Апокрифы Древней Руси. Тексты и исследования

I. Пусть же всем будет известно, что девственниками были Адам и Ева, когда они были изгнаны из рая. Через 30 лет после изгнания из рая[27] [у Адама и Евы] родился сын Каин и сестра его Каламана[28]. И снова через 30 лет [у Адама и Евы] родился сын Авель и сестра его Девора[29]. Когда прошло 120 лет жизни Адама [на земле], начал завидовать [Адаму и Еве] Сатана. Злой дьявол стал возбуждать Каина против брата его Авеля. Каин же был обольщен обманом дьявола, взял камень и убил брата своего Авеля[30]. И этот Авель был первым мертвецом на земле[31]. Тогда же узнали Адам и Ева о смерти своего [сына] Авеля. Они оплакивали Авеля год. Когда прошло 309 лет первой тысячи [от сотворения мира], и это был первый век, в 30-ый год родился [сын у Адама], похожий на Адама[32]. В 400-ый год[33] сыновья Каина разожглись страстью, и со страхом терпели их жены. Узнав же [об этом], Адам опечалился очень. В 30-ый же год 1-ой тысячи [от сотворения мира] большой страстью жены разгорелись на злые дела и было указание всем смотрящим. И осквернились [жены] грехами своими. В 800-ый год жизни Адама умножились скверные грехи от сынов братоубийцы Каина. Умер же Адам в 530-ый год 1-ой тысячи[34]. Сифово же племя отделилось от [племени] Каина. И вывел Сиф род свой наверх, на гору, которая была около рая[35]. А Каин стал жить с родом своим в том месте, где гнусное убийство брату своему совершил. И [было] 40 лет Ареду, в 330 году восстали коварные люди и хитрые, Увень и Тувень, дети Ламеха[36] слепого, убившего Каина. Дьявол одолел грехами [Ламеха] в седьмой день[37]. В 500-ый же год второй тысячи еще больше воспламенились на злые дела люди и были [они] хуже [людей] первого [тысячелетия]. И начали по-скотски садиться жены на мужей. И мужчины, которые от Каинова рода, те же нечестивые грехи начали совершать. В 700-ый же год Аредовой жизни[38] второй тысячи [от сотворения мира] увеличил лукавый и хитрый дьявол нашествие грехов. [Он] соблазнил сынов Сифовых грехами. И разгневался Господь Бог гневом великим [на людей] за злые дела их, за то, что [люди] осквернили землю грехами своими[39].

II. Когда прошла вторая тысяча [лет], послал Бог ангела Своего к Ною, чтобы сообщить ему о потопе и [так] сказать: «Хочу устроить потоп на земле, поскольку земля наполнилась [людскими] грехами, пусть [люди] покаются в грехах своих, [тогда] прощу им гнев свой. А ты начни делать ковчег, ибо следует тебе войти в ковчег, и жене твоей, и сынам твоим, и женам сыновей твоих». Пришел Ной на гору Аравийскую[40] и стал делать ковчег, как же велел ему ангел Господа. [Известно, что] испокон веков дьявол — ненавистник человеческого рода. [Дьявол] прикоснулся к жене Ноя [и] сказал ей: «Спроси, куда ходит муж твой». Она же сказала ему [дьяволу]: «Тверд муж мой, не могу я спросить его». И сказал ей дьявол: «Есть трава, [что растет] над рекой, [она] вьется около дерева. Ты же возьми цвет той травы и заквась с мукой, и тем [кислым напитком] напои его [Ноя], и [он] расскажет тебе все». И сошел Ной с горы, чтобы поесть. Он вышел в 3-ий месяц [первый раз] во все 7 лет. Сошел же [Ной] с горы и сказал жене своей: «Дай мне выпить квасу, ибо я истомился от жажды, от дела своего». Она же, наливши чашу квасу, дала ему. Выпив, Ной сказал: «Есть ли еще?» Выпив же 3 чаши, лег, ибо хотел отдохнуть. Когда же [Ной] стал весел, она стала говорить ему ласковые слова, [так] говоря: «Господин, скажи мне, где ходишь?» Он же не сказал ничего ей. Она начала больше ласкаться [к Ною] по дьявольскому наущению [говорить стала Ною] льстивые слова. [Ной] сказал ей: «Что же сказать? Послал Бог ангела своего ко мне и сказал мне [ангел]: Хочет Бог устроить потоп на земле. И [ангел] велел мне сделать ковчег, [чтобы] войти мне с тобой, и сыновьям моим, и женам их. Вот уже я сделал его за 7 лет». И [когда это] сказал [Ной], пошел [дьявол], на гору. И вошел [дьявол] на гору, и, увидев ковчег, рассыпал его как прах[41]. И плакал Ной 40 дней, и явился ему ангел Господа, говоря [так]: «Я тебе сказал, [чтобы ты никому] не говорил. Зачем ты рассказал жене своей о делах своих? Поэтому опять Бог послал знамение Свое, и ныне прощает тебе Бог грех твой. Начни строить второй ковчег»[42]. [Ангел] показал ему дерево негниющее килитнор[43] и сказал: «Из этого дерева делай [ковчег]». Ной же оделся во власяницу и отстранился от жены своей и головы ей не чесал[44]. Через 30 лет сделал Ной ковчег в длину 300 локтей, а в ширину 80, а в высоту 30 [локтей]. И спустился [Ной] с горы, приказав людям каяться в грехах своих. Они же не послушали слов его. И сказал ангел Господа Ною: «Пойди в ковчег свой с женой твоей, и сыновьями твоими, и с женами сыновей твоих. Возьми с собой по 2 животных из всех [существующих] четвероногих: [от] скота, от гадов [пресмыкающихся] и от птиц». Ной сказал: «Как я могу созвать [по 2] от всех животных?» Ангел Господа принес ему бильце [маленькую доску, в которую бьют для подачи сигналов] с неба и сказал ему: «Ударяй, став прямо у ковчега». Ной же сделал так, как велел ему ангел Господа. Уже созвал всех родственников и всех животных в ковчег. И созвал [он] с воздуха птиц небесных. Дьявол же, не желая добра человеческому роду, но желая погубить весь человеческий род, дотронулся до снохи Ноя[45] и сказал ей: «Не ходи без моего повеления в ковчег». Тогда повелел Бог дождю идти с небес ливнем, и повелел Бог 30-ти китам сойти с мест своих, ибо они долго оставались без движения в 30-и концах морских[46]. И пошла вода от всех концов морских на землю, и было несчастье великое, и плач горький людей. И превратилась радость их в плач, и веселье их [превратилось] в рыдание. И так без милости поглотила их вода, [поглотила вода] всех живущих на земле. И пошла вода на горы высокие. И тогда не пошла сноха Ноя в ковчег по дьявольскому наущению, Ной же стал звать ее в ковчег, говоря: «Иди». Она же не шла, но ждала [того], что ей сказал бес. Ной же сказал ей: «Иди, грешница, иди, обманщица». Она же стояла ожидая [слов дьявола]. И когда сказал Ной: «Иди, дьявол, в ковчег», она же пошла и дьявол с нею вошел в ковчег[47]. Шел дождь 40 дней и 40 ночей, и вода поднялась над горами Аравийскими на 15 саженей. Тогда же окаянный дьявол, который хотел потопить весь род [человеческий], превратился в мышь и начал грызть дно ковчега. Ной помолился Богу, и [вот] взволновался лютый зверь [и] выскочили из его ноздрей кот и кошка, и, прыгнув, удавили дьявола в образе мыши[48]. И [так] и не сбылось дьявольское злоумышление. Стояла вода на земле 13 месяцев[49]. Тогда же Ной стал спрашивать, видна ли суша. И выпустил Ной голубя из ковчега. Голубь же, пролетав много [и] не найдя земли, возвратился в ковчег. И потом выпустил Ной ворона. Ворон же, полетав, нашел землю и не возвратился в ковчег. Ной же проклял его, ибо [ворон] не послушал его повеления[50]. И потом [Ной] еще выпустил голубя. Голубь же, полетав, нашел землю и отломил сучок масличный, и принес в клюве своем к Ною в ковчег. Тогда Ной очень обрадовался и восславил Бога, говоря [так]: «Господи Боже мой! Как Ты удостоил меня увидеть землю свою, в 13-ый месяц поставил меня на земле своей». И повелел Бог ветрам прогнать [ковчег] на горы Аравитские, где же он [и] создан был[51]. И там пристал [ковчег] на горе Аравитской. Тогда Ной помолился Богу, вышел из ковчега. И жена его, и сыновья его, и жены сыновей его [также вышли]. Ной [выпустил] всех животных из ковчега на землю, а всех птиц на воздух, и стал жить Ной с детьми своими на земле своей.

