Академия над бездной. Оседлать шторм

Глава 6

Мариус фон Хесс

Когда меня вызвали на Совет дисциплинарного надзора, я уже знал, что будет дальше. Слишком хорошо знал. Это все улавливалось по тому, как на меня смотрели в коридорах — сдержанная жалость, скрытое удовлетворение или откровенное злорадство. Инструктор боевой магии, проверявший мою сигнатуру перед входом в зал, даже не попытался быть нейтральным. Его губы презрительно скривились.

— Перегруз, — сухо бросил он, глядя на кристалл. — Неудивительно.

Кристаллы всегда вели себя нервно рядом со мной. Слишком много энергии. Слишком высокий порог. Слишком… неудобный студент. Не тот, кого легко вписать в отчет.

Я прошел дальше, не ответив. Фон Хессы не оправдываются перед обслуживающим персоналом. В памяти все еще горели слова отца. «Позор дому фон Хессов». «Я предупреждал тебя о твоем высокомерии». «Если тебя отстранят, я не удивлюсь.»

Он говорил это холодно, ровно, будто речь шла о каком-то неудачливом слуге, которого нужно заменить. И хотя я привык, эти фразы все равно жгли, как соль в ране.

Зал Совета встретил меня тишиной. Гулкой, вязкой, как воздух перед грозой. Высокие окна пропускали серый свет. Пахло озоном и чем-то еще — смесью старой магии и пыли древних хроник. По центру — длинный стол из черного оникса. За ним сидели члены Совета: преподаватели, кураторы, старшие магистры.

Ни один из них не скрывал выражения лиц. Разочарование. Строгость. Предвзятость. Они начинали говорить еще до того, как я стал по центру зала.

— Студент фон Хесс, ваши действия поставили под угрозу жизни первокурсников…

— … проявили самонадеянность…

— … намеренно привели команду в симуляцию высокой сложности…

Слова падали как удары. Ритмичные. Отточенные. Предсказуемые.

Я устало слушал. Молчал. Держал лицо. Не давал себе ни вздоха, ни дрожи голоса. Внутри же все кипело. Я знал, что не виноват. Они тоже знали — или могли бы узнать, если бы удосужились проверить портал. Но гораздо проще найти козла отпущения.

Кто виноват? Конечно, фон Хесс. Уверенный, нахальный, высокородный. Легче всего ткнуть пальцем именно в него. Смесь злобы и бессилия поднималась к горлу, но я ее проглатывал. Раз за разом.

Внутри меня бушевала буря. Злость. Обида. Ярость на себя — за то, что не остановился раньше. Ярость на систему — за то, что проще назначить виновного, чем признать ошибку. И… беспокойство. Демоново, навязчивое, которое я не мог вытравить ни дисциплиной, ни гордостью.

Как она? Лиза. Аномалия. Проблема. И та, кто вышел под шквал, не дрогнув. Я сжал кулаки, спрятав движение в складках мантии. Нет. Об этом думать нельзя. Фон Хессы не позволяют эмоциям мешать. Я выпрямился. Поднял подбородок. Маска встала на место — холодная, безупречная, отточенная годами.

— Что вы можете сказать в свое оправдание? — наконец спросил магистр Роух.

— Я не выбирал портал. Мы вошли туда случайно. Он не был закрыт после старшего курса. Это ошибка персонала, — ответил я медленно и четко.

В зале повисло молчание. Раздалось несколько едва слышных презрительных смешков.

— Как удобно, — протянула одна из наставниц. — Обвинять персонал академии в собственной безалаберности.

Я ухмыльнулся, тонко, почти оскорбительно.

— Простите, наставница Лернет, но я не настолько глуп, чтобы добровольно вести первокурсников в симуляцию уровня D-2.

— Однако вы это сделали, — холодно заметил Роух.

Я сжал пальцы в кулак. Вот так всегда. Меня не слушают. Меня не пытаются понять. Меня уже признали виновным — осталось лишь озвучить приговор. Снова, будто вспышка, всплыл голос отца: «Ты позоришь наш род, Мариус. Хоть раз поступи правильно.»

Я слышал эти слова слишком часто, чтобы они уже что-то значили. Но почему-то именно сейчас они резали внутри острее обычного. Мне хотелось рявкнуть, швырнуть правду им в лицо, перевернуть этот демонов стол… но я только выровнял спину.

