Англо-американский истеблишмент [калибрятина]

Доктор Фрэнк Эйделотт, самый известный американский специалист по завещаниям Родса, утверждает, что тот не упоминал о тайном обществе в последних двух завещаниях, потому что отказался от этой идеи. В первой главе его книги «The American Rhodes Scholarships» («Американские стипендии Родса») многократно повторяется, что в период с 1891 по 1893 гг. точка зрения Родса претерпела большие изменения, и он созрел в своих суждениях до такой степени, что в шестом завещании «навсегда отказывается от своей юношеской идеи тайного общества». Это совершенно не соответствует действительности, и нет никаких доказательств, подтверждающих такое утверждение¹⁵. Напротив, все доказательства, как прямые, так и косвенные, указывают на то, что Родс хотел создать тайное общество с 1875 года и до самой своей смерти в 1902 году. По собственному признанию доктора Эйделотта, Родс хотел создать общество с 1877 по 1893 год, то есть в течение шестнадцати лет. Общепринятая практика использования исторических свидетельств требует от нас верить, что Родс упорно придерживался этой идеи в течение оставшихся девяти лет своей жизни, если только не существует доказательств обратного. Таких свидетельств нет. С другой стороны, есть прямые доказательства того, что он не изменил своих идей. Можно привести два примера. 5 февраля 1896 года, через три года после своего шестого завещания, Родс закончил долгий разговор с Р. Б. Бреттом (позже лордом Эшером) словами: «Хотел бы, чтобы у нас было тайное общество». А в апреле 1900 года, через год после того, как он написал свое седьмое и последнее завещание, Родс раскритиковал Стеда за его несогласие с англо-бурской войной на том основании, что в данном случае он должен был бы согласиться с мнением людей, непосредственно участвовавших в войне.

Родс сказал Стеду: «Неподчинение — это проклятие, которое станет роковым для наших идей. Вам не кажется, что это очень своенравно с Вашей стороны? Как же должно работать наше общество, если каждый из нас считает, что может судить о том, что должно быть сделано? Просто посмотрите на это с такой позиции. Мы трое сейчас в Южной Африке, все мы Ваши последователи... Я, Милнер и Гаррет, все мы учились политике у Вас. Мы здесь, и мы единодушны в том, что считаем эту войну необходимой. Вы никогда не были в Южной Африке, и все же, вместо того чтобы подчиниться мнению своих собственных последователей, бросаетесь в яростное сопротивление войне»¹⁶.

Предположение доктора Эйделотта о том, что стипендии были альтернативой тайному обществу, совершенно несостоятельно, поскольку все факты указывают на то, что стипендии являлись лишь одним из нескольких инструментов, позволявших обществу функционировать. В 1894 году Стед обсуждал с Родсом, как будет работать тайное общество, и писал об этом после смерти Родса следующее: «Мы также обсуждали вместе различные пропагандистские проекты, основание библиотек, проведение лекций, отправку эмиссаров с агитационными миссиями по всей Империи и шаги, которые должны быть предприняты, чтобы проложить путь к основанию и приобретению газеты, которая будет служить нашему делу». Это точное описание того, как функционировало общество, то есть группа Милнера. Более того, когда в январе 1895 года Родс обсуждал со Стедом оксфордские стипендии, он не отказался от идеи общества, а продолжал говорить о нем как о реальной силе, стоящей за этими стипендиями. Совершенно ясно, что Родс не упоминал о тайном обществе в своих последних двух завещаниях потому, что знал:

он уже настолько знаменит, что единственный способ сохранить тайну общества — это не упоминать его в своем завещании. Очевидно, что если бы Родс хотел создать секретное общество после 1893 года, он не упомянул бы о нем в своем завещании, но оставил бы свои деньги на легальные общественные цели и организовал бы создание тайного общества с помощью частных договоренностей со своими доверенными лицами. Именно это и произошло, потому что общество было создано, и Милнер использовал деньги Родса для его финансирования, как и намеревался Родс¹⁷.

Создание тайного общества всегда лежало в основе планов Родса. Стед даже после его смерти не сомневался, что будет предпринята попытка продолжить существование общества. В своей книге о завещаниях Родса он написал: «Мистер Родс был больше, чем основатель династии. Он стремился стать создателем одной из тех масштабных полурелигиозных квазиполитических ассоциаций, которые, подобно иезуитам, сыграли столь большую роль в мировой истории. Если быть более точным, он хотел основать орден как орудие воли королевской династии, и пока был жив, мечтал быть одновременно ее Цезарем и Лойолой. Именно это далеко

идущее стремление делало для тех, кто его знал, столь абсурдно бессмысленными предположения критиков о его истинных мотивах». Шестьдесят страниц спустя Стед писал: «Теперь возникает вопрос, найдутся ли в англоязычном мире люди веры, способные предоставить средства для создания общества, о котором мечтал мистер Родс».

Эта идея всемирного общества, работающего на федеративный союз, очаровала Милнера так же, как и Родса. Мы уже упоминали о соглашении, которое он подписал с Джорджем Паркином в 1893 году по поводу агитации на эту тему. Восемь лет спустя в письме к Паркину из Южной Африки Милнер подробно писал об имперском союзе, заканчивая так: «Прощайте на сегодня. Продолжайте в том же духе. Жаль, что у нас нет единомышленников в Новой Зеландии и Австралии, которые были бы моими личными друзьями. Желаю удачи»¹⁸. Более того, после 1902 года Милнер несколько раз говорил о том, что желает видеть «влиятельную группу людей», действующих «вне существующих политических партий» во имя единства империи. Он упомянул об этом желании в своем письме к Конгдону в 1904 году и вновь — в своей прощальной речи к обществу в 1905 году. Существуют также негативные свидетельства, которые, по моему мнению, имеют большое значение. В 1912 году Паркин написал книгу под названием «The Rhodes Scholarships» («Стипендии Родса»), в которой посвятил несколько страниц завещаниям Родса. Хотя он говорил о каждом завещании и называл дату каждого из них, он ничего не сказал о тайном обществе. В настоящее время упоминание этого общества, которое встречается в пяти из семи завещаний, настолько поражает, что отказ Паркина говорить о нем должен быть преднамеренным. У него не было бы причин замалчивать упоминания об обществе, если бы оно не было создано. Если бы существующий Фонд Родса

был бы более зрелой альтернативой тайному обществу, а не ширмой для него, то не было бы никакой причины обходить его стороной, а, напротив, возникла бы настоятельная необходимость упомянуть о нем как о предмете большого внутреннего интереса и примере того, как созревали идеи Родса.

На самом деле идеи Родса так и не созрели. Единственный факт, который абсолютно точно появляется в каждой биографии Родса, — это то, что с 1875 по 1902 год его идеи не развивались и не созревали. Паркин, который явно знал о тайном обществе, хотя и не упоминал о нем, говорил по поводу последнего завещания Родса: «Важно помнить, что это последнее завещание согласуется с предшествовавшими, что оно не было поздним искуплением ошибок, как предполагали некоторые, а представляло собой воплощение настойчиво преследуемой мечты всей жизни».

Оставим в стороне все гипотезы. Факты очевидны: Родс хотел создать всемирную тайную группу, посвятившую себя английским идеалам и империи как воплощению этих идеалов, и такая группа была создана после 1890 года Родсом, Стедом и, прежде всего, Милнером.

С идеей создания тайной международной группы пропагандистов федеративного империализма Милнер познакомился отнюдь не тогда, когда стал попечителем фонда Родса в 1901 году, поскольку еще в 1891 году он был принят в тайное общество Родса в качестве шестого члена. Его пригласил его старый начальник У. Т. Стед. Стед, как мы уже говорили, являлся главным доверенным лицом Родса в Англии и был очень близок к Милнеру. Хотя Стед не встречался с Родсом до 1889 года, Родс считал себя учеником Стеда намного раньше и с энтузиазмом воспринял идею федеративной империи, основанной на самоуправлении. Именно в погоне за этой идеей Родс в 1888 году пожертвовал Парнеллу 10000 фунтов стерлингов. Хотя Родс принял идеи Стеда, он не принимал решения о том, что хочет видеть его своим помощником

в тайном обществе, пока Стеда не отправили в тюрьму в 1885 году за его статьи об организованной преступности в Pall Mall Gazette. Этот смелый поступок убедил Родса до такой степени, что он попытался навестить его в тюрьме, однако встреча не состоялась. После освобождения Стеда Родс не находил возможности ветретиться с ним до 4 апреля 1889 года. Волнение, охватившее Стеда в тот день, нагляднее всего можно продемонстрировать, процитировав отрывки из письма, которое он написал миссис Стед сразу же после конференции. Он писал:

«Мистер Родс — мой человек! Я только что разговаривал с ним три часа. Он полон гораздо более великолепных идей, связанных с газетой, чем даже я. Я не могу рассказать о его плане, потому что он слишком секретен. Но это касается миллионов людей. Он и понятия не имел, что создание газеты обойдется ему в 250000 фунтов стерлингов. Но он предложил мне в качестве бесплатного подарка 20000 фунтов, чтобы я купил для начала долю в Р. М. Gazette. В следующем году он сделает еще больше. Он рассчитывает получить в свою собственность до смерти 4 или 5 миллионов, которые оставит на реализацию схемы, неотъемлемой частью которой является газета. Он дает 500 000 фунтов стерлингов на постройку железной дороги до Матабелеленда, и поэтому в данный момент у него нет денег, необходимых для создания утренней газеты. Его идеи — это федерализация, расширение и консолидация империи... Он привязался ко мне. Он сказал мне кое-что, чего не говорил никому другому, кроме лорда Ротшильда, и настаивал, чтобы я взял 20000 фунтов, не возвращал их, не давал расписки, а просто взял и использовал по своему усмотрению на P.M.G... Он сказал, что позаимствовал свои идеи у P.M.G., что газета проникла в Южную Африку, что он встречал ее повсюду... Как же Бог добр ко мне!... Помни, все вышесказанное о Р. очень личное».

На следующий день после этого сенсационного разговора Стед проиграл иск о клевете на сумму 2 000 фунтов стерлингов. Родс тут

же прислал чек, чтобы покрыть расходы, и сказал: «Вы должны держать мое доверительное отношение в секрете. Идея правильная, но слишком многое может нарушить планы. Ваша идея подконтрольной газеты, безусловно, может обсуждаться, но людей, посвященных в это, не должно быть много, возможно, три или четыре»¹⁹.

Примерно в то же время Родс рассказал Стеду о своих планах по созданию «Британской Южно-Африканской компании» и спросил, кто в Англии может помочь ему получить необходимое разрешение. Стед рекомендовал Альберта Грея, будущего графа Грея, который был близким другом Стеда с 1873 года и состоял в группе Милнера-Тойнби в 1880-1884 годах. В результате Грей стал одним из первых директоров British South Africa Company и сделал первые шаги, которые в конечном итоге привели его в избранный круг тайного общества Родса.

Общество продвинулось еще на один шаг вперед во время визита Родса в Англию в феврале 1890 года. Доказательства этого можно найти в записях («Journals») лорда Эшера (в то время Р. Б. Бретта), который, очевидно, был посвящен в этот план Стедом. Под датой 3 февраля 1890 года в этих дневниках написано: «Сесил Родс прибыл вчера вечером из Южной Африки. Я был сегодня у Стеда, когда он позвонил. Я оставил их вдвоем. Сегодня вечером я снова увидел Стеда. Родс три часа рассказывал о своих грандиозных планах... Родс — удивительный энтузиаст. Но он смотрит на людей как на ״машины“. Это не очень проницательно». Через двенадцать дней после этого, 15 февраля, находясь в загородном доме лорда Ротшильда, Бретт записал в своем дневнике: «Приехал сюда вчера вечером, Сесил Родс, Артур Бальфур, Харкорты, Альберт Грей, Альфред Литтелтон. Сегодня мы долго беседовали с Родсом. У него грандиозные идеи. Имперские представления. Он кажется

равнодушным. Но он очень хитер и, как я подозреваю, совершенно беспринципен в том, что касается используемых им средств»²⁰.

После множества предварительных разговоров тайное общество сформировалось в том же 1891 году, в котором Родс составил четвертое завещание и сделал Стеда и лорда Ротшильда распорядителями своего состояния. Из свидетельств становится очевидным, что он ожидал, что Ротшильд будет заниматься финансовыми инвестициями, связанными с фондом, в то время как Стед должен был отвечать за способы использования этих средств. Примерно в то же время, в феврале 1891 года, Стед и Родс провели еще одну длительную беседу о тайном обществе. Сначала они обсудили свои цели и договорились, что в случае необходимости для достижения англо-американского единства Британия должна присоединиться к Соединенным Штатам. Затем они обсудили организацию тайного общества и разделили его на два круга: внутренний (Общество избранных) и внешний круг, включавший Ассоциацию помощников и The Review of Reviews (журнал Стеда, созданный в 1890 году). Родс сообщил, что уже раскрыл Ротшильду и Маленькому Джонстону план создания Общества избранных. Маленьким Джонстоном он называл Гарри X. Джонстона (сэра Гарри после 1896 года), африканского исследователя и администратора, который заложил основу для британских притязаний на Ньясаленд, Кению и Уганду. Джонстон, по словам сэра Фредерика Уайта, биографа Стеда, был практически неизвестен в Англии до того, как Стед опубликовал его портрет на обложке первого выпуска The Review of Reviews в 1890 году²¹. Это, несомненно, было сделано от имени Родса.

Продолжая обсуждение вопроса о членстве в Обществе избранных, Стед попросил разрешения пригласить Милнера и Бретта. Родс согласился, и они немедленно телеграфировали Бретту, который прибыл через два часа. Затем они разработали следующее «идеальное устройство» общества:

Руководитель общества: Родс

Хунта трех:

Стед

Бретт

Милнер

Круг посвященных:

Кардинал Мэннинг

Генерал Бут

Брэмвелл Бут

«Маленький» Джонстон

Альберт Грей

Артур Бальфур

Ассоциация помощников

Колледж под руководством профессора Сили, созданный для внедрения в умы идеалов англоязычного мира.

