Зачарованный терем

1. Жизнь налаживается

Жизнь налаживалась. Входила в колею.

Подъём. 05-00

Пробежка.

Гигиенические процедуры. Первый завтрак.

Медитация.

Второй завтрак.

Занятия в библиотеке.

Подвижные игры в спорткомплексе.

Обед.

Занятие пением, танцами.

Бассейн, пруд.

Медитация.

Ужин.

Занятия по интересам.

Лёгкий ужин (паужин). Совет.

Отбой! — 23–00.

У нас приступил к работе привратник. Мальчишка четырнадцати лет. Ярун, Ярунок — сын Даны. Вытянутый в росте, нескладный, но очень подвижный. Старается помочь на кухне. Много читает. Я разрешила ему брать книги из библиотеки. А ещё ему понравился настольный теннис. И он яростно сражается с заядлой теннисисткой Варей.

Поварихи привели помощниц. Две шустрых девушки по шестнадцати лет. Злата и Снежа.

Злата — действительно, золотая — золотоволосая, кучерявая, с веснушками на носу. Зеленоглазая. Курносая. Веселушка. Девочка-колокольчик. Волос подстрижен до плеч. Дочь Рады.

Снежа — Белоснежка. Длинные белые волосы заплетены в тугую толстую косу до пояса. Худощавая, ещё не совсем сформировавшаяся. Чернобровая, белолицая, синеглазая, форма и размер глаз эльфийские. Внучка Буса.

Девочки окончили школу общего образования. Осенью поступают в школу специализации. В этой школе в первый год выявляют способности к различным ремёслам. Обучают медитации, постижению магии. Обучение четыре года. Если владение магией слабое, работают по специальности, а если сильное, хотя бы, во владении одной стихией, поступают в Магические Академии.

В Магические Академии можно поступить и в восемнадцать лет, окончив школу раньше (экстерном).

В мастерской у Лены трудятся с местной портнихой Полевой две девушки, ученицы школы специализации, закончили третий год обучения. Милана и Малуша. Милана из Петушков, а Малуша из Белокаменки.

А ещё у нас три горничных — Яруна, Ружана и Вера. Окончили третий год обучения школы специализации. Им уже по девятнадцать лет. Владеют бытовой магией. Косы нам плетут. В четыре прядки. Ружана — дочь Даны, а Яруна и Вера из Смородиновки.

В свободное время девочки тоже ходят в спортзалы. Им понравился волейбол. А ещё плавание в бассейне. Им сшили закрытые купальники. В пруду они не решаются. Стесняются.

Яруна, Вера и Ружана пристрастились к бильярду. Играют без кия. Наблюдать их игру очень интересно. «Стрельба глазами». Здорово!

По совету Ольгера, у нас тоже закрытые купальники с широкой оборкой до середины бедра, закрывающей паховую зону. Для игры в волейбол и футбол — бриджи и туники до середины бедра, а для настольного тенниса и бадминтона — юбки-шестиклинки закрывающие колено и топы до бёдер.

Приближалось время приезда друзей Ольгера.

Мы усиленно готовились.

У Тани с Ольгером, вроде, что-то начало складываться. Она стала называть его не как все, Олом, а Ольхом. Раз, заявила Таня, он Повелитель воды, то, значит, он не Ол, а Ольх. Ольгер только улыбнулся на это заявление.

Они часто бывают вместе. Ольгер помогает Тане с медитацией. Занимается дополнительно.

Первое время ни у кого, ни чего не получалось. Кто-то постоянно отвлекался, кто-то просто нагло засыпал. Тренировались погружаться в себя. Ольгер объяснял:

— Магия достигается и постигается покоем. Закон магического гласит: «Когда сознание организует свою работу иначе, нежели диктуют обстоятельства, человеку открываются новые возможности. Отбросьте все мысли об обыденном, и ум окажется чуток на, незамечаемые ранее, закономерности бытия».

И мы пытались. Старались. Ольгер внимательно наблюдал за нами, подсказывал. Первой получилось у Лины. Наверное, потому что в ней проснулась дриада. Потом у меня.

Это произошло неожиданно. Я почувствовала, как стихают и исчезают звуки. В области солнечного сплетения возникло тепло и стало разливаться по всему телу. Я увидела яркий светящийся шарик, от которого разлетались в разном направлении искорки. Стала следить за одной. Она двигалась вдоль кровеносного сосуда, приближаясь к сердцу. И от понимания, что сейчас увижу своё сердце, я разволновалась и очнулась. Ольгер посмотрел на меня и засмеялся. Наверно вид у меня был ошарашенный.

Ещё мы подробно изучали анатомию человека. Как объяснил Ольгер, чтобы мы хорошо знали своё тело и могли оказать первую помощь, если кто-то пострадает физически.

У нас появилась учительница. Любава. Наш преподаватель Уклада (Указа Лады). Очень интересно. Мы её тоже вовлекли в спортивную жизнь.

Утром после завтрака мы проводили Ольгера и Майю в Бодин на конную ярмарку. Бодин — это нынешняя столица нашего княжества. Там их и будут ждать друзья Ольгера и его сестра. Денег надо много. Сходили с Ольгером в Казну за деньгами. И тут произошло нечто странное.

Когда мы с Ольгером набирали в кошели деньги, появился Светозар.

— Ольгер, возьми вон с той полки костяную резную шкатулку, открой и покажи содержимое Анне.

— А что тут? — с любопытством заглянула я в шкатулку.

— Анна, — обратился ко мне Светозар, — этот перстень нужно обязательно надеть.

— На средний палец правой руки, — подсказал Ольгер.

Я надела перстень. Он оказался впору. Широкое, серебряное кольцо, занявшее полфаланги среднего пальца. По кольцу гравировка: с одной стороны, головой к камню — Ладон, распахнувший крылья, а с другой — вытянулся в стремительном беге Волк. Что за камень вставлен в кольце, не знаю. Я в камнях не разбираюсь. Мне даже видеть их раньше не доводилось. Серо-голубой, как мои глаза, с искорками. Красивый!

— Ну вот, моя самая первая драгоценность, — сказала я, улыбаясь.

— Это не драгоценность, — тихо сказал Ольгер. — Это твоя защита и сила. Оно будет усиливать твои магические способности, и защищать тебя. А ещё …

Но Светозар не дал договорить Ольгеру лёгким покашливанием. Чем только меня заинтриговал, но расспрашивать я не стала. А Ольгер как-то странно посмотрел на Светозара.

На всякий случай, написала на гербовой бумаге послание Княжичу Велеславу Белоярскому, с просьбой оказать помощь деньгами, по необходимости. Кроме смены белья, брать с собой ничего не стали. Майя отправилась в новом платье. А на обратный путь приобретёт себе костюм для верховой езды.

Ольгер открыл портал, и они упорхнули, пообещав вернуться этим же путём с лошадьми и друзьями через две ночи к обеду.

Сегодня к обеду ждали Ольгера с Майей и друзьями.

Решили на обед настряпать пельменей. Блюдо для местных жителей неведомое. Заранее заказали свинину и баранину. Мясо с луком порубили сечкой.

Странно, швейные машинки есть, а мясорубок нет. Видимо, в них нет надобности. Надо будет заказать местному кузнецу. Он из металла такое варганит, что залюбуешься. Озадачила Симу с Машей. Пусть займутся.

Замесили тесто и, устроившись в столовой, занялись лепкой.

Поварихи внимательно следили за нашими действиями, запоминая весь процесс. Сели с нами лепить и девочек-помощниц усадили рядом. Пусть учатся.

Пельмени складывали на серебряные подносы и выносили в морозильню. Соус для пельменей приготовили из кислицы. Очень сочная, ароматная, кислая, что твой лимон, трава из семейства толстянковых. Мелко порубили, растолкли с солью, добавили перца. М-м-м. вкусно!

Кстати, здесь растут те же перечные растения с плодами-горошинами, что и на земле. Поэтому в перце горошком и душистом недостатка нет.

Вчера с утра ходили за маслятами. Первая волна. К концу лета ещё появятся. Далеко идти не пришлось. Только перешли дорогу. Набрали каждая по ведёрной корзине. Потушить с овощами, напечь пирожков. Заказали гномам маслят для заготовки впрок.

После обеда опять в поход. Местные ребятишки сводили нас на ближайшие холмы за земляникой. Она здесь очень крупная, как у нас на Земле садовая, только аккуратная, по форме точно, как наша лесная. Ягоду брали в полуведёрные берестяные лукошки. Тоже сделали заказ на землянику, теперь уж ребятишкам. Пусть зарабатывают «обороты».

2. Встречаем друзей

Портал открылся в метрах пятистах на дороге. Выскочили на лошадях два всадника. Один всадник на огненно-рыжем коне. Ярунок распахнул ворота. У ворот встали двое конюхов.

Из портала, вслед за двумя верховыми выскакивали лошади. Тринадцать голов. Особенно выделялась белая лошадь. Вслед за ними трое всадников. Затем появились три лошади, запряжённые в нагруженные коляски. Завершали эту своеобразную кавалькаду пять всадников.

Когда въехали в ворота, первыми всадниками оказались девушки. Одной из них оказалась Майя, которая принялась по-хозяйски распоряжаться конюхами и ребятами. Это она была на огненной лошади. Коней загнали в загон. Парни сами расседлали своих лошадей и тоже пустили в загон. Конюхи принялись разгружать коляски. В них оказались сёдла и упряжь.

Парни, управившись с лошадями, с походными вещмешками на плече направились к крыльцу.

От группы отделился высокий беловолосый парень. Он, ещё будучи верхом, высмотрел в огороде Лину с гномами. Теперь сразу направился к ним. Лина стояла, выпрямившись, словно натянутая струна, и напряжённо наблюдала за парнем.

Молодые люди, переговариваясь и пересмеиваясь, вразвалочку напоказ, неспеша продвигались в сторону крыльца. Высокие, гибкие. Только один выделялся более высоким ростом и шириной плеч. Майя с девушкой задерживалась у лошадей.

Ольгер быстрым шагом обогнал ребят и вступил на крыльцо, наигранно, с возгласом: «Девчонки, я соскучился!». Мы вскочили с лавочек, и, подыгрывая парню, кинулись ему навстречу. Девчонки стали его тискать и чмокать в щёки. Он весело хохотал, отвечая им тем же. Парни, замерев на месте, наблюдали за бурной встречей, не скрывая завистливых выражений на лицах. Для чего и было всё проделано.

Оказавшись передо мной, Ольгер, слегка смутившись, обнял меня, я, как и все, чмокнула его в щёку.

Подошли гости, и Ольгер начал их представлять мне, как хозяйке. У всех ребят одинаковые причёски: волосы ниже лопаток стянуты в тугой низкий хвост.

Первым подошёл загорелый южанин.

— Радим, представитель рода Ладонов, старший сын Князя Ладонии Родварда Редогоста, — представил Ольгер.

Лёгкий кивок.

Тёмно-каштановые волосы. Открытый высокий лоб. Смеющиеся глаза чайного цвета. Крутой излом бровей, что придаёт ему сходство с Ольгером, но черты лица несколько грубее.

— Борис, представитель государства Дарвения, пятый сын Правителя Герда Богобора.

Шутливо отвесил поклон.

Черноволосый, зеленоглазый, круглолицый. Прямой нос с широкими крыльями.

Я наблюдала за девчатами, за их реакцией на парней и за реакцией ребят на девушек. Потому сразу обратила внимание на то, как Таня среагировала на голос Бориса.

— Гороват, представитель Гардарии, второй сын Великого Князя Всеслава Ариганты.

С лёгкой улыбкой кивок головой.

Блондин с зелёными, с хитрым прищуром, глазами, с насмешливой ухмылкой на мягких губах. Нос прямой, чуть вздёрнутый. Подбородок слегка выдвинут вперёд.

— Олев, — наш, сын Княжича Велеслава Белоярского.

Наклон головы и улыбка до ушей.

Русоволосый, сероглазый, курносый. Припухлые губы сердечком, на щеках ямочки, круглый подбородок.

— Волес, старший сын Княжича Ильмира Китаврусского.

Лёгкий наклон головы.

Самый могучий из всех ребят, с широкими плечами. Чёрные глаза из-под чёрных, выгнутых дугой, бровей, кажется, смотрят прямо в душу. Прямой мясистый нос, но лица не портит. Большой рот с чуть пухлыми губами. Жёсткий квадратный подбородок. Не красавец, но притягательный.

— Имир, второй сын княжича Ярослава Арджунского, Гардария.

Лёгкий поклон.

Темно-русые волосы. Лицо совсем юное, худощавый, но жилистый. Голубые глаза в обрамлении густых длинных ресниц, прямой изящный нос. Губы растянуты в приветливой улыбке. Взгляд восторженно удивлённый мечется по лицам девушек.

Да-а-а, не ожидал парень такого розария!

Мальчиков представили, девочки представлялись сами, шутливо приседая в книксене.

Пришли Лина с эльфом. Он подошёл ко мне, представился, чуть наклонив голову.

— Вернуэль, представитель Светлого Леса.

Заметное сходство с Бусом. Прямой аристократический нос, худощавое лицо с высокими скулами, упрямый подбородок с ямочкой. Тёмные прямые брови. Белые, точнее, платиновые волосы до поясницы, заплетены в косу, перехваченную в начале и у конца кожаными ремешками с прозрачными бусинами. Большие лиловые глаза. Взгляд открытый, гордый, но не надменный, говорящий — между нами знак равенства. Но как он смотрит на Лину! Всем понятно, что парень пропал.

Лина за это время сильно изменилась. Черты лица стали тоньше, в серых глазах появились зелёные крапинки. Как ногти не прячь, глаза выдадут. Русые волосы потемнели, отливают рыжиной, а на носу появились веснушки, делающие её очень юной. Гибкая, как лоза.

Ребята с нескрываемым интересом разглядывали её. Она же, смущаясь, пыталась спрятаться за спины девушек.

— Ну и чего уставились? — возмутился Вернуэль. — Девушек не видели?

Те и другие засмеялись.

Подошли Майя с девушкой. В мужской походной одежде, как и у ребят. Небесно-голубые большие глаза, опушённые густыми длинными ресницами. Каштановые с рыжинкой волосы, с лёгким изломом брови. Симпатичный вздёрнутый носик, мягкие, тонко очерченные слегка припухлые губы, узкий подбородок с ямочкой.

Ольгер обнял девушку за плечики и представил:

— Моя младшая сестричка Зарина, можно Заринка. А это, — указал он на меня, — наша старшая сестра Анна. Вы вместе будете поступать в Магическую Академию. Сестричка, ты должна во всём слушаться старшую сестру. Она очень строгая, но справедливая.

— Ол, ты её совсем запугал, — упрекнула я названного братика. — В чём же ты разглядел мою справедливую строгость?