III. В первые же 100 лет третьей тысячи родился у Ноя сын и был он назван Мунт. И расплодились [размножились] сыновья Ноя: Сим, Хам, Иафет. В 300-ый же год разделили землю сыновья Ноя: и была дана Симу восточная страна, а Хаму южная, Иафету — западная. Мунту же братья части не выделили. Отец послал его в северную часть земли[52]. И было жизни Ноя 908 лет, [когда] преставился он Богу. После смерти Ноя в 500-ый год третьей тысячи [от сотворения мира] внуки [одного из родов] Ноя столп стали себе ставить, говоря [так]: «Если устроит Бог второй потоп, то на столп залезя, избавимся [от потопа]»[53]. Третий же [род] из 10-и родов не пришел к ним [на помощь][54], говоря: «Если устроит Бог второй потоп, [то] будет воля Его — или жить, или умереть нам; [на все] будет воля Его»[55]. Они же делали столп 70 лет[56] и сделали его выше облаков. Богу же не угодно было дело их. И [вот однажды] они легли [отдохнуть] на столпе. И было рано, [когда] они встали, желая работать. И [вдруг] начали они говорить на разных языках, ибо разделил их Бог на 12 языков. И [вот] напал на них страх и трепет, и ужас. И соскочили они со столпа на землю, пошли в 12 разных стран земли. Каждый из них [пошел] со своим родом. Выпустил Бог 4 ветра великих: на восток, запад, север, юг. И [выпустил] все 12 ветров и разрушил столп до земли[57]. Сын же Ноев, Мунт, год живя в северной части земли, принял дары многие от Бога и премудрость астрологическую изобрел[58]. К нему пришел Неврот закону научиться, как ему царствовать над людьми. Неврот же, брат Невронов, был от племени Симова. И тот первый царствовал в Вавилоне, великом городе[59]. И потом сделался царем [в Вавилоне один] из сыновей Хама, которому было имя Опий[60]. В ... 79[61] год третьей тысячи, в 3-ий год царствования Неврота, послал Неврот мужей из племени Афета, мужей сильных, и мудрых очень, и хитрых во всем. Они пошли на север к Мунту, сыну Ноя, и построили ему город. И Мунт назвал город в честь себя. Очень мирными были царства Мунта и Неврота. Во время царствования сына Неврота не было мира, но люди воевали друг с другом. И написал Мунт к Невроту в царство Ахимово. Ибо это были первые цари на земле. И с тех пор узнали люди об этом, и начали ставить над собой царя. После царствования Неврота в 504-ый год начали воевать [люди], и было завоевано египетское царство Невротом царем. [Еще] завоевано было племенем Неврота царство Вавилонское (......) Хозит[62] взял жену себе из племени Хама. [Когда] умер Хозит, взял внук его, Исудея, мать свою себе в жены. И родила она ему сына Ахорозию[63]. Этот же [Ахорозия] собрал войско многочисленное и пошел [воевать против] племени Хама и взял [это племя] в плен, и пожег всю землю западную. Во 2-ой же год царствования Ахорозии, сына Хозита, собрались сыновья Хама и пошли на восточную часть земли сражаться с царем Ахорозией. Было же у них только 3 тысячи 20 пеших воинов. Услышал же Ахорозия [об этом] и позволил себе пренебрегать ими [до тех пор], пока они перешли 3-ю реку. Тогда же Ахорозия царь выпустил против них воинов своих, которые ездили на слонах и убивали всех. И не спасся от них никто [кто воевал против], и сыновья Хама [тоже не спаслись]. И потом стали воевать цари. Когда закончился 4-ый год, пришел сам Приор[64] царь на Коникаронир восточных земель и взял в плен 7 городов и сотворил насилие на всей земле их, и пошел на 3 царства индийские. И послал войско, и сжег их царство огнем. И [Приор] пришел в пустыню Савы и убил род потомков Измаила. Этого Измаила Авраам прижил от рабыни своей Агари, а Исаака [родил] от Сарры[65]. Измаил же насмехался над Исааком, враждуя с ним. И пришел же ангел Господень к Аврааму и сказал ему: «Прогони рабыню свою и сына ее в пустыню Савы»[66]. Измаил же жил с матерью своей [в пустыне]. [Он женился], и у него родилось много детей. И Приор царь перебил их, а некоторые разбежались. Они убежали оттуда в пустыню Стрива и опять размножились, и заселили пустыню ту племенем своим. Их было так много, как саранчи. Они ходили обнаженными и ели мясо, вареное мясо с бока верблюда, и пили кровь животных и молоко [животных]. Потом эту землю получили сыновья Измаила Орив и Зив, и Зевея, и Салман[67]. Они стали воевать [с другими народами] и дошли до Евфранта и от Евфранта до Тигра, от Тигра до Саддукеи великой, и даже и до Рима. И они завоевали Рим, ицарствовали 7 лет. [Потом] они начали строить себе корабли и, как птицы, стали носиться [в них] по морю. Оттуда же они отправились [войной] на Израиль.

IV. И израильтяне же, услышав об измаильтянах, все разбежались в пустыни, и в горы, и в пещеры земные. Гедеон же еще на токе своем веял пшеницу[68]. И [вот] пришел к нему ангел Господень, [так] говоря: «Страдаешь ли ты?» Он же сказал: «Хочу скрыться от измаильтян». И сказал ему ангел: «Не беги, но укрепись против них, и ты одолеешь их». И это сказал, и стал невидим. [Гедеон] сказал про себя: «Спрошу Господа Бога моего. [Пусть] мне знак [от него] будет, правда ли это[69]. И положу я руно[70] на ток свой. Если правда то, что сказал мне ангел, пусть будет на этом руне роса, а на всей земле [пусть будет] сухо». И было так. И ниспослал Бог на руно росу, а на всей земле [было] сухо. И сказал Гедеон: «Еще, Господи, спрошу Тебя. Пусть будет на руне сухо, а на всей земле роса». И было так. И сказал Гедеон: «Господи, как я соберу израильтян? [Ведь] все разбежались». И принес ему ангел рога барана Авраама и сказал ему [Гедеону]: «Затруби в этот рог». Он же [Гедеон] начал трубить, стоя на столпе. [И вот] звук трубный был как гром. Где бы кто ни был: или в пустыне, или в горах земных, или в пещерах, и тогда отовсюду были позваны мужчины, и собралось [их] 3 тысячи. И сказал ему [Гедеону] ангел Господень: «Не давай им пить воды в течение 3-х дней. В 3-ий день вели им воду пить, не используя сосуды. Те, которые начнут воду пить, черпая [ее] пригоршнями, с теми иди [на битву]. Дай им оружие, и каждому мужу [дай] меч, копье, фонарь, трубу». И это сказал ангел Господень и отошел от него [Гедеона]. Он же не давал им [мужчинам] пить 3 дня. В конце же 3-его дня [Гедеон] выпустил [мужей] на берег к воде. И упали на землю [мужи] [и стали] пить как саранча, а другие — [зачерпнув] руками. Он же этих [которые пили пригоршнями] отобрал и собрал их 300 мужей, а других отпустил в селения. И повелел им [которые воду пили пригоршнями] взять с собой оружие: мечи, копья, [и также] фонари, трубы, и пойти с ним против измаильтян[71]. Когда же они встретились, тогда Бог покрыл полк измаильтян темным облаком, а для Гедеона Бог сделал светлый день. Гедеон же сказал: «Еще спрошу у Бога, если дано мне Богом победить этих [измаильтян], то пусть они [сами] предскажут победу». [Гедеон] взял меч (...)[72], взял слугу с собою, и пошел в полк измаильтян. Пришел [Гедеон] к башне, и спросили его из башни: «Кто там?» Он же сказал: «Я пастух, пасу стадо». В башне же на возвышении лежали 2 измаильтянина; один молодой, а другой старый. И сказал молодой старому: «В эту ночь я видел сон: с южной стороны с высокой горы оторвалась груда пшеничного теста со слоем ячневой крупы, смешанная с маслом, и докатилась до постели наших царей, и постели царей уничтожила, и царей наших»[73]. И сказал старый молодому: «Того не знаешь, что с южной стороны выйдет пророк по имени Гедеон и убьет нас и царей наших». Гедеон же, услышав то, сказал себе: «Воистину сообщил мне Бог, что я [смогу] победить этих [измаильтян]». И пошел Гедеон из полка измаильтян, велел воинам своим фонари со свечами поднять на копья. И они окружили полк измаильтян один за другим и затрубили все 300 труб в один час. Измаильтяне вскочили и увидели огонь около себя, и [услышали] голос труб многих. От этого страха они побежали. И напал Гедеон на Орива и Зива, и угнал Зива и Салмана, и уничтожил всю мощь их и оставил из них 8 племен[74], и тех заставил бежать в ту же пустыню Етрива, откуда они пришли. Там ныне и размножились [они].