В течение следующих нескольких недель Стед имел еще один разговор с Родсом и беседу с Милнером. Последний был «преисполнен восхищения» этим планом, согласно записям Стеда, опубликованным сэром Фредериком Уайтом.

«Идеальное устройство» тайного общества, сформулированное в 1891 году, так и не вступило в силу полностью. Организация, отображенная на бумаге, отражала романтические и мелодраматические представления Сесила Родса и Стеда, и они, несомненно, предполагали формальные посвящения, клятвы, тайные знаки признания и т.д. Как только Милнер и Бретт были посвящены,

атмосфера изменилась. Для них тайные знаки и клятвы были полной чепухой и не представлялись ни необходимыми, ни желательными, поскольку посвященные знали друг друга очень близко и безоговорочно доверяли друг другу безо всякой необходимости в тайных символах. Таким образом, мелодраматизм, представлявшийся Родсу, был исключен, нисколько не уменьшив серьезности, с которой посвященные намерились использовать свое личное влияние, а также богатство и власть Родса для консолидации Британской империи — их общего с Родсом идеала.

С устранением знаков, клятв и формальных посвящений критериями членства в Обществе избранных стали знание о тайном обществе и готовность сотрудничать с другими посвященными для достижения общей цели. Различие между посвященными и Ассоциацией помощников основывалось на том факте, что хотя члены обоих кругов были готовы сотрудничать друг с другом для достижения своей общей цели, посвященные знали о существовании тайного общества, а «помощники», вероятно, нет. Это различие быстро утратило свое значение, так как члены Ассоциации помощников были бы очень глупы, если бы не понимали, что являются членами тайной группы, действующими сообща. Более того, Общество посвященных постепенно утрачивало свою значимость, потому что с течением времени члены этого избранного круга умирали, отдалялись или все меньше связывали себя с проектом. В результате постепенно практически все тайное общество сократилось до Ассоциации помощников, то есть группы, с которой Милнер был напрямую связан. И внутри этой ассоциации со временем возникали разные уровни близости, причем более приближенные члены участвовали в многочисленных областях деятельности общества, а более отдаленные задействовались в менее важных проектах. Тем не менее очевидно, что Общество избранных продолжало существовать и время от времени набирало новых членов из Ассоциации помощников. Очень трудно решить, кто является членом общества

в целом, а кто нет, но еще труднее понять, является ли тот или иной конкретный член посвященным или помощником. Поэтому в данном исследовании такое разграничение обычно не проводится. Однако прежде чем мы полностью откажемся от него, следует попытаться назвать посвященных, по крайней мере, раннего периода.

Мы можем быть уверены, что из всех названных до сих пор лиц шестеро точно были посвященными. Это Родс, лорд Ротшильд, Джонстон, Стед, Бретт и Милнер. Ротшильд был довольно равнодушен и участвовал в работе группы лишь от случая к случаю. Джонстон получал от Родса от 10 000 до 17 000 фунтов стерлингов в год на протяжении нескольких лет, начиная с 1889 года, в течение которых он пытался снизить влияние работорговцев и португальцев из Ньясаленда. Примерно в 1894 году он отдалился от Родса, поскольку отказался содействовать в нападении на португальцев в Маникаленде. В результате Джонстон перестал быть активным членом общества. Попытки лорда Грея заполнить эту брешь не увенчались особым успехом²².

Стеда также неформально отстраняли от дел в 1899-1904 годах, сначала из-за того, что Родс лишил его статуса своего доверенного лица, а затем из-за отказа Милнера пользоваться его услугами, довериться ему или даже видеться с ним. Поскольку после 1902 года Милнер стал фактическим лидером, все это привело к тому, что Стед был исключен из общества²³.

Что касается других упомянутых лиц, не существует никаких свидетельств того, что кардинал Мэннинг или Буты когда-либо получали информацию об этом плане. Все трое были друзьями Стеда, вряд ли Милнер, чье могущество росло, счел бы их кандидатуры приемлемыми. Кардинал Мэннинг умер в 1892 году. Что же касается «генерала» Бута и его сына, то они с 1878 по 1929 год активно руководили Армией спасения и не играли заметной роли в истории группы.

Остальных упомянутых лиц, Бретта, Грея и Бальфура, можно смело считать членами общества, Бретта из-за документальных свидетельств, а двоих других из-за их пожизненного сотрудничества с Милнером и другими членами группы.

Бретт, унаследовавший от своего отца титул виконта Эшера в 1899 году, являлся одним из самых влиятельных и наименее известных людей в британской политике за последние два поколения. О его значимости лучше судить по тем позициям, от которых он отказался, чем по тем, которые он занимал в течение своей долгой жизни (1852-1930). Получив образование в Итоне и Кембридже, он всю жизнь был близким другом Артура Бальфура, Альберта Грея, лорда Розбери и Альфреда Литтелтона. Служил личным секретарем маркиза Хартингтона (герцога Девонширского) в 1878-1885 годах, являлся либеральным членом парламента в 1880-1885 годах. Потерпел поражение в попытке получить место от Плимута и удалился из общественной жизни в свой загородный дом близ Виндзора в почтенном возрасте тридцати трех лет. То, что он вышел из добровольной отставки десять лет спустя, вполне может быть объяснено его членством в тайном обществе Родса.

Он познакомился со Стедом еще во времена, когда участвовал в общественной жизни, и благодаря доверительным отношениям с будущим герцогом Девонширским смог передать Стеду много ценной информации. Сообщения отправлялись с подписью «XIII».

Эта помощь так высоко ценилась Стедом, что он считал ее важной частью процесса организации газеты Pall Mall Gazette. Описывая в 1902 году Милнера и Бретта, Стед говорил о них, не упоминая имен, как о «двух друзьях, ныне являющихся членами верхней палаты парламента, абсолютных приверженцах Евангелия от Pall Mall Gazette, бывших моей правой и левой рукой во время работы редактором в газете». В свою очередь, Стед сообщил Бретту о тайных планах Родса еще в феврале 1890 года и привел его в общество, когда оно было организовано в следующем году.

В период после 1895 года Бретт занимал следующие официальные должности: секретарь Управления работ (1895-1902), вице-губернатор и губернатор Виндзорского замка (1901-1930), член Королевской комиссии по южноафриканской войне (19021903), постоянный член Комитета обороны Империи (1905-1930), председатель, а затем президент Ассоциации территориальных сил Лондонского графства (1909-1921) и член Временной смешанной комиссии по разоружению Лиги Наций от Великобритании (19221923). Хотя некоторые из этих должностей, особенно в Комитете обороны Империи, играют важную роль в истории группы Милнера, ни одна из них никак не указывает на то значительное положение, которое Эшер занимал в британской политической жизни. То же самое можно сказать и о должностях, от которых он отказался, хотя они, если бы были приняты, сделали бы его одним из величайших людей в новейшей британской истории. Среди позиций, от которых Бретт отказался, можно назвать следующие: постоянный заместитель министра в министерстве колоний (1899), губернатор

Капской колонии (1900), постоянный заместитель министра в военном министерстве (1900), министр обороны (1903), директор газеты «Таймс» (1908), вице-король Индии (1908) и титул графа (дата неизвестна). Причины отказов были двойственными: он хотел работать за кулисами, а не на виду у публики, и его тайная работа была настолько важной и влиятельной, что любая публичная должность означала бы сокращение его власти. Когда в 1908 году он отказался от высокого поста вице-короля, то откровенно писал, что с его возможностью влиять на жизненно важные решения в центре страны власть в Индии для него «была бы локальной (звучит тщеславно, но это факт)»²⁴. Возможность влиять на решения, принимаемые в центре, возникла благодаря его связям с монархами. В течение по меньшей мере двадцати пяти лет (с 1895 по 1920 год) Эшер был, вероятно, самым важным советником по политическим вопросам королевы Виктории, короля Эдуарда VII и короля Георга V. Такую роль он приобрел благодаря личной дружбе с Викторией, завязавшейся в период 1885-1887 гг. и укрепившейся в дальнейшем в связи с тем, что в качестве секретаря Управления работ и вице-губернатора Виндзорского замка он отвечал за физическое состояние всех королевских резиденций. Он организовал бриллиантовый юбилей 1897 года, королевские похороны 1901 года и коронацию того же года. В последнем случае он оказался незаменимым, ибо за шестьдесят четыре года без коронации все прецеденты были забыты. Таким образом Эшер дошел до того, что стал главным неофициальным представителем короля и «связующим звеном между королем и министрами». В качестве примера можно упомянуть, что в 1908 году, когда покупатель, известный как «X», приобрел контрольный пакет акций «Таймс», Эшер посетил лорда Нортклиффа от имени «очень высокопоставленных лиц», чтобы получить гарантии

того, что политика газеты не будет изменена. Нортклифф, который и был «X», поспешил дать необходимые заверения, как гласит официальная история газеты. Нортклифф и историк «Таймс» считали, что в данном случае Эшер выступает эмиссаром короля Эдуарда, но мы, зная о его отношениях с тайным обществом Родса, вправе задаться вопросом, не был ли он в равной степени агентом группы Милнера, поскольку для этой группы, как и для короля, было жизненно важно, чтобы политика «Таймс» оставалась неизменной. Как мы увидим в следующей главе, когда Нортклифф в период 19171919 гг. действительно принял политику, противоположную политике группы, она порвала с ним связи и в течение трех лет выкупила его контрольный пакет акций.

Вероятно, в последующие несколько лет в Общество избранных были приняты и некоторые другие лица. Одним из них был Хоксли, адвокат Родса. Очевидно, он зн&л о существовании тайного общества, поскольку составлял завещания, в которых оно упоминалось. Это, в сочетании с тем фактом, что он являлся близким доверенным лицом Родса во всех делах общества и был назначен попечителем в последних трех завещаниях (1892 г.), наталкивает на мысль, что его следует считать посвященным.

Также почти наверняка Милнер привел в общество сэра Томаса Брасси (впоследствии лорда Брасси), богатого любителя военно-морских сил, чье имя сохранилось благодаря «Военно-Морскому ежегоднику Брасси» («Brassey’s Naval Annual»). Брасси был казначеем и самой активной фигурой в Лиге имперской федерации за все десять лет ее существования. В 1889 году, как уже упоминалось, он нанял Джорджа Паркина, чтобы тот отправился в Австралию от имени Лиги и произнес речь в поддержку имперской федерации. Как говорилось ранее, Милнер в 1893 году обратился к Паркину от имени таинственной и безымянной группы богатых империалистов, и некоторое время спустя Милнер и Брасси подписали с Паркином контракт на выплату ему 450 фунтов стерлингов в год

в течение трех лет для пропагандирования идеи имперской федерации. Поскольку с этим проектом Паркина познакомил только Милнер, а Лига имперской федерации к 1893 году находилась в процессе роспуска, можно предположить, что неназванная группа, от имени которой действовал Милнер, представляла собой тайное общество Родса. Если это так, то Брасси был посвящен в эту схему где-то между 1891 и 1893 годами. Это предположение подтверждается многочисленными конфиденциальными письмами, которыми в последующие годы обменивались Милнер и Брасси. Некоторые из них будут упомянуты позже. Стоит также сказать, что Брасси был назначен губернатором штата Виктория в 1895 году и сыграл важную роль в создании Содружества Австралии в 1900 году.

Пропагандистская работа, которую Паркин проделал в период 1893-1895 гг. во исполнение этого соглашения, была частью деятельности движения, известного в то время как «Лекторы Сили». Это движение, вероятно, было всем, что удалось создать в соответствии с пятой частью «идеального устройства» — колледжа под руководством профессора Сили.

Еще одним человеком, который был введен в тайное общество, был Эдмунд Гарретт, близкий друг Стеда, Милнера и Родса, которого Милнер позже использовал в качестве посредника для связи с двумя остальными. Первый раз Стед отправил Гарретта в Южную Африку в 1889 году, еще тогда, когда тот работал в Pall Mall Gazette. Во второй раз он отправился туда в 1895 году в качестве редактора Саре Times, самой влиятельной англоязычной газеты в Южной Африке. Эту должность он, несомненно, получил от Стеда и Родса. Сэр Фредерик Уайт в своей биографии Стеда утверждал, что Родс был главным владельцем газеты. Однако сэр Эдвард Кук, биограф Гаррета и человек, который был очень близок к тайному обществу Родса, считал, что владельцами «Кейп Таймс» являлись Фредерик Йорк Сент-Леджер и доктор Резерфорд Харрис. Это не имеет большого значения, поскольку доктор Харрис, как мы увидим, был всего лишь агентом Родса.

В Южной Африке у Гаррета были самые близкие личные отношения с Родсом. Даже когда последний был премьер-министром Капской колонии, Гаррет имел обыкновение общаться с ним, бросая камешки в окно его спальни посреди ночи. Такие отношения, естественно, повышали престиж Гаррета в Южной Африке, который он никогда не смог бы получить благодаря своему положению или способностям. Когда верховный комиссар Геркулес Робинсон составил официальное объявление после рейда Джеймсона, он показал его Гаррету, прежде чем опубликовать, и вырезал абзац по настоянию последнего.

Гаррет был в близких отношениях и с Милнером во время его пребывания на посту верховного комиссара после 1897 года. На самом деле, когда Родс рассказывал о политических проблемах в Южной Африке, он часто говорил: «Я, Милнер и Гаррет». Мы уже цитировали, как он использовал это выражение в общении со Стедом в 1900 году. Об отношениях Милнера с Гарретом можно судить по письму, которое он написал Гаррету в 1899 году, после того как тому пришлось покинуть Южную Африку и отправиться в лечебницу в Германии: «Бесполезно протестовать против решений судьбы, и я не хочу рассказывать слишком много о том, что Родс называет ״личным“. Но это действительно было большим ударом для меня, и я так и не смог полностью пережить твой срыв и отъезд, никогда не чувствовал себя тем же человеком с тех пор, ни политически, ни в личном плане... Дорогой друг, я ужасно скучаю по тебе, и всегда буду скучать. Как и эта молодая страна»²⁵.

