Апокрифы Древней Руси. Тексты и исследования

Умилимся и мы, убогие и недостойные иноки, Сергий, Феофил, Югин. Вы же, отцы и братия, послушайте [рассказ] отрекшихся от жития этого пагубного, мирского. Вошли мы в монастырь отца нашего Асклепия, в Месопотамии, в Сирии[237], между двумя реками; одной имя — Евфрат, а другой — Тигр. Отпевши час 9-й[238], [и] сели втроем на месте тихом, друг друга расспрашивая о посте и о воздержании монашеском. И вошел одному из нас в сердце помысел Божий [благой]. И сказал Феофил братьям своим, Сергию и Югину: «Хотел бы я всю жизнь ходить и странствовать по земле, чтобы увидеть, где небо соединяется с землей». И сказали оба брата: «Феофил, ты нам вместо отца, и мы не оставим тебя».

И той же ночью вышли мы из монастыря тайно.

Шли мы в Иерусалим 13 дней и поклонились гробу Божьему и честному кресту. Пришли в святой Вифлеем и поклонились святой пещере, где родился Христос. И видели звезду[239] и источник.

Прошли мы далее два поприща и нашли место, где ангелы пели славу в вышних Богу[240]. И возвратились [мы], и взошли на гору Елеонскую, на которую Христос восходил[241]. И пришли в Иерусалим, и пробыли там 12 дней, посещая монастырь и молясь Богу. И не надеялись вернуться в мир.

И повернулись мы к восходу солнца, [и] шли восемь дней, и перешли реку Тигр, и вошли в землю Персию, на поле чистое под названием Азия, где убил святой Меркурий Юлиана Парвата [отступника][242].

И вошли мы в город под названием Котисофон[243]. В том городе лежат [захороненные] три отрока — Анания, Азария [и] Михаил[244]. И поклонились мы трем отрокам, и прославили Бога, проведшего [нас] [через] землю Персидскую. И вошли мы в землю Индийскую [через] четыре дня, и нашли одну хижину индийскую, пустую, в которой не было людей. И войдя [в нее], прилегли там. И не было в месте том города, но у каждого имелась хижина. И были мы в той хижине два дня.

И вот пришли два андрогина[245], носящие на головах венцы дивные. И, увидев нас, испугались очень. И возомнили они, что мы соглядатаи земли той. И, пойдя, собрали на нас людей. И было их две тысячи мужей. И, придя, увидели нас, поклоняющихся Богу.

И взяли они огонь, желая сжечь нас. Мы же, испугавшись, выбежали [из хижины] и встали посреди них, не имея возможности бежать. Они же говорили [что-то], а мы не понимали языка их, а они — нашего. И, взяв [нас], повели нас, и заперли в хижине маленькой, и не давали нам [ни] есть, ни воды пить. Мы же, грешные, молились Богу и благословляли Бога десять дней, будучи заперты.

И собрались [посмотреть] на нас люди, и увидели нас, молящихся Богу. А они полагали, что мы умерли с голоду. Вывели они нас вон из хижины той и прогнали нас из земли той, избивая нас прутьями.

А мы уже много дней не вкушали пищи никакой. И помолились мы Богу, [и] шли 40 дней, и встретили два дерева, прекрасные на вид и плодовитые очень, рождавшие плоды благие.

И прославили мы Бога, и насытились от плодов тех благих.

И пришли в землю иную — песьеголовцев. И они смотрели на нас и не причиняли нам зла. Во всяких местах они живут с детьми своими, между камней устраивая гнезда.

Шли мы через землю их 100 дней, пришли на Восток и вошли в землю пигмеев[246]. Они, увидев нас, бежали от нас. Мы прославили Бога, избавляющего нас от них.

И взошли мы на гору высокую, где ни солнца [не] сияет, ни древа нет, ни трава не растет, только гады и змеи, свищущие и скрежещущие зубами. Аспиды, ехидны, и буйволы, и василиски. И видели других змей, многих из которых названия не знали. И прославили Бога, избавляющего нас от них.

Шли мы четыре дня, слыша шипение змей. Уши свои залепили воском, не в состоянии [будучи] терпеть свист змеиный.