— Да во всём. Ты просто, как наша мама — во всём права, о каждом заботишься. А Зарину я взял с условием, что она здесь не отдыхать будет, а работать, как мы договаривались, помощником управляющего. Управлять она училась, пусть практикуется. И этих охламонов, — указал на улыбающихся парней, — тоже в работу впрягай.

— Да я смотрю, один уже нашёл себе работу — младшим помощником нашего садовника, — пошутила я.

— А кто старший? — вскинулся, услыхавший мои слова, эльф.

— А старший у меня, — засмеялась Лина, — дедушка с дли-и-инной бородой и очень маленького роста.

— Этому помощнику я готов уступить старшинство, — тоже смеясь, согласился Вернуэль.

— А главный конюх у вас кто? — поинтересовался Волес.

— Майя, — хором ответили девушки.

— Жаль. Я нацелился на место главного конюха. Но раз так, я согласен быть старшим помощником.

Все засмеялись вместе с Волесом.

— Анна, а кто у тебя старший помощник? — с хитрой улыбкой спросил Радим.

— Э-э-э! Место занято! — возмутился Ольгер.

— Жа-а-аль, — деланно расстроился парень. — Но я согласен на младшего помощника, а лучше, второго старшего.

— Посмотрим, посмотрим, — засмеялась Таня. — Второй старший помощник тоже есть. Если будешь стараться, так и быть, утвердим младшим.

— Значит, берёте на испытание? — хохотнул Радим, заражая смехом остальных.

Я, встретившись взглядом с Ольгером, дёрнув бровью, указала ему на дверь. Он понимающе кивнул и вошёл в дом.

— Ну, гости дорогие, — обратилась я к прибывшим, — прошу в Терем.

Вошли все в прихожую. Девушки прошли в столовую. Потом из столовой вышли Ольгер с кувшином вина и Таня с чарками на подносе и стопкой салфеток.

Клятву произносили каждый отдельно, и Терем принял у всех.

Ольгер провёл друзей в комнаты заселяться. Майя тоже увела Зарину.

Пока гости заселялись, мы накрывали столы.

У нас появились вилки. Как выяснилось, вилки здесь были двузубые, перенятые в одном из миров. Сима с Машей сели с тетрадкой за стол, нарисовали вилку в четыре зуба, указав размеры, и двузубую большую транжирную. Я выдала им пару слитков серебра, и они с Ольгером сходили к деревенскому Кудеснику-кузнецу. Он на их глазах «выплавил» вилку. Девочки придирчиво осмотрели, сделали кое-какие замечания, объяснили, какую нанести на ручку гравировку, заказали тридцать штук и две транжирных. На следующий день Бус принёс нам готовые вилки, посоветовал наладить изготовление таких вилок на продажу.

Мы взялись. Мила с Бусом произвели расчёты. В дело пока пустили наше серебро. Кузнец с помощниками занялись изготовлением вилок. На ручке гравировка — стремительно бегущий волк, с обратной стороны клёймо кузнеца — голова медведя. На Бусе — реализация продукции. Первую партию — пятьдесят штук — Бус увёз в Бодин Княжичу Велеславу на пробу в подарок. Ответа пока не получили.

Стол сервирован, расставлены тарелки с хлебом, пирожками с маслятами, с творогом и зелёным луком. Миски с салатом из редиски, листьев салата, дикого лука, заправленным сметаной и посыпанным укропом. В глечиках, накрытых крышками, маслята, тушёные с овощами. Горшочки со сметаной и соусом для пельменей, горчицей и хреном. Миски с земляникой, ядрами орехов. Блюда с жареными свиными рёбрышками.

В ожидании гостей мы присели на диванчики.

В столовую весёлой толпой ввалились ребята и замолчали, с удивлением рассматривая окно в кухню. А в кухне две женщины в белых фартуках и поварских колпаках.

Ага, удивляйтесь, удивляйтесь! Мы вас ещё не так удивим!

Я отправила Ольгера за вином.

— Да, и возьми с собой младшего помощника, посоветуетесь.

Радим, с шутовской важностью выгнул грудь, свысока обвёл парней взглядом и направился вслед за Ольгером. Ребятам я предложила присесть на диванчики.

Таня, Лада и Варя отправились в кухню варить пельмени.

Вернулись из подвала Ольгер с Радимом, оставив вино в кухне. Женщины перелили его в кувшины и выставили на полку окна. Ольгер, мотнул головой Радиму, подзывая, и они приняли кувшины с вином.

— О, как у них тут всё интересно! — воскликнул Имир.

Девочки захихикали. Парни улыбнулись, наблюдая за нами.

Пельмени сварились и Таня, Лада и Варя стали наполнять тарелки и подавать в столовую. Остальные девчата расставляли тарелки с пельменями на каждого. Парни потянули носами, недоумённо переглянулись.

Я взяла Зарину за руку, подвела к столу, села и усадила её рядом с собой. Ольгер сел напротив меня. Ребята наблюдали, как мы рассаживаемся. Девочки закончили расставлять тарелки с пельменями и стали садиться за стол, оставляя между собой места. Я пригласила ребят к столу. Они тут же принялись занимать свободные места между девушками.

Радим сел рядом со мной, а рядом с Зариной сел Гороват. Волес сел рядом с Майей, а Вернуэль с Линой. Борис устроился рядом с Таней. Все уселись, успокоились.

Ольгер, а глядя на него Радим, встали из-за стола и прошлись с двух сторон с кувшинами, наполняя чарки вином.

— Ишь, как старается младший помощник, чтобы в должности утвердили! — смеясь, сказала Таня.

И все засмеялись, а Радим сделав серьёзное лицо, строго окинул всех взглядом.

Я встала с чаркой.

— Дорогие друзья! — обратилась к парням. — Я надеюсь, коли вы прибыли сюда, то станете нам настоящими друзьями и даже больше.

Все преисполнились важностью момента. Я продолжила.

— Ребята, сейчас вы наблюдали крохотный эпизод нашей жизни. Вы, думаю, поняли, что мы живем семьёй, дружной семьёй. Стараемся иметь минимум обслуги. Не потому, что не имеем возможности нанять больше, а не считаем необходимым. То, что мы можем сделать сами, мы это делаем. В остальном вы разберётесь.

Ребята, мы с открытым сердцем принимаем вас и надеемся, что всегда сможем на вас положиться. Пусть с этой чарки вина начнётся наша общая жизнь. Добро пожаловать в семью! А чтобы всё было ладно, нужно чокнуться.

И я чокнулась с Зариной и Радимом. Все дружно встали, последовали моему примеру и выпили.

Ребята покрутили в руках вилки, покачали головами.

— А это что? — тихо спросила у меня Зарина, указывая на пельмени.

— Дорогие друзья, — привлекла к себе внимание ребят. — Перед вами новое блюдо — пельмени. Его даже Ольгер ещё не пробовал. Это измельчённое мясо — свинина и баранина — приправленное луком, завёрнуто в тесто и сварено. Есть нужно с соусом, можно с горчицей.

Я наткнула пельмень на вилку, макнула в соус и надкусила.

Ребята и Зарина, осторожно попробовали новое блюдо.

— Вернуэль, — обратилась я к эльфу. — Нас предупредили, что вы не едите мясо….

— Кто такое сказал? — не дал договорить мне эльф. — Ем. Не чрезмерно и нечасто. Ваши пельмени съем обязательно с этим, как ты назвала — соусом. Очень вкусно.

— Пирожки с маслятами и с творогом зелёным луком, — пояснила Таня. — А в глечиках маслята тушёные с овощами. Ешьте, пока горячие.

— Вы ходили за грибами, — с завистью произнесла Майя.

— А что, вы сами ходите собирать грибы? — удивился Радим.

— Конечно, — ответила я. — Мы любим это дело, и за ягодой на холмы ходили. Нас деревенские ребята водили.

— А ребятишки из Смородиновки позавидовали им и пригласили нас на рыбалку, — сообщила Сима. — Только, вот, не знаем, как быть. Если мы придём на речку всей компанией, то рыба в страхе попрячется.

Шутку приняли, посмеявшись.

Пельмени были съедены махом, тарелки стояли пустые. Я подала сигнал поварам, чтобы варили ещё. Из кухни пришли девочки-помощницы, привлекли к себе внимание гостей. На них надеты поверх платья маленькие белые фартучки, на голове кружевные наколки. Под внимательным взглядом парней, девочки собрали пустые тарелки, передали в кухню и вышли.

Ольгер вопросительно посмотрел на меня.

Таня прошептала ему: «Новшество». Ольгер улыбнулся. Он видел на Земле в кино официанток.

Радим с Ольгером наполнили всем чарки. Принялись за грибы.

— Рыбалка — это хорошее мужское занятие, — продолжил тему беседы Гороват. — Мы заядлые рыбаки.

— Ну, почему мужское? — возмутилась Сима. — Мы тоже не прочь порыбачить.

— Нас ещё раков ловить пригласили, — добавила Маша. — Правда, нам не доводилось этого делать. Там, где мы жили, раки не водятся. Интересно попробовать.

— Раков я только в детстве ловил, — сообщил Борис, — а потом, даже есть, не доводилось.

— Ну, это ты много потерял, — глубокомысленно произнёс Олев. — Раки с пивом хороши.

Ребята его поддержали. Девушки, переглянувшись, тоже.

— Я предлагаю, — поднял чарку Имир, — выпить за общность интересов и вкусов.

Все дружно подняли чарки — пельмени понравились всем, маслята тоже уплетались за обе щеки.

В столовую опять вошли Злата и Снежа. Прошли к окну и стали разносить ещё по порции пельменей.

Пельмени были приняты дружным — О-о-о-о!

Вино выпито, всё съедено. Парни сытно откинулись на спинки стульев. Девчата встали, стали убирать со стола. Сняли скатерть. Всё было подано в кухню. На столе остались ягоды и орехи.

— Что теперь? — спросил Радим, ухватив ягодку.

— Я, Ольгер, Майя и Мила пойдём в кабинет, подведём итоги. А девочки проведут вас по Терему. Надеюсь, вам понравится.

— Я с вами, — заявила Зарина. — Хочу посмотреть, как вы ведёте дела.

— Не спеши. Ещё успеешь, — попыталась я её остановить. — Там, где мы жили, говорят так: «Гость на три дня. Потом — работник». Вот и гости три дня. А то, едва приехать успела, сразу за работу.

— Нет. Мне интересно, — стояла на своём Зарина.

— Пусть идёт, — разрешил Ольгер. — Её все равно не переупрямишь. Узнает для себя кое-что новое.

Он имел ввиду арабский счёт. Что ж, пусть ознакомится. Это для них действительно новые знания.

— Я тоже с вами, — заявил Олев. — Отец вам кое-что передал.

— Ладно, пошли, — согласилась я. — Таня, веди ребят на экскурсию.

— Куда, куда, — услышали незнакомое слово ребята.

— Девочки объяснят, — ответила я, выходя из столовой.

3. Отчёт

Я, Ольгер, Майя, Мила, Зарина и Олев вошли в кабинет. Мила села за стол на место главы, рядом с двух сторон устроились Ольгер и Майя. Я — напротив, с двух сторон Зарина и Олев.

Олев снял с плеча мешок.

— Можно, я первый?

— Давай по порядку, — возразил Ольгер. — Сначала я расскажу о том, как нас приняли.

— И как же вас приняли? — спросила я.

— Да хорошо их приняли! — вмешался Олев. — Отец не знал, куда усадить, чем накормить, чем похвастаться.

— Действительно, приняли нормально. Сначала, как обычно, как друзей Ола. А когда я сообщил, что мы из Зачарованного Терема Борислава Белояра, вот тогда он и заволновался, немного, даже, растерялся. Посчитал, что Майя — Княжна. Но, когда ему объяснили, что Княжна осталась в Тереме, а мы приехали для покупки лошадей, он немного успокоился.

По ярмарке мы уже походили, отобрали двенадцать верховых и трёх упряжных. Выходило, что денег нам немного не хватает. Вот и решили обратиться за помощью.

Велеслав пообещал помочь и спросил, когда ты собираешься вступать в княжение. Я ответил, что раньше, чем через три года, не может быть и речи. А там видно будет. У него гора с плеч свалилась. Вызвал управляющего, велел оформить Грамоту на имя Анны Белояр, для доступа к счетам Князя Борислава Белояра, отчёт за два года и сундучок с монетами. Стал нас с Майёй расспрашивать о нашей жизни, но мы сообщили ему, что мы под клятвой и рассказать ни чего не можем. Вот так оно и было. Теперь Мила примет все наши документы и занесёт в реестр.

— Куда, куда занесёт? — удивилась Зарина.

— Это такой документ, в который записывают поступающие и исходящие документы, — пояснила Мила.

— Ой, как интересно! — воскликнула Зарина. — Сколько слов незнакомых, но я поняла. — Покажи!

— Мне тоже, — попросил Олев. — Как, возможно, — он посмотрел на меня, — будущему Княжичу, будет полезно знать.

Мила раскрыла кожаную папку для бумаг (сама изготовила), с документами. Открыла общую тетрадь формата А4, где вела запись поступающих счетов, отчётов о расходовании наличных.

Гости, замерев, следили за её действиями. В реестре, разделённом на колонки, проставлены числа. В буквенном обозначении, римскими и «татьянинскими» числами.

— А, это, что за закорючки? — ткнула пальчиком Зарина в арабские цифры.

— Эти закорючки называются «цифры», — пояснила Мила. — Ими записаны числа. Позже я тебе всё объясню и покажу. А сейчас запишу отчёт Ольгера и Майи.

— А у меня тоже отчёт, — заявил Олев.

— Тогда давай твой отчёт, — согласились мы.

Олев достал из мешка металлический сундучок, примерно ведёрной ёмкости, открыл его.

— Вот здесь то, что должно поступить в княжью казну за последние два года, за вычетом расходов на нужды вотчины. Остальное в гномьем банке. Это Грамота, на разрешение пользованием счетами на имя Анны Белояр. Вот тут нужна твоя подпись и печать. А это отчёт за два года.

В сундучке оказались монеты, разного достоинства, разложенные по холщёвым мешочкам. Каждый мешочек стянут шнурком, концы которого запломбированы зелёной сургучной печатью. Сверху лежала свёрнутая в трубочку бумага. Это оказалась опись с указанием количества мешочков, монет в них и достоинство этих монет. В основном золотых.

Монеты сразу пересчитали, занесли в свой реестр арабскими цифрами.

— Это ещё не всё, — продолжил Олев, доставая из мешка сундук, гораздо большей ёмкости и веса предыдущего. — Отец благодарит вас за подарок. Все в восторге. Заказывает ещё сто штук, а под заказ выслал серебро. Разницу стоимости вилок предъявите в счёте.

В сундуке лежали серебряные слитки.

— Вот и первый заказ, — обрадовалась я. — Теперь разворачиваем производство. Привлекаем кузнецов двух деревень — Махотки и Смородиновки. Пусть набирают помощников, подмастерьев. — Мелькнула мысль: «Надо подсказать Варе, пусть подумает над производством мельхиора и изделий из него. Дешевле, чем серебро и красиво». — У тебя всё, Олев?