Считаю, мы вправе предположить, что человек, настолько близкий к Родсу и Милнеру, которого они оба использовали в столь конфиденциальных и важных целях, знавший о планах Йоханнесбургского восстания и рейда Джеймсона до того, как они произошли, и осведомленный о тайном обществе Родса, был посвященным. То, что Гаррет узнал о заговоре Джеймсона заранее, написано сэром Эдвардом Куком в его биографии. То, что Гаррет знал о тайном обществе, написано самим Гарретом в статье, которую он опубликовал в Contemporary Review после смерти Родса в 1902 году. То, как Гаррет сделал это свое последнее признание, тоже имеет значение. Он говорил: «Это идея тайного, подобного иезуитскому общества, служащего на благо развития империи. Идея, которую он долго поддерживал и которая, я знаю, очаровывала (за вычетом, возможно, секретности и иезуитства) других наших современников, не считавшихся провидцами».

Мы уже говорили, что Милнер использовал Гаррета в качестве посредника в отношениях как с Родсом, так и со Стедом. Необходимость в таком посредничестве при общении с Родсом возникла из-за того, что Милнер считал политически необходимым скрывать близость их отношений. Как сказал Родс Стеду, говоря о Милнере, 10 апреля 1900 года: «Я видел его очень мало. Он сказал мне: ״Чем меньше нас будут видеть вместе, тем лучше“. Поэтому я никогда не приглашал его в Грут-Шуур».²⁶

Милнер также использовал Гаррета в качестве посредника в переговорах со Стедом после того, как последний стал отчуждаться от посвященных из-за своей оппозиционной точки зрения по отношению к англо-бурской войне. Один из примеров такого

поведения является знаковым. В 1902 году Милнер совершил поездку в Англию, так и не повидавшись со Стедом. 12 апреля того же года Гаррет, видевший Милнера, написал Стеду следующее письмо: «Я люблю твое внутреннее ״я“, Стед, несмотря на все различия, и должен любить его, если даже оно проклянет меня и мою политику и поступки в десятки раз сильнее. То же самое делает и Милнер: во внутреннем дворе мы согласны, хотя существует временная необходимость избегать встреч... Он объяснил мне, почему вообще решил, что на этот раз ему лучше не видеться с тобой. Я все прекрасно понял, хотя и не уверен, что тебе это понравится, но я знаю, что ты оценил бы, как он без всякой подсказки говорил о своих личных чувствах к тебе, не будучи затронутым всем этим. Будем надеяться, что когда-нибудь вся эта тирания будет преодолена, и мы снова сможем договориться, ты и Милнер, Кук и я». Возможно, упоминания о необходимости Милнеру взять верх над своими личными чувствами и о «внутреннем дворе» являются косвенными отсылками на тайное общество. Во всяком случае, письмо демонстрирует, каким образом Стед был смещен в этом обществе его новым лидером.

Другим видным политическим деятелем, который, возможно, стал посвященным в период до 1902 года, являлся лорд Розбери. Как и его тесть, лорд Ротшильд, который точно был посвященным, Розбери, вероятно, не был очень активным членом Общества избранных, хотя и по совершенно другим причинам. Лорд Ротшильд держался в стороне, потому что для него весь этот проект был непостижим и нецелесообразен; лорд Розбери держался отчужденно из-за своей собственной неуверенности и плохого физического здоровья. Однако он сотрудничал с членами общества и состоял с ними в таких тесных личных отношениях, что, вероятно, знал о существовании тайного общества. Бретт был одним из его самых близких друзей и познакомил его с Милнером в 1885 году. Что касается Родса, то официальный биограф Розбери, маркиз Кру, утверждал, что он «восхищался

Сесилом Родсом, который часто бывал у него в гостях». Он сделал Родса тайным советником, а Родс сделал его попечителем по своему завещанию. Все это, а также тот факт, что посвященные обычно предполагали, что Розбери удовлетворит их просьбы, дает определенные основания полагать, что он был членом их общества²⁷. Если это и было так, то после 1900 года он не играл в нем большой роли.

Можно считать членами общества и, вероятно, посвященными и двух сказочно богатых южноафриканцев: Эйба Бейли и Альфреда Бейта.

Эйб Бейли (позднее сэр Эйб, 1864-1940) был крупнейшим землевладельцем в Родезии, крупным владельцем шахт в Трансваале и одним из главных спонсоров группы Милнера в период до 1925 года. Финансовые пожертвования поступают до сих пор, хотя с 1925 года их, несомненно, затмевают вложения лорда Астора. Бейли был соратником Родса и Альфреда Бейта, двух самых влиятельных фигур в Южной Африке, и, как и они, являлся близким другом Милнера. Он назвал своего сына, родившегося в 1900 году, Джоном Милнером Бейли. Подобно Родсу и Бейту, он был готов отдать свои деньги Милнеру, потому что разделял его идеи. Как было сказано в его некрологе в «Таймс»: «В политике он сознательно стремился копировать Родса, считая его идеалом хорошего южноафриканца и преданного империалиста... Он почти так же восхищался Милнером и до самого конца оставался близким другом его молодых сподвижников». Эта последняя фраза относится

к «Детскому саду» Милнера или Ассоциации помощников, которая будет подробно описана позже.

Эйб Бейли был одним из главных заговорщиков, участвовавших в рейде Джеймсона в 1895 году. Он занял место Родса в капском парламенте в 1902-1907 годах и являлся главным парламентским организатором прогрессивной партии, лидером которой был доктор Джеймсон. Когда в 1907 году Трансвааль получил самостоятельность, Бейли отправился туда и стал членом той же партии в Законодательном собрании Претории. После основания Южно-Африканского Союза, в создании которого, как мы увидим, он сыграл крайне важную роль, Бейли был членом парламента Союза и верным сторонником Боты и Смэтса с 1915 по 1924 гг. После поражения в 1924 году он делил свое время между Южной Африкой и Лондоном. В Англии, как писала «Таймс» после его смерти, он «проявлял пристальный интерес к закулисной политике». Этот «пристальный интерес» стал возможен благодаря его членству в самом тесном круге группы Милнера, как мы увидим далее.

Некоторые из единомышленников Родса после его смерти работали над его проектами вместе с Милнером и их вполне можно считать членами общества Родса и группы Милнера. Среди них можно упомянуть Альфреда Бейта, доктора Старра Джеймсона и его ассистента Р. С. Холланда, Дж. Рочфорта Магуайра и Льюиса Лойда Мичелла.

Альфред Бейт (1853-1906) был гением в сфере бизнеса и занимался всеми делами Родса, помогая ему преумножать капиталы. Бейт был попечителем Родса и оставил большую часть своего состояния на общественные и образовательные цели, подобные тем, на которые жертвовал Родс. Об этом мы поговорим позже. Его биография была написана Джорджем Сеймуром Фортом, который выступал в качестве агента Бейли в советах директоров многих корпораций, о чем сам Форт сообщил в письме в «Таймс» от 13 августа 1940 года.

Линдер Старр Джеймсон (позже сэр Старр, 1853-1917) был врачом Родса, соседом по комнате и самым близким другом, и сделал

для освоения Родезии больше, чем кто-либо иной. Его знаменитый рейд в Трансвааль с родезийской полицией в 1895 году стал одним из главных событий, приведших к англо-бурской войне. После смерти Родса Джеймсон был лидером его партии в Капской колонии и занимал пост премьера в 1904-1908 гг. Член Национального собрания (1908-1909), он также был директором «Британской ЮжноАфриканской компании» и попечителем Родса. Он был большим поклонником Милнера и еще до смерти Родса проявлял желание служить больше Милнеру, чем Родсу. В 1898 году он писал своему брату: «Родс не сделал абсолютно ничего, лишь вернулся назад... Я ненавижу все это и не люблю людей больше, чем когда-либо; хотел бы убраться отсюда на следующей лодке, но не набрался достаточно смелости, чтобы признать себя побежденным... Милнер — единственная по-настоящему здоровая личность во всей этой толпе»²⁸. Это чувство, возможно, было лишь временной реакцией, вызванной тем, как Родс отреагировал на известие о рейде Джеймсона, но вполне вероятно, что речь шла о более важных вопросах, поскольку между рейдом и этими заявлениями прошло более двух лет. Во всяком случае, после этого Милнер и Джеймсон стали тесно сотрудничать. Биографический очерк о Джеймсоне в «Национальном биографическом словаре» был написан Дугалом Малкольмом из «Детского сада» Милнера.

Реджинальд Сотерн Холланд (позже сэр Сотерн) служил личным секретарем доктора Джеймсона в 1904 году, а затем в течение трех лет — главой Департамента премьер-министра (1905-1908). Он был секретарем Южноафриканской конференции по судоходству (1905-1906) вместе с Биркенау и сменил его на посту торгового представителя Его Величества в Южной Африке (1908-1913). Во время войны он отвечал за снабжение боеприпасами, сначала в военном министерстве, а затем в министерстве военного снабжения (1915).

Он также был членом различных комиссий, в которых у Милнера был свой интерес, таких как Королевская комиссия по поставкам бумаги (с Беркенау), и закончил войну в качестве инспектора отдела обработки Департамента производства продовольствия (пытавшегося следовать рекомендациям, выданным Милнером и Селборном). Он стал попечителем Родса в 1932 году.

Льюис Лойд Мичелл (позже сэр Льюис, 1842-1928 гг.) был банкиром Родса в Южной Африке, а после его смерти взял на себя многие его дела. Министр без портфеля в кабинете Джеймсона в Капской колонии (1904-1905), он также был директором «Британской Южно-Африканской компании» и попечителем Родса. В 1910 году он опубликовал двухтомник «Life of Rhodes» («Жизнь Родса»).

Рочфорт Магуайр (1855-1925), член «Всех душ», учился в одно время с Милнером в Оксфорде (1873-1877) и был самым близким другом Родса в колледже. Он работал на Родса всю жизнь. Магуайр получил первоначальную концессию на добычу полезных ископаемых (которая послужила основой для создания «Британской Южно-Африканской компании») от Лобенгулы в 1883 году, был представителем Родса в Палате общин в течение пяти лет (1890-1895), а также его личным представителем в Родезии и Лондоне на время отсутствия Родса²⁹. Он являлся директором «Британской Южно-Африканской компании» в течение двадцати семи лет (1898-1925), а также президентом в течение последних двух лет. Статья

о нем в «Национальном биографическом словаре» была написана Дугалом Малкольмом.

Из этих шести человек, которых Милнер получил в наследство от Родса, только один был достаточно молод, чтобы стать активным членом группы Милнера. Это был Сотерн Холланд, родившийся в 1876 году, который действительно стал членом, хотя, возможно, и не внутреннего круга. Остальные пятеро были ровесниками Милнера, занимали хорошие посты и обладали собственной властью. Все они хорошо знали Милнера и сотрудничали с ним. Даже если они были посвященными, то не играли никакой серьезной роли в истории группы Милнера после 1905 года.

Как мы уже отмечали, характер тайного общества и его состав изменились после 1902 года. Это было результатом деятельности лорда Милнера. Смерть Родса и отстранение Стеда придали организации гораздо менее мелодраматическую форму, превратив ее в намного более мощный политический инструмент. Более того, в результате личного влияния Милнера состав организации резко изменился. Из всех упомянутых нами посвященных Ротшильд, Джонстон, Хоксли, Розбери, Джеймсон, Мичелл и Магуайр после 1902 года практически не играли никакой роли в жизни общества. Бейт умер в 1906 году, а Гаррет — в следующем. Что касается остальных, то Грей, Брасси, Эшер и Бальфур продолжали активно сотрудничать с членами группы. Однако реальный круг посвященных в двадцатом веке, по-видимому, включал следующие имена: Милнер, Эйб Бейли, Джордж Паркин, лорд Селборн, Ян Смэтс, А. Дж. Глейзбрук, Р. X. Бранд (лорд Бранд), Филип Керр (лорд Лотиан), Лайонел Кертис, Джеффри Доусон, X. А. Л. Фишер, Эдвард Григг, Леопольд Эмери и лорд Астор. С 1925 года, когда умер Милнер, несомненно, прибавились и другие. Этих людей, с дополнением некоторых других имен, мы будем называть «внутренним ядром» или «внутренним кругом» группы Милнера. История деятельности этих людей и свидетельства, дающие нам

право отнести их к кругу посвященных, займут большую часть оставшейся книги.

Перемены, которые Милнер произвел в тайном обществе Родса, не имели большого значения. Цели не изменялись совсем, методы — незначительно. На самом деле и те, и другие скорее изменялись лордом Лотианом и его друзьями после смерти Милнера, чем Милнером после смерти Родса.

Родс и Милнер стремились к одним и тем же целям, и к 1902 году так продолжалось уже двадцать пять лет. Их методы немного различались в связи с особенностями личностей. Родсу казалось, что цель может быть достигнута путем накопления огромного богатства, Милнер считал, что для этого необходимы мягкая пропаганда, упорный труд и личные отношения (как учил его Тойнби). Но оба были готовы ради реализации общей мечты использовать методы друг друга. После смерти Родса в 1902 году Милнер получил контроль над деньгами Родса и смог воспользоваться ими для смазывания механизма своей пропагандистской машины. Это именно то, что хотел и намеревался сделать Родс. Милнер был наследником Родса, и они оба это знали. Сам Родс сказал перед смертью: «Мне сказали, что я могу прожить только пять лет. Я не собираюсь умирать. Я хочу жить. Но если я уйду, есть только один человек — сэр Альфред Милнер. Всегда доверяйте Милнеру. Вы еще не знаете, что в нем сокрыто». В 1898 году в разговоре со Стедом Родс сказал: «Ты поддерживаешь Милнера настолько, насколько он может принять, за исключением войны. Я не делаю такого ограничения. Я поддерживаю Милнера абсолютно безоговорочно. Если он говорит ״мир“, я говорю ״мир“; если он говорит ״война“, я говорю ״вой- на“. Что бы ни случилось, я разделяю его мнение»³⁰.