Когда перешли мы через гору ту, оказались в земле пустынной и огромной. И не было в земле той никого. Не заходил туда ни один человек. Шли мы 60 дней, раздумывая [о том], что сделаем. [И решили, что] помолимся Господу, который спасет нас от любых зверей. И предстал перед нами олень, и пошел впереди [нас].

Последовали мы за оленем, и он провел нас через тьму и пропасть огромную. Шли мы со страхом и трепетом. И пришли мы в место ровное, [где] паслось стадо оленей. И прошли мы всю землю ту по бездорожью, и скорбели о себе, и помолились Богу, наставляющему нас на путь благой.

И оттуда шли 70 дней, и пришли в места ровные и прекрасные. И увидели деревьев много на месте том, [и] только мгла темная. Там мы, бедные, сев, посетовали, что путь нам прегражден и мы не знаем, куда идти.

Когда мы плакали на месте том до 60-го дня, прилетел голубь[247] с высоты и начал летать пред нами. Мы же, бедные, рады были и веселы, и [про]славили Бога, [и] пошли за голубем тем.

И нашли мы столп и свод, и было написано на нем: «Этот столп поставил Александр, царь Македонский, идя из Халкидона и победив персов. Завоевал [все земли] до этого места, которое нарек тьмой. Если кто захочет обойти это место, пусть идет налево, ибо все воды мира сего по левую сторону проходят. Кто же пойдет в сторону вод, тот выйдет на свет, а справа — горы огромные и озеро, полное змей».

Это было написано на столпе Александра. Мы, прочитав это, успокоились и [про]славили Бога, спасающего нас. И пошли мы налево, и шли 40 дней, и не могли терпеть смрада все эти дни. И благословили Бога, подающего нам терпение духовное. Шли же мы в печали великой.

И услышали голос, подобный ржанию коней. И приблизились мы к голосу тому. И увидели озеро, полное змей, так что не было видно воды под ними. И слышали плач и стоны горькие. И было озеро то полно людей. И был другой глас с неба, говорящий: «Это люди осужденные, ибо люди эти Бога отвергли». Мы со страхом и трепетом миновали озеро это судное.

И шли немного дней, и увидели [на] горе двух мужей огромных, высотой 100 локтей, и был один из них связан веригами медными по всему телу, и пламя палило все тело его. И кричал он голосом громким, доходил голос мужа того [на расстояние] 30 поприщ.

И, увидев нас, муж этот стал плакать, наклоняясь к земле, и было опалено все тело его. Мы же, от страха закрыв лицо свое, миновали гору эту. Шли мы пять дней и [все] слышали голос его. И пришли мы к стремнине глубокой, и видели там яму и жену простоволосую, стоящую на краю пропасти. И змей огромный обвивал ее с ног до головы. [И когда] она хотела сказать слово одно, он не давал ей и закрывал ей уста жалом, и бил ее по устам жалом, чтобы не говорила ничего.

Другие голоса исходили из пропасти глубокой, [полной] людей многочисленных. Из бездны вопили они: «Помилуй нас, Господи, помилуй нас, Сын Бога вышнего».

Мы же со страхом [от этого страшного зрелища] ушли оттуда и сказали: «Господи, скончай жизнь нашу, ибо видели очи наши чудеса эти и печаль на земле этой».

И снова пошли мы от места того, плача, и оказались в месте другом. И были древа, похожие на смоквы, на месте том. И на древах тех множество [было] птиц, тысячи тысяч. И речь их была подобна человеческой. И все [они] в один голос вопили, говоря: «Не оставь нас, Владыко, и помилуй нас, Господи! Ибо мы согрешили более всех созданий». Мы, бедные, услышав и увидев эти чудеса, поклонились Господу, говоря: «Господи, яви нам чудеса эти, которые мы видели и слышали». И когда помолились мы Богу, расступилась земля пред нами [и] изошел глас, говорящий: «Не дано вам видеть дела эти, но идите дорогой своей»[248].

Мы же прошли иное место страшное и там видели четырех мужей, вид их описать невозможно. И было пред святыми теми мужами оружие острое и разящее сильно. Змеи и ехидны окружали их, а эти два мужа венцы имели на главах своих прекрасных и в руках своих держали палицы златые. И мы, убогие, пали ниц на землю и вскричали: «Помилуйте [нас], мужи небесные, дабы не коснулось нас оружие то».