— Да. Об остальном пусть Ольх рассказывает.

— Ольгер, а почему ты нам не сказал, что тебя Ольхом зовут? — спросила я. — Тане ты подсказал?

— Нет. Она сама. Дома меня Олом зовут. А среди друзей нас двое со схожими именами. Поэтому я Ольх, а Олев — Ол.

— Так он и есть Ольх — Повелитель воды, — выдал друга Олев.

— А говорил: «Надо почитать, что значит моё имя». А сам и так знал. Анна тебя быстро раскусила, — пробурчала Майя. — Она у нас ву-у-умная.

«Вумная» Майя, Мила и Ольгер протянули вместе. Все рассмеялись.

— Ну, Повелитель воды и Повелительница животных, отчитывайтесь, — шутливо потребовала я.

Ольгер достал бумаги со списками товаров, с указанными ценами на них и суммарной стоимостью за подписью торговца и печатью.

— Это я такие бумаги-фактуры потребовала оформить. Продавцы удивлялись. Я ещё на каждую лошадь хотела родословную получить, а у них они не ведутся, — сообщила Майя.

— А разве у вас нет отбора лучших животных? — спросила я ребят. — Для конноспортивных соревнований, для показа на выставках?

— У нас нет таких соревнований, — ответил Ольгер, — выставок тоже нет. В праздники проходят игры на конях, как у вас поло. С кожаным мячом, наполненным шерстью и конским волосом, и с длинными крюками-клюшками.

— Да-а-а. Скучновато живёте, — констатировала я. — Будем исправлять. Вот ты с Майей и Волесом займётесь организацией и проведением первого конноспортивного праздника в связи с началом занятий в Магической Академии, тоесть, началом учебного года. Будет повод пригласить высоких гостей. Я правильно поняла, что Волес — Кентавр?

— Правильно, — подтвердил Олев. — А как ты догадалась?

— По трём факторам. Фамилия говорящая, к лошадям не равнодушен и самый могучий среди вас. — Объяснила я. — И у нас в библиотеке есть книга с описанием рас и оборотов.

— Сколько лошадей вы пригнали? — спросила Мила.

— Для нашей конюшни? Шестнадцать, — ответила Майя.

— А где фактуры на тринадцать лошадей? — допытывалась Мила, перебирая бумаги. — И на три седла со сбруей и одну коляску?

— А это подарок от княжича, — пояснила Майя. — Он со своей конюшни сам выбирал. Ой, Аня, какие там чудесные лошади! Восторг! Одну, белую в серых яблоках, с дымчатыми хвостом и гривой — это тебе. Мне — огненно-рыжую, в белых чулочках, с белыми гривой и хвостом и белой звёздочкой. А Тане — сивую в тёмно-серых яблоках, с черными гривой и хвостом.

Все три лошади с сёдлами и сбруей, украшенной серебряными бляшками, и серебряные стремена. А Ольх себе и Зарине купил. Себе точно, как у Ола. Вороные в белых чулочках и белыми звёздочками на лбу. Да вы всех видели сами.

— Да мы только мельком и увидели. Вы их так быстро спрятали, а парни нам глаза отвели, — засмеялась я.

Парни заулыбались, а девочки хихикнули.

— Ещё Велеслав племенного жеребца выделил, гнедого, — продолжил отчёт Ольгер. — Ол, объясни.

— Когда князь Борислав Белояр уходил и зачаровывал Терем, то коней продавать не стал. Они у него особенные были, все этой породы. Борислав передал всех нашей семье, наказав, чтобы породу сберегли и, если не вернётся, передали часть тем, кто сможет поселиться в Тереме. Так что лошади не подарок, а возврат долга. Когда у вас тут всё наладится, он передаст ещё десяток молодых, годовиков и двухлеток. А в подарок три седла со сбруей и коляска с упряжью.

— Прекрасно! Теперь ещё и лошадей будем разводить, — сказала я. — Вот, Майя, тебе и дело настоящее — селекция лошадей.

— Теперь ты у нас будешь не просто старший конюх, а конюх-селекционер. — Пошутила Мила и засмеялась. Мы тоже посмеялись.

— А что такое се-лек-ция? — По слогам произнёс незнакомое слово Олев.

— Это когда берут лучших особей по определённому качеству, получают от них потомство. Из этого потомства опять берут лучших, для получения с нужным качеством, — стала объяснять Майя. — Так получают новую породу. Это и есть селекция.

— Хорошо, что я с вами пошла, — заявила Зарина. — Вон, сколько нового узнала, слова незнакомые.

— Вроде всё? Берите, парни, сундуки, отнесём в казну. А девочки пока поработают, — распорядилась я.

Вернувшись, я спросила Майю:

— Май, а тряпочки какие новые привезли?

— Три образца костюмов для верховой езды для дев. Вещмешки эльфийские на всех закупили.

— Я уже занесла в реестр, — сообщила Мила. — И ботиночки по размерам.

— Пойдём примерять. Что тут сидеть, — предложила я.

— Идите, а я ещё немного поработаю, — отправила нас Мила.

— Ой, я с тобой останусь, можно? — попросилась Зарина. — Мне всё так интересно!

— Мне тоже интересно, но я пойду, — направился Олев за мной на выход.

Мы ушли, оставив в кабинете Милу с Зариной. Ольгер повёл Олева разыскивать группу «экскурсантов», а мы с Майей поднялись к себе.

Я зашла к Майе, посмотрела костюмы. Понравились все три. Можно изготовить по три экземпляра каждой. Магией это быстро. Ткани у нас есть. За триста лет они не претерпели значительных изменений, разве что в расцветке.

Примерила ботиночки. Очень удобные. Невысокий каблучок, голенища в четверть высотой на шнуровке. Ботиночки и эльфийский мешок унесла к себе.

Переоделась, взяла полотенце и пошла в купальню. Люблю поплавать в тишине, полежать на воде, подумать. Кто-то попытался открыть дверь. Ага! Пока я тут одна, ходу ни кому нет.

Вышла из воды, вытерлась, надела халат и пошла к себе.

4. Праздники

Решила время не терять, сходить к кузнецу, сделать заказ на завтра.

Спустилась в казну, взяла пару слитков серебра. Зашла в апартаменты Симы с Ланой. На столике лежали листочки с рисунками мангала, решёток и шампуров с указанными размерами. Позвала с собой Яруна. В деревне я была всего лишь один раз, когда ходили всей группой в Храм.

Деревня чистенькая, ухоженная. Дома добротные, пятистенки, крыты черепицей. Стоят не тесно. За домами — огороды, перед фасадами — палисадники. По стенкам вьются у кого цветная фасоль, у кого вьюны. В палисадниках бархатцы набрали цвет, у некоторых тянется вверх разлапистая клещевина. Ярун похвалился, что матери достались цветочки и два семени того дерева.

Подошла к кузнице. Сложена из светло-серого камня. Дерновая крыша, на которой растёт какая-то мелкая травка с голубыми крупными цветами, возвышается труба вытяжки. Чисто, аккуратно. Разве ж это кузница? Ни сломанных колёс, ни сельхозинвентаря, ожидающих ремонта. Палисадничек. В нём пара клещевин и местная пряная трава.

Когда Сима с Машей ходили заказывать вилки, то по возвращении, весело смеясь, сообщили, что кузнеца зовут Вакула. Мы тогда тоже посмеялись.

Вошла в открытую настежь широкую дверь. Наковальня, горн с мехами, бочка с водой. Как и должно быть в кузнице. Но уж как-то очень светло и чисто.

Напротив двери окно, у окна стол. За столом сидит могутный мужик и что-то вертит в руках. Нет, в ручищах. Завидев меня, встал. Ого! Это не Вакула, а Микула Селянинович, получеловек — полубог.

Рост за два метра. Косая сажень в плечах — это про него.

Пшеничные волнистые волосы забраны в косу, стянутую кожаным ремешком. Через лоб голову обхватывает кожаный ремешок с рунами. Небесно-голубые глаза смотрят с прищуром. Нос прямой. Для лубочных картинок наши земные художники за образец, видимо, его лицо брали. На героя фильма «Финист — Ясный Сокол» смахивает. Чуть старше Ольгера и его друзей, но кто его знает. Они здесь все долгожители и выглядят очень молодо. Поверх чёрной рубахи навыпуск, надет парусиновый фартук. Темно-серые штаны заправлены в мягкие сапоги.

Былинный герой!

— Добрых дел тебе, Вакула! — поприветствовала я кузнеца.

— И тебе добрых дел, Княжна. Сама пожаловала. Видать, дело срочное.

— Завтра после полудня, часам к пяти, вот такую жаровню нужно сварганить, и к ней решётки и шампуры. А сегодня к вечеру серебряный поднос вот этих размеров. Серебро я принесла.

— Ну-ка, ну-ка, что тут у вас опять новое? — взял у меня листки Вакула. — Это для чего?

— Это мясо на улице на огне жарить. Вот в этой жаровне пережигают полешки до угольев и над жаром мясо жарят в решётках и на шампурах. Накалывают кусочки мяса и укладывают на жаровню. Но мясо нужно сначала замариновать.

— Нарисовано всё очень понятно. Сделаю. Угостишь новым блюдом? — улыбаясь, спросил кузнец.

— Обязательно. Как готово будет, Ярунка пришлю с гостинцем. Понравится, как приготовить у наших поварих расспросишь, или жена.

— Так нет у меня жены, — развёл руками Вакула.

— Извини. — Мне стало неловко. Может тему недозволенную задела.

— Не извиняйся. Просто нет тут дев мне под стать, мелкие.

— Так в других местах поискать надо. У нас в гости Кентавр приехал. Парень мало мельче тебя будет. У них девы тоже крупные, статные.

— Уж не Волес ли Китаврусский гостит?

— Он самый. Что, знакомец?

— Двоюродной сестры сын.

— А ты приходи. Вот изделия свои доставишь и встретитесь. Поужинаешь с нами. Приходи, — настоятельно пригласила я Вакулу.

— Приду, — пообещал он.

— А за подносом я Ярунка вечером пришлю.

На том и распрощались.

На крыльце стояли Ольгер с Радимом.

— Куда ходила? — обеспокоенно спросил Ольгер.

— В Махотки, к кузнецу. А что? Что-то случилось?

— Нет. Но могло, — улыбаясь, сказал Ольгер.

— Хм. Что же такое могло случиться? — удивилась я.

Ольгер насмешливо посмотрел на друга. Радим хмурил брови, покусывая уголок нижней губы.

— Переполох мог случиться. Младший помощник, когда Олев сказал, что ты ушла с Майей в свою комнату, не дождавшись тебя, пошёл искать. Майя ему сказала, что ты в бассейне. Он туда, а его не пустили. Потом ты исчезла. Вот стоим, высматриваем. Ещё немножко и всех на ноги подняли бы.

Я засмеялась.

— Молодец. Хороший помощник. Беспокойный.

— Анна, — серьёзно посмотрел на меня Радим. — Ты бы предупреждала кого-нибудь, что куда-то идёшь. Вон, хоть привратника.

— Спасибо за заботу, Радим. Привратника я с собой брала. А где остальные? Чем занимаются?

— А кто чем, — ответил младший помощник, — всем нам очень понравились ваши спортивные залы для игр. А почему они так называются? Я спрашивал, мне на тебя указали, что ты знаешь.

Ольгер хитро улыбался, поглядывая на меня.

— Уж не Ольх ли тебе посоветовал спросить у меня?

— Он.

— Спорт от слова спор. Тоесть оспаривают, кто лучше, быстрее, сильнее, более ловкий. Бегают, прыгают, плавают, на лошадях скачут. Интересно. И развлечение и для здоровья польза.

— У-у-у, ву-у-умная какая, — протянул, улыбаясь Ольгер.

И мы засмеялись.

— Пошли, помощники, в дом. Сколько времени? Ужинать ещё не пора, Ольх?

Ольгер посмотрел на часы.

— Через час.

— Может, в купальню ребят сводишь? С дороги как ни как.

— А девочки? — спросил Радим.

— Майя с Зариной в спальнях искупаются. А остальным нужно посоветоваться. Пусть в кабинете собираются.

До ужина собрались в кабинете. Обсудили ещё раз программу вечера. Кто что делает. Костюмы для концерта были развешаны в комнатке для переодевания, выгороженной ширмами, за задником сцены. Немного посудачили о гостях. А как же без этого? И направились в столовую, накрывать столы.

На ужин приготовили вареники с творогом и зелёным луком, с земляникой, запеченную буженину, мясо, пожаренное с луком и приправами, салат.

Пришли ребята, Майя с Зариной. Ольгер с Радимом сходили за вином.

Ужин прошёл в обсуждении спортивных залов, бассейна в купальне.

После ужина мы пригласили гостей в концертный зал.

Концерт удался на славу. Каждый номер сопровождался бурными аплодисментами. Особенно большой успех имели танцы. Под мелодию вальса «Берёзка» и хороводный танец «Венок». А ещё вызвали бурные аплодисменты частушки бабок Ёжок. Правда, пришлось после их исполнения делать пояснения некоторых терминов, кто такая Баба Яга и Леший. Да и после песен. Таким образом пополнили словарный запас наших гостей.

По окончании концерта Лина прошла на сцену, присела на краешек, обернулась к Лане.

— Подыграй, — и запела, опустив глаза долу.

Ребята переглянулись, и все дружно посмотрели на Вернуэля. Он, замерев, не отрывал глаз от Лины. А голос у Лины грудной с лёгкой хрипотцой.

Лина подняла глаза на эльфа и продолжила:

Допев до конца, Лина вскочила, весело засмеялась:

— Эх, жизнь хороша, и жить хорошо!

А мы дружно подхватили:

— А в нашей буче, боевой, кипучей и того лучше!

Приезд ребят не сбил нас с графика. Но пришлось внести некоторые коррективы.

Подъём.

Сегодня у нашей главной портнихи Лены День рождения. Девятнадцать лет. Мы ведём свой календарь для подсчёта дней рождений. На нашем календаре июнь, на местном — кресень.

Пробежка. Первый завтрак. Медитация. Ольгер предложил медитацию парами и тройками. Новички с проводником. Выход из физического тела.

Радим сразу занял место рядом со мной. Таня села к Борису. Странно. А как же Ольгер? Надо поговорить. Или не стоит? Что происходит между двумя, третьему знать, не дано. Ладно, подожду ещё. Ольгер сел с Симой, Вернуэль с Линой, Олев с Милой, Имир с Ладой, Гороват с Зариной, Волес с Майей. Мальчиков явный недобор. Решили с остальными девушками провести занятие после небольшого перерыва.