Цели, к которым стремились Родс и Милнер, и методы, с помощью которых они надеялись их достичь, к 1902 году были настолько схожи, что их почти невозможно было различить. Оба стремились объединить весь мир, и прежде всего англоязычный, в федеративную структуру вокруг Британии. Оба чувствовали, что этой цели легче всего достичь с помощью тайной группы людей, объединенных преданностью общему делу и личной привязанностью друг к другу. Оба считали, что эта группа должна преследовать свою цель путем тайного закулисного политического и экономического влияния и контролирования журналистских, образовательных и пропагандистских организаций. Намерение Милнера работать над достижением этой цели, а также использовать для этого деньги и влияние Родса очевидно прослеживается во всех его действиях (как до, так и после 1902 года), в его переписке с Родсом (некоторые из писем не опубликованы), а также в письмах Паркину в сентябре 1901 года и лорду Грею в мае 1902 года³¹.

Весьма вероятно, что задолго до смерти Родса этот план обсуждался в частных беседах, о которых не сохранилось никаких записей. Например, трое из попечителей Родса по последнему завещанию — Грей, Милнер и Бейт — ужинали в доме Бейта вместе с Литтелтоном Геллом и обсуждали важные вопросы далеко за полночь 30 ноября 1898 года. Совершенно ясно, что Родс обсуждал с единомышленниками способы реализации своих идеалов после своей смерти. Он постоянно жил под страхом смерти и считал всю свою жизнь гонкой, в которой он должен достичь как можно большего, прежде чем умрет. Биограф Альфреда Бейта совершенно уверен, что Родс обсуждал с Бейтом план, согласно которому Родс

опустит в своем завещании все упоминания о близком его сердцу проекте — железной дороге от Кейптауна до Каира, — оставив этот проект на усмотрение самого Бейта. Едва ли можно думать, что Родс не обсудил еще более близкий его сердцу проект — всемирную группу сторонников англосаксонского мира — со своими доверенными лицами по завещанию и, прежде всего, с тем, кто был наиболее предан его идеям — Милнером.

ГЛАВА 4

«ДЕТСКИЙ САД» МИЛНЕРА (1897-1910)

Н

азначение на пост верховного комиссара Южной Африки стало поворотным моментом в жизни Милнера. Должность была получена, по-видимому, благодаря его членству в тайном обществе Родса, а также влиянию Стеда, Бретта и самого Родса. Стед в своей книге, посвященной завещаниям Родса, утверждает, что главная заслуга в этом принадлежит ему, хотя Милнера в Виндзор, где тот был назначен на этот пост, сопровождал Бретт, после чего они вместе вернулись в Лондон. Сэр Гарри Джонстон, которому также предлагали эту должность в Министерстве иностранных дел, считал, что Милнеру она досталась благодаря влиянию Родса. В своей автобиографии он писал: «Наконец-то решение было принято — сэр Альфред Милнер. Я подозреваю, что это было сделано исключительно по личной просьбе Сесила Родса, который заявил, что доволен выбором... То, что я не был избран на должность, которая была бы мне очень интересна, стало разочарованием, и я понял, что это было вызвано скорее неприязнью Родса, чем чем-либо еще».

Верховный комиссар подчинялся министру по делам колоний, должность которого в то время занимал Джозеф Чемберлен, уже знакомый с Милнером. Они вместе отстаивали самоуправление Ирландии на выборах 1886 года и оба были в Египте в 1889 году. Они уже согласовали большинство важных вопросов, стоявших на повестке дня, объединив, как и другие члены группы Милнера, защиту идей империализма с совершенствованием системы социального обеспечения. Более того, они оба твердо верили в союз с Ирландией и новую тарифную политику, устанавливающую преференции для Империи. Когда Чемберлен начал работать в правительстве лорда Солсбери в качестве министра по делам колоний (1895-1903), он был готов принять предложение отправить Милнера в Южную Африку. Находясь на этом посту, Чемберлен реализовал ряд идей, завоевавших полную поддержку Милнера. Среди них можно упомянуть новую Конституцию Ямайки (1899), федерацию малайских государств (1895) и создание Содружества Австралии (1900). Когда в 1903 году Чемберлен ушел из Министерства по делам колоний из-за разногласий по тарифной реформе, Бальфур предложил эту должность Милнеру. Тот отказался, поскольку хотел завершить работу, начатую им в Южной Африке. Когда он уходил в отставку, то рекомендовал в качестве своего преемника Альфреда Литтелтона и лорда Селборна. Последний получил назначение и не только довел работу Милнера до конца, но и сделал это вместе с подобранными Милнером сотрудниками. Эти люди считали Селборна вторым лидером в группе после Милнера³².

Пребывая на посту верховного комиссара, Милнер создал группу помощников, вошедших в историю как «Детский сад Милнера». В следующей таблице перечислены ведущие члены организации, даты их рождения и смерти (где это возможно), колледжи, в которых они учились (с датами учебы), и периоды, в течение которых они были членами колледжа «Все души».

ФИО

Годы жизни

Колледж

«Все души»

Патрик Дункан (в дальнейшем сэр Патрик)

1870-1946

«Баллиол», 1890-1894

Никогда

Филип Керр (в дальнейшем лорд Лотиан)

1882-1940

«Новый», 1897-1901

Никогда

Роберт Генри Бранд

«Новый»,

(в дальнейшем лорд Бранд)

1878-1963

1897-1901

1901-

Лайонел Кертис

1872-1955

«Новый», 1891-1905

1921-

Джеффри Доусон (до 1917 Робинсон)

1874-1944

«Магдален», 1893-1897

1898-1905;

1915-1944

Джон Бакен (в дальнейшем лорд Твидсмур)

1875-1940

«Брасенос», 1895-1899

Никогда

Дугал Орм Малкольм (в дальнейшем сэр Дугал)

1877-1955

«Новый», 1895-1899

1899-1955

ФИО

Годы жизни Колледж «Все души»

Уильям Лайонел Хиченс

. «Новый», ..

1874 1941 1894-1898 Никогда

Ричард Фидем

«Новый», ,,

1874-1965 ₁₈₉₃_₁₈₉₈ Никогда

Джон Дав

4רדס «Н0ВЫЙ»,

1872-1934 1891-1895 Никогда

Бэзил Уильямс

1867-1950 !яяд^Ь1йо1 1924-1925

1000—1071

Лорд Бэзил Блэквуд

1870-1917

«Баллиол», 1891-

Никогда

Хью А. Уиндем

1877-

«Новый», 1896-1900

Никогда

Джордж В. Фиддес (в дальнейшем сэр Джордж)

1858-1925

«Брасенос», 1880-1884

Никогда

Джон Хэнбери- Уильямс (в дальнейшем сэр Джон)

1859-1946

Веллингтон, Новая Зеландия

Никогда

Мейн С. О. Вальронд

1870-

«Баллиол»

Никогда

Фабиан Уэр (в дальнейшем сэр Фабиан)

1869-1949

Университет Парижа

Никогда

Уильям Флавель Монипенни

1866-1912

«Баллиол», 1888-1890

Никогда

К этим восемнадцати именам следует добавить еще пять человек, находившихся в Южной Африке в период с англо-бурской войны и до создания союза и являвшихся членами группы Милнера, которых нельзя причислить к «Детскому саду», потому что они не состояли на госслужбе у Милнера³³. Это следующие люди:

ФИО Годы жизни

Колледж

«Все души»

Леопольд Эмери 1873-1955

«Баллиол», 1892-1896

1897-1911,

1938 г.

Эдуард Григг (в дальней- ₁₈₇₉_₁₉₅₅ шем лорд Олтринчем)

«Новый», 1898-1902

Никогда

Г. А.Л. Фишер 1865-1940

«Новый», 1884-1888

Никогда

Эдуард Ф.Л. Вуд

(в дальнейшем лорд 1881-1959

Ирвин и лорд Галифакс)

«Крайст-Чёрч», 1899-1903

1903-1910

Бэзил К. Лонг 1878-1944

«Брасенос», 1897-1901

Никогда

Из этих двадцати трех человек одиннадцать учились в колледже «Новый» Оксфорда. Семеро были членами «Всех душ», шестеро — стипендиатами. К 1947 году эти шестеро провели вместе в общей сложности сто шестьдесят девять лет, или в среднем более двадцати восьми лет каждый. Девятеро из двадцати трех входили в группу, которая основала, редактировала и писала статьи для газеты The Round Table после 1910 года, пятеро находились в тесном личном контакте с Ллойдом Джорджем (двое работали поочередно в качестве личных секретарей) в период 1916-1922 годов, а семеро состояли в группе, которая контролировала и редактировала газету The Times после 1912 года.

Одиннадцать из этих двадцати трех человек плюс уже упоминавшиеся ранее люди формируют внутренний круг группы Милнера с 1910 года. Их мы обсудим в соответствующих главах. На данном этапе бегло рассмотрим биографии лишь некоторых из них.

Два члена «Детского сада», Патрик Дункан и Ричард Фидем, остались в Южной Африке после создания Союза в 1910 году. Оба были важными членами группы Милнера и в результате этого членства достигли высоких постов в принявшей их стране. Патрик Дункан служил помощником Милнера в налоговом управлении с 1894 по 1897 гг. и был взят им в Южную Африку в качестве личного секретаря. Он был казначеем Трансвааля в 1901 году, секретарем колонии в 1903-1906 гг. и исполняющим обязанности губернатора в 1906 году. Остался в Южной Африке в качестве заместителя Яна Смэтса, став там адвокатом Верховного суда, членом южноафриканского парламента, министром внутренних дел, общественного здравоохранения и образования (1921-1924), министром природных ресурсов (1933-1936) и, наконец, генерал-губернатором Южной Африки (1936-1946.). Он часто возвращался в Англию, чтобы посовещаться с членами группы Милнера (например, в сентябре 1932 года в загородном доме лорда Лотиана в Бликлинге).

Ричард Фидем был назначен заместителем главы администрации, а затем главой администрации Йоханнесбурга (1902-1905). В 1907 году он служил юристконсультом верховного комиссара лорда Селборна, а позднее (1907-1910) — членом Законодательного совета Трансвааля. Он был председателем Комитета по децентрализации власти в Индии (1918-1919); королевским адвокатом в Трансваале (1919-1923); судьей Верховного суда Южной Африки (1923-1930); председателем Ирландской пограничной комиссии (1924-1925); председателем Комиссии по местному самоуправлению в колонии Кения (губернатором которой был Эдуард Григг) в 1926 году; советником Шанхайского муниципального совета (1930-1931); председателем Трансваальской азиатской комиссии по землепользованию (1930-1935); ректором Университета Битва- терсранда в Йоханнесбурге (1938); судьей Верховного суда Южной Африки (с 1939). Большинство этих должностей, как мы увидим, он получил в связи с членством в группе Милнера.

Хью А. Уиндем также остался в Южной Африке после 1910 года. Он был членом парламента Союза в течение десяти лет (1910-1920). А до этого служил секретарем Милнера. Несмотря на известность его семьи и то, что он был вероятным наследии- ком третьего барона Леконфилда, получить о нем сколько-нибудь достоверную информацию было сложно. В его биографии в книге «Who’s Who» («Кто есть кто») не упоминается ни о его опыте работы в Южной Африке, ни о других связях с группой Милнера. Это, очевидно, стало результатом продуманной политики, поскольку в издании «Кто есть кто» тридцатипятилетней давности о его связи с Южной Африкой говорится. Уиндем написал книги «Problems of Imperial Trusteeship» («Имперские проблемы внешнего управления», 1933), «Britain and The World» («Британия и мир») и главу «Образование Южно-Африканского Союза, 1901-1910» в томе VIII «Cambridge History of The British Empire» («Кембриджская история Британской империи», 1936). Он был, как и все члены группы Милнера, сотрудником Королевского института международных отношений, написал много рецензий на книги для своего журнала, а с началом войны в 1939 году начал председательствовать на его заседаниях (в отсутствие лорда Астора). Когда издание журнала было возобновлено после войны, Уиндем стал председателем его редакционной коллегии, и занимал эту должность на момент написания книги. Он был женат на Мод Литтелтон, дочери виконта Кобэма, а также был шурином сэра Айвора Макса (брата леди Милнер) и племянником лорда Розбери.

Дугал Малкольм (сэр Дугал с 1938), внук лорда Чарльза Уэлсли, был принят в Министерство по делам колоний в 1900 году и служил там под началом Чемберлена и Альфреда Литтелтона в течение нескольких лет. В 1905 году он отправился в Южную Африку в качестве личного секретаря лорда Селборна и оставался там до тех пор, пока не был создан Союз. Он был секретарем лорда Грея, генерал-губернатора Канады (1910-1911), работником

британского казначейства в течение года, а в 1913 году стал директором компании British South Africa Company (президентом с 1938). Он также был вице-президентом компании British North Borneo Company, президентом которой являлся его шурин, генерал сэр Нил Малкольм³⁴. Сэр Дугал написал биографии Отто Бейта, доктора Джеймсона и Дж. Рочфорта Магуайра для «Национального биографического словаря».