И отвечали они: «Встаньте [и] идите дорогой своей, куда [Господь] вас ведет. Не бойтесь ничего. Не властно причинить вам зло оружие это, ибо мы храним [его] до дня судного». Мы, услышав это, перекрестились и поклонились, и прославили Бога, и миновали [место то], не чая души.

Шли [мы] 40 дней неизвестно куда и слышали голоса людей многочисленных, и насытились благоуханием сильным. И от гласа поющих [и] благоухания сильного сон нас сморил, и мы заснули. И встали, и уста наши слипались сильнее, чем от меда. И, встав, увидели церковь. И была она [как бы] ледяная и огромная. Посредине церкви алтарь был виден. Посредине алтаря того — источник белый, как молоко. И видели мы там мужей, страшных очень, стоящих вокруг источника. И пели они ангельские песни. И, увидев это, мы затрепетали, как умирающие. И один из них, прекрасный [на вид], сказал нам, подойдя: «Это источник бессмертия, ожидающий праведных, [чтобы они] насладились [им]».

Мы же, это услыхав, прославили Бога. И миновали место то со страхом. И в радости великой пребывали, ибо Бог знает [почему], но были уста наши сладки от воды той: три дня слипались уста наши, как от меда.

И дошли мы до реки, большой очень, и насытились мы благости, и восславили Бога.

И в девятом часу [дня] сели на берегу реки той, размышляя, как перейти через нее. И был на реке той свет всемеро светлее нашего. И помолились мы на четыре стороны света[249]. И был ветер в земле той иного рода [чем обычно]: западный ветер — зеленый, а от востока, от рая, — рыжий ветер [или] как бы желтый, а с севера ветер — как кровь чистая, а с юга ветер бел, как снег, теплее солнца в семь раз[250]. И древа больше этих [земных], и прекраснее, и гуще, и плодовитее. А другие деревья не имели плодов. И горы выше этих [земных]. И земля два лика имела: красный и белый. И птицы [были там] разноликие.

Мы уже 100 дней не вкушали [никакой], кроме той [райской] воды, как Богу [это] известно.

Когда мы шли неизвестно куда, встретились нам множество мужей, и жен, и детей, неведомо откуда. Молодые грозились наброситься на нас. Другие же дивились [на нас].

Но были они очень низкого [роста][251]. Мы же, увидев их, устрашились, говоря, что они съедят нас. Начали мы говорить между собой: «Что будем делать, братья?» И сказал Сергий братии: «Давайте растреплем волосы на главах своих [и] устремимся на них. Если мы побежим, то съедят нас». И сделали мы так, и они побежали, подхватив детей своих и скрежеща зубами своими.

Шли мы по земле той много дней, и нашли льдину небольшого размера, но с локоть от земли высотой, и, грызя ее, прошли землю ту.

И была льдина та белая, но слаще меда на вкус. Когда мы грызли эту льдину, лица наши изменились, и мы возвеселились и [вос]славили Бога. Шли мы по земле той 50 дней, не ведая пути.

Божьим провидением нашли мы тропу и пещеру, человеком украшенную. Это увидев, мы обрадованы были. И вошли внутрь, и не нашли ничего. И там благоухание проникало в ноздри наши. И сказали: «Братья, останемся здесь до вечера [и подождем], не придет ли кто сюда». И легли мы спать. И, восстав от сна, вечером вышли [из пещеры]. И когда мы посмотрели на восток, [не] придет ли кто на место это, и увидели мужа, страшного весьма. И не было на нем никакой одежды, разве что волосы белые покрывали все тело его от главы до ног. И пошел он в пещеру ту, и почуял души наши издалека.

И пал [он] ниц на землю, и сказал: «Заклинаю вас Богом. Если вы от Бога [посланы], то явитесь мне. Если от дьявола, то идите от меня, проклятые». Мы же вскричали ему, говоря: «Отче благий! Мы, грешные, рабами Божьими называемся. От дьявола отреклись».

