтесь. Наш учитель Таня. Это она придумала цифры. Но раньше, чем через месяц, она не сможет начать с вами занятия. Мы договоримся с руководителем деревенской школы о выделении комнаты для занятий. Извини, — обратилась я к Тане. — Решаю без твоего согласия.

— Я согласна. Только учебников нет. И почему через месяц, а не раньше?

— Зачем тебе учебник? У тебя голова с собой. Тебе надо-то научить счёту и арифметическим действиям, чтобы могли оперировать числами. Это начальная школа нашего времени. Ты забыла, что через десять дней к нам приезжают гости? Если сможешь, можно начать занятия раньше.

— Надо будет составить договор по оплате, — обратилась я к Будграху. — Но это после окончания работы.

На том и порешили.

Оставив Милу и Таню с гомозулями, мы вышли из казны.

Вот и появилось у Тани важное дело — внедрять новый счёт. Пока у гомозулей.