V. И выйдет их еще 7 тысяч в последние годы[75] и завоюют всю землю, и дойдут до Рима. И побеждены будут дважды римлянами, а в 3-ий раз Рим возьмут, а других [городов] не завоюют. И дойдут [они] до Гавата великого, который [находится] за Римом. Ибо о том Гавате великом пусть сбудется предсказанное пророком Иезекиилем: «Сын человеческий! Зови зверей пустынных и привлеки их [к себе так], говоря: собирайтесь и придите ко мне, [ибо] приготовил я вам великую жертву [т.е. жертвенный пир]». И они придут, съедят мясо сильных, выпьют кровь князей. В том же Гавате великом будут свергнуты все эллинские [т.е. греческие] вельможи, и так будут все взяты в плен измаильтянами. Очень велико будет сражение, так что вол утонет в крови, поскольку ж и Бог назвал Измаила диким ослом. «Я с гневом и яростью послан на людей, и на зверей, и на всякое дерево плодоносящее». И будет пришествие его — казнь Божья без милости. И придут на них четыре казни [т.е. Господь нашлет на людей четыре наказания]: смерти, мор, разврат, разорение. Сказал Господь Бог Израилю: «Видишь, что, не любя вас, сыновьям Измайловым [измаильтянам] Я дал над вами силу. Пусть [они] возьмут землю христианскую, ради грехов их [израильтян] беззаконных [Я] так сделал»[76]. Ибо [грехи] так они творят: облачаются мужи [израильские] в одежды блудниц. Как женщины выставляют себя напоказ, любуясь собой, ходят по улицам городским, изменив естественные [физиологические] потребности в неестественные, как об этом Павел, великий апостол, сказал. Так же и жены их, как и мужья же их творят. Совокупляются с одной женой отец, и сын, и брат. По этому поводу премудрый Павел сказал пророчески, после сошествия на него Святого Духа. За долгие годы до этого сказал о них: «Бог предаст их постыдным страстям, ибо жены их изменили свою естественную потребность [физиологическую], также и мужчины оставили естественную потребность к женщине, разжигались страстью мужчина к мужчине, творя злое дело». Поэтому Бог предает их [израильтян] в руки беззаконных язычников, и от них [язычников, израильтяне] впадут в грех, [и] сами осквернены будут, [и] жены их от тех [измаильтян] скверных. И будут вместо их [израильтян] эти измаильтяне. Предана будет земля Перская [и] опустеет. И живущие на ней уничтожены будут. Эллада и греки впадут в беду и [в] плен [будут захвачены]. Острова поморские пусты будут, а живущие на них в плену уничтожены будут. Египет [и] Ассирия[77] будут в плену. И мучимы будут без милости. И просить начнут от одного из сильных их 7 мер золота. И будут живущие в Египте и в Ассирии [Сурьи] в плену. И больше чем в 7 раз печалью наполнится земля, обижаемая от 4-х ветров небесных. И будут измаильтяне как саранча многочисленная. И говорить начнут высокомерно против Бога до конца времени, установленного им [Богом] и до [конца] царства [их], и до [конца] числа лет, и до 7 месяцев. Владеть начнут до края северного и до запада. И будут все под властью их: и люди, и скот, и птицы небесные, и [живущие] в водах морских. [Измаильтяне] владеть начнут горами, пустынями, и зверями луговыми, и деревьями, [растущими на] земле, и камнями [драгоценными], и богатством земным. И изобилие земное у них будет, и дома богатые, и дары многочисленные: золото, серебро и камни многоценные, и одежды сверкающие, и хлеба. И все [это] им принесено будет. И наполнятся весельем сердца [этих измаильтян], убивающих [других людей]. И так [измаильтяне] будут без милости: просить будут дани у сирот и у вдовиц, и у монахов, и без всякого страха издеваться будут над неимущими. Издеваться начнут над [теми, кто] живет по закону Божьему. И будут [в] ужасе и в скорби [все], живущие на земле. Будет путь их [измаильтян] от моря и до моря, от востока и до запада, от севера и до Евфрата. И будет путь их путем печали. И пойдут по нему старики и старухи, убогие, и богатые, и нищие, алчные и жадные, соединенные [вместе]. Восхвалять начнут мертвых [т.е. живые станут завидовать мертвым], как и сказал Павел, великий апостол: «Если не придет первое дозволение [т.е. Бог допустит первое бедствие], то не проявит человек свои грехи и не станет сыном зла». [Ибо] дозволение есть наказание, и наказание примут все живущие на [земле]. И осквернится вся земля кровью, и удержит земля плод свой. Ибо посланные на опустошение земли будут скверны, потому что скверну приветствуют. И каждый [из них] выйдет из пустыни, и оружие свое [будут] закалять в чревах [женщин], и младенцев будут убивать, выхватывая их из рук матерей; и со своими женами начнут совокупляться в святых местах, [т.е. в церквах], а пеленами со святых икон коней покрывать. И будут лукавы [т.е. коварны] в своих речах, искушая род христианский. Как и сказал апостол Павел: «Не все христиане, только их 60 тысяч были избраны, которые не преклонились перед Вилом, и потому люди израильские помилованы были». Так же в то время мало найдется истинных христиан, как сказал Господь в Евангелии: «Многие тогда откажутся от веры святой и от честного креста, и причастия святых тайн, никем не будут мучимы, но по своей воле». И все это поняв, Павел великий апостол, проповедовал [так], говоря: «Как в последние дни отступят [люди] от веры, послушав духов льстивых и учений бесовских»[78]. И будет им печаль злая, друг друга [будут] ненавидеть, [будут] златолюбцы надменные, хулители Бога, родителей оскорблять, творить грехи по наущению дьявола [будут] неукротимые, не [будут] совершать добрые дела, [будут] предатели и больше дерзкие грешники, а не боголюбцы. Образ иметь [будут] Божий, а от силы его [Бога] отрекутся. Тем слабым придут времена наказаний. Ибо [эти люди] начнут преследовать друг друга и [будут] золото брать, [будут] воры, мошенники, отступники, душегубцы. И [будут] те [люди] слугами дням тем. [Тех же, которые] боятся Бога, они будут считать ничем. Ибо будут сыновья измаильтян очень злые, и [тогда] прекратится [и] служба Божья в церквах святых, и пение [в церквах]. [И это будет] до тех пор, пока закончится число царств их, которым была отдана вся земля. [Тогда] умрет печаль людей, и будет голод, и смерть, и изнемогут люди, рассеются по всей земле как прах. И другая смерть от Бога будет. Праведных и верных простит Господь и станет явным избрание его [Бога], как сказал Господь: «Благословимы вы, когда преследуют вас. Изгоню вас и скажу, что всякое злое слово [сказанное] вам, есть ложь, [ибо это вы терпели ради меня]. Радуйтесь и веселитесь, ибо много вам воздается на небесах».

VI. От измаильтян же печаль эта была и такая участь постигнет всех людей. [Ибо] не будет им спасения от Бога и избавления от [господства] измаильтян. И придет в запустение Персида и поморская земля, и греческая, и Киликия, и Ассирия. И [те, которые] живут около [тех мест], завоюют весь Гават великий[79] и пойдут к овчьему полю[80]. И станут на овчьем поле, [украсят себя] бесценными одеждами, и [будут] хвалиться, говоря [так]: «Где [же эти], называемые христианами? Ибо погибли они от рук наших. Они же сказали, что мы погибнем. И поэтому неразумно сказали это. Ты же, Бог на небесах, а мы [измаильтяне] на земле. И нет сейчас никого сильнее нас на земле [этой] под небесами»[81]. Вот есть море Ефиопское, на нем же [стоит] город, называемый Ефиопия. Ибо о том городе Господь поведал через пророка Иезекииля[82]: «Ефиопия предварит [всех на пути] к Богу». Это значит, что молитва христианская как трубы, [которые] воспевают Бога. И поведают еще: «Есть на море Ефиопском город, называемый Ефиопия. Только он избежал нашего плена, [поэтому] пойдем и возьмем его». [Измаильтяне] соберутся и пойдут к тем воротам, которые издавна заперты, и никому [не удалось] их открыть. [Но в этот раз] по Божьему повелению откроются [ворота], и [измаильтяне], въехав [в город, будут сражаться] и, сражаясь, [дойдут] до Святой Софии, как сказал пророк: «Восстанет на них царь смиренный». Ибо ангел [возьмет] Михаила [царя][83] из Рима, принесет и положит его в Святой Софии, в алтаре. Тогда же [все] христиане сбегутся в Святую Софию, громко крича: «Горе нам, братья, ибо уже погибаем все от измаильтян этих». Он же [Михаил] стремительно поднимется как от сна, и возьмет меч свой и скажет: «[Дайте мне коня] быстролетного». Против них [пойдет] с великой яростью и поднимет меч свой на них. Ангел Господень, [который сначала] был с ними [измаильтянами], будет с Михаилом против них. И расслабится сердце их [измаильтян и станет] как вода, и тело их [измаильтян] растает как воск, и ничто будет мужество их. И от страха того погибнут [измаильтяне], не могущие смотреть на силу Божию. И тогда побеждено будет Михаилом царем множество бесчисленное [измаильтян], а некоторые [из них] будут разогнаны как скот. От страха Божия вынуждены будут народы [которые воевали вместе с] измаильтянами, придя, поклониться Михаилу царю. [И так скажут]: «Мы твои пленники, а не христиане». Он же начнет отпускать каждого из них к себе домой. Тогда разогнанные измаильтяне соберутся на овчьем поле. И станут всадники бок о бок, начнут Богу отдавать луки свои и стрелы, и оружие свое, говоря: «Боже, дал Ты нам этим оружием взять в плен всю землю, а сейчас отнял Ты от нас царство. Поэтому оружие свое возьми от нас». Тогда же, взяв много золота и серебра и придя [к царю Михаилу], поклонятся, говоря [так]: «О, великий царь Михаил! Было [так, что] Бог поручил нам царство это, а сейчас отнял от нас. Тебе дал царство это, и вот мы пришли поклониться тебе. Что ты велишь нам, рабам твоим, делать, ибо уже ты победил нас». Тогда же Михаил царь сделает их рабами людей своих.