Уильям Лайонел Хиченс (1874-1940), окончив Новый колледж, некоторое время служил связным-велосипедистом во время англо-бурской войны, а затем поступил на службу в Министерство финансов Египта (1900). Отработал он всего лишь девять месяцев, после чего был переведен Милнером в Южную Африку, где присоединился к «Детскому саду» и получил должность казначея Йоханнесбурга. Он сразу же отправился в Англию, чтобы

получить ссуду, и по возвращении (1902) был назначен колониальным казначеем Трансвааля и казначеем Межколониального совета. Позже к его должностям добавилась роль исполняющего обязанности комиссара железных дорог. В 1907 году Хиченс отправился в Индию в качестве члена Королевской комиссии по децентрализации, после чего занял пост председателя Комиссии по расследованию государственной деятельности в Южной Родезии (1909). В 1910 году он занялся частным бизнесом, став председателем правления крупной сталелитейной фирмы Cammell Laird and Company, но продолжал оставаться членом группы Милнера. В 1915 году Ллойд Джордж поручил Хиченсу и Бранду заняться организацией военной промышленности Канады. Они создали Имперский комитет по вооружению Канады, председателем которого стал Джозеф Флавель (сэр Джозеф после 1917 года), Чарльз Б. Гордон (сэр Чарльз после 1917 года) был назначен заместителем председателя, а Бранд — членом совета директоров. В последующие годы Хиченс был видным бизнесменом, одним из величайших сталелитейщиков Англии, директором компании Commonwealth Trust Company (отправившей Джона Дава в Индию в 1918 году), Лондонской северо-западной железной дороги и ее преемников: Лондонской, Мидлендской и Шотландской. Он был членом исполнительного комитета Фонда Карнеги Соединенного Королевства более двадцати лет (1919-1940), что, вероятно, объясняет необычайную щедрость фонда по отношению к Королевскому институту международных отношений (членом которого был Хиченс). Он был активным сторонником образовательных программ для взрослых и долгие годы помогал в развитии Биркбек-колледжа, вечерней магистратуры Лондонского университета. Он был председателем совета управляющих этого учреждения с 1927 года и до самой смерти от немецкой бомбы в декабре 1940 года. Начиная с 1929 года Хиченс проживал недалеко от Оксфорда (в Северном Астоне), как и большинство членов внутреннего круга группы Милнера. Он женился на Гермионе

Литтелтон, дочери сэра Невилла Литтелтона, племяннице виконта Кобэма и кузине Оливера Литтелтона.

Джордж Венделер Фиддес (сэр Джордж после 1912 года) служил личным секретарем графа Онслоу, отца леди Галифакс, до того, как стал секретарем Милнера в Южной Африке (1897-1900). Позже он был политическим советником главнокомандующего в Южной Африке (1900), секретарем трансваальской администрации (1900-1902), помощником заместителя министра по делам колоний (1909-1916) и постоянным заместителем министра по делам колоний (1916-1921).

Джон Хэнбери-Уильямс (сэр Джон после 1908 года) служил в регулярной армии в течение девятнадцати лет, в основном помощником различных колониальных администраторов, а в 1897 году был назначен военным секретарем Милнера. Через три года он отправился в Лондон в качестве секретаря министра обороны (Сент- Джона Бродрика, 1900-1903), а затем в Канаду в качестве секретаря и военного советника генерал-губернатора графа Грея (1904-1909). В дальнейшем он был бригадным генералом в Шотландии (19091914) и в Генеральном штабе (1914), начальником Британской военной миссии в России (1914-1917), в качестве сотрудника Военного министерства занимался делами английских военнопленных в Гааге (1917-1918) и Швейцарии (1918), а завершил свою блистательную карьеру в качестве генерал-майора, маршала дипломатического корпуса (1920-1934) и резервного конюшего трех королей Англии (1934-1946).

Джон Бакен не был членом внутреннего круга группы Милнера, но был близок к этому. В 1935 году он получил титул лорда Твидсмура и был отправлен в Канаду в качестве генерал-губернатора. Он важен, потому что является (наряду с Лайонелом Кертисом) одним из немногих приближенных членов группы, которые упоминали об этом факте в опубликованных работах. В своей автобиографии «Pilgrim’s Way» («Путь Пилигрима», Бостон, 1940) он

привел краткие описания членов «Детского сада» и их достижений, а также блестящий анализ самого Милнера. Он писал:

«Милнер проникся вдохновением, главным образом благодаря Арнольду Тойнби, сосредоточившим все его интересы на служении государству. У него были инстинкты радикального реформатора в сочетании с практическим мышлением, которым те редко обладают. Он обладал видением хорошей жизни, распространенным среди обычных людей, и, однажды охватив в воображении всю империю, поразительно расширил свое поле зрения. Поэтому в самом начале своей карьеры он посвятил себя делу, отложив в сторону такие вещи, как досуг, семейное счастье и накопление богатства. По выражению Бэкона, он активно поддерживал государство. Милнер находил полное удовлетворение в интеллектуальных задачах, в вопросах управления, с которыми он сталкивался в качестве секретаря Гошена, в Египте и в Сомерсет-хаусе. Он обладал выдающимся умом, легко справлявшимся как с масштабным планированием, так и с проработкой деталей. На мой взгляд, это самый мощный управленческий интеллект, рожденный Британией на сегодняшний день. Если сравнивать его с другими, то он был так же безошибочен, как Кромер в определении основной проблемы в любой ситуации, так же блестящ, как Альфред Бейт в наведении порядка в запутанных финансах, и обладал способностью Керзона непрерывно поддерживать большую организацию в рабочем состоянии. Он был не фанатиком, поскольку его Интеллект был слишком высок для этого, но энтузиастом в самом благородном смысле этого слова. Он сузил круг своих интересов до определенной цели, и такая погруженность способствовала определенной жесткости. Он самоустранился от некоторых радостей жизни. Поэтому идеальный администратор был менее совершенным дипломатом.,. [Добавлено Бакеном в дальнейшем] Я был тесно связан с этим великим человеком. Милнер обладал большей самоотверженностью, чем все, кого я когда-либо знал. Он думал

о своей работе и о своем деле, о своих коллегах, но никогда — о себе самом. Его просто не интересовало то, что притягивает обычных амбициозных людей. Его нельзя было подкупить, потому что на земном шаре не было ничего, чем можно было бы его соблазнить, или же отпугнуть личной критикой, потому что он вовсе не стре- милея к славе, и его было бы так же нелегко запугать, как Солнечную систему, поскольку он не знал, что такое страх».

Воздействие, которое Милнер оказывал на Бакена, ощущали и другие воспитанники «Детского сада». Оно обеспечивало ту духовную связь, которая воодушевляла группу Милнера. Этот дух, присутствовавший у Тойнби, Гошена, Милнера и позже Лайонела Кертиса, был движущей силой группы Милнера вплоть до 1922 года. Действительно, многое из того, что Бакен рассказал о Милнере, можно было бы с небольшими изменениями применить и к Лайонелу Кертису, а тот, как мы увидим, был движущей силой группы Милнера с 1910 по 1922 гг. После 1922 года, когда влияние лордов Лотиана, Астора и Бранда возросло, а влияние Милнера пошло на убыль, воодушевление группы несколько померкло, но не было полностью утрачено.

Бакен учился в колледже «Брасенос», но, как он сам говорил: «Я много жил в ״Баллиоле“, и мои самые близкие друзья были из этого колледжа». Он упоминает в качестве своих ближайших друзей Хилэра Беллока, Ф. Э. Смита (будущего лорда Биркенхеда), Джона Саймона, Лео Эмери, Т. А. Нельсона, Артура Салтера, Брона Лукаса, Эдуарда Вуда (будущего лорда Галифакса) и Раймонда Асквита. Пятеро из этого списка перешли в будущем в колледж «Все души», а четверо из них стали важными членами группы Милнера.

Бакен отправился в Южную Африку в 1901 году по личному приглашению Милнера, чтобы стать его личным секретарем, но пробыл там всего два года. Назначенный ответственным за переселение перемещенных буров и сельскохозяйственную реформу (и то и другое было важно для Милнера), он ушел в 1903 году, чтобы занять

важный пост в администрации Египта. Это назначение было странным образом отменено после его возвращения в Англию, потому что, по словам Бакена, он был слишком молод для этой задачи. Более чем вероятно, что Милнер, который выбил это назначение для него, изменил свое мнение из-за быстро угасающего энтузиазма Бакена в отношении имперской федерации. По этому вопросу Милнер и другие члены его группы были непреклонны в течение многих лет. К 1915 году большинство членов группы начали считать, что федерация невозможна, и в качестве компромисса приняли идею того, что мы теперь знаем как Содружество наций: группу народов, объединенных общими идеалами и убеждениями, а не четко регламентированной политической организацией. Лайонел Кертис и по сей день остается фанатичным сторонником федерации, и некоторое снижение его влияния после 1922 года в среде мировой и прежде всего доминионной оппозиции можно объяснить отсутствием прогресса в деле создания федерации. Нынешнее Содружество — это, по сути, компромиссы, выработанные тогда, когда детальные планы группы Милнера столкнулись с реальностью политических обстоятельств.

После неудачной попытки получить назначение в Египет Бакен занимался юридической практикой в Лондоне еще три года, но в конце концов отказался от нее, чтобы стать партнером в издательской фирме своего старого однокурсника Томаса А. Нельсона (1906-1916). В 1907 году он женился на Сьюзен Гросвенор, чья семья (герцоги Вестминстерские) состояла, как мы уже видели, в родстве с Уиндемами, Кавендишами, Литтелтонами и Примроузами (графами Розбери и лордами Далмени). В результате семейных отношений Бакен написал мемуары о лорде Розбери для издания «Proceedings of The British Academy» («Труды Британской академии наук») в 1930 году и книгу «011 The Grosvenor twins» о близнецах Гросвенор, которые были убиты на войне.

Во время войны Бакен был корреспондентом «Таймс», написал труд «Nelson’s History of The Great War» в двадцати четырех

томах (1915-1919), работал в военной разведке Франции (19161917) и, наконец, стал директором отдела информации Военного министерства (1917-1918). В этот период и позже он был плодовитым писателем, писал истории о путешествиях, исторические и приключенческие произведения и стал в конечном итоге самым известным автором приключений в Британии благодаря таким произведениям, как «Greenmantle» («Гринмантл»), «The Three Hostages» («Три заложника») и «The Thirty-nine Steps» («Тридцать девять ступеней»). Имея связи в Южной Африке, он получил должность официального историка южноафриканских вооруженных сил во Франции. Он был близким другом лорда Холдейна и лорда Розбери, которых можно считать членами группы Милнера. О Холдейне Бакен писал: «Что больше всего привлекало меня в нем, так это его преданность Милнеру. Милнер считал его самым способным к государственной службе, даже более способным, чем Артур Бальфур, а Холдейн, один из его бывших либеральных соратников, поддерживал его во всем». В поддержку либерального империализма Холдейн вместе с Розбери, Асквитом и Эдуардом Греем создали Либеральную лигу, с которой был тесно связан и Милнер.

Бакен был представителем шотландских университетов в Палате общин в течение восьми лет (1927-1935), лордом верховным комиссаром шотландской церкви в (1933-1934), президентом Шотландского исторического общества (1929-1933) и канцлером Эдинбургского университета, прежде чем был назначен на свой последний пост генерал-губернатора Канады (1935-1940).

Бэзил Уильямс окончил Новый колледж в 1891 году и почти сразу же получил работу в Палате общин. Там он работал в течение девяти лет, после чего ушел служить на англо-бурскую войну. Он стал секретарем Департамента образования Трансвааля, написал IV том «The Times History of The South African War» («История Южноафриканской войны от Таймс») и был специальным корреспондентом «Таймс» на южноафриканском съезде (1908-1919), где был

создан Союз. Служил майором в Генеральном штабе (1918-1919), позже читал лекции в Оксфорде (1921), был профессором истории в Университете Макгилла (1921-1925) и профессором истории в Эдинбурге (1925-1937). Он написал очень показательную статью о Милнере в «Национальном биографическом словаре» и множество других работ, в том числе о Сесиле Родсе (1921), Британской империи (1928), Боте, Смэтсе и Южно-Африканской Республике (1946), том XI «Оксфордской истории Англии» («Господство либерализма, 1714-1760»), а также редактировал книгу «Творцы девятнадцатого века» («The Makers of The Nineteenth Century», 1915-1928).

Лорд Бэзил Блэквуд, сын и наследник лорда Дафферина, поступил в колледж «Баллиол» в 1891 году, но так и не окончил его, так был отчаянным искателем приключений. Милнер увез его в Южную Африку, где тот работал в департаменте судьи-адвоката в течение года (1900-1901), а затем в течение шести лет (1901-1907) был помощником колониального секретаря Колонии Оранжевой реки. Он стал колониальным секретарем Барбадоса в 1907 году, а в 1910 году начал работать помощником секретаря Комиссии по землеустройству в Англии. Он стал бы важным членом группы Милнера, однако был убит во Франции в 1917 году.

Роберт X. Бранд (с 1946 года барон Бранд) был одним из членов «Детского сада», наиболее близких к вершине. Его отец был вторым виконтом Брандом, двадцать четвертым бароном Дакром (титул впервые дарован в 1307 году), сыном спикера Палаты общин (1872-1884), а мать, Сьюзен Кавендиш, — дочерью лорда Джорджа Кавендиша и племянницей седьмого герцога Девонширского. Его отец, будучи губернатором Нового Южного Уэльса в 1895-1899 годах, был одним из первых инициаторов объединения австралийских колоний, которое произошло в 1900 году. Его старший брат, третий виконт Хэмп- ден, служил камергером короля (1924-1936), в то время как другой брат, адмирал сэр Губерт Бранд, был королевским резервным конюшим (1922) и главным военно-морским адъютантом (1931-1932).

Его племянник Фримен Фримен-Томас (барон Уиллингдон с 1910 года; маркиз Уиллингдон с 1936 года) в 1892 году женился на дочери лорда Брасси и стал генерал-губернатором Канады (1926-1931) и вице-королей Индии (1931-1936).