Интересное оказалось занятие. Словно тебя ведёт экскурсовод. Спина к спине. Голова к голове. Вдох — выдох, вдох — выдох. Начинается полёт. Это не то, что себя изнутри разглядывать. Совсем другое дело! Ты оставляешь своё тело и смотришь на него со стороны. Мы под потолком. Кто с кем сидел, взявшись за руки.

— «Первый раз отпускать руки нельзя, — слышу в голове голос Радима. — Немножко полетаем по залу и возвращаемся».

Разглядываю ребят. Сидят с отрешёнными лицами. Вот и я.

— «Возвращаемся!» — меня дёрнули за руку.

Очнулась.

— Ой, как интересно! — воскликнула Зарина. — Давайте после обеда ещё попробуем.

— Нет, — строго возразил Ольгер. — На сегодня хватит.

— Ну, и как впечатление? — спросила я.

— Душа с душой сливаются в экстазе,

А мы в нирване рядышком сидим,

И на это безобразие

Неподвижно с завистью глядим. — Продекламировала Лана.

Все весело рассмеялись.

После второго завтрака, вместо занятия в библиотеке, решили выехать на конную прогулку, познакомиться со своими лошадями. Прихватив по куску подсоленного хлеба, пошли в конюшни. Девочки начали выбирать себе лошадей, а я подошла к белой лошади в серых яблоках, с дымчатой гривой и таким же хвостом.

Изящная, тонконогая, с «лебединой» шеей. Она приняла с ладони хлеб и посмотрела на меня умными тёмно-лиловыми глазами. Красавица. Ткнула меня лбом в плечо.

— Я знаю, вы любите яблоки, но у меня сегодня нет. Извини. В другой раз принесу тебе яблочко. А сейчас давай знакомиться. Я тебя буду звать Снежинка. Хорошо?

Лошадь, будто поняв, согласно помотала головой.

— Вот и славно. А меня Анна зовут. Пойдём.

Я открыла воротца и пошла к выходу. Лошадь двинулась следом. Ребята седлали своих лошадей. Майя с Зариной тоже. Остальные девчата пытались справиться с этой задачей самостоятельно, вспоминая навыки юности. Мне не доводилось седлать и запрягать лошадь, хотя верхом держалась неплохо.

Конюх Зарон подошёл к нашей паре, улыбнулся.

— Вы, может, так гулять пойдёте? Очень уж жалко такую красоту под седло.

Все, услыхав слова Зарона, посмотрели на нас со Снежинкой, засмеялись. Подошёл с седлом и сбруей второй конюх Водияр. Оседлал лошадь и помог сесть в седло. Попросила убрать удила. Почему-то, показалось, что они не нужны. Девчата стали наперебой отговаривать, что это, мол, небезопасно, вдруг лошадь понесёт. Я всех успокоила, сказав, что в скачках ещё участвовать не собираюсь. А для знакомства удила ни к чему.

Так мы и выехали со двора. Решили прокатиться по дороге в сторону Каменецка. Долго ехать верхом мы не собирались. К седлу привыкать нужно постепенно. Мало ли в детстве да юности верхами носились. А, лет-то, сколько с тех пор прошло? Будем привыкать. Часа спокойной езды на сегодня хватит. Парни с Майей и Зариной перешли на рысь и скрылись с глаз за поворотом.

Ехали мы шагом, осматривали окрестности. Места здесь красивые. Мы с башни любовались, и с холмов. И растёт всё как на опаре. Ладно, в огороде гномы с Линой да Вернуэлем помогают растениям, Ольгер вовремя «поливает». В лесу тоже гномы следят за растениями. А в остальных-то местах — всё само растёт.

Климат почти субтропический. Зимы не бывает. Три зимних месяца — бересень, гомозулень и лютень — только для календаря зимние. Холоднее остального времени, но температура стоит плюсовая, дождливая.

Растения субтропические и среднеклиматические растут вперемешку. В седловинах холмов растут берёзы, в них подберёзовики, лисички. Местные говорят, что грузди тоже есть. По реке Смородине заросли одноименного кустарника. И кипарисы тоже растут, только их иначе называют. На холмах мы обнаружили мелкие кустики самого настоящего дикорастущего чая. Лина обещала заняться выращиванием. Его используют лекари и знахари для своих снадобий.

Я посматривала по сторонам, разговаривала со Снежинкой. Я с детства такая — разговариваю с животными, растениями и даже с предметами. Мне кажется, что они все меня понимают, только ответить не могут. Надо мной Светозар подсмеивается, когда я разговариваю с мебелью. Если, говорит, будешь всегда с ними разговаривать, то оживут, как Терем.

Ладно, хватит кататься, пора назад. Медленно, медленно, а далеко ушагали.

Устроили праздничный обед.

Поварихи настряпали вареников с творогом и луком, по заявкам ребят. Рыбу, запеченную в сметане, свиные рёбрышки в вине. Таня с Милой приготовили майонез на льняном масле, соке кислицы с горчицей, заправили им овощной салат из редиса, салата, дикого лука с укропом. Пирожки с грибами, с земляникой.

После обеда занялись подготовкой праздничного ужина.

Майя, Лана и Рина решили испечь торт. Мука ржаная, очень тонкого помола. Сахара нет. Взяли клубни сахарного растения — медовика, порезали мелкими кусочками, высушили в печи и измельчили в ступке. Получился белый, очень сладкий порошок.

Снежа и Злата глаз с действий девушек не сводят. Запоминают.

Испекли три больших коржа. Получились слегка тяжеловаты, но, увы, как получились. Для пропитки сварили земляничный сироп и добавили в него вино. Приготовили масляный крем, часть которого окрасили земляничным сиропом с добавлением сока боруники, получив насыщенный розовый цвет. Для получения зелёного цвета использовали сок кислицы, подсластив сладким порошком. Сварили варенье из земляники с боруникой. Собирали торт на серебряном подносе, который вечером принёс Ярунок от Вакулы. Прокладывали коржи ягодами земляники и боруники из варенья. Обмазали кремом, обсыпали измельчёнными орехами, украсили розами с зелёными листочками, свежей земляникой, и написали «Лена». Маша с Симой изготовили восковые свечи, установили на торт девятнадцать штук в бумажных мундштуках.

Замариновали в ягодном уксусе с луком свиное мясо для шашлыков, куриные полти в майонезе.

Пока одни кухарничали, другие — это я, Лена, Лада и Варя отправились в швейную мастерскую. Всем нам срочно нужны обновки. Принесли из казны шёлк для юбок четырёх цветов — голубой, светло-синий, жемчужно-серый и цвета морской волны. Для блузок принесли менее плотный шёлк белого, кремового, светло-голубого цветов. Решили изготовить всем юбки солнце-клёш, длиной на ладонь выше щиколотки и белые нижние юбки с кружевами. Блузки-«кимоно» с воротничком-бантом.

Пока мы всё подготавливали, определялись с тканью и моделью, подошли Маша с Симой, а следом Таня с Милой и Зарина. Зарина, узнав, что мы хотим изготовить, изъявила желание одеться так же. Пока Майя, Лана и Рина занимались тортом, у нас уже были готовы юбки и блузки.

Управившись с тортом, подошли девочки. Выбрали ткань, и Полева быстро изготовила им обновки. Как рассказывала Лена — «ахалай-махалай» и «трах-тибидох-тох» — и обновки у нас готовы. Наших горничных и юных портних пригласили на ужин. Тоже обеспечили обновками.

Всё. Мы к празднику готовы.

Подходило время ужина.

Пришёл Вакула. Принёс на плече мангал, а в нём шампуры и решётки. Я через Селиверста вызвала Ольгера, который учил ребят в подвале играть в волейбол.

Ольгер появился же конечно не один, а с младшим помощником. Попросила их закруглиться с игрой, быстро ополоснуться и собраться во дворе возле кухни.

Вакула установил мангал. Рада вынесла на плице угли из печи. Я наложила полешки, которые сразу занялись. Пока ребята собирались, мы уже нажгли углей и уложили решётки с куриными полтями.

Пришли ребята. Я спросила, кто из них может изготовить трансмутацией хотя бы грубое подобие стола. Ребята возмутились, обидевшись на «грубое подобие» и тут же, клубясь туманом, возник шестиногий стол трёхметровой длины и четыре лавки.

Вакула окликнул Волеса. Тот сначала оторопело смотрел на кузнеца, потом заулыбался и поспешил к Вакуле. Они по-родственному обнялись и присели на лавку, оттащив её в сторонку. О чём-то стали оживленно разговаривать.

Ольгер сходил в винный подвал и принёс две заветных полулитровых бутылки.

На другой день, по приезду Ольгера с девочками из Ильмери, мы перегнали гомозулий самогон. Перегоняли кустарным способом без аппарата. Рада заморозила воду в серебряной чаше. В кастрюлю налили самогон, внутрь поставили пустой горшок, а кастрюлю накрыли чашей со льдом.

Получили чистый, как слеза спиртосодержащий напиток не менее семидесяти градусов. Разбавили немного водой, настояли на борунике, предварительно её подавив. Ягода оказала облагораживающее действие: цвет, аромат, вкус и крепость около сорока градусов.

Жарить на огне мясо — дело мужское. Приставили к мангалу Ольгера с Радимом. Девочки занялись сервировкой стола. Принесли и поставили на стол чарки, хлеб, горчицу, хрен, майонез, блюдо с редиской, диким луком, укропом. Принесли пару квасных кувшинов с кружками, вилки, стопку тарелок и салфетки.

Пока накрывали стол, и курочки подошли. Их выложили с решёток на два больших подноса. Ольгер принёс из кухни два разделочных ножа, положил на стол и сказав Олеву и Горовату: «Займитесь», стал разливать наш напиток, наполняя чарки ребятам на две трети, девочкам на треть. Парни с интересом наблюдали за действиями Ольгера.

Я взяла чарку и обратилась к сотрапезникам.

— Дорогие друзья! Сегодня мы празднуем День рождения нашей подруги и сестры. В обед у нас уже был накрыт праздничный стол. Но мы решили, что этого не достаточно. Это у нас первый день рождения. И, честно говоря, хочется и вам продлить праздник от встречи с нами, такими хорошими и красивыми.

Девчата прокричали «Ура-а-а!» и рассмеялись. Ребята смехом их поддержали. Я продолжила.

— Думаю, вы за свою жизнь успели попробовать гномий самогон?

Ребята переглянулись, хохотнули.

— Ещё в первый год в Академии, — сообщил Имир. — Он нас и сдружи

— Извините, я продолжу. Этот ужин мы решили устроить по-полевому. Минимум удобств. И, наконец, давайте выпьем за Лену. Пусть твоя жизнь будет, как этот напиток, красивой, сладкой, но жгучей, чтобы кровь не застаивалась.

Все подняли чарки и … выпили. Ольгер и девочки, кроме Зарины и наших помощниц, были готовы к тому, что мы пьём. Парни с удивлением смотрели на нас, как мы совершенно спокойно выпив, стали закусывать редиской. Конечно, мы работали на публику.

Вакула, одним глотком осушив чарку, крякнул и проговорил:

— Это не гномий самогон, это лучше.

— Это его лучшая реинкарнация, — пояснила Варя.

— Как это, реинкарнация? — спросил Борис.

— Просто. Вот это, — стала объяснять Варя, показав на бутылку, — было гномьим самогоном. Он прошёл через очищение, и получилось то, что вы сейчас пьёте.

— Хорошо получилось, — похвалил Волес, — вкуснее, крепче и пахнет приятно.

Курятинка улетала со стола быстрым темпом. Ребята налили себе ещё, мы отказались, сказав, что пропустим.

Я собралась подложить полешек в мангал, за мной поспешил Радим. Взялся укладывать полешки, которые сразу занялись. Подождав, когда нагорят угли, принялась выносить из кухни шампуры с кусками свинины и укладывать на мангал. Подошёл Ольгер и вдвоём с Радимом стали мне помогать. Оставив их следить за мясом, вернулась к столу. Ребята ударились в воспоминания о смешных случаях, связанных с гномьим самогоном.

За весельем время летит быстро. Шашлыки готовы, и шампуры поданы к столу. Под шашлыки ещё плеснули девушкам по глоточку, парням по полной. Местные девочки и Зарина пить отказались. Им и первой чарки хватило.

Шашлыки получились очень удачные, вкусные и нежные. Выложив на стол ещё по шампуру, я объявила, что продолжение праздника состоится в Тереме.

Вакула, похвалив компанию, ужин, особенно мясо и напиток, попрощался и ушёл домой.

Девочки убрали всё со стола в кухню.

Для танцевально-коцертого зала были изготовлены раскладные столы-трансформеры. Три штуки, длиной в разложенном виде два с половиной метра. Стояли они в сложенном виде в углах.

Мы переоделись в новые платья.

Я заранее выдала девчатам по ладону и предупредила Ольгера, о том, что гостям придётся выкупать куски торта, тоесть одаривать новорожденную. В зале погасили магические светильники. Лана заиграла туш. Лена с парнями, Зариной и девочками в ожидании стояли в зале. Мы вошли в зал. Таня, Рина, Варя и Сима внесли поднос с тортом, на котором горели свечи. Мы запели:

Торт поставили на стол, и Лена, дунув, погасила свечи. Мы, конечно, ей помогли. Сыграли ей «каравай», а Ольгер в это время разрезал торт на порционные куски. Затем Таня раскладывала на тарелки куски торта с вилкой, а Лена подносила их гостям. Начали с меня. Я взяла тарелку и подала Лене ладон. Она передала монету Лине, которая стояла рядом с горшочком в руках. Туда и отправлялись монеты. Так Лена с Линой обошли всех гостей, включая девчат.

Собранные Леной деньги Мила занесла на её личный счёт. За выполняемые работы всем девам шёл твёрдый оклад на личный счёт. Когда им понадобятся деньги на личные нужды, то будут выданы.

5. Уход Светозара

На следующий день, после второго завтрака, занимаясь с девчатами в библиотеке, в одном из тубусов, я обнаружила пергамент с понятным мне текстом. Это оказалась «Летопись Ладона Трогорда». Мельком просмотрев текст, привлекла внимание подруг и стала читать вслух.

Летопись Ладона Трогорда

Мы всегда жили в мире.

Нам нечего было делить.

Этот мир прекрасен!

Горы.

Их величие восхищает.

Даже когда я парю над ними в синеве небес, восторгаюсь их величием.

Горы — наши дома, наши крепости.

Так говорил мой прадед.

Так рассказывал ему его прапрапрадед.

А тому так рассказывал его прапрапрадед.

Так рассказывали наши прадеды.

Но пришла беда!

Содрогнулась планета.

Чёрные плотные тучи закрыли синеву небес.

Затряслись могучие горы, стали рушиться.

Воды Океана вздыбились выше туч.

Мы в страхе метались над горами, где гибли беззащитные наши дети, не вставшие на крыло и совсем маленькие, и даже ещё не появившиеся из яйца.

Мы были беспомощны перед взбунтовавшимися стихиями.