VII. И будут они под ярмом греческим, и охватит их скорбь и беда великая, алчность и жадность. И будут [они] рабами сами и жены их, и дети их. И начнут [они] работать [у тех, которые] работали [на] них. И будет работа их более горькой, чем первых [т.е. тех, которые работали на них]. Будет же царство Михаила 30 лет и 3 года. И не будет битв по всей земле. И создадут города, и построят церкви, и благоустроят [пути] до Иерусалима, и до Индии, и до Сиона, как [это] было при первых царях; и больше [всего] того будет. И назначат патриархов, и митрополитов, и епископов, и священников. И объявятся [т.е. обнаружатся] клады в царстве их, которые от Адама были скрыты. Они же [т.е. клады] начнут отдавать людям это [богатство], и разбогатеют все. И будут нищие как бояре, а бояре — как цари. И не будет тогда у них ни вора, ни разбойника, ни ростовщика, ни завистника, ни клеветника, ни чародейства, ни всякого злодейства дьявольского[84]. [Ибо], все [это] закончится. И будет радость великая и веселье. И начнут [люди] есть и пить как и при Ное все 30 лет, а в течение 3-х лет люди придут в возбуждение и начнут есть и пить без меры и не будут знать ни отца, ни матери, впадут в грех с родственниками своими. И разгневается Господь Бог на них гневом великим за злые грехи их. И велит Господь Михаилу скрыться на острове морском. Михаил же войдет на корабль. И отнесет его Господь ветром на один из островов морских. И будет там [Михаил] до указанного [Господом]^! времени. И откроет Бог горы западные[85], которые закрыл Александр Македонский. И когда был Филипп, отец Александра, в Македонии царем, тогда [взял в жены] Филипп Олимпию, дочь Фола — царя Ефиопского. От нее же родился Александр греческий, который был весьма храбрый. И создал Александр Александрию Великую и царствовал в ней 19 лет[86]. Этот Александр пошел на восток и убил Дария Медянина[87], царя перского. А оттуда пошел и убил царя Пора Индийского[88], и взял в плен многие земли, города. И пошел [Александр] воевать до земли, которая называется Солнечная, где увидел нечистых людей [т.е. язычников], Афетовых внуков[89]. И увидел Александр нечистоту их и удивился. Ибо они ели нечистое, мерзкое, животное. Ибо это гнусно и скверно. [Они ели] комаров, кошек и змей, и мерзкой плоти скотов, нечистые выкидыши женские, и детей своих мертвых, и всякую тварь: животных и гадов [пресмыкающихся]. И это все увидел Александр, [какая] была у них скверна и нечистота. [И увидев это], испугался. [И так сказал:] «А когда дойдут эти [люди] до места святого и земли святой и осквернят их скверной своей пищей». И он очень начал молиться Богу. И велел [Александр] собрать всех мужчин и женщин, и детей их, и погнал их. А сам пошел следом за ними. И пока они не пришли на север, нельзя было ни войти к ним, ни уйти от них. Тогда же Александр молился Богу со страхом великим. И повелел Господь горам северным расступиться и [окружить] их. Повелением Божьим окружили их горы и [только] не сомкнулись на 12 локтей. Александр же заковал железными воротами несомкнутое место и [потом] заделали [это место] сунклитом и когда хотят рассечь секирами своими ворота, то невозможно им сделать это. Или огнем захотят сжечь это, и тем нельзя будет [сделать]. Ибо то, что сунклитом заделано, то ни железо не берет, ни огонь не сожжет, но тотчас угаснет[90]. В последние дни перед концом мира Гог и Магог[91] выйдут на землю израильскую. Это цари языческие, которых закрыл царь Александр с северной стороны. Вот их имена: Гог и Магог и Унога, Анег, Ахенас, Дифаси, Фотин, Гертик и Евун, Фарз, Девким, Зарфатан, Гардиад, Фарф, Алаи, Сартири и все, людоедами называемые, имеющие песьи головы. Этих же царей [числом] 24 царь Александр загнал [в горы] и закрыл [в горах]. Гог же имел крылья. И держали его с 4-х сторон 4-мя цепями железными 20 мужчин, чтобы он не улетел. А у другого будет 6 крыльев, а [еще] у другого будут животные [части], а у иных будут песьи головы. Ибо эти — охлотовы. И после царствования Михаила за прегрешения людей тех откроет Бог горы западные, и выскочат из них Гог, Магог и Анег, и других 20 царей, и начнут передвигаться по земле. При виде их придут в смущение люди и начнут [они] бегать и укрываться в горах и в пещерах. И в гробах умирать начнут от страха [при виде] их. И будет некому хоронить их грешные тела. Ибо люди, шедшие с севера, есть начнут плоть человеческую и кровь [людей] пить как воду. И все есть начнут нечистых и гнусных змей и скорпионов и других гадов, и зверей всяких, и мертвечину всякую. И [эти люди] растлят землю и осквернят ее, и не будет на ней [никого, кто] терпит. Будут бегать все люди 3 года, даже и до Иерусалима. И пошлет Господь Бог архистратига Своего Михаила и убьет их ночью в долине Асафатове[92].

VIII. Тогда объявится один человек, сын Рахили[93], злой беззакон-ник. И будет [он] царем в городе этом 3 года. И сделает [он] зло великое, которого не было от сотворения мира и до конца его не будет. Ибо повелит он совокупляться отцу с дочерью, а брату с сестрой. Если же кто так не сделает, то смерти предан будет. И [он] повелит совокупляться монаху с монахиней и также со священником; и будет зла смешено [так] много, [что это будет] сильнее убийства. А сам [царь] совокупится с матерью, и с сестрой, и с дочерью. И разгневается Господь Бог яростно на них и повелит, не переставая, грому и молниям страшным сходить на землю. И многие города тогда сожжены будут. И люди в то время от ужаса поражения страшным тем громом расслабнут и умирать начнут. Многие [из них] от молнии сгорят. Горе же тогда всем будет. И это царство, [погрязшее] в грехах, погублено будет. В то время благословенны будут живущие в римском городе. Тот, кто поселится в этих городах, или в Ареянии, или в Петриле, или в Острове, или в Калуре городе, пусть успокоится. А в других местах везде войны и волнения, и мятеж великий будет, как и сказал Господь: «Слышать будете о войнах и волнениях, но там будет внезапный конец». И после этого поднимется другой царь в городе этом, [который] будет злой отступник от Иисуса Христа. И возвратится он к эллинской вере, и сотворит [он] святых идолов, а церкви сожжет, и [место] честного креста назовет вместилищем мерзости, и священнический чин возненавидит, и устроит великую резню среди людей. Тогда предаст друг друга на смерть и брат брата, и Отец сына, и сын отца. И многие, которые не смирятся с пороком его, те же будут царствовать со [страхом] Христовым. Тогда станут острова для демонов селами, и [для гадов] гнездами. Будут же в то время звоны и смятения на небесах великие, поднимется царь на царя, и будет тогда печаль великая. И явится огонь с небес, как молния стремительно осеняя всю поверхность земли. Все же это увидят [и поймут], что это начало болезням[94]. Закончится это царствование[95], и потом царствовать будут 3 юноши бесстыдных, [которые] будут в мире [между собой] 100 дней и 50. И потом они поссорятся друг с другом: один пойдет в Селунь и скажет: «Селунь, ты победишь врагов своих [т.е. римлян]». Тогда он соберет людей [в течение] 7 лет. Мужчины на войны пойдут, а он даст оружие попам и монахам, и сделает корабль великий, и придет [с войском] под ворота Рима и скажет: «Радуйся, Рим, 3 площади имеющий. Ибо меч твой острый, и стрелы твои частые. Счастливы, живущие в [этом городе]». И тогда соберет всех людей и простой народ, и войдет между Дилом и Наделом, ожидая противников своих. А другой брат соберет себе воинов из Месопотамии и с Калулы острова, и погонит всех людей на войну: и попов, и монахов с гневом великим, и придет в Александрию, и здесь они встретят противников своих, которых он хочет победить. А третий брат соберет себе воинов из Фругии и Каругии, и из Галатии, и из Армении, и из Аравии. И они войдут в Селунь, говоря [так]: «Селунь не разграблена будет и не погибнет во веки». И станут [войска] напротив друг друга, и сотворят битву великую между собой, разрубят друг друга на части и умрут. И в 3-е царствование прольется кровь греческая как туча великая, и поплывут люди изрубленные с кровью в море. И ни один из них не останется [в живых], и смешается море с кровью их на 12 поприщ. Тогда станет каждая жена вдовой, и начнут искать 7 жен одного мужа и не найдут [его]. И услышав [об этом], из других стран отроки придут к ним и начнут с ними совокупляться как свиньи, не имеющие разума. Тогда же будут счастливы те, которые и в горах, и в пещерах служат Богу, и всего того зла не сделают, но о себе заботиться будут, ожидая от Бога великой милости: ибо хорошие овцы от лукавого антихриста хотят за Христа погибнуть. И после этого поднимется одна женщина из Понта, по имени Мондана[96], и будет она царствовать в городе Александрийском. И будет она колдунья, дочь дьявола. Во время ее [царствования] будут войны, и убийства многие по всем улицам и во дворах [домов], и убьем друг друга, и брат брата, и сын отца, и отец сына. И будет зла много у людей в городе этом. И в святых церквах будут грех совершать, [будут играть на] гуслях, и плясания, и песни сатанинские, и оскорбления бесовские [будут], какие человек никогда до тех времен не мог видеть. Ибо та нечистая царица Богом себя назовет и, умыв свое лоно, осквернять начнет людей греческих, и святая святых осквернять начнет: и разграбит сады церковные, и соберет святые образы, и святая святых — Евангелия, и все книги церковные и, сделав громадную кучу, сожжет огнем, и церкви разрушит. Искать она начнет мощи святых и не найдет [их], ибо Бог сохранит их. И тогда скажет окаянная та девица: «О, называемый Богом! В чем я была ленива, чтобы погубить твою память на земле? Ибо ты видел [все], что я могла и сделала, и не мог ты [даже] к волосу моему прикоснуться». Это скажет же окаянная, и больше этого скажет, [т.е.] она расскажет о более злых своих делах [о которых стыдно и сказать], чтобы унизить Его. И разгневается на нее Господь Бог великой яростью. И протянет Господь руку Свою на город этот и пошлет Господь архистратига своего Михаила. Пусть [архистратиг] подрежет его [город] серпом, ударит его скипетром и окружит его, и так погрузит его с людьми, как жернов, в глубину морскую. И там погибнет город этот, и останется столп один на площади, в который вложены святые гвозди Господни, которыми было пригвождено тело Господа на кресте. Те же гвозди спрятаны на верху столпа в золотом идоле царем Константином. Они сохраняются до второго пришествия Господа для уличения жидов. Приходящие же на кораблях [купцы] привязывать начнут корабли свои [к столпу] и плакать начнут, говоря [так]: «Город наш старый погружен [в море], в нем же [когда мы приплывали] торговали и разбогатели»[97]. Будет же плач у столпа того 40 дней.