— Если вы уже приняли решение, — сказал я ровно, — озвучьте его.

Некоторые обменялись взглядами. Слишком довольными. И в этот момент двери распахнулись.

Холод вошел в зал первым. Такой плотный, что я почувствовал его кожей. Слои энергии как волны прошли по комнате, заставив руны на стенах вспыхнуть. Только затем появился он. Кайден Валериан. Лорд-ректор академии.

Совет мгновенно поднялся. Кто-то даже поклонился. Я — нет. Не из дерзости. Потому что не мог пошевелиться. Его присутствие давило, как удар заклинания в грудь.

— Я получил отчет, — сказал он, даже не взглянув на членов Совета. Голос ровный, низкий… и опасный. — Ваш отчет.

Никто не осмелился ответить. Кайден продолжил:

— И мне крайне интересно, каким образом студенты первого курса оказались в симуляции, предназначенной для боевых связок старшекурсников?

Комната замерла. Дракон медленно обвел всех ледяным взглядом.

— Почему портал не был закрыт, как предписано регламентом?

— Почему не был проведен контроль перед допуском следующей группы?

— Почему вы пытаетесь обвинить студента, когда налицо системное нарушение безопасности?

Три удара. Три приговора. И ни одного оправдания. Старшие маги побледнели. Кто-то попытался что-то промямлить. Кайден поднял руку — и наступила тишина.

— Я ознакомился с показаниями очевидцев. И с отчетом магических датчиков. Также выслушал свидетельницу, которая была в команде.

Я вздрогнул. Она? Она осмелилась пойти к нему? Естественно она, кто же еще! Я даже представить не мог этого. Любой другой студент дрожал бы от страха. Ректор был легендой. Единственный дракон, обучающий другие расы. Генерал, на счету которого сотни побед. А она… Боги. Сердце глухо стукнуло, сбиваясь с ритма.

— Вина фон Хесса не подтверждена, — произнес ректор. — Ответственность лежит на персонале, не обеспечившем закрытие портала. Совет распускается.

Он развернулся и вышел, не дав никому ни слова вставить. Даже не взглянул на меня. Не счел нужным. И… это было неприятнее, чем обвинения.

Совет быстро начал расходиться, бормоча что-то о необходимости перепроверить регламент, о будущем разбирательстве, о собственных шкурах, которые нужно спасать. Меня отпустили. Просто так. Сухо. Молча. Будто я ничего не значащая бумажка.

И только оказавшись в пустом коридоре, я дал волю эмоциям. Они накатили волной. Злость — тяжелая, плотная. Смятение — как ветер, сбивающий дыхание. Обида — старая, знакомая, вязкая.

Я провел рукой по лицу. Внутри все еще кипело. Она… поговорила с Кайденом. С ректором. С драконом, которого боятся даже преподаватели. Маленькая, упрямая, непредсказуемая девчонка…

Я вспомнил, как она стояла под обстрелом энергии. Как приняла весь удар на себя. Как держалась, пока у меня было время для последнего удара. И как ее лицо побледнело перед тем, как она рухнула на каменный пол.

В груди что-то сжалось. Неожиданно. Слишком резко. Слишком нежелательно. Я выдохнул, пытаясь стряхнуть ощущение.

Она просто команда. Команда, которую я едва не потерял. Команда, которая едва не погибла из-за моей… — я стиснул зубы — … невнимательности.

Но мысль все равно вернулась. Она сделала это ради меня. Ради справедливости. Ради правды. И, боги свидетель, — никто и никогда в моей жизни так за меня не заступался. Я почувствовал, как уголки губ сами собой поднялись. Легко, почти неосознанно.

— Безумная девчонка, — прошептал я. — Абсолютно безрассудная.

И почему-то от этих слов в груди стало теплей. Так тепло, что я на секунду даже задержал дыхание. Мне больше не хотелось злиться. Не хотелось сталью защищаться от мира.

Хотелось лишь одного. Поговорить с ней. Убедиться, что она жива. Что она снова сможет глупо улыбнуться. Что она… вообще сможет смотреть мне в глаза.

И когда это желание стало таким сильным, что вытеснило все остальное, я понял: я влип. Серьезно. Безвозвратно. И, похоже, совершенно не вовремя.