Так рассказывал мой прадед.

Так рассказывал ему его прапрапрадед.

А тому так рассказывал его прапрапрадед.

Так рассказывали наши прадеды.

И тут появилась ОНА.

Прекрасная и сильная.

Могучая, как грозовая туча.

«Берите каждый по детенышу и летите за мной!» — приказала ОНА.

Мы взяли в лапы по детёнышу, по два, свой ли, чужой ли, не было разницы.

«Я увожу их!» — громче грома крикнула ОНА.

И, вдруг, разверзлись чёрные тучи, вспыхнул яркий луч, и мы устремились по этому Лучу вслед за НЕЙ.

Мы летели из этого сошедшего с ума мира и уносили своих детей.

Так рассказывал мой прадед.

Так рассказывал ему его прапрапрадед.

А тому так рассказывал его прапрапрадед.

Так рассказывали наши прадеды.

Я не знаю, сколько времени мы летели, много ли, мало ли или совсем ни сколько. Далеко ли, близко ли, но мы оказались в этом благодатном мире.

Здесь такие же величавые горы, такие же прекрасные долины, спокойные воды.

ОНА сказала нам: «Вы будете жить здесь. Но вы станете другими, и жить будете по-другому. Вы станете как я!».

И, вдруг, ОНА стала человеком, женщиной, прекрасной, как солнце и луна вместе. В одежде, сотканной из солнечного света и сияния звёзд. ОНА была величественна и земная одновременно.

Это была Богиня.

Наша Богиня.

Лада — Майя.

И мы, в тот же миг, стали людьми.

Мы без стыда стояли перед ней нагие. Прохладный ветер обдувал нашу кожу.

Так рассказывал мой прадед.

Так рассказывал ему его прапрапрадед.

А тому так рассказывал его прапрапрадед.

Так рассказывали наши прадеды.

Наша Богиня дала нам одежду и научила всему, чтобы мы могли выжить.

ОНА дала нам Закон, Уклад нашей жизни.

ОНА велела нам жить в человеческом облике 25 лет. И только по истечении этого срока мы можем обратиться в драконов, но не навсегда. А только для защиты своей жизни, своей семьи.

И, только, будучи в облике человека мы можем заключать семейный договор. И только в облике человеческом мы можем плодить детей. И создавать пару мы должны одну на всю жизнь, не создавая гнёзд.

Богиня сказала: «Я даю вам своё имя. Отныне вы Ладоны. Я беру над вами покровительство. Я, Лада-Майя, ваша Богиня-Покровительница».

Так рассказывал мой прадед.

Так рассказывал ему его прапрапрадед.

А тому так рассказывал его прапрапрадед.

Так рассказывали наши прадеды.

Но мы были не единственными жителями этого мира. В прекрасных девственных лесах его жил и живёт по ныне маленький народец — гномы. Они очень похожи на людей, но не являются таковыми. Они могут становиться невидимками. А разговаривают они на птичьем языке.

Но так мы жили в этом прекрасном мире не долго. Только три поколения выросло после того, как мы сюда переселились, и как стали людьми.

Однажды здесь появились люди. Много людей. Они расселились в долинах вдоль рек и на берегах озёр. Люди, для того, чтобы охотиться, оборачивались в разных зверей. Волков, медведей, рысей, тигров, львов, пантер и леопардов. Но жили они человеческим Укладом, тем же, что и мы.

Среди них были и такие, которые могли оборачиваться очень красивыми белыми оленями, с одним рогом. У них была длинная грива и такой же хвост.

И звери их не обижали, а даже преклонялись перед ними. Мужчины-звери брали женщин-оленей в жены, и у них рождались дети с двумя обличиями — Зверя и Единорога.

Потом появились люди, которые при обороте становились Человеком-конём. Они называли себя Кентаврами, потомками Кентавра Полкана.

Мужчины Кентавры тоже стали брать в жёны женщин Единорогов. И у них тоже стали появляться дети с двумя обличиями.

Так рассказывал мой прадед.

Так рассказывал ему его прапрадед.

А тому так рассказывал его прапрадед.

Так рассказывали наши прадеды.

Долго мы так жили, не мешая друг другу, но и не заводя дружбы. Нам нечего было делить. Нам хватало места для жизни и охоты. Людям Оборота тоже.

Но однажды что-то произошло. Померк свет Сурия, чёрные тучи закрыли небо. По всем долинам клубилась темнота. Вздрогнула планета, содрогнулись наши горы. Мы были напуганы. Нас стало клонить в сон. Мы забились в свои пещеры, закрыли все выходы. Больше нам некуда было прятаться.

Проснулись мы от тишины, выбрались из пещер и поразились увиденным. Казалось, горы стали выше. Дым и пепел поднимался из самых высоких вершин. В глубоких ущельях плескалась вода. А по другую сторону гор, где всегда волновалось бескрайнее море, белела пустыня, сверкая, под лучами Сурия, и дышала вечным холодом. А случилось это через семнадцать тысяч двести сорок семь лет после прихода людей Оборота.

Так рассказывал мой прадед.

Так рассказывал ему его прапрадед.

А тому так рассказывал его прадед.

Так рассказывали наши прадеды.

А потом мы увидели эльфов. Это такой особый вид людей. Эльфы поселились в лесу. Они понимали речь гномов. Как и гномы, эльфы могли становиться невидимками. Как и гномы, они понимают связь растений с землёй и могут управлять этой связью. Они могут ускорить рост растений, замедлить его или вовсе остановить. Они выращивают из растений дома и живут в них. Они имеют второе обличье — Единорог. Эльфы отгородили свой участок Великого Леса от его основной массы непролазным высоким кустарником с большими шипами. А свой лес обустроили так, что там весь день очень светло в любую погоду, и назвали его Светлым Лесом. Они стали жить обособленно, не вмешиваясь в дела людей и не смешиваясь с ними.

Мы тоже долго жили в своих горах обособленно. И твёрдо помнили Наказ своей Богини, оборачиваться только после 25 лет жизни в облике человека со дня появления на свет, со дня рождения. И не находиться в облике Ладона долгое время и без необходимости.

Но в нас жива кровь наших предков, поэтому нас постоянно манит небо. И мы летаем, чтобы размять крылья.

Так мы и жили — дети Триединого — все вместе в ладу и мире и, в то же время, порознь. Нам нечего было делить.

Нам, Ладонам, принадлежали горы.

У эльфов был свой Светлый Лес.

Потомки Волосеня и Полкана жили в долинах и горных лесах.

Гномы везде, где вздумается.

Так рассказывал мой прапрадед.

Так рассказывал ему его прапрадед.

А тому так рассказывал его прапрадед.

Так рассказывали наши прадеды.

Прошло двадцать две тысячи восемьсот пятьдесят лет, как появились в этом мире люди оборота.

Прошло пять тысяч шестьсот пять лет, как поменялся наш мир.

И на нас надвинулась беда.

Я был молод и силён. Я, только что, совершил свой первый оборот.

Вестниками приближения беды стали гомозули.

Они пришли одновременно из двух миров.

Одни пришли из мира наших предков — Земли.

Другие из очень близкого к нам мира — Голутвия. Но этого мира вы не найдёте на карте миров. Его нет. Осталась только Тень.

Гомозули расселились под горами. Одни зашли со стороны восхода, а другие с закатной оконечности хребта.

И вот пришло то время, когда нам пришлось защищать себя, свои роды, племена, нашу землю.

На наши головы с небес, закрытых чёрными тучами, посыпались исчадия Нави. Змеи с головами зверей, ядовитыми зубами и хвостами скорпионов. Дни и ночи мы сражались, наша Богиня запретила нам сражаться, приняв облик Ладона. И мы чтили этот запрет. Мы бились мечами. И уже был потерян счёт дням и ночам.

Так это было.

Навьи исчадия всё сыпались и сыпались. Сражались все. Люди, эльфы, гомозули. Гомозули укрыли под горами наших детей, детей эльфов и людей оборота.

Но когда стали появляться чудовища с человеческим телом наполовину, а нижняя половина козлиная, вместо носа — свиное рыло, а на голове длинные козьи рога, хотелось обернуться и жечь их своим пламенем. Люди обернулись в зверей и драли чудовищ клыками. Кентавры, эти могучие воины, сразу сражались в своём втором обличии. В броне, защищающей их большое тело, с огромными мечами, они носились по полям сражений, спеша на выручку слабеющим.

И вдруг сквозь мрак сверкнул яркий луч света и по этому лучу к нам спустились могучие витязи в кольчугах, а следом за ними Драконы, потомки наших предков.

Они сразу вступили в битву. Драконы поливали своим огнём тварей и те сгорали, не оставляя пепла.

Витязи рубили тварей по несколько штук одним взмахом меча.

Я уже терял силы, когда рядом со мной оказался витязь. Мы стояли спина к спине. Земля под ногами превратилась в кровавое месиво. Я поскользнулся, и в этот момент тварь рубанула своим кривым мечом меня поперёк спины. Витязь уже не мог держаться на ногах. Его ноги были изодраны змеями со звериными головами. Он, истекая кровью, накрыл меня своим телом. Всё время, когда мы стояли спина к спине, и когда лежали, его мысли шли в мою голову. Это были Знания. Знания Пути Прави.

Битва закончилась. Нас подобрали и унесли на сухое место. Витязь продолжал прижиматься головой к моей голове, передавая Знания. К нам подбежали гномы. Меня стали лечить. Но мне уже никогда не взлететь в небо. Слишком велика рана.

Витязю уже ни чем не могли помочь.

— Как твоё имя? — спросил он.

— Трогорд, — ответил я. — А твоё?

— Светозар. Помолись Триединому и Волосеню за меня, — попросил он.

— Хорошо, — ответил я. — Но чем я оплачу свой долг перед тобой?

— Ты уже ни чем. Но, однажды, наши потомки встретятся. Вот тогда и произойдёт возврат долга. А чем и как, они решат сами.

Мне помогли подняться.

Вокруг оборотные жгли погребальные костры, помогая душам подняться к Богам. Гомозули увозили своих погибших в горы. А эльфы отдавали тела земле.

Оставшиеся в живых витязи вернулись в свой мир. Драконы остались здесь и поселились в горах на острове.

Так это было.

Я был там воином и свидетелем.

Я, Трогорд из рода Ладонов.

Я закончила читать летопись.

В горле стоял комок, глаза застили слёзы. Девчата шмыгали носами.

Ребята стояли в напряжённом молчании.

Я и не заметила, когда они вошли.

— Откуда это у вас? — разорвал тишину резкий голос Радима. — Эта вещь — реликвия нашего рода, нашей семьи. Её написал мой прапрадед.

И тут я увидела Светозара. Оказывается, он стоял тут всё время чтения летописи. Волхв, опираясь на посох, стоял, склонив голову. Когда прозвучал голос Радима, Светозар посмотрел на него и ответил.

— Он написал две. Эту он передал моему сыну. И это — реликвия моего рода.

— Получается, что я должен тебе вернуть долг моего прапрадеда? Но как мне это сделать?

— Сделай то, что сделал Ольгер. Стань этим девам названным братом, раздели с ним заботу о них. Они тоже моего рода, мои потомки. Это и станет оплатой долга твоего прапрадеда.

— Клянусь! ОУМ! — торжественно произнёс Радим.

— Светозар, — нарушила торжественный момент я. — Расскажи, как это было.

И вот уже перед нами стоит могучий витязь. В кольчуге и шлеме. От него исходит мощь и сила. Он молод и прекрасен. Витязь начал свой рассказ.

— Это случилось, когда я, пройдя ряд реинкарнаций, достигнув истинной сути Пути Прави, прошёл обряд посвящения в витязи-волхвы.

Под влиянием Космических явлений нарушилось равновесие между Навью и Явью. На Землю ринулись полчища Навьих тварей. Все Боги всех народов вступили в жестокую битву с тварями. Это были змеи с головами зверей, полулюди-полузвери, вооружённые кривыми мечами, птицы-горгульи. Весь люд бился, защищая свой мир. Вместе с людьми сражались эльфы, гомозули и драконы, которые бились с горгульями.

Когда уже был виден перевес наших сил, мы узнали о битве в ваших двух мирах.

На помощь в ваш мир пошёл волхв Свентояр, взяв тридцать три витязя-волхва. Часть драконов помчалась нам вслед, пока ещё виден был Путь.

Мы сразу вступили в сражение. Казалось, что весь мир превратился в единое поле битвы. Я не знаю, сколько дней и ночей длилось кровопролитие.

Но вот я увидел, как могучий воин бьётся в гуще косматых тварей, и поспешил ему на помощь. Мы, стоя спиной к спине, бились, как одно целое. Мне крепко досталось. Змеи рвали тело острыми ядовитыми зубами. Я чувствовал, как по телу начинает расходиться их яд.

Тогда я теснее прижался к воину и стал передавать ему Знания. Так мы продолжали биться ещё какое-то время. Но силы начали покидать меня. Я не устоял на ногах, и, в этот момент, косматая тварь полоснула мечом моего напарника. Он упал, а я, накрыв его своим телом, прижался лбом к его голове, продолжая передавать Знания. Я знал, что я уже не выживу, а он останется калекой, но будет жить ещё очень долго.

Битва закончилась. На земле остались лежать погибшие и раненые. Живые собирали всех. Убитых людей складывали для совершения обрядового сожжения, чтобы души могли покинуть тела и уйти в Небесное Воинство. Раненым оказывали помощь. На поле сражения появилось множество гномов. Они, щебеча, хлопотали вокруг раненых, исцеляя их.

Мы с напарником лежали рядом. Он на животе, а я на спине.

Мы оба были в сознании. К нам подошли гномы. Они стали залечивать разрубленную спину напарника, что-то обсуждая и, с сожалением, покачивая головами. Меня они не трогали, а только стояли рядом со слезами на глазах. Не жилец, понял я их. Я и сам это знал.

Я повернул голову к воину и спросил:

— Как твоё имя?

— Трогорд, — ответил он. — А твоё?

— Светозар. Помолись Триединому и Волосеню за меня. — Попросил я Трогорда.

— Хорошо, — ответил он. — Но чем я оплачу свой долг перед тобой?

— Ты уже ни чем. Но, однажды, наши потомки встретятся. Вот тогда и произойдёт возврат долга. А чем и как, они решат сами.

К нам подошли воины и помогли встать Трогорду.

Вдруг я почувствовал, как подо мной появилась каменная плита. Она приподняла меня, и я перестал чувствовать своё тело. Моя душа, точнее, я рванулся вверх, но меня остановил Глас Триединого: «Не спеши! Ты ещё нужен этому миру». И я остался и наблюдал, как плавилось моё тело, смешиваясь с камнем. На камне появился гладкий камешек молочного цвета. От него исходило сияние. Камешек начал увеличиваться в размере, расти, и вырос в вытянутое вверх яйцо с мой рост.