IX. Тогда же и явятся 3 города, которые сейчас скрыты в горах: Вифсаида, Харазин, Капернаум. В Харазине будет монахиня, девица, сидящая в келье своей. И услышит она птицу, поющую в винограднике своем. Таких [же] песен разум человеческий не понимает. Она же, открыв окна, захочет увидеть ее [эту птицу]. И птица, влетев [в окно], ударится о лицо монахини той. И в тот же час будет зачат сын зла, и родится антихрист Сатана [у девицы]. И вскормлен [антихрист] будет в Вифсаиде, а царствовать начнет в Капернауме. Именно поэтому Господь скажет трижды [так]: «Горе тебе, Харазин, и горе тебе, Вифсаида, горе тебе, Капернаум, вознесетесь до небес и в ад сойдете». Тогда по повелению Божию придет Михаил с островов морских и станет в Иерусалиме царем на 12 лет. И тогда придет сын зла из Капернаума, [чтобы] послужить Михаилу царю в Иерусалиме. И полюбит его Михаил и будет [у Михаила] первым среди слуг. Михаил же не знает, кто это, а он Михаила знает и служит ему по Божьему повелению. Когда же пройдет одиннадцать лет царствования Михаила в Иерусалиме, тогда сын зла проявит свою волю и свое господство. Тогда же наступит 12-ый год [царствования Михаила], тогда придет царь Михаил на Голгофу, где был распят Господь наш. И на том месте с небес покажется крест и станет в воздухе перед Михаилом. И снимет Михаил с себя венец и возложит на крест, всем людям видимый. И подняв руки свои вверх к небу, отдаст [Михаил] царство Богу и Отцу. И тогда сбудется пророчество Давида: «в последние времена Ефиопия предварит нас на пути к Богу» [или в псалме Давида: «Епиопия протянет руки свои к Богу»]. Именно поэтому Ефиопию назовут греческой, ибо из племени Ефиопии Алимтияна сына Ефиопия, ныне дочери Фола, царя ефиопского, сказано так: «Ефиопия предварит нас на пути к Богу в последние дни». И взойдет [животворящий крест на небо. И все люди] увидят [его]. А царь Михаил предаст дух свой в руки Господа и уснет сном вечным. И тогда закричат все люди, горько плача: «Горе нам, братья, ибо уже мы погибаем; сегодня зайдет полуденное солнце».

X. И тогда падет всякая власть и начальство. Тогда появится сын, родившийся от рода Дана, по пророчеству Иакова патриарха, который сказал: «Я видел змея, лежащего на пороге и жалящего коня за заднюю ногу, и упал конь на заднюю ногу, ожидая от Бога избавления». Что значит конь, что значит задняя нога?[98] И будут тогда святые, как всадники на конях, сидеть на вере. Приходить они начнут к сыну зла. Он же начнет попирать [веру], т.е. вводить в заблуждение [верующих] своими злыми помышлениями и знамениями чудесных явлений. Перед глазами людей будет [своим] колдовством делать много чудес на земле: горам повелит с места сходить, солнце изменится в тьму, а луна — в кровь. Теми лживыми словами, знамениями и колдовством искушать начнет, чтобы ему удалось [как можно больше] избранных ввести в соблазн, как сказал Господь. Увидел же [это] патриарх, когда [посмотрел] духовными очами [т.е. когда Святой Дух сошел на него], и понял, что хотел сделать этот соблазнитель-змей, [т.е. он увидел, что] от сына зла [исходили] печаль и беда, и сказал так людям: «От лица Твоего, Господи, человеческому роду спасения ожидаю». Господь же там в тот же час ответил на это так: «Он мог избранных моих ввести в заблуждение. Ибо придет сын зла [антихрист] в Иерусалим и сядет в церкви как бог, человек по плоти, рожденный из чрева матери, но нехот человеческого семени рожден»[99]. По плоти же [антихрист] из рода Дана, как и Иуда, продавший Господа, того же рода. Дано будет царство ему на 3 года, 3 года как 3 месяца, а 3 месяца — как 3 недели, а 3 недели — как 3 дня, а 3 дня — как 3 часа, а 3 часа — как глазу моргнуть. В 1-ый же год он будет важный, как человек, на второй год — будут волосы его, как стрелы, а [правое] око его будет, как звезда [сияющая, в 3-й год — око его будет, как] у льва, ногти его на руках и ногах [будут] как серпы, ступни ног в две пяди. И увеличится злоба его, и многие будут обмануты им и поверят в него[100]. А те, которые не поверят в него, царствовать будут со [страхом] Христовым во веки веков, а верующим в него [Господь велит гореть в] огне неугасимом. Господь Бог же, [который не мог] видеть, как погибают люди Его, [ради святых], искупивших своей кровью [грехи человеческие], велит Илье и Еноху обличить его [перед всеми людьми]. В 3-й год его царствования выйдут Илья и Енох из пустыни для разоблачения врага [т.е. антихриста], чтобы обнаружить и показать зло его перед всеми людьми[101]. И чтобы люди, увидев его [антихриста], побежденного слугами Божьими, тогда же смогли увидеть на челе его написанные слова: Это антихрист, не веруйте в него, И побегут все от него. Антихрист же, поняв, что разоблачен, [уже не таясь] перед всеми, разгневаясь, с гневом великим и яростью убьет Илью и Еноха в церкви на жертвеннике. Хотя некоторые говорят, что от крови Ильи загорится земля, но это не так, ангел [же] Господень по повелению Божьему принесет с небес [огонь] и зажжет землю. Тогда пошлет Бог ангела своего на землю и [тот] возьмет святое дерево [крест, на котором был распят Господь], Евангелия, сосуды церковные и гвозди, [которыми палачи прибили] руки и ноги [Христа к кресту], и вознесет [все это] на небо. Тогда [же] вознесутся [на небо] все праведники и [те, которые были] убиты антихристом. [Они вознесутся] на облаках. И начнет земля гореть, и сгорит земля на 9 локтей в глубину. И сгорят горы великие, и сгорят деревья огромные, и весь скот, и все пресмыкающиеся, и все птицы. Тогда выпустит Бог 4 ветра великих на восток, запад, север, юг. Они развеют всю скверну с земли и весь прах. И не будет на ней [ни] горных камней [каменных гор], ни пещер, но будет же [земля чистая] как пергамен. Тогда пошлет Бог [архангелов] Михаила и Гавриила. И возьмут они рога барана, на облаках спустятся на землю и затрубят в рога барана в полночь. И от звука того затрясется земля, и тогда человеческие тела в гробах [мертвецы] скрепятся как паутиной. И опять затрубят [архангелы] в то время, когда поют петухи. И тела [мертвецов] восстановятся. И когда же затрубят [архангелы] перед зарей, тогда поднимется всякая человеческая плоть [мертвецы] от востока и до запада. И будет каждый мужчина [возрастом] как Адам [т.е. 30-летний], а каждая женщина [возрастом] как Ева [т.е. 30-летняя]. Тогда сойдет с небес великий святой крест с тысячами ангелов, идущими перед ним. Тогда ангелы[102] воскликнут голосом великим: «Услышь земля и крепись! Говорит Господь Бог: Ибо я сегодня спускаюсь на тебя». Так будет сказано, услышится голос тот от востока до запада. Тогда антихрист со своими слугами [услышит] и начнет скрежетать зубами своими и захочет убежать. Тогда [антихрист] невидимою силой будет удержан и не сможет убежать. Тогда же звезды упадут [с неба], и луны не будет, и солнце померкнет, небеса [разрушатся], и море иссякнет[103]. Тогда Бог сойдет на землю судить всех. Прежде всех [Бог] осудит антихриста и войско его и пошлет их в тьму кромешную. И потом [Бог] осудит народ еврейский и пошлет его в глубочайший ад. И потом [Богом] спрошен будет весь род человеческий, который принял святое крещение. Тогда повелит Господь ангелам Своим избранных [людей] выделить, праведников [отделить] от грешников. И станут все праведники справа от Бога и засияют лица их как солнце, а грешники станут мрачными. И скажет Господь праведникам: «Сегодня вы со Мной», а грешникам скажет Господь: «Уйдите от Меня, проклятые, в огонь вечный, где будете мучиться, отданные дьяволу и слугам его, ибо не исполнили воли моей». Тогда [грешников] погонят в муку как скот и разделят их по [грешным] делам их: одних — в огненную реку, а других — туда, где червь незасыпающий, а иных — в колодец с семью отверстиями, а еще иных в тьму, а других — в мороз, а иных — в смолу. [И] так им вовеки мучиться. Тогда же сказал Господь справа стоящим праведникам: «Придите, достойные похвалы Отца Моего. Получите уготованное вам Царство Небесное, ибо вы исполнили волю Мою и терпели всякий страх на земле ради Меня. И ныне придите и примите Царство Небесное, что вам уготовил Отец Мой». Желая этого, братья, постараемся и потрудимся. И к Богу придем через пост и милостыню. И не богохульствуйте, и будем удостоены то Царство [Небесное] принять в жизнь вечную. [Слава] Отцу и Сыну и Святому Духу во веки веков. Аминь.

КОММЕНТАРИИ

«Откровение» Мефодия Пахарского принадлежит к жанру предсказательной эсхатологической литературы, который восходит к еврейской традиции ожидания Мессии и вечного царства. В нем дается сжатый очерк всемирной истории от Адама до последних времен, приуроченных к седьмому тысячелетию. Памятник имеет сложный состав. По сути дела, в рамках этого произведения объединено сразу несколько литературных повествований, каждое из которых существовало отдельно и имело-сдюю традицию бытования в христианской письменности (характер переработки, текстов таков, что точнее было бы говорить не столько о копировании, сколько о развитии идей того или иного сочинения).

В качестве составных частей «Откровения» исследователи выделяют Пророчества Тибуртинской Сивиллы, Слово Ефрема Сирина об Антихристе, Сказание о шести веках, Сказание о последнем царе. Автору «Откровения» принадлежат компоновка блоков исходных текстов, их обработка, а также апокалипсические пророчества, соединенные с впечатляющими картинами нашествия и бесчинств измаильтян. Вопрос об авторстве памятника остается открытым: ни одному из известных Мефодиев, связанных с г. Патры, текст «Откровения» принадлежать не может[104]. Создание «Откровения» относят к VI-VIII вв. Существуют четыре греческие редакции произведения, представленные поздними списками, и латинский перевод, датируемый VIII в. На Руси «Откровение» Мефодия Патарского появилось не позднее начала XII столетия — выдержки из него отразились на сводной редакции «Повести временных лет». Ни к одной из выявленных греческих редакций эти извлечения не относятся, из чего следует, что протографом первых русских переводов являлась какая-то неизвестная нам редакция. Кроме того, существует два славянских перевода памятника, восходящие к разным группам первой греческой редакции: Хиландрский № 24 (XII-XIII вв.) и Синодальный № 38 (1345 г.). В древнерусской традиции отразились именно эти два извода, существовавшие в списках XIV-XVIII в. Однако наибольшее распространение на Руси получила так называемая интерполированная редакция, которая возникла в XV столетии. Отличительной чертой этой оригинальной русской переработки апокрифа являются обильные апокрифические дополнения к первому славянскому переводу, представленному группой списков, родственных Хиландрскому № 24. Интерполированная редакция получила широкое распространение в среде старообрядцев, где она переписывалась вплоть до XIX столетия.