Тогда, подойдя к нам, он возвел руки свои к небу, и помолился Богу, благословив нас, и отвел волосы от лица своего, и открыл уста свои. И были волосы его белы, как снег, и благоухание [исходило] от него. И слышали мы голос старца того и лицо его видели: очи его были впалыми от старости, брови его были нависшими, а ногти его были большими и на руках, и на ногах. Тело старца того все осело[252]. И расспрошены мы были им, и поведали ему всю истину, как пошли мы, чтобы увидеть, где небо соприкасается с землей.

И сказал святой Макарий: «Чада мои милые, не может человек во плоти, от женского греха рожденный, [ни] места того видеть, ни чудес тех, ни сил[ы] Господа Бога нашего Иисуса Христа. Ибо я, грешный, многого желал и молил Бога, дабы увидеть чудеса те. И сказал мне ангел: Не прогневай Господа Бога, создавшего тебя. Никто не может до места того дойти. И я спросил: Почему, Господь мой? И сказал он мне: «От этого места через двадцать поприщ есть два града, один железный, а другой медный. За этими городами рай Божий, где был один Адам с Евой. На востоке, за раем небо соединяется [с землей]. И вне рая поставил Бог херувимов и серафимов, оружие пламенное в руках имеющих, [чтобы] стеречь рай и древо жизни. Те херувимы — от ног до пояса люди, и грудь [у них] львиная, а голова иного рода. А руки как бы [из] льда. И оружие пламенное в руках их, вне стен города [стоят], чтобы не вошел никто. Ибо там многие силы, страшные очень, и лики ангельские там пребывают, и пояса небесные там, где почивает небо».

Мы, услышав от человека Божьего Макария, [что] сказал ему ангел, испугались и со страхом великим [про]славили Бога и святой Макария. И возвеселились, так как он рассказал нам о дивных чудесах Божьих.

Был уже вечер, [и] сказал Макарий: «Чада мои, отойдите немного и постойте час. Ибо имею я двух детей, и они приходят ко мне каждый вечер. Боюсь, что причинят вам вред». Тут мы отошли немного. И вот, пришли два льва из пустыни и поклонились ему [Макарию]. Мы, увидев их, пали ниц, от страха не в силах произнести ни слова. И возложил он руку свою на них, и благословил. И сказал им: «Чада мои хорошие, от человеческого мира пришли гости. Не делайте им ничего [плохого], ибо они рабы Божьи». И сказал нам: «Идите сюда, братья, и не бойтесь ничего. Сотворим вечернюю молитву».

Пошли мы к нему со страхом, и устремились львы к нам навстречу и радовались: одному ноги лизали, другого по голове гладили, как бы [имея] разум человеческий. И кланялись [нам]. Мы же руки свои воздели к Богу, укротившему таких зверей, и сотворили вечернюю молитву. И сели там, и вопросили святого Макария, и сказали: «Отче благий, как ты пришел на место это святое, скажи нам?».

И рассказал им Макарий всю с начала жизнь свою: «Скажу вам, братия. Приклоните слух свой к глаголу уст моих и послушайте, [что] вам скажу. Я [был] сын Иоанна. И вынудили меня родители жениться. И устроили свадьбу, и привели мне жену. И когда настал вечер и люди танцующие хотели положить меня [с женой], я ушел тайно ото всех и скрылся у вдовицы. И семь дней скрывался у вдовицы. И эта старушка приносила мне вести и слезы от родителей моих. И сказала мне старушка: Сын, уходи от меня, чтобы не узнали, что ты здесь. Боюсь я родителей твоих.