— «Это твой Дух, — услышал я Голос. — Он твёрже алмаза и крепче всякой твёрдости. Его нельзя ни чем разрушить. Это Грааль, сердце будущего Терема, с заключённым в нём Духом. Ты будешь жить рядом с ним. И когда свершится Предначертанное, ты оставишь его».

Вокруг Грааля начал подниматься каменный терем. Он был живой.

На местах гибели двенадцати витязей-волхвов выросли живые Терема и Храм, как память о Великой Битве.

Души погибших волхвов ушли в Правь родного мира, и только я остался в мире живых, в мире Сурейн.

У меня на Земле оставались жена и два сына-двойняшки, отроки четырнадцати лет, Белояры. Одного доставили сюда.

И мы снова, молча, переживали услышанное. И опять текли из девичьих глаз слёзы. Вот мы и познакомились с историей Сурейны. Но это оказалось ещё не всё о Великой Битве.

Затянувшееся молчание прервал Ольгер.

— Брат рассказывал, что у орков есть легенда о Большой Битве с иномирными тварями, просыпавшимися, однажды, на Великую Степь. В этой легенде описываются те же твари, что и в летописи. Видимо, это одно и то же событие.

«Когда они уже не могли справляться с тварями, когда был близок конец их жизням, уцелевшие в долгом кровопролитии шаманы отбросили секиры и взяли в руки бубны.

Они развели огромный костёр и встали вкруг него. Шаманы били в бубны, кружили в Последнем Танце и выкрикивали в небеса призыв Высокому Богу — О-о-о-М-м!

А вокруг них шло сражение. Воины закрывали шаманов своими телами, рубили секирами тварей, не давая тем добраться до шаманов.

Вдруг, в небе, пробивая чёрные тучи, появилось Огненное Яйцо. Из этого Яйца вылупилась Железная Птица ТоркХто. Она несла на себе Небесных Воинов. На них были крепкие кожаные доспехи и шлемы. В руках они держали Огненные Секиры.

Воины спрыгнули на землю и стали крушить иномирное воинство.

Раз махнут — нет тысячи тварей. Другой раз махнут — нет ещё тысячи тварей.

Твари от Огненной Секиры усыхали, становясь мелкими червями и жуками. И тогда слетелись степные птицы дорфу и стали клевать этих червей и жуков, не давая им уйти в землю. Дорфу и по сей день выискивают их, разгребая землю лапами.

Так была одержана победа над иномирными тварями.

Небесные воины сели на Железную Птицу ТоркХто, та взлетела в небо, обернулась Огненным Яйцом и исчезла в глубине небесной синевы.

Так рассказывали предки о Большой Битве, о Небесных Воинах и Железной Птице ТоркХто».

— Вот и сложились пазлы исторической битвы, — сказала Маша, утирая слёзы.

— Что такое пазлы? — спросил Вернуэль.

— Это рассыпанные отдельные кусочки, из которых собирают целое, — объяснила Сима.

— Мне пора уходить, — сказал Светозар. И позвал, — пошли к Граалю.

Он направился на выход из библиотеки и мы вслед за ним.

Прошли в кабинет. Светозар подошёл к двери, ведущей на лестницу к казне, кивнул мне, чтобы открыла вход.

Мы спустились до входа в казну, отступили влево и увидели ещё одну каменную дверь с «ладонью» в центре. Я открыла её. За дверью оказался спуск, каменные ступени вели на более низкий уровень. Спустились ещё на этаж и опять оказались перед каменной дверью с «ладонью». И опять я открыла вход. Мы вошли в просторный зал из серого гранита.

В центре зала на невысоком постаменте с выемкой стоял камень молочного цвета в форме слегка вытянутого яйца высотой в рост высокого человека. От камня исходило сияние.

— Грааль, — выдохнули парни.

Светозар указал на Грааль:

— Вот Сердце Терема, источник его магии и нашей Роксолани. В каждом из девяти теремов и в Великом Храме живёт такое Сердце.

Он спал, едва сияя. А вы своей неутомимой энергией пробудили его и зарядили. Он впитывает вашу энергию, ваши эмоции и возвращает вам энергию другую — магию. В каждый десятый день девам нужно приходить сюда, чтобы постигать и достигать магию в состоянии покоя. Грааль пробудит ваши сущности, поможет им окрепнуть и явиться в мир. Он поможет вам овладеть и управлять магией.

Вы будете приходить к Граалю каждый десятый день три месяца. Потом раз в месяц. Вы можете по одному разу привести сюда своих подопечных и друзей.

Анна, если тебе нужно будет что-то изменить в Тереме, обратись к нему мыслью. Для этого не нужно сюда приходить.

И он внимательно посмотрел мне в глаза. Моё сердце пропустило один удар и снова забилось часто-часто. Я узнала эти глаза, этот взгляд. С молодости, после моего двадцатилетия и до последнего дня моей жизни на Земле, они являлись в мои сны, ласково смотрели на меня и всегда что-то ожидали.

— Мне пора, — сказал Светозар.

Я кинулась к витязю.

— «Девочка моя! Мне пора. Жди! Я скоро буду здесь. Скоро мы встретимся».

И он растаял.

Все потрясённо молчали. Ни кто не слышал, что мне сказал Светозар. Они только слышали сказанные вслух: «Мне пора» — и видели его исчезновение.

Мы в молчании покинули зал с Граалем.

Ребята ушли к себе, чтобы принять душ после игры в баскетбол, а мы прошли в столовую.

— Это что же, получается? — нарушила молчание Таня. — Мы включили этот самый Грааль, словно «лампочку Ильича»? И чем нас больше, и чем сильнее мы тут шебутимся, тем ярче эта «лампочка» горит и больше производит магии? Здорово!

— Ага, батарейки «энерджайзер»! — поддержала её Сима.

— Девочки, а мне его жалко, — тихо сказала Рина. — Столько тысяч лет его душа не знала упокоения!

— А ведь это же наш общий предок! — высказала свою догадку Маша. — Точнее, его сын Белояр, оставшийся на Земле. Вот почему именно мы оказались здесь и стали похожи на сестёр.

Я тихонько вышла из столовой и ушла в свою спальню. Мне нужно было обо всём подумать в тишине.

6. Ни каких тайн!

Наши ежевечерние советы переместились из столовой в библиотеку.

Вот и сегодня собрались, чтобы подвести итоги прошедшего дня, наметить план на завтра.

Бус познакомил нас со своими племянниками Всеславом и Юроватом. Юроват живёт в Ильмери. Каждое лето он приезжает к дяде. Ребята учатся в Магической Академии, и перешли на шестой год обучения. В середине лета у них должна быть полевая практика на каких-то болотах.

Познакомились мы и с сыновьями Даны и Рады, приняв в свою компанию. Сыну Даны Богдану осталось учиться один год в школе специализации, а сын Рады Гудияр окончил школу специализации и собирается поступать в Военную Академию.

Сегодня они, Ярунок, наши горничные и помощницы швеи впервые допущены на наши вечерние посиделки-советы. Они уже участвовали в совместных медитациях. И сегодня тоже были с нами у Грааля. Теперь они члены нашей семьи. От них не будет отныне ни каких секретов.

Вчера ушёл Светозар. Сегодня мы все вместе спустились к Граалю и медитировали час. Ощущения не передаваемые. Космос. Необозримый и живой. И ты составная часть, мизерная пылинка, молекула этой живой энергии. Счастье. Переполняет тебя, обволакивает и несёт по потокам живой энергии. Счастье от осознания, что это всё ты.

Когда пробил колокол, приводя нас в себя, мы сидели со слезами на глазах. Мы не стеснялись этих слёз, потому что это слёзы пережитого счастья. Счастья обретения семьи. Семьи не по крови, а по родству душ. Нас объединил Грааль.

Целый день мы находились под впечатлением пережитого.

А вечером я решила поставить перед нами, казалось бы, непосильную задачу.

Мне приснился сон. Мне приснился мой мир и напомнил об одном моём вещем сне. Я решила поделиться некоторыми деталями со своими друзьями — братьями и сёстрами.

С чего и как начать? Ладно, какое слово первое на ум падёт, с того и начну.

— Когда-то, давно, на моей родине, мне приснился странный сон, — начала я говорить. — Он оказался вещим. Нынешней ночью он напомнил о себе, подсунув мне интересную статью в одном журнале. Я не буду вдаваться в подробности этого сна. Расскажу главное. Ольх с Симой, Варей и Машей задались целью приспособить к этому миру иномирную машину.

Ребята переглянулись и посмотрели на Ольгера.

— Какие ещё тайны ты от нас скрываешь? — спросил Радим.

Ольгер, взглянув на меня, ответил:

— Это не мои тайны.

— Я думаю, что мы можем теперь открыть нашу тайну, — сказала я. — Но, наверно, она уж и не такая тайная. Ребята, вы все знаете о Пророчестве и уже смогли догадаться, кто мы.

Парни переглянулись, улыбнулись.

— Конечно, догадались, — ответила за них Зарина.

— Вот и хорошо. Какие могут быть в семье тайны? В нашей семье. Тогда перехожу к сути. Машину Ольх вам потом покажет. Но я не об этом. Девочки, зачем засорять такой девственно чистый мир нефтяными отходами? Причём это уже устаревшие технологии. Есть новейшие разработки, вот ими и нужно заняться. Получится не сразу. Работы много. Но мы начнём не с нуля. У нас есть основательная подсказка. Я говорю об антигравитационных двигателях. На Земле уже работают над этим, и есть некоторые успехи у России и Японии. Ребята, вы ведь можете принимать и передавать мыслеобразы?

Получив утвердительный ответ, предложила Ольгеру принять от меня мысленную информацию. Мы сели плотно друг к другу, глаза в глаза, соприкасаясь лбами, обхватив друг друга за плечи. Я, шутя, вытянула губы трубочкой, Ольгер, улыбаясь, чмокнул меня. Все засмеялись. Сделав серьёзное выражение, сосредоточились и Ольгер начал читать статью, которая у меня была перед мысленным взором.

— Стоп, — остановился Ольгер. — Радим, иди к нам. Ты очень хорошо рисуешь. Здесь чертежи. Садись к столу, бери карандаш, альбом. Будешь их рисовать, мне не запомнить. А текста ты не поймёшь. Другой язык, хотя буквы похожи на наши руны.

Радим сел к столу. Я спиной к Радиму. Наши головы соприкасались затылками. Напротив меня сел Ольгер в той же позе, что и вначале. Возобновился сеанс передачи мыслеобраза. Радим быстро чертил. Ольгер подольше задерживался на подробном рассматривании чертежей.

К столу подсели Маша и Сима. Стали разглядывать чертежи. Когда закончился сеанс, Маша сказала:

— Я тоже видела эту статью, но тогда не придала ей значения.

— А я читала, что японцы закупили все журналы у макулатурщиков, с техническими статьями и многое пустили в разработку, — сообщила Сима.

Ребята сгрудились у стола.

— И что это такое? — спросил Борис.

— Это, — ответила я, — будущее твоей Дарвении. У вас около семидесяти процентов (плюс-минус) безмагического населения. Вот этот двигатель вырабатывает энергию, способную поставить твою страну вровень с магическими. Конечно, это произойдет не сразу, не сегодня и не в этом году. Но если в работу с Симой, Варей и Машей подключитесь вы, ваши Кудесники, а вместе с вами гомозули, то решите эту задачу лет за десять, а может и гораздо раньше. Это зависит от того, как дружно вы возьмётесь за решение. А попутно вы сможете решить и другие магические и не магические проблемы. Только сначала проведём спартакиаду, — заключила я своё выступление.

— Что такое проценты? — спросила Зарина.

— О-о-о, как у вас тут всё запущено, — проговорила я. — На счёт процентов — это к Тане. Тань, займись с ребятами «цифирью». Проверь их уровень знаний. Интегралы составляют, а процентов не знают. Один час в день, думаю, хватит.

Ребята и Заринка с интересом посмотрели на Таню, готовые немедленно приступить к знакомству с нашей «цифирью».

— Я с гомозулями уже договорилась, что через три дня начинаем занятия, — сообщила Таня. — Может и ребят вместе с ними?

— А чем это вы с гомозулями заниматься будете? — спросил Волес.

— Новыми цифрами и счётом, — пояснила сестра.

— Будем заниматься вместе с гомозулями, чтобы тебе не повторяться, — согласился за всех Радим. — Тогда не по часу, а по четыре, как в Академиях. Быстрее управимся.

— Анна, похожие чертежи у меня в сумке лежат, в казне, — сообщил Ольгер. — Давай пока и эти туда положим. Рано пока. А когда будем готовы заниматься этим, выучатся специалисты, достанем мою сумку.

— Ребята, — обратился Ольгер к друзьям, — эти девы, каждая имеет знания, отличные от наших. Возможно, наш Триединый с их Трисвятым специально подобрали Дев в таком составе.

Таня владеет тайными знаниями чисел.

Маша владеет тайнами физических явлений, которые доступны нашим Чародеям, но без магии.

Варя имеет такие знания в области строения веществ, которые не подвластны Чародеям.

А Сима может смастерить всё, что угодно без магии.

Лена — мастер портняжных дел. Может без магии сшить любую одежду.

Майя — Повелительница животных. Может вывести новые породы.

Лина — уже в нашем мире стала Дриадой.

Мила владеет знаниями учёта.

У Лады чарующий голос. Вы в этом сами убедились.

Лана — прекрасный музыкант. Может овладеть любым музыкальным инструментом.

Рина — волшебница танца.

— А, Анна кто? — Спросил Ярун. — У неё, ведь, есть все эти знания?

Все взгляды обратились на меня.

«А, правда, кто я? Катализатор нашей химической реакции? Генератор идей? Случайно оказавшаяся в этой компании? Должна была ехать ещё одна Анна. Моя ровесница, однофамилица по «родовому имени». У неё высшее образование. Что-то вроде обществоведения, какой-то аналитик. У нас в деревне живёт всего год, у племянницы. Одинокая. В нашем коллективе всего три месяца. Может это её место я заняла?».

— Анна — наше Сердце, наша Душа, — объяснил всем Радим. — Глава нашей семьи.

— Вот как у главы семьи, у меня головная боль о вашем комфортном проживании в Тереме. Мы с девами с первых дней пребывания здесь мечтаем о бане.

Все наши обретённые друзья с удивлением посмотрели на меня.

— Не удивляйтесь. Мы соскучились по бане. Волес, нам Ольх сказал, что в вашем княжестве есть мастера по строительству бань.

— Да. У нас в предгорьях и в горных деревнях строят бани.

— Пожалуйста, Волес, помоги нам с этим делом. Нам нужны мастера, или один мастер. И ещё, в этом мире используют естественную древесину или только созданную магически (трансмутацией)?

— Конечно, используют, — сказал Олев. — А вам зачем?

— Для строительства бани.

— А из камня?

— Не годится.