Как уже говорилось, к тому времени, когда летописцы делали свои первые извлечения из Мефодия Патарского, полных списков его сочинения не сохранилось (см.: Словарь книжников и книжности Древней Руси. XI — первая половина XIV в. Л„ 1987. С. 283-284. Далее: Словарь...). На основании вкраплений идей и сюжетов «Откровения» в древнерусское летописание учеными делается вывод о распространении текстов апокрифа по крайней мере с начала XII столетия. (См.: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и летопись // ИОРЯС. 1925. Т. 29. С. 380-382; Шахматов А.А. «Повесть временных лет» и ее источники // ТОДРЛ. М.-Л., 1940. Т. 4. С. 92-103). XII веком датируется завершающая редакция «Повести временных лет», составитель которой активно обращался к Мефодию. По заключению В.М. Истрина, который в деталях установил все обстоятельства бытования апокрифа в христианской рукописной традиции, в тот же самый период появляется древнейший славянский перевод «Откровения». (См.: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила в византийской и славяно-русской литературах: Исследования и тексты. М., 1897. С. 121.) По мнению этого исследователя, древнейшим является Сборник Афонского Хиландрского монастыря № 24 (XII-XIII вв.). Этот список издан В.М. Истриным (см. его работу: Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила. Тексты. С. 84-100). Сопоставляя ранний славянский текст Мефодия с известными греческими редакциями и латинскими переводами, исследователь, кроме того, установил, что среди выделенных им четырех греческих редакций этого произведения греческого прототипа древнейшему славянскому «Откровению» не имеется. (См.: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифическое видение Даниила. С. 8, 32, 94—105, 108-110).

В.М. Истрин текстологически восстановил внелетописную традицию бытования «Откровения» в древнерусской письменности. Согласно его наблюдениям, интерес к памятнику оказался настолько значительным, что «Откровение» переводится вторично. Этот второй, отличный от предыдущего, перевод был сделан в Болгарии и дошел в списках XIII-XIV столетий. Болгарский перевод отражен следующими рукописями: Синод. № 38, 1345 г.; Синод. № 682, XV в.; Сб. Афонского Хиландрского монастыря № 179, XVI в. (См.: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила. С. 174). Как установил этот исследователь, ни к одному из двух выявленных им славянских переводов тексты Мефодия Патарского в «Повести временных лет» не относятся. Не исключено, что летописью в свободном пересказе воспроизводится неизвестная пока редакция «Откровения». К болгарским спискам восходят существовавшие независимо от летописной традиции русские копии «Откровения». Правда, широкое распространение на Руси получили не эти переводы. Здесь особым почитанием пользовалась возникшая в XV в. переделка «Откровения» (его так называемая «интерполированная редакция»). Эта редакция, представленная списками XVI-XIX вв., включала в себя целый ряд дополнительных апокрифических деталей, заимствованных, в частности, из неканонического рассказа о потопе, а также из сказания о пришествии антихриста. Здесь ряд сведений восходят к апокрифическим «Видению Даниила», «Слову Ефрема об антихристе», «Хождению Зосимы к рахманам». Таким образом, получается, что в одном произведении как бы спрессовываются несколько взаимопересекающихся и дополняющих друг друга апокрифических блоков.

С появлением русской интерполированной редакции, которая по времени совпала с брожением умов накануне ожидавшегося в 1492 г. конца мира, резко повысилось эсхатологическое звучание памятника. В.М. Истрин, вслед за А.Н. Веселовским, пришел к выводу, что в этот период (т.е. к концу XV в.) существовавший прежде исторический интерес к памятнику угас, но одновременно резко повысился спрос на заключенные в «Откровении» эсхатологические идеи. Забегая вперед, скажем, что после несостоявшегося конца света, интерес к эсхатологическим памятникам, в том числе и к «Откровению», упал. В дальнейшем, в связи с распространением старообрядчества (XVII-XVIII вв.), наблюдается новый взлет популярности эсхатологического апокрифа. (См. об этом: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила. С. 194-195, 231-232, 241-242).

Наблюдения В.М. Истрина всегда глубоко аргументированны, а выводы, убедительны. В данном же случае исследователь проявил, как нам кажется, чрезмерную категоричность, попеременно выделяя влияние то одной, то другой, заключенных в «Откровении» идей. Богатство смыслозначимого содержания памятника вне сомнения. Чтобы убедиться в этом, необходимо историческое, легендарное и религиозно-символическое содержание апокрифа рассмотреть в контексте духовной жизни Древней Руси. Для начала обратимся непосредственно к содержанию «Откровения» и проанализируем его состав в том виде, в каком произведение получило распространение у нас в стране. Это тем более необходимо, что славяно-русские тексты значительно отличаются от греческих и латинских. Русская редакция «Откровения» отражена в следующих рукописях: Синод: № 591, XVI в.; Увар. № 66, XIX в.; Синод. № 682, XV в. Расхождения внутри славяно-русской рукописной традиции незначительные.

«Откровение» Мефодия Патарского можно поставить в один ряд с апокрифическими откровениями-видениями типа «Откровение Варуха», «Откровение Авраама», «Видение апостола Павла», «Видение Даниила», «Книга Еноха»[105]. Все перечисленные здесь апокрифы объединяет то, что главные персонажи этих произведений постигают тайны мироздания чудесным образом. Передача этих сокровенных знаний и составляет содержание апокрифов.

В содержательно-тематическом отношении «Откровение Мефодия Патарского» представляет собой эсхатологический апокриф, который можно рассматривать как развернутое дополнение к положениям Св. Писания о конце мира. Если такие типологически родственные «Откровению» Мефодия апокрифы как «Видение апостола Павла», «Книга Еноха», «Вопросы Авраама» и «Хождение Богородицы по мукам» как бы осуществляют прорыв в будущее, раскрывая судьбу мира и человечества после второго пришествия, то «Откровение Даниила» и тесно примыкающее к нему «Видение Даниила», напротив, охватывают судьбы мира и человечества до Страшного суда и кончины мира. В сумме же они дают единую целостную концепцию судеб мира и его бытия.

Первая группа апокрифов сосредоточивает внимание на посмертном существовании душ, рисует картины рая и ада. «Откровение» Мефодия Патарского, наоборот, не покидает пределов мира посюстороннего. Апокриф «заземлен» на реалии действительности, насыщен историческим содержанием. Однако событийность в нем раскрывает свою смыслозна-чимость через предзнаменование того, что должно быть. Как следствие, оставаясь на почве исторической действительности, «Откровение» переполнено переживанием будущего.

Сугубо формально «Откровение» можно рассматривать как краткий, сжатый исторический очерк, объемлющий земной путь человечества от Адама и его потомства до царств «последних времен». Но на этом переходе от начала к финалу мировой драмы, историческая часть трансформируется в пророческую, повествуя о приуготованном будущем. По существу, в произведении создается преисполненный глубокого символического значения образ мировой истории, в соответствии с которым время-событийная по следовательность земного бытия человеческого дробится на семь тысячелетий, последнее из которых подводит к неизбежной встрече с вечностью.

Первый тысячелетний отрезок охватывает время от Адама и Евы до разделения рода Сифа и рода Каина. Второе тысячелетие включает в себя события от убийства Каина до потопа, третье — жизнь потомков Ноя, включая рождение изобретателя астрономии Мунта, вражду сынов Хамовых и Невродовых, вавилонское столпотворение. На четвертое тысячелетие приходится борьба потомков Хама с Невротом, завоевание Невротом Египта и победа потомка его Хозроя над сынами Хама. Пятым тысячелетием датируется поход потомка Мунта Сапсикара через Египет до пустыни Савской, откуда им вытеснены происходящие от Агари потомки Измаила, бежавшие в Етрив. Затем повествуется о войнах и пленении измаильтянами земли обетованной и об изгнании Гедеоном воинственных племен назад в Етривскую пустыню. Как отмечает В. Сахаров, измаильтянами здесь по ошибке названо племя мадианитское, которое было побеждено Гедеоном. (См.: Сахаров В. Указ. соч. С. 100). Историческое повествование разрывается введенным в него пророчеством, где говорится об исходе измаильтян из Етривской пустыни в преддверии конца мира. Согласно предсказанию, наследники Агари будут владеть всеми странами и никто не сможет победить их до истечения седьмой тысячи лет (до «времен седмиричных»). Единственным непокоренным царством называется богохранимое царство греческое.

В описании шестого тысячелетия воспроизводится последовательность смены великих царств: царство исполинское времен Неврота и Перса, затем идут Персидское и Вавилонское царства, их сменяет царство Медийское и, наконец, царство Александра Македонского. В этом месте вводится рассказ о нечистивых народах Гоге и Магоге, которые были заключены Македонским за северными горами. Судьбы носителей скверны увязаны с эсхатологическими ожиданиями, ибо конец заточения и явления в мир Гога и Магога должно произойти, согласно апокрифическому предсказанию, в «последние времена». Далее после этой вставки возобновляется рассказ о царстве римском и царстве греческом. Здесь же говорится о подчинении христианскому греческому царству египтян, евреев, персов, македонян. Повторяется мотив непобедимости христианского царства, которое падет только с истечением седьмой тысячи лет, а его властитель передаст царство Богу. Другими словами, вновь вводится пророчество об измаильтянах, о которых специально говорится, что время их в шестой тысяче лет еще не пришло.