И встал я в полночь, в мертвое время, [и] ушел от нее, и прославил Бога, не оставляющего никого, но подающего руку всем молящимся ему. И послал мне Господь ангела Рафаила в образе мужа престарелого, странника. И приблизился он ко мне. И я спросил его: Куда идешь! И ответил мне он: Куда ты намереваешься, [туда] и я с тобой пойду. И сказал я: Господи, наставь меня на путь жизни моей. И пошел я вслед за ним по земле. И начали просить милостыню для пропитания. Я же не знал, что ангел ведет меня, но думал, что старец ведет меня. И ходили мы три года, и пришли на место, и легли спать. И я проснулся и не увидел рядом с собой старца. И я заплакал, говоря сам себе: Погибну я в пустыне этой. И тут был мне глас, говорящий: Я — Рафаил, ангел Господень, приведший тебя на это место по повелению Божьему. И, услышав голос этот, я утешился. И снова пошел я неведомо куда. И встретился мне осел дикий, пасущийся, и заклял я его Богом, сотворившим небо и землю, и сказал ему: Поведи меня в место, [где есть] жилище человеческое. И он пошел предо мной, и я пошел вослед ему. И встретился мне олень, и, увидев оленя, осел вернулся обратно. И вел меня олень другие два дня, и встретился мне змей. И, увидев змея того, олень вернулся обратно. Я же, увидев змея того, устрашился и заклял его Богом, дабы не сотворил мне зла никакого. И тут змей встал на хвост свой и начал говорить, как человек. И сказал мне: Хорошо, что ты пришел на место это, раб Божий Макарий. Ибо вот уже 12 лет ожидает тебя место, уготованное тебе. Иди вслед за мной и увидишь место свое».

И прославил я Бога, услышав речь змея.

И пошел он предо мною, обратившись в юношу[253], [и поставил меня перед входом в пещеру эту, и ушел от меня. Я же, сотворив молитву, вошел внутрь [пещеры] и нашел [там] львицу мертвую. И эти львы, еще маленькие, над нею стоят, поникнув от голода: ибо нет для них молока, чтобы сосать. И я их кормил верхушкой дуба, а мать их схоронил». Во время нашей беседы прилетел ворон, принеся три кусочка хлеба, и, положив перед нами, улетел. И сказал Макарий: «Вот, понял [он], что вы — рабы Божьи и что Господь послал [вам] пищу эту. Ибо много лет, как та птица приносит мне пищу и по сей день. И вот, чада, узнайте [и] о грехах моих. Когда прожил я на этом месте 12 лет и вышел посидеть перед входом в пещеру эту, и начал Сатана искушать меня. Нашел я пред собой одеяние женское. Я же, грешный, не понял, откуда это, и взял его, и положил в пещере этой, и сказал: Господи, как это оказалось в пустыне сей?»

На другой день вышел я и другую вещь увидел женскую, и принес ее в пещеру, и лег спать той ночью, не перекрестившись, от разжегшейся [страсти] беззаконной моей. На третий день вышел я и походил [около пещеры] и увидел женщину, на камне сидящую, украшенную позолоченными одеждами, сама же прекрасна несказанно. И плакала она горькими слезами. И спросил я ее: Как ты пришла сюда? И я [сам] прослезился, видя, как она плачет. Она же отвечала мне: Грешница я, по имени Мария. Жила я в Риме; я дочь богатого человека. Начали меня мучить родители мои и принуждали меня выйти замуж. Я же не хотела чистоту свою осквернить. Когда заснули на брачном [пиру] гости, я убежала украдкой, и пошла в пустынные горы, и не знала, куда шла; потому я [и] плакала».

Я же, не зная о кознях дьявола, зажегся помыслом [грешным] и взял ее за руку, и повел ее в пещеру, и раздобыл еду, и дал ей поесть. Она ела, обливаясь слезами, а я ел, и в мыслях [было] смятение. И лег я, не перекрестясь, но сон не шел на очи мои. И в скорби великой вздремнул я немного.

Она же легла ко мне, и развязала пояс мой, и положила руки свои на плоть [мою].

Я же лег, сморенный сном тяжелым, и тогда замыслил согрешить с нею, и, проснувшись, принял ее, и согрешил. Она же исчезла от меня[254]. Я же, грешный, очутился лежащим на мраморе холодном. И тут вспомнил я о грехе своем, вышел вон из пещеры [и] плакал горько. А львы разгневались на меня и кивали на меня головами своими, видя грех мой. И звал я их, [но] не шли ко мне. Умолил я [их] и повелел им выкопать яму в углу пещеры. Выкопали они яму, глубиной в рост человека. Я же, грешный, влез в яму и три дня умолял [львов], чтобы засыпали яму. И пришли львы, оплакивая меня, и погребли меня в яме. И когда пробыл я там [в яме] все три года, наступил холод великий по Божьему повелению. И земля разошлась над главой моей, и открылась яма, и увидел я свет, [и] вылез вон, и прославил Бога, очистившего грех мой. И пришел ко мне глас с небес: Не ради праведных пришел я, но [чтобы] грешных спасти и [к] покаянию [их] привести. И до сего дня миловал меня Бог».