Бранд, который был членом «Всех душ» с 1901 года, в группе Милнера отвечал в основном за связи с Астором, который оказывал ей поддержку. Он отправился в Южную Африку в 1902 году и был назначен секретарем Межколониального совета Трансвааля и Колонии Оранжевой реки и секретарем Железнодорожного комитета Central South African Railways, а Филип Керр (будущий лорд Лотиан) — помощником секретаря обеих организаций. Бранд был секретарем трансваальской делегации на Южноафриканском национальном съезде (1908-1909) и сразу же написал нарочито наивную работу, опубликованную издательством Oxford University Press в 1909 году под названием «The Union of South Africa» («Союз Южной Африки»). В этом произведении нет никаких упоминаний о группе «Детский сад», и там, где приходится говорить о ее работе, это делается так, как если бы она была выполнена лицами, неизвестными писателю. Например, он пишет (стр. 40): «Только трансваальской делегации на протяжении всей встречи помогал штат юрисконсультов и экспертов», и таким образом скрывает деятельность «Детского сада». Его собственная работа обходится молчанием, а на обложке книги помещена цитата президента Колонии Оранжевой реки сэра Джона Бранда на голландском языке, возможно, чтобы ввести рядового читателя в заблуждение относительно того, что между этим южноафриканским политиком и автором книги существует семейная связь.

Роль Бранда в группе Милнера после 1910 года была слишком велика, чтобы ее можно было всесторонне описать в рамках этой книги. Достаточно сказать, что он считался экономистом группы «Круглый стол» и стал партнером и управляющим директором Lazard Brothers and Company, директором банка Lloyd’s Bank

и газеты The Times, уйдя с этих постов в 1944-1945 гг. Во время Первой мировой войны он был членом Имперского военного совета Канады (1915-1918) и заместителем председателя Британской дипломатической миссии в Вашингтоне (1917-1918). Находясь там, он женился на сестре Нэнси Астор, дочери Чизвелла Дабни Лангхорна из Вирджинии. Именно эта связь и дала ему возможность бывать в Кливдене в тот период, когда это место приобрело дурную славу.

Бранд стал одним из крупнейших игроков в сфере международных финансов после 1918 года. На Парижской мирной конференции 1919 года он был финансовым советником лорда Роберта Сесила, председателя Высшего экономического совета. Позднее он являлся вице-президентом Брюссельской конференции (1920) и финансовым представителем Южной Африки на Генуэзской конференции (1922). Он был членом комитета экспертов по стабилизации немецкой марки в 1923 году, который подготовил почву для плана Дауэса. Проработав продолжительный период времени в частном бизнесе, он стал главой Британской продовольственной миссии в Вашингтоне (1941-1944), председателем Британского совета снабжения в Северной Америке (1942-1945, 1946) и представителем Казначейства Его Величества в Вашингтоне (1944-1946). На этом последнем посту он существенно повлиял на переговоры об огромном американском займе для послевоенного восстановления Британии. В 1942-1944 годах Бранд поставил вместо себя на место управляющего директора Lazard Brothers своего племянника Томаса Генри Бранда, сына виконта Хэмпдена, а когда покинул Lazard в 1944 году, то привез этого же племянника в Вашингтон и назначил главным исполнительным директором Объединенного совета по производству и ресурсам (с британской стороны), а затем (1945) — председателем Комитета по снабжению освобожденных районов. Чем бы Бранд ни занимался, он оставался одной из центральных фигур общества избранных группы Милнера.

Не менее значимой личностью, чем Бранд, был его близкий друг Филип Керр (впоследствии лорд Лотиан), который, как мы

уже видели, служил помощником Бранда в Южной Африке. Керр, внук по материнской линии четырнадцатого герцога Норфолкского, изначально отправился в Южную Африку в качестве личного секретаря друга своего отца, сэра Артура Лоули, вице-губернатора Трансвааля (1902). Керр был помощником Бранда в Межколониальном совете и в комитете железнодорожного оператора «Центральные южноафриканские железные дороги» (1905-1908). Позже, будучи секретарем Трансваальской комиссии по делам неимущих (19071908), он написал доклад о положении бедных белых рабочих в цветной стране, который был настолько ценен, что правительство Союза переиздало его двадцать лет спустя.

С 1908 года Керр стал, как мы увидим, одним из главных организаторов агитации в пользу Южно-Африканского Союза. Он был секретарем группы «Круглый стол» в Лондоне и редактором издания The Round Table (1910-1916), оставив эти посты, чтобы стать секретарем Ллойда Джорджа (1916-1922.), управляющим газеты Daily Chronicle (1921) и секретарем Фонда Родса (1925-1939). В 1930 году он получил несколько правительственных должностей после смерти своего двоюродного брата, десятого маркиза Лотиана, которая принесла ему титул, 28000 акров земли и место в Палате лордов. Он был канцлером герцогства Ланкастерского (1931), парламентским заместителем министра по делам Индии (1931-1932), участником первого и второго круглых столов по Индии и председателем Индийского комитета по франчайзингу, а затем служил послом в Соеди- пенных Штатах до конца своей жизни (1939-1940). В 1923 году он совместно с Лайонелом Кертисом опубликовал книгу под названием «The Prevention of War» («Предотвращение войны»), состоявшую из лекций, которые они читали ранее в колледже Уильямса. После его смерти Кертис составил сборник американских речей лорда Лотиана с предисловием лорда Галифакса и биографическим очерком Эдуарда Григга (перепечатанным из The Round Table). Он был опубликован, как и следовало ожидать, аналитическим центром Chatham House.

Лорд Лотиан оставил родовое поместье, Ньюбатлское аббатство в Мидлотиане, Шотландия, в наследство под жилой колледж для обучения взрослых, а загородный дом Тюдоров, Бликлинг (частое место собраний группы Милнера) — под национальный памятник. Он так и не женился и отказался от своей католической веры в пользу христианской науки во время болезни в 1914 году, чуть не оказавшейся смертельной.

Джеффри Доусон (1874-1944), носивший фамилию Робинсон до 1917 года, также являлся одним из самых посвященных членов группы Милнера. Член Министерства по делам колоний при Чемберлене (1898-1901), он стал на пять лет личным секретарем Милнера в Южной Африке (1901-1905), а затем был назначен южноафриканским корреспондентом «Таймс» и редактором «Йоханнесбург Стар» в критический период формирования Союза (1905-1910). Постоянный член группы «Круглый стол» и группы Милнера, Доусон вдобавок работал на должности редактора «Таймс» (1912-1919, 1922-1941) и секретаря попечительского совета Родса (1921-1922). В тот период, когда Доусон не был редактором «Таймс», он хорошо обеспечивался группой Милнера, будучи казначеем «Всех душ», директором Consolidated Gold Fields, Ltd., а также Trust Houses, Ltd. (оба концерна принадлежали Родсу), а также секретарем Фонда Родса. В 1919 году он женился на дочери сэра Артура Лоули (впоследствии шестого барона Уэнлока), бывшего руководителя Керра в Трансваале. Сэр Артур, начавший свою карьеру в качестве личного секретаря своего дяди, герцога Вестминстерского, в 1892 году, закончил ее губернатором Мадраса (1906-1911).

Доусон был, вероятно, так же близок к Милнеру лично, как и любой член «Детского сада», хотя политическим его наследии- ком следует считать Эмери. В некрологе «Таймс» о смерти Доусона говорится: «Никому не было так полно отдано сердце Милнера, как Доусону; симпатия между старшим и младшим была почти такой же, как между отцом и сыном, и она оставалась неизменной до самой

смерти Милнера». Работая редактором «Таймс», Доусон был одной из самых влиятельных фигур в Англии. Он использовал это влияние так, как хотела группа. В последующие годы это проявилось в том, что он сыграл огромную роль в делах Индии и, прежде всего, в политике умиротворения. В 1929 году он посетил своего давнего друга лорда Галифакса, тогдашнего вице-короля Индии, и впоследствии написал большую часть редакционных статей о борьбе в этой стране, приведшей к появлению Акта об управлении Индией 1935 года. В 1937 году он написал ряд статей в «Таймс», положивших начало последнему этапу умиротворения, и лично руководил поддержкой этой политики в издательстве. После ухода с поста главного редактора в 1941 году последние три года своей жизни он проработал редактором газеты The Round Table.

Уильям Флавель Монипенни был помощником редактора The Times (1894-1899) до того, как отправился в Южную Африку, чтобы стать редактором газеты Johannesburg Star. Он покинул эту должность в начале англо-бурской войны, так как публикация про- британской газеты была невозможна во время военных действий. После недолгого пребывания в должности лейтенанта имперской легкой кавалерии (1899-1900) Монипенни был назначен директором отдела гражданских поставок при Милнере (1900-1902), а затем вернулся на свой пост редактора Johannesburg Star. В 1903 году он ушел в отставку в знак протеста против политики Милнера по ввозу китайских рабочих и прошел всю Африку от Кейптауна до Египта. Возобновив свою работу в «Таймс» (1903-1908), он со временем стал директором и проработал в этой должности в течение последних четырех лет своей жизни (1908-1912). Примерно в это же время лорд Роутон, бывший личным секретарем Дизраэли, оставил свои записи «Таймс», разрешив использовать их для написания биографии этого выдающегося государственного деятеля. Мони- пенни начал писать книгу, но закончил он лишь первые два тома из шести. Последние четыре были написаны Джорджем Э. Баклом,

редактором «Таймс» (1884-1912), членом «Всех душ» (1877-1885), учившемся в Оксфорде одновременно с Милнером (1872-1876).

Стоит отметить, что, когда Монипенни ушел из «Йоханнесбург Стар», его место редактора занял Уильям Бэзил Уорсфолд, занимавший этот пост в течение двух лет, а на смену ему, как мы уже говорили, пришел Джеффри Доусон. В 1906-1913 годах Уорсфолд опубликовал трехтомное исследование достижений Милнера в Южной Африке. В нем содержится самый ценный отчет о работе «Детского сада»³⁵.

Фабиан Уэр (сэр Фабиан с 1922 года) работал репортером газеты The Morning Post (1899-1901), был директором Департамента образования в Трансваале (1901-1905) и Колонии Оранжевой реки (1903), а также членом Законодательного совета Трансвааля (1903-1905). В 1905-1911 гг. он работал редактором The Morning Post, а затем стал специальным уполномоченным совета директоров компании Rio Tinto Company, директором которой был Милнер. Во время Первой мировой войны он дослужился до звания генерал- майора. С тех пор он был постоянным заместителем председателя Имперской комиссии по военным захоронениям. Книга, которую он написал в 1937 году, «Immortal Heritage, The Work of The Imperial War Graves Commission» («Бессмертное наследие, работа Имперской комиссии по военным захоронениям»), стала поводом для статьи на эту тему в газете The Round Table. Сэр Фабиан был членом Имперского комитета по экономическим консультациям и сотрудничеству в 1933 году и руководителем Военного министерства (1939-1944).

Мейн Свит Осмонд Вальронд работал в Министерстве финансов Египта (1894-1897), а после служил личным секретарем Милнера в то время, когда тот занимал высокий комиссарский пост (18971905). Затем он был назначен комиссаром Кипра, но не занял эту

должность. В 1917-1919 гг. он работал в Арабском бюро в Каире при верховном комиссаре и был неофициальным, но важным советником миссии Милнера в Египте в 1919-1921 гг. Эта миссия способствовала получению независимости Египта от Британии.

Лайонел Кертис был одним из самых важных членов группы Милнера, или, как сказал мне один из членов группы, он представлял собой «fons et origo» («первоисточник» — лат.). Это утверждение может показаться странным, но в его защиту можно привести слова Кертиса о том, что то, что должно произойти с Британской Империей, происходит через поколение. Я приведу здесь лишь два примера. В 1911 году Кертис решил, что общее название доминионов должно быть изменено с «Британской империи» на «Содружество наций». Официально это было сделано в 1948 году. Опять же, примерно в 1911 году Кертис решил, что Индия должна перейти на полное самоуправление так быстро, как только позволят условия. Это было осуществлено в 1947 году. Как мы увидим, это не просто случайные события, ибо Кертис, работая за кулисами, являлся одним из главных архитекторов нынешнего Содружества. Большая часть остальной книги будет посвящена биографии Лайонела Кертиса. Пылая неугасающим пламенем, которое некоторые могли бы назвать фанатичным, он посвятил свою жизнь господствующей в его уме идее о том, что самые прекрасные вещи в жизни — свобода, демократия, терпимость и т.д. — могут быть сохранены только в рамках единой мировой политической системы, и что эта система может быть построена вокруг Великобритании, но только в том случае, если она примет по отношению к своим доминионам, колониям и остальному миру политику великодушия, доверия и развития свободы. Кертис был одновременно фанатиком и идеалистом. Но он был не просто «горячей головой». У него было довольно четкое понимание того, чего он хотел. Он не верил, что все части империи могут получить полную и немедленную независимость. Кертис полагал, что свободу и демократию можно

распространять только по мере развития обществ до уровня, на котором они будут способны пользоваться такими привилегиями. Он считал, что когда этот уровень будет достигнут и привилегии получены, они будут использованы не для разрушения целостной мировой системы, о которой он мечтал, а для того, чтобы интегрироваться в нее более полно и разумно, основываясь на общем мировоззрении, а не на опасном объединении на основе политического подчинения, цензуры и принуждения. Для Кертиса, как и для Герберта Уэллса, удел человечества — гонка от образования к катастрофе. Это было похоже на то чувство, которое вдохновляло Родса, когда он учредил свои стипендии, хотя Кертис имел гораздо более широкую и менее националистическую точку зрения, чем Родс. Более того, Кертис считал, что людей можно воспитывать в духе независимости и обязательности, давая им немного больше свободы, демократии и ответственности, чем они готовы были бы взять на себя. Это по сути христианская позиция — вера в то, что если людям доверять, то они окажутся достойными доверия, но именно исходя из этой позиции Кертис был готов рискнуть существованием Британской империи. До сих пор не ясно, является ли Кертис создателем Содружества наций или просто разрушителем Британской империи. Ответ будет зависеть от поведения Индии в ближайшие годы. Группа Милнера это знала. Вот почему Индия с 1913 года была главным объектом их внимания.