Седьмое тысячелетие кульминационное и финальное в истории человечества. На нем фокусируются смыслозначимые для рода человеческого события. Подробно повествуется об исходе измаильтян и опустошениях, вызванных этим нашествием. Торжество иноплеменников объясняется не благосклонностью к ним божества, а возмездием христианам за прегрешения. Рассказ об измаильтянах венчает яркая картина ужасающих бедствий последних времен. Затем является греческий царь-освободитель, порабощающий измаильтян, после чего устанавливается мир. Мирное время обрывается новым знамением светопреставления — выходом из заключения Гога и Магога, несущих очередную волну страданий, беззакония, бесчестия. После этого посланный Богом архангел побивает нечистые народы. Далее в «Откровении» повествуется, как в Иерусалиме воцаряется греческий властитель, с правлением которого совпадает появление антихриста, затем следует самостоятельный рассказ о происхождении антихриста и его власти в мире. После победы над антихристом последний властелин передает Богу регалии земной царской власти, которые возносятся на небеса. Этим земная история завершается.

В литературе давно был показан сложносоставной характер «Откровения», очерчен круг непосредственных источников и идей, повлиявших на содержание памятника, ибо «Откровение» как из мозаики, было составлено из уже готовых элементов и блоков. Указывалось, например, на то, что предсказания о последних временах сближают апокриф с «Пророчествами Сивиллы», о золотом веке и мировом царстве. Тибуртинская Сивилла[106] включает появление Гога и Магога, пришествие антихриста, Страшный суд. Идеи эти были предвосхищены ветхозаветным мессионизмом, отраженным в «Письмах Соломона» и «Видении Даниила». В христианстве представления о мировом царстве соединялись с идеей конца света («Апокалипсис», «Послания Павла к солунянам»). (См. об этом: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила. С. 10; Веселовский А.Н. Опыты по истории развития христианской легенды // ЖМНП. 1875. № 4. С. 304). Историческая часть представляет собой изложение библейской истории и наиболее значимых исторических событий, описание которых кочует из одной средневековой Хроники в другую. Самостоятельное происхождение имеют легенды о царе-устроителе и антихристе. Первоначально легенда о царе-устроителе существовала в Риме, где связывалась с именами Нерона и Августа. Позднее эта легенда получила греческую окраску, точно так же, как принцип мирового царства, выработанный в Риме, был перенесен затем на Византию (См. об этом: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила. С. 17).

Сложносоставной характер «Откровения» Мефодия Патарского осознавался древнерусскими читателями. В этом смысле весьма символично и показательно, что в одном из поздних списков распространенной редакции апокрифа переписчик произвел деление произведения на части, большинство которых соответствует первоисточникам произведения: о царстве антихриста, о днях последних, о царе Михаиле, о трех нечестивых царях, о безбожной царице Майоне (См.: Соболевский А. Материалы до русской литературы апокрифической О.М. Калитовского // ЖМНП; 1881. № 9 С. 161).

Объединение готовых элементов, из которых соткано «Откровение», рассредоточение различных частей одного источника по тексту привели как к повторам, так и к нарушению логической непротиворечивости повествования. Дважды являются на историческую сцену Гог и Магог, повторяются сведения об измаильтянах, идея вечности Византийского царства явно противоречит общему эсхатологическому звучанию апокрифа. Отмечаются различия в перечислении стран, через которые должны пройти измаильтяне (Подробнее см.: Истрин В.М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила. С. 18).

Непосредственно автору-составителю «Откровения» принадлежит, по всей видимости, рассказ об измаильтянах, части которого вкраплены в разные места апокрифического повествования. Они объединены идеей приурочения конца мира к нашествию враждебных народов. Это эсхатологическое толкование, венчающее рассказ об измаильтянах и помещенное в заключительном разделе «Откровения», является идейным ядром всего произведения.

Мысль об отождествлении опустошительных нашествий неведомых свирепых Тмемен с кануном второго пришествия возникла, как считают исследователи, под впечатлением ужасов и бедствий от нападений арабов. Апокрифическая легенда скорее всего отражает страх и растерянность от успехов распространявшегося ислама, на пути которого остается последний оплот — царство греческое.

Столкновения Византии с арабами приходятся на VII-VIII вв., а наиболее сокрушительные поражения датируются 634, 638 гг. В последнем греческом царе видели то воинствующего Ираклия, (сначала проявлявшего бездействие, перенесшего древо честного креста в Константинополь (634 г.), а затем одержавшего ряд побед над врагами), то кроткого Михаила III. По всей вероятности блок рассказа о противоборстве последнего царя с нашествием беззаконных народов тоже являлся сюжетом, кочевавшим из произведения в произведение, который, в зависимости от времени и места, получал различные исторические приурочения. Так, в «Слове Ефрема Сирина о последнем времени и пришествии антихриста» врагами христиан выступают не арабы, а персы. В армянской редакции «Видение Даниила» измаильтян заменяют гунны (см.: Истрин В.М. Указ. соч. С. 11-14; Сахаров В. Указ. соч. С. 108-109; Веселовский А.Н. Указ. соч. С. 314).

Аналогичный процесс подстановки происходил и на Руси. Если в 1096 г. нечистые народы отождествляются с половцами, то в 1223 г. Лаврентьевская летопись, как бы забывая уроки «Повести временных лет», в описании первого столкновения с татарами на р. Калке уже уподобляет измаильтянам новую страшную, разорительную для Руси силу: «Явищас языци ихже нектоже добре ясно не весть кто суть и отколе изидоша, и что язык их и которого племени сут и что вера их. И зовуть я татары, а иные глаголють таумены, а друзии печенези. Ини глаголють яко се сут о них же Мефодий Патомьскый епископ свидетельствует, яко си сут ишли ис пустыня Етриевьскы суще межю встоком и севером, тако бо Мефодий рече, яко к скончанью времен явитися тем яже загна Гедеон, и попленять всю землю от встока до Ефрата и от Тигр до Понтейскаго моря, кроме Ефиопья. Бог же един весть их кто суть и отколе изидоша. Премудрии мужи ведять я добре кто книгы разумно умееть мы же их не вемы кто сут но еде вписахом о них памяти ради» (ПСРЛ. Т. 1. сс. 445-446).

Читатель уже мог убедиться, что нигде апокрифическая природа «Откровения» не была поставлена нами под сомнение. Вместе с тем нельзя умолчать, что существует также иная точка зрения, хотя она и не является господствующей.

Поскольку «Откровение» Мефодия занимает центральное место в наших наблюдениях, связанных с освещением влияния апокрифов на древнерусскую историософию, необходимо остановиться на выяснении идеологической характеристики этого произведения особо.

Еще публикатор и исследователь текста памятника (В.М. Истрин) самым категорическим образом возражал против того, чтобы зачислять «Откровение» в разряд апокрифических писаний. По его убеждению произведение не содержит ничего такого, что не имело бы себе соответствий в Новом и Ветхом заветах. Исследователь допускал исключение только для рассказа о сыне Ноя Мунте (этот рассказ как апокриф существовал в качестве отдельного произведения). По его мнению, данный сюжет единственный и потому он оказал весьма незначительное влияние на несомненно каноническую окраску произведения. В доказательство своей точки зрения автор ссылается на то, что произведение с самого начала своего возникновения не вызывало сомнения с точки зрения его истинности, и поэтому не попало в ранние индексы запрещенной к чтению литературы. Не находит В.М. Истрин достаточных оснований считать произведение апокрифом только на основании одного позднего Индекса в сборнике Соловецк. № 191 (см.: Истрин В.М. Указ. соч. С. 5-8).

Имеются, однако, и иные соображения, с которыми приходится считаться.

Во-первых, Индексы, как показано выше, не всегда отражали реальное положение дел в идейно-религиозной жизни, при том что и рекомендации их были далеко не всегда обязательны. Нельзя недооценивать и то обстоятельство, что апокрифы не только порой не противоречили положениям Св. Писания, но даже дополняли и разъясняли его, примером чего может служить обширный цикл Богородичной тематики. Не будем спешить сбрасывать со счетов и указание Индекса, возникшего на русской почве и непосредственно отражавшего ценностные ориентации средневекового русского общества. К тому же речь в запретительной статье идет не только о Мефодий, но и близких в идейно-тематическом отношении «Откровению» «Житии Василия Нового» и «Житии Андрея Юродивого». Запретительная статья, избегая излишней категоричности, рекомендовала у сведующих «вопросити», насколько истинны перечисленные сочинения. Данные произведения В.М. Истрин считал безусловно каноническими, поэтому он сближал их с «Откровением» и ссылался на эту близость как на доказательство истинности сочинения Мефодия Патарского (см.: Истрин В.М. Указ. соч. С. 6-7).

Спрашивается, можно ли просто так отмахнуться от того, что в XV-XVI вв. содержание «Откровения» и пересекающихся с ним сюжетно-тематических житий вызывало сомнение в каноничности? Недоверие В.М. Истрина к позднему Индексу, как нам представляется, противоречит наблюдениям самого исследователя над бытованием «Откровения» в письменной традиции. Дело в том, что Индекс налагает запрет на русскую интерполированную редакцию, составленную русским автором в XV в. (ни в греческих текстах, ни в славянских переводах «Откровения» нет отмеченной в Индексе мысли о том, что в конце мира земля будет гореть три дня). Этот штрих имеется только в русской интерполированной редакции, а она-то уж оказалась перенасыщена за счет вставок из бесспорных апокрифов, что В.М. Истрин блестящим образом показал в своей работе (См.: Истрин В.М. Указ. соч. С. 177-178). Следовательно, категорическое заключение о том, что «Откровение» Мефодия Патарского следует изъять из разряда апокрифических и отреченных книг и отнести в разряд книг предназначавшихся для чтения верующих, оказывается далеко не бесспорным, особенно в отношении русской интерполированной редакции.