Мы же, услышав это от святого Макария, удивились и прославили Бога. И пред нами, пораженными словами его, предстали два льва из пустыни. И возложил руки свои на них Макарий, и благословил их, и поклонился всем нам, и сказал нам: «Возложите руки свои и вы на детей этих». [И мы сказали]: «Благословил нас преподобный отец. И мы, придя в мир, расскажем о тебе и сотворим молитву». И, дав нам целование, поручил нас Господу, водящему нас, и двум львам, чтобы довести до темных мест. По Божьему повелению дойдя, нашли столп Александров и свод. Тут оба льва поклонились нам и возвратились обратно. Мы, Богом наставляемые, пришли в Персию и переправились через реку Тигр и встретили христиан. И те спросили нас о путешествии нашем. И рассказали мы обо всем, что видели и слышали от человека Божьего Макария. И, придя в Иерусалим, поклонились Божьему гробу и всем святым местам. И, придя в свой монастырь, поклонились всей братии и великому игумену Асклепию. Рассказали ему обо всем, что мы видели и слышали.

Во имя Отца и Сына и Св. Духа и ныне и присно.

КОММЕНТАРИИ

В основе русского текста «Жития Макария Римского» лежит византийский оригинал, время происхождения которого датируется V-VI вв. На создание этого произведения, очевидно, оказала влияние личность Макария Египетского, с чьим именем было связано название монашеской общины макарийцев, отличавшихся особым аскетизмом. Апокриф имеет двухчастную структуру. Житие отшельника Макария составляет лишь небольшую его часть, основное внимание уделяется описанию странствия трех иноков в поисках рая, что сближает «Житие» с «Хождением Зосимы» и другими легендарными хождениями к раю. А.Н. Веселовский, исследовавший это произведение, указывает на то, что в греческой Минее собственно житие Макария и хождение иноков помещались отдельно (см.: Веселовский А.Н. Из истории романа и повести. Вып. I. СПб., 1886. С. 305 и далее). Различные перипетии странствия иноков, описание мифических народов, с которыми они сталкивались, появились в «Житии» под влиянием очень популярного в средневековой литературе произведения — «Александрии» Псевдокаллисфена, в котором отразились традиции позднеантичного авантюрного романа.

Рассказ о путешествии иноков имеет, разумеется, христианизированный, дидактический характер, так как ставит целью подчеркнуть недоступность рая для простых смертных. Злоключения, переживаемые ими в пути, являются своеобразными испытаниями, мытарствами, преодоление которых позволяет войти в преддверие рая. Вместе с тем в «Житии Макария Римского», благодаря влиянию «Александрии», в меньшей степени сказывается условный, символический характер описания пути к раю — оно имеет выраженные черты беллетристичности.

На русской почве «Житие» было известно уже к XIV в.: на него, как на вполне авторитетный источник, ссылается новгородский архиепископ Василий Калика (см. комментарии к «Хождению Зосимы».) О популярности. «Жития» говорит и то, что в XVII в. появилась его русская переработка — легенда «О двух монахах в Новгороде», в которой разрабатывается, дополняется новыми красочными подробностями (частично заимствованными из «Сказания об Индии богатой») мотив странствия по неведомым землям, среди сказочных народов и зверей. В легенде «О двух монахах» отчетливо проявляется процесс обмирщения сознания: ее безымянные авторы устраняют житийную часть, рай превращается в прекрасный сад, полный земных плодов («виноградия и гроздове, и орех грецкой и яблоки разные, сливы, груши»), а вся легенда в целом напоминает рассказ о сказочной стране изобилия вполне светского характера (см.: Ржига В. Новая версия легенды о земном рае. // Byzantinoslavica. Т. 2. 1930. С. 374-385).

Перевод греческого текста «Жития», близкого русским спискам, см.: Византийские легенды. Л., 1972. С. 37-45.