— Анна, с твоего разрешения, я свяжусь с отцом, — сказал Волес. — Он поможет с мастерами.

— А древесиной моего озадачим, — сообщил Олев.

— И ещё один момент. Лана, Лада и Рина, — обратилась я к подругам, — вам я тоже хочу предложить одно доброе дело.

Девушки внимательно посмотрели на меня.

— У меня родилась идея — открыть в Махотках летнюю школу для дошколят от четырёх лет. Пока только разучить с ними несколько детских песенок, приемлемых для этого мира, танцев. Подготовить их выступление на празднике. Школа сейчас свободна, там можно будет организовать занятия. Если вы согласны, то я сначала переговорю с нашими поварихами, потом с Бусом. А там, глядишь, и смородиновковцы подключатся.

Девушки переглянулись, покивали друг другу.

— Мы согласны, — за всех ответила Лана. — Но, как со смородиновковцами поступим?

— Договоримся, что их будут старшеклассники доставлять на колясках. Всё решаемо. Завтра с утра я займусь решением этой задачи.

— Ой, друзья-товарищи, братья и сёстры, — обратилась ко всем Рина, — а не пора ли нам расходиться?

— Что-то не хочется, — лениво потянувшись, сказал Имир. — Может в бассейн?

Предложение поддержали. Девушки зашли в комнаты, переоделись в купальники, надели халаты, взяли полотенца и пошли все в подвал к бассейну. Ребята были уже там.

В бассейне не устраивали игр. Расслаблялись, лёжа на воде, вяло переговариваясь ни о чём.

После купания, ребята высушили нас, и мы пошли проводить Всеслава, Юровата, Гудияра, Богдана с Ружаной и Ярунком на крыльцо. Яруна, Вера, Милана и Малуша живут в Тереме. В небе мерцали крупные звёзды, поднималась ущербная Селена, похудевшая к новоселению.

День завершился. День добрых дел.

Пора баиньки.

Тянуть с занятиями по «цифири» не стали. Договорились с Бусом о помещении в школе. И через два дня приступили к занятиям.

Со школой для дошколят тоже всё получилось как нельзя лучше. Идея нашим поварихам понравилась. И когда я пришла к Бусу, договариваться насчёт школы, он уже был в курсе. Деревня вся гудела о новости. Даже из Смородиновки прибыл порталом староста. Договорились, что детей будут возить на колясках в сопровождении двух старших учеников школы специализации.

Занятия проходили после обеда. Гомозулей прибыло двадцать человек. Да наших гостей восемь человек. Зарина от ребят не отстала. Да ещё приехал двоюродный брат Олева по материнской линии Надей, который учится в МАМН вместе с Всеславом и Юроватом. Всеслав, Юроват, Ярун, Богдан, Гудияр тоже стали заниматься цифирью. Помощницы поварих Снежа и Злата, швеи Милана и Малуша, горничные Вера, Яруна и Ружана, учительница Любава отставать не стали. Уровень знаний разный, но пока знакомились с цифрами, замещением ими римских чисел, «татьяниным» счётом.

Ольгер объяснил ребятам, что гомозули за учёбу платят. Остальные «ученики» согласились на условиях гомозуль. Так что Таня начала зарабатывать собственные деньги, которые поступят на её личный счёт за вычетом десяти процентов в пользу вотчины.

С дошкольной школой сложность состояла в том, что детей оказалось много. Организовали три возрастные группы. Четырёхлеток набралось пятнадцать человек, пятилеток — восемнадцать и шестилеток — двадцать пять.

Занятия проводили по одному часу с каждой группой. Наняли девушек, учениц школы специализации, будущих учительниц, в качестве помощниц. Школу сделали бесплатной. Оплату труда учительниц и помощниц я взяла на себя, точнее за счёт вотчины. Когда ещё у наших дев появится возможность пользоваться своей казной. И кто его знает, насколько богаты их казны.

Я сидела в библиотеке. До обеда оставалось ещё немного времени. Вскрыла один из тубусов с пергаментами. Пыталась разобрать текст. Буквы, кажется, знакомые, а что написано, непонятно.

Нет, это не буквы, это древние руны, догадалась я. Может тут какое-то заклинание написано? Ладно, отложим на потом. Не для средних умов эта грамота. А вот это, что-то интересное. «Сказ про Лихо». Ну-ка, ну-ка.

За дверью послышался смех девчат.

Ну, вот. Ни куда от них не спрячешься! Идут. Толи в книги зарыться?

Зарина, Мила и Таня вошли в библиотеку, о чём-то оживленно разговаривая и смеясь. Увидев меня, замолчали, расплылись в улыбках.

— Вот! Я же говорила, что она в библиотеке. Вы мне проспорили пирожное! — заявила «сёстрам» Зарина.

— Ладно, испечём, — согласилась Мила.

Та-ак. Сегодня на ужин будут пирожные!

— Что, дорогие детки, маму потеряли? — смеясь, встретила я девчат. — Вы уже на меня спорите? Тотализатор ещё не открыли?

— А что это такое — то-та-ли-за-тор? — по слогам произнесла незнакомое слово Зарина.

— О, это очень опасный зверь, — сделав «страшные» глаза, объяснила Таня.

— Нет, с ним лучше не связываться, — подыграла Мила. — Сожрёт!

Зарина переводила взгляд с одной на другую, но, сообразив, рассмеялась.

— Вы шутите! Ну, правда, что такое «то-та-ли-за-тор», — снова по слогам проговорила Зарина. — Слово-то, какое, длинное.

— Это чтобы больше сожрать, — продолжая шутку, пояснила Таня.

— Это такая игра на деньги или какую-нибудь ценную вещь, — пожалев девушку, стала объяснять Мила.

— Это кто тут играет на деньги? — входя в библиотеку, спросила Сима.

За ней, шумной толпой, все остальные девчата.

— Вот, я же говорила…

Дружный смех четвёрки не дал договорить Ладе фразу, ранее произнесённую Зариной.

Вошедшие недоумённо переглядываясь, смотрели на нас.

Узнав, в чём дело, рассмеялись вместе с нами. Под весёлый хохот девчат в библиотеку ввалились парни.

— Ой, как тут весело! — воскликнул Имир. — Расскажете нам?

— Расскажем, расскажем, — пообещала Лина. — А вы где были? В бассейне? На пруду мы вас не видели.

— А ты как догадалась, что мы в воде были? — хитро прищурившись и проводя рукой по влажным распущенным волосам, спросил Волес под дружный смех.

— Почему не высушили? Магия закончилась? — пошутила Рина.

— Нет, немножко осталось, — поддержал шутку Ольгер. — Пусть сами сохнут, а то обленятся.

— Кто обленится? Волосы? — сделал испуганные глаза Радим.

— Конечно, — подыграл Олев. — Привыкнут, что их каждый раз магией сушат, вот и обленятся сами сохнуть.

И опять дружный хохот и ржач. Весело живём!

— Друзья, я тут интересный сказ обнаружила, — обратилась я к друзьям. — Почитаем?

— Читай, — согласился за всех Радим.

Скачет Лихо одноглазое, одноногое. Скачет перелесками да буераками, скачет полями ровными да горами крутыми. Скачет тропами малохоженными, дорогами просёлочными, большаками проезжими. Скачет Лихо одноглазое, одноногое, высматривает себе добычу — Бедолагу Горемычного.

А как высмотрит, так не отвяжется. Следом в дом войдёт. Коли дверь перед ним закроют, так оно в окно норовит, а в окно не впустят — в трубу влезет.

Станет Лихо одноглазое, одноногое в доме хозяйничать, на подворье свои порядки наводить, разоры устраивать, над Бедолагой Горемычным куражиться, всю силушку из него вытягивать, воли лишать. Разгуляется Лихо так, что от дома с подворьем бурьян да развалины останутся, хозяина — Бедолагу Горемычного, по миру пустит.

Само же Лихо сильнее становится, в рост идёт, множится. И вот уже скачут по свету белому Лихо с Лишатами прожорливыми, одноглазыми, одноногими, обличья разные принимают: кто другом прикинется, кто подружкой ласковой.

Но есть среди семейства Лиха такие, которые могут в неодушевлённые предметы оборачиваться. Особенно в водоёмы небольшие протухшие, болотины с бочагами зловонными. Попадёт в такое Лихо Добрый Человек, нахлебается. Если сильный да сметливый, то с бедой такой сам справится или друзья-товарищи на помощь придут. А коли слабину даст, то в Бедолагу Горемычного превратится. А такому один путь — по тракту проезжему идти, милостыню собирать, лихо хлебать.

А то ещё такое Лихо есть. Ляжет посередь пути прохожего золотой или серебряной монетой. Поднимет человек эту монету, пока до дому несёт, целый карман монет образуется. Начинает человек монеты считать, а их только больше становится. Тогда берётся он отвешивать фунт за фунтом да по мешкам складывать. А Лихо только посмеивается, раззадоривает да монеты подкидывает. В один прекрасный момент хватится человек, а в мешках мусор лежит, в доме и на подворье пусто да голо, а перед ним во всей красе Лихо одноглазое, одноногое скачет да хохочет, над Бедолагой Горемычным изгаляется: «Сам к себе взял да сам себе отвешивал!».

Ну, ещё попадается Лихо длинное да тягучее. Человек такое Лихо на кулак мотает, мотает, потом аршином мерить начнёт. А в результате опять Бедолага Горемычный получается.

Ходят по миру Бедолаги Горемычные, а рядышком Лихо одноглазое, одноногое скачет, с дороги свернуть не даёт. Мало кому удаётся из кабалы Лиха вывернуться без помощи Добрых Людей. А вывернется, учёным становится, всякое Лихо за версту обходит. Но иные Бедолаги Горемычные из одного лиха в другое попадают, ни чему так и не научаются.

Так бы и жило Лихо, припеваючи, да на всякое Лихо своё Лихо оказаться может.

Скачет как-то Лихо одноглазое, одноногое по дороге просёлочной, а навстречу ему Добрый Человек идёт. Идёт, камешки попинывает, песенки распевает да птичкам подсвистывает. Обрадовалось Лихо: «Ишь, какой беспечный шагает! Мой будет!». Обернулось Лихо слитком золотым, посередь пути улеглось. Поднял Добрый Человек слиток: «Смотри-ка ты, какое чудо! Мне на Храм малость не хватает». Обменял слиток на деньги, Храм Триединого достроил да ещё на подарки ребятишкам в приют осталось. Бескорыстным оказался. От такого расклада Лихо занемогло. Корёжить его стало, в три погибели гнуть. Но от Доброго Человека не отвязывается.

Тут Добрый Человек с дороги свернул. «Вот здесь-то я его и поймаю!» — возликовало Лихо. Обернулось болотиной зловонной трясинистой. Человек и впрямь чуть в трясину не угодил, да вовремя за куст ухватился.

«Негоже такую беду так оставлять! Я не попал, так кто-то другой вовремя не заметит, да в трясину угодит».

Нарубил лесинок да кустарника, загатил опасное место и дальше пошёл. Неравнодушным оказался.

Лиху под гатью тяжко пришлось. Болотина усыхать стала. Едва выбралось, да ещё и хворь какую-то подхватило. На единственный глаз бельмо полезло, а на единственную ногу суставной недуг прицепился. Но ещё не сдаётся Лихо. Не так-то просто его со свету сжить!

А Добрый Человек уже по большаку шагает, песенки распевает да птичкам подсвистывает.

Ползёт Лихо одноглазое, одноногое гусеницей, норовит Доброго Человека за пятки ухватить. Но тому всё нипочём. Знай, поёт да насвистывает. Уже на широкий тракт вышел. Растеклось Лихо Человеку поперёк дороги липучей да вязкой смолой. Ступишь на такую, навечно к месту прирастёшь, никакого пути не будет. Но Добрый Человек вдобавок ко всему ещё и сметливым оказался. Понял, что это Лихо его пытается в Бедолагу Горемычного оборотить, да не на того напало. Взял Добрый Человек, да и засыпал липучую, вязкую смолу песком да каменьями мелкими. Тут Лиху одноглазому, одноногому и конец пришёл.

А Добрый Человек собрал верных друзей-товарищей, таких же, как сам, бескорыстных, добрых да беспокойных, и стали они всю Лихову родню под корень выводить, чтобы не было больше на свете Бедолаг Горемычных.

Вот и сказочке конец. А кто понял — молодец!

— Хороший сказ, поучительный, — сделал вывод Ольгер. — Сообща с любым лихом, с любой бедой справиться можно.

И все с ним согласились.

После обеда в Тереме много тише. «Ученики» уходят в Махотки на занятия «цифирью».

Люди все умные, грамотные. Освоились и усвоили быстрее, чем предполагалось. За двадцать дней управились с обучением.

С дошкольниками занимались всё лето по шесть дней в неделю, по одному часу в день пением и танцами с каждой группой по отдельности. Только однажды прервались на десять дней.

7. К чему приводит ослушание

Через день по окончании учёбы, мы совершили проступок, чуть не приведший к краху затеи богов.

Мы ослушались настоятельного совета Хранителей, не покидать Терема без необходимости. Тоесть, не разъезжать по гостям и самим гостей, кроме молодёжи, не принимать без их разрешения.

Мне поступило гостевое приглашение, доставленное гонцом. Гонца во двор Ярунок не впустил, а взяв у него пакет, принёс мне. Пакет от Правителя Дарвении Герда Богобора.

Я позвала Бориса и показала приглашение. Он сообщил, что когда отправлялся сюда, отец велел уговорить Княжну приехать в гости. Чего Борис делать не собирался, да и не мог, так как принёс клятву.

Я написала Правителю, что мне не дозволяется Хранителями покидать Терем.

На следующий день вновь прибыл гонец с приглашением, на сей раз всех дев. Я ответила отказом. Девчатам я ни чего не говорила и Борису запретила сообщать Тане.

Насколько нам известно, Хранители Главного Храма настоятельно потребовали от всех Князей и Княжичей нас ни чем не беспокоить — в гости не приглашать и самим не приезжать. Но, видимо, Правителю Дарвении (почему не Великий Князь?) Хранители не указ.

Когда доставили третье приглашение, я скрыть не смогла. Так как Ярунок передал его мне в присутствии девчат. Пришлось им рассказать.

Под настойчивым давлением со стороны девчат, я приняла приглашение, поддавшись уговорам, с условием, что пойдут в Дарвению не все. Кинули жребий. Со мной идут: Таня, Майя, Мила и Сима.

Но и Девы не дуры отправляться в другое государство без сопровождения. С нами пошли: Ольгер, Радим, Борис, Олев и Волес.

Гонец вернулся в Дарвению с известием о принятом приглашении, и о количестве человек. О том, что будут парни, сообщать не стали.

На следующий день, надев новые платья, взяв с собой ещё по платью и смену белья, с расчётом на сутки гостевания, мы после обеда шагнули в портал.

Оказались мы в дворцовом дворе, перед крыльцом. Нас встречали.