Во-вторых, славяно-русские переводы «Откровения» при ближайшем рассмотрении оказываются не лишенными некоторых неявно присутствующих в них апокрифических черт. В передаче эсхатологических знамений последнего времени «Откровение», например, имеет общий источник с бесспорно апокрифическим по своему происхождению «Видением Даниила». Кроме этого апокрифического «родимого пятна», укажем также на отмеченное в свое время А.Н. Веселовским пересечение Мефодия Патарского с апокрифом «О 12 пятницах». Из этого апокрифа в «Откровение» перекочевало обозначение пятой и восьмой пятниц как несчастливых, приуроченных к нашествию измаильтян. (См.: Веселовский А.Н. Опыты по истории развития христианской легенды // ЖМНП. 1876. № 6. С, 336-337).

Судьба «Откровения» Мефодия Патарского, которое в Греции не считалось книгой запрещенной и в Киевской Руси было популярно, в общем и целом соответствует казусу «Толковой Палеи», когда произведение считалось истинным, а отдельные составляющие его части проходили по ведомству неканонической книжности, чтение которой если не преследовалось то, по крайней мере, не поощрялось как сомнительное. Скорее всего, «Откровение», как и другие резко не расходящиеся с истинами христианского вероучения апокрифы, были открыты для чтения.

Содержащиеся в нем неканонические сведения не подрывали церковную доктрину, а, наоборот, служили делу наглядной пропаганды христианских идей. Думается, можно назвать «Откровение» Мефодия лояльным к истинам христианства апокрифическим произведением, а содержащиеся в нем неканонические идеи «доброкачественными», поставленными на службу комментирования положений Св. Писания о финале мировой истории.

Более резкую апокрифическую окраску русская интерполированная редакция получила за счет введения неканонических подробностей о кознях дьявола против Ноя во время потопа. Рассказ о явлении антихриста заимствован из «Слова Ефрема Сирина об антихристе», но он пересекается с такими апокрифами, как «Вопросы Иоанна Богослова Господу на горе Фаворской» и «Вопросы Иоанна Богослова Аврааму на горе Елеонской». Укажем только на вариант «Откровения», где легенда о царе-победителе переплетена с апокрифическими сведениями о земном рае, почерпнутыми из «Хождения Зосимы к рахманам»: «...приидеть время царя Михаила во граде Риме и во Иерусалиме Цареграде царствовати будет и во всей вселеннеи. Той же царь святыи безгрешен и праведен, а востанет царь отрок отроков Маковицких идеже близ рая живяху, Адамови внуци. Безграшнии же суть всии человецы, а [не] носят одеание но яко родишися такс и хождаху, не укрывашеся наготу свою, а пищу принимаху от древес виноградных оных, а сымаху плод на всакои год по четыре краты... в то же время и тот царь Михаил родитца в мести том от колена царя Иосия Маковицкаго...». Этот любопытнейший рассказ о царе Михаиле совмещен в цитируемом памятнике с повествованием об антихристе. Во всех деталях текст соответствует пространной русской (т.н. интерполированной. — В.М.) редакции, в которой нет только указания на происхождение Михаила от нагомудрецов[107]. Зато в интерполированном варианте «Откровения» неизменно присутствует мотив пребывания победоносного царя Михаила на острове, неизвестный по греческим спискам вообще. Русский автор-составитель помещает царя-победителя на острове едва ли не под влиянием апокрифической легенды о земном рае, который, согласно апокрифическим сведениям тоже находился на острове.

В решении вопроса о каноничности или неканоничности памятника вряд ли достаточно ограничиться только механическим подсчетом апокрифических элементов, хотя само по себе присутствие их, как мы убедились, довольно значительно и говорит о многом. Фиксируя сюжетные сплетения апокрифических мотивов, важно не упустить из вида присущую произведению методологию осмысления действительности. Принципиальной отличительной чертой «Откровения» является, то, что оно имеет легендарную фольклорную основу. История в этом памятнике как бы поэтизируется, привлекая необычайностью и сказочной таинственностью (например, чудесное рождение антихриста напоминает появление на свет сказочного героя). Или возьмем в качестве другого примера сформулированную в «Откровении» идею вечного византийского царства, переживающего попеременно периоды взлета и падения. В глубокой своей основе оптимистическая вера в несокрушимую державу отражает представления о вечном обновлении и воспроизводит схему циклического круговращения. В памятнике, правда, циклическая идея не выдержана, круг событий оказывается разомкнутым и они выводятся к эсхатологической встрече с вечностью. Другими словами, сказочно-фольклорные легендарные блоки повествования оказываются вправленными в христианскую провиденциалистскую рамку. В философии истории господствует библейский элемент, покрывающий эпический слой и поэтику фольклора религиозными формулами благочестивых назиданий. Противоречия вроде бы и нет, — оно снято. Но говорить о приглушенном синкретизме фольклорных циклических мотивов с финализмом Св. Писания приходится. В этом и заключается непоследовательность и идейная невыдержанность «Откровения». Хоть и незначительны чужеродные канону включения, каждое из них противоречит истинам христианской доктрины и дает основание в пользу вывода об апокрифической природе памятника.

Вернемся снова к «Повести временных лет». Если сравнить летописный отрывок о 1096 г. с содержанием «Откровения», на первый взгляд может показаться, что из Патарского заимствовано совсем немного, всего несколько расширяющих кругозор читателя фактических данных. Но здесь как раз тот случай, когда невидимое гораздо существеннее того, что бросается в глаза. Случайно ли отобран сюжет с нечистыми народами? Ведь он замыкает на себе все идейно-смысловое содержание апокрифа. На легендарных исторических примерах «Откровение» учит, что торжество беззакония и победы варварских нашествий Бог являет в предзнаменование последних времен, в наказание за распространившееся в мире поругание веры и благочестия. Эту-то мысль и взял древнерусский летописец, обратив ее к осмыслению потрясений и нравственного состояния древнерусского общества. Непосредственным побудительным толчком к уподоблению степняков измаильтянам явился впечатляющий устрашающими сведениями о неведомой истребляющей силе рассказ «Откровения», в котором легко узнавались раны, страдания и бедствия, наносимые стране степняками. Кроме того, авторитетное в христианском мире произведение помогало найти оправдание торжеству нечистых народов в собственном социально-историческом опыте, в преумножающихся пороках современников.

Религиозно-философская установка, пришедшая в летопись из апокрифа, связана с трактовкой Бога как грозного и карающего судьи. К анализу общественных событий установка эта применялась в целях комментирования и истолкования конкретных ситуаций 1068, 1092, 1093, 1094, 1096 и 1110 гг., связанных с природными и социальными катаклизмами, массовыми смертями, нападениями половцев. Исторические отступления в летописном тексте, объясняющие действие божьего батога, получили в литературе название теории казней божьих. Обработка «Повести временных лет» с позиции так называемой теории казней божьих осуществлена скорее всего на завершающей стадии формирования этого летописного памятника, т.е. в 20-е гг. XII столетия.

Причинность событий в рамках этой своеобразной историософской теории объясняется действием надприродной божественной силы в отношении стран и людей. Карой воздается за грехи самовластному человечеству. Божья кара всегда исторически точно обусловлена, ибо во все годы универсальной причиной бедствий, по мысли проповедников, являлось неизжитое языческое «поганство» во всех его формах.

В 1068 г. полемическая энергия автора летописного комментария порождалась ненавистью к языческим обычаям, которых продолжались держаться русские, несмотря на крещение: «се бо не погански ли живем, аще усрести верующие?.. Но сими дьявол лстить и другыми нравы, всячьскыми лестьми превабляя ны от Бога, трубами и скоморохы, гусльми и русальи. Видим бо игрища утолочена, и людий много множьство на них, яко упихати начнуть друг друга, позоры деюще от беса замышленаго дела, а церкви стоять; егда же бываеть год молитвы, мало их обретается в церкви. Да сего ради казни приемлем от Бога всячскыя и нахоженье ратных, по божью повеленью приемлем казнь грех ради наших». (Повесть временных лет. Т. 1. М.-Л., 1951. С. 113-114. — Далее ПВЛ). Под пером летописца в бич божий обращается нашествие половцев. Но наряду с этим в бич божий обращается и вызванный неурожаями голод. Это страшное бедствие, усугублявшее последствия нашествий, коснулось, почти всего населения страны. Представители теории казней божьих «природную» аргументацию приспосабливали к целям религиозной агитации и перевоспитания тех, кто только «словомь нарицяющеся хрестьяни, а поганьски живуще». К ним обращены слова: «Взищете мене зли, и не обрящете; не всхотеша бо ходити по путем моим; да того ради затворяется небо, ово ли зле отверзается, град в дождя место пуская, ово ли мразом плоды узнабляя и землю зноемь томя, наших ради злоб» (ПВЛ. Т. 1. С. 113-114).

Дидактическими приемами проповедник подводит к мысли о могуществе христианского Бога, от которого зависит как благосостояние, так и бедствие. Именно он, а не языческие боги, является властителем стихий, грозным распорядителем над жизнью и смертью людей. Читателю внушается необходимость покаяния и уверования в могущество Творца, что является основным условием переменения божьего гнева на милость.

Главная публицистическая мысль теории казней, ее социальный резонанс вырастают на этической религиозной основе призыва к покаянию и покорности. В описании напастей заключалось суровое предостережение воздержаться от противных новой вере дел (в особенности язычества), как злого и неугодного Богу деяния. В силу этого и свершившиеся несчастья должно принимать со смирением, ибо Господь не карает дважды: «душа бо, еде казнима, всяко милость в будущий век обрящеть и лготу от мук, не мьстить бо Господь дважды о том... Се уже не хотяще терпим, се с нужею, и понеже неволею, се уже волею». Даже самое страшное бедствие, обрушившееся на человека, предписывается воспринимать как благо: «се бо на ны Бог попусти поганыя, не яко милуя их, но нас кажа, да быхом ся востягнули от злых дел. Сим казнить ны нахоженьем поганых; се бо есть батог Его, да негли встягнувшеся вспомянемъся от злаго пути своего» (ПВЛ. Т. 1. С. 147).

В истории отечественной мысли появление «Откровения» Мефодия было явлением далеко не малозначительным. Текст апокрифа выполнил роль внешнего идейного источника, оказавшего едва ли не решающее влияние на формирование древнерусской историософии.