Эти идеи Кертиса подробно описываются в его многочисленных опубликованных работах. Следующая цитата взята из сборника «The Problem of The Commonwealth» («Проблемы Содружества»), составленного группой «Круглый стол» и опубликованного под именем Кертиса в 1916 году:

«Ответственное правление каким-либо объединением граждан возможно только в той мере, в которой они готовы к реализации политической власти. В зависимых странах подавляющее большинство граждан еще не способны управлять самостоятельно,

и для них путь к свободе — это прежде всего проблема образования... Содружество — это часть человеческого общества, объединяющего все расы и уровни цивилизационного развития в одном государстве. В этом мировом содружестве функции управления принадлежат европейскому меньшинству по той неоспоримой причине, что в настоящее время только эта часть его граждан способна выполнить подобную задачу, — цивилизованные государства обязаны взять на себя контроль над отстающими сообществами, чтобы защитить их от эксплуатации частными авантюристами из Европы... Содружество не может, подобно деспотизму, довольствоваться установлением порядка во входящих в него регионах и между ними. По своей природе оно должно сначала подготовить эти сообщества к поддержанию порядка внутри самих себя. Верховенство права должно корениться в привычках и волеизъявлении самих народов... Народы Индии и Египта, как и народы Британских островов и доминионов, необходимо постепенно приучить к управлению своими национальными делами... Недостаточно того, чтобы свободные сообщества действовали в соответствии с верховенством закона. До тех пор, пока эти люди не смогут регулировать законодательство, принцип, по которому существует Содружество, не будет реализован. Задача подготовки к независимости тех наций, которые еще не могут сами управлять собой, является высшей обязанностью тех, которые могут. Это духовная цель, ради которой существует Содружество, а материальный порядок — не что иное, как средство достижения этой цели... В Индии твердо установлено верховенство закона. Его поддержание — это задача, которая возлагается на правительство Содружества до тех пор, пока не найдется достаточно индийцев, способных выполнять ее. В Индии могут быть лидеры, способные не только принимать законы, но и применять их, но она не созреет для самоуправления, пока не получит электорат, способный распознать этих лидеров и поставить их у власти... Для Англии это означает большие

перемены. Сможет ли она выдержать это? Сможет ли она вынести потерю своей жизни, какой она ее знает, чтобы найти ее в Содружестве, обширном, как сам мир, в жизни более великой и благородной, чем прежде? Неужели она потерпит неудачу в этот второй и последний переломный момент своей судьбы, как потерпела неудачу в первом, подобно Афинам и Пруссии, отказавшись от свободы ради власти, считая тень более реальной, чем свет, и почитая разоблачения больше, чем верховную власть?».

Четыре года спустя в 1920 году Кертис писал: «Полезный эффект войны состоял в том, что она привела к внезапному началу движения, которое долго намечалось... давно тлеет негодование против установки, что европейцам суждено доминировать в остальном мире. Во всех уголках Азии и Африки оно вспыхивает пламенем... Лично я считаю, что этот вызов давним неоспоримым притязаниям белого человека на господство в мире неизбежен и полезен, особенно для нас самих»³⁶.

К несчастью для всего мира, Кертис и группа Милнера в целом имели одну серьезную слабость, которая может оказаться фатальной. Как бы ни были они искусны в политических и личных отношениях, наделены богатством, образованием и семейными связями, все они были фантастически несведущи в экономике, даже те, кто, подобно Бранду или Хиченсу, считались в группе экспертами в этом вопросе. Бранд работал финансистом, а Хиченс был бизнесменом — в обоих случаях это профессии, не гарантирующие знание и понимание экономики.

Кертис числился студентом колледжа «Новый» в течение четырнадцати лет (1891-1905), потому что был слишком занят, чтобы тратить время на получение степени. Это, несомненно, также стало причиной того, что он был принят во «Все души» так

запоздало, поскольку для этого обычно требуется обладание либо университетской премией, либо дипломом с отличием. К тому времени, когда Кертис получил диплом, он уже принял участие в англо-бурской войне, успел поработать секретарем городского совета Йоханнесбурга и помощником министра местного правительства в Трансваале. В 1906 году он оставил свои официальные посты, чтобы организовать союз, агитирующий за федерацию Южной Африки. Успешно начав эту работу, он стал членом Законодательного совета Трансвааля и написал проект трансваальский конституции для будущей федерации. В 1910-1912 годах и впоследствии он путешествовал по всему миру, организуя группы «Круглый стол» в доминионах и в Индии. В 1912 году его пригласили читать лекции по истории колоний в Оксфорде, но через год он ушел, чтобы почти на шесть лет переключить свое внимание на работу по подготовке Акта об управлении Индией от 1919 года. Он был секретарем Ирландской конференции 1921 года (организованной генералом Смэтсом) и советником по делам Ирландии в Министерстве по делам колоний в течение следующих трех лет. В 1919 году он был одним из главных, если не главным основателем Королевского института международных отношений, а в 1920-е годы уделял внимание и ему и Лиге Наций, ни в том, ни в другом случае, однако, не привлекая внимания общественности. Его влияние в группе Милнера уменьшилось после 1922 года, когда власть перешла в руки Лотиана, Бранда и Доусона. Неудача в создании федерации внутри империи, несомненно, ударила по его чувствам и, возможно, по его престижу в группе. Тем не менее, его влияние было по-прежнему немалым. В 1920-х годах он переехал в Кидлингтон, неподалеку от Оксфорда, а потому мог посещать групповые конференции, проводившиеся во «Всех душах». Его главные опубликованные работы: «The Problem of The Commonwealth» («Проблема Содружества», 1915), «The Commonwealth of Nations» («Содружество

наций», 1916), «Dyarchy» («Двоевластие», 1920), «The Prevention of War» («Предотвращение войны», 1924), «Capital Question of China» («Главный вопрос Китая», 1932), «The Commonwealth of God» («Содружество Бога», 1932-1938) и «The Protectorates of South Africa» («Протектораты Южной Африки», 1935).

Джон Дав (1872-1934) был послан к Милнеру в 1903 году сэром Уильямом Энсоном, ректором колледжа «Все души». Он был помощником секретаря, затем секретарем городского совета Йоханнесбурга (1903-1907), а в дальнейшем председателем Трансваальского совета по заселению земель (1907-1909). После поездки в Австралию и Индию с Лайонелом Кертисом с целью организации групп «Круглый стол» он вернулся в Лондон в 1911 году и жил с Брандом и Керром в камберлендских особняках. В 1912 году он отправился в Южную Африку с графом Греем, чтобы открыть мемориал Родса, а в Первую Мировую войну служил в военной разведке во Франции. В 1918 году стал разъездным представителем финансовых домов, вероятно, в результате отношений с Брандом. Все началось в 1918 году с длительного путешествия в Индию для компании Commonwealth Trust Company, и в течение следующих пятнадцати лет он совершал поездки в Европу практически ежегодно. В 1921 он получил пост редактора The Round Table и проработал до самой своей смерти в 1934 году. Дав имел идеалистическую жилку, подобную той, что была у Кертиса, но без той же движущей силы. После его смерти Бранд опубликовал сборник его писем (1938). Он содержит в основном описания ситуаций из других стран, большинство из которых написано самим Брандом.

Леопольд Эмери не был членом группы «Детский сад», но хорошо знал ее членов и находился в Южной Африке в период их службы. Он был главным корреспондентом «Таймс» по англобурской войне и редактором «The Times History of The South African War» («История Южноафриканской войны от Таймс»), которая выходила в семи томах в течение десятилетия 1900-1909 гг. Эмери,

который был членом «Всех душ» в течение четырнадцати лет в начале века и снова стал им с 1938 года, входил во внутренний круг группы Милнера. Он начал свою карьеру в качестве личного секретаря Леонарда X. Кортни, члена парламента от юнионистов и вице-спикера второго правительства лорда Солсбери. Благодаря этой связи Эмери был принят в редакцию «Таймс» (1899-1909) и стал бы редактором, если бы не его решение уйти в политику. В этом он сначала не преуспел, проиграв три раза в прениях, где участвовал как юнионист и поборник изменения тарифов в разгар преобладания идей либерализма (1906-1910). Когда в 1911 году пришла победа, она была неоспоримой, потому что Эмери сохранял свое место от Бирмингема в течение тридцати четырех лет. За это время он занимал столь важные государственные посты, что сложно себе представить. Среди них были следующие: помощник секретаря Военного кабинета и Имперского военного совета (1917); секретарь военного министра (Милнер, 1917-1918); парламентский заместитель министра по делам колоний (1919-1921); парламентский и финансовый секретарь Адмиралтейства (1921-1922); первый лорд Адмиралтейства (1922-1924); министр по делам колоний (1924-1929) и доминионов (1925-1929); министр по делам Индии и Бирмы (1940-1945). Эмери написал десятки книг, главным образом об Империи и ее торговых отношениях. В 1910 году он женился на сестре своего коллеги по парламенту Флоренс Гринвуд. Его коллега Хамар Гринвуд (барон Гринвуд с 1929 года и виконт Гринвуд с 1937 года) был либеральным членом парламента в течение шестнадцати лет (1906-1922) и консервативным в течение пяти (1924-1929), причем Эмери, несомненно, сыграл в этом изменении важную роль. Лорд Гринвуд был секретарем Департамента внешней торговли (1919-1920) и генеральным секретарем по делам Ирландии (1920-1922). В последние годы он был председателем совета директоров одной из крупнейших английских сталелитейных фирм Dorman, Long, and Company, казначеем

Консервативной партии и президентом Британской федерации предприятий черной металлургии (1938-1939).

Эмери можно считать политическим наследником Милнера. С самого начала своей политической карьеры в 1906 году и до смерти Милнера в 1925 г. он был более тесно вовлечен в активную политическую жизнь Милнера, чем кто-либо другой. В 1906 году, когда Эмери сделал свою первую попытку пройти в парламент, Милнер активно поддерживал его кандидатуру. Вполне вероятно, что это, несмотря на личный престиж Милнера, способствовало скорее потере голосов, чем приобретению, поскольку Милнер не делал никаких попыток скрыть свои собственные крайне неортодоксальные идеи. Например, 17 декабря 1906 года в Вулвергемптоне он сказал следующее: «Я не только империалист самого глубокого толка — а империализм, как вы знаете, вышел из моды, — но я действительно верю во всеобщую военную подготовку... Я за тарифные реформы и говорю то, что думаю... Я не могу присоединиться к обвинениям и критике социализма. Я допускаю, что существует его отвратительная форма, которая борется с богатством просто потому, что это богатство, и процветает на культивировании классовой ненависти. Но это, скорее всего, еще не все. Существует более благородный социализм, который рождается не из зависти, ненависти и жестокости, а из подлинного сочувствия, высокого и мудрого понимания того, чем живет страна».

Такое мнение, вероятно, и не дало Эмери большого количества голосов, но он в общем и целом разделял его, а отношения с Милнером становились все более близкими. Эмери был главным помощником Милнера в последние годы его пребывания на государственной службе (1917-1921), а когда он умер, именно Эмери организовал общественную панихиду и контролировал распределение билетов.

Эдуард Уильям Маккей Григг (сэр Эдуард с 1920 года, лорд Олтринчем с 1945 года) был одним из самых важных членов группы

Милнера. Окончив Новый колледж, он присоединился к сотрудникам «Таймс» и работал там в течение десяти лет (1903-1913), за исключением промежутка времени, в течение которого ездил в Южную Африку. В 1913 году он стал соредактором газеты The Round Table, но в итоге ушел воевать в гренадерскую гвардию. В 1919 году он отправился в турне по Канаде, Австралии и Новой Зеландии вместе с принцем Уэльским. Он сменил Керра примерно на год на посту секретаря Ллойда Джорджа (1921-1922), а затем был членом парламента в 1922-1925 и в 1933-1945 гг. Кроме того, он служил губернатором Кенийской колонии (1925-1931), парламентским секретарем Министерства информации (19391940), парламентским заместителем министра обороны (19401942) и министром-резидентом на Ближнем Востоке (1944-1945). Он также находил время писать книги, такие как «The Greatest Experiment in History» («Величайший эксперимент в истории», 1924); «Three Parties or Two?» («Три партии или две?», 1931), «The Faith of an Englishman» («Вера англичанина», 1931), «Britain Looks at Germany» («Британия смотрит на Германию», 1938), «The British Commonwealth» («Британское Содружество», 1943) и «British Foreign Policy» («Британская внешняя политика», 1944).

X. А. Л. Фишера, известного историка, можно считать одним из основателей «Детского сада». Он был членом группы Милнера по крайней мере с 1899 года. Главными вербовщиками «Детского сада», помимо самого Милнера, были Фишер и его близкий друг сэр Уильям Энсон. Взаимоотношения между Фишером, Энсоном, Гошеном и Милнером были довольно близкими (за исключением отношений между Милнером и Энсоном), этот квартет оказал серьезное воздействие на формирование группы Милнера и получение ею возможности влияния на колледжи «Новый» и «Все души». Фишер окончил Новый колледж в 1888 году и сразу стал членом совета и преподавателем там же. Эти должности он занимал с перерывами до 1912 года, когда покинул Оксфорд и стал

ректором Шеффилдского университета. Последние пятнадцать лет своей жизни (192S-1940) он был директором Нового колледжа. Первоначально Фишер собирался преподавать философию, однако его назначили учителем истории. Его знания в этой области были скудны, поэтому каникулы он проводил в совместных чтениях с А. Л. Смитом (будущим главой «Баллиола», сокурсником Милнера по этому колледжу и членом группы Милнера). Смит, помимо занятий по истории, также учил Фишера кататься на коньках и велосипеде и работал с ним над литературным наследством шурина последнего, Фредерика У. Мейтленда, известного историка английского права. В результате Фишер выпустил биографический очерк о Мейтленде в 1910 г. и трехтомное собрание его сочинений в 1911 году, а Смит опубликовал две лекции и библиографический справочник, посвященный Мейтленду, в 1908 году. Биографический очерк о Смите в «Национальном биографическом словаре» был написан другим членом группы Милнера, Кеннетом Норманом Беллом (членом «Всех душ» в 1907-1914 годах, лектором по истории колоний в 1924-1927 гг. и членом семьи, которая контролировала издательство G. Bell and Sons). Его сын, Артур Лайонел Фостер Смит, был членом «Всех душ» при Энсоне (19041908), а позже организовал образовательную систему Месопотамии и стал ее руководителем (1920-1931).