Встретили нас старший сын Правителя и Советник Правителя по внешним делам.

Старший брат один в один вылитый Борис, с той лишь разницей, что выражение глаз вызывало неприязнь. Взгляд был холоден, высокомерен и брезглив, словно перед ним стоят не Княжна со свитой, а нищие, явившиеся за подаянием. Конечно, драгоценностей на нас навешано не было, да и носить мы их не умеем.

Советник всем своим видом выказывал интерес, открыто нас разглядывал, игнорируя парней. Взгляд умный, изучающий. Это был мужчина средних лет, имеющий родственное сходство с братьями.

Нас проводили в тронный зал.

Восседающий на троне Правитель мне не понравился сразу. Жёсткое властное лицо с правильными чертами. Жгуче-чёрная грива волос. Сыновья чертами лица явно были в мать.

Я от имени всей компании высказала традиционное приветствие, слегка наклонив голову. Раскланиваться я ни перед кем не собиралась.

Правитель, придав приветливое выражение лицу, ответил на приветствие. Вставать со своего золочёного кресла, стоящего на трёхступенчатом подиуме, не стал. Подозвал к себе сыновей и что-то им сказал. Братья прошли за дверь, находящуюся в стене за троном. Борис шёл за братом, опустив голову.

Через несколько минут братья вернулись в облике пантер. Старший сел у ног отца, а Борис прошёл к нам и встал передо мной, как бы ограждая. Отец нахмурился.

— Мне сын ничего не сообщает о своей жизни в Тереме, — как бы пожаловался Правитель. — Может, ты сама расскажешь, как ему там живётся?

— Он не может ни чего тебе сообщать, так как находится под Клятвой, — ответила я. — Живётся ему хорошо. Он занят интересными делами, общается с интересными людьми. Отдыхает, учится.

— Чему же он там учится? И не ты ли его учишь?

— Учится многому. Учу не я. У нас не приемлемо праздное времяпрепровождение.

— А у вас, в Дарвении не принято предлагать женщинам присесть? — спросила Таня.

Правитель строго взглянул на Таню.

— У вас в Тереме принято вклиниваться в разговор старших?

— Извини, — заступилась я за сестру. — В Тереме все равны. Там нет старших и нет младших. В разговоре всегда участвуют все присутствующие. Но у нас принято, прежде чем вести беседу, представляться друг другу, знакомиться.

— Разве ты не знаешь, кто я? — удивился Правитель.

— Ты правитель Дарвении Герд Богобор, но ты не знаешь, кто я.

— Ты Княжна, хозяйка Зачарованного Терема Князя Борислава Белояра и его наследница. Видишь, нам незачем представляться друг другу. И у меня к тебе есть предложение.

— Какое же?

Спиной я почувствовала, как напряглись парни. Всё моё сопровождение стояло молчаливо.

— Я предлагаю тебе стать вестой моего старшего сына.

Пантера-сын, лежащий у ног отца, ощерился белозубо-клыкастой улыбкой.

— А имя у твоего старшего сына есть? И моё ему не интересно?

— Вот сейчас и познакомитесь, — сказал Герд и ткнул сына ногой.

Тот медленно встал и направился ко мне, припадая на переднюю лапу. Подойдя, протянул мне лапу и разжал её. В лапе лежало кольцо с зелёным камнем. Прищурившись, хищно оскалился.

У Бориса на загривке встала дыбом шерсть. Старший брат рыкнул на него угрожающе.

— Это что? — спросила я.

— Это кольцо обручения. Оно защитит тебя от чужого магического воздействия, — стал объяснять Правитель. — Это сильный оберег.

— Он мне ни к чему. Я без кольца защищена от магического воздействия. А замуж я не собираюсь. Мне ещё рано, — отказалась я от защиты и обручения.

— Все молодые девушки мечтают о замужестве, тем более за сына Правителя, или Великого Князя.

— Не все. Я тем более. Да ещё за незнакомого мужчину без имени.

Герд засмеялся.

— Ты рассуждаешь не как юная девушка.

— А что, у вас все юные девушки так глупы, что безоглядно выходят замуж за незнакомцев без имени, лишь бы был сынком Правителя или Князя? Но так и есть. Я не юная девушка.

— Так ты не дева? А в Пророчестве….

— А ещё в одном, что сказано? — прервала я Герда.

— То я смотрю, что у вас взгляд не юных, беззаботных девиц, а умудрённых жизненным опытом.

— Да, нас не так-то просто соблазнить. Мы твёрдо знаем, кто мы и зачем мы здесь. А вот ты зачем нас к себе позвал? Не ожидал, что мне хватит ума придти не одной?

— Эй, стража! — вскричал Правитель, хлопнув в ладони.

В этот миг Борис кинулся на отца, а старший сын на Бориса. Всё произошло в какое-то мгновение. Парни схватили нас за руки, и мы оказались в портальной комнате Терема.

Вслед за нами в не успевший закрыться портал влетело тело Пантеры и шлёпнулось на каменный пол.

— Совсем взбесился, сына выбросил, — проговорил Волес, склоняясь над Пантерой. — Потерпи, Бориска, сейчас тебе поможем.

Волес поднял окровавленное, изодранное когтями и зубами тело Бориса на руки.

— Его к Граалю нужно, — сказал Ольгер.

— Селиверст, — позвала я домового, — позови всех, кто в доме, пусть идут к Граалю, срочно.

Народу в доме оказалось много. Пришли горничные, портнихи, повара, кроме помощниц. Они ещё малы. Конюхи. Ярунка Радим отправил в деревню за лекарем.

Растерзанного Бориса положили близ Грааля, встали все вокруг, взявшись за руки. Зазвучал речитатив древней, как мир, молитвы. Мы, пришлые в этом мире, не заем этих непонятных слов, только в нужных местах подхватываем: «ОУМ!», вкладывая в него своё сердце.

Борис еле дышал, вздрагивая и взрыкивая от боли.

Прочитав молитву трижды, мы покинули зал с Граалем. Волес понёс Бориса в его спальню и уложил на пол. Кровотечение остановилось, но необходимо было раны обработать и залечить.

Пришла местная ведунья Веренея, беженка из Дарвении, недавно появившаяся в Махотках. Высокая, статная, с волосами цвета вызревшей пшеницы и глазами цвета ночного неба. В руках держала плетёную из лыка сумку.

Набрала в ванну воды, насыпала зелёного порошка, плеснула из флакончика несколько капель прозрачной жидкости и велела погрузить в воду Пантеру.

Волес поднял Бориса на руки и отнёс в ванну, положив так, чтобы голова была на бортике. Через несколько минут Бориса вынули из ванны, обсушили и уложили на пол, предварительно постелив простынь.

Веренея каждую рану и ранку обработала голубым раствором и влила Пантере в пасть из кувшинчика чистой воды. Борис сделал три глотка.

Наказав, посматривать за Пантерой, и пообещав, что он через пару часов сможет обернуться, ушла.

Таня хотела остаться и присмотреть за Борисом, но ребята не позволили. Сказали, что нечего глазеть на голого парня.

— Почему это он голый? На нём же шерсть, — спорила Таня.

— Это сейчас шерсть, — объяснял ей Имир, сосед Бориса по апартаментам. — А очнётся и обернётся, будет голый.

— Вечно с вами, мужиками, проблемы, — проворчала Таня и вышла из спальни.

Ребята засмеялись.

— Погоди, оборачиваться начнёшь, и у тебя появятся проблемы, — пообещал ей Имир.

Мы собрались в кабинете.

— Ну, что, девочки, есть ещё желание куда-нибудь в гости отправиться? — спросила я подруг.

— Ань, что там произошло? — спросила Лина.

— А то, что если бы ребят с собой не взяли, то не вернулись бы вовсе. Меня замуж хотели выдать, с Борисом сами видели, что сделали, потому что заступился, против отца пошёл.

— Ну, кто знал, что так будет? — сказала Таня.

Она больше всех настаивала на посещении Дарвении.

— Наверно Хранители знали, раз просили нас, не принимать гостевых приглашений, — ответила я. — Если уж нам сказали, чтобы мы тут сидели, значит так и нужно, значит, за наши жизни беспокоятся. Надеются, что мы взрослые люди, а не девочки-малолетки, головами думаем. А мы оказались безголовыми.

Этот мир не утопический, не «розовый». Здесь действуют те же силы миропорядка, что и на Земле. Поэтому есть зависть, жадность, злоба, и многие негативные, тоесть, тёмные человеческие качества. Если окружающие доброжелательно относятся к нам, это не значит, что все такие. И если нет войн, это не значит, что их не может быть.

— Анна, успокойся, — подошёл ко мне Радим. — Что ты на них напустилась? Они не виноваты, что некоторые так к власти рвутся, собственных детей не жалеют.

— Да я не на них, я на себя злюсь, что не устояла, на уговоры поддалась. Ведь не хотела, а пошла. Интуицию свою не послушала.

Мне, действительно, было неприятно и стыдно за себя. Сама могла пропасть и девчат загубить. Хорошо, что парней взяла.

— Анна, объясни про интуицию. А то ребята не поняли, кого ты не послушала, — решил Ольгер таким способом немного снять с меня напряжение, разрядить обстановку.

— Хитрец, — посмотрела я на Ольгера, качнув головой, и стала объяснять про интуицию.

— У-у-у-у, ву-у-умная, какая, — протянули все хором.

— Книжки надо умные читать, — ответила я и засмеялась. — Да ну вас, — махнула на всех рукой, — пошли ужинать.

***

Прошло пять дней.

После пробежки, когда все отправились в столовую, Ольгер приостановил меня.

— Анна, к нам просится мой двоюродный брат по матери. Неделю назад он начал забрасывать меня магическими вестниками.

— Что значит, забрасывать вестниками? Ими же нельзя пользоваться.

— Он Бусу шлёт, а тот мне передаёт. Всю эту неделю мне нервы треплет. Просит разрешения на прибытие.

— А ты что? Не отвечаешь?

— Я специально молчу. Мы с ним, как-то давно серьёзно повздорили. Виноват был он и не извинился. С тех пор не общались. А тут, вдруг, он начал слать вестники. Вот я и отыгрываюсь. Всё равно он только через неделю сможет придти.

— А чем он занимается?

— Пока ни чем. Путешествовал. Он семь лет, как окончил Магическую Академию по специализации «Открытие порталов». Брат вывел алгоритм открытия временных порталов со стопроцентной точностью попадания и защитой от внешнего воздействия. Этот алгоритм назвали его именем «Алгоритм Елисея Трогорта-Волеса». Елисей принял участие в открытии портала на Землю, чтобы нас притащить. Теперь отлёживается.

— Он что, родственник Радиму?

— Да. Троюродный брат. Отец Радима доводится отцу Елисея и моей маме двоюродным братом.

— Так вы с Радимом родственники? Троюродные братья. Очень интересно. Значит у Елисея две ипостаси — Ладон и Волк. А третья, если не секрет?

— У него только две. Но у меня такое подозрение, что есть и третья, но он скрывает. Он даже на Озеро Определения уходил один.

— А так можно, без свидетелей?

— Можно, если Путь знаешь или с гномами или Лесовиком общаешься, с другой лесной чудью. Они выведут.

— А почему он Волес, если вы братья по матери?

— Его отец из рода Волес.

— Говоришь, Елисей окончил Академию семь лет назад и все эти семь лет просто путешествует, бездельничает? А на что живёт?

— Он не просто путешествует, но ещё выполняет какие-то поручения Главного Хранителя. И ему от родителей досталось довольно крупное наследство. Правда, немного меньше, чем у тебя.

— Ладно, приглашай своего брата. Интересно будет познакомиться, — дала я согласие.

Мы вошли в дом. Все уже у себя в комнатах принимали душ после пробежки. Мы тоже поспешили по своим апартаментам.

Из Китаврусского княжества прибыли четыре человека, мастера по строительству бань. Могучие богатыри. Оказались родственники Вакулы. Остановились у него. По нашей заявке доставили сосновые и осиновые брёвна для возведения стен, для полов и потолков сосновые доски, для полка и лавок — берёзовые. Ура! У нас будет баня!

Баня получилась на загляденье! Большая. Мы, тоесть Девы, можем париться все вместе. Мыться мы в ней не собирались. Для нас главное — парная и небольшой бассейн с холодной водой. Вход к нему шёл прямо из парной.

Разумеется, мы сразу же устроили банный день. Отвели душеньку. Это был праздник тела. Веники берёзовые и дубовые нам доставили гномы. Договорились с ними о поставке нам веников по предварительной заявке. Рассчитываться будем овощами с нашего огорода.

Поддавали для первого захода квасом простым, пропитывая всё хлебным духом. Нахлеставшись дубовым веничком так, что тело горело, сигали в бассейн с холодной водой. Затем, поддав для второго захода квасом мятным, снова поднимались на полок и охаживали себя и друг дружку берёзовыми вениками. И снова в свои объятия нас принимала холодная водица. В третий раз подняться на полок осмелились не все. Только Сима, Таня, Мила и Варя.

Красота! Отпивались квасом и прохладным сбитенем.

После нас в баню сходили парни из компании Ольгера.

Прошла неделя, полная забот, хозяйственных хлопот, спортивных игр и верховых прогулок.

После дел праведных мы, как обычно, сидели в столовой, возле кухни. Земная привычка устраивать вечерние посиделки на кухне прижилась и здесь. Да ещё привили её друзьям Ольгера.

После завтрака у нас была верховая прогулка со скачками наперегонки. Конечно, мы ещё не добились мастерства и мальчикам уступали сильно. Но они нас щадили и придерживали своих коней.

А Снежинку я всё же от удил освободила. Ни к чему они ей. Глядя на меня, девочки тоже решились ездить без удил. Лошадки оказались на удивление очень умными и чуткими.

А после обеда мы ходили в гости к гномам и Филимону. Появились боровики, и мы не могли упустить такое удовольствие, как сбор грибов. Филимон показывал нам самые грибные места, а гномы помогали собирать. Парни топтались по лесу почём зря. Они грибов никогда не собирали. Не царское это дело. Зачем ходить за грибами в лес, когда можно их купить. Э-эх! Ущербным было их детство!

Грибов мы набрали много. У нас у каждой было по двухведёрной корзине. Заполнили с верхом. Назад корзины несли ребята.

Вернулись домой слегка уставшие, но счастливые. Оставили корзины в кухне. Придут кухарки, приберут. Магией у них очень быстро получается. Да ещё с помощницами.

Теперь сидели, отдыхали. Общей темы для разговора не нашлось, поэтому разговаривали кто с кем, кто о чём, как это часто бывает в больших компаниях.

А компания у нас набралась большая. Пришлось увеличивать стол на сорок мест. Благо площадь столовой позволила. Больше не буду.

Ольгер ждал сегодня к вечеру своего двоюродного брата. Тот уже поправился после энергетического истощения, и мы ожидали интересных рассказов.