Фишер занимал много важных постов, частично благодаря членству в группе Милнера. В 1908 году, когда «Детский сад», который он помог создать, все еще находился в Южной Африке, он отправился туда с длительной лекционной поездкой; в 19111912 гг. читал лекции по зарубежной истории; в 1912-1915 гг. был влиятельным членом Королевской комиссии по делам государственной службы в Индии; в 1916-1926 гг. служил членом Палаты общин; в 1916-1922 гг. был членом кабинета министров (президентом Совета по образованию). Он был делегатом в Ассамблее Лиги Наций в течение трех лет (1920-1922), руководителем

корпорации British Broadcasting Corporation в течение четырех лет (1935-1939) и членом правления Фонда Родса около пятнадцати лет (1925-1940)³⁷.

Библиография Фишера включает обширный список опубликованных работ. Помимо его незаконченной биографии (1940) и знаменитой трехтомной «Истории Европы» («History of Europe», 1935-1936), она содержит много работ на темы, интересовавшие группу Милнера. В его лекции 1911 года «Политические союзы» («Political Unions») исследуется природа федерации и других союзов — тема, хорошо вписывающаяся в дискуссии, происходившие в то время в рамках круглых столов по этому вопросу, в которых Фишер принимал активное участие. В разделе этой лекции, посвященном Южно-Африканскому Союзу, Фишер был намеренно

уклончив почти так же, как Бранд в своей книге о Союзе, вышедшей двумя годами ранее. Он упоминает о подготовительной работе «Детского сада» над созданием Союза (в которой он сам принимал участие во время своего визита в Южную Африку в 1908 году) как о труде анонимных лиц, но утверждает, что получившаяся в результате конституция для объединенной Южной Африки стала в значительной степени результатом работы трансваальской делегации (которая, как мы увидим, контролировалась «Детским садом»).

Другие работы Фишера, появившиеся в результате его работы с группой Милнера: «Imperial Administration» («Имперская администрация», 1920), «Ап International Experiment» («Международный эксперимент», 1921) о Лиге Наций, «The Common Weal» («Общее благо», 1924) об обязанностях граждан, «Our New Religion» («Наша новая религия», 1929) о христианской науке. В связи с этой последней книгой можно упомянуть, что христианская наука стала религией группы Милнера после его смерти. В частности, Нэнси Астор и лорд Лотиан были горячими сторонниками новой веры. Христианская наука была частью атмосферы Кливдена.

Отношения Фишера с Милнером были довольно близкими и зародились главным образом благодаря тому, что они стали стипендиатами Нового колледжа, старший в 1878 году, а младший — десять лет спустя. В 1901 году, когда был образован «Детский сад», они были членами колледжа тринадцать лет, а в 1925 году, когда Милнер умер и Фишер стал директором колледжа, они были стипендиатами уже на протяжении тридцати семи лет.

Были и более личные отношения, возникшие в 1899 году, когда Фишер женился на Леттис Илберт. Ее отец, сэр Куртене Илберт (1841-1924), был давним другом Энсона и Милнера. Сэр Куртене, будучи в 1883 году членом Совета вице-короля Индии, тщетно пытался исключить из индийского кодекса «любые судебные ограничения прав, основывающиеся лишь на расовых различиях». При лорде Дафферине (отце лорда Бэзила Блэквуда) он создал общую

правовую систему для Бирмы (1885), а в 1898 году кодифицировал индийское право. Он был работником Палаты общин с 1902 по 1921 год. Миссис Фишер, одна из пяти дочерей сэра Куртене, вспоминала в издании «The Milner Papers», как Альфред Милнер играл с девочками, когда они были детьми.

Фишер был очень ценным членом группы Милнера, потому что он, наряду с лордом Гошеном, обеспечил группе доступ в колледж «Все души». Доступ был получен благодаря дружбе этих двух людей с сэром Уильямом Энсоном. Сам Энсон был скорее членом блока Сесила, чем группы Милнера. Их личные отношения были не очень близкими, и существуют некоторые сомнения относительно истинных чувств Энсона к Милнеру. Единственное упоминание о Милнере в опубликованных фрагментах дневника Энсона — это довольно едкое замечание относительно недостаточно красноречивой речи в Палате лордов против Акта о парламенте 1911 года³⁸. Энсон не сходился во взглядах с Милнером, да и вообще с больший- ством членов группы, поскольку был слишком консервативен. Он был, конечно, либеральным юнионистом, как и большинство важных членов этой группы. Он также был империалистом и заботился о социальном благосостоянии, но у него отсутствовало то высокомерное пренебрежение к экономическим системам, которое было столь характерно для всех членов группы до 1917 года. Энсон уважал экономический статус-кво и с подозрением старого либерала относился к вмешательству государственной власти в экономическую сферу. Подобные настроения усиливались с годами в связи с нежной заботой об обширных земельных владениях «Всех душ». Тем не менее, Энсон стал одним из главных создателей группы Милнера и, несомненно, обеспечил группе мощный рычаг влияния на «Все души» после своей смерти. Во времена управления

колледжем (1881-1914) Энсон был самой влиятельной фигурой во «Всех душах», причем это касалось не только социальной и интеллектуальной сфер, но и распоряжения его состоянием и выбора членов. Обычно первая задача сосредотачивалась в руках казначея колледжа, а вторая делилась с другими стипендиатами. Энсон, однако, принял на себя доминирующую роль в обоих вопросах, причем до такой степени, что епископ Хенсон (член «Всех душ» с 1884 года) в своих мемуарах об Энсоне говорил, что директор в любой момент мог лишить кандидата стипендии.

Охотно выдавая стипендии «Всех душ» тем людям, которых мы теперь считаем главными членами группы Милнера, Энсон не сознавал, что имеет дело с какой-то группой. Члены Нового колледжа, которые предлагали свои кандидатуры в период 18971907 годов, обладали такими уникальными способностями, что могли добиться избрания по своим собственным заслугам. Тот факт, что они пришли по настоятельной рекомендации Фишера, служил решающим доводом в пользу положительного решения этого вопроса. Таким образом, они вошли во «Все души» не как члены группы Милнера. По крайней мере, при жизни Энсона. Вероятно, так происходило после 1914 года (в случае с Лайонелом Кертисом в 1921 году, Бэзилом Уильямсом в 1924 году и Реджинальдом Коуплендом в 1920 году), но не раньше. Скорее всего, молодые люди, поступавшие в Новый колледж в период бурской войны (находившиеся по обе стороны баррикад), выбирались Фишером и Энсоном, избирались во «Все души» и отправлялись в «Детский сад» Милнера на основании заслуг, а не связей.

Эдуард Фредерик Линдли Вуд, на тот момент уже член «Всех Душ» и будущий член группы Милнера, приезжал в Южную Африку в 1904 и 1905 годах. Сегодня более известный миру как первый граф Галифакс, он был сыном второго виконта Галифакса и являлся во всех отношениях подходящим кандидатом в члены группы Милнера. Лорд Галифакс был правнуком лорда Грея, автора великой

избирательной реформы 1832 года, и внуком секретаря и зятя лорда Грея, Чарльза Вуда (1800-1885), который помог провести законе- проект. Тот же самый дед стал в 1859-1866 гг. первым министром по делам новой Индии, проводя реформы для этой великой империи, послужившие основой для последующих реформ группы Милнера в двадцатом веке. Лорд Галифакс также был внучатым племянником лорда Дарема, чей знаменитый доклад послужил основой для создания канадской федерации в 1867 году.

Путь Эдуарда Вуда, будущего лорда Галифакса, в избранное общество «Всех Душ» был, несомненно, облегчен тесной дружбой его отца с Филлимором и будущим архиепископом Лэнгом, который на момент избрания Вуда в 1903 году был стипендиатом уже в течение пятнадцати лет.

После избрания Вуд отправился в мировое турне, которое приводило его в Южную Африку дважды (1904 и 1905). В обоих случаях его сопровождал отец, виконт Галифакс, который однажды обедал с Милнером и был глубоко впечатлен. Впоследствии виконт стал главным защитником Милнера в Палате лордов. Например, в 1906 году, когда Милнер подвергся суровой критике в Палате общин за ввоз китайских рабочих в Южную Африку, лорд Галифакс внес в верхнюю Палату резолюцию с выражением признательности Милнеру за выполненную работу.

Последующая карьера Эдуарда Вуда была одной из самых выдающихся для англичан того времени. Будучи членом парламента в течение пятнадцати лет (1910-1925), он занимал посты парламентского заместителя министра по делам колоний (1921-1922.), председателя Совета по образованию (вслед за X. А.Л. Фишером, 1922-1924) и министра сельского хозяйства, прежде чем отправиться в Индию (в качестве барона Ирвина), чтобы стать вице-королем. На этом посту, как мы увидим, он продвигал планы группы Милнера на этот великий субконтинент (1926-1931), прежде чем вернуться к блестящей работе в качестве председателя Совета

по образованию (1932-1935), военного министра (1935), лорда- хранителя печати (1935-1937), лорда-председателя Совета (19371938), министра иностранных дел (1938-1940) и, наконец, посла в Вашингтоне (преемника лорда Лотиана, 1941-1946). Благодаря ему множество мест в посольстве заняли члены «Всех душ».

Вряд ли можно сомневаться в том, что своим успехам в публичной деятельности лорд Галифакс во многом обязан членству в группе Милнера. Его официальный биограф Алан Кэмпбелл Джонсон писал в связи с одним из назначений Галифакса: «Широко распространено мнение, что он был признан идеальным кандидатом в вице-короли благодаря влиянию Джеффри Доусона и других членов редакции ״Таймс“, которые шепнули его имя в подходящее время как нужным людям из окружения Георга V, так и на Даунинг- стрит, 10». В связи с его назначением на пост министра иностранных дел Джонсон сказал:

«Лотиан, Джеффри Доусон и Бранд, которые обычно собирались в Кливден-Хаусе в качестве гостей Асторов и стали именоваться ״Кливденской кликой“, к чему, несмотря на образную пропаганду левого направления, они никогда не стремились, убеждали Чемберлена в решительный момент проявить мужество и назначить Галифакса, хотя он и был пэром, на должность, которую он заслуживал благодаря своему богатому опыту и послужному списку. Они убедительно доказывали, что безопасное отстранение министра иностранных дел от жаркого сражения в Палате общин — это как раз то, что требуется для разрешения сложной международной ситуации».

Еще одним членом этой южноафриканской группы, который формально не являлся членом «Детского сада» (потому что не состоял на государственной службе), был Бэзил Келлетт Лонг. В 1902 году он переехал из Брасеноса в Кейптаун изучать право, а три года спустя был принят в коллегию адвокатов. В 1908 году он был избран в парламент Кейптауна, а год спустя сменил Керра

на посту редактора пропагандистского журнала «Детского сада» The State (1909-1912). Он был членом первого парламента объединенной Южной Африки в течение трех лет (1910-1913), а затем сменил Эмери на посту главы департамента доминионов «Таймс». В 1921 году он оставил этот пост и должность иностранного редактора (которую занимал параллельно в 1920-1921), чтобы вернуться в Южную Африку в качестве редактора газеты Cape Times (19211935). Он был одной из самых важных фигур в Южноафриканском институте международных отношений после его запоздалого основания. С начала войны в 1939 году он отвечал за связи южноафриканского отделения с институтом в Лондоне.

Работа «Детского сада» в Южной Африке не так широко известна, как можно было бы ожидать. Действительно, до самого последнего времени роль, которую играла эта группа, была в значительной степени скрыта в силу преднамеренной политики секретности. Единственное подробное описание их работы можно найти в книге Уорсфолда «The Reconstruction of The New Colonies under Lord Milner» («Восстановление новых колоний при лорде Милнере»), однако он не мог предвидеть дальнейшего развития «Детского сада» в более крупную и влиятельную группу. Рассказ Лайонела Кертиса о том, что сделала эта группа, в его «Письме к народу Индии» («Letter to The People of India», 1917) очень краток и практически неизвестен в Соединенных Штатах и даже в Англии. В более поздних официальных записях, таких как Том VIII «Кембриджской истории Британской империи» («Cambridge History of The British Empire», 1936), еще меньше информации, чем у Уорсфолда. Неудивительно, что глава этого тома под названием «Образование Союза, 1901-1910 гг.» написана Хью А. Уиндемом, членом «Детского сада». Одним из чудес современной британской науки является то, что группа Милнера сумела сохранить контроль над написанием истории, связанной с теми областями, в которых она была наиболее активна.

Только в последние годы роль «Детского сада» как части большей группы была оценена по достоинству, и только лишь очень немногими писателями, такими как уже упомянутый биограф лорда Галифакса и М. С. Грин. Последний, учитель средней школы в Претории, Южная Африка, в своей краткой работе «Создание ЮжноАфриканского Союза» («The Making of The Union of South Africa», 1946) дает характеристику «Детскому саду», ясно демонстрирующую, что он понимает, что это была лишь ранняя стадия становления большой группы, осуществлявшей свое влияние через газеты The Round Table и The Times, Королевский институт международных отношений и колледж «Все души». Работа по объединению Южной Африки была лишь частью гораздо более важной задачи создания Имперского союза. Это всегда было конечной целью Сесила Родса, Милнера и всего «Детского сада». Милнер писал в своем дневнике 25 января 1904 года: «Моя работа всегда направлена на достижение великой и далекой цели — создание в Южной Африке великого, цивилизованного и прогрессивного сообщества, от Кейптауна до Замбези, независимо управляющего своими собственными делами, но все еще остающегося, по собственному твердому желанию, членом великого сообщества свободных наций, собранных вместе под британским флагом. Это было целью всех моих трудов. Это остается моей целью до сих пор».³⁹ В своей прощальной речи в марте 1905 года Милнер призвал своих слушателей, и особенно «Детский сад», оставаться верными этой конечной цели. Он сказал: